Акафист святителю Софронию, епископу Иркутскому

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 12 апреля (30 марта ст. ст.); 13 июля (30 июня ст. ст.)

Не утвержден для общецерковного использования.

Кондак 1

Возбранный Воеводо, Творец веков, Господь, Царь Славы, глубиною мудрости помышляя полезное в роды родов о Церкви Своей, видев наше маловерие, греховный сон и охлаждение, чудес действо сугубо даде по сгорении мощей угоднику своему, сим показуя велие дерзновение его ко Господу, да вси люди страны сибирския возгорающеся, верою и любовию, воспоют новому чудотворцу и цельбоподателю и молитвеннику своему, от всяких бед свободи ны, отче, зовущия Ти:

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Икос 1

Ангелов Творец, Господь Вседержитель благодатию Своею возвышая человеки в первое достоинство на небеси, избра тя, отче Софроние, да служиши Ему во ангельском чину и монашествуеши на земли. Мы же воспоминающе юность и подвиги твоя глаголем сице:

Радуйся, духовных родителей духовное чадо; радуйся, от юности положивый доброе начало. Радуйся, носяй имя соименно перводиакону Стефану; радуйся, сподобивыйся слышати небесный глас во храме. Радуйся, премудрости Божией сын возлюбленный; радуйся, в пострижении Софронием нареченный. Радуйся, еще юн сый, бывый монахов наставниче; радуйся, отче любвеобильный и строгий подвижниче.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 2

Видя Елизавета, венчанная Царице, благонравие твое и святость жития, изволением Божиим избра тя в предстоятеля Лавры Невския, да якоже славил еси Бога на юге России, тако и на севере, в стольном граде, научиши монахи и бельцы непрестанно пети Богу ангельскую песнь: Аллилуиа.

Икос 2

Разум, от премудрости Божией дарованный, не можаше укрытися в тебе, но яко пресветлая звезда возсия на высоте архиерейства и учительства, озаряя всю страну пространныя Сибири учением своим, внушая верным чадам Церкви благодарственно вопити просветителю своему:

Радуйся, святителю богоизбранный и трудолюбивый; радуйся, тя бо не устраши путь лишениями многотрудный. Радуйся, мы бо тя приемлем яко друга Божия; радуйся, имел бо и ты друга душе инока праведна Синесия. Радуйся, мужу желаний, благодати Божией носителю; радуйся, архипастырю Иркутский, Иннокентия святого вторый заместителю. Радуйся, иерарше Богом избранный и людем благоприятный; радуйся, от священнаго собора и от житель града Иркутска радостно приятый.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 3

Силою свыше облечен быв, святителю Софроние, обходя грады и веси паствы твоей, отечески наказуя клирики и иереи, да служат Богу со страхом, по достоинству сана своего, да учат дети, отцы и матери разумно пети небесную песнь: Аллилуиа.

Икос 3

Имея ревность по Бозе, яко же и пророк Илия, всякаго власть имущаго учил еси право ходити в законе Господни, правду и суд творити, заступати, немощныя, сирых и вдовиц от напасти избавляти, к нищым милостивым быти, за еже ублажающе тя, тако глаголем:

Радуйся, отче, правых путей любителю; радуйся, злокозненных нравов искоренителю. Радуйся, истин евангельских провозвестниче; радуйся, злаго властелина усмирителю. Радуйся, яко града Нерчинска первый быв посетитель; радуйся, своим служением оставивый память чадам и родителям. Радуйся, от сосуда сердца своего благодать всем изливаяй; радуйся, земли нерчинской небесное благословение подаваяй.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 4

Бурю внутренних волнений не могий стерпети, ревнителю благочестия, яко не воздается честь благовестом Церковному песнопению в Литургии, Вечерни и Утрени: таже горя любовию ко славе Божией, повелел еси на «Достойно», «Господи воззвах» и на «Честнейшую» ударяти в кампан, да христиане в домех и на пути слышаше глас церкви, воспоют хвалу Богу: Аллилуиа.

Икос 4

Слышав речение Господне: «Иже сотворит и научит, сей велий наречется в Царствии Небеснем», делом слово исполняя: молитву, пост, поклоны и всяко томление плоти восприял еси, к сим же и человеколюбия не оставляя к меньшей братии, яко прежде кончины возмогл еси святость стяжати, за еже приими похвалу сию:

Радуйся, отче, любве ради Христовы земная оставивый; радуйся, еяже ради вся красныя ни вочтоже вменивый. Радуйся, блаженство облобызавый нищеты духовныя; радуйся, страхом Божиим попаливый страсти греховныя. Радуйся, приявый иго Христово на рамена измлада; радуйся, узким путем шествовавый неуклонно до вышняго града. Радуйся, нетленных благ на небеси обладателю; радуйся, дивныя славы во светлости святых созерцателю.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 5

Боготочною кровию, обновившему род человеческий, Христу последовал еси, блаженне, принося Ему бескровную жертву во оставление грехов людей твоих, таже и всего себе принесл еси во всесожжение, являяся источником исцелений, бесов прогонитель и зритель таин сердечных, возбуждая люди зрящия чудеса, пети Богу: Аллилуиа.

Икос 5

Видевше сынове великия Сибирския пречудное твое житие, аще и в последняя лета возсиял еси в новопросвещенней стране, отче Софроние, обаче древних отец сподобляяся чести, равное дарование и чудес творение приял еси от Бога, Его же благодаряще, тя величаем приветствии сими:

Радуйся, иерарше, Николая Чудотворца ревнителю; радуйся, дивному Иннокентию верный подражателю. Радуйся, соседателю в вышних всем святителем; радуйся, и земных являяся от искушений хранителем. Радуйся, благочестие и веру соблюдый нескверно; радуйся, в венце славы предстоя свету невечерню. Радуйся, на свет явивыйся, егда Христос родися; радуйся, ты бо во светлыя дни Пасхи ко Господу преставился.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 6

Проповедник бывый веры Христовы и познания истины в монголех и во всяком языце ближния и дальния Сибири, пришел еси и ко своему пределу, еже есть земля еси и в землю отыдеши, отдав дух Богу, тело же оставив верным на многа лета в пещере, да приходящие поют надгробную песнь: Аллилуиа.

Икос 6

Возсиявшее солнце в земли Иркутстей, Святый Софроний, в старости преклонней позна запад свой, оставив земная, восприял есть от руки Господни вечная благая, еже мы познахом от чудес и целебныя силы, присущия святым мощем его, и удивляяся поем ему таковая:

Радуйся, пастырю, неусыпно пасый Христово стадо; радуйся, надеждо ненадежных и сердечной туге отрадо. Радуйся, ты бо отшел еси прияти венец славы; радуйся, ибо оправдася на тебе суд Божией правды. Радуйся, твоя бо душа вчинена есть в святителей лики; радуйся, яко сице блаженство пребудет в бесконечные веки. Радуйся, тело бо твое остася нетленно; радуйся, яко чудо сие бысть всей Церкви Российской явленно.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 7

Хотя Господь утешити избранныя люди своя, междоусобным искушением угнетенныя, волною неверия колеблемыя и вкупе с пастырми гонимыя, открыл есть славу угодника своего преблаженнаго Софрония, юже имать со святыми на небеси, да притекающе людие к его молитвенной помощи, поют Христу Богу: Аллилуиа.

Икос 7

Дивное знамение нача являтися у раки святых мощей твоих, отче преподобне. Уврачевал бо еси первее языкоболие, таже зубов возболение, таже и силу огневицы отрочат угасил еси, за еже благодарственно приносим ти песни сия:

Радуйся, врачу безмездный и цельбоподателю; Радуйся, помазанием елеа болезней облегчителю. Радуйся, изливаяй милость на книжных, разумных и простых; радуйся, обновляяй веру искушением колеблемых. Радуйся, явлением своим от позорныя смерти избавляяй; радуйся, молитвою твоею и кони свирепыя укрощаяй. Радуйся, теплое утешение всех гонимых и скорбящих; радуйся, предстателю Господень за всех к тебе прибегающих.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 8

Странно чудо, како части костей святых мучеников источают исцеления, се ныне видим кости святителя Софрония огнем изнурены, и от нас грешных сокровенны, раны и вред врачуют, и всяко томление души скорбящия на радость прелагают. Воистину чудо преславно, сего ради чудес дателю Богу поем: Аллилуиа.

Икос 8

Весь еси ты отче, водворяешися в вышних, но и нижних, нас грешных, от скорби и от духа уныния долу поникших не оставляеши, присно бо притекающим к тебе помоществуеши, печаль на радость и скудость на довольство прелагаеши. За вся сия тя ублажающе, глаголем сице:

Радуйся, источниче присный благодатных исцелений; радуйся, разрешаяй жен от тяжких рождений. Радуйся, умом изумленным разум возвращаяй; радуйся, явлением во сне изломление костей исправляяй. Радуйся, избавление от страха нощнаго боязливыя; радуйся, прогонителю блуднаго беса и подателю целомудрия. Радуйся, оком твоим свыше на иноческия обители призирающий; радуйся, огненным столпом в возгорении, града мощи твоя показующий.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 9

Всякий естества закон превосходит, еже ты твориши, о, великий Чудотворче! Изподспуда бо земнаго являяся, глаголеши избранным: «Прославите мя и аз вас прославлю» и повелеваеши, да сотворят ограждение над гробом твоим, да не попирается ногами место святое, но со страхом, ходяще людие окрест, поют: Аллилуиа.

