Акафист святому преподобному Макарию Жабынскому

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 04 февраля (22 января ст. ст.); 05 октября (22 сентября ст. ст.)

Кондак 1

Преподо́бному отцу́ Мака́рию на́­ше­му соста́вим по­хва­лу́, я́ко помо́щнику на́­ше­му и хо­да́­таю пред Го́с­по­дем Бо́­гом. Ты же, уго́д­ни­че Хрис­то́в, не погнуша́йся пе́нием на́­шим убо́гим и сам помога́й нам и не́­мо­щи на́­шей, да зо­ве́м ти:

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Икос 1

Ангелоподо́бное жи­тие́ твое́ представля́я, преподо́бне о́т­че в тишине́ пусты́нней провожда́емое, дерза́ем с лю­бо́­вию вопи́ти те­бе́:

Ра́­дуй­ся, жи­тие́ жесто́кое в пусты́ни воз­лю­би́­вый;

Ра́­дуй­ся, по́двигом и́ноческим плоть свою́ изнури́вый;

Ра́­дуй­ся, суету́ ми́­ра се­го́ лу­ка́­ва­го возненави́девый;

Ра́­дуй­ся, в мо­ли́т­вах бо́дрствуя, те́­ло твое́ ду́хови покори́вый;

Ра́­дуй­ся, стра­ны́ на́шея укра­ше́­ние и прославле́ние;

Ра́­дуй­ся, гра́­да Беле́ва ра́­дость и ве­се́­лие;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 2

Ви́­дя­щи жи­тие́ твое́, ка́­ко воспое́м чу­де­са́ твоя́? Ка́­ко же ты, ви́­дя в пусты́ни жа́ждою погиба́ющего че­ло­ве́­ка во́­ду из ка́мене уда́ром же́зла тво­его́ извле́кл еси́ и жа́ж­ду­ща­го напои́в заставля́еши чудеси́ се­му́ ди­вя́­ще­ся воспе́ти Бо́­гу ди́в­но­му во свя­ты́х сво­и́х: Алли­лу́иа?

Икос 2

Ра́­зум не уразуме́ет какову́ю си́­лу целе́бную даде́ Гос­по́дь исто́чнику тво­ему́, преподо́бне о́т­че, к нему́же притека́ющие с ве́­рою и доны́не ис­це­ле́­ний сподобля́ются мо­ли́т­ва­ми тво­и́ми, се­го́ ра́­ди во­пи­е́м ти:

Ра́­дуй­ся, Моисе́ови в пусты́ни уподо́бивыйся, во́­ду из ка́мене ис­то­чи́­вый;

Ра́­дуй­ся, жа́ж­ду­ща­го то́ю водо́ю оби́ль­но напои́вый;

Ра́­дуй­ся, я́ко и доны́не во́ды ис­то́ч­ни­ка тво­его́ не оскудева́ют;

Ра́­дуй­ся, я́ко и доны́не по́­мо­щию твое́ю во́ды сия́ неду́жных исцеля́ют;

Ра́­дуй­ся, ско́­рый наш в ско́р­бех по­мо́щ­ни­че;

Ра́­дуй­ся, те́п­лый наш к Бо́­гу мо­ли́т­вен­ни­че;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 3

Си́­ла Бо́­жия, ди́в­но в те­бе́ проявле́нная да помо́жет и нам, не­мощ­ны́м и убо́гим, в мо­ли́т­вах бо́дрствуя пе́­ти о те­бе́ Со­зда́­те­лю на́­ше­му: Алли­лу́иа.

Икос 3

Иму́­щи па́­мять сме́рт­ную, бдел, не дава́я оче­се́м тво­и́м дрема́ния, ожида́я: ег­да́ Жени́х душ на́­ших Гос­по́дь прии́дет, име́я свети́льник ду́­ши твоея́ горя́щий, се­го́ ра́­ди во­пи­е́м ти:

Ра́­дуй­ся, сон от оче́с тво­и́х усе́рд­но отгна́вый;

Ра́­дуй­ся, в мо­ли́т­вах бо́дрствуя в нощи́, в куроглаше́нии дух твой Го́сподеви пре­да́­вый;

Ра́­дуй­ся, приме́ром сво­и́м нас уны́лых на по́двиг призыва́еши;

Ра́­дуй­ся, сон ле́ности на́шея от оче́с на́­ших незри́мо отгоня́еши;

Ра́­дуй­ся, мно́гих за­блу́жд­ших на путь и́с­ти­ны наста́вителю;

Ра́­дуй­ся, ду­хо́в лу­ка́­вых ско́­рый прогони́телю;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 4

Бу́ря не­ве́­рия, бу́ря смуще́ния и искуше́ния потопля́ет кора́бль наш! Бу́­ди нам путево́ждь, преподо́бне, среди́ волн жите́йскаго мо́ря, и приведи́ нас в Ца́рст­вие Не­бе́с­ное, да воспое́м спаса́ющему нас Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 4

