Акафист святому преподобному Сергию, игумену Радонежскому и всея России чудотворцу (другой акафист)

Со­став­лен в ХVIII ве­ке мит­ро­по­ли­том Мос­ков­ским Пла­то­ном (Лев­ши­ным; † 1812).

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 18 июля (05 июля ст. ст.); 08 октября (25 сентября ст. ст.)

Утвержден для общецерковного использования.

Конда́к 1.

Возбра́нный воево́до во́инов духо́вных, под зна́мением Креста́ во́инствующих на неви́димаго врага́, Се́ргие чудотво́рче: я́ко изба́вльшеся от бе́д твои́ми победоно́сными предста́тельствы, в бра́ни жития́ сего́, похва́льная воспису́ем тебе́ в хвале́ небе́сней торжеству́ющему добропобе́дно: ты́ же я́ко име́я дерзнове́ние к Непобеди́мому Царю́, посо́бствуй хода́тайственно все́м ве́рно призыва́ющим тя́, да́руя побе́ду на ви́димыя и неви́димыя враги́, да зове́м ти́:

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

И́кос 1.

А́нгелов Творе́ц в Тро́ице Бо́г, сла́вимый от тро́йственных священнонача́лий а́нгельских трисвяты́ми гла́сы, избра́ тя́, преподо́бне Се́ргие, во равноа́нгельное священнослуже́ние Себе́ еще́ от утро́бы ма́терни, в не́йже трикра́ты во вре́мя Святы́я Литурги́и пачеесте́ственно возгласи́л еси́. Те́м я́ко подобноа́нгельному служи́телю Святы́я Тро́ицы, в ра́дости неизрече́нной со а́нгелы водворя́ющемуся, ра́достная приглаша́ем тебе́ си́це:

Ра́дуйся, от чре́ва ма́терня освяще́нный.

Ра́дуйся, в рожде́нии твое́м Варфоломе́й, си́речь сы́н ра́дости нарече́нный.

Ра́дуйся, безпло́тных священнонача́льствию а́нгельским во пло́ти житие́м твои́м подража́вый.

Ра́дуйся, о́гненную в се́рдце твое́м к Бо́гу любо́вь серафи́мски стяжа́вый.

Ра́дуйся, херуви́мски просвеще́нный зна́нием о Бо́зе.

Ра́дуйся, Престо́лу Его́ предста́вый в дерзнове́нии мно́зе.

Ра́дуйся, госпо́дствию ду́ха пло́ть свою́ покори́вый.

Ра́дуйся, си́лу дарова́ния в чудесе́х яви́вый.

Ра́дуйся, име́яй вла́сть проти́вныя вла́сти тмы́ побежда́ти.

Ра́дуйся, нача́льствующих наста́вивый богоуго́дно управля́ти.

Ра́дуйся, арха́нгельски Бо́жия дела́ возвеща́яй.

Ра́дуйся, все́х прибега́ющих к тебе́ от бе́д а́нгельски сохраня́яй.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 2.

Ви́дяще стра́нное твое́ воздержа́ние, великочуде́сне Се́ргие, я́ко от дне́ рожде́ния не сса́л еси́ в сре́ду и пято́к, и никакова́ же вкуша́л еси́ млека́: отсю́ду позна́хом тя́, от сосе́ц ма́терних, чудотво́рца и по́стника су́ща. Сего́ ра́ди Бо́га из у́ст младе́нец и ссу́щих хвалу́ соверша́ющаго похваля́юще, зове́м: Аллилу́иа.

И́кос 2.

Ра́зум безчи́сленный подава́я лю́дем Бо́г ра́зумов Госпо́дь, отве́рзе тебе́ у́м разуме́ти писа́ния, Се́ргие преподо́бне, пре́жде ко́сну и неудо́бну ко изуче́нию кни́жныя прему́дрости бы́вшу, да яви́тся, я́ко не от челове́к, но от Бо́га прия́л еси́ ра́зум кни́жный: о не́мже обра́дованный от я́вльшагося тебе́ во о́бразе и́ночестем а́нгела, приими́ от на́с ра́достное пе́ние сие́:

Ра́дуйся, изучи́вый во пе́рвых че́сти сло́во, е́же в нача́ле бе́ у Бо́га.

Ра́дуйся, обреты́й в не́м сокро́вище прему́дрости и ра́зума мно́га.

Ра́дуйся, на хартии́ телесе́ Христо́ва, а́ки пя́ть слове́с, пя́ть я́зв больши́х прочита́вый.

Ра́дуйся, в Писа́нии то́м живо́т ве́чный испыта́вый.

Ра́дуйся, у́м тво́й к Небеси́ чте́нием кни́г боже́ственных воспери́вый.

Ра́дуйся, во творе́нии руку́ Его́ себе́ поучи́вый.

Ра́дуйся, навы́кнувый храни́ти стра́х Бо́жий прему́дрости нача́ло.

Ра́дуйся, все́м соуча́щымся к тебе́ бы́вый доброде́тели зерца́ло.

Ра́дуйся, на скрижа́ли се́рдца своего́ Зако́н Бо́жий написа́вый.

Ра́дуйся, уче́ние сие́ все́м послу́шающым тя́ преда́вый.

Ра́дуйся, ю́ность твою́ в целому́дрии обучи́вый.

Ра́дуйся, я́ко де́ву чи́сту Жениху́ Христу́ себе́ обручи́вый.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 3.

Си́ла Вы́шняго осени́, преподо́бне, непоро́чную твою́ ду́шу, в не́йже стра́х Бо́жий заче́нши, и поболе́вши мно́гими труды́, разли́чная искуше́ния и ско́рби му́жественно претерпе́вши, родила́ еси́ ду́х спасе́ния, пою́щи всеси́льному Бо́гу: Аллилу́иа.

И́кос 3.

Имы́й помышле́ние таково́е в себе́, преподо́бне Се́ргие, по сме́рти роди́телей свои́х, я́ко вся́ко умре́ти и́мать, благоразу́мно разсуди́в кра́ткость сея́ жи́зни, разда́л еси́ вся́ оста́вльшая име́ния ни́щым, ничто́же на пропита́ние себе́ оставля́я, ны́не у́бо в присносу́щных бога́тствех безсме́ртныя насыща́яся сла́вы, слы́шиши от на́с такова́я:

Ра́дуйся, любве́ ра́ди Зижди́теля своего́ земна́я к земли́ возврати́вый.

Ра́дуйся, приобре́тения ра́ди Христо́ва, уме́ты вся́ бы́ти вмени́вый.

Ра́дуйся, отверги́й бога́тство, я́ко те́рние подавля́ющее се́мена духо́вныя.

Ра́дуйся, возненави́девый то́, я́ко вещество́ пла́мене грехо́вна.

Ра́дуйся, блаже́нство нищеты́ духо́вныя сподо́бльшийся прия́ти.

Ра́дуйся, восхоте́вый нище́тне вни́ти в Небе́сное Ца́рствие у́зкими враты́, и в простра́нстве ста́ти.

Ра́дуйся, и́го Христо́во благо́е и бре́мя ле́гкое понесы́й измла́да.

Ра́дуйся, не обрати́выйся вспя́ть в ше́ствии до Го́рняго гра́да.

Ра́дуйся, пре́жде кончи́ны твоея́ во умерщвле́ние страсте́й облече́нный.

Ра́дуйся, во умерщвле́нном телеси́ нетле́ния ри́зою украше́нный.

Ра́дуйся, бога́тства неги́блющаго в животе́ ве́чнем облада́телю.

Ра́дуйся, непостижи́мыя сла́вы святы́х созерца́телю.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 4.

Бу́ря безме́рная лука́вых духо́в, многоразли́чне тща́шеся препя́ти твоему́, преподо́бне Се́ргие, трудолю́бному житию́: овогда́ бо в зве́ри и зми́и преобразова́хуся, овогда́ же я́ко не́кое во́инство со я́ростию устремля́хуся на тя́ свире́по: ты́ же му́жественно моли́твою себе́ вооружа́я, прогна́л еси́ вся́ и́х бесо́вская по́лчища, не убоя́вся ко́зней и́х, зовы́й Бо́гу: Аллилу́иа.

И́кос 4.

Слы́шаще твое́ терпеливоду́шное в безмо́лвии житие́, преблаже́нне, мно́зи от окре́стных градо́в и стра́н стека́хуся к тебе́ по́льзы ра́ди, ини́и же хотя́ще с тобо́ю жи́ти и наставля́тися от тебе́ на пу́ть спасе́ния: и́хже любе́зно прие́мля, созда́л еси́ к моле́нию це́рковь во и́мя Пресвяты́я Тро́ицы, устроева́я наипа́че сама́го себе́ в жили́ще досто́йно Еди́ному в Тро́ице Бо́гу. Сего́ ра́ди похваля́ем тя́, глаго́люще:

Ра́дуйся, трича́стное души́ твоея́ к Бо́гу Триипоста́сному впери́вый.

Ра́дуйся, Бо́га Отца́ ве́тхаго де́ньми воспомина́нием дре́вних благодея́ний Бо́жиих в па́мяти твое́й носи́вый.

Ра́дуйся, я́ко му́дрость Сы́на, прему́дре о на́с смотре́ние соверши́вшаго, в ра́зуме твое́м сия́ше.

Ра́дуйся, я́ко благода́ть Бо́га Ду́ха Свята́го в во́ли твое́й благи́х хоте́вшей обита́ше.

Ра́дуйся, три́ изря́дныя доброде́тели и́ночества твоего́ же́ртвовавый Тро́ице неле́стно.

Ра́дуйся, отда́вый послуша́ние Бо́гу Отцу́, Ему́же Сы́н послушли́в бе́ да́же до сме́рти кре́стныя.

Ра́дуйся, нищету́ твою́ Бо́гу Сы́ну обнища́вшему на́с ра́ди, в пло́ти твое́й яви́вый смире́нно.

Ра́дуйся, чистоту́ свою́ Свято́му Ду́ху, в чи́стых сердца́х живу́щему, сохрани́вый нетле́нно.

Ра́дуйся, с доброде́тельными твои́ми плоды́ возложи́вый на Бо́га Отца́ ве́ру всеце́лу.

Ра́дуйся, окрила́тевый я́ко оре́л, наде́ждею на Бо́га Сы́на, собира́ющаго на́с ко Своему́ Те́лу.

Ра́дуйся, Бо́га Ду́ха Свята́го, во о́гненных соше́дшаго язы́цех, о́гненною любо́вию возлюби́вый.

Ра́дуйся, и́хже о́ко не ви́де, и у́хо не слы́ша, и на се́рдце челове́ку не взыдо́ша, сия́ от Тро́ицы получи́вый.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 5.

Богото́чный исто́чник пресве́тлых чуде́с яви́лся еси́, сла́вне Се́ргие, излива́я благоуго́дных во́д струи́, стремле́нием свои́м веселя́щыя гра́д Бо́жий, оби́тель Пресвяты́я Тро́ицы, па́че же и лице́ всея́ земли́ напая́ющыя оби́льно: отону́ду же вся́к с ве́рою почерпа́я, мно́гая исцеле́ния прие́млет, просла́вльшему тя́ Бо́гу благода́рственно зовы́й: Аллилу́иа.

И́кос 5.

Ви́девше Росси́йстии сы́нове пречу́дное по Бо́зе житие́ твое́, Се́ргие преподо́бне, я́ко и а́ще последи́ ле́ты в новопросвеще́нной стране́ Росси́йстей возра́сл еси́, но дре́вних преподо́бных оте́ц че́сти сподо́бился еси́, дарова́ния чуде́с досто́йно прие́м от Бо́га, того́ ра́ди научи́шася пе́ти тебе́:

Ра́дуйся, Анто́нию Вели́кому равнострада́льне в терпе́нии бесо́вских возста́ний.

Ра́дуйся, Феодо́сию общежи́тельства нача́льнику подобонра́вне, в хране́нии общежи́тельных преда́ний.

Ра́дуйся, Са́вве Освяще́нному во мно́жественном числе́ ученико́в счи́сленный.

Ра́дуйся, Арсе́нию му́жества и́мя нося́щему, в духо́вном му́жестве сравне́нный.

Ра́дуйся, со Иоа́нном Ле́ствичником восхожде́ние в се́рдце свое́м к Небеси́ положи́вый.

Ра́дуйся, с Мака́рием блаже́нство в нетле́нном твое́м телеси́ получи́вый.

Ра́дуйся, Ону́фрию Вели́кому подража́вый житие́м в пусты́ни.

Ра́дуйся, Паи́сию Вели́кому после́довавый во вся́кой святы́ни.

Ра́дуйся, Симео́на Сто́лпника приме́ром высо́кий сто́лп доброде́телей созда́вый.

Ра́дуйся, Па́вла Препро́стаго се́рдца незло́бие во все́м житии́ свое́м показа́вый.

Ра́дуйся, Афана́сию безсме́ртия уча́стниче, не и́менем, но дела́ми.

Ра́дуйся, с Евфи́мием благоду́шным в безконе́чныя весе́лия возше́дый его́же стопа́ми.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 6.

Пропове́дует Росси́йский ро́д пресла́вная и неисче́тная твоя́ чудеса́, изрядносла́вне чудотво́рче Се́ргие: ко́ль мно́зи от духо́в нечи́стых изба́влени тобо́ю бы́ша, ко́ль мно́зи от разли́чных неду́гов, бе́д и напа́стей твои́ми спасо́шася моли́твами. Ты́ бо еси́ кре́пкий во бра́нех су́щым помо́щник, боля́щым вра́ч, оби́димым засту́пник: ты́ все́м вся́ моги́й о чудоде́йствующем тобо́ю Христе́, да все́х научи́ши пе́ти: Аллилу́иа.

И́кос 6.

Возсия́ па́че со́лнца воздержа́ние твое́, преподо́бный: егда́ не пеки́йся о бра́шне, е́же не поста́вит на́с пред Бо́гом, ску́дости ра́ди в монастыре́ твое́м, без пи́щи три́ дни́ пребы́вшу бра́тию и во мра́це ско́рби су́щую, озари́л еси́ луча́ми благода́рственнаго терпе́ния, и́стиннаго воздержа́ния и несомне́ннаго упова́ния на Бо́га: от Него́же а́бие оби́льство все́х бла́г твои́ми моли́твами получи́вше, воспе́ша тебе́ си́це:

Ра́дуйся, преподо́бнейший а́лчущих пита́телю.

Ра́дуйся, и духо́внаго насыще́ния тре́бующым пода́телю.

Ра́дуйся, алка́вый и жа́ждавый пра́вды, насыща́яйся же ны́не.

Ра́дуйся, посажде́нный на трапе́зе небе́сней в по́стническом чи́не.

Ра́дуйся, отложи́вый о тле́нной пи́щи попече́ние безме́стно.

Ра́дуйся, испо́лнивый оби́тель свою́ бра́шны принесе́нными безве́стно.

Ра́дуйся, бла́гостию Бо́жиею, а не то́кмо бра́шны, сердца́ на́ша утвержда́яй.

Ра́дуйся, глаго́лом, исходя́щим из у́ст Бо́жиих па́че, не́же хле́бом, насыща́яй.

Ра́дуйся, бра́шно де́лавый пребыва́ющее в живо́т ве́чный, а не бра́шно теле́сно.

Ра́дуйся, в кре́пости я́ди тоя́ ше́ствовавый да́же до Горы́ Небе́сныя.

Ра́дуйся, побежда́яй враги́ на́ша моли́твами твои́ми, я́ко хле́бом ви́денным у Гедео́на.

Ра́дуйся, вкуша́яй хле́ба а́нгельскаго во дво́рех вы́шняго Сио́на.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 7.

Хотя́щу преблаже́нному Алекси́ю, Всеросси́йскому па́стырю, от ны́нешняго ве́ка преле́стнаго преста́витися, призва́н бы́л еси́ богоно́сне Се́ргие, да прии́меши по не́м са́н святи́тельства, обруче́ннаго тебе́ от него́ возложе́нием креста́ архиере́йскаго, зла́том и ка́мением украше́ннаго: ты́ же смиренному́дрия люби́теля, не златоно́сца себе́ явля́я, и толи́каго са́на недосто́йна бы́ти вмени́в, смиренному́дренно при кресте́ и́ноческаго терпе́ния твоего́, судьбы́ Госпо́дни вожделе́нныя па́че зла́та и ка́мене че́стна храни́ти восхоте́л еси́, зовы́й Бо́гу: Аллилу́иа.

И́кос 7.

Но́вое не́бо от высоты́ жития́ твоего́ разумева́ем тя́, о́тче, дея́нием и виде́нием, а́ки двема́ заве́сома утвержде́на, неисче́тными же чудесы́ я́ко звезда́ми блиста́юща. Тебе́ кра́сная я́ко луна́ Богоро́дица, со святы́ми апо́столы Петро́м и Иоа́нном, а́ки со заре́ю вече́рнею и денни́цею у́треннею, посеща́ше. Чрез зна́мения у́бо доброде́телей твои́х, пра́вды со́лнце мы́сленное Христо́с Госпо́дь, тече́ние Свое́ творя́, просвеща́ет все́х зову́щих ти́ си́це:

Ра́дуйся, во ю́ности посвяти́вый в же́ртву прия́тну Бо́гови, я́ко юнца́, себе́ сама́го.

Ра́дуйся, сохрани́вый невре́дно целому́дрие де́вства драга́го.

Ра́дуйся, прехожде́нием свои́м в пусты́нях мно́гия оби́тели насади́вый.

Ра́дуйся, чудотво́рных во́д, от Бо́га умоле́нием, че́рплющих все́х наслади́вый.

Ра́дуйся, возмоги́й рыка́ющаго диа́вола, я́ко льва́ му́жественно победи́ти.

Ра́дуйся, с се́ю побе́дою удосто́ивыйся во врата́ сла́вы торже́ственно вни́ти.

Ра́дуйся, навы́кнувый кро́тости от А́гнца, взе́млющаго вся́ зла́я.

Ра́дуйся, я́ко за соблюде́ние пра́вды получи́л еси́ ве́чная блага́я.

Ра́дуйся, щито́м ве́ры угаси́вый вся́ разжже́нная лука́ваго стре́лы.

Ра́дуйся, сокруши́вый се́дмь гла́в зло́бы а́дскаго зми́я, се́дмь грехо́в сме́ртных проти́вными благи́ми де́лы.

Ра́дуйся, совоку́плену име́яй любо́вь к Бо́гу и бли́жним.

Ра́дуйся, источа́яй от ра́ки своея́ цельбы́ в по́льзу на́м ни́жним.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 8.

Стра́нное и ужа́сное виде́ние ви́де Моисе́й Богови́дец, я́ко купина́ горя́щи, и не сгара́ше: ужа́снаго сподо́бися виде́ния и учени́к тво́й Си́мон, егда́ служа́щу ти́ Боже́ственную Литурги́ю, ви́де невеще́ственный о́гнь, осеня́ющь олта́рь и окружа́ющь свяще́нную трапе́зу: тебе́ же, преподо́бне Се́ргие, от главы́ до ногу́ во огни́ стоя́щу, и те́м соше́дшим, а́ки плащани́ца, во Святу́ю Ча́шу, небе́сным прича́щшагося огне́м, Бо́г бо на́ш о́гнь е́сть пояда́яй: оба́че тя́ не опали́, но па́че просвети́, во е́же пе́ти: Аллилу́иа.

И́кос 8.

Ве́сь ро́д Росси́йский, воеди́но совоку́пленный, не возмо́жет благода́рственнаго возда́ти похвале́ния предста́тельству твоему́, достохва́льне Се́ргие: не то́чию бо бли́з притека́ющих к цельбоно́сному твоему́ гро́бу, но и дале́че отстоя́щих, и призыва́ющих всечестно́е твое́ и́мя, те́плым твои́м предста́тельством защища́еши и храни́ши от вся́каго зла́. Ели́ко у́бо возмо́жно благода́рствующе похваля́ем тя́ таковы́ми гла́сы:

Ра́дуйся, служи́телю Бо́жий о ве́рных умоля́яй.

Ра́дуйся, наста́вниче гре́шных к Небеси́ направля́яй.

Ра́дуйся, души́ бе́дствующия и те́ла многомо́щный храни́телю.

Ра́дуйся, оскорбля́емым те́плый покрови́телю.

Ра́дуйся, предводи́телю до́брый в пу́ть спасе́ния теку́щым.

Ра́дуйся, защи́тителю до́брый во бра́ни ми́ра су́щым.

Ра́дуйся, цели́телю изя́щный боле́зни душе́вной и теле́сной.

Ра́дуйся, просвети́телю чу́дный обою́ тмы́ оче́сной.

Ра́дуйся, посети́телю ско́рый в не́мощи лежа́щым.

Ра́дуйся, уте́шителю му́дрый в беда́х слезя́щым.

Ра́дуйся, пособи́телю кре́пкий во́ем христиа́нским.

Ра́дуйся, прогони́телю стра́шный по́лчищем пога́нским.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 9.

Вся́кую стяжа́л еси́ чудоде́йствия си́лу, благода́тию ди́внаго во святы́х Свои́х Бо́га, всебога́те Се́ргие: не то́кмо бе́сы от челове́к ды́мом моли́тв твои́х прогна́л еси́, я́ко Рафаи́л; прокаже́нныя очи́стил еси́, в пролия́нии пред Бо́гом сле́з, я́ко во Иорда́не Елиссе́й; плене́нныя от ва́рвар, ско́ро предвари́в освободи́л еси́, я́ко Никола́й Чу́дный; уме́ршаго же о́трока воскреси́в, животворя́щему ме́ртвыя, и зову́щему не су́щая, я́ко су́щая, Бо́гу, о все́х пресла́вных твои́х чудотворе́ниих созыва́л еси́ все́х воспе́ти: Аллилу́иа.

И́кос 9.

Вети́я суему́дренныя отсту́пническия обличи́л еси́, предста́в во сне́ пресви́теру Симео́ну, не низпа́дшему в злоче́стие тщесо́вестное и по преставле́нии твое́м отве́рженное от тебе́: те́мже вси́ и́стинная Восто́чныя Святы́я Це́ркве ча́да иму́ще тя́ столпа́ церко́внаго в ве́ре непоколеби́ма, ублажа́ют си́це:

Ра́дуйся, злосла́вное отсту́пническое любому́дрие укори́вый.

Ра́дуйся, правове́рных благоче́стие уясни́вый.

Ра́дуйся, и́стинныя прему́дрости содержа́вый догма́ты.

Ра́дуйся, научи́вый не пре́нием, но ве́рою возмога́ти.

Ра́дуйся, обличи́вый отступле́ние ве́ры, я́ко все́м злы́м вино́вно.

Ра́дуйся, правове́рных в преда́нии святы́х оте́ц утверди́вый богосло́вно.

Ра́дуйся, не благоволи́вый в злове́рных многоглаго́ланию вре́дному.

Ра́дуйся, упраздни́вый те́х великому́дрствие о благоре́чии тще́тном.

Ра́дуйся, не вне́шними словесы́, но Бо́жиим свиде́тельством вооруже́нный.

Ра́дуйся, на ка́мени краеуго́льном Христе́, неподви́жимою ве́рою утвержде́нный.

Ра́дуйся, благоче́стно тече́ние сконча́вый, и ве́ру соблюды́й нескве́рну.

Ра́дуйся, в венце́ пра́вды предста́вый Све́ту невече́рню.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 10.

Спасе́ния ра́ди хотя́щему ученику́ твоему́ Исаа́кию молчали́вое храни́ти житие́, и прося́щему на се́ у тебе́ благослове́ния, повеле́л еси́ приити́ во вре́мя Боже́ственныя Литурги́и ко олтарю́, иде́же егда́ благословля́л еси́ его́, ви́де о́н а́ки не́кий вели́к пла́мень изше́д от руку́ твое́ю, чудотво́рче, и прикосну́вшийся ему́, я́ко клеще́ю о́гнь от олтаря́ взе́мшею, благословя́щею твое́ю руко́ю: се́ же бы́сть ему́ к потребле́нию неключи́маго праздносло́вия, к утвержде́нию же в безстра́стном молча́нии с Серафи́мы пе́ти Бо́гу: Аллилу́иа.

И́кос 10.

Стена́ вели́ка и высо́ка, иму́щая основа́ний двана́десять неподви́жимых догма́т Правосла́вныя на́шея ве́ры, ты́ еси́, адамантоду́шне Се́ргие, остеня́я велеле́потне пречестну́ю свою́ оби́тель, а́ки гра́д вели́кий святы́й Иерусали́м, низше́дый ро́ссом с небесе́, от Бо́га иму́щь сла́ву Бо́жию в чудесе́х твои́х, и украше́ние вся́ким драги́м ка́мением многоце́нных твои́х моли́тв, и́миже остеня́еши все́х зову́щих ти́ си́це:

Ра́дуйся, преподо́бне, я́ко иа́спис пресве́тлейший, во все́й подсо́лнечной сия́яй чуде́сно.

Ра́дуйся, я́ко сапфи́р невообра́зный, блиста́яй на́м житие́ поднебе́сно.

Ра́дуйся, я́ко халкидо́н углеви́дный, огне́м любве́ Бо́жия разжже́нный.

Ра́дуйся, я́ко смара́гд зелене́ющий, присновесе́нним венце́м увязе́нный.

Ра́дуйся, я́ко сардо́никс, но́гтя нечу́вственнаго цве́т имы́й, умерщвле́ние страсте́й подава́яй.

Ра́дуйся, я́ко са́рдий, я́звы от желе́за целя́щий уя́звленных на бра́ни, ве́рных чудотво́рне исцеля́яй.