Икос 9

Ветии многовещаннии неразумеюще тайны Божией яже, о Софроние! Егда узреша дым запаления от святых мощей, велиим гласом, на стогнах града и в домех велемудренно кричаху православным: «Уа! Где есть вера ваша? Где святость? Где мощи? Аще Софроний бе свят, почто не противися огню?» И ругахуся вере Христовой. Таже видевше множество чудес паче прежняго, познаша яко Бог поругаем не бывает: зазираху себе, возжигаху свещи, припадаху к честным останкам святых мощей, бияху в перси своя и в глубоцем молчании, сердцем вопияху:

Радуйся, Софроние, чудес делателю новоявленный; радуйся, подаяй прощение в покаянии просящим смиренно. Радуйся, имеяй власть вязати и решити; радуйся, и мощем своим ниспославый множайшую силу благодати. Радуйся, огнепальным действом лику сочетавыйся священномучеников; радуйся, отче милостивый, вразумителю мощей твоих хульников. Радуйся, ограждаяй паству твою от диавольских умышлений: радуйся, подателю благословения в начале добрых начинаний.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 10

Спасти хотя град свой от кровопролитныя брани, миротворный отче, явился еси прославляющемуся тя сопрестольнику твоему архипастырю Иоанну: «Мужайся» рекл еси ему. Таже и прежде явлейся, показуя гроб свой и глаголя: «гроб сей ветхий, нетребен ми еси», еже знаменова самоприношение в умилостивительную жертву о граде. Познати тайну сию Иоанн можаше. Егда сбыстся реченное, он и вся люди со умилением воспеша хвалу Богу: Аллилуиа.

Икос 10

Стена каменна прямо, стена одесную, стена ошуюю в пещере, идеже бо хранимо тело твое, Угодниче Христов, яко несть возможно проникнути тамо пламени. Обаче Христос Господь, премудростию своею устрояяй полезное церкви, попустил есть, да сгорит гроб твой и тело твое, показуя сим, яко догмат Святаго Православия несть чувственное и осязаемое, но сердечною верою постигаемое и надеждою возмогаемое, и пети тебе любовию научающее:

Радуйся, мысленный изъявителю православия; радуйся, смотрительно предавый мощи своя на сожжение. Радуйся, венцем священномученика украсивыйся по преставлении; радуйся, кротчайший отче, никого же обличивый в запалении. Радуйся, правды Божией и премудрости честное орудие; радуйся, предваривый Иоанну во сне быти имущее. Радуйся, яко по сгорении усугубивый чудодействия; радуйся, сими бо чудесы возвеселишася люди Иркутска.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 11

Пение всеумиленное и горячую молитву вознесл еси к Богу в годину междоусобныя брани о граде твоем, великий наш заступниче, яко ни единому гласу оружному слышатися во граде в день прославления твоего, и тако священный собор и множество верных возмогоша в мирной тишине воспети тебе хвалу и Богу: Аллилуиа.

Икос 11

Светильника Церкви – третияго епископа Иркутскаго – устрои тя Бог, в триех Ипостасех славимый, богоблаженне Софроние. Всесвятый же Дух, Бог Всемогущий, всепремудрый, самовладычный, самоповелительный исполнил есть тя духа премудрости, духа разума, духа страха Божия: да сими дарами Духа Святаго приведеши люди ко спасению, вопиющия ти:

Радуйся, вместилище даров Духа Святаго; радуйся, очистилище человеческаго злаго нрава. Радуйся, от страсти пьянственныя люди свобождаяй; радуйся, от боли главы, зубов и стомаха избавляяй. Радуйся, течение крови и воды яже в теле прикосновением уставляяй; радуйся, и срачицею возложенною на гроб твой, здравие подаваяй. Радуйся, устрояяй бедствующим жилища к пребыванию; радуйся, неимущим, где главу подклонити кров дающий и пропитание.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 12

Благодать, данную ти от Бога ведуще прилежно просим тя, отче Софроние, пролей ныне теплую твою молитву о нас ко Господу, да презрев вся наша согрешения, дарует нам мирное житие, друг ко другу любве исполненное. Грады и Церкви не разоримы да сохранит, обилие всяких плодов земли да дарует, и всех нас да спасет и помилует: мы же благодарным сердцем воспоем ему: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще дивнаго во святых своих, Царя Небеснаго, прославльшаго тя, вернаго раба Своего, милостивое твое скорое нам во всяких нуждах поможение, прославляем и Бога благодаряще, радостно ти глаголем:

Радуйся, великославный Сибирский заступниче; радуйся, совершенный в добродетелех человече. Радуйся, подражателю святых и священномучеников; радуйся, благий и добрый наставниче иноков. Радуйся, Пресвятыя Богородицы известный умилостивителю; радуйся, молитвенниче за град наш и всея страны покровителю. Радуйся, света Евангельскаго всесветлое сияние; радуйся, во тьме греховней сущим просвещающее озарение.

Радуйся, Софроние, горящий к Богу огнем любве неугасимыя.

Кондак 13

О, чудотворче преславный и заступниче наш, богомудре Софроние, приими малое сие моление наше, якоже Христос приял вдовицы две лепты и богоприятным твоим ходатайством умоли Господа сил силу свыше нам подати на исправление жития, да Того благодатию от грехов очистившимся, геенны избавитися и грядущия на небесех благая улучити, вопиющим Ему: Аллилуиа.

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1 и кондак 1)

Молитва первая

Святителю Христов Софроние! Предстоя у престола Божия, призри с небесе на нас, грешных и недостойных раб Божиих (имена)! Возгрей сердца немощных людей и призови к покаянию и исправлению жизни греховныя. Утверди нас твоею благодатною помощию, предстательством твоим и молитвами приход сей от всякого зла и навета вражия огради, спаси и сохрани именем Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, Емуже славу приносим во веки. Аминь.

Молитва вторая

Святче Божий, святителю Христов, добрый пастырю словеснаго стада, человече Божий, новый чудотворче и неусыпный к Богу молитвенниче за страну сию, отче Софроние, призри с высоты Небесныя на нас, с верою и любовию покланяющихся образу твоему и честным останкам святых мощей, в наше утешение избывшим от всепоядающаго огня. Призри, святче Божий, и виждь наше нестроение и раздоры, нашу тугу, скорбь и сердечную болезнь, от лишения братския любве пребывающия. Испроси у Христа Бога коемуждо нам благодати смирения, познание своея греховности и самоукорения, да, внимающе кийждо своей совести, престанем осуждати ближняго, клеветати и поношати, но, соединившеся ко друг другу любовию, сподобимся мирно во смирении прочее время живота нашего пожити и улучити христианскую кончину. Да, совокупльшеся в будущей жизни со всеми святыми и с тобою, пастырю наш, прославим Единаго в Троице славимаго Бога, Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь.

Краткое житие святителя Софрония, епископа Иркутского

Свя­ти­тель Со­фро­ний, епи­скоп Ир­кут­ский и всея Си­би­ри чу­до­тво­рец, из­вест­ный под фа­ми­ли­ей Кри­сталев­ский, ро­дил­ся в Ма­ло­рос­сии, в Чер­ни­гов­ском пол­ку в 1704 го­ду. Отец его, На­за­рий Фе­до­ров, был "поспо­ли­тый че­ло­век, бель­цем его, Со­фро­ния, зва­ли Сте­фа­ном", в честь пер­во­му­че­ни­ка ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на. У него бы­ло два бра­та и сест­ра Пе­ла­гея. Имя од­но­го бра­та – Па­вел, имя дру­го­го, стар­ше­го, неиз­вест­но, но есть све­де­ния, что он был впо­след­ствии на­мест­ни­ком Крас­но­гор­ско­го Зо­ло­то­нош­ско­го мо­на­сты­ря.

Дет­ские го­ды Сте­фа­на про­хо­ди­ли в ме­стеч­ке Бе­ре­зань Пе­ре­я­с­лав­ско­го уез­да Пол­тав­ской гу­бер­нии, где по­се­ли­лась се­мья по­сле уволь­не­ния от­ца со служ­бы. С воз­рас­том Сте­фан по­сту­пил в Ки­ев­скую ду­хов­ную ака­де­мию, где в то вре­мя обу­ча­лись два дру­гих бу­ду­щих свя­ти­те­ля – Иоасаф, епи­скоп Бел­го­род­ский (па­мять 4 сен­тяб­ря и 10 де­каб­ря), и Па­вел, мит­ро­по­лит То­боль­ский.

По­лу­чив ду­хов­ное об­ра­зо­ва­ние, Сте­фан по­сту­пил в Крас­но­гор­ский Пре­об­ра­жен­ский мо­на­стырь (позд­нее пе­ре­име­но­ван в По­кров­ский, а с 1789 го­да пре­об­ра­зо­ван в жен­ский мо­на­стырь), где уже под­ви­зал­ся его стар­ший брат. 23 ап­ре­ля 1730 го­да он при­нял по­стриг с име­нем Со­фро­ний, в честь свя­ти­те­ля Со­фро­ния, пат­ри­ар­ха Иеру­са­лим­ско­го (па­мять 11 мар­та).

В ночь по­сле по­стри­же­ния в мо­на­ше­ство инок Со­фро­ний услы­шал в По­кров­ском хра­ме го­лос: "Ко­гда бу­дешь епи­ско­пом, по­строй храм во имя Всех свя­тых", – пре­ду­ка­зав­ший его бу­ду­щее слу­же­ние. Через два го­да, в 1732 го­ду, его вы­зва­ли в Ки­ев, где в Со­фий­ском со­бо­ре хи­ро­то­ни­са­ли в сан иеро­ди­а­ко­на, а по­том – иеро­мо­на­ха. О по­сле­ду­ю­щем пе­ри­о­де жиз­ни свя­ти­те­ля Со­фро­ния в его фор­му­ля­ре го­во­рит­ся сле­ду­ю­щее: "По­сле по­свя­ще­ния в оном Зо­ло­то­нош­ском мо­на­сты­ре каз­на­че­ем был два го­да, а по­том взят по ука­зу Пе­ре­я­с­лав­ской епар­хии прео­свя­щен­но­го Ар­се­ния Бер­ло­ва в дом его ар­хи­ерей­ский, в ко­то­ром был эко­но­мом 8 лет по взя­тие в Алек­сан­дро-Нев­ский мо­на­стырь, от ко­то­ро­го во оные го­ды в 1735 го­ду по­слан был в Санкт-Пе­тер­бург за де­ла­ми его ар­хи­ерей­ски­ми, за ко­то­ры­ми в хо­да­тай­стве пре­был два го­да".