Слы́шавши глаго́л Спа­си́­те­ля на́­ше­го: «Не бо́йся, ма́­лое ста́­до, я́ко благоволи́ Оте́ц ваш да́­ти вам Ца́рст­во» — те­бе́, чест­ны́й о́т­че, про́­сим: — ты, дости́гши Ца́рст­вия От­ца́ тво­его́, не за­бу́­ди ма́­лое твое́ ста́­до, да зо­ве́м ти:

Ра́­дуй­ся, па́­сты­рю наш до́б­рый;

Ра́­дуй­ся, оте́ц наш чадолюби́вый;

Ра́­дуй­ся, я́ко ты со А́н­ге­лы в ве́чной сла́­ве лику́еши;

Ра́­дуй­ся, я́ко нас за­блу́жд­ших тво­и́х ове́ц усе́рд­но взыску́еши;

Ра́­дуй­ся, я́ко по́­мо­щию твое́ю и мы спа­се́­ния получи́ти ча́ем;

Ра́­дуй­ся, я́ко хо­да́­тай­ством тво­и́м и мы про­ще́­ния от Бо́­га ожида́ем;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 5

Я́ко бо­го­те́ч­ная звез­да́ сия́еши нам с вы­со­ты́ се­ле́­ния тво­его́ преподо́бне о́т­че, и ви́диши я́ко зле стра́ждем мы во гре­се́х погиба́ющи, друг дру́гу досажда́ющи, бра́та ненави́дящи, нау­чи́ нас любви́ о Хрис­те́ и смире́нию, да умиле́нно вос­по­и́м с то­бо́ю Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 5

Ви́диши ты о́т­че, я́ко све­ти́ль­ни­ки душ на́­ших угаса́ют, суето́ю ми́­ра се­го́ омраче́нныя, и плени́цами враг ду́­ши на́­ша связа́в, во тьму кроме́шную вся́чески влече́т! К кому́ простре́м ру́­це, к кому́ воспла́чем го́рце? Ты, о́т­че, подви́гнись к на́­ше­му неможе́нию, да по­е́м ти те́п­ле:

Ра́­дуй­ся, всег­да́ сла́­вы су́етныя избега́яй;

Ра́­дуй­ся, и нас гре́ш­ных тому́ же науча́яй;

Ра́­дуй­ся, я́ко ра́­ди вели́каго тво­его́ сми­ре́­ния ма́ло что из жи­тия́ тво­его́ изве́стно лю́­дем;

Ра́­дуй­ся, я́ко с на́­ми мо́­щи твоя́ скры́тыя под спу́дом;

Ра́­дуй­ся, я́ко ду́­хом тво­и́м на ме́сте по́двигов тво­и́х таи́нственне обита́еши;

Ра́­дуй­ся, я́ко всех приходя́щих к те­бе́ с ве́­рою в ско́р­бех утеша́еши;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 6

Пропове́дает по́д­ви­ги твоя́ страна́ на́­ша, чест­ны́й о́т­че, — ка́­ко помина́я их не устыди́мся скве́р­на­го жи­тия́ на́­ше­го, в ле́ности провожда́емаго, грехо́вными по́мыслы омрача́емаго, где яви́мся тяготы́ и зно́я дневна́го не поне́сши, ка́­ко вос­по­и́м непотре́бными ус­ты́ свои́ми Твор­цу́ и Со­зда́­те­лю сво­ему́: Алли­лу́иа?

Икос 6

Воз­сия́ пусты́ня Жабы́нская в дре́в­няя вре­ме­на́, ю́же не́­ког­да от ва́рваров разоре́нную ты, свя­ты́й о́т­че, труда́ми свои́ми возста́вил еси́, та́­ко и ду́­ши на́­ша от вра­га́ оскверне́нныя и опустоше́нныя укрепи́в возста́ви, да зо­ве́м ти:

Ра́­дуй­ся, оби́­тель благоукраше́нную на ме́сте пусте́м основа́вый;

Ра́­дуй­ся, мно́­жест­во и́ноков прите́кших к те­бе́ во еди́но собра́вый;

Ра́­дуй­ся, я́ко пу­те́м те́сным веду́щим в Ца́рст­вие Не­бе́с­ное текл еси́;

Ра́­дуй­ся, я́ко мно́гих из бра́тии своея́ с со­бо́ю совле́кл еси́;

Ра́­дуй­ся, я́ко ты а́нгельски по­жи́л еси́ еще́ в бре́нном те­ле­си́;

Ра́­дуй­ся, я́ко ра́дуешися с ни́­ми ку́п­но на Не­бе­си́;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 7

Хо­тя́й провозсия́ти те­бе́ все́­ми доброде́тельми блаже́нне Мака́рие, Вла­ды́­ка Хрис­то́с при­зва́ тя на служе́ние лю́дям, да научи́ши их смире́нию и терпе́нию и́хже сам стяжа́в, пред­стои́­ши Бо́­гу вопия́ за ны: Алли­лу́иа.