Ра́дуйся, я́ко хрисоли́ф златосветя́щий, многоце́нными доброде́тельми блиста́яй.

Ра́дуйся, я́ко вири́лл, нося́й морски́й ви́д, пла́вающих в мо́ри безбе́дно управля́яй.

Ра́дуйся, я́ко топа́зий цельбоно́сный, исцеля́яй слепоту́ душе́вную и теле́сную.

Ра́дуйся, я́ко хрисопра́с надзлатоя́снейший, получи́вый добро́ту небе́сну.

Ра́дуйся, я́ко яки́нф воздухови́дный, на возду́се восхище́н бы́ти гото́в во сре́тение Госпо́дне.

Ра́дуйся, я́ко амефи́ст огнесве́тлый, пожига́яй бесо́в мно́жество преиспо́дне.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 11.

Пе́ние вся́кое побежда́ется, звездочи́сленными твои́ми труды́, всеблаже́нне Се́ргие: кто́ бо от земноро́дных просла́вит жесто́кое твое́ житие́; кто́ возвели́чит свяще́нныя по́двиги твоя́; безмо́лвие соверше́нное, смире́ние нелицеме́рное, по́ст протяже́нный, моли́тву непреста́нную, чистоту́ по вну́треннему и вне́шнему челове́ку; за ня́же сподо́бился еси́ со все́ми без поро́ка после́дующими А́гнцу, и благоуго́дне подвиза́вшимися, пе́ти: Аллилу́иа.

И́кос 11.

Светоза́рным све́том блиста́ет оби́тель твоя́, всесве́тлый чудотво́рче, изне́сши от земна́го покрове́ния сия́ющыя чудеса́ми нетле́нныя мо́щи твоя́, и поста́вльши и́х я́ко свети́льник на ме́сте досто́йне, да испо́лнится рече́ние Госпо́дне: «Не вжига́ют свети́льника, и под спу́дом не полага́ют, но на све́щник поставля́ют, да входя́щии ви́дят». Те́мже вси́ в хра́ме твое́м, и везде́ тобо́ю просвеща́еми, дерза́ем глаго́лати тебе́:

Ра́дуйся, све́щниче трича́стный, треми́ светле́йшими богосло́вскими доброде́тельми светя́щий.

Ра́дуйся, свети́лниче дво́йственный, любо́вию ко Бо́гу и бли́жнему горя́щий.

Ра́дуйся, его́же сугубоесте́ственный Архиере́й, проше́дый небеса́, в служе́ние Свое́ небе́сное поста́ви.

Ра́дуйся, его́же стоя́й посреде́ седми́ свети́лник, я́ко еди́наго от те́х Себе́ предста́ви.

Ра́дуйся, свети́лниче, дара́ми Ду́ха Свята́го седмоосвяще́ный, я́ко ви́денный Заха́риею проро́ком.

Ра́дуйся, во свете́ние чуде́сное поста́вленный в Росси́и на ме́сте высо́ком.

Ра́дуйся, свети́лниче превознесе́ннейший, па́че све́та освеща́ющий пла́вающих в мо́ри.

Ра́дуйся, свете́нием твои́м наставля́яй препла́вати от ми́ра к небеси́ вско́ре.

Ра́дуйся, свети́лниче мы́сленный, светя́щий святы́нею, па́че поста́вленнаго Соломо́ном, во Святы́х Свята́я.

Ра́дуйся, блиста́нием чуде́с твои́х во вся́ концы́ земли́ сия́я.

Ра́дуйся, уме́рый ми́ру, жи́в же Бо́гови, ме́ртвому о́троку дарова́вый жи́ти.

Ра́дуйся, живы́й во ве́ки со Христо́м, с Ни́мже и на́м моли́ бы́ти.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 12.

Благода́ть Бо́жию испове́дав дре́вле Маккаве́й, егда́ гряду́щу ему́ с во́инством на супоста́ты, яви́ся предводя́й и́х ко́нник в оде́жде бе́ле, укрепля́я те́х и му́жественны творя́. Ра́вное возсыла́ет благода́рствие пресла́вная оби́тель чудотво́рца Се́ргиа, от облежа́щих ю́ враго́в изба́вленная, явле́нием преподо́бнаго ста́рца е́здяща, и иму́ща в руце́ свое́й ме́ч обнаже́н: его́же по́мощию хра́брственно изше́дше су́щии во обстоя́нии, победи́ша сопроти́вныя, ублажа́юще спобо́рствующаго и́м чудотво́рца, и вопию́ще Бо́гу: Аллилу́иа.

И́кос 12.

Пою́ще твое́ успе́ние, преподо́бне о́тче, Росси́йстии твоя́ ча́да, прославля́ем Пода́теля все́х благи́х Бо́га, дарова́вшаго на́м тебе́, такова́го отца́, и́же и по преставле́нии твое́м не оставля́еши на́с, но благода́тными чуде́с дарова́нии всегда́ призира́еши, посеща́еши, и заступа́еши: Ему́же надгро́бное соверша́юще пе́ние, ублажа́ем достопа́мятное твое́ житие́ любе́зным воспомина́нием, и па́ки совоку́пне си́м:

Ра́дуйся, в че́сть Святы́я Тро́ицы трикра́ты во утро́бе ма́терней стра́нно возгласи́вый.

Ра́дуйся, в па́мять Христо́вых страсте́й, сре́ду и пято́к пости́выйся.

Ра́дуйся, име́ние свое́ к Небеси́ рука́ми ни́щих предпосла́вый.

Ра́дуйся, в нищете́ душе́вной и теле́сной безпеча́лно в пусты́ни обита́вый.

Ра́дуйся, претерпе́вый бесо́вская наважде́ния преизли́шше.

Ра́дуйся, созда́вый оби́тель Святе́й Тро́ице тро́ическою по́мощию свы́ше.

Ра́дуйся, чуде́сных во́д от Бо́га умоле́нием напо́лнивый оби́тели твоея́ огра́ду.

Ра́дуйся, бра́шны неви́димо принесе́нными а́лчной бра́тии сотвори́вый отра́ду.

Ра́дуйся, невосхоте́вый прия́ти святи́тельския вла́сти, одея́ния и украше́ния теле́сна.

Ра́дуйся, во вре́мя литургиса́ния твоего́, оде́янный пла́менем огня́ Небеси́.

Ра́дуйся, свети́лниче, еле́ем ми́лости кипя́й.

Ра́дуйся, на све́щнице сла́вы небе́сныя горя́й.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 13.

О вели́кий чудотво́рче Се́ргие всеблаже́нне, преизря́днейший Росси́йския страны́ храни́телю! Приими́ смире́нно приноси́мое тебе́ моле́ние, и твои́м у Небе́снаго Царя́ предста́тельством сохрани́ и поми́луй Оте́чество на́ше от вра́г ви́димых и неви́димых, и от вся́ких скорбе́й, бе́д и напа́стей, и исхода́тайствуй в Небе́сном Ца́рствии все́м приле́жно моля́щимся, с тобо́ю пе́ти: Аллилу́иа.

Этот конда́к читается трижды, затем и́кос 1-й и конда́к 1-й.

И́кос 1.

А́нгелов Творе́ц в Тро́ице Бо́г, сла́вимый от тро́йственных священнонача́лий а́нгельских трисвяты́ми гла́сы, избра́ тя́, преподо́бне Се́ргие, во равноа́нгельное священнослуже́ние Себе́ еще́ от утро́бы ма́терни, в не́йже трикра́ты во вре́мя Святы́я Литурги́и пачеесте́ственно возгласи́л еси́. Те́м я́ко подобноа́нгельному служи́телю Святы́я Тро́ицы, в ра́дости неизрече́нной со а́нгелы водворя́ющемуся, ра́достная приглаша́ем тебе́ си́це:

Ра́дуйся, от чре́ва ма́терня освяще́нный.

Ра́дуйся, в рожде́нии твое́м Варфоломе́й, си́речь сы́н ра́дости нарече́нный.

Ра́дуйся, безпло́тных священнонача́льствию а́нгельским во пло́ти житие́м твои́м подража́вый.

Ра́дуйся, о́гненную в се́рдце твое́м к Бо́гу любо́вь серафи́мски стяжа́вый.

Ра́дуйся, херуви́мски просвеще́нный зна́нием о Бо́зе.

Ра́дуйся, Престо́лу Его́ предста́вый в дерзнове́нии мно́зе.

Ра́дуйся, госпо́дствию ду́ха пло́ть свою́ покори́вый.

Ра́дуйся, си́лу дарова́ния в чудесе́х яви́вый.

Ра́дуйся, име́яй вла́сть проти́вныя вла́сти тмы́ побежда́ти.

Ра́дуйся, нача́льствующих наста́вивый богоуго́дно управля́ти.

Ра́дуйся, арха́нгельски Бо́жия дела́ возвеща́яй.

Ра́дуйся, все́х прибега́ющих к тебе́ от бе́д а́нгельски сохраня́яй.

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Конда́к 1.

Возбра́нный воево́до во́инов духо́вных, под зна́мением Креста́ во́инствующих на неви́димаго врага́, Се́ргие чудотво́рче: я́ко изба́вльшеся от бе́д твои́ми победоно́сными предста́тельствы, в бра́ни жития́ сего́, похва́льная воспису́ем тебе́ в хвале́ небе́сней торжеству́ющему добропобе́дно: ты́ же я́ко име́я дерзнове́ние к Непобеди́мому Царю́, посо́бствуй хода́тайственно все́м ве́рно призыва́ющим тя́, да́руя побе́ду на ви́димыя и неви́димыя враги́, да зове́м ти́:

Ра́дуйся, преподо́бне чудотво́рче Се́ргие, о́тче на́ш.

Моли́тва.

О свяще́нная главо́, преподо́бне богоно́сне о́тче на́ш Се́ргие, моли́твою твое́ю, и ве́рою и любо́вию я́же к Бо́гу и чистото́ю се́рдца, еще́ на земли́ во оби́тель Пресвяты́я Тро́ицы ду́шу твою́ устро́ивый, и а́нгельскаго обще́ния и Пресвяты́я Богоро́дицы посеще́ния сподо́бивыйся, и да́р чудоде́йственныя благода́ти прие́мый, по отше́ствии же твое́м от земны́х наипа́че к Бо́гу прибли́живыйся, и небе́сныя си́лы приобщи́выйся, но и от на́с ду́хом любве́ твоея́ не отступи́вый, и честны́я твоя́ мо́щи, я́ко сосу́д благода́ти по́лный и преизлива́ющийся, на́м оста́вивый! Ве́лие име́я дерзнове́ние ко Всеми́лостивому Влады́це, моли́ спасти́ рабы́ Его́, су́щей в тебе́ благода́ти Его́ ве́рующыя и к тебе́ с любо́вию притека́ющыя. Испроси́ на́м от великодарови́таго Бо́га на́шего вся́кий да́р, все́м и коему́ждо благопотре́бен, ве́ры непоро́чны соблюде́ние, градо́в на́ших утвержде́ние, ми́ра умире́ние, от гла́да и па́губы избавле́ние, от наше́ствия иноплеме́нных сохране́ние, скорбя́щым утеше́ние, неду́гующым исцеле́ние, па́дшым возставле́ние, заблужда́ющым на пу́ть и́стины и спасе́ния возвраще́ние, подвиза́ющымся укрепле́ние, благоде́лающым в де́лех благи́х преуспе́яние и благослове́ние, младе́нцем воспита́ние, ю́ным наставле́ние, неве́дущым вразумле́ние, сирота́м и вдови́цам заступле́ние. Отходя́щым от сего́ вре́меннаго жития́ к ве́чному благо́е уготовле́ние и напу́тствие, отше́дшым блаже́нное упокое́ние, и вся́ ны́ споспешеству́ющими твои́ми моли́твами сподо́би в де́нь Стра́шнаго Суда́ шу́ия ча́сти изба́витися, десны́я же страны́ о́бщники бы́ти, и блаже́нный о́ный гла́с Влады́ки Христа́ услы́шати: «Прииди́те, благослове́ннии Отца́ Моего́, насле́дуйте угото́ванное ва́м Ца́рствие от сложе́ния ми́ра». Ами́нь.

Моли́тва ина́я.

О свяще́нная главо́, преподо́бне о́тче, преблаже́нне а́вво Се́ргие Вели́кий! Не забу́ди убо́гих свои́х до конца́, но помина́й на́с во святы́х свои́х и благоприя́тных моли́твах к Бо́гу. Помяни́ ста́до свое́, е́же са́м упа́сл еси́: и не забу́ди посеща́ти ча́д свои́х. Моли́ за ны́, о́тче свяще́нный, за де́ти своя́ духо́вныя, я́ко име́я дерзнове́ние к Небе́сному Царю́: не премолчи́ за ны́ ко Го́споду, и не пре́зри на́с, ве́рою и любо́вию чту́щих тя́. Помина́й на́с недосто́йных у Престо́ла Вседержи́теля, и не преста́й моля́ся о на́с ко Христу́ Бо́гу: и́бо дана́ тебе́ бы́сть благода́ть за ны́ моли́тися. Не мни́м бо тя́ су́ща ме́ртва: а́ще бо и те́лом преста́вился еси́ от на́с, но и по сме́рти жи́в сы́й пребыва́еши, не отступа́й от на́с ду́хом, сохраня́я на́с от стре́л вра́жиих, и вся́кия пре́лести бесо́вския, и ко́зней диа́вольских, па́стырю на́ш до́брый. А́ще бо и моще́й твои́х ра́ка пред очи́ма на́шима ви́дима е́сть всегда́, но свята́я твоя́ душа́ со а́нгельскими во́инствы, со безпло́тными ли́ки, с небе́сными си́лами, у Престо́ла Вседержи́теля предстоя́щи, досто́йно весели́тся. Ве́дуще бо тя́ вои́стинну и по сме́рти жи́ва су́ща, тебе́ припа́даем, и тебе́ мо́лимся, е́же моли́тися о на́с всеси́льному Бо́гу, о по́льзе ду́ш на́ших, и испроси́ти вре́мя на покая́ние, и о невозбра́нном преи́тии от земли́ на не́бо, мыта́рств же го́рьких, бесо́в возду́шных князе́й, и ве́чныя му́ки изба́витися, и Небе́сному Ца́рствию насле́дники бы́ти со все́ми пра́ведными, от ве́ка угоди́вшими Го́споду на́шему Иису́су Христу́: Ему́же подоба́ет вся́кая сла́ва, че́сть и поклоне́ние, со Безнача́льным Его́ Отце́м, и с Пресвяты́м и Благи́м, и Животворя́щим Его́ Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Моли́тва тре́тья.

О Небе́снаго граждани́не Иерусали́ма, преподо́бне о́тче Се́ргие! Воззри́ на на́с ми́лостиво, и к земли́ приве́рженных возведи́ к высоте́ небе́сней. Ты́ Горе́ на Небеси́, мы́ на земли́ ни́зу, удалены́ от тебе́, не толи́ко ме́стом, ели́ко грехми́ свои́ми и беззако́нии: но к тебе́, я́ко на́м сро́дному, прибега́ем и взыва́ем, наста́ви на́с ходи́ти путе́м твои́м, вразуми́ и руково́дствуй. Сво́йственно е́сть тебе́, о́тче на́ш, благоутро́бие и человеколю́бие: на земли́ живу́щу не о свое́м то́кмо спасе́нии бы́сть тебе́ попече́ние, но и о все́х к тебе́ притека́ющих. Наставле́ния твоя́ бы́ша тро́стию кни́жника скоропи́сца, на се́рдце ка́ждаго глаго́лы жи́зни начертава́ющаго. Не теле́сныя бо то́кмо врачева́л еси́ боле́зни, но па́че душе́вных вра́ч изя́щный яви́лся еси́: и вся́ твоя́ свята́я жи́знь бы́сть зерца́лом вся́кия доброде́тели. А́ще толи́к бы́л еси́, свя́тче Бо́жий, на земли́: коли́к ны́не еси́ на Небеси́! Ты́ дне́сь предстои́ши Престо́лу Све́та Непристу́пнаго, и в Не́м, я́ко в зерца́ле, зри́ши вся́ на́ша ну́жды и проше́ния: ты́ водворя́ешися вку́пе со а́нгелы, о еди́ном гре́шнице ка́ющемся ра́дующимися. И человеколю́бие Бо́жие е́сть неистощи́мо, и твое́ к Нему́ дерзнове́ние мно́го: не преста́ни о на́с вопия́ ко Го́споду. Испроси́ предста́тельством свои́м у Всеми́лостиваго Бо́га на́шего ми́р Це́ркви Его́, под зна́мением Креста́ во́инствующей: согла́сие в ве́ре и единому́дрие, суему́дрия же и раско́лов истребле́ние, утвержде́ние во благи́х де́лех: больны́м исцеле́ние, печа́льным утеше́ние, оби́женным заступле́ние, бе́дствующым по́мощь. Не посрами́ на́с, к тебе́ с ве́рою притека́ющих. А́ще бо и недосто́йни есмы́ толи́каго отца́ и хода́тая: но ты́ бы́в подража́тель человеколю́бия Бо́жия, сотвори́ на́с досто́йны чрез обраще́ние от злы́х де́л к благо́му житию́. Вся́ богопросвеще́нная Росси́а, твои́ми чудесы́ испо́лненная и ми́лостьми облагоде́тельствованная, испове́дует тя́ бы́ти своего́ покрови́теля и засту́пника. Яви́ дре́вния ми́лости твоя́, и и́хже отце́м спомоществова́л еси́, не отри́ни и на́с ча́д и́х, стопа́ми и́х к тебе́ ше́ствущих. Ве́руем, я́ко ду́хом на́м сопрису́тствуеши. Иде́же бо е́сть Госпо́дь, я́коже сло́во Его́ у́чит на́с, та́мо и слуга́ Его́ бу́дет. Ты́ ве́рный еси́ ра́б Госпо́день: и Бо́гу везде́ су́щу, ты́ в Не́м еси́, и О́н в тебе́ е́сть, па́че же и те́лом с на́ми еси́. Се́ нетле́нныя и живоно́сныя твоя́ мо́щи, я́ко сокро́вище безце́нное, вручи́ на́м чуде́с Бо́г. Предстоя́ и́м, я́ко тебе́ жи́ву су́щу, припа́даем и мо́лимся: приими́ моле́ния на́ша, и вознеси́ и́х на Же́ртвенник благоутро́бия Бо́жия, да прии́мем тобо́ю благода́ть и благовре́менну в ну́ждах на́ших по́мощь. Укрепи́ на́ше малоду́шие, и утверди́ на́с в ве́ре, да несомне́нно упова́ем получи́ти вся́ блага́я от благосе́рдия Влады́ки моли́твами твои́ми. Па́ству же твою́ духо́вную, тобо́ю со́бранную, не преста́ни управля́ти жезло́м духо́вныя му́дрости: подвиза́ющымся помози́, разсла́бленных возста́ви, споспеши́ и́го Христо́во нести́ во благоду́шии и терпе́нии: и все́х на́с упра́ви в ми́ре и покая́нии сконча́ти живо́т на́ш, и пресели́тися со упова́нием в блаже́нныя не́дра Авраа́мова, иде́же ты́ ра́достно по труде́х и по́двизех ны́не почива́еши, прославля́я со все́ми святы́ми Бо́га, в Тро́ице сла́вимаго, Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха. Ами́нь.

А҆ка́ѳїстъ ст҃о́мꙋ прпⷣбномꙋ се́ргїю, и҆гꙋ́менꙋ ра́донежскомꙋ и҆ всеѧ̀ рѡссі́и чꙋдотво́рцꙋ.

Конда́къ а҃.

Возбра́нный воево́до во́инѡвъ дꙋхо́вныхъ, под̾ зна́менїемъ крⷭ҇та̀ во́инствꙋющихъ на неви́димаго врага̀, се́ргїе чꙋдотво́рче: ꙗ҆́кѡ и҆зба́вльшесѧ ѿ бѣ́дъ твои́ми побѣдоно́сными предста́тельствы, въ бра́ни житїѧ̀ сегѡ̀, похва̑льнаѧ восписꙋ́емъ тебѣ̀ въ хвалѣ̀ нбⷭ҇нѣй торжествꙋ́ющемꙋ добропобѣ́днѡ: ты́ же ꙗ҆́кѡ и҆мѣ́ѧ дерзнове́нїе къ непобѣди́момꙋ цр҃ю̀, посо́бствꙋй хода́тайственно всѣ̑мъ вѣ́рнѡ призыва́ющымъ тѧ̀, да́рꙋѧ побѣ́дꙋ на ви́димыѧ и҆ неви́димыѧ врагѝ, да зове́мъ тѝ:

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

І҆́косъ а҃.

А҆́гг҃лѡвъ творе́цъ въ трⷪ҇цѣ бг҃ъ, сла́вимый ѿ тро́йственныхъ сщ҃еннонача́лїй а҆́гг҃льскихъ трист҃ы́ми гла́сы, и҆збра̀ тѧ̀, прпⷣбне се́ргїе, во равноа́гг҃льное сщ҃еннослꙋже́нїе себѐ є҆щѐ ѿ ᲂу҆тро́бы ма́терни, въ не́йже трикра́ты во вре́мѧ ст҃ы́ѧ лїтꙋргі́и пачеесте́ственнѡ возгласи́лъ є҆сѝ. тѣ́мъ ꙗ҆́кѡ подобноа́гг҃льномꙋ слꙋжи́телю ст҃ы́ѧ трⷪ҇цы, въ ра́дости неизрече́нной со а҆́гг҃лы водворѧ́ющемꙋсѧ, ра́дѡстнаѧ приглаша́емъ тебѣ̀ си́це:

Ра́дꙋйсѧ, ѿ чре́ва ма́тернѧ ѡ҆сщ҃е́нный: ра́дꙋйсѧ, въ рожде́нїи твое́мъ варѳоломе́й, си́рѣчь сы́нъ ра́дости нарече́нный.

Ра́дꙋйсѧ, безпло́тныхъ сщ҃еннонача́льствїю а҆́гг҃льскимъ во пло́ти житїе́мъ твои́мъ подража́вый: ра́дꙋйсѧ, ѻ҆́гненнꙋю въ се́рдцѣ твое́мъ къ бг҃ꙋ любо́вь серафі́мски стѧжа́вый.

Ра́дꙋйсѧ, херꙋві́мски просвѣще́нный зна́нїемъ ѡ҆ бз҃ѣ: ра́дꙋйсѧ, прⷭ҇то́лꙋ є҆гѡ̀ предста́вый въ дерзнове́нїи мно́зѣ.

Ра́дꙋйсѧ, госпо́дствїю дꙋ́ха пло́ть свою̀ покори́вый: ра́дꙋйсѧ, си́лꙋ дарова́нїѧ въ чꙋдесѣ́хъ ꙗ҆ви́вый.

Ра́дꙋйсѧ, и҆мѣ́ѧй вла́сть проти́вныѧ вла́сти тмы̀ побѣжда́ти: ра́дꙋйсѧ, нача́льствꙋющихъ наста́вивый бг҃оꙋго́днѡ ᲂу҆правлѧ́ти.

Ра́дꙋйсѧ, а҆рха́гг҃льски бж҃їѧ дѣла̀ возвѣща́ѧй: ра́дꙋйсѧ, всѣ́хъ прибѣга́ющихъ къ тебѣ̀ ѿ бѣ́дъ а҆́гг҃льски сохранѧ́ѧй.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ в҃.

Ви́дѧще стра́нное твоѐ воздержа́нїе, великочꙋде́сне се́ргїе, ꙗ҆́кѡ ѿ днѐ рожде́нїѧ не сса́лъ є҆сѝ въ сре́дꙋ и҆ пѧто́къ, и҆ никакова́ же вкꙋша́лъ є҆сѝ млека̀: ѿсю́дꙋ позна́хомъ тѧ̀, ѿ сосе́цъ ма́тернихъ, чꙋдотво́рца и҆ по́стника сꙋ́ща. сегѡ̀ ра́ди бг҃а и҆з̾ ᲂу҆́стъ младе́нєцъ и҆ ссꙋ́щихъ хвалꙋ̀ соверша́ющаго похвалѧ́юще, зове́мъ: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ в҃.

Ра́зꙋмъ безчи́сленный подава́ѧ лю́демъ бг҃ъ ра́зꙋмѡвъ гдⷭ҇ь, ѿве́рзе тебѣ̀ ᲂу҆́мъ разꙋмѣ́ти писа̑нїѧ, се́ргїе прпⷣбне, пре́жде ко́снꙋ и҆ неꙋдо́бнꙋ ко и҆зꙋче́нїю кни́жныѧ премꙋ́дрости бы́вшꙋ, да ꙗ҆ви́тсѧ, ꙗ҆́кѡ не ѿ человѣ̑къ, но ѿ бг҃а прїѧ́лъ є҆сѝ ра́зꙋмъ кни́жный: ѡ҆ не́мже ѡ҆бра́дованный ѿ ꙗ҆́вльшагѡсѧ тебѣ̀ во ѡ҆́бразѣ и҆́ночестѣмъ а҆́гг҃ла, прїимѝ ѿ на́съ ра́достное пѣ́нїе сїѐ:

Ра́дꙋйсѧ, и҆зꙋчи́вый во пе́рвыхъ че́сти сло́во, є҆́же въ нача́лѣ бѣ̀ ᲂу҆ бг҃а: ра́дꙋйсѧ, ѡ҆брѣты́й въ не́мъ сокро́вище премꙋ́дрости и҆ ра́зꙋма мно́га.