Эти дан­ные до­ста­точ­но кон­крет­но сви­де­тель­ству­ют о свя­зи свя­ти­те­ля с род­ной ему По­кров­ской оби­те­лью. Про­хо­дя по­слу­ша­ние у пра­вя­ще­го ар­хи­ерея в Пе­ре­я­с­ла­ве, он ча­сто уеди­нял­ся в сво­ем мо­на­сты­ре, про­во­дя дни в без­молв­ном со­зер­ца­нии и тру­де, по­ка­зы­вая при­мер ино­че­ско­го де­ла­ния бра­тии.

Во вре­мя пре­бы­ва­ния иеро­мо­на­ха Со­фро­ния по ар­хи­ерей­ским де­лам в Си­но­де на него об­ра­ти­ли осо­бое вни­ма­ние. И ко­гда воз­ник­ла необ­хо­ди­мость по­пол­нить брат­ство Алек­сан­дро-Нев­ско­го мо­на­сты­ря в Санкт-Пе­тер­бур­ге, то в чис­ле 29 ино­ков, вы­зван­ных из раз­ных мо­на­сты­рей Рос­сии, в ян­ва­ре 1742 го­да был вы­зван и бу­ду­щий свя­ти­тель. Год спу­стя его на­зна­чи­ли каз­на­че­ем мо­на­сты­ря, а в 1746 го­ду он был утвер­жден в долж­но­сти на­мест­ни­ка оби­те­ли, ко­то­рую ис­пол­нял бо­лее се­ми лет.

В по­мощь се­бе он вы­звал сво­е­го зем­ля­ка, уро­жен­ца го­ро­да При­лу­ки, иеро­мо­на­ха Си­не­сия и по­ста­вил его стро­и­те­лем Но­во-Сер­ги­е­вой пу­сты­ни, при­пи­сан­ной к Алек­сан­дро-Нев­ско­му мо­на­сты­рю. С это­го вре­ме­ни друж­ба двух по­движ­ни­ков – иеро­мо­на­ха Со­фро­ния и иеро­мо­на­ха Си­не­сия – все бо­лее креп­ла в еди­ном пас­тыр­ском де­ла­нии, они уже бы­ли нераз­луч­ны вплоть до сво­ей кон­чи­ны на Си­бир­ской зем­ле. В эти го­ды свя­ти­тель Со­фро­ний мно­го тру­дов по­ло­жил на бла­го­устрой­ство оби­те­ли и по улуч­ше­нию пре­по­да­ва­ния в на­хо­див­шей­ся при ней се­ми­на­рии. Сов­мест­но с ар­хи­епи­ско­пом Фе­о­до­си­ем он за­бо­тил­ся о долж­ном уком­плек­то­ва­нии мо­на­стыр­ской биб­лио­те­ки.

При нем бы­ла по­стро­е­на двух­этаж­ная цер­ковь: верх­няя, во имя свя­то­го Фе­о­до­ра Яро­сла­ви­ча, стар­ше­го бра­та свя­то­го Алек­сандра Нев­ско­го, и ниж­няя, во имя свя­то­го Иоан­на Зла­то­уста.

В 1747 го­ду скон­чал­ся Ир­кут­ский епи­скоп Ин­но­кен­тий II (Неру­но­вич). Шесть лет са­мая боль­шая по тер­ри­то­рии Ир­кут­ская епар­хия оста­ва­лась без ду­хов­но­го окорм­ле­ния.

На­ко­нец, им­пе­ра­три­ца Ели­за­ве­та Пет­ров­на (1741–1761) ука­зом от 23 фев­ра­ля 1753 го­да ре­ко­мен­до­ва­ла Свя­тей­ше­му Си­но­ду бла­го­че­сти­во­го на­мест­ни­ка Алек­сан­дро-Нев­ско­го мо­на­сты­ря Со­фро­ния, как "ли­цо, не толь­ко до­стой­ное епи­скоп­ско­го са­на, но и вполне мо­гу­щее оправ­дать же­ла­ние и на­деж­ды го­су­да­ры­ни и Си­но­да – подъ­ять бре­мя епи­скоп­ско­го слу­же­ния на да­ле­кой окра­ине и удо­вле­тво­рить нуж­ды паст­вы в су­ро­вой стране, сре­ди ди­кой при­ро­ды и про­из­во­ла люд­ско­го".

18 ап­ре­ля 1753 го­да, в Неде­лю о Фо­ме, в Боль­шом Успен­ском со­бо­ре иеро­мо­нах Со­фро­ний был по­свя­щен во епи­ско­па Ир­кут­ско­го и Нер­чин­ско­го.

Пред­ви­дя труд­ное слу­же­ние в от­да­лен­ном Си­бир­ском крае, но­во­по­став­лен­ный свя­ти­тель не от­пра­вил­ся сра­зу в Ир­кут­скую епар­хию, но на­чал под­би­рать об­ра­зо­ван­ных и ду­хов­но опыт­ных со­труд­ни­ков. В это вре­мя свя­ти­тель Со­фро­ний по­се­тил свою первую Крас­но­гор­скую оби­тель. Был и у свя­тынь Ки­е­ва, где ис­пра­ши­вал бла­го­сло­ве­ние на свое слу­же­ние у Ки­е­во-Пе­чер­ских угод­ни­ков. Неиз­мен­ным спут­ни­ком свя­ти­те­ля по-преж­не­му был иеро­мо­нах Си­не­сий, рев­ност­но раз­де­ляв­ший жиз­нен­ные труд­но­сти сво­е­го дру­га.

В Москве боль­шие услу­ги свя­ти­те­лю ока­зал ар­хи­епи­скоп Мос­ков­ский и Сев­ский Пла­тон, ко­то­рый участ­во­вал в хи­ро­то­нии иеро­мо­на­ха Со­фро­ния. Он пре­по­дал ему оте­че­ские на­став­ле­ния на пред­сто­я­щий по­двиг, так как был хо­ро­шо зна­ком с осо­бен­но­стя­ми си­бир­ско­го ду­хов­но­го бы­та, пре­ду­пре­ждал о свое­во­лии мест­ных вла­стей и со­ве­то­вал по­до­брать на­деж­ных по­мощ­ни­ков.

20 мар­та 1754 го­да свя­ти­тель при­был в Ир­кутск. Вна­ча­ле он за­ехал в Воз­не­сен­ский мо­на­стырь – ме­сто жи­тель­ства сво­их пред­ше­ствен­ни­ков, мо­лил­ся на мо­ги­ле епи­ско­па Ин­но­кен­тия (Куль­чиц­ко­го), ис­пра­ши­вая у него бла­го­сло­ве­ния на пред­сто­я­щий по­двиг.

Озна­ко­мив­шись с по­ло­же­ни­ем дел в епар­хии, свя­ти­тель при­сту­пил к пре­об­ра­зо­ва­ни­ям в Ду­хов­ной кон­си­сто­рии, мо­на­сты­рях и при­хо­дах, об­ра­тил­ся в Свя­тей­ший Си­нод с прось­бой при­слать до­стой­ных лю­дей для свя­щен­но­слу­же­ния в Ир­кут­ской епар­хии.

Ко вре­ме­ни при­ез­да свя­ти­те­ля Со­фро­ния ир­кут­ские оби­те­ли уже име­ли по­чти сто­лет­нюю ис­то­рию. Ос­но­ва­те­ли этих мо­на­сты­рей бы­ли ис­пол­не­ны го­ря­чим же­ла­ни­ем ино­че­ско­го, по­движ­ни­че­ско­го жи­тия. Про­ни­ца­тель­ный свя­ти­тель на­зна­чал на­сто­я­те­ля­ми мо­на­сты­рей лю­дей бла­го­че­сти­вых, муд­рых, де­я­тель­ных, с боль­шим жиз­нен­ным и ду­хов­ным опы­том. В 1754 го­ду прео­свя­щен­ный Со­фро­ний воз­вёл сво­е­го дру­га и спо­движ­ни­ка иеро­мо­на­ха Си­не­сия в ар­хи­манд­ри­та Воз­не­сен­ско­го мо­на­сты­ря. Этот до­сто­па­мят­ный на­сто­я­тель по­слу­жил мо­на­сты­рю трид­цать три го­да до сво­ей бла­жен­ной кон­чи­ны. В сен­тяб­ре 1754 го­да свя­ти­тель из­дал указ, в ко­то­ром от­ме­ча­лась оза­бо­чен­ность обу­че­ни­ем и вос­пи­та­ни­ем де­тей ду­хо­вен­ства. Ука­зом ду­хо­вен­ству вме­ня­лось в обя­зан­ность обу­че­ние сво­их де­тей Ча­со­сло­ву, Псал­ти­ри, пе­нию и бук­ва­рю, при­чем уче­ние "долж­но бы­ло ид­ти со вся­ким при­ле­жа­ни­ем и край­ним ра­че­ни­ем, дабы де­ти мог­ли по­но­мар­скую и дьяч­ков­скую обя­зан­ность ис­пол­нять по до­сто­ин­ствам сво­им".

Вни­ма­тель­но изу­чая лю­дей и об­ста­нов­ку, в про­по­ве­дях и лич­ных бе­се­дах свя­ти­тель неустан­но по­буж­дал всех к бо­лее вы­со­ким нрав­ствен­ным иде­а­лам. Осо­бое вни­ма­ние он уде­лял бла­го­го­вей­но­му и пра­виль­но­му со­вер­ше­нию бо­го­слу­же­ния и Та­инств свя­щен­но­слу­жи­те­ля­ми, а так­же сле­дил за нрав­ствен­ной чи­сто­той ми­рян, за­бо­тил­ся о по­ло­же­нии жен­щин в се­мье, охра­нял их от неспра­вед­ли­во­го от­но­ше­ния к ним. Свя­ти­тель ста­рал­ся по­все­мест­но во­дво­рить устав­ное бо­го­слу­же­ние, для че­го вы­зы­вал к се­бе свя­щен­ни­ков, диа­ко­нов, дьяч­ков и по­но­ма­рей, ко­то­рые во вре­мя ар­хи­ерей­ско­го бо­го­слу­же­ния участ­во­ва­ли в хо­ре и ипо­ди­а­кон­ство­ва­ли.

