Акафист святому преподобному Силуану, Афонскому чудотворцу

Составитель: митрополит Харьковский Никодим

Одобрен: между 1989 г. и 1991 годами

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 24 сентября (11 сентября ст. ст.)

Утвержден для общецерковного использования.

Кондак 1

Избранный подвижниче и земный ангеле Христов, всеблаженне отче Силуане! В непрестанном бдении, посте и смирении отцев афонских преизрядный подражателю, жаждою по Бозе и горением любве к Нему благодать обильную душе твоей стяжал еси, всеблаженне. Христу подражая, за томящихся во аде, живых и грядущих молитвою слезною сраспинался еси. Сицевыя любве твоея не лиши и нас, во юдоли греховней твоего предстательства пред Богом просящих и умильно зовущих:

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Икос 1

Ангелов Творец и Господь Сил из чрева матере твоея предызбра тя и, по глаголу псалмопевца, сердце глубоко дарова ти, богоносне отче Силуане, да, яко в чертозе преизряднем, вместиши невместимое имя Бога Вышняго и силою Божиею и Божиею премудростию житию ангельскому всеусердно последуеши. Мы же, похваляюще чудный подвиг земных трудов твоих, благоговейно зовем ти:

Радуйся, родителей благочестивых плод целомудренныя чистоты; радуйся, благовонное цветение их подвига веры неувядаемыя красоты.

Радуйся, благочестие родителей твоих душевне возлюбивый; радуйся, целомудрию и боголюбию их уподобитися благоволивый.

Радуйся, измлада радости в Бозе искати дивно умудривыйся; радуйся, аки елень к источнику благодати Божия устремивыйся.

Радуйся, словом Божиим, аки сладким медом, разум юности твоея усладивый; радуйся, сердце твое воле Божией всецело покоривый.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 2

Виде тя Преблагословенная Богородица, в пучине греховней погружаема, егда сладость греховная, аки змий злосмрадный, вниде во утробу юности твоея, Матерски печалующися, дивно воззва ти: чадо, прискорбно Ми есть видети тя во греховнем делании оскверняющася. Юже состраждущу о твоем грехопадении уразумев, змия греховнаго мужемудренно изринул еси, покаянием и молитвою того побеждая, любящему же нас Господу присно воспевая о Пречистей Матери Его благодарную песнь: Аллилуиа.

Икос 2

Разум Божественный осени тя, егда глас Матере Господа Сил услышати сподобился еси, избранниче Божий Силуане, и благодать Святаго Духа исполни сердце твое. Тоя же действием, аки серна из тенет, в вертоград дивно призвавшия тя Божия Матере, гору Афонскую, от мирския суеты устремился еси, во еже прилепитися Богу сынолюбне. Мы же, видяще чудное изволение о тебе мира Владычицы, умильно зовем ти:

Радуйся, от мрака греховнаго к свету истины Христовы Самою Пречистою призванный; радуйся, быти верным делателем Ея земнаго вертограда дивно избранный.

Радуйся, земли Российския грозде сладкотечный, на горе Афонстей изобильно произрастший; радуйся, совесте недремлющая, покаянною молитвою жало греховное притупившая.

Радуйся, во святей Пантелеимоновей обители ангельски Богу послуживый; радуйся, в труде, посте и безмолвии врага, борющаго тя, славно покоривый.

Радуйся, вся козни диавола смиренномудренно поправый; радуйся, жаждею по Бозе веру непорочную славне стяжавый.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 3

Сила Вышняго воистину храняше тя, егда дух ада и смерти претяше ти и душу твою прельщеньми греховными обуреваше, боголюбиве отче Силуане. Изнемогаяй же, Бога неумолима помыслил еси быти; тогда Человеколюбец Господь в неизреченнем Фаворстем блистании тя посети и огнем благодати Святаго Духа укрепи тя, всеблаженне. Ты же, аки Павел, новое рождение восприяв, со страхом и радостию взывал еси Богу: Аллилуиа.

Икос 3

Имея богатство благодати, Духом на Небеса возведен был еси и тамо неизреченныя глаголы слышал еси. Воистину радости тоя кто исповесть, отче преблаженне Силуане. Егда бо, вне образов мира, в созерцании Божества доброты несказанныя безмерно любящаго и всепрощающаго Христа Бога лице видети сподобился еси, неизреченныя любве Божия преисполнился еси. Мы же, чудящеся твоему неизглаголанному боговидению, вопием:

Радуйся, в подвизе веры Христова посещения и утешения сподобивыйся; радуйся, тамо благодатными дарами Святаго Утешителя Духа преизобильно напоенный.

Радуйся, причастниче неизреченныя райския красоты; радуйся, Богом возлюбленный и Им облагодатствованный щедротами Небесныя доброты.

Радуйся, тоя благодати всему человечу роду прилежно ходатайствующий; радуйся, яко страж недремлющий, ко утру жизни вечныя нас пробуждающий.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 4

Бурю лютых искушений воздвиже на тя человекоубийца диавол, искони ищущий праведных погубити, но ты, отче Силуане, Духом Святым наставляемый держати ум твой во аде и не отчаяватися, в непрестаннем бдении и смирении козни диавола предваряя, того победил еси. Он же, тобою посрамленный, не обинуяся, рече ти, яко лжец есть. Тако от сетей врага душу твою, аки голубицу кроткую, Богу соблюл еси, непрестанно воспевая Ему: Аллилуиа.

Икос 4

Слышаще о тебе, яко дивно от мирския суеты к иноческому подвигу призвана бывша и благодатию Божиею добр плод творяща, преподобне, не токмо младии иноцы, но и старцы, в подвизе зело искуснии, к тебе притекаху, и, аки медом, делы и словесы твоими услаждахуся и тако, равноангельнаго жития достигающе, Господу подобяхуся. Мы же, видяще тя смиренномудрием украшена, с радостию зовем ти:

Радуйся, смиренномудрия и целомудрия кладезю неисчерпаемый: радуйся, земнаго Едема крине благоуханный и неувядаемый.

Радуйся, благое иго Христово в подвизе твоем с любовию носивый; радуйся, ум твой, сердце и волю в Бозе молитвою утвердивый.

Радуйся, чистоты душевныя и телесныя хранителю усердный; радуйся, непрестанною молитвою на высоту безстрастия возшедый.

Радуйся, святоотеческим правилам усерднейший подражателю; радуйся, Небеснаго Отечества и любве Божия к нам непрестающий глашатаю.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 5

Звезду, путь указующую и ум просвещающую, - Божественную благодать - дарова ти Господь, боголюбиве отче Силуане, и тою, аки пророка Илию у потока Хорафа, на спасительный подвиг укрепляше тя. Ты же, дивно питаемый от неиждиваемых сокровищ Духа Святаго, в юности и престарении, от стражи утренния до нощи, в молитвах за всю вселенную, аки свирель сладкопесенная, непрестанно взывал еси Богу: Аллилуиа.

Икос 5

Видим тя, о преблаженне отче Силуане, в подвизе благом, аки младенец млека матере, любве Божия ищуща и к Тому любовию пламенеюща, и слезно взывающа: «Помяну душа моя любовь Господню, и согреяся сердце мое: кто бо даст ми толикий жар, еже не знати ми покоя во дни, ниже в нощи от любве Божия?» Сего ради содрогаемся сердцем и умиляемся душею о толиком горении любве твоея ко Всещедрому Богу, и умильно зовем ти:

Радуйся, паче сладка меда неутолимо правды Божия жаждущий; радуйся, в любви твоей ко Господу ангелом подражающий.

Радуйся, возносяй кадило молитвы чистыя, аки пламень огненный; радуйся, красотою ангельскаго благоговения украсивший горняя и дольняя.

Радуйся, яко огню купины несгораемыя сердце твое уподобляшеся; радуйся, яко руце твои, аки Моисеовы за народ избранный, за всех пред Господом простирашася.

Радуйся, ты бо возлюбил еси возжелати судьбы Божии на всякое время и взыскал еси оправданий Его; радуйся, яко непрестанно Ему взывал еси: спаси, Боже, люди Твоя и благослови достояние Твое.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 6

Проповедник немолчен безмолвия явился еси, угодниче Божий, егда Человеколюбец Господь восхоте в любви испытати тя и посещения Всесвятаго Духа лиши тя. Ты же, уразумев себе лишена быти Того благодати, аки Адам, лишения рая рыдавый, сердцем сокрушенным слезно взывал еси: «Господи! Ты прежде взыскал еси мя и дал ми еси насладитися Духом Твоим Святым, и душа моя возлюби Тя. Ныне же тужит душа моя по Тебе». Сице рыдая, обаче на милосердие Божие уповая, взывал еси Ему: Аллилуиа.

Икос 6

Возсиял еси, боголюбиве отче Силуане, яко новый тайновидец, отнелиже смирением и молитвою со слезами благодать Святаго Духа паки стяжал еси, от неяже любве неизреченныя преисполнися сердце твое. Ты же, уразумев благодати сея силу, дерзновением Илииным воззвал еси: «Господи! Не токмо мне, всему миру даруй познати любовь Твою и спастися!» Мы же, имуще тя молитвенника пред Богом неусыпна, со умилением зовем ти:

Радуйся, яко молитвенным сраспинанием за умерших, живых и грядущих был еси небо отверстое; радуйся, яко сицевою любовию исходатайствовал еси душе твоей Царство Небесное.

Радуйся, чистоты веры и беззлобия дивное воплощение; радуйся, к грехопадениям ближних твоих стяжавый Христово всепрощение.

Радуйся, дивнаго святилища мира — угодников Божиих — верный сподвижниче; радуйся, Преблагословенныя Игумении Афона верный послушниче и даров Святаго Духа вместилище.

Радуйся, горы Афонския свирель сладкопесненная, о грядущей жизни возвещающая; радуйся, тоя вертограда трудниче неусыпный, в подвиге изнемогающих укрепляющий.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 7

Хотя Человеколюбец Господь явити в тебе новое благосветное светило, преподобне отче Силуане, яко ветвь масличную от корене земли Российския, в пустыни Афонстей насади и, Духа Святаго благодатию орошая, многоплодна тя сотвори: делы бо и словесы твоими, аки елеем животворным, чистоте и целомудрию, благочестию и братолюбию всех наставлял еси. Они же, союзом любве связуеми, покаряюще худшее лучшему, воспеваху Богу: Аллилуиа.

Икос 7

Новаго пустынножителем сподвижника, монахом и мирским наставника и учителя яви тя Господь, преблаженне Силуане. Ты бо, еще в мире жив, некоего воина, о грехопадении жены своея соблазнившагося и во гневе ярящася, Христову всепрощению научил еси, и сим Таинство брака — малая Церковь — от разрушения сохранися; иноков же, в уныние впадших, к стяжанию душевнаго мира призывая и страху Божию наставляя, к покаянию приводил еси, и тако рая жителей быти всех приуготовлял еси. Ведуще тя тако о спасении всех печалящася, достодолжно с любовию вопием ти:

Радуйся, пустыннолюбцев в искании Бога усердный сподвижниче; радуйся, братолюбия прилежный строителю и теплый о всех молитвенниче.

Радуйся, на пути житейском, в бедах и напастех сопутниче верный; радуйся, в болезнех и печалех, и скорбех душевных служителю нелицемерный.

Радуйся, вестниче любве Божия, к примирению с Богом и ближним своим всех призывающий; радуйся, свидетельством, яко благ Господь, души, от греха изнемогающия, в надежде прощения подкрепляющий.

Радуйся, верный подвижниче земнаго Едема, спасения миру слезно ходатайствующий; радуйся, за всех нераскаянных грешников во ад снити желающий.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 8

Странное чудо яви тебе Господь, преблаженне отче Силуане, егда старца-духовника Авраамия, преображенна во образе своем, невыразимо сияюща, дивно ти показа и тако честне почитати Таинство покаяния нас настави. Мы же, видяще тя, волю свою, яко Самому Господу, духовному отцу своему вверяюща и тако смирением и покаянием злая хотения своя отсекающа, воле Божией чрез пастырей Церкве Христовы научаемся вверятися и сице, прежде исхода нашего, гнева Божия и Суда грядущаго избегати, вопиюще Триединому Богу: Аллилуиа.

Икос 8

Всем сердцем и душею смирение Христово стяжавый, предивный угодниче Божий, и Тому, Возлюбленному, за мир сраспинаяйся, слезно взывал еси: «Сладчайший Иисусе! Ты воскресил еси душу мою любити ближняго своего. Даруй ми убо источати слезы за всю вселенную, да вси людие познают Тя и да насладятся миром Твоим и узрят свет лица Твоего». Мы же, во гресех житие наше иждившии и тобою спасаеми, ублажаем Тя сице:

Радуйся, Заступницы Усердныя в молитвах за мир сподвижниче неутомимый; радуйся, яко Иеремия о народе плачущий, Гору Святую слезами оросивый.

Радуйся, предивный афонский подвижниче, всю вселенную молитвою твоею освящающий; радуйся, яко отец чадолюбивый, за всех, во гресех погибающих, слезно перед Богом ходатайствующий.

Радуйся, Христу Богу возлюбленне угодниче, ангелом радость и удивление; радуйся, Севера светлое сияние, в Афонстей пустыни Святыя Руси чистое отображение.

Радуйся, в смирении и послушании явивый миру образ ангельския красоты; радуйся, теплотою молитвы твоея и нас домом Духа Божественнаго хотяй сотворити.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 9

Все естество ангельское и подвижников множество удивишася смирению и человеколюбию твоему, отче наш Силуане, егда икономства послушание восприяв, целомудренному Иосифу во Египте уподобился еси. И не токмо о братии святыя обители, но и о мирских делателех, тамо трудившихся, яко о чадех Божиих, попечение имевый, Богу, любящему всякое Свое создание, о тех взывал еси: «Господи, посли Духа Святаго Твоего и утеши скорбныя души бедных людей сих». Тако бо во всяком послушании смиренномудрия красоту показуя, непрестанно взывал еси Богу: Аллилуиа.

Икос 9

Витии многовещании не возмогут изрещи силу любве твоея, предивне отче Силуане, ты бо слезно жаждал еси всяку вражду и нестроение в людех угасити и всяческая с Богом примирити, взывая Владыце мира: «Господи! Твоим жажду быти и с Тобою за всю вселенную сораспятися, да вси спасени будут». К братии же взывал еси: «Чада, молитеся за врагов своих, они бо суть братия ваша — жизнь ваша, враг же мира токмо диавол есть». Мы же, тако к братолюбию и человеколюбию тобою наставляеми, зовем ти:

Радуйся, добротою твоею Христу на Голгофе уподобивыйся; радуйся, не руками бо, сердцем и душею за врагов своих сраспинавыйся.

Радуйся, о ближних пекийся и красоту благодатного безмолвия не утративый; радуйся, любя ближних своих, силу непрестанныя молитвы стяжавый.