Икос 7

Ди́вна иму́ща тя вои́стину, о́т­че, подви́жника и мо­ли́т­вен­ни­ка кре́пкаго с лю­бо́­вию взира́ем на ме́сто по́двигов тво­и́х и умиле́нно во­пи­е́м ти си́­це:

Ра́­дуй­ся, бла­ги́й и ве́р­ный ра́­бе виногра́да Хри­сто́­ва;

Ра́­дуй­ся, о́т­че всеми́лостивый не лиша́ющий нас сво­его́ предста́тельства и покро́ва;

Ра́­дуй­ся, си́­рых по­мо́щ­ни­че и за­ступ­ле́­ние;

Ра́­дуй­ся, свеща́ бла­го­да́­тию Бо́­жиею возже́нная, освеща́ющая нам путь ко спа­се́­нию;

Ра́­дуй­ся, нивочто́же вмени́вый зем­на́я, возлюби́в не­бе́с­ная;

Ра́­дуй­ся, простира́яся в го́рняя забыва́я те­ле́с­ная;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 8

Стра́н­но и чу́дно жи­тие́ твое́ преше́л еси́ на зем­ли́, преподо́бне о́т­че, не ви́­дя поко́я в труда́х сво­и́х и ста́рец быв немощны́й, не­из­ре­че́н­наго до­сти́гл еси́ на Не­бе­си́, иде́­же со А́н­ге­лы пое́ши Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 8

Все́ю ду­ше́ю отда́вшись Го́сподеви и всем жи­ти­е́м послужи́вши ему́, просла́вился еси́ благожитие́м сво­и́м в стра­не́ на́­шей. Се­го́ ра́­ди во­пи­е́м ти си́­це:

Ра́­дуй­ся, А́н­ге­лом со­бе­се́д­ни­че;

Ра́­дуй­ся, усе́рдный о нас к Бо́­гу мо­ли́т­вен­ни­че;

Ра́­дуй­ся, мо́­щи твоя́ от поруга́ния неизрече́нно сохрани́вый;

Ра́­дуй­ся, да́нный те­бе́ от Бо́­га тала́нт во мно́гажды усугуби́вый;

Ра́­дуй­ся, уго́д­ни­че Хрис­то́в бла­го­да́­тию просветле́нный;

Ра́­дуй­ся, све­ти́ль­ни­че еле́ем до́б­рых дел преиспо́лненный;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 9

Вся́­кия утоли́ бо­ле́з­ни и пе­ча́­ли, ве­ли́­кий наш зас­ту́п­ни­че, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие! По­да́ждь нам убо́гим хо­тя́ бы вма́ле после́довати жи­тию́ тво­ему́, сла́­ву ми́­ра нивочто́же вменя́ти и дости́гнув Ца́рст­вия Не­бе́с­на­го вку́­пе с то­бо́ю воспе́ти Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 9

Вити́й многовеща́нных ус­та́ не воз­мо́­гут воспе́ти тя по до­стоя́­нию, коли́ко же на́­ша убо́зии язы́цы ублажа́т тя! Но ты, ми́лостиве о́т­че, не отврати́ся от хвале́ния на́­ше­го, да вос­по­и́м ти си́­це:

Ра́­дуй­ся, и́ноков по­мо́щ­ни­че и упра́вителю;

Ра́­дуй­ся, в ми́­ре благотеку́щих ми́лостивый вразуми́телю;

Ра́­дуй­ся, ми́лостыню подава́ти нас науча́яй;

Ра́­дуй­ся, забыва́ти ни́­щих и убо́­гих нам возбраня́яй;

Ра́­дуй­ся, шипо́к бла­го­во́н­ный жабы́нския пусты́ни;

Ра́­дуй­ся, оби­та́­яй с небе́сными зем­ны́х не ос­тав­ля́­еши и доны́не;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 10

Спас­ти́ хо­тя́ ду́­шу свою́ преподо́бне о́т­че, ве́дый: я́ко неиму́щему любви́ к Бо́­гу, ники́имиже по́д­ви­ги получи́ти спа­се́­ние возмо́жно: стя­жа́л еси́ ве­не́ц доб­ро­де́­те­лей — е́же есть лю­бо́вь к Бо́­гу, Ему́же пред­стоя́ ны́­не ра́­дост­но вопие́ши: Алли­лу́иа.

Икос 10

Сте­на́ еси́ всем че­ло­ве́­ком к зас­туп­ле­нию тво­ему́ при­бе­га́ю­щим, преподо́бне о́т­че, те́м­же и нам, к те­бе́ при­те­ка́ю­щим и твоея́ по́­мо­щи про­ся́­щим, бу́­ди сте­на́ кре́п­кая, и огражда́й от всех бед и на­па́с­тей да с лю­бо́­вию по­е́м ти та­ко­ва́я:

Ра́­дуй­ся, во́и­не Ца­ря́ Не­бе́с­на­го, не обяза́выйся ку́плями жите́йскими, да Ему́ уго́ден бу́деши;

Ра́­дуй­ся, я́ко а́ще и потруди́лся еси́ зде на зем­ли́, ны́­не на не­бе­си́ лику́еши;

Ра́­дуй­ся, я́ко еди́­на­го Го́с­по­да во вся дни жи­во­та́ тво­его́ иска́вый;

Ра́­дуй­ся, ра́­зве Его́ ничесо́же на зем­ли́ и не­бе­си́ жела́вый;

