Акафист священномученику Илариону, архиепископу Верейскому

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 24 июля (11 июля ст. ст.); 28 декабря (15 декабря ст. ст.)

Ґкafістъ сщ7енном§нику їларіHну, ґрхіепcкопу верeйскому

Кондaкъ №

Вои1не хrт0въ и3 бGосл0ве и3зsщнэйшій, є3ди1ну с™yю, соб0рную и3 ґпcльскую цRковь во сп7сeніе всёхъ и3сповёдавый, за ню1же страдaти дaже до смeрти и3зв0лилъ є3си2, и3 нhнэ въ цRкви торжествyющихъ прославлsемый, поминaй нaсъ, люб0вію ти2 взывaю и5хъ:

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Јкосъ №

ЃгGла земнaгw и3 чlвёка нбcнагw зри1мъ тS, с™и1телю їларіHне, чcтотY душeвную и3змлaда соблю1дшагw и3 п0двигомъ д¦0внымъ дaръ блгdти стzжaвшагw, во є4же ск0рую п0мощь всBмъ подавaти, въ мlтвахъ тS призывaющымъ:

Рaдуйсz, бlгочeстіе роди1телей ўнаслёдивый. Рaдуйсz, цRкве хrт0вы и3збрaнное чaдо. Рaдуйсz, t младeнства ўчeнію прилэжaвый. Рaдуйсz, и4стины ўм0мъ и3 сeрдцемъ взыскaвый. Рaдуйсz, шк0лу дух0вную ћкw мaтерь и3 питaтельницу возлюби1вый. Рaдуйсz, не млек0мъ т0чію, но и3 твeрдою пи1щею бGосл0віz воспитaнный. Рaдуйсz, под8 кр0вомъ мlтвъ прпdбнагw сeргіz вёрою ўкрэпи1выйсz. Рaдуйсz, на брaнь съ міродержи1телемъ тмы2 вёка сегw2 въ си1лэ дyха и3зшeдый.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ в7

Ви1дz прaзднw патріaршее мёсто въ вели1кой цRкви ўспeнстэй, рыдaлъ є3си2 сeрдцемъ г0рцэ, їларіHне, и3 къ лю1демъ рyсскимъ взывaлъ є3си2: док0лэ плaкати и4мать землS; И#збрaнну же патріaрху њсщ7eннымъ соб0ромъ, ликyz воспёлъ є3си2 бGу побёдную пёснь: Ґллилyіа.

Јкосъ в

Рaзумомъ бGопросвэщeннымъ прорeклъ є3си2 патріaрху не цaрскій вэнeцъ восхи1тити, но м§ническимъ вэнцeмъ ўкраси1тисz, по вс‰ бо дни6 ўмирaти и4мать за цRковь хrт0ву. Тh же, їларіHне, крeстнымъ путeмъ первос™и1телю сшeствовалъ є3си2, сегw2 рaди тS восхвалsемъ:

Рaдуйсz, догмaтwвъ и3 канHнwвъ цRк0вныхъ ревни1телю. Рaдуйсz, њ цRкви рyсстэй тeплый мlтвенниче. Рaдуйсz, поругaніz слaвы цRк0вныz ви1дэти не терпёвый. Рaдуйсz, сл0вомъ nгнен0снымъ сердцA вёрныхъ воспламени1вый. Рaдуйсz, новоизбрaннагw патріaрха во и3сполнeніе чazніz своегw2 ўзрёвый. Рaдуйсz, томY въ трудёхъ и3 попечeніихъ њ цRкви сораб0тниче. Рaдуйсz, крeстъ служeніz ґрхіерeйскагw во дни6 гонeній воспріsвый. Рaдуйсz, на кaмени вёры стопы2 тво‰ ўтверди1вый.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ G

Си1лою вhшнzгw ўкрэплsемь, їларіHне, и3зшeлъ є3си2 на п0двигъ служeніz ґрхіерeйскагw, всBмъ бhвъ вс‰, и всBмъ себE пораб0тивъ, ўтэшaz, наставлsz и3 њбличaz, бGу же вhну поS: Ґллилyіа.

Јкосъ G

И#мёz рeвность по бз7э и3 вeліе дерзновeніе, с™и1телю їларіHне, tстyпники tгнaлъ є3си2 t nби1тели срётенскіz, къ покаsнію тёхъ призывaz и3 ч†да цRк0внаz во бlгочeстіи ўтверждaz, тёмже пріими2 t нaсъ похвалы6 сі‰:

Рaдуйсz, враги2 тво‰ и3 гони1тели неѕл0біемъ покрывazй. Рaдуйсz, враги2 цRк0вныz џгненными словесы2 њпалszй. Рaдуйсz, хитросплетє1ніz лжепaстырей беззак0нныхъ расторгazй. Рaдуйсz, въ вёрности патріaрху колeблемыхъ ўтверждazй. Рaдуйсz, мн0ги tстyпники къ покаsнію њбрати1вый. Рaдуйсz, люб0вію къ цRкви вёрныхъ сердцA и3сп0лнивый. Рaдуйсz, лук†выz совопр0сники вёка сегw2 посрами1вый. Рaдуйсz, за и4стину цRк0вную страдaти и3зв0ливый.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ д7

Бyрею ѕл0бы смущaеми гони1тели цRкве, ќзы и3 тємни1цы ти2 ўгот0ваша, тщaщесz свётъ и3сповёданіz твоегw2 сокрhти, їларіHне, тh же и3 влaсть бGоб0рную ћкw попущeніе за грэхи2 t бGа пріeмлz, њ всёмъ прославлsлъ є3си2 промысли1телz всёхъ, поS: Ґллилyіа.

Јкосъ д7

Слhша стр†шныz вёсти њ гонeніихъ лю1тыхъ, не поколебaлсz є3си2 душeю, їларіHне слaвне, но пaче вёрою въ цRковь хrт0ву ўкрэпи1лсz є3си2, ћкw багрzни1цею и3 вЂссомъ, кровьми2 н0выхъ м§никъ ўкрашaему, t ни1хже є3ди1нагw тS, сщ7енном§ниче, ўблажaемъ:

Рaдуйсz, nмоф0ръ с™и1тельскій въ прaздникъ сщ7енном§ника є3рмогeна пріeмый. Рaдуйсz, служeніе ґрхіпaстырское страдaніемъ запечатлёвый. Рaдуйсz, во ќзахъ, темни1цахъ и3 тsжкихъ раб0тахъ хrтA рaди заключaемый. Рaдуйсz, бlгодyшіемъ и3 терпёніемъ въ ск0рбэхъ си1хъ ўкрашaемый. Рaдуйсz, нестzжaніz и3 кр0тости џбразе. Рaдуйсz, њ гонsщихъ и3 nби1дzщихъ тS мlтвенниче. Рaдуйсz, бGосл0въ сhй, ры6барскіz мрє1жи ввергaти не возгнушaвыйсz. Рaдуйсz, ўмY преизsщному ґпcльскую простотY сочетaвый.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ є7

БGотeчнаz ѕвэздA kви1лсz є3си2, їларіHне, во ќзахъ соловeцкихъ стрaждушымъ лю1тэ, и5мже смeрть предстоsше на вс‰къ чaсъ, тмy бо ѕл0бы сатани1нскіz свётомъ любвE просвэти1лъ є3си2, ўнhніе и3 стрaхъ tгонsz, соyзники тво‰ научи1лъ є3си2 хвали1ти бGа њ всeмъ: Ґллилyіа.