Радуйся, постом и молитвою стрелы лукаваго до конца отразивый; радуйся, злоловления и ухищрения диавола препобеждати нас научивый.

Радуйся, в мельнице Христовой плоть трудом изнуряя, аки хлебом священным, сердце молитвою услаждавый; радуйся, делателей вертограда Царицы Небесныя хлебом жизни изобильно питавый.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 10

Спасения души твоея ища и Христу Сладчайшему прилепитися желая, от земли отец твоих на Гору Святую мирне притекл еси, идеже в воздержании и безмолвии, трудолюбии и человеколюбии равноангельную красоту стяжал еси, всеблаженне. И тако преблагословеннаго утра, егда вси пустыннолюбцы обителей Афонских полунощную песнь Творцу воспеваху, благия кончины достигл еси и душу твою, Животворящим Телом и Кровию Господнею напитанную, в Божественныя руки Того предал еси, во еже непрестанно со всеми святыми воспевати святых Святейшему Слову: Аллилуиа.

Икос 10

Царя Небеснаго, Егоже славословят херувими и серафими и святых собори, житием, верою и любовию всеусерднейший служитель был еси, преподобне, и, яко благоуханный, со всеми избранниками Пречистыя Богородицы у Престола Всесвятыя Троицы предстал еси. Буди же, всеблаженне, о благоденственном мире земли отец твоих усердный пред Богом ходатай, о Церкви же Святей — ангел неусыпныя молитвы и теплый предстатель, да тобою от бед избавляеми, благодарне зовем ти:

Радуйся, ангеле земли Российския, на Святей Горе преизрядно потрудивыйся; радуйся, молитвенниче теплейший, у Престола Божия за нас любовию сраспеншийся.

Радуйся, о людех земли отцев твоих усердный перед Богом ходатаю; радуйся, братии афонскаго вертограда, в подвизе изнемогающих, скорый предстателю.

Радуйся, язвы Господа твоего на теле твоем безропотно носивый; радуйся, душу твою, покаянными слезами убелену, чисту Тому вверивый.

Радуйся, верный делателю винограда Христова, к Горнему Сиону Господем призванный; радуйся, яко тамо собеседуеши со святыми и ангелы, славою и честию увенчанный.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 11

Песнь благохвальную приносим ти, угодниче Божий, отче Силуане, горением бо любве ко Господу, за спасение мира взалкавшему и смирением Своим диавола посрамившему, верно последуя, пустыню афонскую молитвою чистою облагоухал еси, образ равноангельнаго жития, многоплодными дарами Святаго Духа украшенный, благодатно нам показуя. Сице бо Гору Святую раеви уподобляя, врага посрамил еси, души же твоей Царствие Небесное стяжал еси, подвизая и нас любовию к Богу прилеплятися, вопиюще Ему: Аллилуиа.

Икос 11

Светоподательнаго Света и благодати Святаго Духа носителя в житии и по смерти всему миру яви тя Господь во днех наших, преподобне, во еже взирающе на тя, нетленною красотою земных подвигов блистающа и херувимски у Престола Божия за нас молитвы творяща, в надежди спасения нашего уверимся и благонравному житию всеусерднейше последуем, волю же свою любви Божией сладко покорим, такожде и в телесех и душах наших прославление имене любящаго нас Господа да утвердится. Темже, тобою в вере укрепляеми, с любовию зовем ти:

Радуйся, подвигом жизни благонравныя в любви к Богу нас укрепляющий; радуйся, усердный обличителю злонравия, Таинства и правила веры православныя хранити нас наставляющий.

Радуйся, пусынножительством Петру Афонскому в посте и безмолвии прилежно ревновавый; радуйся, попечением о благонравии иночествующих авве Афанасию верно подражавый.

Радуйся, новый светильниче веры, в дни наши верный путь к Богу указующий; радуйся, о неоскудении благодати Святаго Духа в Церкви Православней всем дивно свидетельствующий.

Радуйся, верный рабе Христов, достойно у Престола Славы Его предстоящий; радуйся, благия кончины и добраго ответа на Страшнем Судищи Христове нам усердно просящий.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любве неугасающее.

Кондак 12

Благодати неисповедимую силу излия на тя Христос Бог наш, преподобне, во еже на Небесех, идеже все живет и движется в радости Духа Святаго, явити тя в лице афонских подвижников, со всеми святыми о всех земнородных молитвы творяща. Тако ведуще тя, молимся: пролей, о всеблаженне, теплую молитву ко Господу, да милосердовав, Церковь Свою Святую во спасение наше во веки утвердит, пустыннолюбцев земнаго Едема всяко сохранит и укрепит, да во веки славословится имя Божие от земных и Небесных, поющих: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще преславную память твоею, богоносне отче Силуане, достойно ублажаем болезни и труды твоя, яже во бдении и пощении со всеми избранниками Божия Матере всеусердне понесл еси. Кто бо изочтет труды и воздыхания ваша, в молитвах за мир приносимая, имиже Господь гнев Свой грехов ради наших на милование преложи и человеколюбием Своим клятву, еюже клятся — Церкви Святей до скончания века утвержденней быти — не разори. Мы же, благодарни суще сицевому предстательству твоему, умильно зовем ти:

Радуйся, водительству Святаго Духа усердный последователю; радуйся, Христа — Благость и Премудрость Божию — телесными очима лицезрителю.

Радуйся, Христов смиренный подвижниче, Матери Божией пред всеми Небесными и земными радость и похваление: радуйся, неусыпный о мире молитвенниче, нашего спасения надежда и утешение.

Радуйся, наследниче Царства Христова, подвигом своим Гору Афонскую украсивый; радуйся, нашего спасения верный сподвижниче, путь, ведущий к Богу, нам освятивый.

Радуйся, златакованная трубо, со всеми святыми и ангелами славу Божию возвещающая; радуйся, венцем бессмертия Богом увенчанный, в молитвах своих нас не оставляющий.

Радуйся, отче Силуане, в молитве за мир горение любви неугасающее.

Кондак 13

О предивный угодниче Божий Силуане, земли Российския благодатное рождение, пустыннолюбцев горы Афонския похвало и украшение! Приими от нас малое сие моление и испроси у Распеншагося за мир Христа Бога нашего, да помилует всех нас, чад Своих, и благодатию Святаго Духа в союз любве Своея свяжет нас, и, имиже весть судьбами, к Себе приведет, во еже твоими молитвами непостыдно явитися нам в день Судный пред лицем славы Его и сподобитися со всеми святыми и ангелы воспевати победную песнь: Аллилуиа.

Этот кондак читается трижды, затем 1-й икос: «Ангелов Творец…» и 1-й кондак: «Избранный подвижниче…».

Молитва

О предивный угодниче Божий, отче Силуане! По благодати, тебе от Бога данней, слезно молитися о всей вселенней, мертвых, живых и грядущих, не премолчи за нас ко Господу, к тебе усердно припадающих и твоего предстательства умильно просящих. Подвигни, о всеблаженне, на молитву усердную Заступницу рода христианскаго, Преблагословенную Богородицу и Приснодеву Марию, чудно призвавшую тя быти верна делателя в Ея земнем вертограде, идеже избранницы Божии о гресех наших милостива и долготерпелива быти Бога умоляют, во еже не помянути неправд и беззаконий наших, но, по неизреченней благости Господа нашего Иисуса Христа, ущедрити и спасти нас по велицей Его милости. Ей, угодниче Божий, с Преблагословенною Владычицею мира, Святейшею Игумениею, и святыми подвижники Ея земнаго жребия, испроси у святых Святейшаго Слова Святей Горе Афонстей и боголюбивым пустынножителем ея от всех бед и наветов вражиих в мире сохранитися, да Ангелы святыми от зол избавлиеми и Духом Святым в вере и братолюбии укреплиеми, до скончания века о Единей, Святей, Соборней и Апостольстей Церкви молитвы творят и всем спасительный путь указуют, да Церковь земная и Небесная непрестанно славословит Творца и Отца Светов, просвещающи и освящающи мир в вечней правде и благости Божией. Народом всего мира испроси благоденственнаго и мирнаго жития, духа смиренномудрия и братолюбия, добронравия и спасения, духа страха Божия, да не злоба и беззаконие ожесточают сердца людская, желающе истребити любовь Божию в человецех и низвергнути их в богопротивныя вражду и братоубийства, но в силе Божественныя любве и правды, якоже на Небеси, и на земли да святится имя Божие, да будет воля Его святая в человецех и да воцарится мир и Царствие Божие на земли. Такожде и земному отечеству твоему, земли Российстей, испроси, угодниче Божий, вожделеннаго мира и Небеснаго благословения, во еже, всемощным омофором Матере Божия покрываему, избавитися ему от глада, губительства, труса, огня, меча, нашествия иноплеменников и междоусобныя брани и от всех враг видимых и невидимых, и тако же быти ему до скончания века святейшему дому Преблагословенныя Богородицы, Креста Животворящаго силою, и в любви Божией неоскудеваему утвердитися. Нам же всем, во тьму грехов погружаемым, и покаяния тепла, ниже страха Божия не имущим, и сице безмерно любящаго нас Господа непрестанно оскорбляющим, испроси, о всеблаженне, у Всещедраго Бога нашего, да Своею всесильною благодатию Божественне посетит и оживотворит души наша и всяку злобу и гордость житейскую, уныние и нерадение в сердцах наших да упразднит. Еще молимся, о еже и нам, благодатию Всесвятаго Духа укрепляемым и любовию Божиею согреваемым, в человеколюбии и братолюбии, смиренномудрии и молитвеннем сраспинании друг за друга и за всех, в правде Божией утвердитися, и в благодатней любви Божией благонравно укрепитися, и сынолюбне Тому приближитися. Да тако, творяще Его всесвятую волю, во всяком благочестии и чистоте, временнаго жития путь непостыдно преидем и со всеми святыми Небеснаго Царствия и Его Агнчаго брака сподобимся. Емуже от всех земных и Небесных да будет слава, честь и поклонение, со Безначальным Его Отцем, Пресвятым и Благим и Животворящим Его Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Ґкafістъ прпdбному и3 бGон0сному nтцY нaшему сілуaну, подви1жнику и3 стaрцу рyсскагw пантелеи1монова монастырS, и4же на с™ёй горЁ ґfHнъ.

Тропaрь, глaсъ в7:

Серафjмскіz любвE ко гDу плaменный ревни1телю и3 їеремjи, њ нар0дэ плaчущему, ўсeрдный подражaтелю, всебlжeнне џтче сілуaне, ты2 з0ву м™ре гDа си1лъ внeмлzй, ѕмjz грэх0внаго мужемyдреннw и3зрhгнулъ є3си2 и3 въ г0ру ґfHнскую t суеты2 мjра ўдали1лсz є3си2, и3дёже въ трудёхъ и3 моли1твахъ со слезaми блгdть с™aгw д¦а њби1льнw стzжA. є4юже сердцA н†шz воспламени2 и3 съ тоб0ю ўми1льнw взывaти ўкрэпи2 гDи м0й, жи1знь моS и3 рaдосте с™az, сп7си2 мjръ и3 нaсъ t всsкихъ лю1тыхъ.

Кондaкъ №.

И#збрaнный ўг0дниче хrт0въ и3 чудотв0рче, прпdбне џтче сілуaне, земли2 рwссjйскіz свэти1льниче, с™hz горы2 ґfHнскіz подви1жниче преди1вный, прославлsемъ тS въ пёснехъ д¦0вныхъ, с™aго мlтвенника и3 застyпника нaшегw. тh же, ћкw и3мёzй дерзновeніе ко гDу, предстaтельствомъ твои1мъ нбcнымъ t всsкихъ нaсъ бёдъ свободи2, съ люб0вію зовyщихъ: рaдуйсz. прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 мlтвэ.

Јкосъ №.

ЃгGлъ земнhй и3 чlвёкъ нбcный kви1лсz є3си2, џ§е с™hй сілуaне, є3гдA служи1ти гDеви въ прпdбіи и3 прaвдэ вожделёлъ є3си2. сегw2 рaди, вели1кимъ nц7є1мъ дрє1внимъ подражaz, равноaгGльнw во nби1тели рyсстэй с™aгw великом§ника пантелеи1мона пожи1лъ є3си2 и3 тaмw сіsніемъ с™aго д¦а њзарeнный, ќмъ хrт0въ стzжaлъ є3си2 и3 бhлъ є3си2 таи1нникъ б9іz блгdти, џбразъ бGоуг0днаго житіS показaлъ є3си2. нhнэ же предстоS пrт0лу с™hz трbцы, вкyпэ съ ли6ки прпdбныхъ nтє1цъ ґfHнскихъ, моли1сz њ нaсъ, бlгоговёйнэ чтyщихъ тS и3 зовyщихъ тебЁ си1це:

Рaдуйсz, правослaвною рyсскою землeю рождeнный:

рaдуйсz, роди1телей бlгочести1выхъ чaдо бlгословeнное.

Рaдуйсz, бGа всёмъ сeрдцемъ и3 всeю душeю возлюби1вый:

рaдуйсz, вёру с™yю, ћкw многоцённый би1серъ стzжaвый.

Рaдуйсz, сeрдце твоE в0ли б9іей всецёлw покори1вый:

рaдуйсz, nтeчество земн0е, д0мъ св0й, nтцA и3 мaтерь хrтA рaди њстaвивый.

Рaдуйсz, на с™yю г0ру ґfHнскую невозбрaннw пришeдый:

рaдуйсz, во nби1тель рyсскую на горЁ сeй всели1выйсz.

Рaдуйсz, въ смирeніи и3 послушaніи џбразъ ѓгGльскіz красоты2 kви1вый:

рaдуйсz, непрестaнною моли1твою на высотY безстрaстіz возшeдый.

Рaдуйсz, бlговолeніемъ и3 люб0вію б9іz м™ре њсэнeнный:

рaдуйсz, на нб7си2 и3 на земли2 нhнэ прослaвленный.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1тве.

Кондaкъ в7.

Ви1дzщи тS преблгcвeннаz дв7а бцdа во грэсЁ погибaюща, млcрдова њ тебЁ и3 ти1химъ глaсомъ любвE призвa тz къ покаsнію. тh же, џтче с™hй, познaвый д¦омъ м™рь гDа бGа, николи1же забывaлъ є3си2 ди1вное сіE посэщeніе и3 крHткаz словесA б9іz м™ре. тёмже, њстaвивъ пyть, ведyщій къ поги1бели, слезaми њмhвъ покаsніz грэхи2 ю4ности своеS, въ сокрушeніи сeрдца прибэгaлъ є3си2 къ живодaвцу хrтY, во ўмилeніи поS є3мY: ґллилyіа.

Јкосъ в7.

