Акафист святому преподобному Серафиму Вырицкому

Одобрено: решение Св. Синода 19.03.2014 журнал №16

 

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 03 апреля (21 марта ст. ст.)

Утвержден для общецерковного использования.

Кондак 1

Избранный угодниче Христов, преподобне отче Серафиме, веры православныя светильниче и земли Российския благодатный заступниче, чудный образ спасения нам явивый, деланием сокровенным Царство Небесное стяжавый. К твоему предстательству ныне притекающе, пение хвалебное приносим ти, любовию зовуще:

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Икос 1

Ангелоподобную красоту души имел еси, преподобне отче, сердцем пламенея ко Господу Сил, и Тому единому служити от юности восхотел еси и послушание истинное Творцу своему явил еси. Темже промышлению Божию о тебе дивящеся, с верою зовем ти:

Радуйся, благочестивых родителей отроче достойный; радуйся, измлада всею душею Господа возлюбивый.

Радуйся, службы церковныя благоговейный ревнителю; радуйся, мира духовнаго умиленный созерцателю.

Радуйся, молитвы чистыя совершителю усердный; радуйся, сердцем сокрушенным всецело к Богу устремленный.

Радуйся, схимнику лаврскому желание сердца своего поведавый; радуйся, от него волю Божию о себе познавый.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 2

Видя Господа очесы духовными и на милость Его уповая, браком законным сочетался еси, блаженне отче, чистоту душевную и телесную усердно соблюдая. Вкупе же с супружницею своею возрастал еси во всякой добродетели, непрестанно поя Господеви: Аллилуиа.

Икос 2

Разум наш недоумевает, отче Серафиме, како возглаголати во словесех веру и любовь твою ко Господу, николиже усумнился еси в благости Отца Небеснаго и всецелое доверие к Богу в души своей питал еси. Сего ради глаголем ти сицевая:

Радуйся, образе веры непоколебимыя; радуйся, исполненный кротости духовныя.

Радуйся, боявыйся Господа и хранивый заповеди Его; радуйся, на всяк день поучавыйся в правде Его.

Радуйся, душу свою в терпении стяжавый; радуйся, Царствия Божия паче всего искавый.

Радуйся, целомудрия и воздержания супружескаго хранителю; радуйся, тихаго нрава любомудрый носителю.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 3

Силою Вышняго укрепляем, поприще мирское с деланием внутренним мудро сочетал еси, праведне отче, и делами милосердия, Христа ради творимыми, благословение Божие снискал еси. Покрый убо и нас, обнаженных всякаго дела блага, любовию твоею, да восхвалим милостиваго Бога: Аллилуиа.

Икос 3

Имея сострадание, милостиве отче, скорбящих укреплял еси, больных и сирых утешал еси, темже и любовь Христову стяжал еси. Приими и от нас благодарственную песнь сию:

Радуйся, скорый помощниче в бедах сущим; радуйся, щедрый подателю просящим.

Радуйся, храмов и обителей благотворителю; радуйся, немощных и убогих попечителю.

Радуйся, яко Самому Христу ближнему послуживый; радуйся, богатство тленное нивочтоже вменивый.

Радуйся, земных пристрастий свободивыйся; радуйся, верою и добрыми делами утвердивыйся.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 4

Бури богоборческия, в России воздвигнутой, не устрашился еси, богоносне отче, но подвиг исповедничества подъяв, мужеством вооружился еси во еже совершенным учеником Господа нарицатися, и Ему всецело себе предав, радостно воспевал еси: Аллилуиа.

Икос 4

Слышав о тяжких страданиях, верными за имя Христово претерпеваемых, со Апостолом вопрошал еси: Кто ны разлучит от любве Божия? Вемы воистину, отче, яко любящим Бога вся поспешествуют во благое, молим тя: и нам, многогрешным, душеполезная от Господа испроси, да согласно поем ти:

Радуйся, веру Православную мужественно исповедавый; радуйся, даже до смерти за Христа пострадати возжелавый.

Радуйся, имение свое по словеси Господню раздавый; радуйся, за Возлюбленным тобою и Возлюбльшим тя последовавый.

Радуйся, злато, в горниле искушений очищенное; радуйся, древо, при источницех вод живых насажденное.

Радуйся, скорби и испытания в богатство духа обративый; радуйся, сокровенным подвигом ко иночеству себе предуготовивый.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 5

Богосветлую звезду яви тя Господь в Лавре Александро-Невстей, преподобне отче Серафиме, егда во ангельстем чине благодать священства восприяв, души многих скорбящих и во мраце отчаяния пребывающих укреплял еси и светом Истины озарял еси, воспевая Господеви: Аллилуиа.

Икос 5

Видевше братия яко потщався вседушно Богу благоугодити, не вотще потрудился еси, паче же смирения глубину, мир и радость о Господе стяжал еси. Темже и мы, зряще духовное восхождение твое от силы в силу, с благоговением взываем ти:

Радуйся, плоть свою со страстьми и похотьми распявый; радуйся, скверну греховную покаянием омывый.

Радуйся, яко благодатную силу смирения познал еси; радуйся, яко деланием заповедей Евангельских душу обновил еси.

Радуйся, имя Иисуса Сладчайшаго непрестанно призывавый; радуйся, на земли блаженство будущего века вкусивый.

Радуйся, Жертву безкровную со страхом и трепетом приносивый; радуйся, словом мудрым всех притекающих к тебе питавый.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 6

Совершенную любовь яко венец добродетелей и дар Святаго Духа приемый, немощи немощных подъял еси, духоносне отче, и ко спасению мнози души управил еси. Темже предстательством твоим и мы, грешнии, недугов многоразличных исцелевше, благодарственно вопием Господу: Аллилуиа.

Икос 6

Возсия в лице твоем Правда Божия, и отгнася прелесть бесовская, егда Лавра ига обновленческаго свободися, иноцы же вси возвеселишася. Сего ради просим тя, миротворче, раздоры и нестроения жития нашего утоли, неправды разори, да в единодушии глаголем ти:

Радуйся, храме нерукотворенный Христа Бога нашего; радуйся, щедротами Духа Святаго благолепно украшенный.

Радуйся, сердце твое вместилище мира соделавый; радуйся, фимиам молитвы Господу непрестанно возносивый.

Радуйся, о заблудших зело душею болезновавый; радуйся, всем спастися и в разум истины приити желавый.

Радуйся, гордость и злобу нечестивых смирением и кротостию победивый; радуйся, по заповеди Христовой любити враги своя учивый.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 7

Хотя Человеколюбец Господь явити в тебе новое духовное светило, даде тя братии обители во отца духовнаго. Темже великую схиму яко печать совершенства от Бога прияв, душа твоя чистая огнем пламенныя молитвы за весь мир исполнися, благочестию и братолюбию всех наставляя, с трепетом вопияше Богу: Аллилуиа.

Икос 7

В дивном пророчестве, преблаженне, указа Господь путеводителя и покровителя твоего, преподобнаго Серафима Саровскаго, егоже именем в схиме нареченный, ты воистину новым утешителем народу нашему явился еси. Сему благоволению Божию чудящеся, вопием ти:

Радуйся, теплый к Богу о всех молитвенниче; радуйся, Преблагословенныя Владычицы Державныя угодниче.

Радуйся, ангелов приятный собеседниче; радуйся, духоносных отец сподвижниче.

Радуйся, православных благодатное заступление; радуйся, блуждающих во тьме безбожия светозарное наставление.

Радуйся, грешников с Богом искреннее примирение; радуйся, источниче радости и умиления.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 8

Странно и неудобоприятельно суетному миру слышати, како молитвами твоими, чудотворче, богатство милосердия Божия изливается на всех с верою притекающих к твоему небесному покровительству. Мы же, славяще Троицу Святую, даровавшую ти благодать сию, радостно восклицаем: Аллилуиа.

Икос 8

Всего себе на служение Богу и людем предал еси, дивный отче, чадом своим заповедал еси о горнем всегда помышляти и молитву Иисусову усердно творити, еюже всякий грех в душе посекается и дух человека с Духом Божиим соединяется. Под твое пречудное благословение прибегающе, с любовию величаем тя:

Радуйся, горняго Иерусалима жителю; радуйся, неизреченныя славы Спасителя мира зрителю.

Радуйся, молитвы наша к стопам Вседержителя и Богородицы приносяй; радуйся, якоже отец чадолюбивый просящим полезная подаваяй.

Радуйся, верный Церкве Христовы служителю; радуйся, неисцелимых болезней духовный врачевателю.

Радуйся, грядущих времен чудесное предзрение; радуйся, настоящих обстояний скорое избавление.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 9

Вся силы небесныя удивишася смирению и терпению твоему, святче, мучительным бо тя недугом зряще пораженнаго, обаче промыслительно от рук гонителей из Лавры восхищеннаго. Людие же вернии видевше тя чудно под кровом Богородицы в Вырицкой веси хранимаго, воспеваху Человеколюбцу Господу: Аллилуиа.

Икос 9

Витийство человеческое умолкает пред величием подвигов твоих, преподобне, како убо старец плотию немощен сый, многая труды подъял еси. Темже силе Божией в немощех совершаемой дивящеся, взываем ти:

Радуйся, древних пустынников искусный подражателю; радуйся, постническаго жития изрядный любителю.

Радуйся, молитвенных бдений усердный ревнителю; радуйся, телесных немощей чудный победителю.

Радуйся, истинным смирением добродетели своя сокрывый; радуйся, плачем плоды Божия благодати умноживый.

Радуйся, елей радости трезвением сохранивый; радуйся, Христу Богу житием твоим благоугодивый.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 10

Спасти Русь святую от нашествия иноплеменник Господа умолял еси, боголюбче дивный: Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй страну нашу и мир Твой. Тако со умилением сердечным к Богу взывая, подобне старцу Саровскому новый подвиг молитвеннаго стояния на камени подъял еси. Темже тя укрепившаго Господа славим, победную песнь Ему поюще: Аллилуиа.

Икос 10

Стена бысть незримая молитва твоя, утодниче Божий, воинству и народу нашему в годину испытаний тяжких. Разумом духовным смысл попущенных Богом скорбей постигая, обратитися ко Христу отступившия люди призывал еси. Темже соблюди и нас от всякия вещи сопротивныя, вопиющих ти таковая:

Радуйся, чашу страданий со Отечеством земным до конца испивый; радуйся, о помиловании России Господа просивый.

Радуйся, воинству христолюбивому Богом дарованное поможение; радуйся, душ и телес наших живительное орошение.

Радуйся, мученичество безкровное волею претерпевый; радуйся, немощи естества человеческаго презревый.

Радуйся, земли Российския молитвенное ограждение; радуйся, от враг видимых и невидимых досточудное избавление.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 11

Пение умиленное приносим ти, преподобне отче Серафиме, ублажающе многотрудное земное житие твое, ты же не престани молитися за ны ко Господу да дарует нам грехов оставление, страстей одоление, во всяцей добродетели утверждение и мира душевнаго сохранение и да сподобит нас, недостойных, вкупе с тобою во Царствии Небеснем благодарственно воспевати: Аллилуиа.

Икос 11

Светозарнаго проповедника сущим во тьме безбожия зрим тя, всеблаженне отче, духовное бо возрождение России провидел еси и соотечественником твердо веры православныя держатися завещал еси. Мы же, словесы твоими просвещаеми, со умилением взываем ти:

Радуйся, славы Предвечнаго Царя причастниче; радуйся, Божественнаго Солнца луче.

Радуйся, милосердия светило, согревающее души; радуйся, наставниче, духовно пробуждающий умы.

Радуйся, светильниче, имже мнози человецы просвещаются; радуйся, молитвенниче, имже козни вражия разрушаются.

Радуйся, чистоты сердечныя хранителю; радуйся, совершенства христианскаго учителю.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 12

Блаженную кончину твою, богомудре отче, молением акафистным Богоматери предварил еси. Та бо явственне посетивши тя, отшествие твое близкое на небо десницею указа ти. Киими похвалами достойно ублажим тя, избранниче Царицы Небесныя, ныне со лики ангельскими поюща: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще дивнаго во святых Своих Бога, веруем, яко много может молитва праведнаго ко благосердию Владыки, и сего ради просим тя, преподобне отче, буди о нас ходатаем теплым у Престола Пресвятыя Троицы, вопиющих ти сице:

Радуйся, пламенным серафимом тезоименитый; радуйся, старчества восприемниче духоносный.

Радуйся, нивы Христовы неустанный делателю; радуйся, мира Божия усердный насадителю.

Радуйся, Православныя Церкве новое украшение; радуйся, велие к Богу за Русь многострадальную дерзновение.

Радуйся, рода христианскаго благомощное заступление; радуйся, почитающим тя ходатаю вечнаго спасения.

Радуйся, преподобне Серафиме, Вырицкий чудотворче.

Кондак 13

О преславный и досточудный угодниче Божий Серафиме, Вырицкий чудотворче, приими усердное сие моление наше, с любовию тебе возносимое. Умоли Всемилостиваго Господа избавити нас от всякаго зла и напасти, да в нынешнем веце благочестно поживем и блаженства жизни вечныя молитвами твоими сподобимся, о тебе благодарственно Господеви поюще: Аллилуиа.

Этот кондак читается трижды, затем 1-й икос «Ангелоподобную красоту …» и 1-й кондак «Избранный угодниче …».

Молитва

О богоблаженный и премилосердый отче наш Серафиме! Ведуще тя и по смерти яко жива суща, с верою припадаем ти и вопием: не забуди убогих твоих до конца, но милостивно призри на стадо твое духовное и упаси е, добрый пастырю, благоприятными твоими к Богу молитвами. Испроси нам от Господа время на покаяние и греховныя жизни исправление, веси бо вся немощи наша душевныя: не имамы дел веры и спасения, не имамы ревности ко истинному богоугождению, пленихомся умом в погибельных страстех, растлехом сердца во гнусных похотех. Что убо чаем и на что надеемся, неключимии, разоривше храмины душ наших. Ей, святый отче, простри молитвенно руце твои ко Господу и умоли Спасителя рода человеческаго коснутися благодатию окамененных сердец наших, омыти нас слезами покаяния, возставити в вере, укрепити во благочестии и вся полезная ко спасению даровати. Не посрами упования нашего, еже по Бозе и Богородице на тя возлагаем, но буди нам скорый помощник, утешитель в скорбех и покровитель во обстоянии, да сподобимся молитвами твоими наследовати Царствие Небесное, идеже вси святии непрестанно славят и воспевают пречестное и великолепое имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Тропарь, глас 4

Яко великаго молитвенника за землю нашу и утешителя теплаго притекающих к тебе, ублажаем тя, вторый русский отче Серафиме, вся бо яже в мире красная оставил еси, всем сердцем устремился еси к чертогам сладчайшаго Христа и в годину лютых гонений образ кротости и смирения всем был еси: не престай и ныне молитися за ны, да в терпении обрящем путь покаяния и с тобою выну славим Пресвятую Троицу.

Кондак, глас 5

Подражая богоносному угоднику Саровскому, Духа Святаго благодать обильно стяжал еси: Александро-Невския Лавры крине благоуханный, Вырицкия веси похвало, сего ради и мы тебе зовем: радуйся, преподобне Серафиме, милостивый наш предстателю пред Господем.

Величание

Ублажаем тя, преподобне отче Серафиме, и чтим святую память твою, наставниче монахов и собеседниче ангелов.

Ґкafістъ прпdбному nтцy нaшему серафjму, вhрицкому чудотв0рцу

Кондaкъ №

Возбрaнный в0ине хrт0въ, и3 бGолю1бче ди1вный, прпdбне џ§е серафjме, веёры правослaвныz посредЁ мjра безб0жнагw свэти1льниче, и3 земли2 рwссjйскіz бlгодaтный застyпниче: чyдный w4бразъ спасeніz во дни6 послBдніz показaвый, дёланіемъ сокровeннымъ и3 глуб0кимъ смирeніемъ цrствіе нбcсное стzжaвый. Къ твоемY благопотрeбному предстaтельству нhнэ прибэгaюще, пёніе хвалeбное прин0симъ ти2 t сердeцъ нaшихъ, люб0вію зовyще: Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Јкосъ №

ҐгGлопод0бную красотY души2 и3мёлъ є33си2, свэтон0сне џ§е, сeрдцемъ пламенez ко гDу си1лъ, и3 томY є3ди1ному въ и4ночестэмъ чи1нэ служи1ти t ю4ности восхотёлъ є3си22, но њтвeргнувъ человёческое мудровaніе, и4стинное послушaніе творцY своемY kви1лъ є3си2, и3 пYть, ўкaзанный тебЁ свhше, соверши1лъ є3си2. Тёмже промышлeнію б9ію њ тебЁ дивsщесz, съ вёрою зовeмъ ти2: Рaдуйсz, благочести1выхъ роди1телей дост0йный сhне; рaдуйсz, воспи1танный въ милосeрдіи и3 трудёхъ. Рaдуйсz, и3змлaда всeю душeю гDа возлюби1вый; рaдуйсz, и4стиною просвэщeнный съ ю4ныхъ лётъ. Рaдуйсz, слyжбы церк0вныz благоговёйный люби1телю; рад1уйсz, мjра дух0внагw ўмилeнный тайнозри1телю. Рaдуйсz, моли1твы чи1стыz кади1ло бlгов0нное; рaдуйсz, и3мёzй сeрдце, всецёлw къ бGу ўстремлeнное. Рaдуйсz, w4трокомъ д0мъ nтeческій поки1нувый, и3 корми1льцемъ семьи2 стaвый; рaдуйсz, столи1цы сёверныz tри1нувый соблaзны. Рaдуйсz, схи1мнику лavрскому желaніе сер1дца своегw2 повёдавый; рaдуйсz, t негw2 в0лю б9ію њ себЁ познaвый. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ в7

Ви1дz гDа пред8 соб0ю вhну, и3 на млcть є3гw2 ўповaz, брaкомъ зак0ннымъ по зaповэди стaрчестэй сочетaлсz є3си2, блажeнне џ§е, чистотy душeвную и3 телeсную ўсeрднw соблюдaz. Вкyпэ же съ благословeнною супрyгою мы6сли њ скоротeчности жи1зни сеS и3мёвый, возрастaлъ є3си2 во всsкой добродётели, непрестaннw поS гDеви: Ґллилyіz.