Јкосъ є7

Ви1дzще нач†льницы и3 прист†вницы во ўзи1ли и мyжество и3 добр0ту души2 твоеS, їларіHне чyдне, дeрзость бhчную tлагaху и3 нев0лею тS ћкw ґрхіерeа б9іz почитaху, мh же тS ћкw с™и1телz и3 м§ника си1це восхвалsемъ:

Рaдуйсz, простот0ю и3 кр0тостію вс‰ къ себЁ привлекazй. Рaдуйсz, люб0вію твоeю вс‰кую дyшу возвеселszй. Рaдуйсz, тщеслaвнагw дyха фарісeйскагw њбличи1телю. Рaдуйсz, лицемёріz и3 лжи2 и3скорени1телю. Рaдуйсz, џбразъ б9ій нетлённый въ чlвёцэхъ прозрэвazй. Рaдуйсz, и3 сaмыхъ tчazнныхъ грёшникwвъ не tметazйсz. Рaдуйсz, бlгодyшіемъ твои1мъ соyзники ўтэшazй. Рaдуйсz, сл0вомъ, вёры и3сп0лненнымъ, малодyшныz возставлszй.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ ѕ7

Проповёдникъ и3 свидётель и4стины сл0ва хrт0ва kви1лсz є3си2, ћкw вратA ѓдова цRкви не њдолёютъ, вс‰ бо сyєтнаz ковaрства кнzзeй бGоб0рныхъ, їларіHне, ћвны содёлалъ є3си2, просвэщaющему и3 ўкрэплsющему тS бGу взывaz: Ґллилyіа.

Јкосъ ѕ7

Возсіsлъ є3си2 цRкви рwссjйстэй, їларіHне, посредЁ смzтeній и3 раск0лwвъ, t слyгъ сатани1нскихъ всэвaемыхъ, тh бо догмaты и3 кан0ны цRк0вныz твeрдw хранS, предaтелємъ и3 tстyпникwмъ не сочетaлсz є3си2, пaче же страдaти съ людьми2 б9іими и3зв0лилъ є3си2, тёмже тS, сщ7енном§ниче, похвалsемъ:

Рaдуйсz, лeсти бGоб0рныхъ не преклони1выйсz. Рaдуйсz, хитросплетє1нныz к0зни тёхъ разори1вый. Рaдуйсz, и4стину цRк0вную сл0вомъ бGомyдрымъ проповёдуzй. Рaдуйсz, страдaльческимъ житіeмъ сл0во сіE и3звэствyzй. Рaдуйсz, ґрхіпaстырей и3 пaстырей, во ќзахъ томи1мыхъ, ўкрэплszй. Рaдуйсz, t раск0ла цRк0внагw смущeнныхъ њграждazй. Рaдуйсz, къ є3динeнію и3 послушaнію цRкви вс‰ призывazй. Рaдуйсz, tпaдшихъ заблуждeніе њбличazй.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ з7

Хотsщу ти2 цRкви хrт0вэ послужи1ти, їларіHне, пріsтъ чlвэколю1бецъ гDь страдaльческое твоE житіE ћкw жeртву бlгоухaнну, ходaтаz и3 мlтвенника тS вBрнымъ даровA, вопію1щымъ є3мY: Ґллилyіа.

Јкосъ з7

Н0вымъ страстотeрпцємъ рwсс‡йскимъ сочетaлсz є3си2, їларіHне достобlжeнне, є3гдA во врачeбницэ петр0ва грaда тsжкw болsй, дyшу твою2 въ рyцэ хrтY прeдалъ є3си2. Вёрніи же многострадaльное тёло твоE погреб0ша съ плaчемъ, надгр0бныz пBсни ти2 воспэвaюще:

Рaдуйсz, t ќзъ и3 заточeніz смeртію разрэши1выйсz. Рaдуйсz, своб0ду слaвы чaдъ б9іихъ ўлучи1вый. Рaдуйсz, на земли2 не њ себЁ, но њ цRкви рyсстэй сeрдцемъ скорбёвый. Рaдуйсz, на нб7си њ бlгостоsніи є3S при1сный ходaтаю. Рaдуйсz, вёрными съ люб0вію провождaемый. Рaдуйсz, ґгGльскими ли1ки во слaвэ срэтaемый. Рaдуйсz, въ бlжeнствахъ є3ђльскихъ хrтY послёдовавый. Рaдуйсz, ћкw мздA твоS мн0га на нб7сёхъ.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ }

Стрaненъ и3 пришлeцъ бhлъ є3си2 на земли2, нбcнагw цrтва взыскyz, џбразъ тогw2 и3 kвлeніе цRк0вь с™yю въ мjрэ сeмъ и3сповёдуz, и3 тaйну сп7сeніz бGодви1жнымъ ўм0мъ и3спытyz, бGосл0вствовалъ и3 хвали1лъ є3си2 бGа њ сeмъ: Ґллилyіа.

Јкосъ }

Вeсь ќмъ тв0й впери1въ къ нбcнымъ, їларіHне, и4стины хrт0вы взыскaвъ, њбрёлъ ю4 є3си2 и3 бGомyдрымъ сл0вомъ твои1мъ проповёдалъ є3си2. Мh же ўчeніемъ твои1мъ просвэщaеми, бlгодaрнw зовeмъ. Рaдуйсz, бlгочeстіе бGосл0вію сочетaвый. Рaдуйсz, сeрдце чи1сто къ ўразумёнію тогw2 стzжaвый. Рaдуйсz, мeртвыхъ ўчeній є3рети1ческихъ супроти1вниче. Рaдуйсz, живhхъ словeсъ тeческихъ проповёдниче. Рaдуйсz, хrтA краеуг0льна кaменz цRкве и3сповёдавый. Рaдуйсz, на кaмени сeмъ ўповaніе твоE ўтверди1вый. Рaдуйсz, ўмы2 любомyдрыz бGосл0віемъ просвэщazй. Рaдуйсz, сердцA прост†z теплот0ю любвE возгрэвazй.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ f7

ВсE є3стество2 ѓгGльское рaдости и3сп0лнисz, їларіHне великоимени1те, восходsщу ти2 t земнhхъ къ нбcнымъ, тh бо ћкw н0ваz ѕвэздA на твeрди цRк0внэй возсіsлъ є3си2 вBрнымъ, пою1щымъ њ тебЁ бGу: Ґллилyіа.