Рaзумъ бGопросвэщeнъ и3мёz, вели1кій првdникъ їwaннъ кронштaдтскій чудотв0рецъ прови1дэ твоE монaшеское совершeнное житіE, блгcви1 тz, прпdбне џтче сілуaне, на пyть и4ноческагw служeніz бGу. тh же nтeчество земн0е њстaвилъ є3си2 и3 въ вертогрaдъ ди1внw призвaвшіz тS б9іz м™ре, с™yю г0ру ґfHнскую, напрaвилъ є3си2 стwпы2 сво‰, да тaмw њбрsщеши пристaнище безмzтeжное ко сп7сeнію. тёмже, восхвалsюще таков0е и3зволeніе твоE, блгcвeніемъ б9іимъ њсэнeнное, воспэвaемъ ти2:

Рaдуйсz, t пелeнъ цRковь б9ію возлюби1вый:

рaдуйсz, богaтство земн0е ни во чт0 же вмэни1вый.

Рaдуйсz, земли2 тамб0вскіz свётлое рaдованіе:

рaдуйсz, њ лю1дехъ рwссjйскихъ ўсeрдный пред8 бGомъ ходaтае.

Рaдуйсz, t мрaка грэх0внагw къ свёту и4стины хrт0вой сам0ю пречcтою призвaнный:

рaдуйсz, дёлателемъ є3S земнaгw вертогрaда и3збрaнный.

Рaдуйсz, б9ій и3збрaнниче, на с™yю г0ру пресели1выйсz:

рaдуйсz, во с™ёй nби1тели пантелеи1моновэй ѓгGльски бGу послужи1вый.

Рaдуйсz, кrтъ t бGа дaнный безр0потнw на себE возложи1вый:

рaдуйсz, въ трудЁ, постЁ и3 безм0лвіи врагA, борю1щагw тS, слaвно побэди1вый.

Рaдуйсz, t ю4ности на высотY совершeнства возшeдый:

рaдуйсz, къ бцdэ мlтвенниче нaшъ неусhпный.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ G.

си1лою свhше ўкрэплeнный, не ўстраши1лсz є3си2 ѕлок0зненныхъ напaстей врагA сп7сeніz и3 крёпкою вёрою, ћкw щит0мъ њграждazсz, tрази1лъ є3си2 вс‰ губи1тєльнаz п0мыслы неви1димагw супостaта nрyжіемъ моли1твы, бдёніемъ и3 пощeніемъ, непрестaннымъ течeніемъ слeзъ твои1хъ ўмлcтивлsz гDа, и3 тaкw въ терпёніи стzжaлъ є3си2 дaры блгdтныz, въ д¦0внэмъ весeліи воспэвaz бlгодёzщему бGу ѓгGльскую пёснь: ґллилyіа.

Јкосъ G.

И#мёzй богaтство блгdти, д¦омъ на нб7сA возведeнъ бhлъ є3си2, џтче сілуaне, и3 тaмw спод0билсz є3си2 зрёти ли1къ всепрощaющагw хrтA бGа, ћвльшагwсz тебЁ въ сіsніи несказaннагw бжcтвеннагw свёта, и3дёже ты2, преисп0лненный неизречeнныz рaдости и3 ўмилeніz, бlгодaрнw взывaлъ є3си2: гDи, мjръ погибaетъ въ tчazніи: мнЁ, ћкw недост0йнэйшему и3з8 всёхъ, ты2, џ§е, tкрывaеши т†йны жи1зни вBчныz: дaждь всемY мjру познaти тебE. сегw2 рaди вёдzще тS и3збрaнника б9іz и3 мlтвенника њ ми1рэ всегw2 мjра, рaдостнw взывaемъ:

Рaдуйсz, и4ноческагw житіS скHрби и3 тэснотY возлюби1вый:

рaдуйсz, дaръ непрестaнныz моли1твы t прес™hz бцdы получи1вый.

Рaдуйсz, на г0ру выс0кую добродётелей бжcтвенныхъ восшeдый:

рaдуйсz, во смирeніи твоeмъ вели1кихъ даровaній б9іихъ ўдост0ивыйсz.

Рaдуйсz, хrт0ва посэщeніz спод0бивыйсz:

рaдуйсz, зрёніемъ красоты2 ли1ка б9іz возрaдованный.

Рaдуйсz, видёніе сіE, ћкw сокр0вище д¦0вное нaмъ њстaвивый:

рaдуйсz, и4мже вдохновлsемсz шeствовати по пути2 къ жи1зни вёчнэй.

Рaдуйсz, во є3дeмъ нбcный д¦омъ с™hмъ возведeнный:

рaдуйсz, блгdтными дaры д¦а с™aгw напоeнный.

Рaдуйсz, въ сeрдце твоeмъ џбразъ хrтA непрестaнно носи1вый:

рaдуйсz, любвE и3 сострадaніz къ лю1демъ и3сп0лненный.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ д7.

Бyрz ѕлhхъ п0мыслwвъ t врагA воздвизaемаz, ћкw плaмень ѓда њбдержa тz, џтче с™hй, да и3спhтана бyдетъ вёра твоS, ћкw злaто въ горни1лэ, да познaеши нeмwщи пaдшагw є3стествA ґдaмова. тh бо и3спытaлъ є3си2 въ томлeніи души2 tпадeніе t б9іz блгdти и3 препобэди1лъ є3си2 и3скушeніе сіE во бlжeннемъ плaчэ, почитaz себE нижaйшимъ всёхъ людeй, и3 тaкw познaлъ є3си2, кaкw подобaетъ стzжaти блгdть и3 храни1ти ю5, непрестaннw бlгодарS и3 поS бGу, пом0щнику и3 покрови1телю нaшему побёдную пёснь: ґллилyіа.

Јкосъ д7.

слhша гDь тво‰ вwздыхaніz t тsжкихъ и3скушeній діaвольскихъ, даровa ти разумёти, кaкw противостaти лю1тымъ к0знемъ врaжіимъ: мн0зи бо бёси нап0лниша кeлію твою2, не терпsще твоеS рeвности њ непрестaнней моли1твэ и3 бGомhсліи, и3 страховaньми хотsху въ мjръ тS возврати1ти. тогдA сaмъ гDь tкры2 тебЁ тaйну жи1зни въ д©э, глаг0лz: держи2 ќмъ тв0й во ѓдэ и3 не tчazвайсz. сіe бо є4сть nрyжіе на діaвола непобэди1мое, стрaсти попалsющее и3 свётомъ смирeніz хrт0ва њзарsющее. тёмже и3 мы2, сіE прaвило пріи1мше, бlгодaрнw вопіeмъ си1це:

Рaдуйсz, злaто, џгнемъ и3скушeній њчищeнное:

рaдуйсz, кади1ло, покаsннымъ плaменемъ возжжeнное.

Рaдуйсz, ћкw въ бGоwстaвленности дyшу твою2 сугyбw и3спытaлъ є3си2:

рaдуйсz, ћкw вёрою и3 плaчемъ тaйнымъ tчazніе души2 твоеS побэди1лъ є3си2.

Рaдуйсz, пост0мъ и3 моли1твою стрBлы лукaвагw до концA tрази1вый:

рaдуйсz, мyжество вeліе въ борьбЁ съ духaми ѕл0бы kви1вый.

Рaдуйсz, вс‰ кHзни діaвола смиренномyдреннw попрaвый:

рaдуйсz, ѕлоухищрє1ніz є3гw2 побэждaти и3 нaсъ научи1вый.

Рaдуйсz, бlг0е и4го хrт0во въ п0двизэ твоeмъ съ люб0вію носи1вый:

рaдуйсz, ћкw за всёхъ нераскazнныхъ грёшникwвъ во ѓдъ сни1ти желaлъ є3си2.

Рaдуйсz, ќмъ тв0й, сeрдце и3 в0лю въ бз7э моли1твеннw ўтверди1вый:

рaдуйсz, таи1нниче б9ій, є3щE на земли2 нбcныхъ вкуси1вый.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ є7.

БGосвётлою ѕвэзд0ю на нб7си2 цRк0внэмъ kви1лсz є3си2, преслaвне џтче сілуaне, добродётельми сіsz ѓки лучaми свэтозaрными, мрaкъ ўнhніz и3 tчazніz си1лою мlтвы tгонsz и3 ѕлhхъ духHвъ блгdтію б9іею низлагaz. тh бо дyшу свою2 слезaми вели1кими њмhвый, воспріsлъ є3си2 свhше блгdть ходaтайствовати њ всёхъ лю1дехъ, взывaz: гDи, посли2 млcть свою2 на дёти земли2, и5хже лю1биши, и3 всёмъ и5мъ дaждь разумёти люб0вь твою2 и3 познaти слaву твою2 д¦омъ с™hмъ. и3 нhнэ, предстоS пrт0лу б9ію, прпdбне џтче сілуaне, дaждь нaмъ ўтэшeніе въ ск0рбехъ, да согрёютсz рaдостію печ†льнаz сердцA людeй и3 да познaютъ nни2 люб0вь б9ію, воспэвaюще є3мY пёснь: ґллилyіа.

Јкосъ є7.

Ви1дэша тS, бlжeнне сілуaне, насє1льницы горы2 ґfHнскіz н0вагw свэти1льника блгdти б9іz, и4бо б9іимъ произволeніемъ kви1лсz є3си2 мjру ћкw мyжъ вeлій въ п0двизэхъ ќмнагw дёланіz и3 млcтію є3гw2 проникaлъ є3си2 въ глубины6 бGосл0віz. сегw2 рaди потек0ша къ тебЁ и4щущіи душесп7си1тельнагw наставлeніz и3 њбрэт0ша въ тебЁ бGомyдраго ўчи1телz и4ноческаго равноaгGльнаго житіS. тёмже пис†ніz тво‰, њдушевлє1ннаz дыхaніемъ д¦а с™aгw њстaвилъ є3си2 нaмъ и3 мнHгіz напитaлъ є3си2 хлёбомъ ўчeніz твоегw2. помози2, џтче с™hй, всёмъ блуждaющимъ въ пустhни мjра њбрэсти2 и3ст0чникъ жи1зни вёчныz, њзари2 словесы2 свои1ми њжесточє1ннаz сердцA н†ша, да напои1мсz стуsми живон0сными бжcтвеннагw ўчeніz, бlгодaрнw воспэвaюще тебЁ сицевaz:

Рaдуйсz, зри1телю бжcтвенныхъ видёній:

рaдуйсz, слhшателю глаг0лwвъ нбcныхъ.

Рaдуйсz, д¦омъ њзарeнный бGосл0вити творцA:

рaдуйсz, тогw2 млcти и3 всепрощeніz проповёдниче.

Рaдуйсz, ћкw моли1твами и3 п0двиги рaзумъ д¦0вный стzжaлъ є3си2:

рaдуйсz, ћкw мнHгіz ко сп7сeнію привeлъ є3си2.

Рaдуйсz, ўчи1телю хrтіaнскагw совершeнства:

рaдуйсz, и3ст0чниче бGод¦новє1нныхъ поучeній.

Рaдуйсz, глубины6 тaинъ б9іихъ словесы2 простhми kви1вый:

рaдуйсz, бGомyдрый настaвниче, руководsй къ нб7сє1мъ вBрныz.

Рaдуйсz, дары2 д¦а с™aгw въ сeрдце твоE пріeмый:

рaдуйсz, путеводи1телю нaшъ во n§ество нб7сное.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ ѕ7.

Проповёдникъ любвE ко врагHмъ kви1лсz є3си2 мjру, прпdбне сілуaне, ћкw д¦ъ с™hй научи1 тz ми1ловати враги2 и3 моли1тисz за ни1хъ, подражaz распsтому за ны2 хrтY. тh бо џбразъ смирeніz хrт0ва и3 люб0вь є3гw2 житіeмъ твои1мъ показaлъ є3си2, со слезaми взывaz: брaтіе, люби1те враги2 вaшz, сjи бо сyть брaтіz вaшz, врaгъ же вaшъ діaволъ є4сть: ѓще кто2 не лю1битъ враги2 сво‰, т0й не познA бGа. тёмже ви1дzще тS хрaмъ живhй бжcтвенныz любвE, м0лимъ тS, просвэти2 њжесточє1ннаz сердцA н†ша и3 спод0би нaсъ люби1ти врагHвъ нaшихъ, ћкоже повелЁ гDь, въ рaдости пою1ще є3мY: ґллилyіа.

Јкосъ ѕ7.

ВозсіS свётъ бжcтвенный, kвлeнный всещeдрымъ хrт0мъ бGомъ, и3 и3сп0лни твоE безпор0чное сeрдце рaдостію и3 бlжeнствомъ неизглаг0ланнымъ, є3гдA ты2 въ болёзни души2 твоеS њ мjрэ, во ѕлЁ лежaщимъ, моли1лсz є3си2 бGу, и3ст0чнику жи1зни и3 вёчныхъ бл†гъ, њ всёхъ лю1дехъ, томsщихсz во тьмЁ и3 сёни смeртнэй, и5мже ты2 ходaтайствовалъ є3си2 со слезaми въ нощнhхъ моли1твахъ tрaду и3 пок0й, да не лишaтсz nни2 млcти б9іей и3 познaютъ люб0вь творцA своегw2. мh же вёдуще тS дерзновeннаго моли1твенника њ нaсъ пред8 бGомъ, и3з8 глубины2 сердeцъ прин0симъ ти2 пёніе сіE:

Рaдуйсz, въ моли1твэ за мjръ горёніе любвE неугаси1мое:

рaдуйсz, тайнови1дче чlвэколю1біz б9іz.

Рaдуйсz, во пл0ти ѓгGльски пожи1вый:

рaдуйсz, в0ине хrт0въ непобэди1мый.

Рaдуйсz, зaповэдь хrтA њ любви2 къ врагHмъ и3сп0лнивый:

рaдуйсz, ўчeніе њ сп7сeніи души2 є4ю запечатлёвый.

Рaдуйсz, бGу въ млcрдіи ко всёмъ лю1демъ подражaвый:

рaдуйсz, ћкw сeрдцемъ и3 душeю за враги2 сво‰ хrтY сораспsлсz є3си2.

Рaдуйсz, ћкw моли1твами твои1ми вLку всёхъ ўмлcтивлsеши:

рaдуйсz, ћкw научaеши нaсъ сокрушeннымъ сeрдцемъ къ бGу вопіsти.

Рaдуйсz, свэщE, сyщымъ во тьмЁ и3 сёни смeртнэй возсіsвшаz:

рaдуйсz, чaше, и3зливaющаz тHки млcрдіz б9іz.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ з7.

ХотS чlвэколю1бецъ гDь kви1ти свою2 неwскудэвaющую млcть къ лю1демъ, показa тz вои1стинну џбразъ совершeннагw смирeніz и3 покаsніz. тh бо рeклъ є3си2 въ мlтвэ: бlгодарю1 тz, гDи, ћкw смири1лъ є3си2 дyшу мою2, ты2 лю1биши плaчущихъ и3 смирeнныхъ, дaруй, млcтиве, и3ти2 къ тебЁ путeмъ смирeннагw плaча, є3гHже показaлъ є3си2 мнЁ. тёмже печaльникъ њ всeмъ мjрэ kви1лсz є3си2, прпdбне сілуaне, и3 нhнэ прин0сиши њ нaсъ слeзы неизречeнныz любвE, сострадaz всёмъ скорбsщымъ и3 плaчущымъ на земли2, приносS и5мъ рaдость и3 ўтэшeніе и3 научaz бlгодaрнw пёти бGу: ґллилyіа.