Ра́дꙋйсѧ, на хартїѝ тѣлесѐ хрⷭ҇то́ва, а҆́ки пѧ́ть слове́съ, пѧ́ть ꙗ҆́звъ больши́хъ прочита́вый: ра́дꙋйсѧ, въ писа́нїи то́мъ живо́тъ вѣ́чный и҆спыта́вый.

Ра́дꙋйсѧ, ᲂу҆́мъ тво́й къ нб҃сѝ чте́нїемъ кни́гъ бжⷭ҇твенныхъ воспери́вый: ра́дꙋйсѧ, во творе́нїи рꙋкꙋ̀ є҆гѡ̀ себѣ̀ поꙋчи́вый.

Ра́дꙋйсѧ, навы́кнꙋвый храни́ти стра́хъ бж҃їй премꙋ́дрости нача́ло: ра́дꙋйсѧ, всѣ̑мъ соꙋча́щымсѧ къ тебѣ̀ бы́вый добродѣ́тели зерца́ло.

Ра́дꙋйсѧ, на скрижа̑ли срⷣца своегѡ̀ зако́нъ бж҃їй написа́вый: ра́дꙋйсѧ, ᲂу҆че́нїе сїѐ всѣ̑мъ послꙋ́шающымъ тѧ̀ преда́вый.

Ра́дꙋйсѧ, ю҆́ность твою̀ въ цѣломꙋ́дрїи ѡ҆бꙋчи́вый: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ дѣ́вꙋ чи́стꙋ женихꙋ̀ хрⷭ҇тꙋ̀ себѐ ѡ҆брꙋчи́вый.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ г҃.

Си́ла вы́шнѧгѡ ѡ҆сѣнѝ, прпⷣбне, непоро́чнꙋю твою̀ дꙋ́шꙋ, въ не́йже стра́хъ бж҃їй заче́нши, и҆ поболѣ́вши мно́гими трꙋды̀, разли̑чнаѧ и҆скꙋшє́нїѧ и҆ скѡ́рби мꙋ́жественнѡ претерпѣ́вши, родила̀ є҆сѝ дꙋ́хъ сп҃се́нїѧ, пою́щи всеси́льномꙋ бг҃ꙋ: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ г҃.

И҆мы́й помышле́нїе таково́е въ себѣ̀, прпⷣбне се́ргїе, по сме́рти роди́телей свои́хъ, ꙗ҆́кѡ всѧ́кѡ ᲂу҆мре́ти и҆́мать, бл҃горазꙋ́мнѡ разсꙋди́въ кра́ткость сеѧ̀ жи́зни, разда́лъ є҆сѝ всѧ̑ ѡ҆ста̑вльшаѧ и҆мѣ̑нїѧ ни́щымъ, ничто́же на пропита́нїе себѣ̀ ѡ҆ставлѧ́ѧ, ны́нѣ ᲂу҆́бѡ въ присносꙋ́щныхъ бога́тствѣхъ безсме́ртныѧ насыща́ѧсѧ сла́вы, слы́шиши ѿ на́съ такѡва́ѧ:

Ра́дꙋйсѧ, любвѐ ра́ди зижди́телѧ своегѡ̀ зємна́ѧ къ землѝ возврати́вый: ра́дꙋйсѧ, прїѡбрѣ́тенїѧ ра́ди хрⷭ҇то́ва, ᲂу҆мє́ты всѧ̑ бы́ти вмѣни́вый.

Ра́дꙋйсѧ, ѿвергі́й бога́тство, ꙗ҆́кѡ те́рнїе подавлѧ́ющее сѣ́мена дꙋхѡ́вныѧ: ра́дꙋйсѧ, возненави́дѣвый то̀, ꙗ҆́кѡ вещество̀ пла́мене грѣхо́вна.

Ра́дꙋйсѧ, бл҃же́нство нищеты̀ дꙋхо́вныѧ сподо́бльшїйсѧ прїѧ́ти: ра́дꙋйсѧ, восхотѣ́вый нище́тнѣ вни́ти въ нбⷭ҇ное црⷭ҇твїе ᲂу҆́зкими враты̀, и҆ въ простра́нствѣ ста́ти.

Ра́дꙋйсѧ, и҆́го хрⷭ҇то́во благо́е и҆ бре́мѧ ле́гкое понесы́й и҆змла́да: ра́дꙋйсѧ, не ѡ҆брати́выйсѧ вспѧ́ть въ ше́ствїи до го́рнѧгѡ гра́да.

Ра́дꙋйсѧ, пре́жде кончи́ны твоеѧ̀ во ᲂу҆мерщвле́нїе страсте́й ѡ҆блече́нный: ра́дꙋйсѧ, во ᲂу҆мерщвле́нномъ тѣлесѝ нетлѣ́нїѧ ри́зою ᲂу҆краше́нный.

Ра́дꙋйсѧ, бога́тства неги́блющагѡ въ животѣ̀ вѣ́чнѣмъ ѡ҆блада́телю: ра́дꙋйсѧ, непостижи́мыѧ сла́вы ст҃ы́хъ созерца́телю.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ д҃.

Бꙋ́рѧ безмѣ́рнаѧ лꙋка́выхъ дꙋхѡ́въ, многоразли́чне тща́шесѧ препѧ́ти твоемꙋ̀, прпⷣбне се́ргїе, трꙋдолю́бномꙋ житїю̀: ѻ҆вогда̀ бо въ ѕвѣ̑ри и҆ ѕмі̑и преѡбразова́хꙋсѧ, ѻ҆вогда̀ же ꙗ҆́кѡ нѣ́кое во́инство со ꙗ҆́ростїю ᲂу҆стремлѧ́хꙋсѧ на тѧ̀ свирѣ́пѡ: ты́ же мꙋ́жественнѡ мл҃твою себѐ воѡрꙋжа́ѧ, прогна́лъ є҆сѝ всѧ̑ и҆́хъ бѣсѡ́вскаѧ пѡ́лчища, не ᲂу҆боѧ́всѧ ко́зней и҆́хъ, зовы́й бг҃ꙋ: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ д҃.

Слы́шаще твоѐ терпѣливодꙋ́шное въ безмо́лвїи житїѐ, пребл҃же́нне, мно́зи ѿ ѡ҆кре́стныхъ градѡ́въ и҆ стра́нъ стека́хꙋсѧ къ тебѣ̀ по́льзы ра́ди, и҆ні́и же хотѧ́ще съ тобо́ю жи́ти и҆ наставлѧ́тисѧ ѿ тебѣ̀ на пꙋ́ть сп҃се́нїѧ: и҆́хже любе́знѡ прїе́млѧ, созда́лъ є҆сѝ къ моле́нїю це́рковь во и҆́мѧ прест҃ы́ѧ трⷪ҇цы, ᲂу҆строева́ѧ наипа́че сама́го себѐ въ жили́ще досто́йнѡ є҆ди́номꙋ въ трⷪ҇цѣ бг҃ꙋ. сегѡ̀ ра́ди похвалѧ́емъ тѧ̀, глаго́люще:

Ра́дꙋйсѧ, трича́стное дꙋшѝ твоеѧ̀ къ бг҃ꙋ трїѷпоста́сномꙋ впери́вый: ра́дꙋйсѧ, бг҃а ѻ҆ц҃а̀ вѣ́тхагѡ де́ньми воспомина́нїемъ дре́внихъ бл҃годѣѧ́нїй бж҃їихъ въ па́мѧти твое́й носи́вый.

Ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ мⷣрость сн҃а, премⷣрѣ ѡ҆ на́съ смотре́нїе соверши́вшагѡ, въ ра́зꙋмѣ твое́мъ сїѧ́ше: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ блгⷣть бг҃а дх҃а ст҃а́гѡ въ во́ли твое́й бл҃ги́хъ хотѣ́вшей ѡ҆бита́ше.

Ра́дꙋйсѧ, трѝ и҆зрѧ̑дныѧ добродѣ̑тели и҆́ночества твоегѡ̀ же́ртвовавый трⷪ҇цѣ неле́стнѡ: ра́дꙋйсѧ, ѿда́вый послꙋша́нїе бг҃ꙋ ѻ҆ц҃ꙋ̀, є҆мꙋ́же сн҃ъ послꙋшли́въ бѣ̀ да́же до сме́рти крⷭ҇тныѧ.

Ра́дꙋйсѧ, нищетꙋ̀ твою̀ бг҃ꙋ сы́нꙋ ѡ҆бнища́вшемꙋ на́съ ра́ди, въ пло́ти твое́й ꙗ҆ви́вый смире́ннѡ: ра́дꙋйсѧ, чистотꙋ̀ свою̀ ст҃о́мꙋ дх҃ꙋ, въ чи́стыхъ сердца́хъ живꙋ́щемꙋ, сохрани́вый нетлѣ́ннѡ.

Ра́дꙋйсѧ, съ добродѣ́тельными твои́ми плоды̀ возложи́вый на бг҃а ѻ҆ц҃а̀ вѣ́рꙋ всецѣ́лꙋ: ра́дꙋйсѧ, ѡ҆крила́тѣвый ꙗ҆́кѡ ѻ҆ре́лъ, наде́ждею на бг҃а сн҃а, собира́ющагѡ на́съ ко своемꙋ̀ тѣ́лꙋ.

Ра́дꙋйсѧ, бг҃а дх҃а ст҃а́гѡ, во ѻ҆́гненныхъ соше́дшаго ѧ҆зы́цѣхъ, ѻ҆́гненною любо́вїю возлюби́вый: ра́дꙋйсѧ, и҆́хже ѻ҆́ко не ви́дѣ, и҆ ᲂу҆́хо не слы́ша, и҆ на се́рдце человѣ́кꙋ не взыдо́ша, сїѧ̑ ѿ трⷪ҇цы полꙋчи́вый.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ є҃.

Бг҃ото́чный и҆сто́чникъ пресвѣ́тлыхъ чꙋде́съ ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ, сла́вне се́ргїе, и҆злива́ѧ бл҃гоꙋго́дныхъ во́дъ стрꙋи̑, стремле́нїемъ свои́мъ веселѧ́щыѧ гра́дъ бж҃їй, ѡ҆би́тель прест҃ы́ѧ трⷪ҇цы, па́че же и҆ лицѐ всеѧ̀ землѝ напаѧ́ющыѧ ѡ҆би́льнѡ: ѿѻнꙋ́дꙋ же всѧ́къ съ вѣ́рою почерпа́ѧ, мнѡ́гаѧ и҆сцѣлє́нїѧ прїе́млетъ, просла́вльшемꙋ тѧ̀ бг҃ꙋ бл҃года́рственнѡ зовы́й: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ є҃.

Ви́дѣвше рѡссі́йстїи сы́нове пречꙋ́дное по бз҃ѣ житїѐ твоѐ, се́ргїе прпⷣбне, ꙗ҆́кѡ и҆ а҆́ще послѣдѝ лѣ́ты въ новопросвѣще́нной странѣ̀ рѡссі́йстѣй возра́слъ є҆сѝ, но дре́внихъ прпⷣбныхъ ѻ҆ц҃ъ че́сти сподо́билсѧ є҆сѝ, дарѡва́нїѧ чꙋде́съ досто́йнѡ прїе́мъ ѿ бг҃а, тогѡ̀ ра́ди наꙋчи́шасѧ пѣ́ти тебѣ̀:

Ра́дꙋйсѧ, а҆нтѡ́нїю вели́комꙋ равнострада́льне въ терпѣ́нїи бѣсо́вскихъ возста́нїй: ра́дꙋйсѧ, ѳеодо́сїю ѻ҆бщежи́тельства нача́льникꙋ подобонра́вне, въ хране́нїи ѻ҆бщежи́тельныхъ преда́нїй.

Ра́дꙋйсѧ, са́ввѣ ѡ҆свѧще́нномꙋ во мно́жественномъ числѣ̀ ᲂу҆ченикѡ́въ счи́сленный: ра́дꙋйсѧ, а҆рсе́нїю мꙋ́жества и҆́мѧ носѧ́щемꙋ, въ дꙋхо́вномъ мꙋ́жествѣ сравне́нный.

Ра́дꙋйсѧ, со і҆ѡа́нномъ лѣ́ствичникомъ восхожде́нїе въ се́рдцѣ свое́мъ къ нб҃сѝ положи́вый: ра́дꙋйсѧ, съ мака́рїемъ бл҃же́нство въ нетлѣ́нномъ твое́мъ тѣлесѝ полꙋчи́вый.

Ра́дꙋйсѧ, ѻ҆нꙋ́фрїю вели́комꙋ подража́вый житїе́мъ въ пꙋсты́ни: ра́дꙋйсѧ, паѵ́сїю вели́комꙋ послѣ́довавый во всѧ́кой ст҃ы́ни.

Ра́дꙋйсѧ, сѷмеѡ́на сто́лпника приме́ромъ высо́кїй сто́лпъ добродѣ́телей созда́вый: ра́дꙋйсѧ, па́ѵла препро́стагѡ се́рдца неѕло́бїе во всѣ́мъ житїѝ свое́мъ показа́вый.

Ра́дꙋйсѧ, а҆ѳана́сїю безсме́ртїѧ ᲂу҆ча́стниче, не и҆́менемъ, но дѣла́ми: ра́дꙋйсѧ, съ є҆ѵѳѵ́мїемъ благодꙋ́шнымъ въ безконе́чныѧ весе́лїѧ возше́дый є҆го́же стопа́ми.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́ч҃е на́шъ.

Конда́къ ѕ҃.

Проповѣ́дꙋетъ рѡссі́йскїй ро́дъ пресла̑внаѧ и҆ неисчє́тнаѧ твоѧ̑ чꙋдеса̀, и҆зрѧдносла́вне чꙋдотво́рче се́ргїе: ко́ль мно́зи ѿ дꙋхѡ́въ нечи́стыхъ и҆зба́влени тобо́ю бы́ша, ко́ль мнѡ́зи ѿ разли́чныхъ недꙋ́гѡвъ, бѣ́дъ и҆ напа́стей твои́ми спасо́шасѧ мл҃твами. ты́ бо є҆сѝ крѣ́пкїй во бра́нехъ сꙋ́щымъ помо́щникъ, болѧ́щымъ вра́чъ, ѡ҆би̑димымъ застꙋ́пникъ: ты̀ всѣ̑мъ всѧ̑ могі́й ѡ҆ чꙋдодѣ́йствꙋющемъ тобо́ю хрⷭ҇тѣ̀, да всѣ́хъ наꙋчи́ши пѣ́ти: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ ѕ҃.

Возсїѧ̀ па́че со́лнца воздержа́нїе твоѐ, прпⷣбный: є҆гда̀ не пекі́йсѧ ѡ҆ бра́шнѣ, є҆́же не поста́витъ на́съ пред̾ бг҃омъ, скꙋ́дости ра́ди въ монастырѣ̀ твое́мъ, без̾ пи́щи трѝ днѝ пребы́вшꙋ бра́тїю и҆ во мра́цѣ ско́рби сꙋ́щꙋю, ѡ҆зари́лъ є҆сѝ лꙋча́ми бл҃года́рственнагѡ терпѣ́нїѧ, и҆́стиннагѡ воздержа́нїѧ и҆ несомне́ннагѡ ᲂу҆пова́нїѧ на бг҃а: ѿ него́же а҆́бїе ѻ҆би́льство всѣ́хъ бла̑гъ твои́ми мл҃твами полꙋчи́вше, воспѣ́ша тебѣ̀ си́це:

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбнѣйшїй а҆́лчꙋщихъ пита́телю: ра́дꙋйсѧ, и҆ дх҃о́внагѡ насыще́нїѧ тре́бꙋющымъ пода́телю.

Ра́дꙋйсѧ, а҆лка́вый и҆ жа́ждавый пра́вды, насыща́ѧйсѧ же ны́нѣ: ра́дꙋйсѧ, посажде́нный на трапе́зѣ нбⷭ҇нѣй въ по́стническомъ чи́нѣ.

Ра́дꙋйсѧ, ѿложи́вый ѡ҆ тлѣ́нной пи́щи попече́нїе безмѣ́стнѡ: ра́дꙋйсѧ, и҆спо́лнивый ѡ҆би́тель свою̀ бра́шны принесе́нными безвѣ́стнѡ.

Ра́дꙋйсѧ, бл҃гостїю бж҃їею, а҆ не то́кмѡ бра́шны, сердца̀ на̑ша ᲂу҆твержда́ѧй: ра́дꙋйсѧ, глаго́ломъ, и҆сходѧ́щимъ и҆з̾ ᲂу҆́стъ бж҃їихъ па́че, не́же хлѣ́бомъ, насыща́ѧй.

Ра́дꙋйсѧ, бра́шно дѣ́лавый пребыва́ющее въ живо́тъ вѣ́чный, а҆ не бра́шно тѣле́снѡ: ра́дꙋйсѧ, въ крѣ́пости ꙗ҆́ди тоѧ̀ ше́ствовавый да́же до горы̀ нбⷭ҇ныѧ.

Ра́дꙋйсѧ, побѣжда́ѧй врагѝ на́шѧ мл҃твами твои́ми, ꙗ҆́кѡ хлѣ́бомъ ви́дѣннымъ ᲂу҆ гедеѡ́на: ра́дꙋйсѧ, вкꙋша́ѧй хлѣ́ба а҆́гг҃льскагѡ во дво́рѣхъ вы́шнѧгѡ сїѡ́на.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ з҃.

Хотѧ́щꙋ пребл҃же́нномꙋ а҆леѯі́ю, всерѡссі́йскомꙋ па́стырю, ѿ ны́нѣшнѧгѡ вѣ́ка преле́стнагѡ преста́витисѧ, призва́нъ бы́лъ є҆сѝ бг҃оно́сне се́ргїе, да прїи́меши по не́мъ са́нъ ст҃и́тельства, ѡ҆брꙋче́ннагѡ тебѣ̀ ѿ негѡ̀ возложе́нїемъ креста̀ а҆рхїере́йскагѡ, зла́томъ и҆ ка́менїемъ ᲂу҆краше́ннагѡ: ты́ же смиренномꙋ́дрїѧ люби́телѧ, не златоно́сца себѐ ꙗ҆влѧ́ѧ, и҆ толи́кагѡ са́на недосто́йна бы́ти вмѣни́въ, смиренномꙋ́дреннѡ при крⷭ҇тѣ̀ и҆́ноческагѡ терпѣ́нїѧ твоегѡ̀, сꙋдьбы̀ гдⷭ҇ни вожделе́нныѧ па́че зла́та и҆ ка́мене че́стна храни́ти восхотѣ́лъ є҆сѝ, зовы́й бг҃ꙋ: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ з҃.

Но́вое не́бо ѿ высоты̀ житїѧ̀ твоегѡ̀ разꙋмѣва́емъ тѧ̀, ѻ҆́ч҃е, дѣѧ́нїемъ и҆ видѣ́нїемъ, а҆́ки двѣма̀ завѣ́сома ᲂу҆твержде́на, неисче́тными же чꙋдесы̀ ꙗ҆́кѡ ѕвѣзда́ми блиста́юща. тебѣ̀ кра́снаѧ ꙗ҆́кѡ лꙋна̀ бцⷣа, со ст҃ы́ми а҆пⷭ҇лы петро́мъ и҆ і҆ѡа́нномъ, а҆́ки со заре́ю вече́рнею и҆ денни́цею ᲂу҆́треннею, посѣща́ше. чрез̾ зна́мєнїѧ ᲂу҆́бѡ добродѣ́телей твои́хъ, пра́вды сл҃нце мы́сленное хрⷭ҇то́съ гдⷭ҇ь, тече́нїе своѐ творѧ̀, просвѣща́етъ всѣ́хъ зовꙋ́щихъ тѝ си́це:

Ра́дꙋйсѧ, во ю҆́ности посвѧти́вый въ же́ртвꙋ прїѧ́тнꙋ бг҃ови, ꙗ҆́кѡ ю҆нца̀, себѐ сама́го: ра́дꙋйсѧ, сохрани́вый невре́днѡ цѣломꙋ́дрїе дѣ́вства драга́гѡ.

Ра́дꙋйсѧ, прехожде́нїемъ свои́мъ въ пꙋсты́нѧхъ мнѡ́гїѧ ѡ҆би́тєли насади́вый: ра́дꙋйсѧ, чꙋдотво́рныхъ во́дъ, ѿ бг҃а ᲂу҆моле́нїемъ, че́рплющихъ всѣ́хъ наслади́вый.

Ра́дꙋйсѧ, возмогі́й рыка́ющаго дїа́вола, ꙗ҆́кѡ льва̀ мꙋ́жественнѡ побѣди́ти: ра́дꙋйсѧ, съ се́ю побѣ́дою ᲂу҆досто́ивыйсѧ во врата̀ сла́вы торже́ственнѡ вни́ти.

Ра́дꙋйсѧ, навы́кнꙋвый кро́тости ѿ а҆́гнца, взе́млющагѡ всѧ̑ ѕла̑ѧ: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ за соблюде́нїе пра́вды полꙋчи́лъ є҆сѝ вѣ̑чнаѧ блага̑ѧ.

Ра́дꙋйсѧ, щито́мъ вѣ́ры ᲂу҆гаси́вый всѧ̑ разжжє́ннаѧ лꙋка́вагѡ стрѣ́лы: ра́дꙋйсѧ, сокрꙋши́вый се́дмь гла́въ ѕло́бы а҆́дскагѡ ѕмі́ѧ, се́дмь грѣхѡ́въ сме́ртныхъ проти́вными бл҃ги́ми дѣ́лы.

Ра́дꙋйсѧ, совокꙋ́пленꙋ и҆мѣ́ѧй любо́вь къ бг҃ꙋ и҆ бли̑жнимъ: ра́дꙋйсѧ, и҆сточа́ѧй ѿ ра́ки своеѧ̀ цѣльбы̑ въ по́льзꙋ на́мъ ни̑жнимъ.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ и҃.

Стра́нное и҆ ᲂу҆жа́сное видѣ́нїе ви́дѣ мѡѷсе́й бг҃ови́дец, ꙗ҆́кѡ кꙋпина̀ горѧ́щи, и҆ не сгара́ше: ᲂу҆жа́снагѡ сподо́бисѧ видѣ́нїѧ и҆ ᲂу҆чени́къ тво́й сі́мѡнъ, є҆гда̀ слꙋжа́щꙋ тѝ бжⷭ҇твеннꙋю лїтꙋргі́ю, ви́дѣ невеще́ственный ѻ҆́гнь, ѡ҆сѣнѧ́ющь ѻ҆лта́рь и҆ ѡ҆крꙋжа́ющь сщ҃е́ннꙋю трапе́зꙋ: тебѣ̀ же, прпⷣбне се́ргїе, ѿ главы̀ до ногꙋ̀ во ѻ҆гнѝ стоѧ́щꙋ, и҆ тѣ́мъ соше́дшимъ, а҆́ки плащани́ца, во ст҃ꙋ́ю ча́шꙋ, нбⷭ҇нымъ прича́щшагосѧ ѻ҆гне́мъ, бг҃ъ бо на́шъ ѻ҆́гнь є҆́сть поѧда́ѧй: ѻ҆ба́че тѧ̀ не ѡ҆палѝ, но па́че просвѣтѝ, во є҆́же пѣ́ти: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ и҃.

Ве́сь ро́дъ рѡссі́йскїй, воеди́нѡ совокꙋ́пленный, не возмо́жетъ бл҃года́рственнагѡ возда́ти похвале́нїѧ предста́тельствꙋ твоемꙋ̀, достохва́льне се́ргїе: не то́чїю бо бли́зъ притека́ющихъ къ цѣльбоно́сномꙋ твоемꙋ̀ гро́бꙋ, но и҆ дале́че ѿстоѧ́щихъ, и҆ призыва́ющихъ всечестно́е твоѐ и҆́мѧ, те́плымъ твои́мъ предста́тельствомъ защища́еши и҆ храни́ши ѿ всѧ́кагѡ ѕла̀. є҆ли́кѡ ᲂу҆̀бо возмо́жнѡ бл҃года́рствꙋюще похвалѧ́емъ тѧ̀ такѡвы́ми гла́сы:

Ра́дꙋйсѧ, слꙋжи́телю бж҃їй ѡ҆ вѣ́рныхъ ᲂу҆молѧ́ѧй: ра́дꙋйсѧ, наста́вниче грѣ́шныхъ къ нб҃сѝ направлѧ́ѧй.

Ра́дꙋйсѧ, дꙋшѝ бѣ́дствꙋющїѧ и҆ тѣ́ла многомо́щный храни́телю: ра́дꙋйсѧ, ѡ҆скорблѧ́ємымъ те́плый покрови́телю.

Ра́дꙋйсѧ, предводи́телю до́брый въ пꙋ́ть сп҃се́нїѧ текꙋ́щымъ: ра́дꙋйсѧ, защи́тителю до́брый во бра́ни мі́ра сꙋ́щымъ.

Ра́дꙋйсѧ, цѣли́телю и҆зѧ́щный болѣ́зни дꙋше́вной и҆ тѣле́сной: ра́дꙋйсѧ, просвѣти́телю чꙋ́дный ѻ҆бою̀ тмы̀ ѻ҆че́сной.

Ра́дꙋйсѧ, посѣти́телю ско́рый въ не́мощи лежа́щымъ: ра́дꙋйсѧ, ᲂу҆тѣ́шителю мꙋ́дрый въ бѣда́хъ слезѧ́щымъ.