Јкосъ в7

Рaзумъ недоумэвaетъ, џ§е серафjме, кaкw вhразити во словесёхъ вёру твою2 и3 люб0вь ко гDу, и3спытaющему лю1ди сво‰; пои1стиннэ прaведному ґвраaму под0бенъ є3си2, џнъ бо николи1же ўсомнsшесz въ блaгости nц7A нбcнагw, тaкw же и3 ты2 п0лное довёріе къ бGу въ душЁ своeй питaлъ є3си2. Сегw2 рaди глаг0лемъ ти2 сицевaz: Рaдуйсz, њбетовaній непрел0жныхъ воспріsтіе сердeчное; рaдуйсz, вёры непоколеби1мыz kвлeніе многочудeсное. Рaдуйсz, свидёній б9іихъ хранeніе самозабвeнное; рaдуйсz, и3сп0лненный за вс‰ благодaреніz. Рaдуйсz, боsйсz гDа, и3 п0мнzй зaповэди є3гw2; рaдуйсz, на всsкъ дeнь поучaвыйсz прaвдэ є3гw2. Рaдуйсz, дyшу свою2 въ терпёніи стzжaвый; рaдуйсz, цrствіz б9іz прeжде всегw2 и3ск1авый. Рaдуйсz, глав0 сою1за во хrтЁ є3динодyшнагw; рaдуйсz, w4бразе цэломyдріz и3 воздержaніz супрyжескаго. Рaдуйсz, кр0тости и3 ти1хагw нрaва любомyдрый носи1телю; рaдуйсz, и4стиннагw бlгочeстіz ўсeрдный ревни1телю. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ G

Си1лою вhшнzго ўкрэплsемый, и3 совётами д¦он0снагw стaрца варнaвы геfсимaнскагw наставлsемый, п0прище купeческое съ дёланіемъ внyтреннимъ ўмeлw сопрzгaлъ є3си2, прaведне џ§е, и3 дэлaми милосeрдіz, хrта рaди твори1мыми, благословeніе б9іе снискaлъ є3си2. Покрhй ўбо нaсъ, њбнажeнныхъ всsкагw дёла блaга, люб0вію твоeю, да восхвaлимъ кyпнw ми1лостиваго бGа: Ґллилyіz.

Јкосъ G

И#мёz сострадaніе сердeчное, нуждaющимсz помогaлъ є3си2, и3 скорбsщихъ ўтэшaлъ є3си2, больнhхъ и3 си1рыхъ всsчески ўпокоевaлъ є3си2, ми1лостивне џ§е, тёмже слaву є3ђліz хrтва ўстнaми благодaрныхъ тебЁ пріумножaлъ є3си2. Пріими2 и3 t нaсъ недост0йныхъ благодaрственную пёснь сію2: Рaдуйсz, ск0рый пом0щниче всBмъ въ бэдaхъ сyщимъ; рaдуйсz, щeдрый подaтелю неимyщимъ. Рaдуйсz, хрaмwвъ и3 њби1телей тaйный бlготвори1телю; рaдуйсz, слaбыхъ и3 ўб0гихъ доброх0тный попечи1телю. Рaдуйсz, сосл0віz купeческаго ўкрашeніе; рaдуйсz, неукл0нный послёдователю є3ђльскагw ўчeніz. Рaдуйсz, w4бразъ и3 под0біе б9іе въ бли1жнемъ возлюби1вый; рaдуйсz, ћкw самомY хrтY всsкому человёку послужи1вый. Рaдуйсz, пaгубное самолю1біе и3з8 сeрдца своегw2 и3згнaвый; рaдуйсz, богaтство тлённое ни во чт0же вмэни1вый. Рaдуйсz, сyетныхъ пристрaстій свободи1выйсz; рaдуйсz, вёру делaми любвe ўтверди1вый. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ д7

Бyри богоб0рчества, властьми2 самозвaнными въ рwссjи воздви1гнутагw, не ўбоsлсz є3си2, бGн0сне џ§е, но бlгодaтное врeмz и3сповёдничества познaвъ, потщи1лсz є3си2 всёхъ ви1димыхъ блaгъ њтрицaтисz, во є4же совершeннымъ ўченик0мъ гDа нарицaтисz, и3 є3му всецёлw сS предaвъ, рaдостнw вопіsше: Ґллилyіz.

Јкосъ д7

Слhша њ лю1тыхъ гонeніихъ и3 тsжкихъ страдaніихъ, вёрными за и4мz хrт0во претерпэвaемыхъ, вслёдъ за ґпcломъ помышлsше, премyдре: кто2 разлучи1тъ ны2 t любвE б9іz; и4бо благоуг0днw гDу є4сть крест0мъ и3збрaнныхъ свои1хъ спасaти. Вёмы же, џ§е, ћкw лю1бzщимъ бGа вс‰ поспэшествyютъ во благ0е, м0лимъ тS и3 нaмъ многогрBшнымъ душеполeзное t гDа и3спроси1ти, да соглaснw поeмъ ти2: Рaдуйсz, вёру правослaвную мyжественнw и3сповёдавый; рaдуйсz, дaже до смeрти за хrта пострадaти хотёвый. Рaдуйсz, царS и3 nтeчество въ трyдную годи1ну не предaвый; рaдуйсz, безмzтeжную жи1знь на чужби1нэ презрёвый. Рaдуйсz, чazній завётныхъ сбhтіе ўлучи1вый; рaдуйсz, хrта рaди съ жен0ю разлучи1выйсz. Рaдуйсz, и3мёніе своe по сл0ву гDа раздaвый; рaдуйсz, за возлю1бленнымъ тоб0ю и3 тS возлюби1вшимъ послёдовавый. Рaдуйсz, злaто, въ горни1лэ и3скушeній њчищeнное; рaдуйсz, дрeво, при2 и3ст0чникахъ в0дъ живhхъ насаждeнное. Рaдуйсz, скHрби и3 и3спыт†ніz въ богaтство дyха њбрати1вый; рaдуйсz, сокровeннымъ п0двигомъ въ мірY къ монaшеству себЁ пріугот0вивый. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ є7

БGосвётлую ѕвэздY kви1 тS гDь въ лavрэ ґлеxaндро-нeвстэй, прпdбне џ§е, є3гдA ко ѓгGльскому чи1ну благодaть свzщeнства воспріsвъ, дyши мн0гихъ скорбsщихъ и3 во мрaцэ њтчazніz пребывaющихъ дyхомъ ўкрепи1лъ є3си2, и3 свётомъ и4стины њзари1лъ є3си2, научaz премyдрымъ судHмъ б9іимъ покорsтисz, и3 среди2 г0рькагw лихолётіz непоколеби1мw пёти гDеви: Ґллилyіz.

Јкосъ є7

Ви1дэвше брaтіz и3 свzщенноначaліе и3спрaвное монaшеское житіE твоE, џ§е, и3 послуш†ніz многотр{днаz тоб0ю носи6маz, пaче же смирeніz глубинY, ми1ръ и3 рaдость њ гDэ, разумёли сyть плоды2 д¦а свsта, въ тебЁ њби1льнw прозsбшыz. Тёмже и3 мы2, зрsще дух0вное восхождeніе твоE t си1лы въ си1лу, тaкw съ благоговёніемъ взывaемъ ти1: Рaдуйсz, пл0ть свою2 со страстьми2 и3 похотьми2 самоотвержeніемъ распsвый; рaдуйсz, сквeрну грэх0вную вeтхагw ґдaма покаsніемъ њмhвый. Рaдуйсz, бlгодaтную си1лу смирeніz познaвый; рaдуйсz, дёланіемъ зaповэдей є3ђльскихъ внyтреннzго человёка њбнови1вый. Рaдуйсz, и4мz ї}са сладчaйшагw непрестaнно сeрдцемъ призывaвый; рaдуйсz, въ жив0е њбщeніе съ гDмъ вступи1вый. Рaдуйсz, ми1ръ хrтовъ, превосходsй всsкъ ќмъ, наи1тіемъ д¦а б9іz пріsвый; рaдуйсz, на земли2 блажeнство бyдущаго вёка вкуси1вый. Рaдуйсz, бGу и3 бли1жнимъ нелицемёрнw служи1вый; рaдуйсz, пред8 прест0ломъ вhшнzгw за вс‰ лю1ди слeзнw воздыхaвый. Рaдуйсz, жeртву безкр0вную со стрaхомъ и3 трeпетомъ совершaвый; рaдуйсz, сл0вомъ мyдрымъ всёхъ притекaющихъ къ тебЁ питaвый. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ ѕ7

Совершeнную люб0вь ћкw вэнeцъ добродётелей, ћкw дaръ свzтaгw д¦а пріeмый, и3 дyшу свою2 за бли1жнихъ положи1ти гот0вый, нeмwщи немощнhхъ под8sлъ є3си2, д¦он0сне џ§е, и3 ко спасeнію мн0зи дyши ўпрaвилъ є3си2. Твои1мъ бGолюбeзнымъ предстaтельствомъ и3 мы2 грёшніи недyгwвъ многоразли1чныхъ и3сцэлёвше, и3 вёру крёпкую њбрётше, благодaрственнw вопіeмъ гDу: Ґллилyіz.

Јкосъ ѕ7

Возсіs въ лицЁ твоeмъ прaвда б9іz, и3 tгнaсz прeлесть сатани1нскаz, є3гдA лукaвіи раск0льницы съ прест0лwвъ свои1хъ ћкw јдwли пад0ша, и3 лavра и4га њбновлeнческагw свободи1сz, и4ноцы же вси2 возвесели1шасz. СегH рaди пр0симъ тS, миротв0рче, разд0ры и3 нестроeніz животA нaшего ўтоли1ти, непр†вды разори1ти, да въ є3динодyшіи глаг0лемъ ти2: Рaдуйсz, б9eственныz трbцы и3збрaнниче; рaдуйсz, трис0лнечнагw свёта причaстниче. Рaдуйсz, рaдостію совершeнныхъ возрaдованный; рaдуйсz, ми1лостію ко всsкому богaтый. Рaдуйсz, хрaме нерукотворeнный хrтA бGа нAшегw; рaдуйсz, щедр0тами д¦а с™aгw благолёпнw ўкрaшенный. Рaдуйсz, ћкw жeртвенникъ сeрдцэ своeмъ содёлавый; рaдуйсz, fиміaмъ моли1твы гDу пред8 ни1мъ возноси1вый. Рaдуйсz, њ заблуждaющихсz ѕэлw2 душeю болёзновавый; рaдуйсz, всBмъ спасти1сz и3 въ рaзумъ и4стины прійти1 желaвый. Рaдуйсz, г0рдость и3 ѕл0бу нечести1выхъ смирeніемъ и3 кр0тостію побэди1вый; рaдуйсz, хrтоподражaтельнw люби1ти врази1 сво‰ ўчи1вый. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ з7

Хотsху бGолюби1віи ґрхипaстыріе тебЁ духовник0мъ лavры и3збрaти, тёмже подвиг0ша тS, стaрче, вели1кагw ѓгGльскагw w4браза всёмъ сeрдцемъ взыскaти, душA бо твоS чи1стаz њгнeмъ плaменныz моли1твы за вeсь мjръ воспылaла є4сть, и3 вели1кую схи1му ћкw печaть совершeнства t бGа пріsвъ, съ трeпетомъ вопіsше є3мy: Ґллилyіz.

Јкосъ з7

Въ ди1вномъ прbр0ческомъ снё, на зарЁ подви1жничества твоегw2, ўказA ти1 гDь путеводи1телz и3 покрови1телz твоегw2, печaльника земли2 рwссjйскіz, прпdбнаго серафjма сар0вскаго: є3гHже и4менемъ въ схи1мэ наречeнный, ты2 вои1стинну н0вымъ ўтёшителемъ нар0ду рyсскому kви1лсz є3си2. СемY бlговолeнію б9ію чудsщесz, съ надeждою поeмъ ти2: Рaдуйсz, w4пытный в0ине хrт0ва њполчeніz; рaдуйсz, мрaчныхъ бэсHвъ г0рестное посрамлeніе. Рaдуйсz, въ кyкуль смирeніz и3 младeнческаго неѕл0біz њблечeнный; рaдуйсz, дух0вною моли1твою на мhсленныхъ супостaтwвъ воwружeнный. Рaдуйсz, къ бGу њ всёхъ моли1твенниче дерзновeнный; рaдуйсz, вLчцы держaвныz ўг0дниче прелюбeзный. Рaдуйсz, д¦он0сныхъ nтeцъ сподви1жниче; рaдуйсz, ѓгGлwвъ пріsтный собэсeдниче. Рaдуйсz, правовёрныхъ бlгодaтное заступлeніе; рaдуйсz, блуждaющихъ во тмё безб0жіz свэтозaрное наставлeніе. Рaдуйсz, грёшникwвъ съ бGомъ покаsнное примирeніе; рaдуйсz, и3ст0чниче рaдости и3 ўмилeніz. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ }

Стрaннw и3 неудобопріsтельнw сyетному мjру слhшати, кaкw моли1твами твои1ми, чудотв0рче, щедр0ты милосeрдіz б9іz и3зливaютсz на всёхъ, съ вёрою притекaющихъ къ твоемY небeсному покрови1тельству. Мы2 же, слaвzще трbцу с™ую, дaвшую ти2 бlгодaть сію2, рaдостнw восклицaемъ: Ґллилyіz.

Јкосъ }

Всег0 себЁ на стaрческое служeніе лю1демъ предaлъ є3си2, но и3 дух0вныхъ выс0тъ никaкоже tступи1лъ є3си2, ди1вный џ§е, тaкожде чaдwмъ свои1мъ заповёдалъ є3си2 њ г0рнемъ при1снw помышлsти, и3 моли1тву ї}ву, ћкw благ0е срeдство спасeніz, ўсeрдно стzжaти, є4юже всsкій грёхъ въ душЁ посэкaетсz, и3 дyхъ человёка съ д¦омъ б9іимъ соединsетсz. Под8 твоE пречyдное благословeніе прибэгaюще, доброхвaльнэ, величaемъ тS: Рaдуйсz, г0рнzгw їеrлима жи1телю; рaдуйсz, неизречeнныz слaвы спаси1телz мjра созерцaтелю. Рaдуйсz, бGомъ ўправлsемаz душeвнаz колесни1це; рaдуйсz, д¦а ўтёшителz сердeчное вмэсти1лище. Рaдуйсz, t рaйскихъ њби1телей въ ю3д0ль плачeвную нисходsй; рaдуйсz, моли1твы нaша къ стопaмъ вседержи1телz и3 бGор0дицы приносsй. Рaдуйсz, ћкwже nтeцъ чадолюби1вый, просsщимъ полeзнаz подаsй; рaдуйсz, ћкwже мaти нeжнаz, въ ск0рби ўтэшazй. Рaдуйсz, благопріsтное цeркве хrт0вы назидaніе; рaдуйсz, неизцэли1мыхъ болёзней безмeздное врачевaніе. Рaдуйсz, бyдущихъ сyдебъ чудeсное прозрёніе; рaдуйсz, настоsщихъ њбстоsній ск0рое и3збавлeніе. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ f7

ВсЁ си6лы небє1сныz ўдиви1шасz премyдрому смотрёнію њ тебЁ вhшнzгw, стaрче, мучи1тельнымъ бо тS недyгомъ зрsху поражeннагw, њбaче промысли1тельнw t рyкъ безжaлостныхъ гони1телей и5зъ лavры восхи1щеннагw. Лю1діе же вёрніи ви1девше тS чyднw под8 кр0вомъ бGор0дицы въ вhрицэ храни1маго, воспевaху человэколю1бца гDа: Ґллилyіz.