Јкосъ з7.

Н0вагw неусhпнагw мlтвенника с™ёй горЁ ґfHнстэй и3 всемY мjру даровA гDь, призвA бо тS, бGон0сче џтче сілуaне, самоtвeрженнэ шeствовати во слёдъ себЁ. тh же, взeмъ тzготY мн0гоболёзненныхъ трудHвъ, дости1глъ є3си2 д¦0вныz высоты2 сінaz и3 спод0билсz є3си2, ѓки дрeвній прbр0къ мwmсeй бGови1дэцъ, лицезрёти гDа, и3 бhлъ є3си2 ўчи1тель покаsніz, возглашaz въ моли1твэ дни6 и3 нHщи: q брaтіе мои2, покaйтесz, док0лэ є4сть врeмz: бGъ и4щетъ нaшегw покаsніz. тёмже блгcви1 тz хrт0съ моли1тисz за вс‰ лю1ди, дHбрыz и3 злы6z, да поми1луетъ всёхъ и3 вс‰ гDь. мh же грёшніи, люб0вію къ тебЁ подвизaеми, ўблажaемъ тS си1це:

Рaдуйсz, нетлённое богaтство цrтвіz нбcнагw возлюби1вый:

рaдуйсz, ќмнымъ дёланіемъ въ мyжа совершeнна пришeдый.

Рaдуйсz, чистоты2 вёры и3 неѕл0біz ди1вное воплощeніе:

рaдуйсz, зaповэдей б9іихъ ўсeрдный и3сполни1телю.

Рaдуйсz, равноaгGльнагw житіS стр0гій ревни1телю:

рaдуйсz, прпdбныхъ вели1кихъ nтє1цъ послёдователю вёрный.

Рaдуйсz, и3ст0чниче слeзъ, с0вэсть њмывaющихъ:

рaдуйсz, ћкw дрeвній прbр0къ їеремjа њ нар0дэ согрэши1вшемъ плaчущій.

Рaдуйсz, всен0щныхъ моли1твъ и3 бдёній ўсeрдный соверши1телю:

рaдуйсz, покаsніz ўчи1телю блгdтный.

Рaдуйсz, за всёхъ во грэсёхъ погибaющихъ пред8 бGомъ вёрный ходaтаю:

рaдуйсz, моли1твенниче њ мjрэ дерзновeнный.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ }.

стрaнное и3 преслaвное чyдо kви2 тебЁ гDь, прпdбне џтче сілуaне, є3гдA стaрца, д¦0внаго nтцA твоегw2 ґврaміz, преwбражeнна во џбразэ своeмъ сіsюща, ди1внw показA. мh же, ви1дzще тS в0лю свою2, ћкw самомY гDу, д¦0вному nтцY своемY ввэрsюща и3 тaкw въ послушaніе в0ли б9іей всегw2 себS предаю1ща, научaемсz смирeніемъ и3 покаsніемъ хотє1ніz сво‰ tсэкaти и3 в0лю б9ію чрез8 пaстырей цRкви хrт0вой познавaти, воспэвaюще подвигопол0жнику нaшему бGу пёснь: ґллилyіа.

Јкосъ }.

Всeмъ сeрдцемъ твои1мъ и3 с™0ю люб0вію твоeю брaтіи nби1тели пантелеи1моновэй послужи1лъ є3си2, џтче нaшъ сілуaне, є3гдA и3кон0мства послушaніе воспріsвъ, цэломyдренному їHсифу ўпод0билсz є3си2. тh бо не т0кмw њ брaтіzхъ с™hz nби1тели, но и3 њ мірски1хъ лю1дехъ тaмw труди1вшихсz, и3мёz люб0вь и3 попечeніе, взывaлъ є3си2 бGу: гDи, посли2 д¦а с™aгw твоегw2 и3 ўтёши скHрбныz и4хъ дyшы. не забyди и3 всёхъ съ люб0вію тS почитaющихъ, но при1снw моли1сz њ сп7сeніи нaсъ грёшныхъ, ўбlжaющихъ тS и3 взывaющихъ:

Рaдуйсz, п0двигwмъ ґfHнскихъ бGон0сныхъ nтцє1въ послёдователю:

рaдуйсz, и4хъ терпёнію и3 трудHмъ подражaтелю.

Рaдуйсz, ћкw слезaми покаsніz добродётель смирeніz въ себЁ ўкорени1лъ є3си2:

рaдуйсz, ћкw послушaніемъ nтцє1мъ дух0внымъ t прeлести себE њгради1лъ є3си2.

Рaдуйсz, брaтіzмъ твои1мъ съ люб0вію послужи1вый:

рaдуйсz, и3 нhнэ брaтіи ґfHнскагw вертогрaда въ п0двизэхъ ск0рый пом0щниче.

Рaдуйсz, и4нокwвъ пантелеи1моновыz њби1тєли рaдованіе и3 ўтэшeніе:

рaдуйсz, њ всёхъ подвизaющихсz въ нeй тeплый моли1твенниче.

Рaдуйсz, ћкw тоб0ю nби1тель рyсскаz прославлsетсz:

рaдуйсz, ћкw тоб0ю правослaвнаz рwссjz ликyетъ.

Рaдуйсz, ѓгGле земли2 рyсскіz, на с™ёй горЁ потруди1выйсz:

рaдуйсz, свэти1льниче б9іz блгdти на ґfHнэ возжжeнный.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ f7.

Всsкое є3стество2 ѓгGльское и3 вeсь с0нмъ ўг0дникwвъ б9іихъ, на нб7си2 пребывaющихъ, возрaдовашасz твоемY равноaгGльному житію2, прпdбне сілуaне, пост0мъ бо, моли1твою и3 бGомhсліемъ дyшу свою2 њчи1стилъ є3си2 t всsкагw ѕлA, блгdтію с™aгw д¦а ќмъ св0й њзари1въ и3 t негHже сeрдце своE просвэти1въ, восшeлъ є3си2 на лёствицу д¦0вную, созерцaz люб0вь неизречeнную жизнодaвца бGа и3 въ рaдости съ г0рними си1лами поS є3мY: ґллилyіа.

Јкосъ f7.

Вит‡и чlвёчестіи не возм0гутъ пости1гнути глубинY премdрости б9іей, ћкw не премyдрыz мjра сегw2, но крHткіz и3 смирє1нныz и3збирaетъ гDь бGъ въ жили1ще блгdти своеS. тaкw сіE њ тебЁ сбhвшеесz ви1дzще, џтче сілуaне, ћкw и3ст0чника бGод¦новeнныхъ словeсъ, по всeй земли2 жaждущихъ и4стины напои1вшагw, ди1внаго ўг0дника б9іz и3 чудотв0рца тS почитaемъ, и3 съ люб0вію t сeрдца возглашaемъ ти2 пwхвалы2 сіz:

Рaдуйсz, земны6ми пHдвиги нбcнаz даров†ніz стzжaвый:

рaдуйсz, въ рaдости д¦0внэй жи1знь свою2 проводи1вый.

Рaдуйсz, красотY творeніz б9іz возлюби1вый:

рaдуйсz, ћкw и3мёлъ є3си2 сeрдце ми1лующее всsкую твaрь.

Рaдуйсz, въ житіи2 твоeмъ мyдрость ди1вную kви1вый:

рaдуйсz, блгdтію б9іею води1мый.

Рaдуйсz, дaромъ прозрёніz ўкрашeнный:

рaдуйсz, бyдущаz ћкw настwsщаz прови1дэвый.

Рaдуйсz, мудровaній вёка сегw2 њбличи1телю:

рaдуйсz, мн0гихъ заблyждшихъ на пyть прaвды и3 и4стины напрaвивый.

Рaдуйсz, ћкw њ тебЁ рaдуютсz ѓгGли на нб7си2:

рaдуйсz, ћкw њ тебЁ бGа слaвzтъ чlвёцы на земли2.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ ‹.

сп7сти2 хотS дyшу твою2, всели1лсz є3си2 t земли2 nтє1цъ твои1хъ въ вертогрaдъ прес™hz бцdы, с™yю г0ру ґfHнскую, и3дёже въ моли1твэ, воздержaніи, безм0лвіи, трудолю1біи ѓгGльскую красотY стzжaлъ є3си2, џтче всебlжeнне, горёніемъ бо любвE ко гDу и3 смирeніемъ посрами1лъ є3си2 врагA нaшегw сп7сeніz, и3 съ рaдостію вели1кою предaлъ є3си2 дyшу твою2 въ рyцэ бGови, воспэвaz є3мY, въ п0двизэ тS ўкрэпи1вшему, хвалeбную пёснь: ґллилyіа.

Јкосъ ‹.

стёну неwбори1му р0да хrтіaнскагw прес™yю дв7у ўразумёлъ є3си2 д¦омъ с™hмъ, прпdбне сілуaне, и3 всёмъ житіeмъ твои1мъ бhлъ є3си2 всеусeрднэйшій є3S служи1тель. тh бо д¦омъ созерцaлъ є3си2 пречcтую м™рь гDа ў кrтA сн7а своегw2 стоsщую и3 со слезaми молsщуюсz и3 сіE ди1вное и3 стрaшное видёніе tкрhлъ є3си2 нaмъ, грёшнымъ. тёмже д¦ъ с™hй tкры2 тебЁ люб0вь неизречeнную вLчцы и3 глубинY ск0рби є3S њ мjрэ, не познaвшемъ гDа и3 сп7си1телz своегw2. нhнэ же ты2 џтче с™hй, зри1ши во слaвэ м™рь б9ію, молsщуюсz њ всёхъ лю1дехъ сн7у своемY. мh же рaдующесz семY, ўбlжaемъ тS похвалaми таковhми:

Рaдуйсz, бlгочeстнw течeніе жи1зни твоеS скончaвый:

рaдуйсz, вэнцeмъ нетлёніz на нб7си2 ўкрашeнный.

Рaдуйсz, ћкw t nби1тели земнhz въ нбcную водвори1выйсz:

рaдуйсz, ћкw тaмw предстоS гDу њ всёхъ нaсъ къ немY ходaтайствуеши.

Рaдуйсz, и3збрaнниче бGом™ре возлю1бленный:

рaдуйсz, застyпницы ўсeрдныz въ моли1твахъ за мjръ сподви1жниче неутоми1мый.

Рaдуйсz, преблгcвeнныz и3гyменіи горы2 ґfHнскіz вёрный послyшниче:

рaдуйсz, тоS вертогрaда дёлателю неусhпный.

Рaдуйсz, печaль є3S њ лю1дехъ стрaждущихъ въ сeрдце твоeмъ носи1вый:

рaдуйсz, ћкw нhнэ зри1ши пречcтую м™рь гDа во слaвэ.

Рaдуйсz, смотрёніемъ б9іимъ ди1внw прослaвленный:

рaдуйсz, ћкw съ прпdбными и3 првdными всели1лсz є3си2.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ №i.

Пёніе ўмилeнное прин0ситъ тебЁ, бlжeнне сілуaне, не т0кмw держaва рwссjйскаz и3 странA є4ллинскаz, но и3 всS цRковь правослaвнаz, почитaющи труды6 и3 п0двиги твоS, и4миже бGъ прослaви тS, є3щE на земли2 сyща. тёмже вёруемъ, ћкw ты2 пrт0лу б9ію днeсь предстои1ши, съ прес™0ю бцdею њ нaсъ м0лишисz, съ прпdбными ликовствyеши и3 поeши въ рaдости бGу ди1вному во с™hхъ свои1хъ: ґллилyіа.

Јкосъ №i.

свэтозaрный свэти1льникъ незаходи1магw сlнца прaвды хrтA бhлъ є3си2 въ жи1зни земнёй, џтче сілуaне, свэти1вый сл0вомъ и3 џбразомъ с™aгw житіS твоегw2, и3 мн0гимъ пyть сп7си1тельный ко хrтY показaлъ є3си2, и4мже сaмъ неукл0ннw шeствовалъ є3си2. тёмже и3 по бlжeннэмъ tшeствіи твоeмъ въ гHрніz nби1тєли просвэщaеши сердцA вёрныхъ и3 къ рaзуму бжcтвенному всёхъ наставлsеши, поучaz и3 нaсъ рaдостнw воспэвaти тебЁ:

Рaдуйсz, fmміaмъ бlгов0нный, t с™hz горы2 ґfHнскіz бGу принесeнный:

рaдуйсz, въ рaдость гDа твоегw2 вшeдый.

Рaдуйсz, вручeнный тебЁ талaнтъ преумн0живый:

рaдуйсz, мздY вeлію на нб7си2 получи1вый.

Рaдуйсz, рaзума д¦0внагw сокр0вище:

рaдуйсz, бlгjй и4нокwвъ настaвниче.

Рaдуйсz, ст0лпе свэтозaрный, мрaкъ вражды2 прогонsющій:

рaдуйсz, н0вый свэти1льниче вёры, во дни6 нaшz пyть къ бGу ўказyющій.

Рaдуйсz, свэщE ґfHнскаz, nгнeмъ любвE къ бGу возжжeннаz:

рaдуйсz, ѕвэздо2 пресвётлаz, всёхъ ўбlжaющихъ тS њзарsющаz.

Рaдуйсz, причaстниче неизречeнныz рaйскіz красоты2:

рaдуйсz, ћкw съ г0рними си1лами ѓгGльски гDа славосл0виши.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ в7i.

Блгdть всещeдрагw бGа на тебЁ и3зліsнную, всёмъ почитaющымъ и3 молsщымсz тебЁ подаeши, прпdбне сілуaне, твоs же чтcнaz главA по њбрётеніи є3S ћкw свидётельство любвE твоеS и3 п0мощи нaмъ, немwщнhмъ и3 грBшнымъ, въ рaдости њ таковёй млcти б9іей зовyщымъ є3мY: ґллилyіа.

Јкосъ в7i.

Пою1ще тво‰ многострад†льныz труды2 и3 п0двиги, нощн†z бдBніz и3 борє1ніz, ќмное молeніе и3 д¦0вное трезвeніе, ћже со всёми и3збрaнниками б9іz м™ре и4ноками с™ог0рцами понeслъ є3си2, восхвалsемъ тS, прпdбне џтче сілуaне, и3 вкyпэ съ и4ноки ґfHнскими слaвимъ и4мz твоE с™0е, тs бо ўвэнчA гDь въ цrтвіи нбcнэмъ, и3дёже ўгот0вано мёсто всёмъ лю1бzщымъ хrтA бGа нaшегw. тёмже ўбlжaемъ тS, нбcнагw застyпника и3 предстaтелz нaшегw пёсньми таковhми:

Рaдуйсz, цвёте бlгоухaнный, въ вертогрaдэ прес™hz бцdы процвётшій:

рaдуйсz, люб0вію крёпкою съ землeю є4ллинскою соедини1выйсz.