Ра́­дуй­ся, всю жизнь свою́, я́ко раб пред ли­це́м Го́с­по­да сво­его́ ходи́вый;

Ра́­дуй­ся, Хри­ста́, Его́­же возлюби́л еси́, душе́вныма очи́­ма непреста́нно созерца́вый;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 11

Пе́­ние хва­ле́б­ное при­но́­сим ти от смире́нных сер­де́ц на́­ших, преподо́бне о́т­че Мака́рие; е́же с лю­бо́­вию прие́мши, мо­ли́ Го́с­по­да из­ба­ви­ти­ся нам от бед и скор­бе́й, наипа́че же в час кон­чи́­ны на́шея тво­и́м заступле́нием предвари́, да не умре́м без по­кая́­ния, но спо­до́­бим­ся в Не­бе́с­ных селе́ниях с то­бо́ю воспе́ти Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 11

Свеща́ еси́ в Це́рк­ви Христо́ве, яви́л­ся еси́ горя́щи невеще́ственным све́­том бла­го­да́­ти Бо́­жия, оживля́ющия окамене́вшая серд­ца́ на́­ша, се­го́ ра́­ди мо́­лим тя: про­све­ти́ ны, омраче́нныя грехо́м, да воспое́м ти:

Ра́­дуй­ся, ис­то́ч­ни­че в жизнь ве́ч­ную теки́й;

Ра́­дуй­ся, ко спа­се́­нию приме́ром сво­и́м и жи­ти­е́м мно́гих приведы́й;

Ра́­дуй­ся, в поще́ниях и бде́ниях вкуси́вый ду­хо́в­ныя сла́дости;

Ра́­дуй­ся, в мо­ли́т­вах тво­и́х всено́щных исполня́выйся бо­же́ст­вен­ныя ра́­дос­ти;

Ра́­дуй­ся, в труда́х тво­и́х плоть смири́вый;

Ра́­дуй­ся, о́б­раз терпе́ния лю́­дем яви́­вый.

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 12

Бла­го­да́ть дана́ те­бе́ от Бо́­га во е́же руководи́ти ко спа­се́­нию и сохраня́ти от бед чту́­щих па́­мять твою́, чест­ны́й о́т­че. Мы же, дивя́щися в те­бе́ всемогу́ществу и бла­го­да́­ти Бо­жией во­пи­е́м: Алли­лу́иа.

Икос 12

Пою́щи пра́­вед­ное жи­тие́ твое́, сла́­вя­ще тру­ды́ твоя́ в ни́х­же восходи́л еси́ от си́­лы в си́­лу, зрим и ис­по­ве́­ду­ем я́ко кончи́на твоя́ рожде́ние бысть в жизнь приснотеку́щую, ея́­же струя́ми благода́тными и нас зем­ны́х окропля́еши. Те́м­же бла­го­да́р­ствен­но вос­пе­ва́ю­ще тя гла­го́­лем:

Ра́­дуй­ся, ра́­дос­ти приобщи́выйся, в пе­ча́­ли су́­щих не забыва́яй;

Ра́­дуй­ся, сла́дости ми́­ра се­го́ я́ко сор отрева́яй;

Ра́­дуй­ся, я́ко ду́­шу твою́ сле­за́­ми по­кая́­ния омы́л еси́;

Ра́­дуй­ся, я́ко ко Хри­сту́ пу­те́м у́зким сле́довал еси́;

Ра́­дуй­ся, сми­ре́­ния о́б­ра­зе, и́м­же горды́ню ми́­ра се­го́ низложи́л еси́;

Ра́­дуй­ся, я́ко го́р­ня­го оте́чества дости́гнути все́ю ду­ше́ю воз­же­ла́л еси́;

Ра́­дуй­ся, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, Жабы́нский чу­до­тво́р­че.

Кондак 13

О пре­ди́в­ный чу­до­тво́р­че и ве­ли́­кий уго́д­ни­че Хрис­то́в, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, при­ими́ от нас не­до­сто́й­ных чад тво­и́х убо́гое сие́ хвале́ние, бу́­ди нам оте́ц чадолюби́вый, умо­ли́ Го́с­по­да, да из­ба́­вит нас от всех бед и на­па́с­тей, Це́р­ковь свою́ со­хра­ни́т, па́стырей вразуми́т и всех нас ко Хри­сту́ приведе́т, и на су­де́ сво­е́м по­ми­лу­ет, во­пию́­щих ему́: Алли­лу́иа.