Объ­ез­жая епар­хию, свя­ти­тель за­ме­тил, что не вез­де уде­ля­ет­ся долж­ное вни­ма­ние цер­ков­но­му бла­го­ве­сту и каж­де­нию и по­то­му ука­за­ми он вос­ста­но­вил пра­виль­ное каж­де­ние и бла­го­вест.

При­зван­ный на апо­столь­ское слу­же­ние в этом крае, свя­ти­тель Со­фро­ний со­зна­вал, что, кро­ме про­све­ще­ния ве­ру­ю­щих хри­сти­ан, ему при­дет­ся при­во­дить к ве­ре идо­ло­по­клон­ни­ков, ко­то­рых в Си­би­ри бы­ло очень мно­го.

При­во­дить языч­ни­ков к Хри­сто­вой Церк­ви бы­ло труд­но, так как по­рой да­же в хра­мах неко­му бы­ло слу­жить, а за­ни­мать­ся мис­си­о­нер­ской де­я­тель­но­стью и по­дав­но. Зная, как ар­хи­ерей­ское Бо­го­слу­же­ние бла­го­твор­но дей­ству­ет на ино­род­цев, свя­ти­тель не толь­ко сам слу­жил бла­го­го­вей­но, но это­го же тре­бо­вал и от всех кли­ри­ков.

Свя­ти­тель Со­фро­ний за­бо­тил­ся об устрой­стве бы­та ма­лых на­ро­дов и спо­соб­ство­вал раз­ви­тию в мест­ном на­се­ле­нии осед­ло­сти и куль­ту­ры, пред­ла­гал им для по­се­ле­ния мо­на­стыр­ские зем­ли и вся­че­ски ста­рал­ся изо­ли­ро­вать от вли­я­ния язы­че­ства. К свя­ти­те­лю по­сто­ян­но при­хо­ди­ли и при­ез­жа­ли из да­ле­ких мест за бла­го­сло­ве­ни­ем мно­го­чис­лен­ные по­се­ти­те­ли.

Но сре­ди мно­гих за­бот он не за­бы­вал о сво­ей внут­рен­ней, ду­хов­ной жиз­ни и веч­но­сти и вел по­движ­ни­че­скую жизнь. Об этом со­хра­ни­лось сви­де­тель­ство ке­лей­ни­ка свя­ти­те­ля Со­фро­ния, ко­то­рый со­об­ща­ет, что свя­ти­тель "пи­щу упо­треб­лял са­мую про­стую и в ма­лом ко­ли­че­стве, слу­жил весь­ма ча­сто, боль­шую часть но­чи про­во­дил в мо­лит­ве, спал на по­лу, ове­чий ли мех, оле­нья или мед­ве­жья ко­жа и ма­лая про­стая по­душ­ка – вот и вся его по­стель для непро­дол­жи­тель­но­го сна".

Его по­движ­ни­че­ский дух со­от­вет­ство­вал об­ще­му подъ­ему хри­сти­ан­ско­го ду­ха в Рос­сии вслед­ствие про­слав­ле­ния свя­ти­те­лей Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го (па­мять 21 сен­тяб­ря), Фе­о­до­сия Чер­ни­гов­ско­го (па­мять 9 сен­тяб­ря) и осо­бен­но по об­ре­те­нии нетлен­ных мо­щей его пред­ше­ствен­ни­ка – свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия Ир­кут­ско­го (па­мять 9 фев­ра­ля). Это со­бы­тие при­да­ло свя­ти­те­лю Со­фро­нию боль­шие си­лы и все­ли­ло на­деж­ду на по­мощь свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия в его де­ла­нии по устрой­ству епар­хии.

До кон­ца сво­их дней свя­ти­тель Со­фро­ний со­хра­нял лю­бовь к Крас­но­гор­ской Зо­ло­то­нош­ской оби­те­ли, ко­то­рая взле­ле­я­ла его в дни юно­сти. Он по­сто­ян­но спо­соб­ство­вал под­дер­жа­нию в ней бла­го­ле­пия, по­сы­лая для это­го необ­хо­ди­мые сред­ства.

Чув­ствуя ухуд­ше­ние здо­ро­вья, свя­ти­тель Со­фро­ний по­дал про­ше­ние в Си­нод об уволь­не­нии его на по­кой. Но с от­ве­том из Пе­тер­бур­га мед­ли­ли, по­то­му что бы­ло труд­но сра­зу по­до­брать до­стой­но­го пре­ем­ни­ка. По­след­ние дни жиз­ни свя­ти­тель Со­фро­ний про­во­дил в мо­лит­вен­ном по­дви­ге.

Свет, ко­то­рый про­све­тил­ся в доб­рых де­лах свя­ти­те­ля Со­фро­ния, про­дол­жа­ет до­ныне сви­де­тель­ство­вать о сла­ве От­ца Небес­но­го, "ми­ло­стив­но укреп­ля­ю­ще­го свя­тыя Своя". И те­перь не толь­ко в Си­би­ри, на ме­сте по­след­них по­дви­гов свя­ти­те­ля Со­фро­ния, но и на ме­сте его пер­вых по­дви­гов бла­го­го­вей­но хра­нит­ся о нем свя­тая па­мять.

Вто­рич­но па­мять свя­ти­те­ля Со­фро­ния со­вер­ша­ет­ся 30 июня (про­слав­ле­ние, 1918).

Полное житие святителя Софрония, епископа Иркутского

По­сле то­го, как по­чил в Бо­зе пер­вый Ир­кут­ский свя­ти­тель Ин­но­кен­тий (Куль­чиц­кий), вос­при­ем­ни­ком ему ока­зал­ся дру­гой Ин­но­кен­тий (Неру­но­вич). Че­тыр­на­дцать лет управ­лял он епар­хи­ей, но в од­ной из по­ез­док вне­зап­но скон­чал­ся, и ка­фед­ра ока­за­лась ва­кант­ной. По хо­да­тай­ству То­боль­ско­го мит­ро­по­ли­та Ан­то­ния (На­рож­ниц­ко­го) она бы­ла вре­мен­но упразд­не­на, «дабы там до­стат­ку уче­ных лю­дей не раз­во­ди­лись ху­дые по­пы». Де­ла епар­хии вновь пе­ре­шли в ве­де­ние То­боль­ско­го мит­ро­по­ли­та, ко­то­рый сам эк­за­ме­но­вал кан­ди­да­тов на при­ход­ские ме­ста. Но через семь лет ка­фед­ра бы­ла вос­ста­нов­ле­на, и на нее взо­шел свя­ти­тель Со­фро­ний (Кри­сталлев­ский), по­дви­гом люб­ви к пастве сво­ей снис­кав­ший у Гос­по­да ве­нец угод­ни­ка Бо­жия. «Де­ла­ми про­по­ве­ди и све­тиль­ни­ком люб­ви со­гре­вай­те мир че­ло­ве­че­ский, ибо толь­ко от люб­ви лю­бовь вос­пла­ме­ня­ет­ся и со­бою вся­кую рев­ность по Бо­зе при­во­дит», – так на­став­лял ир­кут­ское ду­хо­вен­ство и мис­си­о­не­ров свя­ти­тель Со­фро­ний, так жил сам.

Бла­жен­ный Со­фро­ний (в ми­ру Сте­фан Кри­сталлев­ский) ро­дил­ся 25 де­каб­ря 1703 го­да в ме­стеч­ке Бе­ре­за­ни Пе­ре­я­с­лав­ско­го уез­да Пол­тав­ской гу­бер­нии. Вос­пи­тан­ный бла­го­че­сти­вы­ми ро­ди­те­ля­ми (отец его был кли­ри­ком) в ду­хе пре­дан­ной люб­ви к Бо­гу и Его свя­той Церк­ви, он был от­дан в Пе­ре­я­с­лав­скую ду­хов­ную се­ми­на­рию, по окон­ча­нии ко­то­рой по­сту­пил в Крас­но­гор­ский По­кров­ский мо­на­стырь Пол­тав­ской епар­хии. По­сле трех лет по­слу­ша­ния он был по­стри­жен в мо­на­хи и вско­ре же воз­ве­ден в иерей­ский чин. Как опыт­но про­шед­ший все сте­пе­ни по­слу­ша­ния и как по­лу­чив­ший пол­ное се­ми­нар­ское об­ра­зо­ва­ние, Со­фро­ний был очень ско­ро по­став­лен на­сто­я­те­лем это­го мо­на­сты­ря и в этом зва­нии про­слу­жил три­на­дцать лет.

По­движ­ни­че­ская жизнь, стро­гое бла­го­че­стие, муд­рость в управ­ле­нии мо­на­сты­рем, об­ра­зо­ван­ность Со­фро­ния ста­ли из­вест­ны им­пе­ра­три­це Ели­за­ве­те Пет­ровне, и по ее во­ле он был пе­ре­ве­ден на­мест­ни­ком Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры. Здесь он про­слу­жил один­на­дцать лет.

По­пав из ти­хо­го Крас­но­гор­ско­го мо­на­сты­ря в сто­лич­ную Лав­ру, отец Со­фро­ний сра­зу ощу­тил раз­ни­цу в на­стро­е­нии ино­ков этих оби­те­лей. Все­гда стре­мясь к ти­хим мо­на­ше­ским по­дви­гам, он устро­ил Тро­и­це-Сер­ги­е­ву пу­стынь, где и сам ду­шев­но от­ды­хал, и да­вал воз­мож­ность про­хо­дить по­слу­ша­ние тя­го­тив­шим­ся шу­мом сто­лич­ной жиз­ни ино­кам Лав­ры. В жиз­ни са­мой Лав­ры отец на­сто­я­тель ста­рал­ся вве­сти стро­гое ино­че­ское жи­тие и сам по­да­вал при­мер неустан­ной ра­бо­ты, стро­го­го ис­пол­не­ния цер­ков­но­го уста­ва и в бо­го­слу­же­нии, и за тра­пе­зой. За свою вы­со­кую по­движ­ни­че­скую жизнь и за то усер­дие, с ко­то­рым тру­дил­ся во сла­ву Бо­жию в сто­лич­ной Лав­ре, он при­об­рел осо­бое по­ло­же­ние им­пе­ра­три­цы, ко­то­рая и пред­ло­жи­ла Свя­тей­ше­му Си­но­ду на­зна­чить ар­хи­манд­ри­та Со­фро­ния на Ир­кут­скую ка­фед­ру с воз­ве­де­ни­ем его в сан епи­ско­па. Хи­ро­то­ния бла­жен­ней­ше­го Со­фро­ния со­сто­я­лась 18 ап­ре­ля 1753 го­да, а к ме­сту слу­же­ния, в Ир­кутск, свя­ти­тель при­был лишь 20 мар­та 1754 го­да.

