Акафист святым благоверным князям и мученикам Борису и Глебу во св. Крещении Роману и Давиду, Российским чудотворцам

Предназначен для келейного чтения

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 15 мая (02 мая ст. ст.); 06 августа (24 июля ст. ст.)

Не утвержден для общецерковного использования.

Ака́ѳистъ святы́мъ благовѣ́рнымъ кня́земъ и му́ченикомъ Бори́су и Глѣ́бу, во святѣ́мъ креще́ніи Рома́ну и Дави́ду, Россíйскимъ чудотво́рцемъ

Конда́къ 1

Избра́нніи чудотво́рцы и до́блественіи во́ини Христо́вы, блага́го ко́рене блазíи о́трасли, пресвѣ́тлая дво́ице, въ неду́зѣхъ безме́здніи вра́чеве и ко Спа́су о все́мъ мíрѣ те́пліи моли́твенницы, восхваля́емъ ва́съ любо́вію, святíи и благовѣ́рніи кня́зи, Бори́се и Глѣ́бе. Вы́ же, я́ко иму́щіи дерзнове́ніе ко Пресвятѣ́й Тро́ицѣ, отъ вся́кихъ на́съ бѣ́дъ изба́вите, да зове́мъ къ ва́мъ:

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Икосъ 1

Ангеловъ Госпо́днихъ согра́ждане яви́стеся святíи благовѣ́рніи Бори́се и Глѣ́бе, не оставля́юще согра́жданъ земна́го мíра: по страда́ніи бо ва́шемъ честна́я тѣлеса́ ва́ша, му́ченическою кро́вію обагре́нная, и благода́тію Бо́жіею просла́вленная, всѣ́мъ, съ вѣ́рою къ ни́мъ притека́ющимъ и прикаса́ющимся, источа́ютъ многоразли́чная чуде́сная исцѣле́нія; ду́ши же ва́ша предстоя́тъ съ ли́ки а́нгельскими и со всѣ́ми святы́ми Пресвятѣ́й Тро́ицѣ. Тѣ́мже мы́, россíйстіи сы́нове, удивля́ющеся ва́шему го́рнему и до́льнему гражда́нству, благоговѣ́йно преклоня́юще предъ ва́ми колѣ́на тѣле́сная и сердца́ на́ша, уми́льно вопіе́мъ си́це:

Ра́дуйтеся, я́ко вы́шнимъ Бо́гомъ изъ тмы́ идолослуже́нія въ чу́дный свѣ́тъ и́стиннаго богопозна́нія приведе́ни есте́. Ра́дуйтеся, я́ко ча́да, па́че всѣ́хъ возлю́бленная благовѣ́рному отцу́ ва́шему. Ра́дуйтеся, и́стинніи Ева́нгелія Христо́ва послѣ́дователи. Ра́дуйтеся, Боже́ственныхъ писа́ній до́бріи ученицы́. Ра́дуйтеся, оде́жды креще́нія непоро́чніи храни́тели. Ра́дуйтеся, христіа́нскаго благоче́стія при́сніи ревни́тели. Ра́дуйтеся, я́ко неустраши́мо страда́нія му́ченическая прія́ли есте́. Ра́дуйтеся, Христо́вымъ страсте́мъ подража́тели. Ра́дуйтеся, благоугоди́вшіи Бо́гови сло́вомъ и житіе́мъ. Ра́дуйтеся, все́льшіися во оби́тели Отца́ Небе́снаго. Ра́дуйтеся, мзду́ трудо́въ и терпѣ́нія ва́шего воспрія́вшіи отъ Го́спода. Ра́дуйтеся, облече́нніи виссо́номъ чистоты́ и непоро́чности. Ра́дуйтеся, моли́твами ва́шими ко Го́споду мно́гимъ засту́пничество яви́ли есте́.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 2

Ви́дѣвше сы́нове Россíйстіи святы́й хра́мъ, испо́лненный благоуха́нія пречу́днаго, внегда́ отверзо́ша ра́ку и обоня́ша о́ное, вси́ просла́виша Бо́га, тѣ́мже и мы́, грѣ́шніи и недосто́йніи, благоговѣ́юще предъ пречу́дною святы́нею, прославля́емъ Ди́внаго во святы́хъ Свои́хъ Бо́га, непреста́нно вопію́ще: Аллилу́ія.