(сей кондак чита́й трижды, пото́м икос 1, за­те́м кондак 1)

Мо­ли́т­ва

О свяще́нная главо́! Ве­ли́­кий чу­до­тво́р­че, преподо́бне о́т­че наш Мака́рие, пре­бла­же́н­не и пресла́вне, Ду́­ха Свя­та́­го испо́лненне! По́ст­ни­ков по­хва­ло́, мо­на́­шест­вую­щих сла́­во, пусты́ни Жабы́нския возгради́телю и укра­си́­те­лю, те́п­лый о нас, гре́ш­ных, мо­ли́т­вен­ни­че! Ны́­не со а́нгельскими во́инствы пред­сто­я́й у Пре­сто́­ла всех Ца­ря́ сла́­вы, Го́с­по­да, и на­слаж­да́­яй­ся све́­та Единосу́щныя Тро́ицы, и с го́рними си́лами воспева́яй Трисвяту́ю песнь, я́ко дерз­но­ве́­ние име́яй, мо­ли́­ся Всеми́лостивому Вла­ды́­це спас­ти́ вся ве́­рую­щия во и́мя Его́, ис­про­си́ мир и ти­ши­ну́ Свя­ты́м Церква́м низпосла́ти, ве́­ре правосла́вней укреп­ле́­ние, проти́вныя язы́ки, бра́­ни хотя́щия, ви́­ди­мыя и неви́димыя вра­ги́ низложи́ти, гра́­ды, ве́­си и оби́­те­ли на́ши утвер­ди́­ти, мир весь уми́рити. Мо­ли́ Ми́­ло­сти­ва­го Бо́­га, да тво­и́м бла­го­при­я́т­ным хо­да́­тай­ством вся пра­во­сла́вныя христиа́ны из­ба́­вит Он от гла́­да, губи́тельства, тру́­са, по­то́­па, ог­ня́, ме­ча́, от на­ше́ст­вия иноплеме́нник и меж­до­усо́б­ныя бра́­ни, ста́рыя да подкрепи́т, ю́ныя да наста́вит, нему́дрых умудри́т, боля́щия исцели́т, плене́нныя и ю́зники свободи́т, си­ро́т засту́пит, младе́нцы воспита́ет и вся лю́­ди со­хра­ни́т от бед и на­па́с­тей, и от нападе́ния вра́­жия, и смер­то­но́с­ныя я́з­вы, внеза́пныя сме́р­ти и от вся́­ка­го зла. Днесь же с ве́­рою приходя́щих ра­бо́в тво­и́х, со стра́­хом и лю­бо́­вию при­па́­даю­щих к честны́м моще́м тво­и́м и о́б­раз подо́бия тво­его́ лю­бе́з­но целу́ющих, я́ко те́п­лый нам зас­ту́п­ни­че, со­хра­ни́, в ско́рб­ных об­стоя́­ни­их на́­ших предста́ни, ду­ше́в­ных и те­ле́с­ных страс­те́й сво­бо­ди́, в день Стра́шнаго суда́ шу́ияго стоя́­ния из­ба́­ви и с десны́ми овца́ми мо­ли́т­ва­ми тво­и́ми ста́ти спо­до́­би и бла­же́н­ный о́ный глас Влады́ки, Хри­ста́ Бо́­га на́­ше­го услы́шати: «Прииди́те, благослове́ннии От­ца́ Мо­его́, насле́дуйте угото́ванное вам Ца́рст­вие от сложе́ния ми́­ра». Ему́­же по­до­ба́­ет вся­кая сла́­ва, честь и по­кло­не́­ние, со Без­на­ча́ль­ным Его́ От­це́м и со Пре­свя­ты́м, и Бла­ги́м, и Жи­во­тво­ря́­щим Его́ Ду́­хом, ны́­не и при́с­но и во ве́­ки ве­ко́в. Ами́нь.

Краткое житие преподобного Макария Жабынского, Белевского чудотворца

Под­ви­зал­ся в на­ча­ле XVII ве­ка, из­брав для ино­че­ских по­дви­гов ра­зо­рен­ную в то вре­мя ли­тов­ца­ми Жа­бын­скую пу­стынь. Про­во­дя дни и но­чи в непре­стан­ных тру­дах и за­бо­тах по вос­ста­нов­ле­нию оби­те­ли, пре­по­доб­ный Ма­ка­рий со­брал в ско­ром вре­ме­ни бра­тию и ос­но­вал мо­на­стырь, где стал игу­ме­ном. Под­ви­за­ясь в непре­рыв­ной борь­бе с ис­ку­ше­ни­я­ми от диа­во­ла и пло­ти, пре­по­доб­ный по­да­вал бра­тии при­мер для под­ра­жа­ния. В кон­це жиз­ни, при­няв схи­му, ста­рец все­це­ло по­свя­тил се­бя слу­же­нию Бо­гу, про­во­дя вре­мя в ум­ной мо­лит­ве и ду­хов­ных по­дви­гах.

Гос­подь бла­го­сло­вил ве­ли­кие тру­ды и по­дви­ги сво­е­го угод­ни­ка, про­сла­вив его при жиз­ни и по­сле смер­ти да­ром чу­до­тво­ре­ния. Од­на­жды ста­рец, бу­дучи в ле­су, по­мо­лив­шись, уда­рил по­со­хом по зем­ле, и тотчас же на этом ме­сте за­бил ис­точ­ник во­ды.

Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Ма­ка­рий на 84 го­ду жиз­ни в 1623 г. и был по­гре­бен вбли­зи мо­на­стыр­ско­го хра­ма. Мно­го чу­дес и ис­це­ле­ний со­вер­ши­лось от мо­щей свя­то­го.