Јкосъ f7

Вэт‡z суемyдрєнныz ви1димъ тоб0ю посрaмлены, їларіHне, лат‡нскаz бо и3 лю6торскаz мудровaніz ћкw ч{ждаz цRкви низложи1лъ є3си2, нaсъ же во правослaвіи ўтверди1лъ є3си2, зовyщихъ ти2:

Рaдуйсz, ґпcльскихъ словeсъ провозвёстниче. Рaдуйсz, nтeческихъ писaній сказaтелю. Рaдуйсz, њ сп7сeніи чlвёкwвъ съ цRковію мyдрствуzй. Рaдуйсz, пaдшихъ возсоздaніе и3 совершeніе во хrтЁ проповёдуzй. Рaдуйсz, лат‡нскаz лжеучє1ніz њ вhкупэ и3 заслyгахъ tри1нувый. Рaдуйсz, nбhчаи чужезє1мныz цRкви проти1вныz њбличи1вый. Рaдуйсz, грёхъ проти1ву цRкве ћкw вeлію ћзву въ рyсстэй земли2 прозрэвazй. Рaдуйсz, забл{ждшіz къ покаsнію призывazй.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ ‹

Сп7сти2 хотS дyшу, пл0ти, мjру и3 діaволу не пораб0тилсz є3си2, їларіHне бlжeнне, но ћкw злaто въ горни1лэ, ск0рбьми мн0гими и3скушaемь, терпёніемъ рaзумъ совершeнъ стzжaлъ є3си2, рaдуzсz њ бз7э и3 поS є3мY: Ґллилyіа.

Јкосъ ‹

СтэнA и3 ўтверждeніе цRкви рyсстэй во дни6 безб0жныхъ гонeній kви1лсz є3си2, їларіHне с™и1телю, тёмже и3 нaсъ, въ м0ри житeйстэмъ њбуревaемыхъ, t лжеучeній и3 соблaзнwвъ и3збaви, вопію1щихъ ти2 съ люб0вію таковaz:

Рaдуйсz, цRковь ћкw мaтерь сп7сaемыхъ t ю4ности возлюби1вый. Рaдуйсz, сл0вомъ и3 мlтвою мн0ги въ л0но є3S возврати1вый. Рaдуйсz, пл0ть твою2 воздержaніемъ дyху покори1вый. Рaдуйсz, ќмъ тв0й ўчeніемъ цRк0внымъ ўцэломyдривый. Рaдуйсz, бlгочeстіz цвёте нетлённый. Рaдуйсz, бGосл0віz пл0дъ приносsй. Рaдуйсz, с™и1телей рyсскихъ ўдобрeніе. Рaдуйсz, новом§никwвъ чcтнaz похвало2.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ №i

Пёніе всеумилeнное прин0симъ ти2, їларіHне, џтче нaшъ, къ рaцэ мощeй твои1хъ люб0вію притекaюще и3 молsщесz: не њстaви nтeчества твоегw2 земнaгw и3 nби1тели твоеS, но вс‰ во бlгочeстіи ўтверди2, да вhну зовeмъ: Ґллилyіа.

Јкосъ №i

Свэтозaрную ѕвэздY въ н0щи ўнhніz сyщымъ ви1димъ тS, їларіHне нб7оzвлeнне, тh бо свётъ невечeрніz рaдости въ сeрдцэ носS, ск0рбный мрaкъ разгонsеши, возвеселsz всёхъ вопію1щихъ ти2:

Рaдуйсz, рaдости тезоимени1тый. Рaдуйсz, t младeнства бGомъ и3збрaнный. Рaдуйсz, бlжeнныz чcтоты2 сопричaстниче. Рaдуйсz, пасхaльныz рaдости провозвёстниче. Рaдуйсz, слaву цrтвіz въ д0льнэмъ мjрэ kвлszй. Рaдуйсz, рaдости њ бз7э сп7сэ п†дшіz научazй. Рaдуйсz, ћкw житіE твоE при1сное є4сть бGу хвалeніе. Рaдуйсz, ћкw смeрть твоS хrтY воскrшему побёдное пёніе.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ в7i

Бlгодaть t бGа пріsлъ є3си2, їларіHне, недyжныz и3сцэлsти, ск0рбныz ўтэшaти, п†дшіz возставлsти, тёмже и3 мы2, свётлw пaмzть твою2 совершaюще, бlгодaрнw зовeмъ: Ґллилyіа.

Јкосъ в7i

Пою1ще п0двигъ и3сповёданіz твоегw2, восхвалsемъ тS, с™и1телю їларіHне преслaвне, течeніе бо непор0чнw скончaвъ и3 вёру соблю1дъ, прaвды вэнeцъ пріsлъ є3си2, тёмже цRковь рyсскаz тоб0ю хвaлитсz, побBдныz пBсни ти2 возсылaющи:

Рaдуйсz, в0ине хrт0въ непобэди1мый. Рaдуйсz, цRкве ст0лпе несокруши1мый. Рaдуйсz, зaповэдей є3ђльскихъ и3сполни1телю. Рaдуйсz, ни1вы цRк0вныz дёлателю и3 храни1телю. Рaдуйсz, цвёте рwссjйскагw лyга дух0внагw. Рaдуйсz, пл0де крaсный сёzніz сп7си1тельнагw. Рaдуйсz, въ соб0рэ н0выхъ м§никwвъ возсіsвый. Рaдуйсz, њ земнёмъ nтeчествэ твоeмъ при1сный мlтвенниче.

Рaдуйсz, їларіHне, цRкве рyсскіz слaво и3 ўтверждeніе.

Кондaкъ Gi

Q, преди1вный сщ7енном§ниче хrт0въ їларіHне, цRкве рyсскіz ўкрашeніе, пріими2 нhнэ мaлое молeніе сіE нaше, и3 t тлетв0рныхъ соблaзнwвъ и3збaви нaсъ, и3 t вёчныхъ мyкъ свободи2 твои1ми къ бGу мlтвами, да сп7сеніе ўлучи1вше, воспоeмъ съ тоб0ю с™ёй трbцэ: Ґллилyіа.

Мlтва

Q, преслaвный ўг0дниче б9ій сщ7енном§ниче їларіHне, џтче нaшъ, ты2 во дни6 маловрeменнагw житіS земнaгw посредЁ гонeній и3 скорбeй мн0гихъ вёру сохрани1въ, дyха не ўгаси1лъ є3си2 и3 вBрныz научи1лъ є3си2, кaкw подобaетъ въ домY б9іи жи1ти, ћже є4сть цRковь бGа жи1ва, ст0лпъ и3 ўтверждeніе и4стины. Сегw2 рaди къ тебЁ припaдающе м0лимсz: помози2 нaмъ твои1ми мlтвами догмaты и3 кан0ны цRкHвныz твeрдw храни1ти, зрёніе согрэшeній свои1хъ дyхомъ смирeннымъ стzжaти, вс‰кагw чlвёка ћкw нетлённый џбразъ хrт0въ по гlг0лу є3ђльскому возлюби1ти, ни є3ди1нагw же презирaюще и3ли2 tрэвaюще, но всBмъ по си1лэ служaще, и3 тaкw гDеви раб0тающе, да спод0бимсz съ тоб0ю и3 со всёми новом§ники рwссjйскими воспэвaти с™yю трbцу во вёки вэкHвъ.

Ґми1нь.

Краткое житие священномученика Илариона, архиепископа Верейского

Од­ним из вид­ных де­я­те­лей Рус­ской Церк­ви 20-х го­дов был ар­хи­епи­скоп Ве­рей­ский Ила­ри­он, вы­да­ю­щий­ся бо­го­слов и та­лант­ли­вей­ший че­ло­век. Вся его жизнь бы­ла го­ре­ни­ем ве­ли­чай­шей люб­ви к Церк­ви Хри­сто­вой, вплоть до му­че­ни­че­ской кон­чи­ны за нее.