Икосъ 2

Ра́зумъ здра́вый стяжа́вшіи святы́мъ и богоуго́днымъ ва́шимъ житіе́мъ, страстоте́рпцы Христо́вы Бори́се и Глѣ́бе. Егда́ услы́шасте лише́ніе ва́шего вре́меннаго живота́ отъ лю́таго и властолюби́ваго бра́та ва́шего Святопо́лка, нима́ло не помы́сливше проти́ву его́ ра́тною бра́нію идти́, лу́чше возжела́сте жи́зни своея́ лиши́тися, не́жели съ бра́томъ имѣ́ти бра́нь и христіа́нскую кро́вь пролива́ти. Сего́ ра́ди мы́, предстоя́ще моли́твенно предъ ва́ми, возво́димъ очеса́ на́ша серде́чная къ ва́мъ горѣ́, на небеси́ живу́щимъ, почита́юще честна́я ва́ша страда́нія си́ми похва́льными пѣ́сньми:

Ра́дуйтеся, Жива́го Бо́га па́че всего́ мíра возлюби́вшіи. Ра́дуйтеся, су́етныхъ помышле́ній презри́тели. Ра́дуйтеся, вѣнцено́сцы нарочи́тіи. Ра́дуйтеся, за́повѣдей Христо́выхъ исполни́тели. Ра́дуйтеся, оправда́ній Госпо́днихъ пресвѣ́тлыя свѣщи́. Ра́дуйтеся, пресла́дкіи слы́шатели Боже́ственныхъ слове́съ. Ра́дуйтеся, иску́сніи храни́тели церко́вныхъ пра́вилъ. Ра́дуйтеся, тмы́ грѣхо́вныя попра́тели. Ра́дуйтеся, небе́сныхъ бла́гъ прича́стницы. Ра́дуйтеся, ника́коже къ земны́мъ бла́гомъ се́рдце свое́ прилѣпи́вшіи. Ра́дуйтеся, те́пліи моли́твенницы ко Спа́су о душа́хъ на́шихъ.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 3

Си́лою Боже́ственною подвиза́еми, на умоле́ніе соо́тчичей ва́шихъ я́вльшеся, и́мъ есте́ покрови́тели, защи́тницы и помо́щницы; страны́ бо и́хъ отъ нападе́ній вра́жіихъ избавля́ете, стра́ждущихъ отъ вся́кихъ неду́говъ и болѣ́зней исцѣля́ете и во вcя́комъ благо́мъ преспѣ́яніи помога́ете всѣ́мъ, вопію́щимъ Бо́гу: Аллилу́ія.

Икосъ 3

Иму́ще вои́стинну во́ини Христо́вы, Бори́се и Глѣ́бе, пла́менное и нехла́дное се́рдце ко благохвале́нію Ди́внаго въ чудесѣ́хъ Бо́га, моли́теся непреста́нно о спасе́ніи ду́шъ къ ва́мъ усе́рдно прибѣга́ющихъ. Сего́ ра́ди мы́ отъ глубины́ серде́цъ на́шихъ умиле́нно прино́симъ къ ва́мъ такова́я пѣ́нія:

Ра́дуйтеся, Го́споду сла́вы вы́ну предстоя́тели. Ра́дуйтеся, а́нгельскія трисвяты́я пѣ́сни слы́шатели. Ра́дуйтеся, невече́рняго дне́ зри́тели. Ра́дуйтеся, Ца́рства Христо́ва наслѣ́дницы. Ра́дуйтеся, нерукотво́рнаго хра́ма обита́тели. Ра́дуйтеся, го́рнаго Іерусали́ма имени́тіи гра́ждане. Ра́дуйтеся, ра́йскихъ селе́ній созерца́тели. Ра́дуйтеся, хра́мовъ Госпо́днихъ и домо́въ благочести́выхъ посѣща́тели. Ра́дуйтеся, вели́кихъ пра́здниковъ и святы́хъ уго́дниковъ почита́нія наста́вницы. Ра́дуйтеся, не радя́щихъ о благоче́стіи наказа́тели. Ра́дуйтеся, въ добродѣ́телехъ преспѣва́ющихъ споспѣ́шницы.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 4

Бу́рею невѣ́рія одержи́мыхъ, ходя́щихъ во тмѣ́ злоче́стія и не брегу́щихъ о христіа́нскомъ благоче́стіи, огне́мъ наказа́нія опаля́ете, да тѣ́мъ уцѣлому́дрившіися и́стинно позна́ютъ и́стиннаго Бо́га, благоче́стно Его́ чту́ще и со стра́хомъ Ему́ вопію́ще: Аллилу́ія.