Рaдуйсz, на горЁ ґfHнстэй с™hz руси2 послaнниче:

рaдуйсz, њ всeй земли2 рwссjйстэй неусhпный мlтвенниче.

Рaдуйсz, за nтчи1зну свою2 во временA см{тнаz ўсeрдный предстaтелю:

рaдуйсz, рwссjйскіz страны2 д¦0вное ўкрашeніе.

Рaдуйсz, с™hнею своeю nби1тель пантелеи1монову њбогати1вый:

рaдуйсz, ћкw честнaz главA твоS и3ст0чникъ мн0гихъ и3сцэлeній kви1сz.

Рaдуйсz, н0вое свэти1ло горы2 ґfHнскіz:

рaдуйсz, настaвниче монaхwвъ и3 собесёдниче ѓгGлwвъ.

Рaдуйсz, къ ли1ку прпdбныхъ на нб7си2 сопричтeнный:

рaдуйсz, ћкw со всёми с™hми нhнэ торжествyеши.

Рaдуйсz, прпdбне сілуaне, проповёдниче любви2 ко врагHмъ и3 настaвниче смирeнію и3 моли1твэ.

Кондaкъ Gi.

q преди1вный ўг0дниче б9ій, зeмлю рwссjйскою рождeнный, подви1жникwвъ с™hz горы2 ґfHнскіz похвало2 и3 ўкрашeніе, и4стиннагw равноaгGльнагw житіS ревни1телю и3 всемY мjру правослaвному бGомyдрый настaвниче, пріими2 сіE мaлое молeніе нaше и3 сохрани2 nби1тель твою2 и3 подвизaющихсz въ нeй t вр†гъ ви1димыхъ и3 неви1димыхъ, t всsкихъ ѕHлъ и3 напaстей. ўмоли2 гDа њ всёхъ чтyщихъ и3 лю1бzщихъ тS, да во дни6 нaшz лук†выz с™w пребyдемъ въ вёрэ, терпeніи и3 любви2 и3 тaкw житіE нaше прешeдше, вёчнагw мучeніz и3збaвимсz и3 спод0бимсz въ рaдости вёчнэй съ тоб0ю воспэвaти бGу: ґллилyіа.

Моли1тва.

q преди1вный ўг0дниче б9ій, прпdбне џтче сілуaне, с™hz горы2 ґfHнскіz н0вый свэти1льниче, прес™0ю бцdею возлю1бленный и3 бhти вёрнымъ дёлателемъ въ є3S земнёмъ вертогрaдэ призвaнный, со ўмилeніемъ нhнэ преклонsемъ кwлeна сердeцъ нaшихъ и3 взывaемъ ти2: принеси2 моли1тву нaшу къ всемлcтивому бGу и3 и3спроси2 вс‰, ±же на п0льзу дш7aмъ и3 тэлесє1мъ нaшымъ: вёру прaву, надeжду несумнeнну, люб0вь нелицемёрну, во и3скушeніихъ мyжество, въ ѕлострадaніихъ и3 болёзнехъ терпёніе, во бlгочeстіи преспёzніе, въ мlтвахъ ўсeрдіе. пріими2 смирeнное молeніе нaше, согрёй нaсъ дыхaніемъ любвE твоеS, њзари2 нaсъ свётомъ даровaнныz блгdти и3 бyди њ нaсъ ходaтай ко гDу, пролeй къ немY мlтву твою2, да ўти1шитъ бyрю страстeй нaшихъ и3 хл†дныz сердцA н†ша nгнeмъ бжcтвенныz любвE своеS да согрёетъ и3 тaкw спод0битъ нaсъ тeплое покаsніе со слезaми є3мY приноси1ти, трудh же и3 скHрби житіS сегw2 терпэли1вw, безр0потнw и3 со бlгодарeніемъ понести2, и3 въ чaсъ и3сх0да нaшегw t земнaгw житіS, бeздну грэхHвъ нaшихъ въ м0ри млcрдіz своегw2 да погрузи1тъ и3 нaсъ поми1луетъ рaди своеS неизречeнныz любвE къ р0ду чlвёческому и3 да спод0битъ въ цrтвіи нбcнэмъ наслаждaтисz є3гw2 бжcтвенною люб0вію кyпнw съ тоб0ю и3 всёми с™hми, во вёки вэкHвъ. ґми1нь.

Моли1тва, чт0маz въ с™о-пантелеи1моновэ монастырЁ свzтhz горы2 ґfHнскіz.

q преди1вный ўг0дниче б9ій, џтче сілуaне, прпdбныхъ nтє1цъ ґfHнскихъ похвало2 и3 ўкрашeніе! ўслhши нaсъ, грёшныхъ, молsщихсz тебЁ, покрhй и3 заступи2 всёхъ подвизaющихсz во nби1тели с™aгw великом§нка пантелеи1мона t всsкихъ бёдъ и3 печaлей, помози2 ўстaвы прпdбныхъ nтє1цъ ґfHнскихъ непоколеби1мы сохрани1ти, и3збaви нaсъ t падeній грэх0вныхъ, дaруй нaмъ д¦ъ сокрушeніz и3 смирeніz, настaви на и3сполнeніе њбётwвъ и4ноческихъ и3 всёхъ зaповэдей б9іихъ. научи2 нaсъ шeствовати ко сп7сeнію путeмъ смирeннагw плaча, покаsніz и3 послушaніz, пребyди неtстyпнw съ нaми, наставлsz нaсъ на и4стину хrт0ву. стэн0ю моли1твъ твои1хъ њгради2 nби1тель сію2, вс‰ живyщыz и3 подвизaющыzсz въ нeй и3 вс‰ на поклонeніе въ ню2 приходsщыz: во брaтіи ми1ръ и3 люб0вь соблюди2, њсэни2 покр0вомъ твои1мъ строи1телей, бlготвори1телей и3 бlгоукраси1телей є3S. ўмоли2 нбcную и3гyменію ґfHна преблгcвeнную вLчцу бцdу, да спод0бимсz скончaти житіE нaше въ стэнaхъ nби1тели, въ нeй же ты2 подвизaлсz є3си2, и3 въ нбcныz nби1тєли пресели1тисz, и3дёже восхвaлимъ съ тоб0ю и3 всёми прпdбными, на с™ёй горЁ въ п0двизэхъ просіsвшими, є3ди1нагw въ трbцэ слaвимагw бGа, nц7A, и3 сн7а, и3 с™aгw д¦а, нhнэ и3 при1снw и3 во вёки вэкHвъ. ґми1нь.

Жил на зем­ле че­ло­век, муж ги­гант­ской си­лы ду­ха, имя его Си­лу­ан. Он дол­го мо­лил­ся с неудер­жи­мым пла­чем: "По­ми­луй ме­ня", но не слу­шал его Бог. Про­шло мно­го ме­ся­цев та­кой мо­лит­вы, и си­лы ду­ши его ис­то­щи­лись; он до­шел до от­ча­я­ния и вос­клик­нул: "Ты неумо­лим!" И ко­гда с эти­ми сло­ва­ми в его из­не­мог­шей от от­ча­я­ния ду­ше что-то на­до­рва­лось, он вдруг на мгно­ве­ние уви­дел жи­во­го Хри­ста; огонь ис­пол­нил серд­це его и все те­ло с та­кой си­лой, что, ес­ли бы ви­де­ние про­дли­лось еще мгно­ве­ние, он умер бы. По­сле он уже ни­ко­гда не мог за­быть невы­ра­зи­мо крот­кий, бес­пре­дель­но лю­бя­щий, ра­дост­ный, непо­сти­жи­мо­го ми­ра ис­пол­нен­ный взгляд Хри­ста и по­сле­ду­ю­щие дол­гие го­ды сво­ей жиз­ни неустан­но сви­де­тель­ство­вал, что Бог есть лю­бовь, лю­бовь без­мер­ная, непо­сти­жи­мая.

О нем, этом сви­де­те­ле Бо­же­ствен­ной люб­ви, пред­сто­ит нам сло­во.

Афон­ский схи­мо­нах отец Си­лу­ан (мир­ское имя – Се­мен Ива­но­вич Ан­то­нов) ро­дил­ся в 1866 г. в Там­бов­ской гу­бер­нии, Ле­бе­дин­ско­го уез­да, Шов­ской во­ло­сти и се­ла. На Афон при­е­хал в 1892 г., в ман­тию по­стри­жен в 1896 г.; в схи­му – в 1911 г.. По­слу­ша­ние про­хо­дил: на мель­ни­це, на Ка­ла­ма­рей­ском ме­то­хе (вла­де­ние мо­на­сты­ря вне Афо­на), в Ста­ром На­гор­ном Ру­си­ке, в Эко­но­мии. Скон­чал­ся 24 сен­тяб­ря 1938 го­да. Эти немно­го­чис­лен­ные фак­ты по­черп­ну­ты из фор­му­ля­ра Афон­ско­го мо­на­сты­ря.

От "ро­дил­ся" до "скон­чал­ся" – все бед­но, не о чем рас­ска­зать; ка­сать­ся же внут­рен­ней жиз­ни че­ло­ве­ка пред Бо­гом – де­ло нескром­ное, дерз­но­вен­ное. Сре­ди пло­ща­ди ми­ра от­кры­вать "глу­бо­кое серд­це" хри­сти­а­ни­на – по­чти свя­то­тат­ство; но уве­рен­ные в том, что ныне стар­цу, ушед­ше­му из ми­ра по­бе­ди­те­лем ми­ра, уже ни­что не страш­но, уже ни­что не на­ру­шит его веч­но­го по­коя в Бо­ге, поз­во­лим се­бе по­пыт­ку рас­ска­зать о его чрез­вы­чай­но бо­га­том, цар­ствен­но бо­га­том жи­тии, имея в ви­ду тех немно­гих, ко­то­рые и са­ми вле­кут­ся к той же бо­же­ствен­ной жиз­ни.

Мно­гие, со­при­ка­са­ясь с мо­на­ха­ми во­об­ще и со стар­цем Си­лу­а­ном в част­но­сти, не ви­дят в них ни­че­го осо­бен­но­го и по­то­му оста­ют­ся неудо­вле­тво­рен­ны­ми и да­же разо­ча­ро­ван­ны­ми. Про­ис­хо­дит это по­то­му, что под­хо­дят они к мо­на­ху с невер­ною мер­кою, с непра­виль­ны­ми тре­бо­ва­ни­я­ми и ис­ка­ни­я­ми.

Мо­нах пре­бы­ва­ет в непре­стан­ном по­дви­ге, и неред­ко чрез­вы­чай­но на­пря­жен­ном, но пра­во­слав­ный мо­нах – не фа­кир. Его со­вер­шен­но не увле­ка­ет до­сти­же­ние по­сред­ством спе­ци­аль­ных упраж­не­ний свое­об­раз­но­го раз­ви­тия пси­хи­че­ских сил, что так им­по­ни­ру­ет мно­гим неве­же­ствен­ным ис­ка­те­лям ми­сти­че­ской жиз­ни. Мо­нах ве­дет силь­ную, креп­кую, упор­ную брань, неко­то­рые из них, как отец Си­лу­ан, ве­дут ти­та­ни­че­скую борь­бу, неве­до­мую ми­ру, за то, чтобы убить в се­бе гор­до­го зве­ря, за то, чтобы стать че­ло­ве­ком, под­лин­ным че­ло­ве­ком, по об­ра­зу со­вер­шен­но­го Че­ло­ве­ка Хри­ста, т.е. крот­ким и сми­рен­ным.

Стран­ная, непо­нят­ная ми­ру хри­сти­ан­ская жизнь; все в ней па­ра­док­саль­но, все в по­ряд­ке как бы об­рат­ном по­ряд­ку ми­ра, и нет воз­мож­но­сти объ­яс­нить ее сло­вом. Един­ствен­ный путь к ура­зу­ме­нию – это тво­рить во­лю Бо­жию, т.е. блю­сти за­по­ве­ди Хри­ста; путь, ука­зан­ный Им Са­мим.

Дет­ство и мо­ло­дые го­ды

Из дол­гой жиз­ни стар­ца хо­чет­ся при­ве­сти несколь­ко фак­тов, яв­ля­ю­щих­ся по­ка­за­тель­ны­ми для его внут­рен­ней жиз­ни и в то же вре­мя его "ис­то­ри­ей." Пер­вый из них от­но­сит­ся к его ран­не­му дет­ству, ко­гда ему бы­ло не бо­лее 4-х лет. Отец его, по­доб­но мно­гим рус­ским кре­стья­нам, лю­бил ока­зы­вать го­сте­при­им­ство стран­ни­кам. Од­на­жды в празд­нич­ный день с осо­бен­ным удо­воль­стви­ем он при­гла­сил к се­бе неко­е­го кни­го­но­шу, на­де­ясь от него, как че­ло­ве­ка "книж­но­го," узнать что-ли­бо но­вое и ин­те­рес­ное, ибо то­мил­ся он сво­ей "тем­но­той" и жад­но тя­нул­ся к зна­нию и про­све­ще­нию. В до­ме го­стю бы­ли пред­ло­же­ны чай и еда. Ма­лень­кий Се­мен (мир­ское имя) с лю­бо­пыт­ством ре­бен­ка смот­рел на него и вни­ма­тель­но при­слу­ши­вал­ся к бе­се­де. Кни­го­но­ша до­ка­зы­вал от­цу, что Хри­стос не Бог и что во­об­ще Бо­га нет. Маль­чи­ка Се­ме­на осо­бен­но по­ра­зи­ли сло­ва: "Где Он, Бог-то?", и он по­ду­мал: "Ко­гда вы­рас­ту боль­шой, то по всей зем­ле пой­ду ис­кать Бо­га." Ко­гда гость ушел, то Се­мен ска­зал от­цу: "Ты ме­ня учишь мо­лить­ся, а он го­во­рит, что Бо­га нет." На это отец ска­зал: " Я ду­мал, что он ум­ный че­ло­век, а он ока­зал­ся ду­рак. Не слу­шай его." Но от­вет от­ца не из­гла­дил из ду­ши маль­чи­ка со­мне­ния.