Ра́дꙋйсѧ, пособи́телю крѣ́пкїй во́ємъ хрⷭ҇тїа̑нскимъ: ра́дꙋйсѧ, прогони́телю стра́шный по́лчищємъ пога́нскимъ.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ ѳ҃.

Всѧ́кꙋю стѧжа́лъ є҆сѝ чꙋдодѣ́йствїѧ си́лꙋ, блгⷣтїю ди́внагѡ во ст҃ы́хъ свои́хъ бг҃а, всебога́те се́ргїе: не то́кмѡ бѣ́сы ѿ человѣ̑къ ды́момъ мл҃твъ твои́хъ прогна́лъ є҆сѝ, ꙗ҆́кѡ рафаи́лъ: прокажє́нныѧ ѡ҆чи́стилъ є҆сѝ, въ пролїѧ́нїи пред̾ бг҃омъ сле́зъ, ꙗ҆́кѡ во і҆ѻрда́нѣ є҆лїссе́й: плѣнє́нныѧ ѿ ва̑рваръ, ско́ро предвари́въ ѡ҆свободи́лъ є҆сѝ, ꙗ҆́кѡ нїкола́й чꙋ́дный: ᲂу҆ме́ршагѡ же ѻ҆́трока воскреси́въ, животворѧ́щемꙋ мє́ртвыѧ, и҆ зовꙋ́щемꙋ не сꙋ̑щаѧ, ꙗ҆́кѡ сꙋ̑щаѧ, бг҃ꙋ, ѡ҆ всѣ́хъ пресла́вныхъ твои́хъ чꙋдотворе́нїихъ созыва́лъ є҆сѝ всѣ́хъ воспѣ́ти: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ ѳ҃.

Вѣті̑ѧ сꙋемꙋ́дрєнныѧ ѿстꙋ́пническїѧ ѡ҆бличи́лъ є҆сѝ, предста́въ во снѣ̀ пресвѵ́терꙋ сѷмеѡ́нꙋ, не низпа́дшемꙋ въ ѕлоче́стїе тщесо́вѣстное и҆ по преставле́нїи твое́мъ ѿве́рженное ѿ тебѣ̀: тѣ́мже всѝ и҆́стиннаѧ восто́чныѧ ст҃ы́ѧ цр҃кве ча́да и҆мꙋ́ще тѧ̀ столпа̀ цр҃ко́внагѡ въ вѣ́рѣ непоколеби́ма, ᲂу҆бл҃жа́ютъ си́це:

Ра́дꙋйсѧ, злосла́вное ѿстꙋ́пническое любомꙋ́дрїе ᲂу҆кори́вый: ра́дꙋйсѧ, правовѣ́рныхъ бл҃гоче́стїе ᲂу҆ѧсни́вый.

Ра́дꙋйсѧ, и҆́стинныѧ премꙋ́дрости содержа́вый догма́ты: ра́дꙋйсѧ, наꙋчи́вый не пре́нїемъ, но вѣ́рою возмога́ти.

Ра́дꙋйсѧ, ѡ҆бличи́вый ѿстꙋпле́нїе вѣ́ры, ꙗ҆́кѡ всѣ̑мъ ѕлы̑мъ вино́внѡ: ра́дꙋйсѧ, правовѣ́рныхъ въ преда́нїи ст҃ы́хъ ѻ҆ц҃ъ ᲂу҆тверди́вый бг҃осло́внѡ.

Ра́дꙋйсѧ, не бл҃говоли́вый въ ѕловѣ́рныхъ многоглаго́ланїю вре́дномꙋ: ра́дꙋйсѧ, ᲂу҆праздни́вый тѣ́хъ великомꙋ́дрствїе ѡ҆ бл҃горѣ́чїи тще́тномъ.

Ра́дꙋйсѧ, не внѣ́шними словесы̀, но бж҃їимъ свидѣ́тельствомъ воѡрꙋже́нный: ра́дꙋйсѧ, на ка́мени краеꙋго́льномъ хрⷭ҇тѣ̀, неподви́жимою вѣ́рою ᲂу҆твержде́нный.

Ра́дꙋйсѧ, бл҃гоче́стнѡ тече́нїе сконча́вый, и҆ вѣ́рꙋ соблюды́й нескве́рнꙋ: ра́дꙋйсѧ, въ вѣнцѣ̀ пра́вды предста́вый свѣ́тꙋ невече́рню.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ і҃.

Сп҃се́нїѧ ра́ди хотѧ́щемꙋ ᲂу҆ченикꙋ̀ твоемꙋ̀ і҆саа́кїю молчали́вое храни́ти житїѐ, и҆ просѧ́щемꙋ на сѐ ᲂу҆ тебѣ̀ бл҃гослове́нїѧ, повелѣ́лъ є҆сѝ прїитѝ во вре́мѧ бжⷭ҇твенныѧ лїтꙋргі́и ко ѻ҆лтарю̀, и҆дѣ́же є҆гда̀ бл҃гословлѧ́лъ є҆сѝ є҆гѡ̀, ви́дѣ ѻ҆́нъ а҆́ки нѣ́кїй вели́къ пла́мень и҆зше́дъ ѿ рꙋкꙋ̀ твое́ю, чꙋдотво́рче, и҆ прикоснꙋ́вшїйсѧ є҆мꙋ̀, ꙗ҆́кѡ клеще́ю ѻ҆́гнь ѿ ѻ҆лтарѧ̀ взе́мшею, бл҃гословѧ́щею твое́ю рꙋко́ю: се́ же бы́сть є҆мꙋ̀ къ потребле́нїю неключи́магѡ праздносло́вїѧ, къ ᲂу҆твержде́нїю же въ безстра́стномъ молча́нїи съ серафі́мы пѣ́ти бг҃ꙋ: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ і҃.

Стѣна̀ вели́ка и҆ высо́ка, и҆мꙋ́щаѧ ѡ҆снова́нїй двана́десѧть неподви́жимыхъ дѡгма́тъ правосла́вныѧ на́шеѧ вѣ́ры, ты̀ є҆сѝ, адамантодꙋ́шне се́ргїе, ѡ҆стѣнѧ́ѧ велелѣ́потне пречестнꙋ́ю свою̀ ѡ҆би́тель, а҆́ки гра́дъ вели́кїй ст҃ы́й і҆ерⷭ҇ли́мъ, низше́дый рѡ́ссѡмъ съ нб҃сѐ, ѿ бг҃а и҆мꙋ́щь сла́вꙋ бж҃їю въ чꙋдесѣ́хъ твои́хъ, и҆ ᲂу҆краше́нїе всѧ́кимъ драги́мъ ка́менїемъ многоцѣ́нныхъ твои́хъ мл҃твъ, и҆́миже ѡ҆стѣнѧ́еши всѣ́хъ зовꙋ́щихъ тѝ си́це:

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне, ꙗ҆́кѡ і҆а́спїсъ пресвѣ́тлѣйшїй, во всѣ́й подсо́лнечной сїѧ́ѧй чꙋде́снѡ: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ сапфі́ръ невоѡбра́зный, блиста́ѧй на́мъ житїѐ поднбⷭ҇но.

Ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ халкидѡ́нъ ᲂу҆глеви́дный, ѻ҆гне́мъ любвѐ бж҃їѧ разжже́нный: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ смара́гдъ зеленѣ́ющїй, присновесе́ннимъ вѣнце́мъ ᲂу҆вѧзе́нный.

Ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ сардо́нѷѯъ, но́гтѧ нечꙋ́вственнагѡ цвѣ́тъ и҆мы́й, ᲂу҆мерщвле́нїе страсте́й подава́ѧй: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ са́рдїй, ꙗ҆́звы ѿ желѣ́за цѣлѧ́щїй ᲂу҆ѧ́звленныхъ на бра́ни, вѣ́рныхъ чꙋдотво́рнѣ и҆сцѣлѧ́ѧй.

Ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ хрѷсолі́фъ златосвѣтѧ́щїй, многоцѣ́нными добродѣ́тельми блиста́ѧй: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ вирѵ́ллъ, носѧ́й морскі́й ви́дъ, пла́вающихъ въ мо́ри безбѣ́днѡ ᲂу҆правлѧ́ѧй.

Ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ топа́зїй цѣльбоно́сный, и҆сцѣлѧ́ѧй слѣпотꙋ̀ дꙋше́внꙋю и҆ тѣле́снꙋю: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ хрѷсопра́съ надзлатоѧ́снѣйшїй, полꙋчи́вый добро́тꙋ нб҃снꙋ.

Ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ ꙗ҆кі́нѳъ воздꙋхови́дный, на воздꙋ́сѣ восхище́нъ бы́ти гото́въ во срѣ́тенїе гдⷭ҇не: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ а҆меѳѵ́стъ ѻ҆гнесвѣ́тлый, пожига́ѧй бѣсѡ́въ мно́жество преиспо́дне.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ а҃і.

Пѣ́нїе всѧ́кое побѣжда́етсѧ, звѣздочи́сленными твои́ми трꙋды̀, всебл҃же́нне се́ргїе: кто́ бо ѿ земноро́дныхъ просла́витъ жесто́кое твоѐ житїѐ; кто̀ возвели́читъ сщ҃є́нныѧ по́двиги твоѧ̑; безмо́лвїе соверше́нное, смире́нїе нелицемѣ́рное, по́стъ протѧже́нный, мл҃твꙋ непреста́ннꙋю, чистотꙋ̀ по внꙋ́треннемꙋ и҆ внѣ́шнемꙋ человѣ́кꙋ; за нѧ́же сподо́билсѧ є҆сѝ со всѣ́ми без̾ поро́ка послѣ́дꙋющими а҆́гнцꙋ, и҆ бл҃гоꙋго́днѣ подвиза́вшимисѧ, пѣ́ти: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ а҃і.

Свѣтоза́рнымъ свѣ́томъ блиста́етъ ѡ҆би́тель твоѧ̀, всесвѣ́тлый чꙋдотво́рче, и҆зне́сши ѿ земна́гѡ покрове́нїѧ сїѧ́ющыѧ чꙋдеса́ми нетлѣ̑нныѧ мо́щи твоѧ̑, и҆ поста́вльши и҆̀хъ ꙗ҆́кѡ свѣти́льникъ на мѣ́сте досто́йнѣ, да и҆спо́лнитсѧ рече́нїе гдⷭ҇не: не вжига́ютъ свѣти́льника, и҆ под̾ спꙋ́домъ не полага́ютъ, но на свѣ́щникъ поставлѧ́ютъ, да входѧ́щїи ви́дѧтъ. тѣ́мже всѝ въ хра́мѣ твое́мъ, и҆ вездѣ̀ тобо́ю просвѣща́еми, дерза́емъ глаго́лати тебѣ̀:

Ра́дꙋйсѧ, свѣ́щниче трича́стный, тремѝ свѣтлѣ́йшими бг҃осло́вскими добродѣ́тельми свѣтѧ́щїй: ра́дꙋйсѧ, свѣти́лниче дво́йственный, любо́вїю ко бг҃ꙋ и҆ бли́жнемꙋ горѧ́щїй.

Ра́дꙋйсѧ, є҆го́же сꙋгꙋбоесте́ственный а҆рхїере́й, проше́дый нб҃са̀, въ слꙋже́нїе своѐ нбⷭ҇ное поста́ви: ра́дꙋйсѧ, є҆го́же стоѧ́й посредѣ̀ седмѝ свѣти̑лникъ, ꙗ҆́кѡ є҆ди́наго ѿ тѣ́хъ себѐ предста́ви.

Ра́дꙋйсѧ, свѣти́лниче, дара́ми дх҃а ст҃а́гѡ седмоѡсщ҃е́ный, ꙗ҆́кѡ ви́дѣнный заха́рїею прⷪ҇ро́комъ: ра́дꙋйсѧ, во свѣте́нїе чꙋде́сное поста́вленный въ рѡссі́и на мѣ́стѣ высо́комъ.

Ра́дꙋйсѧ, свѣти́лниче превознесе́ннѣйшїй, па́че свѣ́та ѡ҆свѣща́ющїй пла́вающихъ въ мо́ри: ра́дꙋйсѧ, свѣте́нїемъ твои́мъ наставлѧ́ѧй препла́вати ѿ мі́ра къ нб҃сѝ вско́рѣ.

Ра́дꙋйсѧ, свѣти́лниче мы́сленный, свѣтѧ́щїй ст҃ы́нею, па́че поста́вленнагѡ соломѡ́номъ, во ст҃ы́хъ ст҃а́ѧ: ра́дꙋйсѧ, блиста́нїемъ чꙋде́съ твои́хъ во всѧ̑ концы̀ землѝ сїѧ́ѧ.

Ра́дꙋйсѧ, ᲂу҆ме́рый мі́рꙋ, жи́въ же бг҃ови, ме́ртвомꙋ ѻ҆́трокꙋ дарова́вый жи́ти: ра́дꙋйсѧ, живы́й во вѣ́ки со хрⷭ҇то́мъ, съ ни́мже и҆ на́мъ молѝ бы́ти.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́ч҃е на́шъ.

Конда́къ в҃і.

Блгⷣть бж҃їю и҆сповѣ́давъ дре́вле маккавє́й, є҆гда̀ грѧдꙋ́щꙋ є҆мꙋ̀ съ во́инствомъ на сꙋпоста́ты, ꙗ҆ви́сѧ предводѧ́й и҆́хъ ко́нникъ въ ѻ҆де́ждѣ бѣ́лѣ, ᲂу҆крѣплѧ́ѧ тѣ́хъ и҆ мꙋ́жественны творѧ̀. ра́вное возсыла́етъ бл҃года́рствїе пресла́внаѧ ѡ҆би́тель чꙋдотво́рца се́ргїа, ѿ ѡ҆блежа́щихъ ю҆̀ врагѡ́въ и҆зба́вленнаѧ, ꙗ҆вле́нїемъ прпⷣбнагѡ ста́рца ѣ҆́здѧща, и҆ и҆мꙋ́ща въ рꙋцѣ̀ свое́й ме́чь ѡ҆бнаже́нъ: є҆го́же по́мощїю хра́брственнѡ и҆зше́дше сꙋ́щїи во ѡ҆бстоѧ́нїи, побѣди́ша сопроти̑вныѧ, ᲂу҆бл҃жа́юще спобо́рствꙋющаго и҆̀мъ чꙋдотво́рца, и҆ вопїю́ще бг҃ꙋ: А҆ллилꙋ́їа.

І҆́косъ в҃і.

Пою́ще твоѐ ᲂу҆спе́нїе, прпⷣбне ѻ҆́ч҃е, рѡссі́йстїи твоѧ̑ ча̑да, прославлѧ́емъ пода́телѧ всѣ́хъ благи́хъ бг҃а, дарова́вшагѡ на́мъ тебѣ̀, такова́го ѻ҆тца̀, и҆́же и҆ по преставле́нїи твое́мъ не ѡ҆ставлѧ́еши на́съ, но бл҃года́тными чꙋде́съ дарова̑нїи всегда̀ призира́еши, посѣща́еши, и҆ застꙋпа́еши: є҆мꙋ́же надгро́бное соверша́юще пѣ́нїе, ᲂу҆бл҃жа́емъ достопа́мѧтное твоѐ житїѐ любе́знымъ воспомина́нїемъ, и҆ па́ки совокꙋ́пнѣ си́мъ:

Ра́дꙋйсѧ, въ че́сть ст҃ы́ѧ трⷪ҇цы трикра́ты во ᲂу҆тро́бѣ ма́терней стра́ннѡ возгласи́вый: ра́дꙋйсѧ, въ па́мѧть хрⷭ҇то́выхъ страсте́й, сре́дꙋ и҆ пѧто́къ пости́выйсѧ.

Ра́дꙋйсѧ, и҆мѣ́нїе своѐ къ нб҃сѝ рꙋка́ми ни́щихъ предпосла́вый: ра́дꙋйсѧ, въ нищетѣ̀ дꙋше́вной и҆ тѣле́сной безпеча́лнѡ въ пꙋсты́ни ѡ҆бита́вый.

Ра́дꙋйсѧ, претерпѣ́вый бѣсѡ́вскаѧ наваждє́нїѧ преизли́шше: ра́дꙋйсѧ, созда́вый ѡ҆би́тель ст҃ѣ́й трⷪ҇цѣ трⷪ҇ческою по́мощїю свы́ше.

Ра́дꙋйсѧ, чꙋде́сныхъ во́дъ ѿ бг҃а ᲂу҆моле́нїемъ напо́лнивый ѡ҆би́тели твоеѧ̀ ѡ҆гра́дꙋ: ра́дꙋйсѧ, бра́шны неви́димо принесе́нными а҆́лчной бра́тїи сотвори́вый ѿра́дꙋ.

Ра́дꙋйсѧ, невосхотѣ́вый прїѧ́ти ст҃и́тельскїѧ вла́сти, ѻ҆дѣѧ́нїѧ и҆ ᲂу҆краше́нїѧ тѣле́сна: ра́дꙋйсѧ, во вре́мѧ лїтꙋргиса́нїѧ твоегѡ̀, ѡ҆дѣ́ѧнный пла́менемъ ѻ҆гнѧ̀ нб҃сѝ.

Ра́дꙋйсѧ, свѣти́лниче, є҆ле́емъ млⷭ҇ти кипѧ́й: ра́дꙋйсѧ, на свѣ́щницѣ сла́вы нбⷭ҇ныѧ горѧ́й.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́ч҃е на́шъ.

Конда́къ г҃і.

Ѽ вели́кїй чꙋдотво́рче се́ргїе всебл҃же́нне, преизрѧ́днѣйшїй рѡссі́йскїѧ страны̀ храни́телю! прїимѝ смире́ннѡ приноси́мое тебѣ̀ моле́нїе, и҆ твои́мъ ᲂу҆ нбⷭ҇нагѡ цр҃ѧ̀ предста́тельствомъ сохранѝ и҆ поми́лꙋй ѻ҆те́чество на́ше ѿ вра̑гъ ви́димыхъ и҆ неви́димыхъ, и҆ ѿ всѧ́кихъ скорбе́й, бѣ́дъ и҆ напа́стей, и҆ и҆схода́тайствꙋй въ нбⷭ҇номъ црⷭ҇твїи всѣ̑мъ прилѣ́жнѡ молѧ́щымсѧ, съ тобо́ю пѣ́ти: А҆ллилꙋ́їа.

Се́й конда́къ глаго́лн г҃-жды, та́же і҆́косъ а҃-й, и҆ конда́къ а҃-й.

І҆́косъ а҃.

А҆́гг҃лѡвъ творе́цъ въ трⷪ҇цѣ бг҃ъ, сла́вимый ѿ тро́йственныхъ сщ҃еннонача́лїй а҆́гг҃льскихъ трист҃ы́ми гла́сы, и҆збра̀ тѧ̀, прпⷣбне се́ргїе, во равноа́гг҃льное сщ҃еннослꙋже́нїе себѐ є҆щѐ ѿ ᲂу҆тро́бы ма́терни, въ не́йже трикра́ты во вре́мѧ ст҃ы́ѧ лїтꙋргі́и пачеесте́ственнѡ возгласи́лъ є҆сѝ. тѣ́мъ ꙗ҆́кѡ подобноа́гг҃льномꙋ слꙋжи́телю ст҃ы́ѧ трⷪ҇цы, въ ра́дости неизрече́нной со а҆́гг҃лы водворѧ́ющемꙋсѧ, ра́дѡстнаѧ приглаша́емъ тебѣ̀ си́це:

Ра́дꙋйсѧ, ѿ чре́ва ма́тернѧ ѡ҆сщ҃е́нный: ра́дꙋйсѧ, въ рожде́нїи твое́мъ варѳоломе́й, си́рѣчь сы́нъ ра́дости нарече́нный.

Ра́дꙋйсѧ, безпло́тныхъ сщ҃еннонача́льствїю а҆́гг҃льскимъ во пло́ти житїе́мъ твои́мъ подража́вый: ра́дꙋйсѧ, ѻ҆́гненнꙋю въ се́рдцѣ твое́мъ къ бг҃ꙋ любо́вь серафі́мски стѧжа́вый.

Ра́дꙋйсѧ, херꙋві́мски просвѣще́нный зна́нїемъ ѡ҆ бз҃ѣ: ра́дꙋйсѧ, прⷭ҇то́лꙋ є҆гѡ̀ предста́вый въ дерзнове́нїи мно́зѣ.

Ра́дꙋйсѧ, госпо́дствїю дꙋ́ха пло́ть свою̀ покори́вый: ра́дꙋйсѧ, си́лꙋ дарова́нїѧ въ чꙋдесѣ́хъ ꙗ҆ви́вый.

Ра́дꙋйсѧ, и҆мѣ́ѧй вла́сть проти́вныѧ вла́сти тмы̀ побѣжда́ти: ра́дꙋйсѧ, нача́льствꙋющихъ наста́вивый бг҃оꙋго́днѡ ᲂу҆правлѧ́ти.

Ра́дꙋйсѧ, а҆рха́гг҃льски бж҃їѧ дѣла̀ возвѣща́ѧй: ра́дꙋйсѧ, всѣ́хъ прибѣга́ющихъ къ тебѣ̀ ѿ бѣ́дъ а҆́гг҃льски сохранѧ́ѧй.

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Конда́къ а҃.

Возбра́нный воево́до во́инѡвъ дꙋхо́вныхъ, под̾ зна́менїемъ крⷭ҇та̀ во́инствꙋющихъ на неви́димаго врага̀, се́ргїе чꙋдотво́рче: ꙗ҆́кѡ и҆зба́вльшесѧ ѿ бѣ́дъ твои́ми побѣдоно́сными предста́тельствы, въ бра́ни житїѧ̀ сегѡ̀, похва̑льнаѧ восписꙋ́емъ тебѣ̀ въ хвалѣ̀ нбⷭ҇нѣй торжествꙋ́ющемꙋ добропобѣ́днѡ: ты́ же ꙗ҆́кѡ и҆мѣ́ѧ дерзнове́нїе къ непобѣди́момꙋ цр҃ю̀, посо́бствꙋй хода́тайственно всѣ̑мъ вѣ́рнѡ призыва́ющымъ тѧ̀, да́рꙋѧ побѣ́дꙋ на ви́димыѧ и҆ неви́димыѧ врагѝ, да зове́мъ тѝ:

Ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне чꙋдотво́рче се́ргїе, ѻ҆́тче на́шъ.

Моли́тва а҃.

Ѽ сщ҃е́ннаѧ главо̀, прпⷣбне бг҃оно́сне ѻ҆́ч҃е на́шъ се́ргїе, мл҃твою твое́ю, и҆ вѣ́рою и҆ любо́вїю ꙗ҆́же къ бг҃ꙋ и҆ чистото́ю се́рдца, є҆щѐ на землѝ во ѡ҆би́тель прест҃ы́ѧ трⷪ҇цы дꙋ́шꙋ твою̀ ᲂу҆стро́ивый, и҆ а҆́гг҃льскагѡ ѻ҆бще́нїѧ и҆ прест҃ы́ѧ бцⷣы посѣще́нїѧ сподо́бивыйсѧ, и҆ да́ръ чꙋдодѣ́йственныѧ бл҃года́ти прїе́мый, по ѿше́ствїи же твое́мъ ѿ земны́хъ наипа́че къ бг҃ꙋ прибли́живыйсѧ, и҆ нбⷭ҇ныѧ си́лы прїѻбщи́выйсѧ, но и҆ ѿ на́съ дꙋ́хомъ любвѐ твоеѧ̀ не ѿстꙋпи́вый, и҆ честны̑ѧ твоѧ̑ мо́щи, ꙗ҆́кѡ сосꙋ́дъ бл҃года́ти по́лный и҆ преизлива́ющїйсѧ, на́мъ ѡ҆ста́вивый! ве́лїе и҆мѣ́ѧ дерзнове́нїе ко всеми́лостивомꙋ влⷣцѣ, молѝ сп҃стѝ рабы̀ є҆гѡ̀, сꙋ́щей въ тебѣ̀ бл҃года́ти є҆гѡ̀ вѣ́рꙋющыѧ и҆ къ тебѣ̀ съ любо́вїю притека́ющыѧ: и҆спросѝ на́мъ ѿ великодарови́тагѡ бг҃а на́шегѡ всѧ́кїй да́ръ, всѣ̑мъ и҆ коемꙋ́ждо бл҃гопотре́бенъ, вѣ́ры непоро́чны соблюде́нїе, градѡ́въ на́шихъ ᲂу҆твержде́нїе, мі́ра ᲂу҆мире́нїе, ѿ гла́да и҆ па́гꙋбы и҆збавле́нїе, ѿ наше́ствїѧ и҆ноплеме́нныхъ сохране́нїе, скорбѧ́щымъ ᲂу҆тѣше́нїе, недꙋ́гꙋющымъ и҆сцѣле́нїе, па́дшымъ возставле́нїе, заблꙋжда́ющымъ на пꙋ́ть и҆́стины и҆ сп҃се́нїѧ возвраще́нїе, подвиза́ющымсѧ ᲂу҆крѣпле́нїе, бл҃годѣ́лающымъ въ дѣ́лѣхъ благи́хъ преꙋспѣ́ѧнїе и҆ бл҃гослове́нїе, младе́нцємъ воспита́нїе, ю҆́нымъ наставле́нїе, невѣ́дꙋщымъ вразꙋмле́нїе, сирота́мъ и҆ вдови́цамъ застꙋпле́нїе. ѿходѧ́щымъ ѿ сегѡ̀ вре́меннагѡ житїѧ̀ къ вѣ́чномꙋ бл҃го́е ᲂу҆готовле́нїе и҆ напꙋ́тствїе, ѿше́дшымъ бл҃же́нное ᲂу҆покое́нїе, и҆ всѧ̑ ны̀ споспѣшествꙋ́ющими твои́ми мл҃твами сподо́би въ де́нь стра́шнагѡ сꙋда̀ шꙋ́їѧ ча́сти и҆зба́витисѧ, десны́ѧ же страны̀ ѻ҆́бщники бы́ти, и҆ бл҃же́нный ѻ҆́ный гла́съ влⷣки хрⷭ҇та̀ ᲂу҆слы́шати: прїиди́те, бл҃гослове́ннїи ѻ҆ц҃а̀ моего̀, наслѣ́дꙋйте ᲂу҆гото́ванное ва́мъ црⷭ҇твїе ѿ сложе́нїѧ мі́ра. А҆ми́нь.