Икосъ 4

Слы́шаще ва́ша, страстоте́рпцы святíи Бори́се и Глѣ́бе, чудеса́, россíйстіи сы́нове не то́кмо изъ бли́жнихъ, но и изъ да́льнихъ стра́нъ Россíйскихъ стека́ются къ ва́шимъ чудодѣ́йствующимъ моще́мъ, и, исцѣля́ющеся отъ неду́говъ и болѣ́зней, вопію́тъ къ ва́мъ такова́я:

Ра́дуйтеся, пе́рвіи въ Россíи уго́дницы Христо́вы. Ра́дуйтеся, вели́цыи въ напа́стехъ утѣ́шители. Ра́дуйтеся, въ убо́жествѣ и ну́ждахъ благочести́вымъ посо́бницы. Ра́дуйтеся, вѣ́ры Христо́вой ревни́тели. Ра́дуйтеся, ересе́й искорени́тели. Ра́дуйтеся, раско́ловъ презри́тели. Ра́дуйтеся, Боже́ственныя слу́жбы пла́менныя люби́тели. Ра́дуйтеся, виногра́да Христо́ва многоли́ственная древеса́, и́миже покрыва́ются мно́зи. Ра́дуйтеся, боже́ственныя лозы́ пресла́дкое ро́ждіе. Ра́дуйтеся, благоче́стія до́бріи строи́тели. Ра́дуйтеся, и́стинніи и безме́здніи вра́чеве. Ра́дуйтеся, о спасе́ніи ро́да христіа́нскаго хода́таи.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 5

Боготе́чныя звѣзды́ яви́стеся на́мъ въ земно́й юдо́ли се́й: внегда́ бо обурева́тися на́мъ волна́ми жите́йскихъ попече́ній и направля́ти пу́ть жите́йскаго ше́ствія своего́ къ ти́хому приста́нищу, ва́шими моли́твами избавля́еми есмы́ отъ блужде́нія и потопле́нія, сего́ ра́ди, сла́вяще Го́спода, вопіе́мъ: Аллилу́ія.

Икосъ 5

Ви́дѣвше сы́нове россíйстіи, я́ко притека́ющіи къ ва́мъ съ вѣ́рою, пріе́млютъ хода́тайствомъ и засту́пничествомъ ва́шимъ въ ну́ждахъ ско́рое утѣше́ніе и избавле́ніе отъ зо́лъ, восхваля́ютъ ва́съ си́це:

Ра́дуйтеся, Россíйскихъ стра́нъ недре́млющіи стра́жи. Ра́дуйтеся, и́дольскаго нече́стія обличи́тели. Ра́дуйтеся, горды́ни и буесло́вія посрами́тели. Ра́дуйтеся, му́дрымъ къ вѣ́рѣ и благоче́стію прави́тели. Ра́дуйтеся, до́бріи во́ини Христо́вы. Ра́дуйтеся, вражду́ющихъ на зе́млю отце́въ ва́шихъ укроти́тели. Ра́дуйтеся, зло́бы и мще́нія угаси́тели. Ра́дуйтеся, по́лчищъ вра́жескихъ расточи́тели. Ра́дуйтеся, я́ко просла́вившіи Бо́га въ душа́хъ и тѣлесѣ́хъ ва́шихъ. Ра́дуйтеся, я́ко просла́влени есте́ на земли́ чудодѣ́йствіемъ. Ра́дуйтеся, я́ко благоро́дство земно́е носи́вше, сподо́бистеся ца́рствовати въ Ца́рствіи небе́снѣмъ. Ра́дуйтеся, во Оте́чествіи свое́мъ ми́ра, тишины́ и споко́йствія возстанови́тели.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 6

Проповѣ́дующи, проповѣ́дуетъ вся́ Россíйская держа́ва ва́ше небе́сное предста́тельство у Всевы́шняго: вы́ бо я́ко крѣ́пцыи щити́ и я́ко тве́рдыя стѣны́, огражда́ете Оте́чество ва́ше я́ко непобѣди́мымъ ору́жіемъ, Боже́ственною благода́тію, даро́ванною ва́мъ свы́ше, сего́ ра́ди, хва́ляще Бо́га, пое́мъ: Аллилу́ія.