Јкосъ f7

Витjйство человёческое ўмолкaетъ пред8 вели1чіемъ п0двигwвъ твои1хъ, прпdбне, кaкw ќбо стaрецъ нeмощный по пл0ти сhй такwвaz твори1ти возм0глъ є3си2; но поели1ку и4мамы бGобоsзненное произволeніе, тaкw благодeрзостнэ взывaемъ ти2: Рaдуйсz, древ1нихъ пустhнникwвъ и3скyсный подражaтелю; рaдуйсz, п0стническагw житіs и4хъ и3зрsдный люби1телю. Рaдуйсz, моли1твенныхъ бдёній неусhпный ревни1телю; рaдуйсz, внyтреннzгw безм0лвіz и3 тишинh ўмA храни1телю. Рaдуйсz, б9eственною люб0вію въ сeрдцэ ўzзвлeнный; рaдуйсz, неутоли1мымъ стремлeніемъ ко гDу распалeнный. Рaдуйсz, познaніе нбcныхъ тaйнъ пріsвый; рaдуйсz, t бlгодaтныхъ даровaній пaче прeжнzгw дyхомъ њбнищaвый. Рaдуйсz, и4стиннымъ смирeніемъ добродётєли сво‰ покрhвый; рaдуйсz, плaчемъ покаsннымъ плоды2 б9іz бlгодaти ўмн0живый. Рaдуйсz, ћкw дёва мyдраz, є3лeй рaдости трезвeніемъ сохрани1вый; рaдуйсz, ћкw невёста д0браz, дух0вному женихY хrтY вполнЁ благоугоди1вый. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ ‹

Спасти2 рyсь свzтyю t п0лчищъ немeцкихъ є3ди1нагw спаси1телz ўмолsлъ є3си2, бGолю1бче ди1вный: «ї}се хrтe, сhне б9ій, поми1луй мS грёшнаго и3 мjръ тв0й», — тaкw со ўмилeніемъ сердeчнымъ къ бGу взывaлъ є3си2, и3 сегw2 рaди стaрцу сар0вскому подражaz, н0вый п0двигъ моли1твеннагw стоsніz на кaмнэ под8sлъ є3си2. Тёмже ўкрэпи1вшаго тS въ брaни гDа слaвимъ, побёдную пёснь пою1ще є3мY: Ґллилyіz.

Јкосъ ‹

СтеэнA бЁ незри1маz лю1тэ стрAждущимъ t войны2, моли1твенниче тeпле, и3 неизсzкaемыz надeжды и3ст0чниче, побеёду бо рyсскагw њрyжіz прbр0чествовалъ є3си2, и3 рaзумомъ дух0внымъ попyщенныz бGомъ ск0рби постигaz, возврати1тисz ко хrтY нар0дъ б9ій призывaлъ є3си2. Тёмже соблюди2 и3 нaсъ неразyмныхъ t всsкіz вeщи сопроти1вныz, вопію1щихъ ти2 таковaz: Рaдуйсz, чaшу страдaній съ nтeчествомъ земнhмъ до концA и3спи1вый; рaдуйсz, њ поми1лованіи рwссjи гDа проси1вый. Рaдуйсz, мyченичество безкр0вное в0лею претерпёвый; рaдуйсz, нeмощи є3стествa человёческагw презрёвый. Рaдуйсz, ст0лпе непоколеби1мый правослaвіz; рaдуйсz, плaменный проповёдниче вёры и3 покаsніz. Рaдуйсz крёпосте непристyпнаz, непріsтелz ўстрашaющаz; рaдуйсz, надeждо несумнённаz, вёрныхъ њкрилsющаz. Рaдуйсz, земли2 рwссjйскіz моли1твенное њграждeніе; рaдуйсz, t враг1ъ ви1димыхъ и3 неви1димыхъ досточyдное и3збавлeніе. Рaдуйсz, в0инству хrтолюби1вому бGомъ дар0ванное поможeніе; рaдуйсz, дyшъ и3 тэлeсъ нaшихъ живи1тельное њрошeніе. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондaкъ №i

Пёніе колэнопреклонeнное прин0симъ ти2, прпdбне џ§е, ўблажaюще многотрyдное земн0е житіE твоE, ты2 же не преставaй моли1тисz за ны2 ко гDу: да дaруетъ нaмъ грэхHвъ њставлeніе, страстeй же њдолёніе, во всsцэй добродётели ўтверждeніе, и3 ми1ра душeвнагw сохранeніе, и3 спод0битъ нaсъ недост0йныхъ вкyпэ съ тоб0ю во цrтвіи нбcнэмъ благодaрственнаz восклицaти: Ґллилyіz.

Јкосъ №i

Свэтозaрнаго провозвёстника сyщимъ во тмЁ безб0жіz зри1мъ тS, всеблажeнне џ§е, дух0вное бо возр0жденіе рwссjи прови1дэлъ є3си2, и3 къ сыновHмъ сынHвъ съ nтeческою люб0вію њбращаzсz, твeрдw вёры правослaвныz держaтисz завэщaлъ є3си2. Мh же, словесы2 твои1ми просвэщaеми, со слезaми ўмилeніz взывaемъ ти2: Рaдуйсz, б9eственнаго с0лнца лyче; рaдуйсz, причaстниче слaвы превёчнаго цRS. Рaдуйсz, милосEрдіz свэти1ло, согрэвaющее дyши; рaдуйсz, дух0внагw пробуждeніz зарS. Рaдуйсz, ѕвэздо2 путеводи1тельнаz въ цrтвіе нбcное; рaдуйсz, свётлый w4блаче, покрывazй жaждущихъ спасeніz. Рaдуйсz, росо2 бlгодaтнаz, пaжить грэх0вную ўтолsющаz; рaдуйсz, рaдуго многоцвётнаz, сердцA нaша весeліемъ и3сполнsющаz. Рaдуйсz, свёте мjра, и4мже мн0зи человёцы просвэщaютсz; рaдуйсz, м0лніе њгнезрaчнаz, є4юже кHзни врaжіz разрушaютсz. Рaдуйсz, чистоты2 сердeчныz зерцaло; рaдуйсz, совершeнства христіaнскагw красото2. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондакъ в7i

Блажeнную кончи1ну течeніz твоегw2, бGомyдре џ§е, молeніемъ бlгоговёйнымъ ко всеми1лостивей вLчцэ мjра предвари1лъ є3си2, тA бо ћвственнэ посэти1вши тS во слaвэ своeй, tшeствіе бли1зкое на нeбо десни1цею ўказA тебЁ. Кjими похвалaми нaмъ грёшнымъ дост0йнw вэнчaти тS, цари1цы небесE и3 земли2 и3збрaнниче, нhнэ со ли1ки ѓгGльскими воспэвaюща: Ґллилyіz.

Јкосъ в7i

Пою1ще ди1внаго во свzтhхъ свои1хъ бGа, вёруемъ вседyшнw, ћкw мн0гw м0жетъ моли1тва прaведнагw ко бlгосeрдію владhки, и3 сегw2 рaди пр0симъ тS, приснопaмzтный џ§е серафjме, бyди ходaтаемъ тeплымъ ў прест0ла пресвzтhz трbцы њ нAсъ, вопію1щихъ ти2 си1це: Рaдуйсz, пл†меннымъ серафjмwмъ тезоимени1тый; рaдуйсz, стaрчества духон0снагw воспріeмниче вели1кій. Рaдуйсz, ни1вы хrт0вы неустaнный воздёлателю; рaдуйсz, ми1ра б9іz въ дyши человёчєскіz насади1телю. Рaдуйсz, сокр0вище благодaти неистощи1мое; рaдуйсz, ми1лости глубино2 неизмэри1маz. Рaдуйсz, чудотворeній т0нкое благоухaніе; рaдуйсz, желaній б9eственныхъ и3сполнeніе. Рaдуйсz, рyсскіz правослaвныz цeркве н0вое ўкрашeніе; рaдуйсz, вeліе къ бGу, прослaвльшему тS, за рyсь многострадaльную дерзновeніе. Рaдуйсz, р0да христіaнскагw благом0щное заступлeніе; рaдуйсz, почитaющимъ тS ходAтаю вёчнагw спасeніz. Рaдуйсz, прпdбне серафjме, вhрицкій чудотв0рче.

Кондакъ Gi

Q, преслaвный и3 досточyдный ўг0дниче б9ій серафjме, пріими2 ўсeрдное сіE молeніе нaше, t любвE душeвныz тебЁ возноси1мое, и3 ўмоли2 всебlго и3 всеми1лостиваго гDа и3збaвитисz нaмъ всsкагw злA и3 напAсти, да благочeстнэ въ вёцэ нhнэшнемъ поживeмъ, и3 блажeнство животA вёчнаго моли1твами твои1ми њбрsщемъ, њ тебЁ же благодaрственнw воспэвaюще гDви: Ґллилyіz.

Сeй кондaкъ глаг0летсz три1жды. Тaже и4косъ № и3 кондaкъ №.

Моли1тва

Q, бGоблажeнный и3 премилосeрдый џ§е нaшъ серафjме! Вёдуще тz и3 по смeрти ћкw живaго сyща, съ вёрою припaдаемъ ти и3 вопіeмъ: не забyди ўб0гихъ твои1хъ до концA, но ми1лостивнw при1зри на стaдо твоE дух0вное и3 ўпаси2 є4, д0брый пaстырю, бlгопріsтными твои1ми къ бGу моли1твами. И#спроси2 нaмъ t гDа врeмz на покаsніе и3 грэх0вныz жи1зни и3справлeніе, вёси бо вс‰ нeмwщи нaша душeвныz: не и4мамы дёлъ вёры и3 спасeніz, не и4мамы рeвности ко и4стинному бGоугождeнію, плэни1хомсz ўм0мъ въ поги1бельныхъ страстeхъ, растлёхомъ сердцA во гнyсныхъ п0хотехъ. Что2 u5бо чaемъ, и3 на что2 надёемсz неключи1міи, разори1вше хр†мины дyшъ нaшихъ; є4й, свzтhй џ§е, простри1 моли1твенно рyцэ твои2 ко гDу и3 ўмоли2 спаси1телz р0да человёческагw коснyтисz бlгодaтію њкаменeлыхъ сердец1ъ нaшихъ, њмhти нaсъ слезaми покаsніz, возстaвити въ вёрэ, ўкрэпи1ти во благочeстіи и3 вс‰ полє1знаz ко спасeнію даровaти. Не посрами2 ўповaніz нaшего, є4же по бз7э и3 бGородице на тS возлагaемъ, но бyди нaмъ ск0рый пом0щникъ, ўтёшитель въ ск0рбехъ и3 покрови1тель во њбстоsніихъ, да спод0бимсz моли1твами твои1ми наслёдникwми бhти цrтвіz нбcнагw, и3дёже вси2 свzтjи непрестaннw слaвzтъ и3 воспэвaютъ пречестн0е и3 великолёпое и4мz nц7a, и3 сн7а, и3 с™aгw д¦а, нhнэ и3 при1снw, и3 во вёки вёкwвъ. Ґми1нь.

Краткое житие преподобного Серафима Вырицкого

Пре­по­доб­ный Се­ра­фим Вы­риц­кий (в ми­ру Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич Му­ра­вьев) ро­дил­ся 31 мар­та 1866 го­да в де­ревне Ва­х­ро­ме­е­во Ры­бин­ско­го уез­да Яро­слав­ской гу­бер­нии в се­мье кре­стьян Ни­ко­лая и Хи­о­нии. Во Свя­том Кре­ще­нии он был на­ре­чен Ва­си­ли­ем в честь пре­по­доб­но­го Ва­си­лия Но­во­го ис­по­вед­ни­ка.

Ко­гда от­ро­ку бы­ло де­сять лет, умер его отец, и Ва­си­лий бла­го­да­ря по­мо­щи бла­го­че­сти­во­го од­но­сель­ча­ни­на от­пра­вил­ся в Санкт-Пе­тер­бург на за­ра­бот­ки, где и ра­бо­тал по­том рас­сыль­ным, под­руч­ным при­каз­чи­ка, при­каз­чи­ком и за­тем стар­шим при­каз­чи­ком в лав­ках Го­сти­но­го и Апрак­си­на дво­ров. Од­на­ко в ду­ше маль­чи­ка жи­ла за­вет­ная меч­та – уй­ти в мо­на­стырь.

В че­тыр­на­дца­ти­лет­нем воз­расте он по­лу­ча­ет от про­зор­ли­во­го стар­ца Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры про­ро­че­ское бла­го­сло­ве­ние: до по­ры оста­вать­ся в ми­ру, тво­рить бо­го­угод­ные де­ла, со­здать бла­го­че­сти­вую се­мью, вос­пи­тать де­тей и вме­сте с су­пру­гой по­свя­тить даль­ней­шую жизнь мо­на­ше­ско­му по­дви­гу. При­няв сло­во лавр­ско­го стар­ца как Бо­жие бла­го­сло­ве­ние, Ва­си­лий про­жил всю по­сле­ду­ю­щую жизнь, как опре­де­лил ему Гос­подь. Это был по­двиг по­слу­ша­ния, ко­то­рый длил­ся бо­лее со­ро­ка лет...

По­чти 20 лет Ва­си­лий Му­ра­вьев на­хо­дил­ся под окорм­ле­ни­ем стар­ца Геф­си­ман­ско­го ски­та Свя­то-Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой Лав­ры пре­по­доб­но­го Вар­на­вы (Мер­ку­ло­ва), и это поз­во­ли­ло за­ло­жить ту ду­хов­ную ос­но­ву, на ко­то­рой про­ис­хо­ди­ло даль­ней­шее воз­рас­та­ние его как ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка бла­го­че­стия.

В по­все­днев­ных де­лах, в об­ра­ще­нии с людь­ми, в мо­лит­вах ос­но­вой ему слу­жи­ли три глав­ных за­по­ве­ди: прав­да, лю­бовь и доб­ро, ко­то­рые он впо­след­ствии за­ве­щал не толь­ко сво­им ду­хов­ным ча­дам, но и всем нуж­дав­шим­ся в его по­мо­щи. Его лю­би­мым чте­ни­ем бы­ли тво­ре­ния свя­ти­те­ля Иг­на­тия Брян­ча­ни­но­ва, по ко­то­рым он со­ве­то­вал учить­ся свя­то­сти всем сво­им ду­хов­ным де­тям.

Спо­соб­но­сти, дан­ные от Гос­по­да, по­мо­га­ли Ва­си­лию в его тру­дах. Так, ра­бо­тая в ку­пе­че­ской лав­ке, он са­мо­сто­я­тель­но на­учил­ся гра­мо­те, осво­ил ис­то­рию Оте­че­ства и, об­ла­дая хо­ро­ши­ми ма­те­ма­ти­че­ски­ми спо­соб­но­стя­ми, в сем­на­дцать лет стал стар­шим при­каз­чи­ком. Все свое жа­ло­ва­ние Ва­си­лий вы­сы­лал боль­ной ма­те­ри.

Око­ло 1890 го­да он всту­пил в брак с Оль­гой Ива­нов­ной Най­де­но­вой, ко­то­рая так­же про­ис­хо­ди­ла из кре­стьян Ры­бин­ско­го уез­да Яро­слав­ской гу­бер­нии. Она с от­ро­че­ских лет втайне меч­та­ла о мо­на­ше­стве, но по­лу­чи­ла бла­го­сло­ве­ние схи­мо­на­хи­ни Ивер­ско­го мо­на­сты­ря Мос­ков­ской гу­бер­нии Пе­ла­гии жить в ми­ру, вый­ти за­муж за бла­го­че­сти­во­го че­ло­ве­ка, ро­дить и вос­пи­тать де­тей и толь­ко по­том, по обо­юд­но­му со­гла­сию, при­нять по­стриг. Гос­подь бла­го­сло­вил их брак сы­ном Ни­ко­ла­ем и до­че­рью Оль­гой, но де­воч­ка в мла­ден­че­стве умер­ла, по­сле че­го су­пру­ги по вза­им­но­му со­гла­сию жи­ли как брат и сест­ра.

В 1892 го­ду Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич бла­го­да­ря под­держ­ке сво­е­го хо­зя­и­на от­кры­ва­ет соб­ствен­ное де­ло и ста­но­вит­ся куп­цом 2-й гиль­дии. Со вре­ме­нем его кон­то­ра по за­го­тов­ке и про­да­же пуш­ни­ны вы­хо­дит на меж­ду­на­род­ный ры­нок.

В 1895 го­ду В.Н. Му­ра­вьев ста­но­вит­ся дей­стви­тель­ным чле­ном Об­ще­ства по рас­про­стра­не­нию ком­мер­че­ских зна­ний в Рос­сии, це­лью ко­то­рою яв­ля­лось все­мер­ное со­дей­ствие го­су­да­рю им­пе­ра­то­ру и пра­ви­тель­ству в об­ла­сти на­цио­наль­но­го эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия, а в 1897 го­ду за­кан­чи­ва­ет ор­га­ни­зо­ван­ные при Об­ще­стве Выс­шие ком­мер­че­ские кур­сы.

Жи­вя в ми­ру и став очень бо­га­тым че­ло­ве­ком, он ни­ко­гда не за­бы­вал бла­го­сло­ве­ния Лавр­ско­го стар­ца, ста­рал­ся тво­рить доб­ро, по­мо­гал нуж­да­ю­щим­ся, жерт­во­вал боль­шую часть сво­их до­хо­дов на нуж­ды мо­на­сты­рей, хра­мов и бо­га­де­лен.

Из­вест­но, что в 1905 го­ду В.Н. Му­ра­вьев за свои бо­го­угод­ные де­ла был пред­став­лен к на­граж­де­нию. В этом же го­ду бла­го­че­сти­вый ком­мер­сант ста­но­вит­ся дей­стви­тель­ным чле­ном из­вест­но­го на всю Рос­сию Яро­слав­ско­го бла­го­тво­ри­тель­но­го об­ще­ства, в со­став ко­то­ро­го вхо­ди­ли мно­гие из­вест­ные пас­ты­ри и об­ще­ствен­ные де­я­те­ли то­го вре­ме­ни, в том чис­ле и свя­той пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский.