Мно­го лет про­шло с тех пор. Се­мен вы­рос, стал боль­шим здо­ро­вым пар­нем и ра­бо­тал непо­да­ле­ку от их се­ла, в име­нии кня­зя Тру­бец­ко­го. Ра­бо­та­ли они ар­те­лью, Се­мен в ка­че­стве сто­ля­ра. У ар­тель­щи­ков бы­ла ку­хар­ка, де­ре­вен­ская ба­ба. Од­на­жды она хо­ди­ла на бо­го­мо­лье и по­се­ти­ла мо­ги­лу за­ме­ча­тель­но­го по­движ­ни­ка – за­твор­ни­ка Иоан­на Се­зе­нов­ско­го (1791–1839). По воз­вра­ще­нии она рас­ска­за­ла о свя­той жиз­ни за­твор­ни­ка и о том, что на его мо­ги­ле бы­ва­ют чу­де­са. Неко­то­рые из при­сут­ству­ю­щих под­твер­ди­ли рас­ска­зы о чу­де­сах, и все го­во­ри­ли, что Иоанн был свя­той че­ло­век.

Слы­ша эту бе­се­ду, Се­мен по­ду­мал: "Ес­ли он свя­той, то, зна­чит, Бог с на­ми, и неза­чем мне хо­дить по всей зем­ле – ис­кать Его," и при этой мыс­ли юное серд­це за­го­ре­лось лю­бо­вью к Бо­гу.

Уди­ви­тель­ное яв­ле­ние, с че­ты­рех­лет­не­го до де­вят­на­дца­ти­лет­не­го воз­рас­та про­дер­жа­лась мысль, за­пав­шая в ду­шу ре­бен­ка при слы­ша­нии кни­го­но­ши; мысль, ко­то­рая, ви­ди­мо, тя­го­ти­ла его, оста­ва­ясь где-то в глу­бине нераз­ре­шен­ной, и ко­то­рая раз­ре­ши­лась та­ким стран­ным и, ка­за­лось бы, на­ив­ным об­ра­зом.

По­сле то­го, как Се­мен по­чув­ство­вал се­бя об­рет­шим ве­ру, ум его при­ле­пил­ся к па­мя­ти Бо­жи­ей, и он мно­го мо­лил­ся с пла­чем. То­гда же он ощу­тил в се­бе внут­рен­нее из­ме­не­ние и вле­че­ние к мо­на­ше­ству, и, как го­во­рил сам ста­рец, на мо­ло­дых кра­си­вых до­че­рей кня­зя стал он смот­реть с лю­бо­вью, но без по­же­ла­ния, как на се­стер, то­гда как рань­ше вид их бес­по­ко­ил его. В то вре­мя он да­же про­сил от­ца от­пу­стить его в Ки­е­во-Пе­чер­скую Лав­ру, но отец ка­те­го­ри­че­ски от­ве­тил: "Сна­ча­ла кон­чи во­ен­ную служ­бу, а по­том бу­дешь сво­бо­ден пой­ти."

В та­ком необыч­ном со­сто­я­нии Се­мен про­был три ме­ся­ца; за­тем оно от­сту­пи­ло от него, и он сно­ва стал во­дить друж­бу со сво­и­ми сверст­ни­ка­ми, гу­лять с дев­ка­ми за се­лом, пить вод­ку, иг­рать на гар­мо­ни­ке и во­об­ще жить по­доб­но про­чим де­ре­вен­ским пар­ням.

Мо­ло­дой, кра­си­вый, силь­ный, а к то­му вре­ме­ни уже и за­жи­точ­ный, Се­мен на­сла­ждал­ся жиз­нью. В се­ле его лю­би­ли за хо­ро­ший ми­ро­лю­би­вый и ве­се­лый ха­рак­тер, а дев­ки смот­ре­ли на него как на за­вид­но­го же­ни­ха. Сам он увлек­ся од­ною из них и, преж­де чем был по­став­лен во­прос о свадь­бе, в позд­ний ве­чер­ний час с ни­ми про­изо­шло "обыч­ное."

За­ме­ча­тель­но при этом, что на сле­ду­ю­щий день утром, ко­гда он ра­бо­тал с от­цом, тот ти­хо ска­зал ему: "Сы­нок, где ты был вче­ра, бо­ле­ло серд­це моё." Эти крот­кие сло­ва от­ца за­па­ли в ду­шу Се­ме­на, и позд­нее, вспо­ми­ная его, ста­рец го­во­рил: "Я в ме­ру от­ца мо­е­го не при­шел. Он был со­всем негра­мот­ный, и да­же "От­че наш" чи­тал с ошиб­кой, го­во­рил "днесть" вме­сто "днесь," за­учил в церк­ви по слу­ху, но был крот­кий и муд­рый че­ло­век."

У них бы­ла боль­шая се­мья: отец, мать, пять бра­тьев-сы­но­вей и две до­че­ри. Жи­ли они вме­сте и друж­но. Взрос­лые бра­тья ра­бо­та­ли с от­цом. Од­на­жды во вре­мя жат­вы, Се­ме­ну при­шлось го­то­вить в по­ле обед; бы­ла пят­ни­ца; за­быв об этом, он на­ва­рил сви­ни­ны, и все ели. Про­шло пол­го­да с то­го дня, уже зи­мою, в ка­кой-то празд­ник, отец го­во­рит Се­ме­ну с мяг­кой улыб­кой:

– Сы­нок, пом­нишь, как ты в по­ле на­кор­мил ме­ня сви­ни­ной? А ведь бы­ла пят­ни­ца; ты зна­ешь, я ел ее то­гда как стерву.

– Что же ты мне не ска­зал то­гда?

– Я, сы­нок, не хо­тел те­бя сму­тить.

Рас­ска­зы­вая по­доб­ные слу­чаи из сво­ей жиз­ни в до­ме от­ца, ста­рец до­ба­вил: "Вот та­ко­го стар­ца я хо­тел бы иметь: он ни­ко­гда не раз­дра­жал­ся, все­гда был ров­ный и крот­кий. По­ду­май­те, пол­го­да тер­пел, ждал удоб­ной ми­ну­ты, чтобы и по­пра­вить ме­ня, и не сму­тить."

Ста­рец Си­лу­ан был весь­ма боль­шой физи­че­ской си­лы. Он был еще со­всем мо­ло­дой, до во­ен­ной служ­бы, од­на­жды на Пас­ху, по­сле обиль­но­го мяс­но­го обе­да, ко­гда бра­тья его разо­шлись по го­стям, а он остал­ся до­ма, мать пред­ло­жи­ла ему "яич­ни­цу"; он не от­ка­зал­ся; мать сва­ри­ла ему це­лый чу­гун, до по­лу­сот­ни яиц, и он всё съел.

В те го­ды он ра­бо­тал со сво­и­ми бра­тья­ми в име­нии кня­зя Тру­бец­ко­го и в празд­ни­ки ино­гда хо­дил в трак­тир; бы­ли слу­чаи, что он вы­пи­вал за один ве­чер "чет­верть" (2,5 лит­ра) вод­ки, но пья­ным не бы­вал.

Од­на­жды в силь­ный мо­роз, уда­рив­ший по­сле от­те­пе­ли, си­дел он на по­сто­я­лом дво­ре. Один из по­сто­яль­цев, пе­ре­но­че­вав­ший там, хо­тел воз­вра­щать­ся до­мой; по­шел он за­прячь свою ло­шадь, од­на­ко ско­ро вер­нул­ся, го­во­ря:

– Бе­да! Нуж­но ехать, и не мо­гу: лед об­ло­жил ло­ша­ди ко­пы­та тол­стым сло­ем, и она от бо­ли не да­ет­ся от­бить его.

Се­мен го­во­рит:

– Пой­дем, я те­бе по­мо­гу.

На ко­нюшне он взял шею ло­ша­ди око­ло го­ло­вы под мыш­ку и го­во­рит му­жи­ку: "Оби­вай." Ло­шадь все вре­мя сто­я­ла не ше­лох­нув­шись; му­жик от­бил лед с ко­пыт, за­пряг и уехал.

Го­лы­ми ру­ка­ми Се­мен мог брать го­ря­чий чу­гун со ща­ми и пе­ре­не­сти его с пли­ты на стол, за ко­то­рым ра­бо­та­ла их ар­тель. Уда­ром ку­ла­ка он мог пе­ре­бить до­воль­но тол­стую дос­ку. Он под­ни­мал боль­шие тя­же­сти и об­ла­дал боль­шой вы­нос­ли­во­стью и в жа­ру и в хо­лод, он мог есть очень по­мно­гу и мно­го ра­бо­тать.

Но эта си­ла, ко­то­рая позд­нее по­слу­жи­ла ему для со­вер­ше­ния мно­гих ис­клю­чи­тель­ных по­дви­гов, в то вре­мя бы­ла при­чи­ной его са­мо­го боль­шо­го гре­ха, за ко­то­рый он при­нес чрез­вы­чай­ное по­ка­я­ние.

Од­на­жды в пре­столь­ный празд­ник се­ла, днем, ко­гда все жи­те­ли ве­се­ло бе­се­до­ва­ли воз­ле сво­их изб, Се­мен с то­ва­ри­ща­ми гу­лял по ули­це, иг­рая на гар­мо­ни­ке. На­встре­чу им шли два бра­та – са­пож­ни­ки се­ла. Стар­ший – че­ло­век огром­но­го ро­ста и си­лы, боль­шой скан­да­лист, был на­ве­се­ле. Ко­гда они по­рав­ня­лись, са­пож­ник на­смеш­ли­во стал от­ни­мать гар­мош­ку у Се­ме­на; но он успел пе­ре­дать её сво­е­му то­ва­ри­щу. Стоя про­тив са­пож­ни­ка, Се­мен уго­ва­ри­вал его "про­хо­дить сво­ей до­ро­гой", но тот, на­ме­ре­ва­ясь, по-ви­ди­мо­му, по­ка­зать своё пре­вос­ход­ство над все­ми пар­ня­ми се­ла в та­кой день, ко­гда все дев­ки бы­ли на ули­це и со сме­хом на­блю­да­ли сце­ну, на­бро­сил­ся на Се­ме­на. И вот как рас­ска­зы­вал об этом сам ста­рец:

– Сна­ча­ла я по­ду­мал усту­пить, но вдруг ста­ло мне стыд­но, что дев­ки бу­дут сме­ять­ся, и я силь­но уда­рил его в грудь; он да­ле­ко от­ле­тел от ме­ня и груз­но по­ва­лил­ся на­вз­ничь по­сре­ди до­ро­ги; изо рта его по­тек­ла пе­на и кровь. Все ис­пу­га­лись, и я; ду­маю: убил. И так стою. В это вре­мя млад­ший брат са­пож­ни­ка взял с зем­ли боль­шой бу­лыж­ник и бро­сил в ме­ня, я успел увер­нуть­ся; ка­мень по­пал мне в спи­ну, то­гда я ска­зал ему: "Что ж, ты хо­чешь, чтоб и те­бе то же бы­ло?" – и дви­нул­ся на него, но он убе­жал. Дол­го про­ле­жал са­пож­ник на до­ро­ге; лю­ди сбе­жа­лись и по­мо­га­ли ему, омы­ва­ли хо­лод­ной во­дой. Про­шло не ме­нее по­лу­ча­са преж­де, чем он смог под­нять­ся, и его с тру­дом от­ве­ли до­мой. Ме­ся­ца два он про­бо­лел, но, к сча­стью, остал­ся жив, мне же по­том дол­го при­шлось быть осто­рож­ным: бра­тья са­пож­ни­ка со сво­и­ми то­ва­ри­ща­ми по ве­че­рам с ду­бин­ка­ми и но­жа­ми под­сте­ре­га­ли ме­ня в за­ко­ул­ках, но Бог со­хра­нил ме­ня.

Так в шу­ме мо­ло­дой жиз­ни на­чал уже за­глу­шать­ся в ду­ше Се­ме­на пер­вый зов Бо­жий к мо­на­ше­ско­му по­дви­гу, но из­брав­ший его Бог сно­ва воз­звал его уже неко­то­рым ви­де­ни­ем.

Од­на­жды, по­сле неце­ло­муд­рен­но про­ве­ден­но­го вре­ме­ни, он за­дре­мал и в со­сто­я­нии лег­ко­го сна уви­дел, что змея через рот про­ник­ла внутрь его. Он ощу­тил силь­ней­шее омер­зе­ние и проснул­ся. В это вре­мя он слы­шит сло­ва: "Ты про­гло­тил змею во сне, и те­бе про­тив­но; так Мне нехо­ро­шо смот­реть, что ты де­ла­ешь."

Се­мен ни­ко­го не ви­дел. Он слы­шал лишь про­из­нес­ший эти сло­ва го­лос, ко­то­рый по сво­ей сла­до­сти и кра­со­те был со­вер­шен­но необыч­ный. Дей­ствие, им про­из­ве­ден­ное, при всей сво­ей ти­хо­сти и сла­до­сти бы­ло по­тря­са­ю­щим. По глу­бо­ко­му и несо­мнен­но­му убеж­де­нию стар­ца – то был го­лос Са­мой Бо­го­ро­ди­цы. До кон­ца сво­их дней он бла­го­да­рил Бо­жию Ма­терь, что Она не возг­ну­ша­лась им, но Са­ма бла­го­во­ли­ла по­се­тить его и вос­ста­вить от па­де­ния. Он го­во­рил: "Те­перь я ви­жу, как Гос­по­ду и Бо­жи­ей Ма­те­ри жал­ко на­род. По­ду­май­те, Бо­жия Ма­терь при­шла с небес вра­зу­мить ме­ня, юно­шу, во гре­хах".

То, что он не удо­сто­ил­ся ви­деть Вла­ды­чи­цу, он при­пи­сы­вал нечи­сто­те, в ко­то­рой пре­бы­вал в тот мо­мент.

Этот вто­рич­ный зов, со­вер­шив­ший­ся неза­дол­го до во­ен­ной служ­бы, имел уже ре­ша­ю­щее зна­че­ние на вы­бор даль­ней­ше­го пу­ти. Его пер­вым след­стви­ем бы­ло ко­рен­ное из­ме­не­ние жиз­ни, при­няв­шей недоб­рый уклон. Се­мен ощу­тил глу­бо­кий стыд за свое про­шлое и на­чал го­ря­чо ка­ять­ся пе­ред Бо­гом. Ре­ше­ние по окон­ча­нии во­ен­ной служ­бы уй­ти в мо­на­стырь вер­ну­лось с умно­жен­ной си­лой. В нем просну­лось острое чув­ство гре­ха и в си­лу это­го из­ме­ни­лось от­но­ше­ние ко все­му, что он ви­дел в жиз­ни. Это из­ме­не­ние ска­за­лось не толь­ко в его лич­ных дей­стви­ях и по­ве­де­нии, но и в его чрез­вы­чай­но ин­те­рес­ных бе­се­дах с людь­ми.

Вре­мя во­ен­ной служ­бы

Во­ен­ную служ­бу Се­мен от­бы­вал в Пе­тер­бур­ге, в лейб-гвар­дии, в са­пер­ном ба­та­льоне. Уй­дя на служ­бу с жи­вой ве­рой и глу­бо­ким по­ка­ян­ным чув­ством, он не пе­ре­ста­вал пом­нить о Бо­ге.