Са­ма до­ро­га за­ня­ла око­ло че­ты­рех ме­ся­цев, осталь­ное же вре­мя, бо­лее по­лу­го­да, он был за­нят под­бо­ром тех, на ко­го мог по­ло­жить­ся в да­ле­кой Си­би­ри. Свя­ти­тель Со­фро­ний, без­услов­но, знал о тех тер­ни­ях, ко­то­рые со­про­вож­да­ли апо­столь­ский путь свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия, о со­сто­я­нии дел в Ир­кут­ской епар­хии и по­то­му го­то­вил­ся в путь осо­бен­но тща­тель­но. Вы­бор бли­жай­ших со­труд­ни­ков ока­зал­ся для него счаст­ли­вым, мно­гих из них он на­зна­чил на­сто­я­те­ля­ми мо­на­сты­рей. Сре­ди них был и на­сто­я­тель Воз­не­сен­ско­го мо­на­сты­ря схи­ар­хи­манд­рит Си­не­сий, про­слав­лен­ный впо­след­ствии зем­ной Цер­ко­вью как пре­по­доб­ный наш пред­ста­тель на небе­сах.

Сра­зу по при­бы­тии в Ир­кутск свя­ти­тель це­ли­ком от­дал­ся мно­го­труд­но­му де­ла­нию на ни­ве Хри­сто­вой, ис­прав­ляя то, что бы­ло упу­ще­но за се­ми­лет­ний пе­ри­од за­кры­тия ка­фед­ры.

Боль­шой за­бо­той свя­ти­те­ля бы­ло со­сто­я­ние ду­хо­вен­ства епар­хии, его об­ра­зо­ва­тель­ный, да и нрав­ствен­ный уро­вень. Неко­то­рые свя­щен­но­слу­жи­те­ли не уме­ли да­же пи­сать, часть епар­хи­аль­но­го кли­ра на­хо­ди­лась от­нюдь не на вы­со­те сво­е­го при­зва­ния (ко мно­гим при­ме­ня­лись да­же те­лес­ные на­ка­за­ния – се­че­ние роз­га­ми). Со­всем не в ди­ко­ви­ну то­гда был ра­порт за­ка­щи­ка (бла­го­чин­но­го) епар­хи­аль­ным вла­стям о «се­че­нии без ми­ло­сер­дия».

Дру­гой про­бле­мой ока­за­лась нуж­да в свя­щен­ни­ках. Ес­ли на ча­сти при­хо­дов хоть ка­кие-то кли­ри­ки бы­ли, то дру­гая часть хра­мов про­сто пу­сто­ва­ла за смер­тью на­сто­я­те­лей. То­гда-то и да­ла свои пло­ды та кро­пот­ли­вая ра­бо­та, ко­то­рую вел свя­ти­тель в сто­ли­це, под­би­рая се­бе бу­ду­щих со­тру­же­ни­ков.

В под­бо­ре кан­ди­да­тов в свя­щен­ни­ки свя­ти­те­лю Со­фро­нию весь­ма по­мог­ла мон­голь­ская шко­ла при Воз­не­сен­ском мо­на­сты­ре. Свя­ти­тель Со­фро­ний пе­ре­вел ее из мо­на­стыр­ских стен в ар­хи­ерей­ский дом, чтобы лич­но ру­ко­во­дить хо­дом об­ра­зо­ва­ния и вос­пи­та­ния бу­ду­щих пас­ты­рей, уве­ли­чил ко­ли­че­ство пре­по­да­ва­е­мых в ней пред­ме­тов и рас­ши­рил их объ­ем. На­хо­дил он вре­мя и для пе­да­го­ги­че­ской ра­бо­ты – сам пре­по­да­вал в шко­ле сла­вян­ский и рус­ский язы­ки.

Для непо­сред­ствен­но­го зна­ком­ства с ду­хо­вен­ством об­шир­ной Ир­кут­ской епар­хии свя­ти­тель «не нуж­дою, но во­лею и по Бо­зе» усерд­но по­се­щал са­мые от­да­лен­ные от Ир­кут­ска го­ро­да: Нер­чинск, Якутск, Ки­ренск. Це­лые ме­ся­цы, не жа­лея се­бя, про­во­дил он в пу­ти, ча­сто пе­ре­дви­га­ясь по си­бир­ским де­брям вер­хом на ло­ша­дях. Ко­неч­но, встре­чи с паст­вой, ни­ко­гда преж­де не ви­дав­шей ар­хи­ере­ев, а тем бо­лее ар­хи­ерей­ской служ­бы, ока­зы­ва­ла на нее глу­бо­кое вос­пи­та­тель­ное воз­дей­ствие. Свя­ти­тель вхо­дил в са­мое тес­ное об­ще­ние со свя­щен­ни­ка­ми и ми­ря­на­ми, все хо­тел ви­деть сво­и­ми гла­за­ми, на­граж­дал усерд­ных слу­жи­те­лей, сме­щал негод­ных.

Се­ми­лет­нее вдов­ство Ир­кут­ской ка­фед­ры от­ри­ца­тель­но ска­за­лось и на мис­си­о­нер­ской де­я­тель­но­сти. Вос­ста­нав­ли­вая ка­фед­ру, свя­ти­тель со­ста­вил и разо­слал по епар­хии уве­ща­тель­ное по­сла­ние, пред­пи­сав за­ка­щи­кам (бла­го­чин­ным) сле­ду­ю­щее: «При­зы­вать всем свя­щен­ни­кам идо­ля­то­ров (идо­ло­по­клон­ни­ков) к по­зна­нию Ис­тин­но­го Бо­га: при­няв­ших Свя­тое Кре­ще­ние учить ве­ре и пра­вым дог­ма­там как воз­мож­но крат­ко, при­ме­ня­ясь к де­я­ни­ям апо­столь­ским; же­ла­ю­щих кре­сти­ли бы, на­чаль­ней­ших лю­дей учи­ли бы гра­мо­те и по­ка­зы­ва­ли, что есть за­кон хри­сти­ан­ский.

До­но­си­ли бы о при­няв­ших Свя­тое Кре­ще­ние в свет­скую ко­ман­ду для да­ро­ва­ния льго­ты от яса­ка, и в кон­си­сто­рию для све­де­ния, и но­во­кре­щен­ым да­ва­ли бы от се­бя би­лет.

При­няв­ших Кре­ще­ние уве­ще­вать, чтобы к ша­ма­нам не хо­ди­ли, уче­ния их не слу­ша­ли, идо­лов не име­ли и не кла­ня­лись им.

По­все­днев­но про­дол­жи­тель­ных мо­ле­ний не по­ла­га­ли бы, толь­ко бы по чет­вер­той за­по­ве­ди в празд­ни­ки со­би­ра­лись, а по­все­днев­но – поутру и ло­жась спать, крат­ки­ми мо­лит­ва­ми мо­ли­лись; и мо­лит­вы те, аще воз­мож­но, пе­ре­весть на их язык и, глав­нее все­го, мо­лит­ву пред на­ча­ти­ем де­ла, мо­лит­ву Гос­под­ню и Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це.

По­сты с раз­ли­че­ни­ем бра­шен не на­ла­га­лись бы, но учи­ли бы при ка­ких ни на есть браш­нах все­гдаш­не­го воз­дер­жа­ния и ска­зы­ва­ли бы, что объ­яде­ние и пьян­ство – ве­ли­кий грех есть.

Уве­ща­ли бы, что на вся­кий год в опре­де­лен­ное вре­мя, при воз­дер­жа­нии от пло­то­уго­жде­ния и при ис­крен­ней (как воз­мож­но) ис­по­ве­ди, при­ча­ща­лись Пре­чи­стых Та­ин, и чтобы они к та­ко­во­му ве­ли­ко­му та­ин­ству име­ли же­ла­ние, с ве­рою и на­деж­дою остав­ле­ния сво­их гре­хов.

Боль­ных, а наи­па­че в неча­я­нии жи­во­та, уве­ще­ва­ли бы и при­ча­ще­ни­ем спо­доб­ля­ли, хо­тя и без ал­ка­ния.

О де­лах ми­ло­сер­дия учи­ли бы, чтоб всяк от име­ния сво­е­го по­да­вал вся­ко­му бра­ту неиму­ще­му.

Смот­ре­ли бы, чтобы но­во­кре­щен­ые не дер­жа­лись ша­ман­ства, вол­шеб­ства, ча­ро­дей­ства и кол­дов­ства, при­мет сча­стья, вст­ре­чи сло­вес­ных и бес­сло­вес­ных и про­ча­го суе­ве­рия.

По при­об­ще­нии Свя­тых Та­ин на­ка­зы­ва­ли бы но­во­кре­щеным, дабы жи­ли бла­го­го­вей­но, воз­держ­но, яко хри­сти­а­нам при­лич­но.

Про­ве­ды­ва­ли бы, не име­ют ли но­во­кре­ще­ные двух жен, и кто име­ет та­ко­вых, раз­лу­ча­ли бы и ве­ле­ли бы жить с еди­ною же­ною, с ко­то­рою по­же­ла­ет, по­вен­чав их и на­ка­зав жить воз­дер­жан­но и це­ло­муд­рен­но.

О пре­пят­ству­ю­щих про­по­ве­ди сре­ди идо­ля­то­ров до­но­сить ко­му сле­ду­ет.

Не же­ла­ю­щим Свя­то­го Кре­ще­ния по­сле об­ра­ще­ния и уве­ще­ва­ния при­нуж­де­ния не чи­нить и ни­ка­ких угроз не де­лать, по­не­же хри­сти­ан­ской про­по­ве­ди над­ле­жит лю­бовь со сми­ре­ни­ем, кро­то­стию и ти­хо­стию, по­не­же серд­це че­ло­ве­че­ское на­силь­ству­е­мо быть не мо­жет».