Полное житие преподобного Макария Жабынского, Белевского чудотворца

Пре­по­доб­ный Ма­ка­рий под­ви­зал­ся в на­ча­ле XVII ве­ка в пре­де­лах ны­неш­ней Туль­ской гу­бер­нии. Он из­ве­стен как воз­об­но­ви­тель ра­зо­рен­ной Жа­бын­ской пу­сты­ни, по­че­му и на­зы­ва­ет­ся ее «воз­гра­ди­те­лем». Све­де­ния о нем, как пись­мен­ные, так и уст­ные, очень скуд­ны. Неиз­вест­но, от­ку­да пре­по­доб­ный был ро­дом и в ка­кой оби­те­ли по­ло­жил на­ча­ло сво­ей по­движ­ни­че­ской жиз­ни. Пись­мен­ные ска­за­ния на­зы­ва­ют пре­по­доб­но­го уже свя­щен­но­и­но­ком, по­движ­ни­ком Жа­бын­ской пу­сты­ни. Пу­стынь эта по­лу­чи­ла свое на­ча­ло, как об­ще­жи­тель­ная оби­тель, в 1585 го­ду, ко­гда стар­цу Онуф­рию бы­ла по­жа­ло­ва­на гра­мо­та ца­ря Фе­о­до­ра Иоан­но­ви­ча, ко­то­рой да­ва­лось «стар­цу Ано­фрию Жа­бын­ское го­ро­ди­ще под мо­на­стырь в Кар­ма­ньи, да паш­ни... лу­жок цер­ков­ный се­ла Спы­хо­ва... ему ж дан бор на све­чи и на ла­дан, а чер­ный ему лес се­чи на мо­на­стыр­ское стро­е­ние и на дро­ва про мо­на­стыр­ский оби­ход, а не на про­да­жу». Вме­сте с уго­дья­ми стар­цу бы­ло да­но несколь­ко де­ре­вень. По той же дар­ствен­ной гра­мо­те Онуф­рий дол­жен был «на том Жа­бын­ском го­ро­ди­щи храм воз­двиг­нуть Вве­де­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и мо­на­стырь стро­ить». Это обя­за­тель­ство бы­ло ис­пол­не­но Онуф­ри­ем, и храм Вве­де­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы был воз­двиг­нут. Пу­стынь ста­ла на­зы­вать­ся и до­се­ле име­ну­ет­ся Вве­ден­ской – по име­ни глав­но­го хра­ма, Белев­ской – по близ­ле­жа­ще­му го­ро­ду и Жа­бын­ской – по име­ни ко­лод­ца Жа­бын­ца. Но оби­тель не мог­ла дол­го про­цве­тать, че­му пре­пят­ство­ва­ло са­мо по­ло­же­ние ее на гра­ни­це Мос­ков­ско­го го­су­дар­ства. Бла­го­да­ря по­след­не­му об­сто­я­тель­ству мо­на­сты­рю при­хо­ди­лось мно­го тер­петь в XVI ве­ке от ли­хих на­бе­гов крым­ских та­тар, а в на­ча­ле XVII ве­ка – и так на­зы­ва­е­мое ли­тов­ское ра­зо­ре­ние – от ча­стых на­бе­гов и гра­бе­жей поль­ских и ли­тов­ских от­ря­дов, опу­сто­шав­ших под пред­во­ди­тель­ством Ли­сов­ско­го этот край и Белев­ский уезд. Быть мо­жет, в один из та­ких на­бе­гов бы­ла раз­граб­ле­на и Жа­бын­ская пу­стынь, пре­кра­тив­шая по­это­му на вре­мя свое су­ще­ство­ва­ние. Раз­граб­лен­ная, ра­зо­рен­ная и окон­ча­тель­но за­пу­стев­шая Жа­бын­ская оби­тель сво­им вос­ста­нов­ле­ни­ем обя­за­на тру­дам пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия, ее «воз­гра­ди­те­ля», из­брав­ше­го ее ме­стом для сво­их ино­че­ских по­дви­гов и про­вед­ше­го здесь боль­шую часть сво­ей тру­до­люб­ной жиз­ни. Дни и но­чи укреп­ля­ясь мо­лит­вою, про­во­дил пре­по­доб­ный Ма­ка­рий в непре­рыв­ной борь­бе с ис­ку­ше­ни­я­ми от диа­во­ла и пло­ти и в непре­стан­ных за­бо­тах и тру­дах по вос­ста­нов­ле­нию оби­те­ли. Гос­подь Бог бла­го­сло­вил ве­ли­кие тру­ды и мо­лит­вен­ные по­дви­ги Сво­е­го угод­ни­ка, и оби­тель сно­ва про­цве­ла. «Страж­да в тер­пе­нии ино­че­ски пло­тию», пре­тер­пе­вая «мраз, зной, в алч­бе и жаж­де», пре­по­доб­ный сно­ва устро­ил мо­на­стырь и со­брал бра­тию. Сво­ей свя­той жиз­нью по­движ­ник по­да­вал бра­тии при­мер для под­ра­жа­ния. В кон­це жиз­ни, за­кон­чив устро­е­ние оби­те­ли, он уже схим­ни­ком под­ви­зал­ся на кла­де­зе Жа­бын­це: «край­ня­го сми­ре­ния не оставль в жи­тии сво­ем, ве­ли­кий Ан­гель­ский об­раз при­ял», как по­ет ка­нон ему. Здесь в уеди­не­нии ста­рец все­це­ло по­свя­тил свою жизнь слу­же­нию Бо­гу, про­во­дя дни в ум­ной мо­лит­ве и в ду­хов­ных по­дви­гах. В пла­мен­ной, ис­пол­нен­ной го­ря­чей ве­ры, мо­лит­ве и в по­дви­гах из­мож­де­ния пло­ти пре­по­доб­ный по­чер­пал си­лы для борь­бы с ис­ку­ше­ни­я­ми, ка­кие неиз­беж­но при­хо­дит­ся тер­петь от вра­га спа­се­ния ро­да че­ло­ве­че­ско­го всем по­движ­ни­кам, ищу­щим выс­ших сте­пе­ней нрав­ствен­но­го со­вер­шен­ство­ва­ния. И «пло­тию страж­да», пре­по­доб­ный «вра­га че­ло­ве­ко­убий­цу диа­во­ла под но­зе свои по­ко­рил». Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Ма­ка­рий 84 лет от ро­ду в 1623 го­ду, 22 ян­ва­ря, «в но­щи, в ку­ро­гла­ше­ние». По­гре­бен он уче­ни­ка­ми сво­и­ми в вос­со­здан­ной им оби­те­ли, близ мо­на­стыр­ско­го хра­ма в честь Вве­де­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы.