Его тру­ды от­ли­ча­ют­ся стро­го цер­ков­ным на­прав­ле­ни­ем, неустан­ной борь­бой со схо­ла­сти­кой и спе­ци­фи­че­ским ла­тин­ством, вли­яв­шим на на­ше бо­го­сло­вие со вре­мен мит­ро­по­ли­та Пет­ра Мо­ги­лы. Его иде­ал — это цер­ков­ность ду­хов­ной шко­лы и бо­го­слов­ской на­у­ки. Его по­сто­ян­ное на­по­ми­на­ние: вне Церк­ви нет спа­се­ния, вне Церк­ви нет та­инств.

Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он (в ми­ру Вла­ди­мир Алек­се­е­вич Тро­иц­кий) ро­дил­ся 13 сен­тяб­ря 1886 го­да в се­мье свя­щен­ни­ка с. Ли­пи­цы Ка­шир­ско­го уез­да Туль­ской гу­бер­нии.

С са­мо­го ран­не­го дет­ства в нем про­бу­ди­лось стрем­ле­ние к уче­нию. Бу­дучи пя­ти­лет­ним от­ро­ком, он взял сво­е­го трех­лет­не­го бра­та за ру­ку и по­шел вме­сте с ним из род­ной де­рев­ни в Моск­ву учить­ся. И ко­гда бра­тиш­ка от уста­ло­сти за­пла­кал, то Вла­ди­мир ска­зал ему: «Ну и оста­вай­ся неуче­ным». Ро­ди­те­ли во­вре­мя спо­хва­ти­лись, за­ме­тив ис­чез­но­ве­ние де­тей, и быст­ро воз­вра­ти­ли их под кров сво­е­го до­ма. Вла­ди­мир вско­ре был от­дан в Ду­хов­ное учи­ли­ще, а за­тем в Ду­хов­ную се­ми­на­рию. По окон­ча­нии пол­но­го кур­са се­ми­на­рии он по­сту­па­ет в Мос­ков­скую Ду­хов­ную ака­де­мию и бле­стя­ще за­кан­чи­ва­ет ее в 1910 го­ду со сте­пе­нью кан­ди­да­та бо­го­сло­вия. Его остав­ля­ют при ака­де­мии про­фес­сор­ским сти­пен­ди­а­том.

Сле­ду­ет от­ме­тить, что Вла­ди­мир во всех шко­лах, на­чи­ная с Ду­хов­но­го учи­ли­ща и кон­чая Ду­хов­ной ака­де­ми­ей, учил­ся пре­вос­ход­но. По всем пред­ме­там он все­гда имел от­лич­ные оцен­ки.

В 1913 го­ду Вла­ди­мир по­лу­ча­ет уче­ную сте­пень ма­ги­стра бо­го­сло­вия за свой фун­да­мен­таль­ный труд «Очер­ки из ис­то­рии дог­ма­та о Церк­ви».

Серд­це его го­рит го­ря­чим же­ла­ни­ем слу­жить Бо­гу в ино­че­ском чине. 28 мар­та в ски­ту Па­рак­лит Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ры он при­ни­ма­ет мо­на­ше­ство с име­нем Ила­ри­о­на (в честь пре­по­доб­но­му­че­ни­ка Ила­ри­о­на Но­во­го, па­мять 28 мар­та), а при­мер­но через два ме­ся­ца, 2 июня, ру­ко­по­ла­га­ет­ся во иеро­мо­на­ха. 5 июля то­го же го­да отец Ила­ри­он был воз­ве­ден в сан ар­хи­манд­ри­та.

30 мая 1913 го­да иеро­мо­нах Ила­ри­он был на­зна­чен ин­спек­то­ром Мос­ков­ской Ду­хов­ной ака­де­мии. В де­каб­ре 1913 го­да ар­хи­манд­ри­та Ила­ри­о­на утвер­жда­ют в зва­нии экс­тра­ор­ди­нар­но­го про­фес­со­ра по Свя­щен­но­му Пи­са­нию Но­во­го За­ве­та.

Ар­хи­манд­рит Ила­ри­он при­об­ре­та­ет боль­шой ав­то­ри­тет и как вос­пи­та­тель уча­щих­ся Ду­хов­ной шко­лы, и как про­фес­сор-бо­го­слов, и как зна­ме­ни­тый цер­ков­ный про­по­вед­ник.

Один за дру­гим вы­хо­дят его бо­го­слов­ско-дог­ма­ти­че­ские тру­ды, обо­га­ща­ю­щие цер­ков­ную на­у­ку. Его про­по­ве­ди зву­чат с ам­во­нов церк­вей, слов­но ко­ло­кол, при­зы­вая на­род Бо­жий к ве­ре и нрав­ствен­но­му об­нов­ле­нию.

И ко­гда ост­ро на­зрел во­прос о вос­ста­нов­ле­нии пат­ри­ар­ше­ства, он, как член По­мест­но­го Со­бо­ра 1917—1918 го­дов, вдох­но­вен­но вы­сту­пил на Со­бо­ре в за­щи­ту пат­ри­ар­ше­ства. «Ни­ко­гда,— го­во­рил ар­хи­манд­рит Ила­ри­он,— Рус­ская Цер­ковь не бы­ла без пер­во­и­е­рар­ха. На­ше пат­ри­ар­ше­ство уни­что­же­но бы­ло Пет­ром I. Ко­му оно по­ме­ша­ло? Со­бор­но­сти Церк­ви? Но не во вре­мя ли пат­ри­ар­хов бы­ло осо­бен­но мно­го у нас Со­бо­ров? Нет, не со­бор­но­сти и не Церк­ви по­ме­ша­ло у нас пат­ри­ар­ше­ство. Ко­му же? Вот пе­ре­до мною два ве­ли­ких дру­га, две кра­сы XVII ве­ка — пат­ри­арх Ни­кон и царь Алек­сей Ми­хай­ло­вич. Чтобы по­ссо­рить дру­зей, злые бо­яре на­шеп­ты­ва­ют ца­рю: «...Из-за пат­ри­ар­ха те­бя, го­су­дарь, не вид­но ста­ло». И Ни­кон, ко­гда ушел с мос­ков­ско­го пре­сто­ла, меж­ду про­чим, пи­сал: «..Пусть ему, го­су­да­рю, без ме­ня про­стор­нее бу­дет». Эту мысль Ни­ко­на и во­пло­тил Петр, уни­что­жив пат­ри­ар­ше­ство. «Пусть мне, го­су­да­рю, без пат­ри­ар­ха про­стор­нее бу­дет»...

Но цер­ков­ное со­зна­ние, как в 34-м апо­столь­ском пра­ви­ле, так и на Мос­ков­ском Со­бо­ре 1917 го­да, го­во­рит неиз­мен­но од­но: «...Епи­ско­пам вся­ка­го на­ро­да, в том чис­ле и рус­ска­го, по­до­ба­ет зна­ти пер­ва­го из них и при­зна­ва­ти его яко гла­ву».