В ар­мии его очень лю­би­ли как сол­да­та все­гда ис­пол­ни­тель­но­го, спо­кой­но­го, хо­ро­ше­го по­ве­де­ния, а то­ва­ри­щи как вер­но­го и при­ят­но­го дру­га; впро­чем, это бы­ло неред­ким яв­ле­ни­ем в Рос­сии, где сол­да­ты жи­ли очень по-брат­ски.

Од­на­жды под празд­ник с тре­мя гвар­дей­ца­ми то­го же ба­та­льо­на он от­пра­вил­ся в го­род. За­шли они в боль­шой сто­лич­ный трак­тир, где бы­ло мно­го све­та и гром­ко иг­ра­ла му­зы­ка; за­ка­за­ли ужин с вод­кой и гром­ко бе­се­до­ва­ли. Се­мен боль­ше мол­чал. Один из них спро­сил его:

– Се­мен, ты все мол­чишь, о чем ты ду­ма­ешь?

– Я ду­маю: си­дим мы сей­час в трак­ти­ре, едим, пьем вод­ку, слу­ша­ем му­зы­ку и ве­се­лим­ся, а на Афоне те­перь тво­рят бде­ние и всю ночь бу­дут мо­лить­ся; так вот – кто же из нас на Страш­ном Су­де даст луч­ший от­вет, они или мы?

То­гда дру­гой ска­зал:

– Ка­кой че­ло­век Се­мен! Мы слу­ша­ем му­зы­ку и ве­се­лим­ся, а он умом на Афоне и на Страш­ном Су­де.

Сло­ва гвар­дей­ца о Се­мене: "а он умом на Афоне и на Страш­ном Су­де" мо­гут быть от­не­се­ны не толь­ко к то­му мо­мен­ту, ко­гда они си­де­ли в трак­ти­ре, но и ко все­му вре­ме­ни пре­бы­ва­ния его на во­ен­ной служ­бе. Мысль его об Афоне, меж­ду про­чим, вы­ра­жа­лась и в том, что он несколь­ко раз по­сы­лал ту­да день­ги. Од­на­жды хо­дил он из Усть-Ижор­ско­го ла­ге­ря, где ле­том сто­ял их ба­та­льон, на по­чту в се­ло Кол­пи­но, чтобы сде­лать пе­ре­вод де­нег на Афон. На об­рат­ном пу­ти, еще неда­ле­ко от Кол­пи­на, по до­ро­ге пря­мо на­встре­чу ему бе­жа­ла бе­ше­ная со­ба­ка; ко­гда она со­всем уже при­бли­зи­лась и го­то­ва бы­ла бро­сить­ся на него, он со стра­хом про­го­во­рил: "Гос­по­ди, по­ми­луй!" Лишь толь­ко про­из­нес он эту ко­рот­кую мо­лит­ву, как ка­кая-то си­ла от­бро­си­ла со­ба­ку в сто­ро­ну, слов­но на­ткну­лась она на что-то; обо­гнув Се­ме­на, она по­бе­жа­ла в се­ло, где при­чи­ни­ла мно­го вре­да и лю­дям, и ско­ту.

Этот слу­чай про­из­вел на Се­ме­на глу­бо­кое впе­чат­ле­ние. Он жи­во по­чув­ство­вал бли­зость хра­ня­ще­го нас Бо­га и еще силь­нее при­ле­пил­ся к па­мя­ти Бо­жи­ей.

Окон­чив свою служ­бу в гвар­дии, Се­мен неза­дол­го до разъ­ез­да сол­дат его воз­рас­та по до­мам вме­сте с рот­ным пи­са­рем по­ехал к от­цу Иоан­ну Крон­штадт­ско­му про­сить его мо­литв и бла­го­сло­ве­ния. От­ца Иоан­на они в Крон­штад­те не за­ста­ли и ре­ши­ли оста­вить пись­ма. Пи­сарь стал вы­во­дить кра­си­вым по­чер­ком ка­кое-то муд­ре­ное пись­мо, а Се­мен на­пи­сал лишь несколь­ко слов: "Ба­тюш­ка, хо­чу пой­ти в мо­на­хи; по­мо­ли­тесь, чтобы мир ме­ня не за­дер­жал".

Воз­вра­ти­лись они в Пе­тер­бург в ка­зар­мы, и, по сло­вам Стар­ца, уже на сле­ду­ю­щий день он по­чув­ство­вал, что кру­гом него "гу­дит адское пла­мя".

По­ки­нув Пе­тер­бург, Се­мен при­е­хал до­мой и про­был там все­го од­ну неде­лю. Быст­ро со­бра­ли ему хол­сты и дру­гие по­дар­ки для мо­на­сты­ря. Он по­про­щал­ся со все­ми и уехал на Афон. Но с то­го дня, как по­мо­лил­ся о нем отец Иоанн Крон­штад­ский, "адское пла­мя гу­де­ло" во­круг него не пе­ре­ста­вая, где бы он ни был: в по­ез­де, в Одес­се, на па­ро­хо­де, и да­же на Афоне в мо­на­сты­ре, в хра­ме, по­всю­ду.

При­езд на Свя­тую Го­ру

Мо­на­ше­ские по­дви­ги

При­е­хал Се­мен на Свя­тую Го­ру осе­нью 1892 г. и по­сту­пил в Рус­ский мо­на­стырь свя­то­го ве­ли­ко­му­че­ни­ка Пан­те­ле­и­мо­на. На­ча­лась но­вая, по­движ­ни­че­ская жизнь.

По Афон­ским обы­ча­ям, но­во­на­чаль­ный по­слуш­ник "брат Си­ме­он" дол­жен был про­ве­сти несколь­ко дней в пол­ном по­кое, чтобы вспом­нить свои гре­хи за всю жизнь и, из­ло­жив их пись­мен­но, ис­по­ве­дать ду­хов­ни­ку. Ис­пы­ты­ва­е­мое адское му­че­ние по­ро­ди­ло в нем неудер­жи­мое го­ря­чее рас­ка­я­ние. В Та­ин­стве По­ка­я­ния он хо­тел осво­бо­дить свою ду­шу от все­го, что тя­го­ти­ло ее, и по­то­му с го­тов­но­стью и ве­ли­ким стра­хом, ни в чем се­бя не оправ­ды­вая, ис­по­ве­дал все де­я­ния сво­ей жиз­ни.

Ду­хов­ник ска­зал бра­ту Си­мео­ну: "Ты ис­по­ве­дал гре­хи свои пе­ред Бо­гом и знай, что они те­бе про­ще­ны... От­ныне по­ло­жим на­ча­ло но­вой жиз­ни... Иди с ми­ром и ра­дуй­ся, что Гос­подь при­вел те­бя в эту при­стань спа­се­ния".

Вво­дил­ся брат Си­ме­он в ду­хов­ный по­двиг ве­ко­вым укла­дом афон­ской мо­на­стыр­ской жиз­ни, на­сы­щен­ной непре­стан­ной па­мя­тью о Бо­ге: мо­лит­ва в кел­лии на­едине, дли­тель­ное бо­го­слу­же­ние в хра­ме, по­сты и бде­ния, частая ис­по­ведь и при­ча­ще­ние, чте­ние, труд, по­слу­ша­ние. Вско­ре он осво­ил Иису­со­ву мо­лит­ву по чет­кам. Про­шло немно­го вре­ме­ни, все­го око­ло трех недель, и од­на­жды ве­че­ром при мо­ле­нии пред об­ра­зом Бо­го­ро­ди­цы мо­лит­ва во­шла в серд­це его и ста­ла со­вер­шать­ся там день и ночь, но то­гда он еще не ра­зу­мел ве­ли­чия и ред­ко­сти да­ра, по­лу­чен­но­го им от Бо­жи­ей Ма­те­ри.

Брат Си­ме­он был тер­пе­ли­вый, незло­би­вый, по­слуш­ли­вый; в мо­на­сты­ре его лю­би­ли и хва­ли­ли за ис­прав­ную ра­бо­ту и хо­ро­ший ха­рак­тер, и ему это бы­ло при­ят­но. Ста­ли то­гда при­хо­дить к нему по­мыс­лы: "Ты жи­вешь свя­то: по­ка­ял­ся, гре­хи те­бе про­ще­ны, мо­лишь­ся непре­стан­но, по­слу­ша­ние ис­пол­ня­ешь хо­ро­шо".

Ум по­слуш­ни­ка ко­ле­бал­ся при этих по­мыс­лах, и тре­во­га про­ни­ка­ла в серд­це, но по неопыт­но­сти сво­ей он не по­ни­мал, что же, соб­ствен­но, с ним про­ис­хо­дит.

Од­на­жды но­чью кел­лия его на­пол­ни­лась стран­ным све­том, ко­то­рый про­ни­зал да­же и те­ло его так, что он уви­дел и внут­рен­но­сти свои. По­мы­сел го­во­рил ему: "При­ми, – это бла­го­дать", од­на­ко ду­ша по­слуш­ни­ка сму­ти­лась при этом, и он остал­ся в боль­шом недо­уме­нии.

По­сле ви­де­ния стран­но­го све­та,ста­ли ему яв­лять­ся бе­сы, а он, на­ив­ный, с ни­ми раз­го­ва­ри­вал "как с людь­ми". По­сте­пен­но на­па­де­ния уси­ли­ва­лись, ино­гда они го­во­ри­ли ему: "Ты те­перь свя­той", а ино­гда: – "Ты не спа­сешь­ся". Брат Си­ме­он спро­сил од­на­жды бе­са: "По­че­му вы мне го­во­ри­те по-раз­но­му: то го­во­ри­те, что я свят, то – что я не спа­сусь?". Бес на­смеш­ли­во от­ве­тил: "Мы ни­ко­гда прав­ды не го­во­рим".

Сме­на де­мо­ни­че­ских вну­ше­ний, то воз­но­ся­щих на "небо" в гор­до­сти, то низ­вер­га­ю­щих в веч­ную ги­бель, угне­та­ла ду­шу мо­ло­до­го по­слуш­ни­ка, до­во­дя его до от­ча­я­ния, и он мо­лил­ся с чрез­вы­чай­ным на­пря­же­ни­ем. Спал он ма­ло и урыв­ка­ми. Креп­кий физи­че­ски, под­лин­ный бо­га­тырь, он в по­стель не ло­жил­ся, но все но­чи про­во­дил в мо­лит­ве или стоя, или си­дя на та­бу­рет­ке. Из­не­мо­гая, он си­дя за­сы­пал на 15-20 ми­нут и за­тем сно­ва вста­вал на мо­лит­ву.

Про­хо­ди­ли ме­сяц за ме­ся­цем, а му­чи­тель­ность де­мо­ни­че­ских на­па­де­ний все воз­рас­та­ла. Ду­шев­ные си­лы мо­ло­до­го по­слуш­ни­ка ста­ли па­дать и му­же­ство его из­не­мо­га­ло, страх ги­бе­ли и от­ча­я­ния – рос­ли, ужас без­на­деж­но­сти все ча­ще и ча­ще овла­де­вал всем его су­ще­ством. Он до­шел до по­след­не­го от­ча­я­ния и, си­дя у се­бя в кел­лии в пред­ве­чер­нее вре­мя, по­ду­мал: "Бо­га умо­лить невоз­мож­но". С этой мыс­лью он по­чув­ство­вал пол­ную остав­лен­ность, и ду­ша его по­гру­зи­лась во мрак адско­го том­ле­ния и тос­ки.

В тот же день во вре­мя ве­чер­ни, в церк­ви свя­то­го про­ро­ка Илии, что на мель­ни­це, на­пра­во от цар­ских врат, где на­хо­дит­ся мест­ная ико­на Спа­си­те­ля, он уви­дел жи­во­го Хри­ста.

"Гос­подь непо­сти­жи­мо явил­ся мо­ло­до­му по­слуш­ни­ку" – и все су­ще­ство, и са­мое те­ло его ис­пол­ни­лось ог­нем бла­го­да­ти Свя­то­го Ду­ха, тем ог­нем, ко­то­рый Гос­подь низ­вел на зем­лю Сво­им при­ше­стви­ем (Лк.12:49). От ви­де­ния Си­ме­он при­шел в из­не­мо­же­ние, и Гос­подь скрыл­ся.

Невоз­мож­но опи­сать то со­сто­я­ние, в ко­то­ром на­хо­дил­ся он в тот час. Его оси­ял ве­ли­кий Бо­же­ствен­ный свет, он был изъ­ят как бы из ми­ра и ду­хом воз­ве­ден на небо, где слы­шал неиз­ре­чен­ные гла­го­лы, в тот мо­мент он по­лу­чил как бы но­вое рож­де­ние свы­ше (Ин.1:13, 3:3). Крот­кий взор все­про­ща­ю­ще­го, без­мер­но лю­бя­ще­го, ра­дост­но­го Хри­ста при­влек к се­бе все­го че­ло­ве­ка и за­тем, скрыв­шись, сла­до­стью люб­ви Бо­жи­ей вос­хи­тил дух его в со­зер­ца­ние Бо­же­ства уже вне об­ра­зов ми­ра. Впо­след­ствии в сво­их пи­са­ни­ях он без кон­ца по­вто­ря­ет, что Гос­по­да по­знал он Ду­хом Свя­тым, что Бо­га узрел он в Ду­хе Свя­том. Он утвер­ждал так­же, что ко­гда Сам Гос­подь яв­ля­ет­ся ду­ше, то она не мо­жет не узнать в Нем сво­е­го Твор­ца и Бо­га.

По­знав­шая свое вос­кре­се­ние и уви­дев­шая свет под­лин­но­го и веч­но­го бы­тия, ду­ша Си­мео­на пер­вое вре­мя по­сле яв­ле­ния пе­ре­жи­ва­ла пас­халь­ное тор­же­ство. Все бы­ло хо­ро­шо: и мир ве­ли­ко­ле­пен, и лю­ди при­ят­ны, и при­ро­да невы­ра­зи­мо пре­крас­на, и те­ло ста­ло иным, лег­ким, и сил как бы при­ба­ви­лось. Но по­сте­пен­но ощу­ти­мое дей­ствие бла­го­да­ти ста­ло сла­беть. По­че­му? Что же де­лать, чтобы не до­пу­стить этой по­те­ри?

На­ча­лось вни­ма­тель­ное ис­ка­ние от­ве­та на рас­ту­щее недо­уме­ние в со­ве­тах ду­хов­ни­ка и в тво­ре­ни­ях свя­тых от­цов-ас­ке­тов. "Во вре­мя мо­лит­вы ум хра­ни чи­стым от вся­ко­го во­об­ра­же­ния и по­мыс­ла и за­клю­чай его в сло­ва мо­лит­вы", - ска­зал ему ста­рец отец Ана­то­лий из Свя­то­го Ру­си­ка. У стар­ца Ана­то­лия Си­ме­он про­вел до­ста­точ­но вре­ме­ни. Свою по­учи­тель­ную и по­лез­ную бе­се­ду отец Ана­то­лий за­кон­чил сло­ва­ми: "Ес­ли ты те­перь та­кой, то что же ты бу­дешь под ста­рость?" Так уж по­лу­чи­лось, но сво­им удив­ле­ни­ем он дал мо­ло­до­му по­движ­ни­ку силь­ный по­вод к тще­сла­вию, с ко­то­рым тот не умел еще бо­роть­ся.