Моли́тва в҃.

Ѽ сщ҃е́ннаѧ главо̀, прпⷣбне ѻ҆́ч҃е, пребл҃же́нне а҆́вво се́ргїе вели́кїй! не забꙋ́ди ᲂу҆бо́гихъ свои́хъ до конца̀, но помина́й на́съ во ст҃ы́хъ свои́хъ и҆ бл҃гопрїѧ́тныхъ мл҃твахъ къ бг҃ꙋ. помѧнѝ ста́до своѐ, є҆́же са́мъ ᲂу҆па́слъ є҆сѝ: и҆ не забꙋ́ди посѣща́ти ча́дъ свои́хъ. молѝ за ны̀, ѻ҆́ч҃е сщ҃е́нный, за дѣ́ти своѧ̑ дꙋхѡ́вныѧ, ꙗ҆́кѡ и҆мѣ́ѧ дерзнове́нїе къ нбⷭ҇номꙋ цр҃ю̀: не премолчѝ за ны̀ ко гдⷭ҇ꙋ, и҆ не пре́зри на́съ, вѣ́рою и҆ любо́вїю чтꙋ́щихъ тѧ̀. помина́й на́съ недосто́йныхъ ᲂу҆ прⷭ҇то́ла вседержи́телѧ, и҆ не преста́й молѧ́сѧ ѡ҆ на́съ ко хрⷭ҇тꙋ̀ бг҃ꙋ: и҆́бо дана̀ тебѣ̀ бы́сть бл҃года́ть за ны̀ моли́тисѧ. не мни́мъ бо тѧ̀ сꙋ́ща ме́ртва: а҆́ще бо и҆ тѣ́ломъ преста́вилсѧ є҆сѝ ѿ на́съ, но и҆ по сме́рти жи́въ сы́й пребыва́еши, не ѿстꙋпа́й ѿ на́съ дꙋ́хомъ, сохранѧ́ѧ на́съ ѿ стрѣ́лъ вра́жїихъ, и҆ всѧ́кїѧ пре́лести бѣсѡ́вскїѧ, и҆ ко́зней дїа́вольскихъ, па́стырю на́шъ до́брый. а҆́ще бо и҆ моще́й твои́хъ ра́ка предъ ѻ҆чи́ма на́шима ви́дима є҆́сть всегда̀, но ст҃а́ѧ твоѧ̀ дꙋша̀ со а҆́гг҃льскими во́инствы, со безпло́тными ли́ки, съ нбⷭ҇ными си́лами, ᲂу҆ прⷭ҇то́ла вседержи́телѧ предстоѧ́щи, досто́йнѡ весели́тсѧ. вѣ́дꙋще бо тѧ̀ вои́стиннꙋ и҆ по сме́рти жи́ва сꙋ́ща, тебѣ̀ припа́даемъ, и҆ тебѣ̀ мо́лимсѧ, є҆́же моли́тисѧ ѡ҆ на́съ всеси́льномꙋ бг҃ꙋ, ѡ҆ по́льзѣ дꙋ́шъ на́шихъ, и҆ и҆спроси́ти вре́мѧ на покаѧ́нїе, и҆ ѡ҆ невозбра́нномъ преи́тїи ѿ землѝ на нб҃о, мыта́рствъ же го́рькихъ, бѣсѡ́въ воздꙋ́шныхъ кнѧзе́й, и҆ вѣ́чныѧ мꙋ́ки и҆зба́витисѧ, и҆ нбⷭ҇номꙋ црⷭ҇твїю наслѣ́дники бы́ти со всѣ́ми пра́ведными, ѿ вѣ́ка ᲂу҆годи́вшими гдⷭ҇ꙋ на́шемꙋ і҆и҃сꙋ хрⷭ҇тꙋ̀: є҆мꙋ́же подоба́етъ всѧ́каѧ сла́ва, че́сть и҆ поклоне́нїе, со безнача́льнымъ є҆гѡ̀ ѻ҆ц҃є́мъ, и҆ съ прест҃ы́мъ и҆ благи́мъ, и҆ животворѧ́щимъ є҆гѡ̀ дх҃омъ, ны́нѣ и҆ при́снѡ и҆ во вѣ́ки вѣкѡ́въ. А҆ми́нь.

Моли́тва г҃.

Ѽ нбⷭ҇нагѡ граждани́не і҆ерⷭ҇ли́ма, прпⷣбне ѻ҆́ч҃е се́ргїе! воззрѝ на на́съ ми́лостивѡ, и҆ къ землѝ приве́рженныхъ возведѝ къ высотѣ̀ нбⷭ҇нѣй. ты̀ горѣ̀ на нб҃сѝ, мы̀ на землѝ ни́зꙋ, ᲂу҆далены̀ ѿ тебѣ̀, не толи́ко мѣ́стомъ, є҆ли́кѡ грѣхмѝ свои́ми и҆ беззакѡ́нїи: но къ тебѣ̀, ꙗ҆́кѡ на́мъ сро́дномꙋ, прибѣга́емъ и҆ взыва́емъ, наста́ви на́съ ходи́ти пꙋте́мъ твои́мъ, вразꙋмѝ и҆ рꙋково́дствꙋй. сво́йственнѡ є҆́сть тебѣ̀, ѻ҆́ч҃е на́шъ, бл҃гоꙋтро́бїе и҆ человѣколю́бїе: на землѝ живꙋ́щꙋ не ѡ҆ свое́мъ то́кмѡ сп҃се́нїи бы́сть тебѣ̀ попече́нїе, но и҆ ѡ҆ всѣ́хъ къ тебѣ̀ притека́ющихъ. наставлє́нїѧ твоѧ̑ бы́ша тро́стїю кни́жника скоропи́сца, на се́рдцѣ ка́ждагѡ глаго́лы жи́зни начертава́ющагѡ. не тѣлє́сныѧ бо то́кмѡ врачева́лъ є҆сѝ болѣ̑зни, но па́че дꙋше́вныхъ вра́чь и҆зѧ́щный ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ: и҆ всѧ̀ твоѧ̀ ст҃а́ѧ жи́знь бы́сть зерца́ломъ всѧ́кїѧ добродѣ́тели. а҆́ще толи́къ бы́лъ є҆сѝ, ст҃че бж҃їй, на землѝ: коли́къ ны́нѣ є҆сѝ на нб҃сѝ! ты̀ дне́сь предстои́ши прⷭ҇то́лꙋ свѣ́та непристꙋ́пнагѡ, и҆ въ не́мъ, ꙗ҆́кѡ въ зерца́лѣ, зри́ши всѧ̑ на́шѧ нꙋ̑жды и҆ прошє́нїѧ: ты̀ водворѧ́ешисѧ вкꙋ́пѣ со а҆́гг҃лы, ѡ҆ є҆ди́номъ грѣ́шницѣ ка́ющемсѧ ра́дꙋющимисѧ. и҆ человѣколю́бїе бж҃їе є҆́сть неистощи́мѡ, и҆ твоѐ къ немꙋ̀ дерзнове́нїе мно́гѡ: не преста́ни ѡ҆ на́съ вопїѧ̀ ко гдⷭ҇ꙋ. и҆спросѝ предста́тельствомъ свои́мъ ᲂу҆ всеми́лостивагѡ бг҃а на́шегѡ ми́ръ цр҃кви є҆гѡ̀, под̾ зна́менїемъ крⷭ҇та̀ во́инствꙋющей: согла́сїе въ вѣ́рѣ и҆ є҆диномꙋ́дрїе, сꙋемꙋ́дрїѧ же и҆ раско́лѡвъ и҆стребле́нїе, ᲂу҆твержде́нїе во бл҃ги́хъ дѣ́лѣхъ: больны̑мъ и҆сцѣле́нїе, печа́льнымъ ᲂу҆тѣше́нїе, ѡ҆би́женнымъ застꙋпле́нїе, бѣ́дствꙋющымъ по́мощь. не посрамѝ на́съ, къ тебѣ̀ съ вѣ́рою притека́ющихъ. а҆́ще бо и҆ недосто́йни є҆смы̀ толи́кагѡ ѻ҆ц҃а̀ и҆ хода́таѧ: но ты̀ бы́въ подража́тель человѣколю́бїѧ бж҃їѧ, сотворѝ на́съ досто́йны чрез̾ ѡ҆браще́нїе ѿ ѕлы́хъ дѣ́лъ къ бл҃го́мꙋ житїю̀. всѧ̑ бг҃опросвѣще́ннаѧ рѡссі́а, твои́ми чꙋдесы̀ и҆спо́лненнаѧ и҆ ми́лостьми ѡ҆благодѣ́тельствованнаѧ, и҆сповѣ́дꙋетъ тѧ̀ бы́ти своегѡ̀ покрови́телѧ и҆ застꙋ́пника. ꙗ҆вѝ дрє́внїѧ ми́лѡсти твоѧ̑, и҆ и҆́хже ѻ҆тцє́мъ спомоществова́лъ є҆сѝ, не ѿри́ни и҆ на́съ ча́дъ и҆́хъ, стопа́ми и҆́хъ къ тебѣ̀ ше́ствꙋщихъ. вѣ́рꙋемъ, ꙗ҆́кѡ дꙋ́хомъ на́мъ соприсꙋ́тствꙋеши. и҆дѣ́же бо є҆́сть гдⷭ҇ь, ꙗ҆́кѡже сло́во є҆гѡ̀ ᲂу҆́читъ на́съ, та́мѡ и҆ слꙋга̀ є҆гѡ̀ бꙋ́детъ. ты̀ вѣ́рный є҆сѝ ра́бъ гдⷭ҇ень: и҆ бг҃ꙋ вездѣ̀ сꙋ́щꙋ, ты̀ въ не́мъ є҆сѝ, и҆ ѻ҆́нъ въ тебѣ̀ є҆́сть, па́че же и҆ тѣ́ломъ съ на́ми є҆сѝ. сѐ нетлѣ́нныѧ и҆ живонѡ́сныѧ твоѧ̑ мо́щи, ꙗ҆́кѡ сокро́вище безцѣ́нное, врꙋчѝ на́мъ чꙋде́съ бг҃ъ. предстоѧ̀ и҆̀мъ, ꙗ҆́кѡ тебѣ̀ жи́вꙋ сꙋ́щꙋ, припа́даемъ и҆ мо́лимсѧ: прїимѝ молє́нїѧ на́шѧ, и҆ вознесѝ и҆́хъ на же́ртвенникъ бл҃гоꙋтро́бїѧ бж҃їѧ, да прїи́мемъ тобо́ю бл҃года́ть и҆ бл҃говре́меннꙋ въ нꙋ́ждахъ на́шихъ по́мощь. ᲂу҆крѣпѝ на́ше малодꙋ́шїе, и҆ ᲂу҆твердѝ на́съ въ вѣ́рѣ, да несомнѣ́ннѡ ᲂу҆пова́емъ полꙋчи́ти всѧ̑ блага̑ѧ ѿ бл҃госе́рдїѧ влⷣки мл҃твами твои́ми. па́ствꙋ же твою̀ дꙋхо́внꙋю, тобо́ю со́браннꙋю, не преста́ни ᲂу҆правлѧ́ти жезло́мъ дꙋхо́вныѧ мꙋ́дрости: подвиза́ющымсѧ помозѝ, разсла́бленныхъ возста́ви, споспѣшѝ и҆́го хрⷭ҇то́во нестѝ во бл҃годꙋ́шїи и҆ терпѣ́нїи: и҆ всѣ́хъ на́съ ᲂу҆пра́ви въ ми́рѣ и҆ покаѧ́нїи сконча́ти живо́тъ на́шъ, и҆ пресели́тисѧ со ᲂу҆пова́нїемъ въ бл҃жє́нныѧ нѣ̑дра а҆враа́мѡва, и҆дѣ́же ты̀ ра́достнѡ по трꙋдѣ́хъ и҆ по́двизѣхъ ны́нѣ почива́еши, прославлѧ́ѧ со всѣ́ми ст҃ы́ми бг҃а, въ трⷪ҇цѣ сла́вимаго, ѻ҆ц҃а̀, и҆ сн҃а, и҆ ст҃а́гѡ дх҃а. А҆ми́нь.

Краткое житие преподобного Сергия Радонежского

Ди­вен Бог во свя­тых Сво­их! Про­слав­ляя Сво­их из­бран­ни­ков, Он через них же устро­я­ет и на­ше спа­се­ние.

В труд­ные для Церк­ви вре­ме­на, ко­гда бла­го­по­треб­на бы­ла осо­бен­ная по­мощь Бо­жия к укреп­ле­нию ве­ры пра­во­слав­ной в серд­цах люд­ских или ко­гда нече­стие люд­ское гро­зи­ло по­да­вить со­бою бла­го­че­стие и ве­ру, в та­кие труд­ные вре­ме­на Бог на­ро­чи­то по­сы­лал осо­бых из­бран­ни­ков Сво­их, ко­то­рые, бу­дучи пре­ис­пол­не­ны бла­го­да­ти Бо­жи­ей, сво­ей див­ной жиз­нью, сво­им сми­ре­ни­ем при­вле­ка­ли к се­бе серд­ца лю­дей и де­ла­лись на­став­ни­ка­ми и ру­ко­во­ди­те­ля­ми в ду­хов­ной жиз­ни для всех.

Од­ним из та­ких ве­ли­ких из­бран­ни­ков Бо­жи­их был пре­по­доб­ный Сер­гий, да­ро­ван­ный Бо­гом зем­ле Рус­ской имен­но в та­кое тяж­кое вре­мя, ко­гда та­та­ры за­по­ло­ни­ли по­чти все пре­де­лы ее, ко­гда меж­до­усо­бия кня­зей до­хо­ди­ли до кро­ва­вых по­бо­ищ, ко­гда эти усо­би­цы, бес­пра­вие, та­тар­ское на­си­лие и гру­бость то­гдаш­них нра­вов гро­зи­ли рус­ско­му на­ро­ду со­вер­шен­ной ги­бе­лью. Пол­то­рас­та с лиш­ком лет то­ми­лась мно­го­стра­даль­ная Русь под тя­же­лым игом та­тар­ским. И вот на­ко­нец при­з­рел Гос­подь Бог моль­бы Ру­си Пра­во­слав­ной – при­бли­жал­ся час осво­бож­де­ния, в ко­то­ром Сер­гий явил­ся ис­тин­ным пе­чаль­ни­ком род­ной зем­ли.

Но чтобы сбро­сить вар­вар­ское иго и вве­сти ино­род­цев в огра­ду Хри­сти­ан­ской Церк­ви, для это­го нуж­но бы­ло при­под­нять и укре­пить нрав­ствен­ные си­лы, при­ни­жен­ные ве­ко­вым по­ра­бо­ще­ни­ем и уны­ни­ем. Это­му нрав­ствен­но­му вос­пи­та­нию на­ро­да и по­свя­тил свою жизнь пре­по­доб­ный Сер­гий. Са­мым силь­ным сред­ством, до­ступ­ным и по­нят­ным то­му ве­ку, был жи­вой при­мер, на­гляд­ное осу­ществ­ле­ние нрав­ствен­но­го пра­ви­ла. Он на­чал с са­мо­го се­бя и про­дол­жи­тель­ным уеди­не­ни­ем, ис­пол­нен­ным тру­дов и ли­ше­ний сре­ди дре­му­че­го ле­са, при­го­то­вил­ся быть ру­ко­во­ди­те­лем дру­гих пу­стын­но­жи­те­лей. Жиз­не­опи­са­тель, сам жив­ший в брат­стве, вос­пи­тан­ном Сер­ги­ем, жи­вы­ми чер­та­ми опи­сы­ва­ет, как оно вос­пи­ты­ва­лось, с ка­кой по­сте­пен­но­стью и лю­бо­вью к че­ло­ве­ку, с ка­ким тер­пе­ни­ем и зна­ни­ем ду­ши че­ло­ве­че­ской. На стра­ни­цах древ­не­го жи­тия по­вест­ву­ет­ся о том, как Сер­гий, на­чав пра­вить со­би­рав­шей­ся к нему бра­ти­ей, был для нее по­ва­ром, пе­ка­рем, мель­ни­ком, дро­во­ко­лом, порт­ным, плот­ни­ком, ка­ким угод­но труд­ни­ком, слу­жил ей, как раб куп­лен­ный, по вы­ра­же­нию жи­тия, ни на один час не скла­ды­вал рук для от­ды­ха; как по­том, став на­сто­я­те­лем оби­те­ли и про­дол­жая ту же чер­ную хо­зяй­ствен­ную ра­бо­ту, он при­ни­мал ис­кав­ших у него по­стри­же­ния, не спус­кал глаз с каж­до­го но­вич­ка, воз­во­дя его со сте­пе­ни на сте­пень ино­че­ско­го ис­ку­са, ука­зы­вал де­ло вся­ко­му по си­лам, но­чью до­зо­ром хо­дил ми­мо кел­лий, лег­ким сту­ком в дверь или ок­но на­по­ми­нал празд­но­сло­вя­щим, что у мо­на­ха есть луч­шие спо­со­бы про­во­дить до­су­жее вре­мя, а по­ут­ру осто­рож­ны­ми на­ме­ка­ми, не об­ли­чая пря­мо, не за­став­ляя крас­неть, «ти­хой и крот­кой ре­чью» вы­зы­вал в них рас­ка­я­ние без до­са­ды. В этом по­вест­во­ва­нии вид­но прак­ти­че­скую шко­лу бла­го­нра­вия, в ко­то­рой сверх ре­ли­ги­оз­но-ино­че­ско­го вос­пи­та­ния глав­ны­ми жи­тей­ски­ми на­у­ка­ми бы­ли уме­нье от­да­вать все­го се­бя на об­щее де­ло, на­вык к уси­лен­но­му тру­ду и при­выч­ка к стро­го­му по­ряд­ку в за­ня­ти­ях, по­мыс­лах и чув­ствах. На­став­ник вел еже­днев­ную тер­пе­ли­вую ра­бо­ту над каж­дым от­дель­ным бра­том, над от­дель­ны­ми осо­бен­но­стя­ми каж­до­го бра­та, при­спо­соб­ляя их к це­лям все­го брат­ства. На­блю­де­ние и лю­бовь к лю­дям да­ли уме­ние ти­хо и крот­ко на­стра­и­вать ду­шу че­ло­ве­ка и из­вле­кать из нее, как из хо­ро­ше­го ин­стру­мен­та, луч­шие ее чув­ства.

Так вос­пи­ты­ва­лось друж­ное брат­ство, про­из­во­див­шее, по совре­мен­ным сви­де­тель­ствам, глу­бо­кое на­зи­да­тель­ное впе­чат­ле­ние на ми­рян. Мир при­хо­дил к мо­на­сты­рю, пыт­ли­вым взгля­дом смот­рел на чин жиз­ни, и то, что он ви­дел, быт и об­ста­нов­ка пу­стын­но­го брат­ства, по­уча­ли его са­мым про­стым пра­ви­лам, ко­то­ры­ми креп­ко люд­ское хри­сти­ан­ское об­ще­жи­тие. В мо­на­сты­ре все бы­ло бед­но и скуд­но или, как вы­ра­зил­ся разо­ча­ро­ван­но один му­жи­чок, при­шед­ший в оби­тель пре­по­доб­но­го Сер­гия по­ви­дать про­слав­лен­но­го ве­ли­че­ствен­но­го игу­ме­на, «все ху­дост­но, все ни­щет­но, все си­ро­тин­ско». Слу­ча­лось, все бра­тия по це­лым дням си­де­ли чуть не без кус­ка хле­ба. Но все бы­ли друж­ны меж­ду со­бой и при­вет­ли­вы к при­шель­цам, во всем сле­ды по­ряд­ка и раз­мыш­ле­ния, каж­дый де­лал свое де­ло, каж­дый ра­бо­тал с мо­лит­вой, и все мо­ли­лись по­сле ра­бо­ты. Во всех чу­ял­ся скры­тый огонь, ко­то­рый без искр и вспы­шек об­на­ру­жи­вал­ся жи­ви­тель­ной теп­ло­той, об­да­вав­шей вся­ко­го, кто всту­пал в эту ат­мо­сфе­ру тру­да, мыс­ли и мо­лит­вы. Мир ви­дел все это и ухо­дил обод­рен­ный и осве­жен­ный. Пять­де­сят лет де­лал свое ти­хое де­ло пре­по­доб­ный Сер­гий в Ра­до­неж­ской пу­сты­ни; це­лые пол­ве­ка при­хо­див­шие к нему лю­ди вме­сте с во­дой из его ис­точ­ни­ка чер­па­ли в его пу­сты­ни уте­ше­ние и обод­ре­ние и, во­ро­тясь в свой круг, по кап­лям де­ли­лись им с дру­ги­ми. И эти кап­ли нрав­ствен­но­го вли­я­ния, по­доб­но за­квас­ке, вы­зы­ва­ю­щей жи­ви­тель­ное бро­же­ние, за­па­дая в мас­сы, неза­мет­но из­ме­ня­ли на­прав­ле­ние умов, пе­ре­стра­и­ва­ли весь нрав­ствен­ный строй ду­ши рус­ско­го че­ло­ве­ка XIV ве­ка.

Пре­по­доб­ный Сер­гий при­ме­ром сво­ей свя­той жиз­ни, са­мой воз­мож­но­стью та­кой жиз­ни дал по­чув­ство­вать за­скор­бев­ше­му на­ро­ду, что в нем еще не все доб­рое по­гас­ло и за­мер­ло, по­мог ему за­гля­нуть в свой соб­ствен­ный внут­рен­ний мрак и раз­гля­деть там еще тлев­шие ис­кры то­го же ог­ня, ко­то­рым го­рел сам он. И на­род, при­вык­ший дро­жать при од­ном име­ни та­та­ри­на, со­брал­ся на­ко­нец с ду­хом, встал на по­ра­бо­ти­те­лей и не толь­ко на­шел в се­бе му­же­ство встать, но и по­шел ис­кать та­тар­ские пол­чи­ща в от­кры­той сте­пи и там по­ва­лил­ся на вра­гов несо­кру­ши­мой сте­ной, по­хо­ро­нив их под сво­и­ми мно­го­ты­сяч­ны­ми ко­стя­ми.

Чув­ство нрав­ствен­ной бод­ро­сти, ду­хов­ной кре­по­сти, ко­то­рое пре­по­доб­ный Сер­гий вдох­нул в рус­ское об­ще­ство, еще жи­вее и пол­нее вос­при­ни­ма­лось рус­ским мо­на­ше­ством. В жиз­ни рус­ских мо­на­сты­рей со вре­ме­ни Сер­гия на­чал­ся за­ме­ча­тель­ный пе­ре­лом: за­мет­но ожи­ви­лось стрем­ле­ние к ино­че­ству. Древ­не­рус­ское мо­на­ше­ство бы­ло точ­ным по­ка­за­те­лем все­го мир­ско­го об­ще­ства: стрем­ле­ние по­ки­нуть мир уси­ли­ва­лось не от то­го, что в ми­ру скоп­ля­лись бед­ствия, а по ме­ре то­го, как в нем воз­вы­ша­лись нрав­ствен­ные си­лы. Пре­по­доб­ный Сер­гий со сво­ей оби­те­лью и сво­и­ми уче­ни­ка­ми был об­раз­цом и на­чи­на­те­лем в этом ожив­ле­нии мо­на­стыр­ской жиз­ни, «на­чаль­ни­ком и учи­те­лем всем мо­на­сты­рям, иже в Ру­си», как на­зы­ва­ет его ле­то­пи­сец. Он упо­до­бил и про­дол­жа­ет упо­доб­лять сво­ей ду­хов­ной при­ро­де и всех близ­ко со­при­ка­са­ю­щих­ся с ним лю­дей. Он на­пи­тал сво­им креп­ким ду­хом це­лые сон­мы, це­лые по­ко­ле­ния мо­на­ше­ству­ю­щих. До 70-ти мо­на­сты­рей бы­ло ос­но­ва­но его уче­ни­ка­ми и уче­ни­ка­ми его уче­ни­ков; его ду­хов­ное потом­ство бы­ло од­ной из глав­ных ду­хов­ных сил, со­дей­ство­вав­ших ду­хов­но­му пре­тво­ре­нию раз­ных по­лу­язы­че­ских пле­мен, рас­ки­ну­тых по про­стран­ству Се­вер­ной и Сред­ней Рос­сии, в од­но це­лое ве­ли­ко­рус­ское пле­мя, объ­еди­нен­ное, оду­шев­лен­ное, скреп­лен­ное ду­хом Пра­во­сла­вия. И на­ши ле­то­пис­цы име­ли пол­ное ос­но­ва­ние име­но­вать пре­по­доб­но­го Сер­гия игу­ме­ном всея Ру­си, и Свя­тая Цер­ковь до­стой­но и пра­вед­но ве­ли­ча­ет его воз­бран­ным во­е­во­дою Рус­ской зем­ли!