И хо­чет­ся мне об­ра­тить­ся ко всем тем, кто по­че­му-то счи­та­ет еще нуж­ным воз­ра­жать про­тив пат­ри­ар­ше­ства. От­цы и бра­тие! Не на­ру­шай­те ра­до­сти на­ше­го еди­но­мыс­лия! За­чем вы бе­ре­те на се­бя небла­го­дар­ную за­да­чу? За­чем го­во­ри­те без­на­деж­ные ре­чи? Ведь про­тив цер­ков­но­го со­зна­ния бо­ре­тесь вы. Бой­тесь, как бы не ока­зать­ся вам бо­го­бор­ца­ми! (См. Де­ян.5:39) Мы и так уже со­гре­ши­ли, со­гре­ши­ли тем, что не вос­ста­но­ви­ли пат­ри­ар­ше­ство два ме­ся­ца на­зад, ко­гда при­е­ха­ли в Моск­ву и в пер­вый раз встре­ти­лись друг с дру­гом в Боль­шом Успен­ском со­бо­ре. Раз­ве не бы­ло ко­му то­гда боль­но до слез ви­деть пу­стое пат­ри­ар­шее ме­сто?.. А ко­гда мы при­кла­ды­ва­лись к свя­тым мо­щам чу­до­твор­цев Мос­ков­ских и пер­во­пре­столь­ни­ков Рос­сий­ских, не слы­ша­ли ли мы то­гда их упре­ка за то, что две­сти лет у нас вдов­ству­ет их пер­во­свя­ти­тель­ская ка­фед­ра?»

По­сле при­хо­да к вла­сти боль­ше­ви­ки сра­зу же на­ча­ли го­не­ние на Цер­ковь, и уже в мар­те 1919 го­да ар­хи­манд­рит Ила­ри­он был аре­сто­ван. Пер­вое тю­рем­ное за­клю­че­ние про­дол­жа­лось три ме­ся­ца.

11/24 мая 1920 го­да ар­хи­манд­рит Ила­ри­он был на­ре­чен, а на сле­ду­ю­щий день, 12/25 мая, хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Ве­рей­ско­го, ви­ка­рия Мос­ков­ской епар­хии.

Его совре­мен­ни­ки ри­су­ют его порт­рет свет­лы­ми крас­ка­ми. Он мо­ло­дой, жиз­не­ра­дост­ный, все­сто­ронне об­ра­зо­ван­ный, пре­крас­ный цер­ков­ный про­по­вед­ник-ора­тор и пе­вец, бле­стя­щий по­ле­мист, все­гда есте­ствен­ный, ис­крен­ний, от­кры­тый. Физи­че­ски очень силь­ный, вы­со­ко­го ро­ста, с ши­ро­кой гру­дью, имел пыш­ные ру­сые во­ло­сы, яс­ное, свет­лое ли­цо. Он был лю­бим­цем на­ро­да. Как про­по­вед­ни­ка и ора­то­ра его ста­ви­ли на­равне с Лу­на­чар­ским и Алек­сан­дром Вве­ден­ским, и да­же вы­ше их. Епи­скоп Ила­ри­он поль­зо­вал­ся боль­шим ав­то­ри­те­том сре­ди ду­хо­вен­ства и сво­их со­бра­тий-епи­ско­пов, на­зы­вав­ших его за ум и твер­дость в ве­ре «ве­ли­ким».

Епи­скоп­ское слу­же­ние его бы­ло крест­ным пу­тем. Не про­шло и двух лет со дня его хи­ро­то­нии, как он ока­зал­ся в ссыл­ке в Ар­хан­гель­ске. Це­лый год епи­скоп Ила­ри­он был в сто­роне от цер­ков­ной жиз­ни. Свою де­я­тель­ность он про­дол­жил по воз­вра­ще­нии из ссыл­ки. Свя­тей­ший Пат­ри­арх Ти­хон при­бли­зил его к се­бе и вме­сте с ар­хи­епи­ско­пом Се­ра­фи­мом (Алек­сан­дро­вым) сде­лал сво­им бли­жай­шим со­вет­ни­ком и еди­но­мыш­лен­ни­ком.

Сра­зу же по­сле воз­вра­ще­ния из ссыл­ки Пат­ри­арх воз­во­дит епи­ско­па Ила­ри­о­на в сан ар­хи­епи­ско­па. Цер­ков­ная де­я­тель­ность его рас­ши­ря­ет­ся. Он ве­дет се­рьез­ные пе­ре­го­во­ры с Туч­ко­вым (упол­но­мо­чен­ным ОГПУ по цер­ков­ным де­лам) о необ­хо­ди­мо­сти устро­ить жизнь Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви в усло­ви­ях Со­вет­ско­го го­су­дар­ства на ос­но­ве ка­но­ни­че­ско­го пра­ва, за­ни­ма­ет­ся вос­ста­нов­ле­ни­ем цер­ков­ной ор­га­ни­за­ции, со­став­ля­ет ряд пат­ри­ар­ших по­сла­ний.

Для об­нов­лен­цев он ста­но­вит­ся гро­зой, в их гла­зах он не от­де­лим от Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на. 22 июня/5 июля 1923 го­да вла­ды­ка Ила­ри­он со­вер­ша­ет все­нощ­ное бде­ние под празд­ник Вла­ди­мир­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в Сре­тен­ском мо­на­сты­ре, за­хва­чен­ном об­нов­лен­ца­ми. Вла­ды­ка из­го­ня­ет об­нов­лен­цев и ве­ли­ким чи­ном, за­но­во освя­тив со­бор, при­со­еди­ня­ет мо­на­стырь к Церк­ви. На сле­ду­ю­щий день в оби­те­ли слу­жит Свя­тей­ший Пат­ри­арх Ти­хон. Бо­го­слу­же­ние длит­ся це­лый день и за­кан­чи­ва­ет­ся лишь в шесть ча­сов ве­че­ра. Свя­ти­тель Ти­хон на­зна­ча­ет вла­ды­ку Ила­ри­о­на на­сто­я­те­лем Сре­тен­ско­го мо­на­сты­ря. В сво­их по­сла­ни­ях ли­дер об­нов­лен­че­ства, мит­ро­по­лит Ан­то­нин (Гра­нов­ский), с невы­ра­зи­мой зло­бой об­ру­ши­ва­ет свои уда­ры и на Пат­ри­ар­ха и на ар­хи­епи­ско­па Ила­ри­о­на, бес­це­ре­мон­но об­ви­няя их в контр­ре­во­лю­ции. «Ти­хон с Ила­ри­о­ном, — пи­сал он,— вы­ра­ба­ты­ва­ли «бла­го­дат­но»-удуш­ли­вые га­зы про­тив ре­во­лю­ции, и ре­во­лю­ция опол­чи­лась не толь­ко на ти­хо­нов­ских цер­ков­ни­ков, но и на всю цер­ковь, как на ско­пи­ще за­го­вор­щи­ков. Ила­ри­он хо­дит и окроп­ля­ет хра­мы по­сле об­нов­лен­цев. Он наг­ло­стью вхо­дит в эти хра­мы... Ти­хон с Ила­ри­о­ном — под­су­ди­мые пе­ред ре­во­лю­ци­ей, до­са­ди­те­ли Церк­ви Бо­жи­еи и в свое из­ви­не­ние не мо­гут пред­ста­вить ни­ка­ких доб­рых дел» («Из­ве­стия», 23 сен­тяб­ря 1923).

Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он яс­но по­ни­мал пре­ступ­ность об­нов­лен­цев и вел го­ря­чие дис­пу­ты в Москве с Алек­сан­дром Вве­ден­ским. По­след­не­го, как вы­ра­зил­ся сам ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он, на этих дис­пу­тах он «при­жи­мал к стен­ке» и раз­об­ла­чал все его хит­ро­сти и ложь.

Об­нов­лен­че­ские за­пра­ви­лы чув­ство­ва­ли, что ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он ме­ша­ет им, и по­то­му упо­тре­би­ли все уси­лия, чтобы ли­шить его сво­бо­ды.

В де­каб­ре 1923 го­да ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он был при­го­во­рен к трем го­дам за­клю­че­нии. Эта­пом он был до­став­лен в Кем­ский ла­герь, а за­тем на Со­лов­ки.

Ко­гда ар­хи­епи­скоп уви­дел весь ужас ба­рач­ной об­ста­нов­ки и ла­гер­ную пи­щу, то ска­зал: «От­сю­да жи­вы­ми мы не вый­дем».

Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он всту­пил на крест­ный путь, за­вер­шив­ший­ся бла­жен­ной его кон­чи­ной.

Крест­ный путь ар­хи­епи­ско­па Ила­ри­о­на пред­став­ля­ет для нас очень боль­шой ин­те­рес, ибо в нем про­яви­лось все ве­ли­чие ду­ха му­че­ни­ка за Хри­ста, и по­это­му поз­во­лим се­бе бо­лее по­дроб­но оста­но­вить­ся на этом мо­мен­те его жиз­ни.

На­хо­дясь на Со­лов­ках, ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он со­хра­нил в се­бе все те доб­рые ка­че­ства ду­ши, ко­то­рые он при­об­рел по­сред­ством по­дви­гов и до мо­на­ше­ства, и в мо­на­ше­стве, и в свя­щен­стве. Те кто в это вре­мя на­хо­ди­лись вме­сте с ним, яв­ля­лись сви­де­те­ля­ми его пол­но­го мо­на­ше­ско­го нес­тя­жа­ния, глу­бо­кой про­сто­ты, под­лин­но­го сми­ре­ния, дет­ской кро­то­сти. Он про­сто от­да­вал все, что имел, что у него про­си­ли.

Сво­и­ми ве­ща­ми он не ин­те­ре­со­вал­ся. По­это­му кто-то из ми­ло­сер­дия дол­жен был все-та­ки сле­дить за его че­мо­да­ном. И та­кой по­слуш­ник был у него и на Со­лов­ках. Ар­хи­епи­ско­па Ила­ри­о­на мож­но бы­ло оскор­бить, но он на это ни­ко­гда не от­ве­чал и да­же мог не за­ме­тить сде­лан­ной по­пыт­ки. Он все­гда был ве­сел, и ес­ли да­же оза­бо­чен и обес­по­ко­ен, то быст­ро ста­рал­ся при­крыть это все той же ве­се­ло­стью. Он на все смот­рел ду­хов­ны­ми оча­ми, и все слу­жи­ло ему на поль­зу ду­ха.

«На Фили­мо­но­вой ры­бо­лов­ной тоне,— рас­ска­зы­вал оче­ви­дец,— в се­ми вер­стах от Со­ло­вец­ко­го крем­ля и глав­но­го ла­ге­ря, на бе­ре­гу за­лив­чи­ка Бе­ло­го мо­ря, мы с ар­хи­епи­ско­пом Ила­ри­о­ном и еще дву­мя епи­ско­па­ми и несколь­ки­ми свя­щен­ни­ка­ми (все за­клю­чен­ные) бы­ли се­те­вя­заль­щи­ка­ми и ры­ба­ка­ми. Об этой на­шей ра­бо­те ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он лю­бил го­во­рить пе­ре­ло­же­ни­ем слов сти­хи­ры на Тро­и­цын день: «Вся по­да­ет Дух Свя­ты и: преж­де ры­ба­ри бо­го­слов­цы по­ка­за, а те­перь на­обо­рот — бо­го­слов­цы ры­ба­ри по­ка­за». Так сми­рял­ся его дух с но­вым по­ло­же­ни­ем.

Бла­го­ду­шие его про­сти­ра­лось на са­мую со­вет­скую власть, и на нее он мог смот­реть незло­би­вы­ми оча­ми.

Как-то при­вез­ли на Со­лов­ки мо­ло­до­го иеро­мо­на­ха из Ка­за­ни, ко­то­ро­му да­ли три го­да ссыл­ки за то, что он снял с диа­ко­на-об­нов­лен­ца орарь и не поз­во­лил ему слу­жить с со­бой. Ар­хи­епи­скоп одоб­рял иеро­мо­на­ха и шу­тил по по­во­ду раз­ных сро­ков за­клю­че­ния, дан­ных тем или иным ли­цам неза­ви­си­мо от тя­же­сти их «пре­ступ­ле­ний». «Лю­бо­че­стив бо сый Вла­ды­ка,— го­во­рил ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он пас­халь­ны­ми сло­ва­ми Иоан­на Зла­то­уста,— при­ем­лет по­след­не­го яко­же и пер­ва­го; упо­ко­е­ва­ет в еди­но­на­де­ся­тый час при­шед­ша­го, яко­же де­лав­ша­го от пер­ва­го ча­са. И де­ла при­ем­лет, и на­ме­ре­ние це­лу­ет, и де­я­ние по­чи­та­ет и пред­ло­же­ние хва­лит». Сло­ва эти зву­ча­ли иро­ни­че­ски, но да­ва­ли чув­ство ми­ра и за­став­ля­ли при­ни­мать ис­пы­та­ние как от ру­ки Бо­жи­ей.