По­сле кон­чи­ны пре­по­доб­но­го Вар­на­вы ду­хов­ны­ми на­став­ни­ка­ми Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча ста­но­вят­ся епи­скоп Ям­бург­ский Фе­о­фан (Быст­ров) и бу­ду­щий свя­щен­но­му­че­ник, епи­скоп Пет­ро­град­ский и Гдов­ский Ве­ни­а­мин (Ка­зан­ский). По­след­ним ду­хов­ни­ком стар­ца Се­ра­фи­ма был про­то­и­е­рей Алек­сий Ки­бар­дин, слу­жив­ший на­сто­я­те­лем хра­ма Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в Вы­ри­це.

На­сту­пил 1917 год. Мно­гие со­сто­я­тель­ные зна­ко­мые Му­ра­вье­вых пе­ре­во­дят свои ка­пи­та­лы за гра­ни­цу и по­ки­да­ют Рос­сию, на­де­ясь пе­ре­жить смут­ные вре­ме­на за ру­бе­жом. Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич ре­ша­ет ина­че: с на­ча­лом Фев­раль­ской ре­во­лю­ции он за­кры­ва­ет свое ком­мер­че­ское пред­при­я­тие и раз­да­ет со­сто­я­ние нуж­да­ю­щим­ся слу­жа­щим. Зна­чи­тель­ную часть его он жерт­ву­ет на нуж­ды Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры и Вос­кре­сен­ско­го Но­во­де­ви­чье­го мо­на­сты­ря, а так­же Ивер­ско­го Вык­сун­ско­го и Свя­то-Успен­ско­го Пюх­тиц­ко­го мо­на­сты­рей, и окон­ча­тель­но го­то­вит се­бя к при­ня­тию мо­на­ше­ства...

12 сен­тяб­ря 1920 го­да В.Н. Му­ра­вьев пе­ре­да­ет еще од­но круп­ное по­жерт­во­ва­ние Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ре, а через день пи­шет в Ду­хов­ный со­бор Лав­ры про­ше­ние о при­ня­тии его в чис­ло бра­тии, на ко­то­рое по­лу­ча­ет по­ло­жи­тель­ный от­вет и пер­вое по­слу­ша­ние – по­но­мар­ское.

Уже 26 ок­тяб­ря мит­ро­по­лит Пет­ро­град­ский и Гдов­ский Ве­ни­а­мин бла­го­слов­ля­ет по­стриг по­слуш­ни­ка Ва­си­лия од­новре­мен­но с его же­ной, по­сту­пив­шей в Санкт-Пе­тер­бург­ский Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь и при­няв­шей по­стриг с име­нем Хри­сти­ны (в схи­ме Се­ра­фи­ма).

29 ок­тяб­ря Ва­си­лий был по­стри­жен в ино­ки с име­нем Вар­на­ва. Вско­ре он был ру­ко­по­ло­жен в иеро­ди­а­ко­на, а 11 сен­тяб­ря 1921 го­да – в иеро­мо­на­ха.

В те­че­ние 1920–1926 го­дов отец Вар­на­ва несет ряд от­вет­ствен­ных и труд­ных по­слу­ша­ний: за­ве­ду­ю­ще­го клад­би­щен­ской кон­то­рой Лав­ры, глав­но­го свеч­ни­ка, а за­тем каз­на­чея оби­те­ли. В кон­це 1926 го­да он при­ни­ма­ет ве­ли­кую схи­му с име­нем Се­ра­фим и из­би­ра­ет­ся бра­ти­ей ду­хов­ни­ком Лав­ры. Под его пас­тыр­ское окорм­ле­ние со­би­ра­ет­ся ве­ли­кое мно­же­ство ду­хов­ных чад – ми­рян, ино­ков, свя­щен­ни­ков и ар­хи­ере­ев, сре­ди них – вы­да­ю­щи­е­ся иерар­хи: епи­скоп Гри­го­рий (Ле­бе­дев), мит­ро­по­лит Се­ра­фим (Чи­ча­гов), епи­скоп Ни­ко­лай (Яру­ше­вич), ар­хи­епи­скоп Алек­сий (Си­ман­ский).

Око­ло трех лет пре­бы­вал отец Се­ра­фим на по­при­ще ду­хов­ни­ка Лав­ры. С оте­че­ской лю­бо­вью и сер­деч­ной теп­ло­той мо­лит­вы по­мо­гал он из­бав­лять­ся от са­мых страш­ных гре­хов, че­ло­ве­че­ской нена­ви­сти и бра­то­убий­ства.

От при­ня­тия еже­днев­ной вось­ми­ча­со­вой ис­по­ве­ди ста­рец стал ис­пы­ты­вать по­сто­ян­ные бо­ли в но­гах. В на­ча­ле 1933 го­да бо­лезнь окон­ча­тель­но при­ко­ва­ла его к по­сте­ли и, со­глас­но ре­ко­мен­да­ции вра­чей и по на­сто­я­нию мит­ро­по­ли­та Се­ра­фи­ма (Чи­ча­го­ва), он пе­ре­ехал в Вы­ри­цу – по­се­лок в вось­ми­де­ся­ти ки­ло­мет­рах от Санкт-Пе­тер­бур­га.

Здесь, на од­ре тя­же­лой бо­лез­ни, в те­че­ние по­чти два­дца­ти лет он нес по­двиг стар­че­ско­го окорм­ле­ния, при­ни­мая в от­дель­ные дни по несколь­ко сот по­се­ти­те­лей. Но по­се­ти­те­ля­ми его бы­ли не толь­ко ищу­щие сво­е­го спа­се­ния. В пе­ри­од с 1938 по 1940 го­ды несколь­ко раз в ноч­ное вре­мя пред­ста­ви­те­ли вла­сти про­во­ди­ли у него обыс­ки. В один из та­ких обыс­ков не вста­вав­ший с по­сте­ли ста­рец по­до­звал к се­бе од­но­го из со­труд­ни­ков НКВД. Он по­смот­рел сво­и­ми доб­ры­ми и лас­ко­вы­ми гла­за­ми на че­ло­ве­ка, ко­то­ро­му по­ру­че­но бы­ло со всей стро­го­стью вы­пол­нить по­ру­че­ние, спро­сил его имя, взял его ру­ку, по­гла­дил, за­тем при­ло­жил к го­ло­ве его свою ру­ку и про­из­нес: «Да про­стят­ся гре­хи твои, раб Бо­жий...» В этот мо­мент ли­цо гроз­но­го пред­ста­ви­те­ля вла­сти смяг­чи­лось, и даль­ней­ший раз­го­вор про­ис­хо­дил так, слов­но они бы­ли са­мы­ми луч­ши­ми дру­зья­ми. По­доб­ным об­ра­зом ста­рец из­ба­вил от неду­га нена­ви­сти и же­сто­ко­сти и осталь­ных про­из­во­дя­щих обыск.

В ян­ва­ре 1941 го­да был аре­сто­ван, а в сен­тяб­ре рас­стре­лян сын ба­тюш­ки Ни­ко­лай. Еще через че­ты­ре го­да пре­ста­ви­лась схи­мо­на­хи­ня Се­ра­фи­ма. Ве­ли­кая скорбь во­шла в серд­це ба­тюш­ки.

Во вре­мя вой­ны ста­рец Се­ра­фим, кро­ме стро­го­го по­ста и непре­стан­ной ке­лей­ной мо­лит­вы, при­нял на се­бя осо­бый по­двиг: еже­нощ­но, стоя на камне пе­ред ико­ной пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го, с воз­де­ты­ми ру­ка­ми он мо­лил­ся о Рос­сии, под­ра­жая по­дви­гу сво­е­го небес­но­го по­кро­ви­те­ля.

За го­ды вой­ны в Вы­ри­це был раз­ру­шен лишь один дом, хо­зя­е­вам ко­то­ро­го ба­тюш­ка еще в пер­вые дни вой­ны ска­зал: «Вам необ­хо­ди­мо по­ки­нуть Вы­ри­цу». По его мо­лит­вам нем­цы, за­няв по­се­лок, рас­квар­ти­ро­ва­ли в нем ру­мын­скую пра­во­слав­ную часть, так что ни один че­ло­век в по­сел­ке не по­стра­дал, и цер­ковь про­дол­жа­ла дей­ство­вать.

По­сле вой­ны сот­ни лю­дей, же­лая узнать о судь­бе сво­их близ­ких, устре­ми­лись к ба­тюш­ке. И он при­ни­мал их, го­во­ря од­ним: «Жив твой муж, уже на по­езд са­дит­ся», а дру­гим: «Не при­дет, мо­лись об упо­ко­е­нии». Сло­ва стар­ца все­гда сбы­ва­лись.

Вре­мя стар­че­ско­го слу­же­ния Вы­риц­ко­го по­движ­ни­ка при­шлось на пе­ри­од кро­ва­во­го бо­го­бор­че­ства, Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны, по­сле­во­ен­ной раз­ру­хи и воз­рож­де­ния. Все эти го­ды сво­ей жиз­нью ба­тюш­ка сви­де­тель­ство­вал о Хри­сте, ис­пол­нив за­вет пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го: «Спа­сись сам, и во­круг те­бя спа­сут­ся ты­ся­чи». Мно­гие из его де­я­ний озна­ме­но­ва­ны яв­ны­ми чу­до­тво­ре­ни­я­ми, че­му есть сви­де­тель­ство оче­вид­цев.

Ста­рец пред­ска­зы­вал: «При­дет вре­мя, ко­гда не го­не­ния, а день­ги и пре­ле­сти ми­ра се­го от­вра­тят лю­дей от Бо­га, и по­гибнет ку­да боль­ше душ, чем во вре­ме­на от­кры­то­го бо­го­бор­че­ства. С од­ной сто­ро­ны, бу­дут воз­дви­гать кре­сты и зо­ло­тить ку­по­ла, а с дру­гой – на­станет цар­ство лжи и зла. Страш­но бу­дет до­жить до этих вре­мен». Неза­дол­го до кон­чи­ны пре­по­доб­ный го­во­рил сво­ей ке­лей­ни­це о быв­шем ему от­кро­ве­нии: «Я по­бы­вал во мно­гие стра­нах. Луч­ше сво­ей стра­ны не на­шел и луч­ше на­шей ве­ры не ви­дел. Го­во­ри всем, чтобы ни­кто не от­сту­пал от Пра­во­сла­вия».

Пра­вед­ная ду­ша стар­ца ото­шла ко Гос­по­ду 21 мар­та 1949 го­да. По­сле его кон­чи­ны в Вы­ри­це несколь­ко дней в воз­ду­хе ощу­ща­лось бла­го­уха­ние,

Сам о се­бе он го­во­рил: «По­сле мо­ей смер­ти при­хо­ди­те ко мне на мо­гил­ку, как к жи­во­му, и раз­го­ва­ри­вай­те со мною, как с жи­вым, и я все­гда по­мо­гу вам».

Вот уже бо­лее 50 лет со дня бла­жен­ной кон­чи­ны стар­ца не пре­кра­ща­ет­ся его на­род­ное по­чи­та­ние. Ныне над его мо­гил­кой воз­двиг­ну­та ча­сов­ня.

На Юби­лей­ном Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре в ав­гу­сте 2000 го­да ста­рец Се­ра­фим был при­чис­лен к ли­ку свя­тых Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

По сей день свя­той ста­рец сво­им небес­ным пред­ста­тель­ством не остав­ля­ет скор­бя­щих и страж­ду­щих, при­те­ка­ю­щих к ме­сту его зем­но­го упо­ко­е­ния.

Пре­по­добне от­че Се­ра­фи­ме, мо­ли Бо­га о нас!

Полное житие преподобного Серафима Вырицкого

...В сен­тяб­ре 1941 го­да гит­ле­ров­ские ча­сти, на­сту­пав­шие на Ле­нин­град, за­ня­ли стан­цию Вы­ри­ца. Ок­ку­па­ци­он­ные вой­ска, рас­квар­ти­ро­ван­ные здесь, со­сто­я­ли из ру­мын, ко­то­ры­ми ко­ман­до­ва­ли немец­кие офи­це­ры. Через несколь­ко дней по­след­ним до­нес­ли, что в по­сел­ке есть некий по­лу­жи­вой ста­рик, очень по­чи­та­е­мый рус­ски­ми, по­то­му что об­ла­да­ет да­ром яс­но­ви­де­ния... Вско­ре несколь­ко офи­це­ров в со­про­вож­де­нии пе­ре­вод­чи­ка по­до­шли к до­му № 24 по Пиль­но­му про­спек­ту. Вой­дя в него, они уви­де­ли из­мож­ден­но­го стар­ца, по­лу­ле­жав­ше­го на уз­кой кро­ва­ти. Обер­нув­шись к пе­ре­вод­чи­ку, немец­кий ка­пи­тан спро­сил; «Ско­ро ли на­ши вой­ска прой­дут по­бед­ным мар­шем по Двор­цо­вой пло­ща­ди?» Но, не до­жи­да­ясь пе­ре­во­да, ста­рец за­го­во­рил по-немец­ки: «Это­го ни­ко­гда не бу­дет».

Зна­ко­мясь с жиз­нью это­го по­движ­ни­ка, по­ра­жа­ешь­ся то­му, как хра­нил его Бо­жий про­мы­сел. По тем да­рам, ко­то­ры­ми он об­ла­дал, по то­му вли­я­нию, ко­то­рое он имел на ты­ся­чи и ты­ся­чи лю­дей, Се­ра­фи­ма Вы­риц­ко­го мож­но сме­ло при­чис­лить к ря­ду ве­ли­чай­ших рус­ских свя­тых – чу­до­твор­цев. Но пред­ше­ствен­ни­ки стар­ца при­хо­ди­ли в дру­гие, сво­бод­ные от бо­го­бор­че­ства сто­ле­тия, а Се­ра­фим пе­ре­жил ре­во­лю­цию, го­ды тер­ро­ра, ок­ку­па­цию... С са­мо­го на­ча­ла ве­ли­кой вой­ны каж­дый день, невзи­рая на хо­лод и зной, ве­тер и дождь, се­ми­де­ся­ти­пя­ти­лет­ний ста­рец вста­вал на гра­нит­ный ка­мень и ко­ле­но­пре­кло­нен­но, про­сти­рая ру­ки к небу, мо­лил­ся о спа­се­нии Оте­че­ства.

Свя­той... На­зы­вая ко­го-то свя­тым, мы ста­вим его на недо­ся­га­е­мую вы­со­ту и слов­но бы ли­ша­ем свойств обыч­но­го че­ло­ве­ка. Но ведь свя­тость не да­ет­ся с рож­де­ния! Ко­гда речь идет о по­движ­ни­ках да­ле­ко­го про­шло­го, мы под­час ни­че­го не зна­ем о том, как они жи­ли в ми­ру: их путь к свя­то­сти со­вер­шен­но скрыт от нас. Ра­зу­ме­ет­ся, нет ни­че­го уди­ви­тель­но­го в том, что ве­ка не со­хра­ни­ли сви­де­тельств о преж­ней жиз­ни по­движ­ни­ка, ко­гда он еще ни­чем не вы­де­лил­ся из сре­ды обыч­ных лю­дей. Но иное де­ло свя­тые XX ве­ка: изу­чая их жизнь по мно­же­ству со­хра­нив­ших­ся до­ку­мен­тов, мы име­ем пре­крас­ную воз­мож­ность при­кос­нуть­ся к этой тайне.

Пе­ре­до мною фо­то­гра­фии Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча Му­ра­вье­ва. На од­ной он с же­ной и сы­ном в ва­гоне по­ез­да Бер­лин – Ве­на (ок. 1900); на дру­гом се­мей­ном сним­ке сын уже одет в гим­на­зи­че­ский мун­дир; а вот порт­рет пя­ти­де­ся­ти­лет­не­го Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча (1916). Пе­ред на­ми изящ­но оде­тый, пре­успе­ва­ю­щий пет­ро­град­ский ку­пец. Пра­виль­ная осан­ка, бла­го­род­ные чер­ты ли­ца, вы­со­кий лоб, ин­тел­ли­гент­ная бо­род­ка, усы. И хо­тя сра­зу от­ме­ча­ешь его оду­хо­тво­рен­ный взгляд, все же вид­но, что это обыч­ный че­ло­век – не срав­нить с порт­ре­том по­след­них лет, ко­гда фо­то­гра­фи­че­ская плен­ка за­пе­чат­ле­ла уже не ли­цо, а све­тя­щий­ся лик стар­ца-схим­ни­ка, в ко­то­ром не оста­лось по­чти ни­че­го зем­но­го... Я толь­ко что на­звал пя­ти­де­ся­ти­лет­не­го Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча обыч­ным че­ло­ве­ком. А впро­чем, так ли это?

Чи­тая о В.Н. Му­ра­вье­ве, узна­вая фак­ты из его жиз­ни, неволь­но по­ни­ма­ешь, что из них скла­ды­ва­ет­ся не био­гра­фия, а жи­тие. Дру­гим сло­вом и не по­вер­нет­ся язык на­звать это неспеш­ное, уве­рен­ное вос­хож­де­ние к свя­то­сти.