Ро­ди­ной пре­по­доб­но­го Сер­гия бы­ла зем­ля Ро­стов­ская, по­это­му «он вы­шел из нас, был плоть от пло­ти на­шей и кость от ко­стей на­ших, а под­нял­ся на та­кую вы­со­ту, о ко­то­рой мы и не ча­я­ли, чтобы она ко­му-ни­будь из на­ших бы­ла до­ступ­на». А пре­по­доб­ный про­шел об­щим пу­тем скор­бей и по­дви­га крест­но­го преж­де, чем явил­ся тем див­ным бла­го­дат­ным му­жем, ка­ким мы ви­дим его в по­след­ние го­ды жиз­ни. Сбы­лось див­ное обе­то­ва­ние Гос­по­да: Аще кто лю­бит Мя, сло­во Мое со­блю­дет; и Отец Мой воз­лю­бит его, и Аз воз­люб­лю его, и к нему при­и­дем и оби­тель у него со­тво­рим (Ин.14,21-23). Пре­по­доб­ный Сер­гий опыт­но по­знал тай­ну Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, по­то­му что жиз­нью сво­ей со­еди­нил­ся с Бо­гом, при­об­щил­ся к са­мой жиз­ни Бо­же­ствен­ной Тро­и­цы, то есть до­стиг воз­мож­ной на зем­ле ме­ры обо­же­ния, став при­част­ни­ком Бо­же­ско­го есте­ства (2Пет.1,4). И в ду­ше его «со­тво­ри­ла оби­тель» Свя­тая Тро­и­ца; он сам сде­лал­ся «оби­те­лью Свя­той Тро­и­цы», и всех, с кем об­щал­ся пре­по­доб­ный, он воз­во­дил и при­об­щал к ней. Спра­вед­ли­во за­ме­ча­ет его уче­ник и опи­са­тель жи­тия его, что Сер­гий был «яко един от древ­них ве­ли­ких от­цев». За свою креп­кую ве­ру он удо­сто­ил­ся ли­це­зреть кам­ня ве­ры – Пет­ра; за свою дев­ствен­ную чи­сто­ту – дев­ствен­ни­ка и дру­га Хри­сто­ва Иоан­на, а за свое ве­ли­чай­шее сми­ре­ние – сми­рен­ней­шую из земно­род­ных Вла­ды­чи­цу ми­ра, Пре­свя­тую Бо­го­ро­ди­цу. В сми­рен­ном серд­це по­движ­ни­ка ти­хо си­ял неиз­ре­чен­ный свет бла­го­да­ти Бо­жи­ей, со­гре­вая все его ду­хов­ное су­ще­ство. Ему пре­и­зобиль­но со­об­ще­ны бы­ли все да­ры Бо­жии: и дар чу­до­тво­ре­ний, и дар про­ро­че­ства, и дар уте­ше­ния и на­зи­да­ния, со­ве­та и ра­зу­ма ду­хов­но­го. Для его ду­хов­но­го взо­ра как бы не су­ще­ство­ва­ло ни пре­град ве­ще­ствен­ных, ни рас­сто­я­ния, ни са­мо­го вре­ме­ни: он ви­дел да­ле­че от­сто­я­щее яко близ су­щее, зрел бу­ду­щее как бы на­сто­я­щее. За свя­тость жи­тия сво­е­го он был по­чти от всех лю­бим и по­чи­та­ем и ува­жа­ем бо­лее, чем сколь­ко поз­во­ли­ло это его то­гдаш­нее сми­рен­ное со­сто­я­ние. Мно­гое мно­же­ство при­хо­ди­ло к нему из раз­ных стран и го­ро­дов, и в чис­ле при­хо­див­ших бы­ли и ино­ки, и кня­зья, и вель­мо­жи, и про­стые лю­ди, «на се­ле жи­ву­щие».

Как ко­рабль, обре­ме­нен­ный мно­же­ством со­кро­вищ, ти­хо при­бли­жа­ет­ся к доб­ро­му при­ста­ни­щу, так бо­го­нос­ный Сер­гий при­бли­жал­ся к ис­хо­ду из сей вре­мен­ной жиз­ни. Вид смер­ти не стра­шил его, по­то­му что он го­то­вил­ся к ней по­дви­га­ми всей сво­ей жиз­ни. Ему бы­ло уже за 70 лет. Непре­стан­ные тру­ды из­ну­ри­ли его стар­че­ские си­лы, но он ни­ко­гда не опус­кал ни од­ной служ­бы Бо­жи­ей и «чем боль­ше со­ста­ре­вал­ся воз­рас­том, тем боль­ше об­нов­лял­ся усер­ди­ем», по­да­вая со­бою юным по­учи­тель­ный при­мер.

За пол­го­да до кон­чи­ны ве­ли­кий по­движ­ник удо­сто­ил­ся от­кро­ве­ния о вре­ме­ни сво­е­го от­ше­ствия к Бо­гу. Он со­звал к се­бе бра­тию и в при­сут­ствии всех пе­ре­дал управ­ле­ние оби­те­лью прис­но­му уче­ни­ку сво­е­му пре­по­доб­но­му Ни­ко­ну (па­мять 17/30 но­яб­ря), а сам на­чал без­молв­ство­вать. На­сту­пил сен­тябрь 1391 го­да, и пре­по­доб­ный ста­рец тяж­ко за­бо­лел... Еще раз со­брал он во­круг се­бя всех уче­ни­ков сво­их и еще раз про­стер к ним свое по­след­нее по­уче­ние.

Сколь­ко про­сто­ты и си­лы в этом пред­смерт­ном по­уче­нии уми­ра­ю­ще­го от­ца ино­ков! Сколь­ко люб­ви к тем, ко­то­рых остав­ля­ет! Он же­лал и за­по­ве­дал, чтобы его ду­хов­ные де­ти шли тем же пу­тем к Цар­ству Небес­но­му, ка­ким ше­ство­вал он сам в про­дол­же­ние всей сво­ей жиз­ни. Преж­де все­го он учил их пре­бы­вать в пра­во­сла­вии: «ос­но­ва­ни­ем вся­ко­го доб­ро­го де­ла, вся­ко­го доб­ро­го на­ме­ре­ния, по уче­нию сло­ва Бо­жия, долж­на быть ве­ра; без ве­ры уго­дить Бо­гу невоз­мож­но. Но ве­ра пра­во­слав­ная, ос­но­ван­ная на уче­нии апо­сто­лов и от­цов, чуж­дая вы­со­ко­мудр­ство­ва­ния, ко­то­рое ча­сто ве­дет к ма­ло­ве­рию и неве­рию и сби­ва­ет с пу­ти спа­се­ния». Да­лее пре­по­доб­ный за­ве­щал бра­тии хра­нить еди­но­мыс­лие, блю­сти чи­сто­ту ду­шев­ную и те­лес­ную и лю­бовь нели­це­мер­ную, со­ве­то­вал уда­лять­ся от злых по­хо­тей, пред­пи­сы­вал уме­рен­ность в пи­ще и пи­тии, сми­ре­ние, стран­но­лю­бие и все­це­лое ис­ка­ние гор­не­го, небес­но­го, с пре­зре­ни­ем су­е­ты жи­тей­ской. Он мно­гое на­пом­нил им из то­го, что го­во­рил преж­де, и на­ко­нец за­по­ве­дал не по­гре­бать его в церк­ви, а по­ло­жить на об­щем клад­би­ще, вме­сте с про­чи­ми усоп­ши­ми от­ца­ми и бра­ти­я­ми.

Без­молв­но сто­я­ли с по­ник­ши­ми гла­ва­ми скор­бя­щие ча­да Сер­ги­е­вы и с бо­лью сер­деч­ной вни­ма­ли по­след­ним на­став­ле­ни­ям лю­би­мо­го стар­ца. Осо­бен­но груст­но им бы­ло слы­шать по­след­нюю во­лю сво­е­го сми­рен­но­го игу­ме­на от­но­си­тель­но ме­ста его по­след­не­го по­коя. Один вид мо­ги­лы его в хра­ме Бо­жи­ем сре­ди со­бо­ра мо­ля­щих­ся бра­тий мог бы слу­жить для них неко­то­рым уте­ше­ни­ем. Но ста­рец не же­лал это­го, а уче­ни­ки не хо­те­ли огор­чать его сми­ре­ние сво­им про­ти­во­ре­чи­ем, и вся­кое сло­во неволь­но за­ми­ра­ло на их устах. «Не скор­би­те, ча­да мои, – с лю­бо­вью уте­шал их ста­рец, – я от­хо­жу к Бо­гу, ме­ня при­зы­ва­ю­ще­му, и вас по­ру­чаю Все­мо­гу­ще­му Гос­по­ду и Пре­чи­стой Его Ма­те­ри: Она бу­дет вам при­бе­жи­щем и сте­ной от стрел вра­жи­их!».

Пе­ред са­мым ис­хо­дом ду­ши сво­ей ста­рец по­же­лал в по­след­ний раз при­об­щить­ся Пре­чи­сто­го Те­ла и Кро­ви Хри­сто­вых. Весь ис­пол­нен­ный бла­го­дат­но­го уте­ше­ния, он воз­вел го­ре свои сле­зя­щи­е­ся от ра­до­сти очи и еще раз, при по­мо­щи уче­ни­ков, про­стер к Бо­гу свои пре­по­доб­ные ру­ки... «В ру­це Твои пре­даю дух мой, Гос­по­ди!» – ти­хо про­из­нес свя­той ста­рец и в ды­ха­нии сей мо­лит­вы ото­шел чи­стой сво­ей ду­шой ко Гос­по­ду, Ко­то­ро­го от юно­сти воз­лю­бил.

Это бы­ло 25 сен­тяб­ря 1392 го­да. Лишь толь­ко пре­по­доб­ный Сер­гий ис­пу­стил по­след­ний вздох, неска­зан­ное бла­го­уха­ние раз­ли­лось по его кел­лии. Ли­цо усоп­ше­го пра­вед­ни­ка си­я­ло небес­ным бла­жен­ством, и смерть не по­сме­ла на­ло­жить свою мрач­ную пе­чать на све­то­леп­ный лик но­во­пре­став­лен­но­го стар­ца Бо­жия.

Немед­лен­но ста­рей­шие из бра­тии от­пра­ви­лись в Моск­ву со скорб­ной ве­стью к мит­ро­по­ли­ту Ки­при­а­ну. Они со­об­щи­ли ему как за­ве­ща­ние стар­ца о ме­сте по­гре­бе­ния, так и усерд­ное же­ла­ние всей бра­тии по­ло­жить его в церк­ви Пре­свя­той Тро­и­цы, им са­мим со­здан­ной, и про­си­ли его ар­хи­пас­тыр­ско­го о том рас­по­ря­же­ния. И свя­ти­тель не за­труд­нил­ся бла­го­сло­вить их на по­гре­бе­ние сми­рен­но­го игу­ме­на в церк­ви, хо­тя сам он не же­лал то­го. Весть о его пре­став­ле­нии при­влек­ла в оби­тель мно­же­ство на­ро­да не толь­ко из окрест­ных се­ле­ний, но и из бли­жай­ших го­ро­дов. Каж­до­му хо­те­лось при­бли­зить­ся и при­кос­нуть­ся ес­ли не к са­мо­му те­лу бо­го­нос­но­го стар­ца, то, по край­ней ме­ре, ко гро­бу его. Тут бы­ли и кня­зья, и бо­яре, по­чтен­ные стар­цы-игу­ме­ны, и чест­ные иереи сто­ли­цы, и мно­же­ство ино­ков, кто со све­ча­ми, кто с ка­ди­ла­ми и свя­ты­ми ико­на­ми, про­во­жая свя­тые остан­ки бла­жен­но­го стар­ца к ме­сту по­след­не­го их упо­ко­е­ния. И по­хо­ро­ни­ли его у пра­во­го кли­ро­са в церк­ви Пре­свя­той Тро­и­цы.

Тро­га­тель­ны­ми чер­та­ми изо­бра­жа­ет скорбь оси­ро­тев­ших уче­ни­ков Сер­ги­е­вых бла­жен­ный опи­са­тель жи­тия его, сам сви­де­тель и участ­ник этой скор­би. «Все се­то­ва­ли, – го­во­рил он, – все пла­ка­ли, воз­ды­ха­ли, хо­ди­ли с по­ник­шей го­ло­вой». И в го­ре­сти ду­ши сво­ей ча­сто при­хо­ди­ли они на мо­ги­лу стар­ца, и здесь в слез­ной мо­лит­ве при­па­да­ли к его мо­щам свя­тым, и бе­се­до­ва­ли с ним, как бы с жи­вым, по­ве­ряя ему скорбь свою. «О, свят­че Бо­жий, угод­ни­че Спа­сов, из­бран­ни­че Хри­стов! – го­во­ри­ли они. – О, свя­щен­ная гла­во, преб­ла­жен­ный ав­ва Сер­гие Ве­ли­кий! Не за­бу­ди нас, убо­гих ра­бов тво­их, не за­бу­ди нас, си­рот сво­их; по­ми­най нас все­гда во свя­тых сво­их и бла­го­при­ят­ных мо­лит­вах ко Гос­по­ду, по­ми­най ста­до, то­бою со­бран­ное. Мо­лись за нас, от­че свя­щен­ный, за де­тей тво­их: ты име­ешь дерз­но­ве­ние у Ца­ря Небес­но­го, – не про­мол­чи же, во­пия за нас ко Гос­по­ду! Те­бе да­на бла­го­дать за нас мо­ли­ти­ся... Мы не счи­та­ем те­бя умер­шим, нет! Хо­тя те­лом ты и пре­ста­вил­ся от нас, но дух твой с на­ми; не от­сту­пи же от нас, пас­тырь наш доб­рый».

Так опла­ки­ва­ли свя­тые уче­ни­ки свя­то­го стар­ца, так креп­ко ве­ро­ва­ли они в его бла­го­дат­ное со­пре­бы­ва­ние ду­хом с ни­ми. И по ве­ре их угод­ник Бо­жий не остав­лял их без уте­ше­ния. Так, од­на­жды бла­го­че­сти­вый инок Иг­на­тий ви­дел на­яву во вре­мя все­нощ­но­го бде­ния, что пре­по­доб­ный Сер­гий сто­ит на сво­ем ме­сте игу­мен­ском и по­ет вме­сте с бра­ти­ей. Это ви­де­ние бы­ло как бы от­ве­том люб­ве­обиль­но­го стар­ца сво­им прис­ным уче­ни­кам из за­гроб­но­го ми­ра, от­ве­том на их сер­деч­ный мо­лит­вен­ный плач над гро­бом его.

5/18 июля – Об­ре­те­ние мо­щей

Спу­стя 30 лет по пре­став­ле­нии пре­по­доб­но­го Сер­гия Бог бла­го­во­лил явить ми­ру со­кро­ви­ще свя­ты­ни. Неза­дол­го пе­ред по­стро­е­ни­ем но­во­го хра­ма во имя Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы пре­по­доб­ный Сер­гий явил­ся од­но­му бла­го­че­сти­во­му му­жу, жив­ше­му близ оби­те­ли, и по­ве­лел воз­ве­стить игу­ме­ну и бра­тии: «Вскую мя оста­ви­сте то­ли­ко вре­мя во гро­бе, зем­лею по­кро­ве­на, во­де утес­ня­ю­щей те­ло мое?». И пре­по­доб­ный Ни­кон, при­сту­пая к со­зда­нию ка­мен­но­го хра­ма, в при­сут­ствии крест­но­го сы­на Сер­ги­е­ва, кня­зя Зве­ни­го­род­ско­го и Га­лич­ско­го Юрия Ди­мит­ри­е­ви­ча, при ко­па­нии рвов об­рел и из­нес из зем­ли мо­щи от­ца сво­е­го 5 июля 1422 го­да. При от­кры­тии гро­ба раз­ли­лось бла­го­уха­ние необык­но­вен­ное. И не толь­ко те­ло чу­до­твор­ца ока­за­лось нетлен­ным, но и одеж­ды его бы­ли невре­ди­мы, хо­тя с обо­их сто­рон гро­ба сто­я­ла во­да. Мо­щи на вре­мя бы­ли по­став­ле­ны в де­ре­вян­ной Тро­иц­кой церк­ви (на том ме­сте на­хо­дит­ся те­перь цер­ковь Со­ше­ствия Свя­та­го Ду­ха.) Ка­мен­ный храм, как ме­сто по­коя ве­ли­ко­го Сер­гия, со­зи­дал­ся и укра­шал­ся с бла­го­го­вей­ной лю­бо­вью и с усерд­ны­ми мо­лит­ва­ми. Над укра­ше­ни­ем се­го свя­ти­ли­ща по­тру­ди­лись пре­по­доб­ные ико­но­пис­цы Да­ни­ил и Ан­дрей Рублев (па­мять 4/17 июля). При освя­ще­нии в 1426 го­ду ка­мен­но­го Тро­иц­ко­го со­бо­ра свя­тые мо­щи бы­ли пе­ре­не­се­ны в него. И до­ныне сто­ит этот храм Ни­ко­но­ва стро­е­ния, не по­тря­са­е­мый ве­ка­ми, и освя­ща­ет мо­ля­щих­ся, и ру­ки нече­сти­вых до­ныне не при­ка­са­лись к нему.

Все ни­ти ду­хов­ной жиз­ни Рус­ской Церк­ви схо­дят­ся к ве­ли­ко­му Ра­до­неж­ско­му угод­ни­ку и чу­до­твор­цу, по всей Пра­во­слав­ной Рос­сии бла­го­дат­ные жи­во­тво­ря­щие то­ки рас­про­стра­ня­ют­ся от ос­но­ван­ной им Тро­иц­кой оби­те­ли. Ду­хов­ный вклад пре­по­доб­но­го Сер­гия в бо­го­слов­ское уче­ние о Свя­той Тро­и­це осо­бен­но ве­лик, ибо он глу­бо­ко про­зи­рал со­кро­вен­ные тай­ны «ум­ны­ми оча­ми» по­движ­ни­ка – в мо­лит­вен­ном вос­хож­де­нии к Трии­по­стас­но­му Бо­гу, в опыт­ном бо­го­об­ще­нии и бо­го­упо­доб­ле­нии.

Ра­до­неж­ский по­движ­ник, его уче­ни­ки и со­бе­сед­ни­ки обо­га­ти­ли Рус­скую и Все­лен­скую Цер­ковь но­вым бо­го­слов­ским и ли­тур­ги­че­ским ве­де­ни­ем и ви­де­ни­ем Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, На­ча­ла и Ис­точ­ни­ка жиз­ни, яв­ля­ю­щей Се­бя ми­ру и че­ло­ве­ку в со­бор­но­сти Церк­ви, брат­ском еди­не­нии и жерт­вен­ной ис­ку­пи­тель­ной люб­ви ее пас­ты­рей и чад.

Ду­хов­ным сим­во­лом со­би­ра­ния Ру­си в един­стве и люб­ви ис­то­ри­че­ско­го по­дви­га на­ро­да стал храм Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, воз­двиг­ну­тый пре­по­доб­ным Сер­ги­ем «чтобы по­сто­ян­ным взи­ра­ни­ем на Нее по­беж­дал­ся страх нена­вист­ной роз­ни ми­ра се­го». «Нена­вист­ная рознь», раз­до­ры и смя­те­ния мир­ской жиз­ни пре­одоле­ва­лись ино­че­ским об­ще­жи­ти­ем, на­саж­ден­ным пре­по­доб­ным Сер­ги­ем по всей Ру­си. Оби­тель пре­по­доб­но­го Сер­гия ста­ла для Рус­ской Церк­ви об­раз­цом вос­ста­нов­ле­ния пер­во­здан­но­го един­ства и свя­то­сти че­ло­ве­че­ской при­ро­ды, ко­то­рая бы­ла со­зда­на Твор­цом по об­ра­зу Бо­же­ствен­но­го Три­един­ства. В ней вос­пи­та­лись свя­тые, при­нес­шие за­тем на­чер­та­ние ис­тин­но­го пу­ти Хри­сто­ва в от­да­лен­ные пре­де­лы. Во всех сво­их тру­дах и де­я­ни­ях прп. Сер­гий и его уче­ни­ки во­цер­ков­ля­ли жизнь, да­вая на­ро­ду жи­вой при­мер воз­мож­но­сти это­го. Не от­ре­ка­ясь от зем­но­го, но пре­об­ра­жая его, они зва­ли вос­хо­дить и са­ми вос­хо­ди­ли к небес­но­му.

К пре­по­доб­но­му Сер­гию, как к неис­ся­ка­е­мо­му ис­точ­ни­ку мо­лит­вен­но­го ду­ха и бла­го­да­ти Гос­под­ней, во все вре­ме­на шли на по­кло­не­ние – для на­зи­да­ния и мо­лит­вы, за по­мо­щью и ис­це­ле­ни­ем – ты­ся­чи на­ро­да. И каж­до­го из при­бе­га­ю­щих с ве­рою к его чу­до­твор­ным мо­щам он ис­це­ля­ет и воз­рож­да­ет, ис­пол­ня­ет си­лы и ве­ры, пре­об­ра­жа­ет и воз­во­дит к сво­ей све­то­нос­ной ду­хов­но­сти.

Не толь­ко ду­хов­ные да­ры и бла­го­дат­ные ис­це­ле­ния по­да­ют­ся всем, при­хо­дя­щим с ве­рою к мо­щам пре­по­доб­но­го, но ему да­на так­же от Бо­га бла­го­дать за­щи­щать от вра­гов Рус­скую зем­лю. Сво­и­ми мо­лит­ва­ми пре­по­доб­ный был с во­ин­ством Ди­мит­рия Дон­ско­го на Ку­ли­ко­вом по­ле; он бла­го­сло­вил на рат­ный по­двиг сво­их по­стри­жен­ни­ков – ино­ков Алек­сандра Пе­ре­све­та и Ан­дрея Ос­ля­бю. Он ука­зал Иоан­ну Гроз­но­му ме­сто для со­ору­же­ния кре­по­сти Сви­яж­ска и по­мо­гал в по­бе­де над Ка­за­нью. Во вре­мя поль­ско­го на­ше­ствия пре­по­доб­ный Сер­гий явил­ся во сне ни­же­го­род­ско­му граж­да­ни­ну Кос­ме Ми­ни­ну, по­веле­вая со­би­рать каз­ну и во­ору­жать вой­ско для осво­бож­де­ния Моск­вы и Рус­ско­го го­су­дар­ства. И ко­гда в 1612 го­ду опол­че­ние Ми­ни­на и По­жар­ско­го по­сле мо­леб­на у Свя­той Тро­и­цы дви­ну­лись к Москве, бла­го­дат­ный ве­тер раз­ве­вал пра­во­слав­ные стя­ги, «яко от гро­ба са­ма­го чу­до­твор­ца Сер­гия».

К пе­ри­о­ду Смут­но­го вре­ме­ни и поль­ско­го на­ше­ствия от­но­сит­ся ге­ро­и­че­ское «Тро­иц­кое си­де­ние», ко­гда мно­гие ино­ки по бла­го­сло­ве­нию пре­по­доб­но­го игу­ме­на Ди­о­ни­сия (па­мять 12/25 мая) по­вто­ри­ли свя­щен­ный рат­ный по­двиг Сер­ги­е­вых уче­ни­ков Пе­ре­све­та и Ос­ля­би. Пол­то­ра го­да – с 23 сен­тяб­ря 1608 го­да по 12 ян­ва­ря 1610 го­да – оса­жда­ли по­ля­ки оби­тель Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, же­лая раз­гра­бить и раз­ру­шить этот свя­щен­ный оплот пра­во­сла­вия. Но за­ступ­ле­ни­ем Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­цы и мо­лит­ва­ми пре­по­доб­но­го Сер­гия «со мно­гим сты­дом» бе­жа­ли на­ко­нец от стен мо­на­сты­ря, го­ни­мые Бо­жи­им гне­вом, а вско­ре и сам пред­во­ди­тель их, Ли­сов­ский, по­гиб лю­той смер­тью как раз в день па­мя­ти пре­по­доб­но­го Сер­гия, 25 сен­тяб­ря 1617 го­да. В 1618 го­ду при­хо­дил к сте­нам Свя­той Тро­и­цы сам поль­ский ко­роле­вич Вла­ди­слав, но, бес­силь­ный про­тив охра­ня­ю­щей оби­тель бла­го­да­ти Гос­под­ней, вы­нуж­ден был под­пи­сать пе­ре­ми­рие с Рос­си­ей в при­над­ле­жав­шем мо­на­сты­рю се­ле Де­ули­но. Поз­же здесь был воз­двиг­нут храм во имя пре­по­доб­но­го Сер­гия.

А в 1812 го­ду, ко­гда На­по­ле­он под­нял­ся на ко­ло­коль­ню Ива­на Ве­ли­ко­го, чтобы по­лю­бо­вать­ся окрест­но­стя­ми Моск­вы, то был устра­шен ви­де­ни­ем: по воз­ду­ху при­бли­жа­лись три ар­мии рус­ских с необык­но­вен­ным пред­во­ди­те­лем – мо­на­хом с кре­стом в ру­ках. И это был по­кро­ви­тель Моск­вы и Ру­си пре­по­доб­ный Сер­гий, Ра­до­неж­ский чу­до­тво­рец.