Вла­ды­ку Ила­ри­о­на очень ве­се­ли­ла мысль, что Со­лов­ки есть шко­ла доб­ро­де­те­лей — нес­тя­жа­ния, кро­то­сти, сми­ре­ния, воз­дер­жа­ния, тер­пе­ния, тру­до­лю­бия. Од­на­жды обо­кра­ли при­быв­шую пар­тию ду­хо­вен­ства, и от­цы силь­но огор­чи­лись. Один из за­клю­чен­ных в шут­ку ска­зал им, что так их обу­ча­ют нес­тя­жа­нию. Вла­ды­ка от этой шут­ки был в вос­тор­ге. У од­но­го ссыль­но­го два ра­за под­ряд про­па­да­ли са­по­ги, и он раз­гу­ли­вал по ла­ге­рю в рва­ных га­ло­шах. Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он, гля­дя на него, при­хо­дил в под­лин­ное ве­се­лье, чем и все­лял в за­клю­чен­ных бла­го­ду­шие. Лю­бовь его ко вся­ко­му че­ло­ве­ку, вни­ма­ние и ин­те­рес к каж­до­му, об­щи­тель­ность бы­ли про­сто по­ра­зи­тель­ны­ми. Он был са­мой по­пуляр­ной лич­но­стью в ла­ге­ре, сре­ди всех его сло­ев. Мы не го­во­рим, что ге­не­рал, офи­цер, сту­дент и про­фес­сор зна­ли его, раз­го­ва­ри­ва­ли с ним, на­хо­ди­ли его или он их, при всем том, что епи­ско­пов бы­ло мно­го и бы­ли ста­рей­шие и не ме­нее об­ра­зо­ван­ные. Его зна­ла «шпа­на», уго­лов­щи­на, пре­ступ­ный мир во­ров и бан­ди­тов имен­но как хо­ро­ше­го, ува­жа­е­мо­го че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го нель­зя не лю­бить. На ра­бо­те ли урыв­ка­ми, или в сво­бод­ный час его мож­но бы­ло уви­деть раз­гу­ли­ва­ю­щим под ру­ку с ка­ким-ни­будь та­ким «эк­зем­пля­ром» из этой сре­ды. Это не бы­ло снис­хож­де­ние к млад­ше­му бра­ту и по­гиб­ше­му, нет. Вла­ды­ка раз­го­ва­ри­вал с каж­дым как с рав­ным, ин­те­ре­су­ясь, на­при­мер, «про­фес­си­ей», лю­би­мым де­лом каж­до­го. «Шпа­на» очень гор­да и чут­ко са­мо­лю­би­ва. Ей нель­зя по­ка­зать пре­не­бре­же­ния без­на­ка­зан­но. И по­то­му ма­не­ра вла­ды­ки бы­ла все­по­беж­да­ю­щей. Он, как друг, обла­го­ра­жи­вал их сво­им при­сут­стви­ем и вни­ма­ни­ем. На­блю­де­ния же его в этой сре­де, ко­гда он де­лил­ся ими, бы­ли ис­клю­чи­тель­но­го ин­те­ре­са.

Он до­сту­пен всем, он та­кой же, как все, с ним лег­ко всем быть, встре­чать­ся и раз­го­ва­ри­вать. Са­мая обык­но­вен­ная, про­стая, несвя­тая внеш­ность — вот что был сам вла­ды­ка. Но за этой за­уряд­ной фор­мой ве­се­ло­сти и свет­ско­сти мож­но бы­ло по­сте­пен­но усмот­реть дет­скую чи­сто­ту ве­ли­кую ду­хов­ную опыт­ность, доб­ро­ту и ми­ло­сер­дие, это сла­дост­ное без­раз­ли­чие к ма­те­ри­аль­ным бла­гам, ис­тин­ную ве­ру, под­лин­ное бла­го­че­стие, вы­со­кое нрав­ствен­ное со­вер­шен­ство, не го­во­ря уже об ум­ствен­ном, со­пря­жен­ном с си­лой и яс­но­стью убеж­де­ния. Этот вид обык­но­вен­ной гре­хов­но­сти, юрод­ство, ли­чи­на свет­ско­сти скры­ва­ли от лю­дей внут­рен­нее де­ла­ние и спа­са­ли его са­мо­го от ли­це­ме­рия и тще­сла­вия. Он был за­кля­тый враг ли­це­ме­рия и вся­ко­го «ви­да бла­го­че­стия», со­вер­шен­но со­зна­тель­ный и пря­мой. В «ар­те­ли Тро­иц­ко­го» (так на­зы­ва­лась ра­бо­чая груп­па ар­хи­епи­ско­па Ила­ри­о­на) ду­хо­вен­ство про­шло в Со­лов­ках хо­ро­шее вос­пи­та­ние. Все по­ня­ли, что на­зы­вать се­бя греш­ным или толь­ко ве­сти дол­гие бла­го­че­сти­вые раз­го­во­ры, по­ка­зать стро­гость сво­е­го бы­та не сто­ит. А тем бо­лее ду­мать о се­бе боль­ше, чем ты есть на са­мом де­ле.

Каж­до­го при­ез­жа­ю­ще­го свя­щен­ни­ка вла­ды­ка по­дроб­но рас­спра­ши­вал обо всем, что пред­ше­ство­ва­ло за­клю­че­нию. При­вез­ли од­на­жды в Со­лов­ки од­но­го игу­ме­на. Ар­хи­епи­скоп спра­ши­ва­ет его: — За что же вас аре­сто­ва­ли? — Да слу­жил мо­леб­ны у се­бя на до­му, ко­гда мо­на­стырь за­кры­ли,— от­ве­ча­ет отец игу­мен,— ну, со­би­рал­ся на­род, и да­же бы­ва­ли ис­це­ле­ния... — Ах, вот как, да­же ис­це­ле­ния бы­ва­ли... Сколь­ко же вам да­ли Со­лов­ков? — Три го­да. — Ну, это ма­ло, за ис­це­ле­ния на­до бы дать боль­ше, со­вет­ская власть недо­смот­ре­ла...

Са­мо со­бой по­нят­но, что го­во­рить об ис­це­ле­ни­ях по сво­им мо­лит­вам бы­ло бо­лее чем нескром­но.

В се­ре­дине ле­та 1925 го­да с Со­лов­ков ар­хи­епи­ско­па Ила­ри­о­на от­пра­ви­ли в Яро­слав­скую тюрь­му. Здесь об­ста­нов­ка бы­ла иная, чем на Со­лов­ках. В тюрь­ме он поль­зо­вал­ся осо­бы­ми льго­та­ми, ему доз­во­ли­ли по­лу­чать кни­ги ду­хов­но­го со­дер­жа­ния. Поль­зу­ясь дан­ны­ми льго­та­ми, ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он про­чи­ты­ва­ет мно­го свя­то­оте­че­ской ли­те­ра­ту­ры. де­ла­ет вы­пис­ки, из ко­то­рых по­лу­ча­ет­ся мно­го тол­стых тет­ра­дей свя­то­оте­че­ских на­став­ле­ний. Эти тет­ра­ди он имел воз­мож­ность по­сле тю­рем­ной цен­зу­ры пе­ре­да­вать сво­им дру­зьям на хра­не­ние. Свя­ти­тель тай­ком по­се­щал тю­рем­но­го над­зи­ра­те­ля, доб­ро­го че­ло­ве­ка, и вел у него со­би­ра­ние под­поль­ной ру­ко­пис­ной ре­ли­ги­оз­ной, со­вет­ской ли­те­ра­ту­ры и ко­пий вся­ких цер­ков­но-адми­ни­стра­тив­ных до­ку­мен­тов и пе­ре­пис­ки ар­хи­ере­ев.