Житие Василия Муравьева

Вы­риц­кий по­движ­ник ро­дил­ся 31 мар­та 1866 го­да в де­ревне Ва­х­ро­ме­е­во Яро­слав­ской гу­бер­нии. Ро­ди­те­ли на­рек­ли сы­на Ва­си­ли­ем. В дет­стве маль­чик лю­бил по­дол­гу на­хо­дить­ся в церк­ви и за­чи­ты­вал­ся жи­ти­я­ми свя­тых. Но вот, не до­жив и до со­ро­ка лет, отец уми­ра­ет. В де­сять лет Ва­си­лий ста­но­вит­ся кор­миль­цем се­мьи. Он от­прав­ля­ет­ся на за­ра­бот­ки в Пе­тер­бург, где с по­мо­щью од­но­сель­ча­ни­на по­лу­ча­ет ра­бо­ту рас­сыль­но­го в од­ной из ла­вок Го­сти­но­го дво­ра. С пер­вых дней Ва­си­лий про­яв­ля­ет та­кое усер­дие и ис­пол­ни­тель­ность, что хо­зя­ин на­чи­на­ет по­ру­чать ему все бо­лее и бо­лее от­вет­ствен­ные де­ла. За­ра­бо­тан­ные день­ги маль­чик по­сы­ла­ет ма­те­ри, а в сво­бод­ное вре­мя по­се­ща­ет бо­го­слу­же­ния в пе­тер­бург­ских хра­мах. Он уже в те го­ды меч­та­ет о мо­на­ше­стве, но зна­ме­ни­тый ста­рец-схим­ник Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры бла­го­слов­ля­ет его до по­ры жить в ми­ру, же­нить­ся и вос­пи­тать де­тей.

В шест­на­дцать лет Ва­си­лий ста­но­вит­ся при­каз­чи­ком, через год – стар­шим при­каз­чи­ком, т. е. пер­вым за­ме­сти­те­лем хо­зя­и­на, и в его от­сут­ствие ве­дет все тор­го­вые де­ла. В бу­ду­щем вла­де­лец де­ла рас­счи­ты­ва­ет на него как на ком­па­ньо­на, но в два­дцать шесть лет Ва­си­лий ре­ша­ет от­крыть соб­ствен­ное де­ло. В 1890 го­ду он же­нит­ся, через пять лет рож­да­ет­ся пер­ве­нец – сын Ни­ко­лай. Ва­си­лий на­хо­дит вре­мя по­лу­чить пре­крас­ное об­ра­зо­ва­ние: в 1897 го­ду он за­кан­чи­ва­ет Выс­шие ком­мер­че­ские кур­сы. Через несколь­ко лет ку­пец 2-й гиль­дии Му­ра­вьев ста­но­вит­ся од­ним из круп­ней­ших ме­хо­тор­гов­цев сто­ли­цы. Зна­чи­тель­ную часть то­ва­ра он по­став­ля­ет в Гер­ма­нию, Ав­ст­ро-Вен­грию, Ан­глию, Фран­цию. Вре­ме­на­ми сам по­се­ща­ет аук­ци­о­ны в ев­ро­пей­ских сто­ли­цах.

Так же на­ла­же­нно и спо­кой­но про­те­ка­ет его се­мей­ная жизнь. Оль­га Ива­нов­на Му­ра­вье­ва по­мо­га­ет му­жу ве­сти де­ла. Они вме­сте по­се­ща­ют бо­го­слу­же­ния и вме­сте вы­пол­ня­ют мо­лит­вен­ное пра­ви­ло, а по ве­че­рам чи­та­ют вслух Еван­ге­лие. Ра­бо­чий день в лав­ке на­чи­на­ет­ся и за­кан­чи­ва­ет­ся мо­лит­вой. Пред­при­я­тие Му­ра­вье­вых – од­но из немно­гих в Апрак­си­ном дво­ре, где в дни глав­ных цер­ков­ных празд­ни­ков тор­гов­ля пре­кра­ща­ет­ся во­все. Ед­ва де­ло на­чи­на­ет при­но­сить при­быль, Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич вы­де­ля­ет зна­чи­тель­ные сум­мы Ивер­ско­му мо­на­сты­рю на ре­ке Вык­се в Ни­же­го­род­ской гу­бер­нии. В до­ме Му­ра­вье­вых в Ка­за­чьем пе­ре­ул­ке на ижди­ве­нии хо­зя­и­на по­сто­ян­но жи­вут оди­но­кие лю­ди, ко­то­рых он пе­ре­во­дит к се­бе из ка­зен­ных боль­ниц.

Его ни­ко­гда не ви­дят в раз­дра­же­нии или сму­ще­нии; он все­гда спо­ко­ен и тер­пе­лив и ни­чем не оскорб­ля­ет до­сто­ин­ства за­ви­си­мых от него лю­дей. Был в его до­ме и та­кой обы­чай: по цер­ков­ным празд­ни­кам и в дни чти­мых свя­тых Му­ра­вье­вы на­кры­ва­ли у се­бя сто­лы с раз­но­об­раз­ны­ми ку­ша­нья­ми и за­зы­ва­ли с ули­цы неиму­щих. По­сле чте­ния «От­че наш» Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич про­из­но­сил неболь­шую речь, разъ­яс­няя смысл на­сту­пив­ше­го празд­ни­ка. Ко­гда тра­пе­за за­кан­чи­ва­лась, он при­гла­шал всех по­се­тить их в сле­ду­ю­щий празд­ник, щед­ро на­де­ляя го­стей по­дар­ка­ми и день­га­ми. По­рой его бес­ко­ры­стие удив­ля­ло су­пру­гу: Ва­си­лий мог от­дать незна­ко­мо­му ни­ще­му но­вую вещь со сво­е­го пле­ча. Иной раз, ви­дя, как муж жерт­ву­ет боль­шие сум­мы на де­ла ми­ло­сер­дия, ей ка­за­лось, что Ва­си­лий со­зна­тель­но пы­та­ет­ся ра­зо­рить­ся. Но его де­ла по-преж­не­му про­цве­та­ли...

Стран­ные для окру­жа­ю­щих по­ступ­ки куп­ца Му­ра­вье­ва име­ли свои при­чи­ны. Пер­вая за­клю­ча­лась в том вли­я­нии, ко­то­рое имел на него иеро­мо­нах Вар­на­ва из Геф­си­ман­ско­го ски­та Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры, ду­хов­ным сы­ном ко­то­ро­го дол­гие го­ды был Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич, Вар­на­ва Геф­си­ман­ский, ныне про­слав­лен­ный в ли­ке свя­тых, был ве­ли­ким стар­цем-уте­ши­те­лем. Сот­ни лю­дей еже­днев­но при­хо­ди­ли к две­рям его ке­льи за со­ве­том и ис­це­ле­ни­ем. Сре­ди ду­хов­ных де­тей стар­ца Вар­на­вы («сын­ков» и «до­чек», как лас­ко­во на­зы­вал всех ста­рец) бы­ли мно­гие из­вест­ные лю­ди, мит­ро­по­ли­ты, епи­ско­пы, а так­же обер-про­ку­рор Свя­тей­ше­го Си­но­да и чле­ны цар­ской се­мьи. А пе­тер­бург­ский ку­пец был од­ним из лю­би­мей­ших уче­ни­ков стар­ца. Ко­гда поз­во­ля­ли де­ла, Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич спе­шил к сво­е­му на­став­ни­ку в Геф­си­ман­ский скит; по­се­щая Пе­тер­бург, отец Вар­на­ва все­гда бы­вал у мо­ло­до­го ком­мер­сан­та. Му­ра­вьев по-преж­не­му меч­тал о мо­на­сты­ре, но ста­рец толь­ко под­твер­дил сло­ва схим­ни­ка, ска­зан­ные Ва­си­лию мно­го лет на­зад: «Ча­до! Сей­час ты нуж­нее здесь – по­смот­ри, сколь­ко обез­до­лен­ных нуж­да­ют­ся в тво­ей по­мо­щи!»

Но, вы­нуж­ден­ный оста­вать­ся в ми­ру, Ва­си­лий уже не мог жить по-ста­ро­му. Вско­ре по­сле смер­ти вто­ро­го ре­бен­ка (дочь Оль­га про­жи­ла со­всем недол­го) по обо­юд­но­му со­гла­сию и бла­го­сло­ве­нию от­ца Вар­на­вы су­пру­ги Му­ра­вье­вы ста­ли жить как брат и сест­ра. Ва­си­лий все­гда пи­тал­ся скром­но, но те­перь, по­ми­мо обыч­ных сре­ды и пят­ни­цы, он взял­ся со­блю­дать пост и в по­не­дель­ник, как это при­ня­то в мо­на­сты­рях. Ва­си­лию Ни­ко­ла­е­ви­чу бы­ло то­гда око­ло трид­ца­ти лет.

В этом воз­расте Ва­си­лий Му­ра­вьев, несо­мнен­но, уже яс­но пред­став­лял, что мо­жет дать ему мир, и... жил в нем как инок. Мно­гие уже то­гда за­ме­ча­ли, что в этом пе­тер­бург­ском куп­це есть что-то от стар­ца. Осо­бен­но это впе­чат­ле­ние уси­ли­лось по­сле од­ной из по­ез­док в Геф­си­ман­ский скит. Ва­си­лий дол­го мо­лил­ся вме­сте с от­цом Вар­на­вой в его ке­ллии. За­тем ста­рец встал, три­жды воз­ло­жил ему на го­ло­ву ру­ки и вновь по­мо­лил­ся. И тут в ду­ше Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча раз­ли­лось ка­кое-то необык­но­вен­ное спо­кой­ствие, ко­то­рое с тех пор уже не остав­ля­ло его; у него необы­чай­но обост­ри­лось ду­хов­ное зре­ние, окреп­ла и без то­го уди­ви­тель­ная па­мять.

Вто­рая при­чи­на его осо­бых по­дви­гов в ми­ру за­клю­ча­лась в том вли­я­нии, ко­то­рое ока­зы­вал на Ва­си­лия другой, уже скон­чав­ший­ся ста­рец – пре­по­доб­ный Се­ра­фим Са­ров­ский. Этот ве­ли­кий свя­той про­ис­хо­дил из кур­ских куп­цов. В сво­их по­уче­ни­ях отец Се­ра­фим ча­сто об­ра­щал­ся к сло­вам и по­ня­ти­ям из оби­хо­да тор­гов­цев. «Вы­га­ды­вай­те вре­мя для по­лу­че­ния небес­ных благ через зем­ные то­ва­ры, – го­во­рил он и по­яс­нял: – Зем­ные то­ва­ры – это доб­ро­де­те­ли, де­ла­е­мые Хри­ста ра­ди».

В июле 1903 го­да вся Рос­сия съе­ха­лась на Са­ров­ские тор­же­ства. От­кры­тие мо­щей пре­по­доб­но­го стар­ца Се­ра­фи­ма со­про­вож­да­лось огром­ным ко­ли­че­ством ис­це­ле­ний и дру­гих чу­дес. Сре­ди па­лом­ни­ков, по­се­тив­ших в те июль­ские дни Са­ров, на­хо­дил­ся и Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич Му­ра­вьев. Как ве­ли­кую свя­ты­ню бу­дет он по­том до кон­ца сво­их дней хра­нить ико­ну, куп­лен­ную то­гда в Са­ро­ве. Ико­на эта изо­бра­жа­ла бла­жен­ную кон­чи­ну ве­ли­ко­го стар­ца: ко­ле­но­пре­кло­нен­ный Се­ра­фим пе­ред об­ра­зом Бо­жи­ей Ма­те­ри «Уми­ле­ние».

Инок Варнава

В ян­ва­ре 1906 го­да тя­же­ло боль­ной отец Вар­на­ва при­е­хал в Пе­тер­бург. В по­след­ний раз ви­дел Ва­си­лий Му­ра­вьев сво­е­го на­став­ни­ка и дру­га. В на­ча­ле фев­ра­ля ста­рец вер­нул­ся в Моск­ву. Он ед­ва мог го­во­рить и с тру­дом пе­ре­дви­гал­ся, но по­-преж­не­му при­ни­мал лю­дей, ис­кав­ших его со­ве­та и уте­ше­ния. 17 фев­ра­ля он на­чал при­ни­мать ис­по­ведь в Сер­ги­е­во-По­сад­ском до­ме при­зре­ния. При­гла­сив оче­ред­ную ис­по­вед­ни­цу, Вар­на­ва Геф­си­ман­ский во­шел в ал­тарь. Здесь он и был най­ден ле­жа­щим на ле­вом бо­ку ли­цом к пре­сто­лу.

Ты­ся­чи лю­дей по всей Рос­сии по­чув­ство­ва­ли се­бя оси­ро­тев­ши­ми. А еще через два го­да умер свя­той и пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский, пред­ска­зав­ший Рос­сии – ес­ли она не по­ка­ет­ся – неви­дан­ные вой­ны и сму­ты. Вско­ре сло­ва его ста­ли сбы­вать­ся... Про­нес­лись две ре­во­лю­ции; у вла­сти вста­ли боль­ше­ви­ки. Ты­ся­чи рус­ских лю­дей из дво­рян, куп­цов, ду­хо­вен­ства пред­по­чли то­гда по­ки­нуть Рос­сию. При тех ком­мер­че­ских та­лан­тах, ко­то­ры­ми об­ла­дал Ва­си­лий Ни­ко­ла­е­вич Му­ра­вьев, ни­что не ме­ша­ло ему пе­ре­ве­сти свои ка­пи­та­лы за гра­ни­цу, а за­тем вло­жить в ка­кое-ни­будь де­ло за ру­бе­жом. Де­ла его по-преж­не­му бы­ли в пол­ном по­ряд­ке: он вла­дел про­цве­та­ю­щим пред­при­я­ти­ем. Но, к удив­ле­нию мно­гих, Му­ра­вьев по­сту­па­ет ина­че: за­кры­ва­ет свое де­ло, на­де­ля­ет щед­ры­ми по­со­би­я­ми всех слу­жа­щих, а ос­нов­ные ка­пи­та­лы жерт­ву­ет на нуж­ды Алек­сан­дро-Нев­ской лав­ры, Вос­кре­сен­ско­го Но­во­де­ви­чье­го жен­ско­го мо­на­сты­ря в Пе­тер­бур­ге и Ивер­ско­го Вык­сун­ско­го жен­ско­го мо­на­сты­ря, ос­но­ван­но­го иеро­мо­на­хом Вар­на­вой, стар­цем Геф­си­ман­ско­го ски­та. Дол­гая жизнь в ми­ру, пред­ска­зан­ная схим­ни­ком, под­хо­ди­ла к кон­цу... Сын Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча уже вы­рос и по­лу­чил офи­цер­ский чин: в го­ды Пер­вой ми­ро­вой Ни­ко­лай Му­ра­вьев слу­жил авиа­то­ром в рус­ской ар­мии. А стар­ше­му Му­ра­вье­ву в 1920 го­ду ис­пол­ни­лось пять­де­сят че­ты­ре го­да.

По­на­ча­лу он ду­мал при­нять по­стриг в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ре – у мо­щей сво­е­го учи­те­ля. Но неожи­дан­но пра­вя­щий ар­хи­ерей епар­хии бла­го­сло­вил его стать ино­ком Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры. Этим ар­хи­ере­ем был то­гда свя­той Ве­ни­а­мин, мит­ро­по­лит Пет­ро­град­ский и Гдов­ский. Та­кой по­во­рот спас Ва­си­лия Ни­ко­ла­е­ви­ча, по­то­му что вско­ре вся бра­тия оби­те­ли пре­по­доб­но­го Сер­гия бы­ла ре­прес­си­ро­ва­на.

В ав­гу­сте 1920 го­да Му­ра­вьев пе­ре­да­ет Лав­ре це­лое со­сто­я­ние – два­дцать пять ты­сяч руб­лей в зо­ло­той мо­не­те. Он всту­па­ет в чис­ло по­слуш­ни­ков и на­чи­на­ет под­ви­зать­ся там в ка­че­стве при­чет­ни­ка, или по­но­ма­ря, – низ­ше­го слу­жи­те­ля при церк­ви.

Оль­га Ива­нов­на Му­ра­вье­ва по­сту­пи­ла в Вос­кре­сен­ский Но­во­де­ви­чий мо­на­стырь, то­же по­на­ча­лу по­слуш­ни­цей. А мо­на­ше­ский по­стриг су­пру­ги при­ня­ли в один день: 16 ок­тяб­ря 1920 го­да. Оль­га по­лу­чи­ла имя Хри­сти­ны, а Ва­си­лий – Вар­на­вы, в честь свя­то­го апо­сто­ла Вар­на­вы и в па­мять о ду­хов­ном от­це. Со­вер­шал по­стриг свя­той Ве­ни­а­мин Пет­ро­град­ский, до му­че­ни­че­ской кон­чи­ны ко­то­ро­го оста­ва­лось все­го два го­да...

Вско­ре бра­та Вар­на­ву ру­ко­по­ло­жи­ли в иеро­ди­а­ко­на и воз­ло­жи­ли на него по­слу­ша­ние за­ве­ду­ю­ще­го клад­би­щен­ской кон­то­рой. А через год он по­лу­чил по­слу­ша­ние свеч­ни­ка и был воз­ве­ден в иеро­мо­на­ха. По вос­по­ми­на­ни­ям оче­вид­цев, на бо­го­слу­же­ния с уча­сти­ем от­ца Вар­на­вы со­би­ра­лось мно­же­ство на­ро­да. Для сво­их про­по­ве­дей он на­хо­дил са­мые про­стые сло­ва, но по­че­му-то в его устах они при­об­ре­та­ли осо­бый смысл. Рос круг его ду­хов­ных чад, вско­ре у две­рей ке­ллии от­ца Вар­на­вы ста­ли по­яв­лять­ся пер­вые по­се­ти­те­ли. Еще через неко­то­рое вре­мя иеро­мо­нах Вар­на­ва был из­бран чле­ном Ду­хов­но­го Со­бо­ра и на­зна­чен на один из клю­че­вых адми­ни­стра­тив­ных по­стов Лав­ры – пост каз­на­чея.