В по­сле­ду­ю­щее вре­мя оби­тель про­дол­жа­ла быть неоску­де­ва­ю­щим све­то­чем ду­хов­ной жиз­ни и цер­ков­но­го про­све­ще­ния. Из ее бра­тии из­би­ра­лись на чре­ду слу­же­ния мно­гие про­слав­лен­ные иерар­хи Рус­ской Церк­ви. В 1744 го­ду оби­тель за за­слу­ги пе­ред ро­ди­ной и ве­рой ста­ла име­но­вать­ся Лав­рой. В 1742 го­ду в ее огра­де учре­жде­на ду­хов­ная се­ми­на­рия, в 1814 го­ду сю­да бы­ла пе­ре­ве­де­на Мос­ков­ская ду­хов­ная ака­де­мия.

И ныне Дом Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы слу­жит од­ним из глав­ных бла­го­дат­ных цен­тров Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. Здесь из­во­ле­ни­ем Свя­та­го Ду­ха со­вер­ша­ют­ся де­я­ния По­мест­ных Со­бо­ров Рус­ской Церк­ви. В оби­те­ли име­ет ме­сто­пре­бы­ва­ние свя­тей­ший пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Ру­си, ко­то­рый но­сит на се­бе осо­бен­ное бла­го­сло­ве­ние пре­по­доб­но­го Сер­гия, яв­ля­ясь по уста­но­вив­ше­му­ся пра­ви­лу «Свя­то-Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой лав­ры свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­том». Но са­мое глав­ное: на этом неболь­шом ост­ров­ке сре­ди мно­го­мя­теж­но­го ми­ра, под по­кро­вом Ца­ри­цы Небес­ной, обе­щав­шей быть неот­ступ­ной от ме­ста се­го, осо­бен­но чув­ству­ет­ся уми­ро­тво­ря­ю­щее ды­ха­ние веч­но­сти; имен­но здесь ощу­ща­ет­ся, что оте­че­ство – это не толь­ко зем­ля, не толь­ко по­ля, ре­ки и го­ры, но это преж­де все­го лю­ди, это на­ши свя­тые от­цы, ко­то­рые рож­да­ют нас ду­хов­но, те от­цы, ко­то­рые ру­ко­во­дят нас в Цар­ствие Небес­ное.

5/18 июля, день об­ре­те­ния мо­щей свя­то­го ав­вы Сер­гия, игу­ме­на Рус­ской зем­ли, – са­мое мно­го­люд­ное и тор­же­ствен­ное цер­ков­ное празд­не­ство в оби­те­ли.

Полное житие преподобного Сергия Радонежского

В пер­вой по­ло­вине XIV ве­ка воз­ник­ла зна­ме­ни­тая Тро­и­це-Сер­ги­е­ва Лав­ра. Ос­но­ва­тель ее, пре­по­доб­ный Сер­гий (в ми­ру Вар­фо­ло­мей), был сы­ном ро­стов­ских бо­яр Ки­рил­ла и Ма­рии, пе­ре­се­лив­ших­ся бли­же к Москве в се­ле­ние Ра­до­неж. В се­ми­лет­нем воз­расте Вар­фо­ло­мея от­да­ли учить­ся гра­мо­те. Он всей ду­шой жаж­дал уче­ния, но гра­мо­та не да­ва­лась ему. Скор­бя об этом, он днем и но­чью мо­лил Гос­по­да от­крыть ему дверь книж­но­го ра­зу­ме­ния. Од­на­жды, ища в по­ле про­пав­ших ло­ша­дей, он уви­дел под ду­бом незна­ко­мо­го стар­ца-чер­но­риз­ца. Мо­нах мо­лил­ся. От­рок по­до­шел к нему и по­ве­дал свою скорбь. Со­чув­ствен­но вы­слу­шав маль­чи­ка, ста­рец на­чал мо­лить­ся о его про­све­ще­нии. За­тем, до­став ков­че­жец, вы­нул ма­лую ча­сти­цу просфо­ры и, бла­го­сло­вив ею Вар­фо­ло­мея, ска­зал: «Возь­ми, ча­до, и съешь: сие да­ет­ся те­бе в зна­ме­ние бла­го­да­ти Бо­жи­ей и ра­зу­ме­ния Свя­щен­но­го Пи­са­ния». Бла­го­дать эта дей­стви­тель­но со­шла на от­ро­ка: Гос­подь дал ему па­мять и ра­зу­ме­ние, и от­рок стал лег­ко усва­и­вать книж­ную муд­рость. По­сле это­го чу­да в юном Вар­фо­ло­мее еще бо­лее окреп­ло же­ла­ние слу­жить толь­ко Бо­гу. Ему хо­те­лось уеди­нить­ся по при­ме­ру древ­них по­движ­ни­ков, но лю­бовь к ро­ди­те­лям удер­жи­ва­ла его в род­ной се­мье. Вар­фо­ло­мей был скро­мен, тих и мол­ча­лив, со все­ми был кро­ток и лас­ков, ни­ко­гда не раз­дра­жал­ся и об­на­ру­жи­вал со­вер­шен­ное по­ви­но­ве­ние ро­ди­те­лям. Обык­но­вен­но он вку­шал толь­ко хлеб и во­ду, а в пост­ные дни со­вер­шен­но воз­дер­жи­вал­ся от пи­щи. По­сле смер­ти ро­ди­те­лей Вар­фо­ло­мей предо­ста­вил на­след­ство сво­е­му млад­ше­му бра­ту Пет­ру и вме­сте со стар­шим бра­том Сте­фа­ном по­се­лил­ся в 10 вер­стах от Ра­до­не­жа, в глу­бо­ком ле­су око­ло реч­ки Кон­ч­ю­ры. Бра­тья ру­би­ли лес сво­и­ми ру­ка­ми и по­стро­и­ли кел­лию и ма­лую цер­ковь. Эту цер­ковь свя­щен­ник, по­слан­ный мит­ро­по­ли­том Фе­о­гно­стом, освя­тил в честь Свя­той Тро­и­цы. Так воз­ник­ла зна­ме­ни­тая оби­тель пре­по­доб­но­го Сер­гия.

Вско­ре Сте­фан оста­вил сво­е­го бра­та и стал на­сто­я­те­лем Бо­го­яв­лен­ско­го мо­на­сты­ря в Москве и ду­хов­ни­ком ве­ли­ко­го кня­зя. Вар­фо­ло­мей же, по­стри­жен­ный в мо­на­ше­стве с име­нем Сер­гий, око­ло двух лет под­ви­зал­ся один в ле­су. Нель­зя и пред­ста­вить, сколь­ко ис­ку­ше­ний пе­ре­нес в это вре­мя юный мо­нах, но тер­пе­ние и мо­лит­ва пре­одо­ле­ли все труд­но­сти и диа­воль­ские на­па­сти. Ми­мо кел­лии пре­по­доб­но­го Сер­гия це­лы­ми ста­я­ми про­бе­га­ли вол­ки, при­хо­ди­ли и мед­ве­ди, но ни один из них не при­чи­нял ему вре­да. Од­на­жды свя­той пу­стын­ник дал хле­ба при­шед­ше­му к его кел­лии мед­ве­дю, и с тех пор зверь стал по­сто­ян­но на­ве­щать пре­по­доб­но­го Сер­гия, ко­то­рый де­лил с ним свой по­след­ний ку­сок хле­ба.

Как ни ста­рал­ся свя­той Сер­гий скры­вать свои по­дви­ги, сла­ва о них рас­про­стра­ни­лась и при­влек­ла к нему дру­гих ино­ков, же­лав­ших спа­сать­ся под его ру­ко­вод­ством. Они ста­ли про­сить Сер­гия при­нять сан свя­щен­ни­ка и игу­ме­на. Сер­гий дол­гое вре­мя не со­гла­шал­ся, но, ви­дя в их неот­ступ­ной прось­бе при­зва­ние свы­ше, ска­зал: «Же­лал бы луч­ше по­ви­но­вать­ся, чем на­чаль­ство­вать, но стра­шусь су­да Бо­жия и пре­даю се­бя в во­лю Гос­под­ню». Это бы­ло в 1354 г., ко­гда свя­ти­тель Алек­сий всту­пил на ка­фед­ру мос­ков­ско­го мит­ро­по­ли­та.

Жизнь и тру­ды пре­по­доб­но­го Сер­гия в ис­то­рии рус­ско­го мо­на­ше­ства име­ют осо­бое зна­че­ние, по­то­му что он по­ло­жил на­ча­ло жиз­ни пу­стын­ни­ков, устро­ив вне го­ро­да оби­тель с об­щин­но­жи­ти­ем. Устро­ен­ная на но­вых на­ча­лах оби­тель Свя­той Тро­и­цы сна­ча­ла во всем тер­пе­ла край­нюю ску­дость; ри­зы бы­ли из про­стой кра­ше­ни­ны, свя­щен­ные со­су­ды бы­ли де­ре­вян­ные, в хра­ме вме­сто све­чей све­ти­ла лу­чи­на, но по­движ­ни­ки го­ре­ли усер­ди­ем. Свя­той Сер­гий по­да­вал бра­тии при­мер стро­жай­ше­го воз­дер­жа­ния, глу­бо­чай­ше­го сми­ре­ния и непо­ко­ле­би­мо­го упо­ва­ния на по­мощь Бо­жию. В тру­дах и по­дви­гах он шел пер­вым, а бра­тия сле­до­ва­ла за ним.

Од­на­жды в оби­те­ли со­всем ис­то­щил­ся за­пас хле­ба. Сам игу­мен, чтобы за­ра­бо­тать несколь­ко кус­ков хле­ба, соб­ствен­но­руч­но по­стро­ил се­ни в кел­лии од­но­го бра­та. Но в час край­ней нуж­ды по мо­лит­вам бра­тии неожи­дан­но по­да­ва­лась оби­те­ли щед­рая по­мощь. Через несколь­ко лет по­сле ос­но­ва­ния оби­те­ли око­ло нее ста­ли се­лить­ся кре­стьяне. Невда­ле­ке от нее шла боль­шая до­ро­га к Москве и на се­вер, бла­го­да­ря че­му сред­ства оби­те­ли ста­ли воз­рас­тать, и она по при­ме­ру Ки­е­во-Пе­чер­ской Лав­ры ста­ла щед­ро раз­да­вать ми­ло­сты­ню и при­ни­мать на свое по­пе­че­ние боль­ных и стран­ни­ков.

Слух о свя­том Сер­гии до­стиг Кон­стан­ти­но­по­ля, и пат­ри­арх Фило­фей при­слал ему свое бла­го­сло­ве­ние и гра­мо­ту, ко­то­рой утвер­жда­лись но­вые по­ряд­ки пу­стын­но­го об­щи­но­жи­тия, за­ве­ден­ные ос­но­ва­те­лем Свя­то-Тро­иц­кой оби­те­ли. Мит­ро­по­лит Алек­сей лю­бил пре­по­доб­но­го Сер­гия как дру­га, по­ру­чил ему при­ми­рять враж­до­вав­ших кня­зей, воз­ла­гал на него важ­ные пол­но­мо­чия и го­то­вил се­бе в пре­ем­ни­ки. Но Сер­гий от­ка­зал­ся от это­го из­бра­ния.

Од­на­жды мит­ро­по­лит Алек­сей хо­тел воз­ло­жить на него зо­ло­той крест в на­гра­ду за тру­ды, но Сер­гий ска­зал: «От юно­сти сво­ей я не но­сил на се­бе зо­ло­то, в ста­ро­сти же тем бо­лее хо­чу пре­быть в ни­ще­те» – и ре­ши­тель­но от­кло­нил от се­бя эту по­честь.

Ве­ли­кий князь Ди­мит­рий Ива­но­вич, про­зван­ный Дон­ским, чтил пре­по­доб­но­го Сер­гия как от­ца и про­сил у него бла­го­сло­ве­ния на борь­бу с та­тар­ским ха­ном Ма­ма­ем. «Иди, иди сме­ло, князь, и на­дей­ся на по­мощь Бо­жию», – ска­зал ему свя­той ста­рец и дал ему в спо­движ­ни­ки двух сво­их ино­ков: Пе­ре­све­та и Ос­ля­бю, ко­то­рые па­ли ге­ро­я­ми в Ку­ли­ков­ской бит­ве.

Еще при жиз­ни пре­по­доб­ный Сер­гий со­вер­шал чу­де­са и удо­ста­и­вал­ся ве­ли­ких от­кро­ве­ний. Один раз яви­лась ему в див­ном ве­ли­чии Ма­терь Бо­жия с апо­сто­ла­ми Пет­ром и Иоан­ном и обе­ща­ла по­кро­ви­тель­ство его оби­те­ли. В дру­гой раз он ви­дел необык­но­вен­ный свет и мно­же­ство птиц, огла­шав­ших воз­дух бла­го­звуч­ным пе­ни­ем, и по­лу­чил от­кро­ве­ние, что мно­же­ство ино­ков со­бе­рет­ся в его оби­те­ли. Через 30 лет по­сле его бла­жен­ной кон­чи­ны (25 сен­тяб­ря 1392 г.) от­кры­лись его свя­тые мо­щи.

Од­на­жды, глу­бо­кой но­чью, пре­по­доб­ный Сер­гий (1314–1392) чи­тал ака­фист Бо­жи­ей Ма­те­ри. Со­вер­шив обыч­ное пра­ви­ло, он сел немно­го от­дох­нуть, но вдруг ска­зал сво­е­му ке­лей­ни­ку, пре­по­доб­но­му Ми­хею († 6 мая 1385): "Бодр­ствуй, ча­до, мы бу­дем иметь чуд­ное по­се­ще­ние". Ед­ва он про­из­нес эти сло­ва, как был услы­шан го­лос: "Пре­чи­стая гря­дет". Пре­по­доб­ный Сер­гий по­спе­шил из кел­лии в се­ни, и вне­зап­но его оси­ял яр­кий свет, силь­нее сол­неч­но­го. Он уви­дел бли­ста­ю­щую в неиз­ре­чен­ной сла­ве Бо­жию Ма­терь, со­про­вож­да­е­мую апо­сто­ла­ми Пет­ром и Иоан­ном. Не в си­лах вы­не­сти чуд­но­го све­та, пре­по­доб­ный Сер­гий бла­го­го­вей­но скло­нил­ся пе­ред Бо­жи­ей Ма­те­рью, и Она ска­за­ла ему: "Не бой­ся, из­бран­ни­че Мой! Я при­шла по­се­тить те­бя. Не скор­би бо­лее об уче­ни­ках сво­их и об этом ме­сте. Мо­лит­ва твоя услы­ша­на. От­ныне всем бу­дет изоби­ло­вать твое жи­тель­ство, и не толь­ко в дни тво­ей жиз­ни, но и по­сле тво­е­го от­ше­ствия к Бо­гу неот­ступ­но бу­ду от тво­ей оби­те­ли, по­да­вая ей неоскуд­но все по­треб­ное и по­кры­вая ее во всех нуж­дах". Ска­зав это, Бо­жия Ма­терь ста­ла неви­ди­ма. Дол­го пре­по­доб­ный Сер­гий был в неиз­ре­чен­ном вос­хи­ще­нии, а, при­дя в се­бя, под­нял пре­по­доб­но­го Ми­хея. "Ска­жи мне, от­че, – спро­сил ке­лей­ник, – что это бы­ло за чу­дес­ное ви­де­ние? от ужа­са ду­ша моя ед­ва не раз­лу­чи­лась от те­ла!" Но пре­по­доб­ный Сер­гий мол­чал; толь­ко его све­тив­ше­е­ся ли­цо го­во­ри­ло о той ду­хов­ной ра­до­сти, ко­то­рую пе­ре­жи­вал свя­той. "По­го­ди немно­го, – на­ко­нец про­мол­вил он уче­ни­ку, – по­ка успо­ко­ит­ся дух мой от чуд­но­го ви­де­ния". Через неко­то­рое вре­мя пре­по­доб­ный Сер­гий при­звал двух сво­их уче­ни­ков, пре­по­доб­ных Иса­а­кия и Си­мо­на, и со­об­щил им об­щую ра­дость и на­деж­ду. Все вме­сте они со­вер­ши­ли мо­леб­ное пе­ние Бо­жи­ей Ма­те­ри. Осталь­ную часть но­чи пре­по­доб­ный Сер­гий про­вел без сна, вни­мая умом Бо­же­ствен­но­му ви­де­нию. Яв­ле­ние Бо­жи­ей Ма­те­ри в кел­лии пре­по­доб­но­го Сер­гия, на ме­сте ны­неш­ней Се­ра­пи­о­но­вой па­ла­ты, бы­ло в од­ну из пят­ниц Рож­де­ствен­ско­го по­ста 1385 г. Па­мять о по­се­ще­нии Бо­жи­ей Ма­те­рью Тро­иц­кой оби­те­ли и Ее обе­то­ва­нии свя­то хра­ни­лась уче­ни­ка­ми пре­по­доб­но­го Сер­гия. 5 июля 1422 го­да бы­ли об­ре­те­ны его свя­тые мо­щи, и вско­ре на гро­бе пре­по­доб­но­го Сер­гия бы­ла по­став­ле­на ико­на яв­ле­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри. Ико­на чти­лась как ве­ли­кая свя­ты­ня. В 1446 г. ве­ли­кий князь Ва­си­лий Ва­си­лье­вич (1425–1462) был за­хва­чен в Тро­иц­ком мо­на­сты­ре вой­ска­ми кня­зей Ди­мит­рия Ше­мя­ки и Иоан­на Мо­жай­ско­го. Он за­пер­ся в Тро­иц­ком со­бо­ре, а ко­гда услы­шал, что его ищут, взял ико­ну яв­ле­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри и с ней встре­тил кня­зя Иоан­на в юж­ных цер­ков­ных две­рях, го­во­ря: "Брат, мы це­ло­ва­ли Жи­во­тво­ря­щий Крест и эту ико­ну в этой церк­ви Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы у это­го же гро­ба чу­до­твор­ца Сер­гия, чтобы нам не мыс­лить и не же­лать ни­ко­му от бра­тии меж­ду со­бой ни­ка­ко­го зла; а вот сей­час не знаю, что сбу­дет­ся на­до мной".

Тро­иц­кий инок Ам­вро­сий (се­ре­ди­на ХV в.) вос­про­из­вел ико­ну яв­ле­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри пре­по­доб­но­му Сер­гию в резь­бе по де­ре­ву.

Царь Иоанн Гроз­ный брал ико­ну яв­ле­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри в ка­зан­ский по­ход (1552). Наи­бо­лее из­вест­на ико­на, на­пи­сан­ная в 1588 го­ду ке­ла­рем Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры Ев­ста­фи­ем Го­лов­ки­ным (1571–1581; 1583–1593) на дос­ке от де­ре­вян­ной ра­ки пре­по­доб­но­го Сер­гия, ко­то­рая бы­ла разо­бра­на в 1585 го­ду в свя­зи с пе­ре­ло­же­ни­ем мо­щей пре­по­доб­но­го Сер­гия в се­реб­ря­ную ра­ку (14 ав­гу­ста). Неод­но­крат­но Ма­терь Бо­жия через эту чу­до­твор­ную ико­ну охра­ня­ла рус­ские вой­ска. Царь Алек­сей Ми­хай­ло­вич (1645–1676) брал ее в поль­ский по­ход в 1657 г. В 1703 г. ико­на участ­во­ва­ла во всех по­хо­дах вой­ны со швед­ским ко­ро­лем Кар­лом ХII, а в 1812 г. мит­ро­по­лит Пла­тон по­слал ее мос­ков­ско­му опол­че­нию. Ико­на участ­во­ва­ла в рус­ско-япон­ской войне 1905 го­да и во вре­мя Пер­вой ми­ро­вой вой­ны бы­ла в Став­ке вер­хов­но­го глав­но­ко­ман­ду­ю­ще­го в 1914 го­ду.

Над гро­бом пре­по­доб­но­го Ми­хея бы­ла по­стро­е­на цер­ковь и на­име­но­ва­на при освя­ще­нии 10 де­каб­ря 1734 г. в честь яв­ле­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы со свя­ты­ми апо­сто­ла­ми пре­по­доб­но­му от­цу Сер­гию Ра­до­неж­ско­му. 27 сен­тяб­ря 1841 г. храм был воз­об­нов­лен и освя­щен Мос­ков­ским мит­ро­по­ли­том Фила­ре­том († 19 но­яб­ря 1867 г.), ко­то­рый ска­зал: "Бла­го­да­тию Все­свя­то­го и Все­о­свя­ща­ю­ще­го Ду­ха со­вер­ши­лось ныне об­нов­ле­ние это­го хра­ма, со­здан­но­го преж­де нас в честь и па­мять яв­ле­ния Пре­свя­той Вла­ды­чи­цы на­шей Бо­го­ро­ди­цы пре­по­доб­но­му и бо­го­нос­но­му от­цу на­ше­му Сер­гию, че­му оче­вид­ным сви­де­те­лем был и пре­по­доб­ный Ми­хей, во бла­го­уха­нии свя­ты­ни здесь по­чи­ва­ю­щий. Пра­вед­но бы­ло па­мять это­го бла­го­дат­но­го со­бы­тия по­чтить освя­щен­ным хра­мом, хо­тя, впро­чем, вся оби­тель эта есть па­мят­ник это­го чуд­но­го по­се­ще­ния. По­то­му что вся судь­ба ее в про­дол­же­нии ве­ков есть ис­пол­не­ние обе­то­ва­ния Небес­ной По­се­ти­тель­ни­цы: "Неот­ступ­на бу­ду от это­го ме­ста". В па­мять по­се­ще­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри в Тро­иц­ком со­бо­ре Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры по пят­ни­цам чи­та­ет­ся ака­фист Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це, а осо­бая служ­ба в честь яв­ле­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри со­вер­ша­ет­ся в оби­те­ли 24 ав­гу­ста, на вто­рой день от­да­ния празд­ни­ка Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы.

Мо­щи пре­по­доб­но­го Сер­гия († 1392; па­мять его 25 сен­тяб­ря) бы­ли об­ре­те­ны 5 июля 1422 г. при пре­по­доб­ном игу­мене Ни­коне († 1426; па­мять его 17 но­яб­ря). В 1408 г., ко­гда Москва и ее окрест­но­сти под­верг­лись на­ше­ствию та­тар­ских орд Еди­гея, Тро­иц­кая оби­тель бы­ла опу­сто­ше­на и со­жже­на, ино­ки во гла­ве с игу­ме­ном Ни­ко­ном укры­лись в ле­сах, со­хра­нив ико­ны, свя­щен­ные со­су­ды, кни­ги и дру­гие свя­ты­ни, свя­зан­ные с па­мя­тью пре­по­доб­но­го Сер­гия. В ноч­ном ви­де­нии на­ка­нуне та­тар­ско­го на­бе­га пре­по­доб­ный Сер­гий из­ве­стил сво­е­го уче­ни­ка и пре­ем­ни­ка о гря­ду­щих ис­пы­та­ни­ях и пред­рек в уте­ше­ние, что ис­ку­ше­ние бу­дет непро­дол­жи­тель­но и свя­тая оби­тель, вос­став из пеп­ла, про­цве­тет и еще бо­лее воз­рас­тет. Мит­ро­по­лит Фила­рет пи­сал об этом в "Жи­тии пре­по­доб­но­го Сер­гия": "По по­до­бию то­го, как по­до­ба­ло по­стра­дать Хри­сту, и чрез крест и смерть вой­ти в сла­ву Вос­кре­се­ния, так и все­му, что Хри­стом бла­го­слов­ля­ет­ся на дол­го­ту дней и сла­ву, на­доб­но ис­пы­тать свой крест и свою смерть". Прой­дя через ог­нен­ное очи­ще­ние, вос­крес­ла в дол­го­ту дней оби­тель Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, вос­стал и сам пре­по­доб­ный Сер­гий, чтобы уже на­ве­ки сво­и­ми свя­ты­ми мо­ща­ми пре­бы­вать в ней.

Пред на­ча­лом стро­и­тель­ства но­во­го хра­ма во имя Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы на ме­сте де­ре­вян­но­го, освя­щен­но­го 25 сен­тяб­ря 1412 го­да, пре­по­доб­ный явил­ся од­но­му бла­го­че­сти­во­му ми­ря­ни­ну и ве­лел из­ве­стить игу­ме­ну и бра­тии: "За­чем остав­ля­е­те ме­ня столь­ко вре­ме­ни во гро­бе, зем­лей по­кро­вен­но­го, в во­де, утес­ня­ю­щей те­ло мое?". И вот при стро­и­тель­стве со­бо­ра, ко­гда ры­ли рвы для фун­да­мен­та, от­кры­ты и из­не­се­ны бы­ли нетлен­ные мо­щи пре­по­доб­но­го, и все уви­де­ли, что не толь­ко те­ло, но и одеж­ды на нем бы­ли невре­ди­мы, хо­тя кру­гом гро­ба дей­стви­тель­но сто­я­ла во­да. При боль­шом сте­че­нии бо­го­моль­цев и ду­хо­вен­ства, в при­сут­ствии сы­на Ди­мит­рия Дон­ско­го, кня­зя Зве­ни­го­род­ско­го Юрия Ди­мит­ри­е­ви­ча († 1425), свя­тые мо­щи бы­ли из­не­се­ны из зем­ли и вре­мен­но по­став­ле­ны в де­ре­вян­ной Тро­иц­кой церк­ви (на том ме­сте на­хо­дит­ся те­перь цер­ковь Со­ше­ствия Свя­то­го Ду­ха). При освя­ще­нии в 1426 го­ду ка­мен­но­го Тро­иц­ко­го со­бо­ра они бы­ли пе­ре­не­се­ны в него, где и пре­бы­ва­ют до­ныне.