Мо­щи пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия, по пре­да­нию, пер­во­на­чаль­но по­чи­ва­ли от­кры­то. Вслед­ствие за­пу­сте­ния оби­те­ли в на­ча­ле XVIII ве­ка они бы­ли по­ло­же­ны под спу­дом, но где имен­но, в ка­ком из хра­мов оби­те­ли, в точ­но­сти неиз­вест­но. Пре­да­ние го­во­рит, что в 1816 го­ду, ко­гда на ме­сто де­ре­вян­ной вет­хой стро­и­ли но­вую цер­ковь и ры­ли яму для бу­та, был най­ден вполне со­хра­нив­шим­ся гроб пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия и с по­до­ба­ю­щею че­стью опу­щен под ал­тарь но­во­со­здан­но­го хра­ма. В на­сто­я­щее вре­мя в хра­ме во имя пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия Жа­бын­ско­го, по­стро­ен­ном на ме­сте быв­шей Ни­коль­ской церк­ви, меж­ду пра­вым при­де­лом во имя свя­ти­те­ля Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца и пра­вым стол­пом мож­но ви­деть на воз­вы­ше­нии, под де­ре­вян­ным с по­зо­ло­тою бал­да­хи­ном гроб­ни­цу с изо­бра­же­ни­ем пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия, пе­ред ко­то­рой по­сто­ян­но слу­жат­ся мо­леб­ны. На этом ме­сте, по пре­да­нию, и по­чи­ва­ют мо­щи пре­по­доб­но­го.

Гос­подь Бог, «пре­п­ро­слав­лен­ный стар­цем в жи­тии его, пре­п­ро­сла­вил» и Сво­е­го угод­ни­ка – пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия, «в чу­де­сах и до­ныне си­я­ю­ще­го».

Су­ще­ству­ет сле­ду­ю­щее пре­да­ние о чу­де, со­вер­шив­шем­ся по мо­лит­вам пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия еще при его жиз­ни. Один поль­ский во­ин, от­став­ший от сво­их пол­чищ, встре­тил в ле­су око­ло мо­на­сты­ря пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия. Уми­рая от жаж­ды, по­ляк по­про­сил пре­по­доб­но­го дать ему во­ды. Ста­рец от­ве­чал, что во­да есть, но за ней нуж­но ид­ти к ре­ке. По­ляк ска­зал, что так да­ле­ко ид­ти он не в со­сто­я­нии. То­гда пре­по­доб­ный со сло­ва­ми, что Гос­по­ду со­вер­шить все воз­мож­но, уда­рил по­со­хом по зем­ле, и сей­час же за­бил ключ чи­стой, про­зрач­ной во­ды. Этот ключ по­лу­чил на­зва­ние Жа­бын­ца.

Мно­го чу­дес бы­ло яв­ле­но и мно­го ис­це­ле­ний со­вер­ша­лось и по смер­ти по­движ­ни­ка при его «цель­бо­нос­ном гро­бе», как о том сви­де­тель­ству­ет си­но­дик Жа­бын­ской пу­сты­ни. И в на­ше вре­мя пре­по­доб­ный не остав­ля­ет сво­ей по­мо­щью с ве­рою при­те­ка­ю­щих ко гро­бу его.