Мяг­кое и сер­деч­ное по­сла­ние свя­ти­те­ля Со­фро­ния ожи­ви­ло со­сто­я­ние мис­сии. Но по­ло­же­ние но­во­кре­ще­ных бы­ло тя­же­лым. Со­ро­ди­чи смот­ре­ли на них как на от­ще­пен­цев. По­это­му мно­гие из об­ра­щен­ных ко Хри­сту ухо­ди­ли из сво­их се­мей и по­сту­па­ли в услу­же­ние к рус­ским или жи­ли у вос­пре­ем­ни­ков. Но бы­ли слу­чаи, ко­гда непри­выч­ные усло­вия но­вой жиз­ни и тос­ка за­став­ля­ли их убе­гать в свои род­ные улу­сы. По­яви­лись след­ствен­ные де­ла «о ока­зав­ших­ся из но­во­кре­щен­ных в свои улу­сы по­бе­гах». Все­воз­мож­ные ме­ры, при­ни­мав­ши­е­ся ду­хо­вен­ством к на­саж­де­нию но­во­кре­ще­ных от язы­че­ско­го вли­я­ния, бы­ли не все­гда эф­фек­тив­ны. И ис­поль­зо­вать здесь си­лу свя­ти­тель вос­пре­щал. Так, им бы­ло от­ка­за­но в по­сыл­ке на Бай­кал от­ря­да ка­за­ков «для сыс­ку бег­лых но­во­кре­ще­ных, дабы ка­за­ки не мог­ли брат­ским обид и ра­зо­ре­ния про­из­ве­сти».

Бла­го­укра­шая Цер­ковь из­нут­ри, что вы­ра­жа­лось в неусып­ной за­бо­те о пастве и пас­ты­рях, свя­ти­тель мно­го сил и энер­гии тра­тил на бла­го­укра­ше­ние Церк­ви извне – стро­и­тель­ство но­вых до­мов. В Воз­не­сен­ском мо­на­сты­ре был со­ору­жен ка­мен­ный со­бор­ный храм во имя Воз­не­се­ния Гос­под­ня, в ко­то­рый в 1805 го­ду бы­ли пе­ре­не­се­ны мо­щи свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия, в Зна­мен­ском жен­ском мо­на­сты­ре со­ору­жен ка­мен­ный храм во имя Зна­ме­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри. В са­мом го­ро­де по­стро­е­ны бы­ли че­ты­ре хра­ма, и при Бо­го­яв­лен­ском со­бо­ре устро­ен при­дел во имя Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, в ко­то­ром впо­след­ствии был по­гре­бен сам стро­и­тель – свя­ти­тель Со­фро­ний. По­стро­ен был так­же ка­мен­ный ар­хи­ерей­ский дом с ка­мен­ной же во­круг него огра­дой. Кон­си­сто­рия, по­ме­щав­ша­я­ся в Воз­не­сен­ском мо­на­сты­ре, бы­ла пе­ре­ве­де­на в Ир­кутск, в но­вое зда­ние.

Свя­ти­те­лем при­ла­га­лось вся­че­ское ста­ра­ние к от­кры­тию но­вых при­хо­дов, снаб­же­нию церк­вей при­лич­ной утва­рью, риз­ни­цей, устрой­ству ко­ло­коль­но­го зво­на, луч­шей по­ста­нов­ке в церк­вах пе­ния.

Очень лю­бил свя­ти­тель устав­ную служ­бу, сам ча­сто слу­жил и все­гда за­бо­тил­ся о бла­го­ле­пии и тор­же­ствен­но­сти бо­го­слу­же­ния, рас­по­ла­гав­ших серд­ца мо­ля­щих­ся к уми­ле­нию, сво­им при­ме­ром на­став­ляя ду­хо­вен­ство к кра­со­те и воз­вы­шен­но­сти служ­бы. Это­му спо­соб­ство­ва­ло и свя­ти­тель­ское об­ла­че­ние вла­ды­ки, до­то­ле бо­го­моль­ца­ми не ви­дан­ное. Ему пер­во­му из ир­кут­ских епи­ско­пов при хи­ро­то­нии да­ро­ва­на бы­ла при­ви­ле­гия со­вер­шать бо­го­слу­же­ние в сак­ко­се. До это­го епи­ско­пы слу­жи­ли в обык­но­вен­ных свя­щен­ни­че­ских ри­зах.

Ар­хи­пас­тыр­ские тру­ды вла­ды­ки со­че­та­лись с ис­тин­но по­движ­ни­че­ским об­ра­зом его жиз­ни. Пи­тал­ся он скуд­но, спал на ка­кой-ни­будь ко­же на по­лу, непре­стан­но мо­лил­ся и ни­ко­гда не про­пус­кал мо­на­ше­ское мо­лит­вен­ное пра­ви­ло. До дня сво­ей кон­чи­ны под­ви­зал­ся он по­дви­гом от­ца, лю­бя­ще­го свою паст­ву. Щед­рость свя­ти­те­ля Со­фро­ния не зна­ла гра­ниц. Все­го се­бя от­да­вал он де­лу бла­го­тво­ре­ния – не съе­дал кус­ка, не по­де­лив­шись с кем-ли­бо. Его жи­ли­ще и весь Воз­не­сен­ский мо­на­стырь бы­ли пе­ре­пол­не­ны боль­ны­ми, без­дом­ны­ми, си­ро­та­ми. И под­лин­но, от та­кой люб­ви вос­пла­ме­ня­лись серд­ца па­со­мых: не он ис­кал лю­дей, нуж­да­ю­щих­ся в пра­во­слав­ном про­све­ще­нии, а са­ми они, без раз­ли­чия пле­мен и ве­ры, шли к нему ты­ся­ча­ми и от­да­ва­ли свои ду­ши и серд­ца, умно­жая со­бою ста­до Хри­сто­во.

30 мар­та/12 ап­ре­ля – Пре­став­ле­ние

Сем­на­дцать лет го­рел све­тиль­ник ве­ры на свеч­ни­це Ир­кут­ской церк­ви, осве­щая пастве путь в Цар­ствие Небес­ное, но Гос­по­ду бы­ло угод­но за­брать ду­шу свя­ти­те­ля Со­фро­ния, дабы его нетлен­ны­ми остан­ка­ми явить ми­ру Свою сла­ву. Зем­ной по­двиг свя­ти­те­ля за­кон­чил­ся 30 мар­та 1771 го­да во вто­ром ча­су по­по­лу­дни. «Бу­дучи одер­жим нема­лое вре­мя внут­рен­нею же­сто­кою бо­лез­нию», неза­бвен­ный свя­ти­тель скон­чал­ся.

Пер­вое чу­до яв­ле­но бы­ло по его успе­нии. По­сле кон­чи­ны, при­шед­шей­ся на вто­рой день Свя­той Пас­хи, при­кры­тый крыш­кой гроб с те­лом свя­ти­те­ля це­лых шесть ме­ся­цев и де­сять дней про­сто­ял по­верх по­ла в устро­ен­ном им Ка­зан­ском при­де­ле Ир­кут­ско­го со­бо­ра. И лишь 8 ок­тяб­ря 1771 го­да со­сто­я­лось пре­да­ние его зем­ле. Все это вре­мя те­ло оста­ва­лось нетлен­ным, что вме­сте с по­дви­гом хри­сти­ан­ской доб­ро­де­те­ли, быв­ши­ми у всех в па­мя­ти, убе­ди­ло жи­те­лей Ир­кут­ска в свя­то­сти по­чив­ше­го иерар­ха. И вско­ре же от гро­ба свя­ти­те­ля на­ча­лись чу­де­са и ис­це­ле­ния боль­ных, с ве­рою об­ра­щав­ших­ся к нему о мо­лит­вен­ной по­мо­щи. Та­ких чу­дес, толь­ко за­пи­сан­ных и про­ве­рен­ных, еще до ка­но­ни­за­ции свя­ти­те­ля на­счи­ты­ва­лось шесть­де­сят во­семь.

Сколь­ко незри­мой бла­го­дат­ной по­мо­щи по­да­ва­лось страж­ду­щим ду­шой и те­лом по­сле мо­лит­вы на мо­ги­ле свя­ти­те­ля! Гроб­ни­ца его в Ир­кут­ском Бо­го­яв­лен­ском со­бо­ре слу­жи­ла при­ста­ни­щем для скор­бя­щих, неуга­си­мым ал­та­рем для их мо­литв, воз­но­си­мых еже­днев­но. Год от го­да уве­ли­чи­ва­лось чис­ло мо­ля­щих­ся у гро­ба свя­ти­те­ля. К его мо­ги­ле ста­ли при­хо­дить не толь­ко жи­те­ли Ир­кут­ска и За­бай­ка­лья, но и страж­ду­щие и боль­ные со всей Си­би­ри.

Ро­сту по­чи­та­ния свя­ти­те­ля спо­соб­ство­ва­ли еще и ре­зуль­та­ты неод­но­крат­ных осви­де­тель­ство­ва­ний его свя­тых мо­щей, имев­ших ме­сто: в 1833 го­ду, при ар­хи­епи­ско­пе Ме­ле­тии (при вскры­тии по­ла в Ка­зан­ском при­де­ле); в 1854 го­ду, при ар­хи­епи­ско­пе Ни­ле (так­же при пе­ре­дел­ке со­бор­но­го по­ла); в 1870 го­ду, при ар­хи­епи­ско­пе Пар­фе­нии, на этот раз уже осо­бой ко­мис­си­ей (во вре­мя ка­пи­таль­но­го ре­мон­та); в 1887 го­ду, при ар­хи­епи­ско­пе Ве­ни­а­мине.