Все ни­ти ду­хов­ной жиз­ни Рус­ской Церк­ви схо­дят­ся к ве­ли­ко­му Ра­до­неж­ско­му угод­ни­ку и чу­до­твор­цу, по всей пра­во­слав­ной Ру­си бла­го­дат­ные жи­во­тво­ря­щие то­ки рас­про­стра­ня­ют­ся от ос­но­ван­ной им Тро­иц­кой оби­те­ли.

По­чи­та­ние Свя­той Тро­и­цы в рус­ской зем­ле на­ча­лось со свя­той рав­ноап­о­столь­ной Оль­ги († 969;), воз­двиг­шей пер­вый на Ру­си Тро­иц­кий храм в Пско­ве. Поз­же воз­дви­га­лись та­кие хра­мы в Ве­ли­ком Нов­го­ро­де и дру­гих го­ро­дах.

Ду­хов­ный вклад пре­по­доб­но­го Сер­гия в бо­го­слов­ское уче­ние о Свя­той Тро­и­це осо­бен­но ве­лик. Пре­по­доб­ный глу­бо­ко про­зи­рал со­кро­вен­ные тай­ны бо­го­сло­вия "ум­ны­ми оча­ми" по­движ­ни­ка – в мо­лит­вен­ном вос­хож­де­нии к Трии­по­стас­но­му Бо­гу, в опыт­ном Бо­го­об­ще­нии и Бо­го­упо­доб­ле­нии.

"Со­на­след­ни­ка­ми со­вер­шен­но­го све­та и со­зер­ца­ния Пре­свя­той и Вла­дыч­ной Тро­и­цы, – изъ­яс­нял свя­той Гри­го­рий Бо­го­слов, – бу­дут те, ко­то­рые со­вер­шен­но со­еди­нят­ся с со­вер­шен­ным Ду­хом". Пре­по­доб­ный Сер­гий опыт­но по­знал тай­ну Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, по­то­му что жиз­нью сво­ей со­еди­нил­ся с Бо­гом, при­об­щил­ся к са­мой жиз­ни Бо­же­ствен­ной Тро­и­цы, т. е. до­стиг воз­мож­ной на зем­ле ме­ры обо­же­ния, став "при­част­ни­ком Бо­же­ско­го есте­ства" (2Пет.1,4). "Кто лю­бит Ме­ня, – ска­зал Гос­подь, – тот со­блю­дет сло­во Мое; и Отец Мой воз­лю­бит его, и Мы при­дем к нему и оби­тель у него со­тво­рим" (Ин.14,23). Ав­ва Сер­гий, во всем со­блюд­ший за­по­ве­ди Хри­сто­вы, от­но­сит­ся к чис­лу свя­тых угод­ни­ков, в ду­ше ко­то­рых "со­тво­ри­ла оби­тель" Свя­тая Тро­и­ца; он сам сде­лал­ся "оби­те­лью Свя­той Тро­и­цы", и всех, с кем об­щал­ся пре­по­доб­ный, он воз­во­дил и при­об­щал к Ней.

Ра­до­неж­ский по­движ­ник, его уче­ни­ки и со­бе­сед­ни­ки обо­га­ти­ли Рус­скую и Все­лен­скую Цер­ковь но­вым бо­го­слов­ским и ли­тур­ги­че­ским ве­де­ни­ем и ви­де­ни­ем Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, На­ча­ла и Ис­точ­ни­ка жиз­ни, яв­ля­ю­щей Се­бя ми­ру и че­ло­ве­ку в со­бор­но­сти Церк­ви, брат­ском еди­не­нии и жерт­вен­ной ис­ку­пи­тель­ной люб­ви ее пас­ты­рей и чад.

Ду­хов­ным сим­во­лом со­би­ра­ния Ру­си в един­стве и люб­ви, ис­то­ри­че­ско­го по­дви­га на­ро­да стал храм Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, воз­двиг­ну­тый пре­по­доб­ным Сер­ги­ем, "чтобы по­сто­ян­ным взи­ра­ни­ем на Нее по­беж­дал­ся страх нена­вист­ной роз­ни ми­ра се­го".

По­чи­та­ние Свя­той Тро­и­цы в фор­мах, со­здан­ных и за­ве­щан­ных свя­тым игу­ме­ном Ра­до­неж­ским, ста­ло од­ной из наи­бо­лее глу­бо­ких и са­мо­быт­ных черт рус­ской цер­ков­но­сти. В Тро­и­це Жи­во­на­чаль­ной пре­по­доб­ным Сер­ги­ем бы­ло ука­за­но не толь­ко свя­тое со­вер­шен­ство веч­ной жиз­ни, но и об­ра­зец для жиз­ни че­ло­ве­че­ской, ду­хов­ный иде­ал, к ко­то­ро­му долж­но стре­мить­ся че­ло­ве­че­ство, по­то­му что в Тро­и­це как Нераз­дель­ной осуж­да­ют­ся усо­би­цы и бла­го­слов­ля­ет­ся со­бор­ность, а в Тро­и­це как Нес­ли­ян­ной осуж­да­ет­ся иго и бла­го­слов­ля­ет­ся сво­бо­да. В уче­нии пре­по­доб­но­го Сер­гия о Пре­свя­той Тро­и­це рус­ский на­род глу­бо­ко чув­ство­вал свое ка­фо­ли­че­ское, все­лен­ское при­зва­ние, и, по­стиг­нув все­мир­ное зна­че­ние празд­ни­ка, на­род укра­сил его всем мно­го­об­ра­зи­ем и бо­гат­ством древ­не­го на­цио­наль­но­го обы­чая и на­род­ной по­э­зии. Весь ду­хов­ный опыт и ду­хов­ное устрем­ле­ние Рус­ской Церк­ви во­пло­ти­лись в ли­тур­ги­че­ском твор­че­стве празд­ни­ка Свя­той Тро­и­цы, тро­иц­ких цер­ков­ных об­ря­дов, икон Свя­той Тро­и­цы, хра­мов и оби­те­лей Ее име­ни.

Пре­тво­ре­ни­ем бо­го­слов­ско­го ве­де­ния пре­по­доб­но­го Сер­гия ста­ла чу­до­твор­ная ико­на Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы пре­по­доб­но­го Ан­дрея Ра­до­неж­ско­го, про­зва­ни­ем Рубле­ва († 1430), ино­ка-ико­но­пис­ца, по­стри­же­ни­ка Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой оби­те­ли, на­пи­сан­ная по бла­го­сло­ве­нию пре­по­доб­но­го Ни­ко­на в по­хва­лу свя­то­му ав­ве Сер­гию. (На Сто­гла­вом со­бо­ре 1551 го­да эта ико­на бы­ла утвер­жде­на в ка­че­стве об­раз­ца для всей по­сле­ду­ю­щей цер­ков­ной ико­но­гра­фии Пре­свя­той Тро­и­цы.).

"Нена­вист­ная рознь", раз­до­ры и смя­те­ния мир­ской жиз­ни пре­одоле­ва­лись ино­че­ским об­ще­жи­ти­ем, на­саж­ден­ным пре­по­доб­ным Сер­ги­ем по всей Ру­си. У лю­дей не бы­ло бы раз­де­ле­ния, раз­до­ров и войн, ес­ли бы че­ло­ве­че­ская при­ро­да, со­здан­ная Твор­цом по об­ра­зу Бо­же­ствен­но­го Три­един­ства, не бы­ла ис­ка­же­на и раз­дроб­ле­на пер­во­род­ным гре­хом. Пре­одоле­вая сво­им со­рас­пя­ти­ем Спа­си­те­лю грех особ­но­сти и раз­де­ле­ния, от­вер­га­ясь "сво­е­го" и "се­бя", ино­ки-об­ще­жи­тель­ни­ки, по уче­нию свя­то­го Ва­си­лия Ве­ли­ко­го, вос­ста­нав­ли­ва­ют пер­во­здан­ное един­ство и свя­тость че­ло­ве­че­ской при­ро­ды. Оби­тель пре­по­доб­но­го Сер­гия ста­ла для Рус­ской Церк­ви об­раз­цом та­ко­го вос­ста­нов­ле­ния и воз­рож­де­ния, в ней вос­пи­та­лись свя­тые ино­ки, про­нес­шие за­тем на­чер­та­ние ис­тин­но­го пу­ти Хри­сто­ва в от­да­лен­ные пре­де­лы. Во всех сво­их тру­дах и де­я­ни­ях пре­по­доб­ный Сер­гий и его уче­ни­ки во­цер­ков­ля­ли жизнь, да­вая на­ро­ду жи­вой при­мер воз­мож­но­сти это­го. Не от­ре­ка­ясь от зем­но­го, но пре­об­ра­жая его, они зва­ли вос­хо­дить и са­ми вос­хо­ди­ли к Небес­но­му.

Шко­ла пре­по­доб­но­го Сер­гия через оби­те­ли, ос­но­ван­ные им, его уче­ни­ка­ми и уче­ни­ка­ми его уче­ни­ков, охва­ты­ва­ет все про­стран­ство Рус­ской зем­ли и про­хо­дит чрез всю даль­ней­шую ис­то­рию Рус­ской Церк­ви. Чет­вер­тая часть всех рус­ских мо­на­сты­рей, твер­дынь ве­ры, бла­го­че­стия и про­све­ще­ния, ос­но­ва­на ав­вой Сер­ги­ем и его уче­ни­ка­ми. "Игу­ме­ном Рус­ской зем­ли" на­звал на­род ос­но­ва­те­ля До­ма Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы. Пре­по­доб­ные Ни­кон и Ми­хей Ра­до­неж­ские, Силь­вестр Об­нор­ский, Сте­фан Махри­щский и Ав­ра­амий Чух­лом­ский, Афа­на­сий Сер­пу­хов­ской и Ни­ки­та Бо­ров­ский, Фе­о­дор Си­мо­нов­ский и Фе­ра­понт Мо­жай­ский, Ан­д­ро­ник Мос­ков­ский и Сав­ва Сто­ро­жев­ский, Ди­мит­рий При­луц­кий и Ки­рилл Бе­ло­зер­ский – все они бы­ли уче­ни­ки и со­бе­сед­ни­ки "чуд­но­го стар­ца" Сер­гия. Свя­ти­те­ли Алек­сий и Ки­при­ан, мит­ро­по­ли­ты Мос­ков­ские, Ди­о­ни­сий, ар­хи­епи­скоп Суз­даль­ский, и Сте­фан, епи­скоп Перм­ский, со­сто­я­ли с ним в ду­хов­ном об­ще­нии. Пат­ри­ар­хи Кон­стан­ти­но­поль­ские Кал­лист и Фило­фей пи­са­ли к нему по­сла­ния и по­сы­ла­ли свое бла­го­сло­ве­ние. Чрез пре­по­доб­ных Ни­ки­ту и Па­ф­ну­тия Бо­ров­ских идет ду­хов­ная пре­ем­ствен­ность к пре­по­доб­но­му Иоси­фу Во­лоц­ко­му и дру­жине его уче­ни­ков, чрез Ки­рил­ла Бе­ло­зер­ско­го – к Ни­лу Сор­ско­му, к Гер­ма­ну, Сав­ва­тию и Зо­си­ме Со­ло­вец­ким.

Цер­ковь чтит и тех из уче­ни­ков и спо­движ­ни­ков пре­по­доб­но­го Сер­гия, па­мять ко­то­рых не от­ме­че­на в ме­ся­це­сло­ве спе­ци­аль­но, под от­дель­ным днем. Мы пом­ним, что пер­вым при­шел к пре­по­доб­но­му на Ма­ко­вец ста­рец Ва­си­лий Су­хой, на­зван­ный так за его несрав­нен­ное пост­ни­че­ство. Вто­рым был инок Яку­та, т. е. Иа­ков, из про­стых кре­стьян, он без­ро­пот­но дол­гие го­ды нес в оби­те­ли хло­пот­ное и труд­ное по­слу­ша­ние рас­сыль­но­го. При­шли, сре­ди про­чих уче­ни­ков, к пре­по­доб­но­му его зем­ля­ки из Ра­до­не­жа диа­кон Они­сим с сы­ном Ели­се­ем. Ко­гда со­бра­лось 12 ино­ков и по­стро­ен­ные кел­лии об­не­се­ны бы­ли вы­со­кой огра­дой, диа­ко­на Они­си­ма ав­ва на­зна­чил при­врат­ни­ком, по­то­му что кел­лия его бы­ла край­няя от вхо­да в оби­тель. Под се­нью свя­той Тро­иц­кой оби­те­ли про­вел свои по­след­ние го­ды игу­мен Мит­ро­фан, тот са­мый, кто по­стриг ко­гда-то пре­по­доб­но­го Сер­гия в Ан­гель­ский об­раз и на­ста­вил в ино­че­ских по­дви­гах. Мо­ги­ла умер­ше­го вско­ре бла­жен­но­го стар­ца Мит­ро­фа­на ста­ла пер­вой на мо­на­стыр­ском клад­би­ще. В 1357 го­ду при­шел в оби­тель из Смо­лен­ска ар­хи­манд­рит Си­мон, оста­вив по­чет­ную долж­ность на­сто­я­те­ля в од­ном из смо­лен­ских мо­на­сты­рей ра­ди то­го, чтобы стать про­стым по­слуш­ни­ком у бо­го­нос­но­го Ра­до­неж­ско­го игу­ме­на. В на­гра­ду за ве­ли­кое сми­ре­ние Гос­подь спо­до­бил его быть участ­ни­ком див­но­го ви­де­ния пре­по­доб­но­го Сер­гий о бу­ду­щем умно­же­нии его ино­че­ско­го ста­да. По бла­го­сло­ве­нию свя­то­го ав­вы при­нял на се­бя по­двиг мо­лит­вен­но­го без­мол­вия бла­жен­ный ста­рец Иса­а­кий Мол­чаль­ник, чье мол­ча­ние для ино­ков и внеш­них бы­ло по­учи­тель­нее вся­ких слов. Лишь один раз за го­ды без­мол­вия от­верз уста пре­по­доб­ный Иса­а­кий – чтобы сви­де­тель­ство­вать, как ви­ден­ный им Ан­гел Бо­жий со­слу­жил в ал­та­ре пре­по­доб­но­му Сер­гию, со­вер­шив­ше­му Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию. Оче­вид­цем бла­го­да­ти Свя­то­го Ду­ха, со­дей­ство­вав­шей пре­по­доб­но­му, был так­же екк­ли­си­арх Си­мон, ко­то­рый ви­дел од­на­жды, как Небес­ный огонь со­шел на Свя­тые Тай­ны и угод­ник Бо­жий "при­ча­стил­ся ог­ня неопаль­но". Стар­ца Епи­фа­ния († ок. 1420), быв­ше­го поз­же, при игу­мене Ни­коне, ду­хов­ни­ком Сер­ги­е­ва ста­да, Цер­ковь на­зы­ва­ет Пре­муд­рым за вы­со­кую уче­ность и ве­ли­кие ду­хов­ные да­ро­ва­ния. Он из­ве­стен как со­ста­ви­тель жи­тий пре­по­доб­но­го Сер­гия и его со­бе­сед­ни­ка свя­ти­те­ля Сте­фа­на Перм­ско­го, по­хваль­ных слов им, а так­же "Сло­ва о жиз­ни и пре­став­ле­нии ве­ли­ко­го кня­зя Ди­мит­рия Дон­ско­го". Жи­тие пре­по­доб­но­го Сер­гия, со­став­лен­ное Епи­фа­ни­ем через 26 лет по кон­чине пре­по­доб­но­го, т. е. в 1418 г., бы­ло за­тем пе­ре­ра­бо­та­но при­быв­шим с Афо­на ино­ком агио­гра­фом Па­хо­ми­ем Сер­бом, про­зван­ным Ло­го­фе­том.

К пре­по­доб­но­му Сер­гию, как к неис­ся­ка­е­мо­му ис­точ­ни­ку мо­лит­вен­но­го ду­ха и бла­го­да­ти Гос­под­ней, во все вре­ме­на шли на по­кло­не­ние – для на­зи­да­ния и мо­лит­вы, за по­мо­щью и ис­це­ле­ни­ем – ты­ся­чи на­ро­да. И каж­до­го из при­бе­га­ю­щих с ве­рой к его чу­до­твор­ным мо­щам он ис­це­ля­ет и воз­рож­да­ет, ис­пол­ня­ет си­лы и ве­ры, пре­об­ра­жа­ет и воз­во­дит к сво­ей све­то­нос­ной ду­хов­но­сти.

Но не толь­ко ду­хов­ные да­ры и бла­го­дат­ные ис­це­ле­ния по­да­ют­ся всем, при­хо­дя­щим с ве­рою к мо­щам пре­по­доб­но­го, но ему да­на так­же от Бо­га бла­го­дать за­щи­щать от вра­гов Рус­скую зем­лю. Сво­и­ми мо­лит­ва­ми пре­по­доб­ный был с во­ин­ством Ди­мит­рия Дон­ско­го на Ку­ли­ко­вом по­ле; он бла­го­сло­вил на рат­ный по­двиг сво­их по­стри­же­ни­ков – ино­ков Алек­сандра Пе­ре­све­та и Ан­дрея Ос­ля­бя. Он ука­зал Иоан­ну Гроз­но­му ме­сто для со­ору­же­ния кре­по­сти Сви­яж­ска и по­мо­гал в по­бе­де над Ка­за­нью. Во вре­мя поль­ско­го на­ше­ствия пре­по­доб­ный Сер­гий явил­ся во сне ни­же­го­род­ско­му граж­да­ни­ну Коз­ме Ми­ни­ну, по­веле­вая со­би­рать каз­ну и во­ору­жать вой­ско для осво­бож­де­ния Моск­вы и Рус­ско­го го­су­дар­ства. И ко­гда в 1612 г. опол­че­ние Ми­ни­на и По­жар­ско­го по­сле мо­леб­на у Свя­той Тро­и­цы дви­ну­лось к Москве, бла­го­дат­ный ветр раз­ве­вал пра­во­слав­ные стя­ги, "яко от гро­ба са­мо­го чу­до­твор­ца Сер­гия".

К пе­ри­о­ду Смут­но­го вре­ме­ни и поль­ско­го на­ше­ствия от­но­сит­ся ге­ро­и­че­ское "Тро­иц­кое си­де­ние", ко­гда мно­гие ино­ки по бла­го­сло­ве­нию пре­по­доб­но­го игу­ме­на Ди­о­ни­сия по­вто­ри­ли свя­щен­ный рат­ный по­двиг Сер­ги­е­вых уче­ни­ков Пе­ре­све­та и Ос­ля­би. Пол­то­ра го­да – с 23 сен­тяб­ря 1608 г. по 12 ян­ва­ря 1610 го­да – оса­жда­ли по­ля­ки оби­тель Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, же­лая раз­гра­бить и раз­ру­шить этот свя­щен­ный оплот пра­во­сла­вия. Но за­ступ­ле­ни­ем Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­цы и мо­лит­ва­ми пре­по­доб­но­го Сер­гия, "со мно­гим сты­дом" бе­жа­ли на­ко­нец от стен мо­на­сты­ря, го­ни­мые Бо­жи­им гне­вом, а вско­ре и сам пред­во­ди­тель их, Ли­сов­ский, по­гиб лю­той смер­тью как раз в день па­мя­ти пре­по­доб­но­го, 25 сен­тяб­ря 1617 г. В 1618 г. при­хо­дил к сте­нам Свя­той Тро­и­цы сам поль­ский ко­роле­вич Вла­ди­слав, но, бес­силь­ный про­тив охра­ня­ю­щей оби­тель бла­го­да­ти Гос­под­ней, вы­нуж­ден был под­пи­сать пе­ре­ми­рие с Рос­си­ей в при­над­ле­жав­шем мо­на­сты­рю се­ле Де­улине. Поз­же здесь был воз­двиг­нут храм во имя пре­по­доб­но­го Сер­гия.

В 1619 го­ду по­се­тил Лав­ру при­е­хав­ший в Рос­сию Иеру­са­лим­ский пат­ри­арх Фе­о­фан. Он в осо­бен­но­сти по­же­лал ви­деть тех ино­ков, ко­то­рые в го­ди­ну во­ен­ной опас­но­сти дерз­ну­ли воз­ло­жить на се­бя по­верх ино­че­ских оде­я­ний бо­е­вые коль­чу­ги и с ору­жи­ем в ру­ках вста­ли на сте­нах свя­той оби­те­ли, от­ра­жая непри­я­те­ля. Пре­по­доб­ный Ди­о­ни­сий, игу­мен, воз­глав­ляв­ший обо­ро­ну († 1633), пред­ста­вил пат­ри­ар­ху бо­лее два­дца­ти ино­ков.

Пер­вым из них был Афа­на­сий (Още­рин), са­мых пре­клон­ных лет, до жел­тиз­ны се­дой ста­рец. Пат­ри­арх спро­сил его: "Ты ли хо­дил на вой­ну и на­чаль­ство­вал над во­и­на­ми?" Ста­рец от­ве­тил: "Да, Вла­ды­ко свя­тый, по­нуж­ден был кро­ва­вы­ми сле­за­ми" – "Что же свой­ствен­нее ино­ку – мо­лит­вен­ное уеди­не­ние или во­ин­ские по­дви­ги пред людь­ми?". Бла­жен­ный Афа­на­сий, по­кло­нясь, от­ве­чал: "Вся­кая вещь и вся­кое де­ло по­зна­ет­ся в свое вре­мя. Вот под­пись ла­ти­нян на го­ло­ве мо­ей, от ору­жия. Еще шесть па­мя­тей свин­цо­вых в мо­ем те­ле. В кел­лии си­дя, в мо­лит­вах, раз­ве смог бы я об­ре­сти та­ких по­бу­ди­те­лей к воз­ды­ха­нию и сте­на­нию? А бы­ло все это не на­шим из­во­ле­ни­ем, но по бла­го­сло­ве­нию по­слав­ших нас на Бо­жию служ­бу". Тро­ну­тый муд­рым от­ве­том сми­рен­но­го ино­ка, Пат­ри­арх бла­го­сло­вил и по­це­ло­вал его. Он бла­го­сло­вил и осталь­ных мо­на­хов-во­и­нов и вы­ра­зил одоб­ре­ние все­му брат­ству Лав­ры пре­по­доб­но­го Сер­гия.

По­двиг оби­те­ли в тя­же­лое для все­го на­ро­да Смут­ное вре­мя опи­сан ке­ла­рем Ав­ра­ами­ем (Па­ли­цы­ным) в "Ска­за­нии о со­бы­ти­ях Смут­но­го вре­ме­ни" и ке­ла­рем Си­мо­ном Аза­рьи­ным в двух агио­гра­фи­че­ских со­чи­не­ни­ях: "Кни­ге о чу­де­сах пре­по­доб­но­го Сер­гия" и "Жи­тии пре­по­доб­но­го Ди­о­ни­сия Ра­до­неж­ско­го". В 1650 г. Си­мео­ном Ша­хов­ским был со­став­лен ака­фист пре­по­доб­но­му Сер­гию, как "взбран­но­му во­е­во­де" Рус­ской зем­ли, в па­мять об из­бав­ле­нии Тро­иц­кой оби­те­ли от вра­же­ско­го об­сто­я­ния. Дру­гой су­ще­ству­ю­щий ака­фист пре­по­доб­но­му был со­став­лен в ХVIII ве­ке, ав­то­ром его счи­та­ют мит­ро­по­ли­та Мос­ков­ско­го Пла­то­на (Лев­ши­на; † 1812).

В по­сле­ду­ю­щее вре­мя оби­тель про­дол­жа­ла быть неоску­де­ва­ю­щим све­то­чем ду­хов­ной жиз­ни и цер­ков­но­го про­све­ще­ния. Из ее бра­тии из­би­ра­лись на чре­ду слу­же­ния мно­гие про­слав­лен­ные иерар­хи Рус­ской Церк­ви. В 1744 го­ду оби­тель за за­слу­ги пе­ред Ро­ди­ной и ве­рой ста­ла име­но­вать­ся Лав­рой. В 1742 г. в ее огра­де учре­жде­на ду­хов­ная се­ми­на­рия, в 1814 го­ду сю­да бы­ла пе­ре­ве­де­на Мос­ков­ская ду­хов­ная ака­де­мия.

И ныне Дом Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы слу­жит од­ним из глав­ных бла­го­дат­ных цен­тров Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. Здесь из­во­ле­ни­ем Свя­то­го Ду­ха со­вер­ша­ют­ся де­я­ния По­мест­ных Со­бо­ров Рус­ской Церк­ви. В оби­те­ли име­ет ме­сто­пре­бы­ва­ние свя­тей­ший пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Ру­си, ко­то­рый но­сит на се­бе осо­бен­ное бла­го­сло­ве­ние пре­по­доб­но­го Сер­гия, яв­ля­ясь, по уста­но­вив­ше­му­ся пра­ви­лу, "Свя­то-Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой Лав­ры свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­том".

Пя­тое июля, день об­ре­те­ния мо­щей свя­то­го ав­вы Сер­гия, игу­ме­на Рус­ской зем­ли – са­мое мно­го­люд­ное и тор­же­ствен­ное цер­ков­ное празд­не­ство в оби­те­ли.

См. так­же: "Жи­тие и чу­де­са пре­по­доб­но­го и бо­го­нос­но­го от­ца на­ше­го Сер­гия, Ра­до­неж­ско­го чу­до­твор­ца" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

Кроссворд «Прп. Сергий Радонежский»