Иеросхимонах Серафим

В ред­кие сво­бод­ные ча­сы от­ца Вар­на­ву ви­де­ли в биб­лио­те­ке, но­чи же он про­во­дил в мо­лит­вах. Для мно­гих оста­ва­лось тай­ной, ко­гда же он спал, по­то­му что свет в его ке­ллии го­рел до рас­све­та...

В 1926 го­ду ар­хи­манд­рит Сер­гий вви­ду пре­клон­но­го воз­рас­та и силь­ной бо­лез­нен­но­сти сло­жил с се­бя обя­зан­но­сти ду­хов­ни­ка. Ко­гда его спро­си­ли о пре­ем­ни­ке, отец Сер­гий без ко­ле­ба­ний на­звал имя иеро­мо­на­ха Вар­на­вы. Так все­го за несколь­ко лет Му­ра­вьев про­шел путь от по­но­ма­ря до ду­хов­ни­ка глав­но­го мо­на­сты­ря Рос­сии, в обя­зан­но­сти ко­то­ро­го вхо­ди­ло ис­по­ве­до­вать чле­нов епи­ско­па­та трех епар­хий – Пет­ро­град­ской, Оло­нец­кой и Нов­го­род­ской! Но пе­ред этим отец Вар­на­ва ре­шил при­нять ве­ли­кую схи­му, что озна­ча­ло и при­ня­тие но­во­го име­ни. Инок Вар­на­ва пре­вра­тил­ся в схим­ни­ка Се­ра­фи­ма...

«Мно­гие ве­ли­кие по­движ­ни­ки бла­го­че­стия под­ра­жа­ли в сво­ей жиз­ни ко­му-ли­бо из преж­де про­си­яв­ших свя­тых, на­при­мер: пре­по­доб­ный Ма­ка­рий Ве­ли­кий под­ра­жал свя­то­му Ан­то­нию Ве­ли­ко­му, свя­той Иоанн Зла­то­уст под­ра­жал свя­то­му апо­сто­лу Пав­лу, пре­по­доб­ный Нил Сор­ский – пре­по­доб­но­му Еф­ре­му Си­ри­ну, – пи­шет В. Фили­мо­нов в сво­ей за­ме­ча­тель­ной кни­ге «Ста­рец иерос­хи­мо­нах Се­ра­фим Вы­риц­кий и Рус­ская Гол­го­фа». – Ва­си­лий Му­ра­вьев был вер­ным рев­ни­те­лем пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го... При­няв в схи­ме имя пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма, он не раз при­зна­вал­ся, что чув­ству­ет осо­бую бли­зость по ду­ху сво­е­го небес­но­го по­кро­ви­те­ля».

По­чти три го­да был иерос­хи­мо­нах Се­ра­фим ду­хов­ни­ком Лав­ры. Каж­дый день по мно­гу ча­сов под­ряд он прини­мал ис­по­ведь в Свя­то-Тро­иц­ком со­бо­ре. В те го­ды глав­ный храм Лав­ры не отап­ли­вал­ся да­же в хо­лод­ные ме­ся­цы, на сте­нах ча­сто вы­сту­пал иней. Свя­щен­ник сто­ял на хо­лод­ном по­лу. Он не за­бо­тил­ся о се­бе. Од­на­жды отец Се­ра­фим непре­рыв­но при­ни­мал ис­по­вед­ни­ков на про­тя­же­нии двух су­ток! У две­рей ке­ллии стар­ца так­же жда­ли по­се­ти­те­ли...

В кон­це 1920-х он на­чи­на­ет ис­це­лять боль­ных. Вот один из слу­ча­ев. К стар­цу при­ве­ли жен­щи­ну, стра­дав­шую от бес­но­ва­ния: в хра­ме ее на­чи­на­ло тря­сти, и она да­же не мог­ла под­нять ру­ку для крест­но­го зна­ме­ния. Уви­дев ее, Се­ра­фим ска­зал: «Да­вай­те вме­сте по­мо­лим­ся», — и встал на ко­ле­ни пе­ред ико­на­ми. По­сле мо­лит­вы он взял мас­ло из лам­па­ды, го­рев­шей пе­ред ико­ной Бо­жи­ей Ма­те­ри, и кре­сто­об­раз­но по­ма­зал бо­ля­щей лоб. Жен­щи­на тут же упа­ла и ста­ла неесте­ствен­но кор­чить­ся. Раз­дал­ся гру­бый, ду­ше­раз­ди­ра­ю­щий со­ба­чий лай. Ста­рец быст­ро на­крыл го­ло­ву страж­ду­щей епи­тра­хи­лью и стал чи­тать мо­лит­ву. Боль­ная ста­ла ути­хать, а за­тем и во­все успо­ко­и­лась; ко­гда она при­шла в се­бя, то уже бы­ла здо­ро­ва...

Соб­ствен­ное его здо­ро­вье в эти го­ды рез­ко ухуд­ша­ет­ся. Вра­чи ста­вят ди­а­гноз: меж­ре­бер­ная нев­рал­гия, рев­ма­тизм и за­ку­пор­ка вен ниж­них ко­неч­но­стей. Бо­ли в но­гах ста­но­вят­ся про­сто невы­но­си­мы­ми. Од­на­ко Се­ра­фим ни­ко­му не го­во­рит о них и про­дол­жа­ет свое слу­же­ние лю­дям. Гля­дя на его по­кой­ное, оза­рен­ное ти­хой ра­до­стью ли­цо, ни­кто и не по­до­зре­ва­ет о его му­ках. Толь­ко го­лос ба­тюш­ки ино­гда ста­но­вит­ся ед­ва слыш­ным... По­ду­мать толь­ко! Не так уж дав­но – в 1891 го­ду – умер ве­ли­кий рос­сий­ский ста­рец – пре­по­доб­ный Ам­вро­сий Оп­тин­ский. Стра­дая от же­сто­ких бо­лез­ней, он непре­рыв­но при­ни­мал лю­дей, вра­зум­лял и ис­це­лял, а про се­бя го­во­рил, что «ино­ки не долж­ны ле­чить­ся». Те­перь та­кой же по­двиг со­вер­ша­ет Лавр­ский ду­хов­ник Се­ра­фим... Но вот при­хо­дит день, ко­гда но­ги от­ка­зы­ва­ют­ся по­ви­но­вать­ся ему. Бо­лезнь ста­рец при­ни­ма­ет с уди­ви­тель­ным спо­кой­стви­ем: «Я, греш­ный, еще не то­го до­сто­ин! Есть лю­ди, ко­то­рые и не та­кие бо­лез­ни тер­пят!» А бо­лез­ни его все про­грес­си­ру­ют. По­яв­ля­ют­ся за­стой­ные яв­ле­ния в лег­ких и сер­деч­ная недо­ста­точ­ность. Ме­ди­ки на­сто­я­тель­но со­ве­ту­ют уехать из го­ро­да. Но ста­рец от­ка­зы­ва­ет­ся по­ки­нуть лав­ру... И все же ему при­хо­дит­ся про­явить сми­ре­ние: мит­ро­по­лит Се­ра­фим Чи­ча­гов, в ми­ру имев­ший про­фес­сию вра­ча, узнав о за­клю­че­нии ме­ди­ков, немед­лен­но бла­го­слов­ля­ет пе­ре­езд в Вы­ри­цу (под Пе­тер­бур­гом это один из немно­гих кли­ма­ти­че­ских ку­рор­тов). К ле­ту 1930 го­да ста­рец на­все­гда по­ки­да­ет го­род свя­то­го Пет­ра. Вско­ре в Вы­ри­цу устрем­ля­ет­ся непре­рыв­ный по­ток его ду­хов­ных де­тей, ищу­щих со­ве­та, уте­ше­ния, об­лег­че­ния те­лес­ных стра­да­ний. При­ко­ван­ный к по­сте­ли ста­рец бу­дет при­ни­мать по­се­ти­те­лей еще по­чти два­дцать лет, до са­мой сво­ей бла­жен­ной кон­чи­ны в ап­ре­ле 1949 го­да.

Отче Серафиме

Од­на­жды к Се­ра­фи­му из Ле­нин­гра­да вы­еха­ли те­тя с пле­мян­ни­ком, маль­чи­ком де­ся­ти лет. По до­ро­ге Са­ша, по обык­но­ве­нию, крив­лял­ся и ша­лил. Маль­чик вер­нул­ся в Ле­нин­град из эва­ку­а­ции в крайне ис­то­щен­ном со­сто­я­нии, с по­ро­ком серд­ца и очень неустой­чи­вой нерв­ной си­сте­мой. Вра­чи не ру­ча­лись, что он до­жи­вет и до со­ро­ка лет. Физи­че­ская непол­но­цен­ность вы­зы­ва­ла непол­но­цен­ность нрав­ствен­ную: в се­мье и сре­ди зна­ко­мых Са­ша вел се­бя без­об­раз­но – дер­зил, пе­ре­драз­ни­вал лю­дей, а сре­ди сверст­ни­ков чув­ство­вал се­бя неуют­но. Ко­гда те­тя ска­за­ла ему, что, вой­дя в ке­ллию, нуж­но бу­дет пре­кло­нить ко­ле­ни, он гру­бо от­ка­зал­ся... Впо­след­ствии Алек­сандр Аль­бер­то­вич Са­вич, ин­же­нер-гид­ро­лог, вспо­ми­нал: «Ед­ва я при­бли­зил­ся к ди­ван­чи­ку, на ко­то­ром по­лу­ле­жал ба­тюш­ка, как он тут же пред­ло­жил мне (а не те­те) при­сесть на стул. Я сра­зу по­нял, что отец Се­ра­фим име­ет пред­став­ле­ние о со­сто­яв­шем­ся в до­ро­ге раз­го­во­ре... Я тут же опу­стил­ся на ко­ле­ни и по­лу­чил бла­го­сло­ве­ние. Ста­рец очень лас­ко­во по­го­во­рил со мною, а те­те ска­зал: «Нра­вит­ся мне этот маль­чик!»

Ме­ня на­пол­ни­ло ощу­ще­ние необык­но­вен­ной ра­до­сти и люб­ви ко все­му ми­ру, не по­ки­дав­шее ме­ня и во вре­мя об­рат­ной до­ро­ги, весь оста­ток дня и в те­че­ние по­сле­ду­ю­щих дней...»

С то­го дня здо­ро­вье Са­ши быст­ро пошло на по­прав­ку. Пол­но­му вы­здо­ров­ле­нию пред­ше­ство­вал фу­рун­ку­лез – ви­ди­мо, вме­сте с гно­ем вы­хо­ди­ли ка­кие-то внут­рен­ние бо­лез­ни. Са­ша хо­дил весь в бин­тах, но ни­ка­кой бо­лез­нен­но­сти не ощу­щал... Окреп­нув, он стал в сво­бод­ное вре­мя иг­рать в фут­бол, а в пла­ва­нии да­же до­стиг раз­ряд­ных нор­ма­ти­вов то­го вре­ме­ни. «У ме­ня по­яви­лось мно­го дру­зей, в том чис­ле и очень близ­ких, – вспо­ми­нал Алек­сандр Аль­бер­то­вич. – Глав­ней­шим же след­стви­ем са­мо­го пер­во­го по­се­ще­ния от­ца Се­ра­фи­ма ока­за­лось то, что я в тот же день твер­до и на всю жизнь стал ве­ру­ю­щим пра­во­слав­ным че­ло­ве­ком...!»

А вот дру­гой слу­чай тех лет. В го­ды бло­ка­ды се­мья Со­шаль­ских жи­ла в Ле­нин­гра­де. До вой­ны Зоя Со­шаль­ская ча­сто бы­ва­ла в Вы­ри­це; во вре­мя бом­бе­жек и арт­об­стре­лов она взя­ла за при­выч­ку мыс­лен­но, а то и вслух по­вто­рять: «Ба­тюш­ка отец Се­ра­фим! Спа­си, по­мо­ги!» По­сле сня­тия бло­ка­ды при пер­вой же воз­мож­но­сти она от­пра­ви­лась к стар­цу. При­дя в его дом на Май­ском про­спек­те, Зоя пер­вым де­лом спро­си­ла: «Ба­тюш­ка, ты ме­ня, на­вер­ное, уже за­был?» Ста­рец с доб­рой улыб­кой от­клик­нул­ся: «Где уж те­бя за­бу­дешь! На­до­е­ла мне, кри­чав­ши: спа­си-по­мо­ги, отец Се­ра­фим!» По­бе­се­до­вав с Зо­ей, ста­рец бла­го­сло­вил ее на при­ня­тие мо­на­ше­ства в Пюх­тиц­ком мо­на­сты­ре и при­ба­вил: «Бу­дешь еще в Иеру­са­ли­ме игу­ме­ньей...» Но по­том до­ба­вил: «Нет, хва­тит с те­бя, по­жа­луй, и по­слу­ша­ния каз­на­чеи!..» Сло­ва стар­ца в точ­но­сти сбы­лись. В 1954 го­ду Зоя Со­шаль­ская бы­ла по­стри­же­на в ман­тию с име­нем Вик­то­ри­на. Через год ее на­пра­ви­ли в Гор­нен­ский мо­на­стырь при Рус­ской Ду­хов­ной Мис­сии в Иеру­са­ли­ме. Здесь она под­ви­за­лась по­чти два­дцать лет, а в по­след­ние го­ды нес­ла по­слу­ша­ние каз­на­чеи.

...На­про­тив до­ма № 24 по Пиль­но­му про­спек­ту, где несколь­ко лет сни­мал ком­на­ты отец Се­ра­фим, жил Алек­сандр Алек­сан­дро­вич Смир­нов. В го­ды вой­ны его же­на Ека­те­ри­на за­бе­ре­ме­не­ла. Ей бы­ло со­рок два го­да, и она не хо­те­ла это­го ре­бен­ка. Скрыв бе­ре­мен­ность от му­жа, жен­щи­на ре­ши­ла ис­кус­ствен­но пре­рвать ее. Од­на­жды она за­чем-то за­шла к от­цу Се­ра­фи­му, а тот как бы невзна­чай за­ме­тил: «Пред­став­ля­ешь, Ека­те­ри­на Алек­сан­дров­на, что ныне про­ис­хо­дит? Неко­то­рые ма­те­ри, упо­доб­ля­ясь в же­сто­ко­сти Ироду, ста­но­вят­ся убий­ца­ми соб­ствен­ных невин­ных мла­ден­цев!» Жен­щи­на упа­ла пе­ред ним на ко­ле­ни... Через де­вять ме­ся­цев в се­мье Смир­но­вых ро­ди­лась де­воч­ка. Се­ра­фим сам дал ей имя и на­зна­чил крест­ных.

Удивительные дарования

Ни­же мы еще бу­дем го­во­рить о про­ро­че­ском да­ре пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма, о его необык­но­вен­ной про­зор­ли­во­сти, о да­ре ис­це­лять от бо­лез­ней. Но этим не ис­чер­пы­ва­ют­ся те див­ные да­ро­ва­ния, ко­то­ры­ми на­де­лил его Гос­подь. Бле­стя­ще об­ра­зо­ван­ный, отец Се­ра­фим был не ли­шен ин­те­ре­са к на­у­ке и мог по­дол­гу бе­се­до­вать со сво­и­ми по­се­ти­те­ля­ми на слож­ные те­мы. По­ми­мо вы­со­чай­ше­го ин­тел­лек­та и все­объ­ем­лю­щей эру­ди­ции, отец Се­ра­фим по­ра­жал лю­дей сво­и­ми необы­чай­ны­ми по­зна­ни­я­ми, да­ро­ван­ны­ми ему от Бо­га,

В чис­ле его ду­хов­ных де­тей бы­ли вы­да­ю­щи­е­ся уче­ные: ака­де­мик Иван Пет­ро­вич Пав­лов, ос­но­во­по­лож­ник совре­мен­ной физио­ло­гии; ака­де­мик Вла­ди­мир Алек­сан­дро­вич Фок, ав­тор фун­да­мен­таль­ных тру­дов по кван­то­вой ме­ха­ни­ке, элек­тро­ди­на­ми­ке, об­щей тео­рии от­но­си­тель­но­сти; ака­де­мик Сер­гей Пав­ло­вич Гла­зе­нап, вы­да­ю­щий­ся аст­ро­ном, один из ос­но­ва­те­лей Рус­ско­го аст­ро­но­ми­че­ско­го об­ще­ства; про­фес­сор ме­ди­ци­ны Ми­ха­ил Ива­но­вич Гра­ме­ниц­кий, один из со­зда­те­лей совре­мен­ной фар­ма­ко­ло­ги­че­ской шко­лы; био­лог Леон Аб­га­ро­вич Ор­бе­ли, ав­тор мно­гих ис­сле­до­ва­ний по физио­ло­гии нерв­ной си­сте­мы и био­хи­мии; про­фес­сор ме­ди­ци­ны Сер­гей Се­ра­пи­о­но­вич Фа­вор­ский, из­вест­ный врач-го­мео­пат. Вот ес­ли бы все те, кто в со­вет­ские го­ды по­ве­рил лжи о «по­бе­де» на­у­ки над ре­ли­ги­ей, мог­ли вой­ти в ке­ллию вы­риц­ко­го стар­ца и уви­деть, как све­ти­ла на­у­ки пре­кло­ня­ли ко­ле­ни пе­ред скром­ным схим­ни­ком! Ста­рец раз­де­лял со сво­и­ми ду­хов­ны­ми ча­да­ми все их уда­чи и неуда­чи, по­мо­гал, со­ве­то­вал, на­став­лял на путь хри­сти­ан­ской жиз­ни. По­уче­ния его бы­ли про­сты, но до­сти­га­ли са­мо­го серд­ца. Та­ки­ми же про­сты­ми и про­ник­но­вен­ны­ми бы­ли его сти­хи.