8 мар­та 1909 го­да осо­бой ко­мис­си­ей в со­ста­ве ар­хи­епи­ско­па Ти­хо­на, епи­ско­па Иоан­на Ки­рен­ско­го, ви­ка­рия Ир­кут­ской епар­хии, рек­то­ра Ир­кут­ской се­ми­на­рии ар­хи­манд­ри­та Ев­ге­ния, мис­си­о­не­ра-про­по­вед­ни­ка про­то­и­е­рея Иоан­на Вос­тор­го­ва, ко­ман­ди­ро­ван­но­го Си­но­дом, и чле­нов мест­но­го ка­фед­раль­но­го со­бо­ра бы­ло про­из­ве­де­но офи­ци­аль­ное осви­де­тель­ство­ва­ние остан­ков свя­ти­те­ля, при­чем об­на­ру­жи­лось сле­ду­ю­щее: через сто трид­цать во­семь лет, несмот­ря на бли­зость к во­де (ря­дом про­те­ка­ет ре­ка Ан­га­ра), несмот­ря на по­сто­ян­ную сы­рость в пе­ще­ре и под по­ла­ми со­бо­ра, осо­бен­но в лет­нее вре­мя, гроб, оде­я­ние и те­ло свя­ти­те­ля Со­фро­ния со­хра­ни­лись нетлен­ны­ми. Во вре­мя до­смот­ра, про­дол­жав­ше­го­ся око­ло двух ча­сов, неко­то­ры­ми из при­сут­ству­ю­щих ощу­ща­лось бла­го­уха­ние от мо­щей свя­ти­те­ля.

19 июня 1909 го­да со­сто­я­лось вто­рое офи­ци­аль­ное осви­де­тель­ство­ва­ние мо­щей ко­мис­си­ей в со­ста­ве ар­хи­епи­ско­па Ти­хо­на, ка­фед­раль­но­го про­то­и­е­рея Фивей­ско­го, клю­ча­ря Вер­но­муд­ро­ва, иеро­мо­на­ха Про­ко­пия. И вновь все бы­ло най­де­но в том же ви­де и со­сто­я­нии, что и при осмот­ре 1909 го­да. Ре­зуль­та­ты до­смот­ра не мог­ли не сде­лать­ся до­сто­я­ни­ем глас­но­сти бла­го­че­сти­вых по­чи­та­те­лей свя­ти­те­ля Со­фро­ния и еще бо­лее вос­пла­ме­ни­ли ве­ру в его свя­тость и на­деж­ду на ско­рое его зем­ное про­слав­ле­ние.

По­буж­да­е­мые бла­го­го­вей­ным по­чи­та­ни­ем па­мя­ти свя­ти­те­ля, в Си­нод с хо­да­тай­ством о ско­рей­шем про­слав­ле­нии епи­ско­па Со­фро­ния как угод­ни­ка Бо­жия об­ра­ща­лись иерар­хи, свет­ские вла­сти, пра­во­слав­ный ве­ру­ю­щий на­род. В 1909 го­ду в Ир­кут­ске со­сто­ял­ся Мис­си­о­нер­ский съезд, ко­то­рый сво­им по­ста­нов­ле­ни­ем вы­ра­зил усерд­ное же­ла­ние хо­да­тай­ство­вать о про­слав­ле­нии свя­ти­те­ля Со­фро­ния пе­ред Свя­тей­шим Си­но­дом. В сле­ду­ю­щем го­ду 19 мар­та Ир­кут­ский ар­хи­епи­скоп Ти­хон (До­не­бин) об­ра­тил­ся в Си­нод со сво­им лич­ным хо­да­тай­ством. В 1914 го­ду ар­хи­епи­скоп Ир­кут­ский Се­ра­фим сде­лал Си­но­ду по­дроб­ный до­клад о жи­тии и чу­де­сах, ис­хо­дя­щих от нетлен­ных мо­щей свя­ти­те­ля Со­фро­ния. То же стрем­ле­ние вы­ра­зи­ло пас­тыр­ское со­бра­ние ду­хо­вен­ства Ир­кут­ска. Го­род­ская ду­ма и го­род­ская упра­ва в сво­ем пред­став­ле­нии гу­бер­на­то­ру так­же про­си­ли под­дер­жать хо­да­тай­ство.

По­же­ла­ние ско­рей­ше­го про­слав­ле­ния вла­ды­ки бы­ло вы­ра­же­но 48-м епар­хи­аль­ным съез­дом ду­хо­вен­ства Ир­кут­ской епар­хии. Од­на­ко Гос­подь су­дил бла­говре­мен­ным про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля лишь в 1918 го­ду. Но преж­де чем про­изо­шло это ра­дост­ное и дол­го­ждан­ное со­бы­тие, ве­ра по­чи­та­те­лей па­мя­ти свя­ти­те­ля, как зо­ло­то, под­верг­лась ис­пы­та­нию. Цель­бо­нос­ные мо­щи свя­ти­те­ля про­дол­жа­ли по­ко­ить­ся в Ка­зан­ском при­де­ле Ир­кут­ско­го Бо­го­яв­лен­ско­го со­бо­ра до 18 ап­ре­ля 1917 го­да. Бо­жи­им по­пуще­ни­ем в этот день от неиз­вест­ной при­чи­ны в хра­ме про­изо­шел по­жар, уни­что­жив­ший гроб­ни­цу и нетлен­ные мо­щи свя­ти­те­ля Со­фро­ния. Зна­ме­на­тель­но, что это со­бы­тие сов­па­ло со днем хи­ро­то­нии свя­ти­те­ля, быв­шем в 1753 го­ду, и с но­вым празд­ни­ком бу­ду­щей без­бож­ной вла­сти – Пер­во­ма­ем (18 ап­ре­ля по ста­ро­му сти­лю), в то вре­мя уже до­ста­точ­но ши­ро­ко и по-сво­е­му празд­ну­е­мым – с пьян­ка­ми, дра­ка­ми и «крас­ны­ми пе­ту­ха­ми», как то­гда на­зы­ва­ли по­жа­ры. Но го­ре утра­ты мо­щей свя­ти­те­ля не толь­ко не ума­ли­ло по­чи­та­ния его па­мя­ти, на что на­де­ял­ся лу­ка­вый, на­блю­дав­ший со сто­ро­ны за пло­да­ми сво­ей де­я­тель­но­сти, на­обо­рот. Ве­ру­ю­щие ча­да Церк­ви объ­еди­ни­лись в со­юз пра­во­слав­ных хри­сти­ан, име­ю­щий це­лью ограж­дать непри­кос­но­вен­ность свя­тынь пра­во­сла­вия, за­щи­щать их от по­ру­га­ния вра­га­ми Церк­ви.

Осо­бая ко­мис­сия из ду­хов­ных лиц, ми­рян, пред­ста­ви­те­лей су­деб­ной вла­сти, экс­пер­тов-ме­ди­ков и од­но­го хи­ми­ка осви­де­тель­ство­ва­ла прах и ко­сти свя­ти­те­ля, со­хра­нив­ши­е­ся по­сле по­жа­ра, и бла­го­го­вей­но сло­жи­ла остан­ки в спе­ци­аль­ный ков­че­жец. На­чал­ся но­вый пе­ри­од зем­ной сла­вы свя­ти­те­ля.

Сра­зу по­сле по­жа­ра во мно­го раз вы­рос­ло чис­ло его по­чи­та­те­лей, уве­ли­чи­лось ко­ли­че­ство па­ни­хид, уже пе­ред ков­чеж­цем. По ру­кам бо­го­моль­цев и рань­ше хо­ди­ли под­пис­ные ли­сты с тре­бо­ва­ни­ем ско­рей­ше­го про­слав­ле­ния угод­ни­ка Бо­жия, те­перь их ко­ли­че­ство зна­чи­тель­но уве­ли­чи­лось. Вы­рос­ло чис­ло за­яв­ле­ний о но­вых чу­де­сах и зна­ме­ни­ях, со­вер­шив­ших­ся по мо­лит­вен­но­му пред­ста­тель­ству свя­ти­те­ля, при­чем мно­гие из тех, кто пе­ре­жил по­доб­ное чу­дес­ное яв­ле­ние, сви­де­тель­ство­ва­ли об этом на Ир­кут­ском епар­хи­аль­ном съез­де пе­ред все­ми со­брав­ши­ми­ся. В адрес съез­да по­сту­пи­ли об­ра­ще­ния из дру­гих епар­хий с под­держ­кой стрем­ле­ния ир­ку­тян к про­слав­ле­нию свя­ти­те­ля Со­фро­ния. Об­ра­ще­ния по­сту­па­ли не толь­ко из Си­би­ри, но и из да­ле­кой Твер­ской, Ки­ев­ской и дру­гих епар­хий. Ир­кут­ский епар­хи­аль­ный съезд по­ста­но­вил воз­бу­дить хо­да­тай­ство через вы­со­ко­прео­свя­щен­но­го ар­хи­епи­ско­па Иоан­на и из­бран­ных пред­ста­ви­те­лей от епар­хии об уско­ре­нии де­ла о все­об­щем про­слав­ле­нии тре­тье­го епи­ско­па Ир­кут­ско­го и при­чис­ле­нии его к ли­ку свя­тых. Это хо­да­тай­ство пе­ред Свя­тей­шим Си­но­дом бы­ло воз­буж­де­но и пе­ре­да­но от­ту­да в со­вет Все­рос­сий­ско­го Свя­щен­но­го Со­бо­ра. Кро­ме до­не­се­ния вы­со­ко­прео­свя­щен­но­го Иоан­на Ир­кут­ско­го, Со­бо­ру бы­ли пред­став­ле­ны все об­ра­ще­ния и за­яв­ле­ния с опи­са­ни­ем чу­дес, про­ве­рен­ных спе­ци­аль­ной ко­мис­си­ей, ли­сты с под­пи­ся­ми свы­ше 18 000 че­ло­век, от­зы­вы участ­ни­ков Со­бо­ра, вра­чей Кле­ве­за­ля и Во­ло­бу­е­ва о неко­то­рых наи­бо­лее яр­ких слу­ча­ях чу­дес­ных ис­це­ле­ний по мо­лит­вам свя­ти­те­ля на ос­но­ва­нии по­ка­за дан­ных под при­ся­гой. Воз­дав хва­лу див­но­му во свя­тых Сво­их Гос­по­ду Бо­гу, бла­го­во­лив­ше­му явить но­во­го све­тиль­ни­ка Церк­ви Рос­сий­ской как но­вое и ве­ли­кое зна­ме­ние Сво­их бла­го­де­я­ний Пра­во­слав­ной Церк­ви и на­ро­ду рус­ско­му, и при­няв во вни­ма­ние, что все пред­ва­ри­тель­ные ак­ты, тре­бу­е­мые уста­но­вив­ши­ми­ся обы­ча­я­ми Пра­во­слав­ной Рус­ской Церк­ви от­но­си­тель­но ка­но­ни­за­ции угод­ни­ков Бо­жи­их, уже ис­пол­не­ны, Со­бор епи­ско­пов на­шел бла­говре­мен­ным осу­ще­ствить бла­го­че­сти­вое же­ла­ние мно­го­чис­лен­ных по­чи­та­те­лей па­мя­ти в Бо­зе по­чив­ше­го свя­ти­те­ля Со­фро­ния. Де­я­ни­я­ми Со­бо­ра бы­ло опре­де­ле­но: со­вер­шить про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Со­фро­ния, тре­тье­го епи­ско­па Ир­кут­ско­го, при­чис­лив его к ли­ку свя­тых угод­ни­ков Бо­жи­их, че­ству­е­мых Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью; свя­щен­ные остан­ки свя­ти­те­ля, со­брав в ков­че­жец, вло­жить в ра­ку.