В это же са­мое вре­мя ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он му­же­ствен­но пе­ре­нес и ряд непри­ят­но­стей. Ко­гда он на­хо­дил­ся в Яро­слав­ской тюрь­ме, в лоне Рус­ской Церк­ви воз­ник гри­го­ри­ан­ский рас­кол. То­гда-то, как к по­пуляр­но­му ар­хи­ерею, и явил­ся к нему агент ГПУ и стал скло­нять его при­со­еди­нить­ся к но­во­му рас­ко­лу. «Вас Москва лю­бит,— за­явил пред­ста­ви­тель ГПУ,— вас Москва ждет». Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он остал­ся непре­кло­нен. Он ура­зу­мел за­мы­сел ГПУ и му­же­ствен­но от­верг сла­дость сво­бо­ды, пред­ла­га­е­мой за из­ме­ну. Агент уди­вил­ся его му­же­ству и ска­зал: «При­ят­но с ум­ным че­ло­ве­ком по­го­во­рить.— И тут же до­ба­вил:— А сколь­ко вы име­е­те сро­ка на Со­лов­ках? Три го­да?! Для Ила­ри­о­на три го­да?! Так ма­ло?» Неуди­ви­тель­но, что по­сле это­го ар­хи­епи­ско­пу Ила­ри­о­ну бы­ло до­бав­ле­но еще три го­да. И до­бав­ле­но «за раз­гла­ше­ние го­судар­ствен­ных тайн», то есть раз­гла­ше­ние раз­го­во­ра его с аген­том в Яро­слав­ской тюрь­ме.

Вес­ной 1926 го­да ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он был сно­ва воз­вра­щен на Со­лов­ки. Крест­ный путь его про­дол­жал­ся. Гри­го­ри­ан­цы не оста­ви­ли его в по­кое. Они не те­ря­ли на­деж­ды на то, что им удаст­ся скло­нить на свою сто­ро­ну та­ко­го ав­то­ри­тет­но­го иерар­ха, ка­ким был ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он, и за­кре­пить его пе­ре­хо­дом свои по­зи­ции.

В на­ча­ле июня 1927 го­да, ед­ва на­ча­лась на­ви­га­ция на Бе­лом мо­ре, ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он был при­ве­зен в Моск­ву для пе­ре­го­во­ров с ар­хи­епи­ско­пом Гри­го­ри­ем. По­след­ний в при­сут­ствии свет­ских лиц на­стой­чи­во упра­ши­вал ар­хи­епи­ско­па Ила­ри­о­на «на­брать­ся му­же­ства» и воз­гла­вить все бо­лее те­ряв­ший зна­че­ние гри­го­ри­ан­ский «выс­ший цер­ков­ный со­вет». Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он ка­те­го­ри­че­ски от­ка­зал­ся, объ­яс­нив, что де­ло выс­ше­го цер­ков­но­го со­ве­та неспра­вед­ли­вое и про­пав­шее, за­ду­ман­ное людь­ми, не све­ду­щи­ми ни в цер­ков­ной жиз­ни, ни в цер­ков­ных ка­но­нах, и что это де­ло об­ре­че­но на про­вал. При этом ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он брат­ски уве­ще­вал ар­хи­епи­ско­па Гри­го­рия оста­вить ненуж­ные и вред­ные для Церк­ви за­мыс­лы.

По­доб­ные встре­чи по­вто­ря­лись несколь­ко раз. Вла­ды­ку Ила­ри­о­на и умо­ля­ли, и обе­ща­ли ему пол­ную сво­бо­ду дей­ствий, и бе­лый кло­бук, но он твер­до дер­жал­ся сво­их убеж­де­ний. Был слух, что од­на­жды он ска­зал сво­е­му со­бе­сед­ни­ку: «Хо­тя я и ар­хи­пас­тырь, но вспыль­чи­вый че­ло­век, очень про­шу вас уй­ти, ведь я мо­гу по­те­рять власть над со­бой».

«Я ско­рее сгнию в тюрь­ме, а сво­е­му на­прав­ле­нию не из­ме­ню»,— го­во­рил он в свое вре­мя епи­ско­пу Гер­ва­сию.

Та­кой по­зи­ции в от­но­ше­нии гри­го­ри­ан­цев он дер­жал­ся до кон­ца сво­ей жиз­ни.

В смут­ное вре­мя, ко­гда по­сле об­нов­лен­че­ско­го рас­ко­ла про­ник­ли раз­но­гла­сия и в сре­ду ссыль­ных ар­хи­ере­ев на Со­лов­ках, ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он явил­ся на­сто­я­щим ми­ро­твор­цем сре­ди них. Он су­мел на ос­но­ве Пра­во­сла­вия объ­еди­нить их меж­ду со­бой. Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он был в чис­ле епи­ско­пов, вы­ра­бо­тав­ших в 1926 го­ду цер­ков­ную де­кла­ра­цию, опре­де­ля­ю­щую по­ло­же­ние Пра­во­слав­ной Церк­ви в но­вых ис­то­ри­че­ских усло­ви­ях. Она сыг­ра­ла огром­ную роль в борь­бе с воз­ник­ши­ми то­гда раз­де­ле­ни­я­ми.

В но­яб­ре 1927 го­да неко­то­рые из со­ло­вец­ких епи­ско­пов на­ча­ли бы­ло ко­ле­бать­ся в свя­зи с иоси­ф­лян­ским рас­ко­лом. Ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он су­мел со­брать до пят­на­дца­ти епи­ско­пов в ке­лии ар­хи­манд­ри­та Фе­о­фа­на, где все еди­но­душ­но по­ста­но­ви­ли со­хра­нять вер­ность Пра­во­слав­ной Церк­ви, воз­глав­ля­е­мой мит­ро­по­ли­том Сер­ги­ем.

«Ни­ка­ко­го рас­ко­ла!— воз­гла­сил ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он.— Что бы нам ни ста­ли го­во­рить, бу­дем смот­реть на это, как на про­во­ка­цию!»

28 июня 1928 го­да вла­ды­ка Ила­ри­он пи­сал сво­им близ­ким, что до край­ней сте­пе­ни не со­чув­ству­ет всем от­де­лив­шим­ся и счи­та­ет их де­ло неосно­ва­тель­ным, вздор­ным н крайне вред­ным. Та­кое от­де­ле­ние он счи­тал «цер­ков­ным пре­ступ­ле­ни­ем». по усло­ви­ям те­ку­ще­го мо­мен­та весь­ма тяж­ким. «Я ров­но ни­че­го не ви­жу в дей­стви­ях мит­ро­по­ли­та Сер­гия и его Си­но­да, что бы пре­вос­хо­ди­ло ме­ру снис­хож­де­ния и тер­пе­ния»,— за­яв­ля­ет он. А в пись­ме от 12 ав­гу­ста 1928 го­да раз­ви­ва­ет свою мысль: «Вез­де пи­са­ны пу­стя­ки, кто на­про­тив пи­шет. Ка­кую шту­ку вы­ду­ма­ли. Он, мол, от­ступ­ник. И как пи­шут, буд­то без ума они. Са­ми в яму по­па­да­ют и за со­бой дру­гих та­щат». При этом он де­ла­ет за­клю­че­ние, что мит­ро­по­ли­ту Иоси­фу ни­че­го не до­ка­жешь, «хоть лбом об стен­ку бей­ся», что он, как до­пу­стив­ший грех от­де­ле­ния по зло­бе, оста­нет­ся до кон­ца жиз­ни при сво­их взгля­дах.

Мно­го тру­дов по­ло­жил ар­хи­епи­скоп Ила­ри­он и для то­го, чтобы пе­ре­убе­дить епи­ско­па Вик­то­ра (Ост­ро­ви­до­ва) Гла­зов­ско­го, близ­ко­го по на­прав­ле­нию к иоси­ф­ля­нам. «Го­во­рить с ним не при­ве­ди Бог, — пи­сал вла­ды­к