Но­чью без­молв­ные зри­те­ли – 
Звез­доч­ки смот­рят с небес;
Ти­хо, во­круг от оби­те­ли
Дрем­лет ди­ве­ев­ский лес...

В серд­це схим­ни­ка все­гда жил Се­ра­фи­мо-Ди­ве­ев­ский мо­на­стырь, где он ко­гда-то по­бы­вал, мо­на­стырь, пом­ня­щий по­дви­ги ве­ли­ко­го стар­ца. К Се­ра­фи­му Са­ров­ско­му он об­ра­ща­ет­ся в дру­гом сво­ем сти­хо­тво­ре­нии, та­ком же про­стом и безыс­кус­ном.

Мо­лись Бла­гой Ца­ри­це, ве­ли­кий Се­ра­фим,
Она – Хри­ста дес­ни­ца, по­мощ­ни­ца боль­ным,
За­ступ­ни­ца убо­гих, одеж­да для на­гих,
В скор­бях ве­ли­ких мно­гих спа­сет ра­бов сво­их.
В гре­хах мы по­ги­ба­ем, от Бо­га от­сту­пив,
И Бо­га оскорб­ля­ем в де­я­ни­ях сво­их...

Сти­хи вы­риц­ко­го стар­ца пе­ре­пи­сы­ва­ли друг у дру­га, за­учи­ва­ли на­изусть. Его стро­ки до­сти­га­ли мест за­то­че­ния и ссы­лок.

Аскетические подвиги преподобного Серафима Вырицкого

Свя­той Се­ра­фим Са­ров­ский, ко­то­ро­го так бла­го­го­вей­но чтил и ко­то­ро­му под­ра­жал вы­риц­кий пра­вед­ник, три го­да пи­тал­ся од­ной лишь сны­тью. Еще три го­да этот ве­ли­кий свя­той со­вер­шал по­двиг столп­ни­че­ства, мо­лясь на вы­со­ком гра­нит­ном камне с воз­де­ты­ми к небу ру­ка­ми. Вы­риц­кий по­движ­ник под­ра­жал пре­по­доб­но­му Се­ра­фи­му не толь­ко по­дви­гом стар­че­ства.

В по­не­дель­ник, сре­ду и пят­ни­цу ста­рец во­об­ще не при­ни­мал ни­ка­кой пи­щи, а ино­гда ни­че­го не ел и по несколь­ку дней под­ряд. В неко­то­рые дни он вку­шал часть просфо­ры и за­пи­вал свя­той во­дой, в иные – немно­го тер­той мор­ко­ви. Крайне ред­ко он пил чай с очень ма­лым ко­ли­че­ством хле­ба. Назвать едой это мож­но бы­ло с тру­дом. Окру­жа­ю­щим ка­за­лось, что он об­ре­ка­ет се­бя на го­лод­ную смерть... При­ни­мая по­рой днем по несколь­ку со­тен че­ло­век, он но­чи по­свя­щал мо­лит­ве. До­маш­ние не зна­ли, ко­гда он спит, да и спит ли во­об­ще. Сви­де­те­ля­ми ноч­ных мо­лит­вен­ных сто­я­ний стар­ца бы­ли мно­гие из тех, кто оста­вал­ся но­че­вать в Вы­ри­це. «Бы­ва­ло, за­гля­нешь но­чью в ке­ллию ба­тюш­ки, чтобы узнать – не нуж­на ли ка­кая по­мощь, а он, об­ли­ва­ясь сле­за­ми, тянет к небу свои про­зрач­ные ру­ки, ни­че­го не за­ме­чая во­круг». В те­че­ние дня у стар­ца скап­ли­ва­лось мно­же­ство за­пи­сок о здра­вии и об упо­ко­е­нии, ко­то­рые остав­ля­ли по­се­ти­те­ли. Но­ча­ми отец Се­ра­фим чи­тал их и мо­лил­ся за всех.

В го­ды вой­ны Се­ра­фим Вы­риц­кий, под­ра­жая Се­ра­фи­му Са­ров­ско­му, со­вер­ша­ет бес­при­мер­ный по­двиг столп­ни­че­ства, мо­лясь о спа­се­нии Рос­сии от су­по­ста­тов. В са­ду, мет­рах в пя­ти­де­ся­ти от до­ма, вы­сту­пал из зем­ли гра­нит­ный ва­лун, пе­ред ко­то­рым рос­ла неболь­шая яб­лонь­ка. В ее вет­вях укреп­ля­лась ико­на пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма, и пе­ред ней, встав боль­ны­ми ко­ле­ня­ми на ка­мень, ста­рец воз­но­сил Бо­гу свои мо­лит­вы – ино­гда по несколь­ку ча­сов кря­ду. К то­му вре­ме­ни бо­лез­ни со­вер­шен­но его осла­би­ли, и пе­ре­дви­гать­ся без по­сто­рон­ней по­мо­щи он не мог. К ме­сту мо­ле­ния его ве­ли или нес­ли на ру­ках. Так про­дол­жа­лось изо дня в день, в лю­бую по­го­ду, в мо­роз и зной, в дождь и вью­гу...

Вре­ме­на­ми ста­рец пре­кра­щал при­ем по­се­ти­те­лей на сут­ки или на боль­ший срок, оста­ва­ясь в уеди­не­нии и без­мол­вии. Эти дни и но­чи он по­свя­щал мо­лит­вен­но­му со­зер­ца­нию, вос­хо­дил в ду­хе в иные ми­ры. Имен­но в эти дни ста­рец чер­пал си­лы для бу­ду­щих по­дви­гов, имен­но то­гда он по­лу­чал выс­шие от­кро­ве­ния. Со­бран­ные вме­сте про­ро­че­ства Се­ра­фи­ма Вы­риц­ко­го мог­ли бы со­ста­вить це­лую кни­гу; мы кос­нем­ся лишь неко­то­рых пред­ска­за­ний ве­ще­го стар­ца.

Прозорливость отца Серафима

В кон­це 1927 го­да к ду­хов­ни­ку Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры при­е­хал ар­хи­епи­скоп Алек­сий (Си­ман­ский), управ­ляв­ший то­гда Нов­го­род­ской епар­хи­ей. Дво­ря­нин по про­ис­хож­де­нию, он очень опа­сал­ся аре­ста. «Не луч­ше ли мне уехать за гра­ни­цу, отец Се­ра­фим?» – спро­сил ар­хи­ерей. «А на ко­го вы Рус­скую Пра­во­слав­ную Цер­ковь оста­ви­те? Ведь вам ее па­сти! – по­сле­до­вал от­вет стар­ца. – Не бой­тесь. Са­ма Ма­терь Бо­жия за­щи­тит вас». Вла­ды­ка Алек­сий тут же успо­ко­ил­ся и пе­ре­стал по­мыш­лять об отъ­ез­де. Так отец Се­ра­фим пред­ска­зал вла­ды­ке Алек­сию его бу­ду­щее слу­же­ние за во­сем­на­дцать лет до из­бра­ния на пат­ри­ар­ше­ство. Ука­зал Лавр­ский схим­ник бу­ду­ще­му пат­ри­ар­ху и срок его пер­во­свя­ти­тель­ско­го слу­же­ния – два­дцать пять лет.

О про­зор­ли­во­сти от­ца Се­ра­фи­ма зна­ли и про­стые лю­ди. В те го­ды на ис­по­ведь в лав­ру вме­сте с ма­мой ча­сто при­хо­ди­ла Еле­на Ни­ко­ла­ев­на Сер­ги­ев­ская. «Как-то ма­ма при­шла к нему на ис­по­ведь, где из­ло­жи­ла ба­тюш­ке все свои пре­гре­ше­ния, от дет­ства со­де­ян­ные, – вспо­ми­на­ет она. – Вдруг ста­рец мно­го­зна­чи­тель­но по­смот­рел на нее, за­тем про­из­нес: «А ты пом­нишь, как в дет­стве на­зло по­друж­ке сло­ма­ла ее лю­би­мую рас­чес­ку?!», чем при­вел ис­по­вед­ни­цу в неопи­су­е­мое смя­те­ние. За­тем по-доб­ро­му улыб­нул­ся и ска­зал: «Знаю, знаю, что не ута­и­ла. Од­на­ко, чтобы не за­бы­вать, ста­рай­ся как мож­но ча­ще ис­по­ве­до­вать­ся»».

В 1939 го­ду ста­рец уже не да­вал сво­им ду­хов­ным де­тям бла­го­сло­ве­ния на брак. «Ни­ка­кой свадь­бы! Ско­ро бу­дет ве­ли­кая вой­на!» – го­во­рил он. Жи­тель­ни­ца Вы­ри­цы Ма­рия Афа­на­сьев­на Ла­пи­на вспо­ми­на­ла, как в один из пер­вых дней вой­ны вме­сте с до­че­рью при­бе­жа­ла к до­ми­ку на Пиль­ном. Се­ра­фим ко­рот­ко ска­зал им: «Вам необ­хо­ди­мо по­ки­нуть Вы­ри­цу!» Мно­го ис­пы­та­ний вы­па­ло на до­лю Ла­пи­ных, ко­нец вой­ны за­стал их в ла­ге­ре для пе­ре­ме­щен­ных лиц в Эс­то­нии. Ко­гда они вер­ну­лись в Вы­ри­цу, то, по­дой­дя к сво­е­му до­му на Си­вер­ском шос­се, они уви­де­ли толь­ко гру­ду раз­ва­лин.

А вот дру­гой за­ме­ча­тель­ный слу­чай. Од­на­жды мо­ло­дая су­пру­же­ская па­ра при­нес­ла от­цу Се­ра­фи­му ты­ся­чу руб­лей. То­гда это бы­ли очень боль­шие день­ги. Се­ра­фим их не при­нял, а бла­го­сло­вил от­дать пер­во­му встреч­но­му по до­ро­ге на стан­цию. Этим встреч­ным ока­зал­ся... вдре­без­ги пья­ный муж­чи­на. Мо­ло­дая жен­щи­на рас­те­рян­но ска­за­ла му­жу: «Как же нам быть?» Од­на­ко тот невоз­му­ти­мо от­ве­тил: «По­сту­пим по сло­вам ба­тюш­ки...» Как толь­ко они вру­чи­ли день­ги это­му муж­чине, он мо­мен­таль­но про­трез­вел: «Ми­лень­кие! Да как же мне вас бла­го­да­рить! Вы ме­ня от смер­ти спас­ли!» Ока­за­лось, что этот несчаст­ный ра­бо­тал в тор­гов­ле, и у него об­ра­зо­ва­лась недо­ста­ча ров­но на та­кую сум­му. Де­нег до­ма не бы­ло, и ему гро­зи­ла тюрь­ма. Он впал в от­ча­я­ние и ре­шил на­ло­жить на се­бя ру­ки. Для храб­ро­сти по­ряд­ком вы­пил...

По­сле вой­ны к пре­по­доб­но­му еже­днев­но при­хо­ди­ли де­сят­ки и сот­ни лю­дей спра­вить­ся о судь­бе близ­ких. И он го­во­рил: «Жив твой муж, уже на по­езд са­дит­ся» или: «Не при­дет, мо­лись об упо­ко­е­нии». Сло­ва его все­гда сбы­ва­лись. Стар­цу не нуж­но бы­ло о чем-то спра­ши­вать лю­дей, он ви­дел всю их жизнь – и про­шлое, и бу­ду­щее, знал, с чем они при­шли к нему. При этом он без­оши­боч­но уга­ды­вал, ко­му из при­хо­див­ших боль­ше тре­бо­ва­лась его по­мощь. Вот один из ти­пич­ных рас­ска­зов.

«На стан­ции ни­кто не хо­тел го­во­рить, где жи­вет отец Се­ра­фим. Вре­мя бы­ло та­кое. «Ищи са­ма», – зву­ча­ло в от­вет... И Гос­подь при­вел – шла, шла и уви­де­ла ка­ли­точ­ку, у ко­то­рой тол­пил­ся на­род. По­до­шла и спро­си­ла: «Кто по­след­ний?» Пом­ню, впе­ре­ди ока­зал­ся му­же­ствен­но­го ви­да се­дой пол­ков­ник. Через неко­то­рое вре­мя по­яви­лась по­слуш­ни­ца и, от­крыв ка­лит­ку, пу­сти­ла всех ко кры­леч­ку. Стою са­мой по­след­ней и ду­маю, что на ра­бо­ту опоз­дать мо­гу. То­гда с этим очень стро­го бы­ло – по­рою под суд от­да­ва­ли. Вдруг вы­шла ке­лей­ни­ца и го­во­рит: «Кто здесь из Цар­ско­го Се­ла? Про­пу­сти­те эту де­вуш­ку – ей на­до к 14 ча­сам на по­езд успеть, чтобы на ра­бо­ту до­брать­ся вовре­мя. Так ба­тюш­ка ве­лел».

Я во­шла в дом. Невоз­мож­но опи­сать сло­ва­ми, что охва­ти­ло ме­ня, как толь­ко я пе­ре­шаг­ну­ла по­рог ке­ллии и уви­де­ла от­ца Се­ра­фи­ма. Ощу­ще­ние све­та и бла­го­да­ти, чув­ство слез­но­го рас­ка­я­ния и в то же вре­мя необы­чай­ной ра­до­сти... Но­ги у ме­ня са­ми под­ко­си­лись. Упа­ла пе­ред ним на ко­ле­ни и за­ры­да­ла, а ба­тюш­ка мяг­ким и доб­рым го­ло­сом про­из­нес: «Не плачь, не плачь, твой жив и ско­ро вер­нет­ся. Я вас в кни­гу се­бе за­пи­шу и по­ми­нать бу­ду». Я поня­ла, что по­се­ти­те­ли мог­ли ни­че­го не го­во­рить о се­бе – от­цу Се­ра­фи­му все бы­ло от­кры­то. Та­кое чу­до нам Гос­подь да­ро­вал! Я мол­ча­ла, а он всю мою нера­ди­вую жизнь, ко­то­рую я уже за­бы­ла, в по­дроб­но­стях рас­ска­зал. Ка­кой све­тиль­ник был! Дву­мя-тре­мя ти­хи­ми сло­ва­ми мог на путь по­ка­я­ния и спа­се­ния на­ста­вить».

Другие удивительные чудеса вырицкого старца

«Бла­го­дат­ный мир Хри­стов непо­сти­жим в сво­ем дей­ствии, ве­ли­ка его си­ла, – пи­шет В. Фили­мо­нов. – Пре­по­доб­но­му ав­ве Ан­то­нию Ве­ли­ко­му и пре­по­доб­но­му ав­ве Зо­си­ме по­ви­но­ва­лись львы, пре­по­доб­но­му Сер­гию Ра­до­неж­ско­му и пре­по­доб­но­му Се­ра­фи­му Са­ров­ско­му – мед­ве­ди. От­цу Се­ра­фи­му Вы­риц­ко­му не раз по­ви­но­ва­лись са­мые лю­тые зве­ри – зве­ри в че­ло­ве­че­ском об­ли­чье».

В 30-е го­ды в дом на Пиль­ном неод­но­крат­но при­хо­ди­ли че­ки­сты, ча­сто в ноч­ное вре­мя. Од­на­жды они сно­ва при­шли с при­ка­зом аре­сто­вать стар­ца и... вер­ну­лись ни с чем. Что же про­изо­шло? Ко­гда че­ки­сты за­пол­ни­ли ком­на­ту, ста­рец, ле­жав­ший в уг­лу на сво­ем ло­же, по­про­сил по­дой­ти к се­бе стар­ше­го из груп­пы. Тот по­до­шел. Се­ра­фим за­гля­нул ему в гла­за, при­кос­нул­ся к ру­ке че­ки­ста, по­гла­дил ее, а за­тем при­ло­жил свою ру­ку к его го­ло­ве и про­мол­вил: «Да про­стят­ся те­бе гре­хи твои, раб Бо­жий...» — и на­звал в точ­но­сти его имя. Род­ные вспо­ми­на­ют, что стар­ший че­кист ска­зал: «Ес­ли бы та­ких стар­цев бы­ло боль­ше, мы бы все ста­ли ве­ру­ю­щи­ми», – и за­пла­кал. А ба­тюш­ка, улы­ба­ясь, ска­зал: «Уго­сти­те их чай­ком».