У мо­ло­до­го и еще неопыт­но­го мо­на­ха Си­мео­на на­ча­лась са­мая труд­ная, са­мая слож­ная, са­мая тон­кая брань с тще­сла­ви­ем. Гор­дость и тще­сла­вие вле­кут за со­бой все бе­ды и па­де­ния: бла­го­дать остав­ля­ет, серд­це осты­ва­ет, осла­бе­ва­ет мо­лит­ва, ум рас­се­и­ва­ет­ся и на­чи­на­ют­ся при­ра­же­ния страст­ных по­мыс­лов.

Мо­ло­дой мо­нах Си­лу­ан по­сте­пен­но на­уча­ет­ся бо­лее со­вер­шен­ным ас­ке­ти­че­ским по­дви­гам, ко­то­рые боль­шин­ству во­об­ще по­ка­жут­ся невоз­мож­ны­ми. Сон его по-преж­не­му пре­рыв­ча­тый – несколь­ко раз в сут­ки по 15-20 ми­нут. В по­стель по-преж­не­му он не ло­жит­ся, спит си­дя на та­бу­рет­ке; пре­бы­ва­ет в тру­дах днем, как ра­бо­чий; несет по­двиг внут­рен­не­го по­слу­ша­ния – от­се­че­ние сво­ей во­ли; учит­ся воз­мож­но бо­лее пол­но­му пре­да­нию се­бя на во­лю Бо­жию; воз­дер­жи­ва­ет­ся в пи­ще, в бе­се­дах, в дви­же­ни­ях; по­дол­гу мо­лит­ся ум­ною Иису­со­вою мо­лит­вою. И несмот­ря на весь его по­двиг свет бла­го­да­ти ча­сто остав­ля­ет его, а бе­сы тол­пою окру­жа­ют по но­чам.

Сме­на со­сто­я­ний, то неко­то­рой бла­го­да­ти, то остав­лен­но­сти и де­мо­ни­че­ских на­па­де­ний, не про­хо­дит бес­плод­но. Бла­го­да­ря этой смене ду­ша Си­лу­а­на пре­бы­ва­ет в по­сто­ян­ной внут­рен­ней борь­бе, бодр­ство­ва­нии и усерд­ном ис­ка­нии ис­хо­да.

Про­шло пят­на­дцать лет со дня яв­ле­ния ему Гос­по­да. И вот од­на­жды в од­но из та­ких му­чи­тель­ных бо­ре­ний с бе­са­ми, ко­гда, несмот­ря на все ста­ра­ния, чи­сто мо­лить­ся не уда­ва­лось, Си­лу­ан вста­ет с та­бу­ре­та, чтобы сде­лать по­кло­ны, но ви­дит пе­ред со­бой огром­ную фигу­ру бе­са, сто­я­ще­го впе­ре­ди икон и ожи­да­ю­ще­го по­кло­на се­бе; кел­лия пол­на бе­сов. Отец Си­лу­ан сно­ва са­дит­ся на та­бу­рет и, на­кло­нив го­ло­ву, с бо­лез­нью серд­ца го­во­рит мо­лит­ву: "Гос­по­ди, ты ви­дишь, что я хо­чу мо­лить­ся те­бе чи­стым умом, но бе­сы не да­ют мне. На­учи ме­ня, что дол­жен де­лать я, чтобы они не ме­ша­ли мне?" И был от­вет ему в ду­ше: "Гор­дые все­гда так стра­да­ют от бе­сов". "Гос­по­ди, – го­во­рит Си­лу­ан, – на­учи ме­ня, что дол­жен я де­лать, чтобы сми­ри­лась моя ду­ша". И сно­ва в серд­це от­вет от Бо­га: "Дер­жи ум твой во аде и не от­ча­и­вай­ся."

От­ныне ду­ше его от­кры­лось не от­вле­чен­но-ин­тел­лек­ту­аль­но, а бы­тий­но, что ко­рень всех гре­хов, се­мя смер­ти есть гор­дость; что Бог – есть Сми­ре­ние, и по­то­му же­ла­ю­щий стя­жать Бо­га дол­жен стя­жать сми­ре­ние. Он по­знал, что то неска­зан­но слад­кое ве­ли­кое сми­ре­ние Хри­сто­во, ко­то­рое ему бы­ло да­но пе­ре­жить во вре­мя Яв­ле­ния, есть неотъ­ем­ле­мое свой­ство Бо­же­ствен­ной люб­ви, Бо­же­ствен­но­го бы­тия. От­ныне он во­ис­ти­ну по­знал, что весь по­двиг дол­жен быть на­прав­лен на стя­жа­ние сми­ре­ния. Ему да­но бы­ло по­знать ве­ли­кую тай­ну Бы­тия, бы­тий­но по­знать.

Он ду­хом про­ник в тай­ну борь­бы пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го, ко­то­рый по­сле яв­ле­ния ему Гос­по­да в хра­ме во вре­мя ли­тур­гии, пе­ре­жи­вая по­те­рю бла­го­да­ти и бо­го­остав­лен­ность, ты­ся­чу дней и ты­ся­чу но­чей сто­ял в пу­стыне на камне, взы­вая: "Бо­же, ми­ло­стив бу­ди мне, греш­но­му."

Ему от­крыл­ся под­лин­ный смысл и си­ла от­ве­та пре­по­доб­но­го Пи­ме­на Ве­ли­ко­го сво­им уче­ни­кам: "По­верь­те, ча­да! Где са­та­на, там и я бу­ду". Он по­нял, что пре­по­доб­ный Ан­то­ний Ве­ли­кий был по­слан Бо­гом к алек­сан­дрий­ско­му са­пож­ни­ку учить­ся то­му же де­ла­нию: от са­пож­ни­ка он на­учил­ся по­мыш­лять: "Все спа­сут­ся, один я по­гиб­ну".

Он по­знал в опы­те жиз­ни сво­ей, что по­лем ду­хов­ной бит­вы со злом, кос­ми­че­ским злом, яв­ля­ет­ся соб­ствен­ное серд­це че­ло­ве­ка. Он ду­хом узрел, что са­мым глу­бо­ким кор­нем гре­ха яв­ля­ет­ся гор­дость, – этот бич че­ло­ве­че­ства, ото­рвав­ший лю­дей от Бо­га и по­гру­зив­ший мир в неис­чис­ли­мые бе­ды и стра­да­ния; это под­лин­ное се­мя смер­ти, оку­тав­шее че­ло­ве­че­ство мра­ком от­ча­я­ния. От­ныне Си­лу­ан, вы­да­ю­щий­ся ги­гант ду­ха, все си­лы свои со­сре­до­то­чит на по­дви­ге за сми­ре­ние Хри­сто­во, ко­то­рое ему бы­ло да­но по­знать в пер­вом яв­ле­нии, но ко­то­рое он не со­хра­нил.

Мо­нах Си­лу­ан по­сле дан­но­го ему Гос­по­дом от­кро­ве­ния твер­до стал на ду­хов­ном пу­ти. С то­го дня его "лю­би­мой пес­нью," как сам он вы­ра­жал­ся, ста­но­вит­ся: "Ско­ро я умру, и ока­ян­ная ду­ша моя сни­дет в тес­ный чер­ный ад, и там один я бу­ду то­мить­ся в мрач­ном пла­ме­ни и пла­кать по Гос­по­де: "Где Ты, свет ду­ши мо­ей? За­чем Ты оста­вил ме­ня? Я не мо­гу жить без Те­бя".

Это де­ла­ние при­ве­ло ско­ро к ми­ру ду­ши и чи­стой мо­лит­ве. Но да­же и этот ог­нен­ный путь ока­зал­ся некрат­ким.

Бла­го­дать уже не остав­ля­ет его, как преж­де: он ощу­ти­мо но­сит ее в серд­це, он чув­ству­ет жи­вое при­сут­ствие Бо­га; он по­лон удив­ле­ния пе­ред ми­ло­сер­ди­ем Бо­жи­им, глу­бо­кий мир Хри­стов по­се­ща­ет его; Дух Свя­той сно­ва да­ет ему си­лу люб­ви. И хо­тя те­перь он уже не тот нера­зум­ный, что был преж­де; хо­тя из дол­гой и тя­же­лой борь­бы он вы­шел умуд­рен­ным; хо­тя из него вы­ра­бо­тал­ся ве­ли­кий ду­хов­ный бо­рец, – од­на­ко и те­перь стра­дал он от ко­ле­ба­ний и из­мен­чи­во­сти че­ло­ве­че­ской на­ту­ры и про­дол­жал пла­кать невы­ра­зи­мым пла­чем серд­ца, ко­гда ума­ля­лась в нем бла­го­дать. И так еще це­лых пят­на­дцать лет, до­ко­ле не по­лу­чил он си­лу од­ним ма­но­ве­ни­ем ума, ни­как не вы­ра­жа­е­мым внешне, от­ра­жать то, что рань­ше тя­же­ло по­ра­жа­ло его.

Через чи­стую ум­ную мо­лит­ву по­движ­ник на­уча­ет­ся ве­ли­ким тай­нам ду­ха. Схо­дя умом в серд­це свое, сна­ча­ла вот это – пло­тя­ное серд­це, он на­чи­на­ет про­ни­кать в те глу­би­ны его, ко­то­рые не суть уже плоть. Он на­хо­дит свое глу­бо­кое серд­це, ду­хов­ное, ме­та­фи­зи­че­ское, и в нем ви­дит, что бы­тие все­го че­ло­ве­че­ства не есть для него нечто чуж­дое, по­сто­рон­нее, но неот­де­ли­мо свя­за­но и с его лич­ным бы­ти­ем.

"Брат наш есть на­ша жизнь", – го­во­рил ста­рец. Через лю­бовь Хри­сто­ву все лю­ди вос­при­ни­ма­ют­ся,как неотъ­ем­ле­мая часть на­ше­го лич­но­го веч­но­го бы­тия. За­по­ведь – лю­бить ближ­не­го как са­мо­го се­бя – он на­чи­на­ет по­ни­мать не как эти­че­скую нор­му; в сло­ве как он ви­дит ука­за­ние не на ме­ру люб­ви, а на он­то­ло­ги­че­скую общ­ность бы­тия.

"Отец не су­дит ни­ко­го, но весь суд дал Сы­ну... по­то­му что Он Сын че­ло­ве­че­ский" (Ин: 5:22-27). Сей Сын че­ло­ве­че­ский, Ве­ли­кий Су­дья ми­ра, – на Страш­ном Су­де ска­жет, что "еди­ный от мень­ших сих" есть Он Сам; ины­ми сло­ва­ми, бы­тие каж­до­го че­ло­ве­ка Он обоб­ща­ет со Сво­им, вклю­ча­ет в Свое лич­ное бы­тие. Все че­ло­ве­че­ство, "все­го Ада­ма," вос­при­нял в Се­бя и стра­дал за все­го Ада­ма.

По­сле опы­та адских стра­да­ний, по­сле ука­за­ния Бо­жия: "Дер­жи ум твой во аде" для стар­ца Си­лу­а­на бы­ло осо­бен­но ха­рак­тер­ным мо­лить­ся за умер­ших, то­мя­щих­ся во аде, но он мо­лил­ся так­же и за жи­вых, и за гря­ду­щих. В его мо­лит­ве, вы­хо­див­шей за пре­де­лы вре­ме­ни, ис­че­за­ла мысль о пре­хо­дя­щих яв­ле­ни­ях че­ло­ве­че­ской жиз­ни, о вра­гах. Ему бы­ло да­но в скор­би о ми­ре раз­де­лять лю­дей на по­знав­ших Бо­га и не по­знав­ших Его. Для него бы­ло неснос­ным со­зна­вать, что лю­ди бу­дут то­мить­ся "во тьме кро­меш­ной".

В бе­се­де с од­ним мо­на­хом-пу­стын­ни­ком, ко­то­рый го­во­рил: "Бог на­ка­жет всех без­бож­ни­ков. Бу­дут они го­реть в веч­ном огне" – оче­вид­но, ему до­став­ля­ло удо­вле­тво­ре­ние, что они бу­дут на­ка­за­ны веч­ным ог­нем – на это ста­рец Си­лу­ан с ви­ди­мым ду­шев­ным вол­не­ни­ем ска­зал: "Ну, ска­жи мне, по­жа­луй­ста, ес­ли по­са­дят те­бя в рай, и ты бу­дешь от­ту­да ви­деть, как кто-то го­рит в адском огне, бу­дешь ли ты по­ко­ен?" – "А что по­де­ла­ешь, са­ми ви­но­ва­ты" – от­ве­тил мо­нах. То­гда ста­рец со скорб­ным ли­цом от­ве­тил: "Лю­бовь не мо­жет это­го по­не­сти... Нуж­но мо­лить­ся за всех".

И он дей­стви­тель­но мо­лил­ся за всех; мо­лить­ся толь­ко за се­бя ста­ло ему несвой­ствен­ным. Все лю­ди под­вер­же­ны гре­ху, все ли­ше­ны сла­вы Бо­жи­ей (Рим.3:22). Для него, ви­дев­ше­го уже в дан­ной ему ме­ре сла­ву Бо­жию и пе­ре­жив­ше­го ли­ше­ние ее, од­на мысль о та­ко­вом ли­ше­нии бы­ла тяж­ка. Ду­ша его то­ми­лась со­зна­ни­ем, что лю­ди жи­вут, не ве­дая Бо­га и Его люб­ви, и он мо­лил­ся ве­ли­кою мо­лит­вою, чтобы Гос­подь по неис­по­ве­ди­мой люб­ви Сво­ей дал им Се­бя по­знать.

До кон­ца сво­ей жиз­ни, несмот­ря на па­да­ю­щие си­лы, и на бо­лез­ни, он со­хра­нил при­выч­ку спать урыв­ка­ми. У него оста­ва­лось мно­го вре­ме­ни для уеди­нен­ной мо­лит­вы, он по­сто­ян­но мо­лил­ся, ме­няя в за­ви­си­мо­сти от об­ста­нов­ки об­раз мо­лит­вы, но осо­бен­но уси­ли­ва­лась его мо­лит­ва но­чью, до утре­ни. То­гда мо­лил­ся он за жи­вых и усоп­ших, за дру­зей и вра­гов, за весь мир.

Со­ста­ви­ли На­та­лия Бу­фи­ус и епи­скоп Алек­сандр (Ми­ле­ант)

Ис­точ­ник http://silouan.narod.ru