Пе­ре­да­ют о двух слу­ча­ях чу­дес­ных ис­це­ле­ний пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия. У од­ной жен­щи­ны опас­но за­бо­лел маль­чик. У него об­ра­зо­ва­лась во­дян­ка го­ло­вы: го­ло­ва маль­чи­ка сде­ла­лась огром­ной по раз­ме­ру; ста­ла ка­кой-то про­зрач­ной, страш­ной. Горь­ко пла­ка­ла мать, ко­гда вра­чи от­ка­за­лись по­мочь боль­но­му; по со­ве­ту неко­то­рых бла­го­че­сти­вых жи­те­лей го­ро­да Беле­ва она от­пра­ви­лась пеш­ком в Жа­бын­скую пу­стынь. Го­ря­чо мо­ли­лась несчаст­ная жен­щи­на пре­по­доб­но­му Ма­ка­рию в церк­ви и на кла­де­зе, где он под­ви­зал­ся. С на­деж­дой по­сле то­го она воз­вра­ти­лась до­мой. При­шла – и вдруг ее встре­ча­ет сын вполне здо­ро­вым: во­дян­ка ис­чез­ла и го­ло­ва при­ня­ла обыч­ный здо­ро­вый вид; ему ста­ло луч­ше в то са­мое вре­мя, ко­гда его мать мо­ли­ла о по­мо­щи пре­по­доб­но­го. Мать сна­ча­ла бы­ла по­ра­же­на до ис­пу­га, за­тем по­спе­ши­ла вме­сте с маль­чи­ком в Жа­бын­скую пу­стынь, чтобы на этот раз уже со сле­за­ми ра­до­сти и сло­ва­ми бла­го­дар­но­сти по­кло­нить­ся пре­по­доб­но­му.

Дру­гая жен­щи­на са­ма ис­це­ли­лась по ве­ре сво­ей через по­гру­же­ние в кла­де­зе Жа­бын­це. Она бы­ла опас­но боль­на, так что не мог­ла да­же дви­гать­ся без по­сто­рон­ней по­мо­щи, и вра­чи от­ка­за­лись ле­чить ее. Вдруг у ней яви­лось го­ря­чее же­ла­ние ехать в Жа­бын­скую пу­стынь. Муж дол­го уго­ва­ри­вал ее не де­лать это­го и не под­вер­гать се­бя опас­но­сти, но она на­сто­я­ла на сво­ем. И по при­ез­де в пу­стынь, ко­гда она хо­те­ла ис­ку­пать­ся в кла­де­зе, муж со­ве­то­вал ей не по­гру­жать­ся в во­ду, а толь­ко об­ли­вать­ся. Но она с ве­рою в Бо­га и за­ступ­ле­ние пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия по­про­си­ла по­гру­зить ее в во­ду. На про­сты­не боль­ную по­гру­зи­ли несколь­ко раз; тотчас же она по­чув­ство­ва­ла се­бя луч­ше и, встав, го­ря­чо мо­ли­лась пре­по­доб­но­му Ма­ка­рию.

Упа­док и за­пу­сте­ние Жа­бын­ской пу­сты­ни в кон­це XVIII ве­ка по­слу­жи­ло при­чи­ной то­го пе­чаль­но­го об­сто­я­тель­ства, что о са­мом пре­по­доб­ном Ма­ка­рии не со­хра­ни­лось не толь­ко по­дроб­ных, но бо­лее или ме­нее до­сто­вер­ных све­де­ний. Од­на­ко имя Жа­бын­ско­го чу­до­твор­ца не бы­ло за­бы­то; и ес­ли даль­ние бо­го­моль­цы в го­ды за­пу­сте­ния пу­сты­ни Жа­бын­ской не за­бы­ва­ли о ней со­вер­шен­но, то мно­гие из бли­жай­ших к ней жи­те­лей все­гда свя­то чти­ли па­мять ее пре­по­доб­но­го по­кро­ви­те­ля. Бла­го­че­сти­вых рев­ни­те­лей па­мя­ти пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия, от от­цов и де­дов слы­шав­ших ска­за­ния о жиз­ни и чу­де­сах Жа­бын­ско­го чу­до­твор­ца, глу­бо­ко огор­ча­ло то об­сто­я­тель­ство, что про­слав­ле­ние его па­мя­ти остав­ле­но, что са­мые ска­за­ния и вос­по­ми­на­ния о нем, из­гла­жи­вая из па­мя­ти, за­бы­ва­ют­ся. И вот во­лей Бо­жи­ей, бла­го­да­ря рев­но­сти неко­то­рых бла­го­че­сти­вых лю­дей из гра­да Беле­ва, по­сле их за­бот­ли­вых хо­да­тайств пе­ред цер­ков­ной вла­стью про­слав­ле­ние па­мя­ти пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия ныне вос­ста­нов­ле­но. В 1902 го­ду, 22 ян­ва­ря, про­ис­хо­ди­ло тор­же­ствен­ное че­ство­ва­ние па­мя­ти пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия Жа­бын­ско­го и по всей Ту­ле. С это­го вре­ме­ни уста­нов­ле­но в Ту­ле и на бу­ду­щее вре­мя празд­но­вать 22 ян­ва­ря/4 фев­ра­ля как день па­мя­ти пре­по­доб­но­го Ма­ка­рия.