Отец Се­ра­фим счи­тал боль­ше­ви­ков несчаст­ны­ми, жа­лел их и мо­лил­ся за них. Так же он от­но­сил­ся и к ок­ку­пан­там. И его лю­бовь тво­ри­ла чу­де­са. До­ста­точ­но ска­зать, что в 1980 го­ду по­кло­нить­ся мо­ги­ле стар­ца при­е­хал быв­ший гит­ле­ров­ский офи­цер, ко­то­рый был здесь в вой­ну, – мест­ные жи­те­ли еще пом­ни­ли его.

То, что про­ис­хо­ди­ло в Вы­ри­це в го­ды вой­ны, ина­че как чу­дом не на­зо­вешь. Пред­ставь­те се­бе: ни один из жи­те­лей по­сел­ка не по­гиб, во всем се­ле­нии был раз­ру­шен толь­ко один жи­лой дом, дей­ство­ва­ла цер­ковь. Это был един­ствен­ный дей­ству­ю­щий храм во фрон­то­вой по­ло­се, при­чем по ту сто­ро­ну фрон­та!

По мо­лит­вам стар­ца Гос­подь по­ми­ло­вал Вы­ри­цу. Нем­цы, за­няв по­се­лок, рас­квар­ти­ро­ва­ли в нем часть, со­сто­яв­шую из... пра­во­слав­ных. Вы­риц­кая ко­ман­да со­сто­я­ла из ру­мын, уро­жен­цев во­сточ­ной ее ча­сти, где ис­по­ве­ду­ет­ся пра­во­сла­вие, да еще го­во­ря­щих по-рус­ски!

И вот по вос­кре­се­ньям в церк­ви ста­ли сто­ять сол­да­ты в немец­кой фор­ме. Мест­ные жи­те­ли по­на­ча­лу ко­си­лись на них, но по­том, ви­дя, как те кре­стят­ся и со­блю­да­ют чин служ­бы, при­вык­ли...

Во вре­мя вой­ны в Вы­ри­це про­изо­шел еще один по­ра­зи­тель­ный слу­чай. Ше­сти­лет­ний маль­чик упал с очень вы­со­ко­го де­ре­ва. Он не дви­гал­ся и не ды­шал. По всем при­зна­кам он был мертв. Его мать на ру­ках от­нес­ла ре­бен­ка к стар­цу. Она ры­да­ла и при­чи­та­ла: «Ба­тюш­ка! Мой То­лик убил­ся!» Отец Се­ра­фим ска­зал: «По­ло­жи его». За­тем по­мо­лил­ся над маль­чи­ком и бла­го­сло­вил. Ре­бе­нок встал и через несколь­ко ми­нут уже бе­гал по ули­це.

Чудесные исцеления, совершенные отцом Серафимом

В на­сто­я­щее вре­мя со­бра­ны де­сят­ки сви­де­тельств о бла­го­дат­ной по­мо­щи стар­ца боль­ным. При­ве­ду из них два.

«Во вре­мя вой­ны я по­лу­чи­ла силь­ное ра­не­ние в го­ло­ву, и ме­ня му­чи­ли непре­стан­ные го­лов­ные бо­ли, – вспо­ми­на­ет жи­тель­ни­ца Вы­ри­цы Клав­дия Ива­нов­на Печ­ков­ская. – Вра­чи ни­чем не мог­ли по­мочь. Отец Се­ра­фим ска­зал: «По­дой­ди по­бли­же, сей­час мы те­бя вы­ле­чим». Он на­крыл мне го­ло­ву епи­тра­хи­лью и воз­ло­жил на ме­ня ру­ки. С тех пор я не знаю, что та­кое го­лов­ная боль».

Вы­ше уже го­во­ри­лось, что на­про­тив до­ма от­ца Се­ра­фи­ма жи­ла се­мья Смир­но­вых. Од­на­жды, ко­гда Алек­сандр от­пра­вил­ся на за­го­тов­ку дров, Се­ра­фим ве­лел по­звать Ека­те­ри­ну и ска­зал ей: «Те­бе ве­зут тя­же­лоболь­но­го, но ты не пу­гай­ся, в боль­ни­цу его не от­прав­ляй – Гос­подь всё упра­вит». Вско­ре при­вез­ли Алек­сандра – его при­да­ви­ло упав­шим де­ре­вом. Ста­рец ве­лел ту­го за­пе­ле­нать его и стал мо­лить­ся... Через несколь­ко ме­ся­цев Смир­нов уже мог са­мо­сто­я­тель­но пе­ре­дви­гать­ся. Как по­ка­за­ли рент­ге­нов­ские сним­ки, у него за­жи­ли слож­ный пе­ре­лом по­зво­ноч­ни­ка (!) и пе­ре­ло­мы несколь­ких ре­бер. Вре­ме­на­ми у него воз­ни­ка­ли ост­рей­шие бо­ли, но отец Се­ра­фим все­гда по­мо­гал спра­вить­ся с ни­ми. Алек­сандр Смир­нов глу­бо­ко по­чи­тал стар­ца всю свою жизнь. Еже­днев­но в те­че­ние се­ми лет он при­хо­дил на мо­ги­лу стар­ца по­чтить па­мять сво­е­го ду­хов­но­го от­ца и подлить мас­ла в неуга­си­мую лам­па­ду. Дочь вспо­ми­на­ла, что за день до сво­ей смер­ти у него воз­ник­ли очень силь­ные го­лов­ные бо­ли. Алек­сандр Алек­сан­дро­вич стя­нул го­ло­ву рем­ня­ми и по­шел про­ве­рять лам­пад­ку...

Блаженная кончина отца Серафима

В ян­ва­ре 1941 го­да был аре­сто­ван и за­тем рас­стре­лян сын ба­тюш­ки Се­ра­фи­ма Ни­ко­лай Му­ра­вьев. Ве­ли­кая скорбь во­шла в серд­це стар­ца. Вновь услы­ша­ли род­ные и близ­кие: «Бу­ди во­ля Бо­жия...» Еще через че­ты­ре го­да пре­ста­ви­лась схи­мо­на­хи­ня Се­ра­фи­ма – Оль­га Ива­нов­на Му­ра­вье­ва. «Вот здесь и я бу­ду ря­дыш­ком ле­жать», – ска­зал ста­рец, уви­дев ри­су­нок ее мо­гил­ки.

Дни са­мо­го Се­ра­фи­ма так­же бы­ли со­чте­ны – он тя­же­ло и му­чи­тель­но бо­лел. «По­ка ру­ка моя под­ни­ма­ет­ся для бла­го­сло­ве­ния, я бу­ду при­ни­мать лю­дей», – от­ве­чал ста­рец в от­вет на прось­бы близ­ких по­бе­речь се­бя. Од­на­ко в на­ча­ле 1949 го­да здо­ро­вье схим­ни­ка на­столь­ко ухуд­ши­лось, что он да­же не мог от­ве­чать на за­пис­ки, ко­то­рые ему пе­ре­да­ва­ли через ке­лей­ни­цу. В по­след­ние го­ды от ли­ца стар­ца ис­хо­дил осле­пи­тель­ный свет. Об этом си­я­нии вспо­ми­на­ют все; взгля­нув на лик вы­риц­ко­го пра­вед­ни­ка, лю­ди неволь­но за­жму­ри­ва­лись, как от вспыш­ки яр­ко­го све­та...

Отец Се­ра­фим был из­ве­щен о дне и ча­се сво­ей кон­чи­ны. За день до смер­ти он раз­дал род­ным и близ­ким икон­ки пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го и всех бла­го­сло­вил. Сво­ей ке­лей­ни­це ма­туш­ке Се­ра­фи­ме он ска­зал: «Во вре­мя мо­е­го по­гре­бе­ния бе­ре­ги реб­рыш­ки». Это предо­сте­ре­же­ние ока­за­лось про­ро­че­ским: в день по­хо­рон пра­вед­ни­ка при боль­шом сте­че­нии на­ро­да ма­туш­ка Се­ра­фи­ма из-за силь­ной дав­ки по­лу­чи­ла пе­ре­лом двух ре­бер.

Ран­ним утром 3 ап­ре­ля 1949 го­да стар­цу бы­ло яв­ле­ние Бо­го­ро­ди­цы. Се­ра­фим уве­до­мил род­ных: «Се­го­дня ни­ко­го при­нять не смо­гу, бу­дем мо­лить­ся», – и бла­го­сло­вил по­слать за свя­щен­ни­ком вы­риц­кой церк­ви. Бы­ли про­чи­та­ны ака­фи­сты Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це, свя­ти­те­лю Ни­ко­лаю Чу­до­твор­цу и пре­по­доб­но­му Се­ра­фи­му Са­ров­ско­му. Свя­щен­ник при­ча­стил стар­ца Хри­сто­вых Тайн, отец Се­ра­фим при­ка­зал чи­тать Псал­тирь и Еван­ге­лие. Бли­же к ве­че­ру он по­про­сил по­са­дить его в крес­ло и стал мо­лить­ся. При этом он ино­гда справ­лял­ся о вре­ме­ни. Око­ло двух ча­сов но­чи отец Се­ра­фим бла­го­сло­вил чи­тать мо­лит­ву на ис­ход ду­ши и, осе­нив се­бя крест­ным зна­ме­ни­ем, умер со сло­ва­ми: «Спа­си, Гос­по­ди, и по­ми­луй весь мир».

Три дня ко гро­бу пра­вед­ни­ка шел нескон­ча­е­мый люд­ской по­ток. Все от­ме­ча­ли, что его ру­ки бы­ли уди­ви­тель­но мяг­ки­ми и теп­лы­ми, как у жи­во­го. Неко­то­рые ощу­ща­ли воз­ле гро­ба бла­го­уха­ние. В пер­вый день по­сле бла­жен­ной кон­чи­ны стар­ца ис­це­ли­лась сле­пая де­воч­ка. Мать под­ве­ла ее ко гро­бу и ска­за­ла: «По­це­луй де­душ­ке ру­ку». Вско­ре по­сле это­го де­воч­ка про­зре­ла. С тех пор чу­де­са на мо­ги­ле стар­ца не пре­кра­ща­ют­ся, они про­ис­хо­дят и в на­ши дни.

Пророчества о судьбах России

Отец Се­ра­фим пред­ви­дел ве­ли­кую вой­ну (об этом пом­нят очень мно­гие из его ду­хов­ных де­тей) и то, что она за­кон­чит­ся пол­ной по­бе­дой рус­ско­го на­ро­да.

Сво­им ду­хов­ным де­тям ста­рец не раз го­во­рил, что на­сту­пит вре­мя, ко­гда на Ру­си нач­нет­ся воз­рож­де­ние хра­мов и мо­на­сты­рей. Око­ло 1939 го­да, в са­мый раз­гар ста­лин­ских го­не­ний на Цер­ковь, он пи­шет свое зна­ме­ни­тое сти­хо­тво­ре­ние:

Прой­дет гро­за над Рус­скою зем­лею,
На­ро­ду рус­ско­му Гос­подь гре­хи про­стит,
И крест свя­той Бо­же­ствен­ной кра­сою
На хра­мах Бо­жи­их вновь яр­ко за­бле­стит,

И звон ко­ло­ко­лов всю на­шу Русь Свя­тую
От сна гре­хов­но­го к спа­се­нью про­бу­дит,
От­кры­ты бу­дут вновь оби­те­ли свя­тые,
И ве­ра в Бо­га всех со­еди­нит.

Ста­рец пред­ска­зы­вал ско­рое воз­рож­де­ние Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры, го­во­рил о том, что Церк­ви вер­нут и Се­ра­фи­мо-Ди­ве­ев­ский мо­на­стырь, и Алек­сан­дро-Нев­скую Лав­ру. При этом он упо­ми­нал, что спер­ва го­су­дар­ство вернет Церк­ви как при­ход­ской храм Свя­то-Тро­иц­кий со­бор, а уже за­тем, через мно­го лет, всю Лав­ру пе­ре­да­дут мо­на­ше­ству­ю­щим.

В 1947 го­ду отец Се­ра­фим од­на­жды об­мол­вил­ся: «Фран­цуз­ская бу­лоч­ка, ко­то­рая сей­час сто­ит 70 ко­пе­ек, бу­дет сто­ить 7 ко­пе­ек, и так все про­дук­ты». Так он пред­ска­зал де­неж­ную ре­фор­му 1961 го­да.

В да­ле­кие со­ро­ко­вые ста­рец го­во­рил, что со вре­ме­нем Ле­нин­град опять пе­ре­име­ну­ют в Санкт-Пе­тер­бург, а по ра­дио бу­дут петь мо­лит­вы. Но бу­ду­щее не ви­де­лось ему в ро­зо­вом све­те. «Ес­ли рус­ский на­род не при­дет к по­ка­я­нию, мо­жет слу­чить­ся так, что вновь вос­станет брат на бра­та», – пред­ска­зы­вал он.

Не в на­ши ли дни сбы­ва­ет­ся это пред­ска­за­ние?

Вырица

Вы­ри­ца – это неболь­шой по­се­лок к югу от Пе­тер­бур­га. Воз­вы­шен­ная мест­ность, ве­ко­вой сме­шан­ный лес с пре­об­ла­да­ни­ем хвой­ных по­род, су­хая пес­ча­ная поч­ва, це­леб­ный воз­дух – все это де­ла­ет Вы­ри­цу од­ним из мест­ных кли­ма­ти­че­ских ку­рор­тов. Здесь про­те­ка­ет Оре­деж, реч­ка с очень жи­во­пис­ны­ми бе­ре­га­ми. Во вре­мя вой­ны в Вы­ри­це на­про­тив Ка­зан­ско­го вы­риц­ко­го хра­ма, на дру­гом бе­ре­гу ре­ки, воз­ник неболь­шой скит, где под ру­ко­вод­ством схи­и­гу­ме­ньи Хе­ру­ви­мы под­ви­за­лось несколь­ко мо­на­хинь. (Од­на из них – мо­на­хи­ня Се­ра­фи­ма – бы­ла ке­лей­ни­цей стар­ца.)

В Вы­ри­це со­хра­ни­лись все три до­ма, где жил отец Се­ра­фим. Хо­ро­шо вы­гля­дит дом № 16 по Оль­го­поль­ской ули­це, ко­то­рый ба­тюш­ка сни­мал в 1930 го­ду. Бли­зок к раз­ру­ше­нию, но по­ка еще сто­ит дом № 7 по Пиль­но­му про­спек­ту, при­над­ле­жав­ший се­мье про­ви­зо­ра В. Том­бер­га (часть это­го до­ма отец Се­ра­фим сни­мал с 1931-го по 1945 год.) В са­ду на Пиль­ном со­хра­нил­ся и гра­нит­ный ка­мень – ме­сто ас­ке­ти­че­ских по­дви­гов стар­ца. В хо­ро­шем со­сто­я­нии, во вся­ком слу­чае вы­гля­дит до­ста­точ­но креп­ким, дом № 39 по Май­ско­му про­спек­ту, где ста­рец сни­мал несколь­ко ком­нат с 1945-го по 1949 год.

Ста­рец пред­ска­зы­вал, что со вре­ме­нем в Вы­ри­це бу­дет мо­на­стырь. Но по­ка мо­на­сты­ря нет, и глав­ной ар­хи­тек­тур­ной до­сто­при­ме­ча­тель­но­стью по­сел­ка яв­ля­ет­ся вы­риц­кий храм, освя­щен­ный 6 июля 1914 го­да в честь Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри. Эта де­ре­вян­ная, сло­жен­ная из бре­вен цер­ковь бы­ла воз­ве­де­на к 300-ле­тию до­ма Ро­ма­но­вых, а освя­щал ее свя­той Ве­ни­а­мин Пет­ро­град­ский. Ар­хи­тек­то­рам хра­ма В.Р. Апы­ше­ву и М.В. Кра­сов­ско­му в на­ча­ле XX сто­ле­тия уда­лось со­здать цер­ковь в древ­нем сти­ле рус­ско­го зод­че­ства. Ча­сов­ня над мо­ги­ла­ми от­ца Се­ра­фи­ма и ма­туш­ки Се­ра­фи­мы (Оль­ги Ива­нов­ны Му­ра­вье­вой), так­же в рус­ском сти­ле, по­стро­е­на ря­дом, внут­ри цер­ков­ной огра­ды.

1 ок­тяб­ря 2000 го­да при боль­шом сте­че­нии на­ро­да в вы­риц­ком хра­ме бы­ла со­вер­ше­на тор­же­ствен­ная служ­ба, по­свя­щен­ная про­слав­ле­нию пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма в сон­ме свя­тых. К ли­ку угод­ни­ков Бо­жи­их ста­рец был при­чтен ре­ше­ни­ем Юби­лей­но­го Ар­хи­ерей­ско­го Со­бо­ра Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

Бо­лее по­лу­ве­ка на­зад вы­риц­кий по­движ­ник пред­ска­зы­вал:

«При­дет вре­мя, ко­гда не го­не­ния, а день­ги и пре­ле­сти ми­ра се­го от­вра­тят лю­дей от Бо­га, и по­гибнет ку­да боль­ше душ, чем во вре­ме­на от­кры­то­го бо­го­бор­че­ства. С од­ной сто­ро­ны, бу­дут воз­дви­гать кре­сты и зо­ло­тить ку­по­ла, а с дру­гой – на­станет цар­ство лжи и зла. Страш­но бу­дет до­жить до этих вре­мен».

От­че Се­ра­фи­ме, мо­ли Бо­га о нас!

Д. Оре­хов