30 июня/13 июля – Про­слав­ле­ние

Са­мо тор­же­ство про­слав­ле­ния, сро­ки ко­то­ро­го де­я­ни­я­ми Со­бо­ра бы­ло пред­ло­же­но опре­де­лить Ир­кут­ско­му ар­хи­ерею са­мо­му, со­об­ра­зу­ясь с мне­ни­ем пат­ри­ар­ха и мест­ны­ми усло­ви­я­ми, ори­ен­ти­ро­воч­но пла­ни­ро­ва­лось на 30 июня – та­ко­во бы­ло мне­ние прео­свя­щен­но­го Иоан­на, ар­хи­епи­ско­па Ир­кут­ско­го и Вер­хо­лен­ско­го. Вме­сте с тем в адрес пат­ри­ар­ха и Си­но­да по­сту­пи­ла за­пис­ка от прич­та Ир­кут­ско­го ка­фед­раль­но­го со­бо­ра с прось­бой от­ло­жить тор­же­ство по­гре­бе­ния свя­ти­те­ля по край­ней ме­ре до 8 ок­тяб­ря. Ос­но­ва­ния при­во­ди­лись дей­стви­тель­но вес­кие.

По­ми­мо опа­се­ний не уло­жить­ся в остав­ше­е­ся до 30 июня вре­мя, се­рьез­ны­ми пред­став­ля­лись по­ли­ти­че­ские и эко­но­ми­че­ские при­чи­ны. Стра­на на­хо­ди­лась в со­сто­я­нии граж­дан­ской вой­ны; для бо­го­слу­же­ний не хва­та­ло эле­мен­тар­ных ве­щей: све­чей, му­ки, ви­на, де­ре­вян­но­го мас­ла; не бы­ло икон свя­ти­те­ля; кро­ме все­го, для ор­га­ни­за­ции празд­но­ва­ния нуж­но бы­ло по­лу­чить раз­ре­ше­ние у но­вых вла­стей, а меж­ду тем «но­вая власть в ли­це ко­мис­са­ров устрой­ство тор­же­ства в бли­жай­шее вре­мя на­хо­дит неудоб­ным». «На­ко­нец, – пи­шут кли­ри­ки Ир­кут­ска, – в го­ро­де в на­сто­я­щее вре­мя крайне на­пря­жен­ная об­ста­нов­ка вслед­ствие дви­же­ния Бе­лой Ар­мии с Даль­не­го Во­сто­ка. Во что это вы­льет­ся через ме­сяц-дру­гой, ска­зать труд­но».

Про­тив та­ких до­во­дов труд­но бы­ло что-ли­бо воз­ра­зить, и пат­ри­арх дал со­гла­сие на пе­ре­не­се­ние сро­ка про­слав­ле­ния на бо­лее бла­го­при­ят­ное вре­мя. Но не в си­ле Бог, а в прав­де. В ми­ну­ту раз­но­гла­сий о вре­ме­ни про­слав­ле­ния сам свя­ти­тель Со­фро­ний явил­ся ар­хи­епи­ско­пу Иоан­ну и рек ему: «Му­жай­ся!», чем вдох­но­вил его пой­ти на­пе­ре­кор ви­ди­мым пре­пят­стви­ям. Тор­же­ство со­сто­я­лось имен­но 30 июня. Мир­ное пе­ние сла­вы Гос­по­ду и угод­ни­ку Бо­жию Со­фро­нию ни­чем не бы­ло на­ру­ше­но. Его хра­ни­ло мо­ле­ние са­мо­го свя­ти­те­ля пред Пре­сто­лом Все­выш­не­го.

То­гда же свя­щен­ни­ком Ти­хо­ном Сол­да­то­вым бы­ла со­став­ле­на служ­ба свя­ти­те­лю, а тро­парь и кондак по бла­го­сло­ве­нию прео­свя­щен­но­го Иоан­на на­пи­сал про­то­и­е­рей Ни­ко­лай По­но­ма­рев. Ака­фист был под­го­тов­лен иеро­мо­на­хом Пор­фи­ри­ем и ре­цен­зи­ро­ван кол­лек­ти­вом епи­ско­пов, на­хо­див­ших­ся в Ир­кут­ске «по об­сто­я­тель­ствам вре­ме­ни». Те же «об­сто­я­тель­ства вре­ме­ни» пе­ре­нес­ли ра­ку и ков­че­жец со свя­ты­ми остан­ка­ми в ир­кут­ский храм во имя ико­ны Вла­ди­мир­ской Бо­жи­ей Ма­те­ри, при­над­ле­жав­шей об­нов­лен­цам. С 1937 го­да, по­сле за­кры­тия это­го хра­ма, свя­ты­ня пре­бы­ва­ет под спу­дом. Ныне имя свя­ти­те­ля Со­фро­ния, на­ше­го усерд­но­го за­ступ­ни­ка, ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка Церк­ви, неуто­ми­мо­го тру­же­ни­ка, «на­став­ни­ка мо­на­хов и со­бе­сед­ни­ка ан­ге­лов», чтит­ся всем пра­во­слав­ным ми­ром.

***

Свя­ти­тель Со­фро­ний, епи­скоп Ир­кут­ский и всея Си­би­ри, пре­ста­вил­ся к Бо­гу 30 мар­та 1771 го­да, на вто­рой день Свя­той Пас­хи. По­ка ожи­да­ли ре­ше­ния Свя­тей­ше­го Си­но­да о по­гре­бе­нии, шесть ме­ся­цев его те­ло оста­ва­лось не пре­дан­ным зем­ле и за это вре­мя не под­верг­лось тле­нию. Уже то­гда, вви­ду это­го об­сто­я­тель­ства, а так­же зная стро­гую по­движ­ни­че­скую жизнь свя­ти­те­ля Со­фро­ния, паства ста­ла по­чи­тать его как угод­ни­ка Бо­жия. Мно­го­крат­но (в 1833, 1854, 1870, 1909 гг.) его мо­щи сви­де­тель­ство­ва­лись как нетлен­ные и ис­то­ча­ю­щие бла­го­дат­ные чу­до­тво­ре­ния. Слу­чив­ший­ся 18 ап­ре­ля 1917 го­да по­жар в Бо­го­яв­лен­ском со­бо­ре Ир­кут­ска оста­вил толь­ко ко­сти свя­ти­те­ля, но не ума­лил, а, на­обо­рот, уве­ли­чил бла­го­го­вей­ное по­чи­та­ние свя­ти­те­ля ве­ру­ю­щим на­ро­дом.

По­мест­ный Со­бор Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви в опре­де­ле­нии от 10/23 ап­ре­ля 1918 го­да по­ста­но­вил со­вер­шить про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Со­фро­ния, при­чис­лив его к ли­ку свя­тых угод­ни­ков Бо­жи­их. Са­мо тор­же­ство при­чис­ле­ния свя­ти­те­ля Со­фро­ния к ли­ку свя­тых бы­ло со­вер­ше­но 30 июня. На вто­рой сес­сии это­го же Со­бо­ра под пред­се­да­тель­ством свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха Ти­хо­на бы­ла утвер­жде­на служ­ба свя­ти­те­лю Со­фро­нию с тро­па­рем, со­став­лен­ным управ­ляв­шим в то вре­мя Ир­кут­ской епар­хи­ей ар­хи­епи­ско­пом Иоан­ном, чтобы все ве­ру­ю­щие име­ли воз­мож­ность при­со­еди­нить мо­лит­ву свя­то­му угод­ни­ку к го­ло­су церк­вей си­бир­ских, вы­со­ко чту­щих па­мять сво­е­го све­тиль­ни­ка и мо­лит­вен­ни­ка.

И в на­сто­я­щее вре­мя ве­ру­ю­щие об­ра­ща­ют­ся за по­мо­щью к свя­ти­те­лю Со­фро­нию. Об этом сви­де­тель­ству­ют мо­лит­ва, со­став­лен­ная в день празд­но­ва­ния 40-ле­тия про­слав­ле­ния свя­ти­те­ля 13 июля 1958 го­да мит­ро­по­ли­том Несто­ром (Ани­си­мо­вым), то­гда мит­ро­по­ли­том Но­во­си­бир­ским и Бар­на­уль­ским, тор­же­ствен­ное празд­но­ва­ние в 1971 го­ду 200-ле­тия со дня пре­став­ле­ния свя­ти­те­ля Со­фро­ния в Зо­ло­то­нош­ской Крас­но­гор­ской жен­ской оби­те­ли По­кро­ва Бо­жи­ей Ма­те­ри и в Ир­кут­ской епар­хии ("Жур­нал Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии", 1971, № 9) и бла­го­го­вей­ное по­чи­та­ние его па­мя­ти все­ми ве­ру­ю­щи­ми Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.