Икосъ 6

Возсія́ли есте́, я́ко пресвѣ́тлыя звѣзды́ отъ тмы́ идолослуже́нія просвѣще́ніемъ свята́го креще́нія, вѣ́ру бо Правосла́вную прія́вше, обы́чаи идоложе́ртвенныя искорени́ли есте́, сѣмена́ благоче́стія христіа́нскаго въ сердца́хъ по́дданныхъ свои́хъ посѣ́явшіи, на славосло́віе и́мене Бо́жія хра́мы боже́ственныя благолѣ́пно сооруди́сте. Сего́ ра́ди, Бори́се и Глѣ́бе, ва́съ почита́емъ си́ми похва́льными пѣ́снми:

Ра́дуйтеся, изъ тмы́ идолослуже́нія въ чу́дный свѣ́тъ и́стиннаго богопозна́нія пресе́лницы. Ра́дуйтеся, идолоче́стія обличи́тели. Ра́дуйтеся, дре́вняго змíя попра́тели. Ра́дуйтеся, и́стинніи образцы́ кро́тости и незло́бія. Ра́дуйтеся, подвигополо́жнику Христу́ послѣ́дователи. Ра́дуйтеся, житія́ непоро́чнаго рачи́тели. Ра́дуйтеся, ева́нгельскихъ проповѣ́даній блюсти́тели. Ра́дуйтеся, нерастлѣ́нніи хра́ми Бо́га Жива́го. Ра́дуйтеся, отъ даро́въ живу́щей въ ва́съ благода́ти подаю́щіи си́лу мно́гимъ. Ра́дуйтеся, добродѣ́телей чи́стая зерца́ла. Ра́дуйтеся, те́рнія поро́ковъ ре́вностніи искорени́тели. Ра́дуйтеся, вели́цыи уго́дницы Христо́вы.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 7

Аще и мно́гажды злоумы́шленніи язы́цы покуша́хуся вни́ти во вну́трь ва́шего Оте́чествія и одолѣ́ти его́, оба́че неви́димымъ ва́шимъ предста́тельствомъ предъ Бо́гомъ, си́лою Его́ постыжде́ни и прогна́ни бы́ша. Тѣ́мже удивля́ющеся неизрече́нному къ на́мъ Бо́жію милосе́рдію, пое́мъ Бо́гу: Аллилу́ія.

Икосъ 7

Но́выя благода́ти бы́вшіи прича́стницы и си́лою даро́въ Свята́го Ду́ха испо́лненніи, не то́чію въ земли́ Россíйстѣй яви́лися есте́ до́бріи споспѣ́шницы вѣ́ры и нра́вовъ благи́хъ; но среди́ чужди́хъ наро́довъ сла́ву и́мене Госпо́дня и си́лу мы́шцы Его́ прояви́сте. Сего́ ра́ди похва́льными пѣ́снми ва́съ ублажа́емъ:

Ра́дуйтеся, неувяда́еміи цвѣ́ти Россíйскія земли́. Ра́дуйтеся, непоро́чніи а́гнцы ста́да Христо́ва. Ра́дуйтеся, я́ко го́лубіе, чистото́ю украше́нніи. Ра́дуйтеся, на крилѣ́хъ вѣ́ры возне́сшіися на высоту́ небе́сную. Ра́дуйтеся, въ го́рній Іерусали́мъ пресе́льшіися. Ра́дуйтеся, го́рняго Сіо́на наслѣ́дницы. Ра́дуйтеся, съ ли́ки небе́сныхъ си́лъ торжеству́ющіи. Ра́дуйтеся, вертогра́да небе́снаго благолѣ́пніи гро́здіе. Ра́дуйтеся, Христо́вы Це́ркве вели́кое удобре́ніе. Ра́дуйтеся, всѣ́мъ христіа́номъ неизрече́нныхъ ра́достей подава́тели.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 8

Стра́нная же и ужа́сная содѣ́яшася, егда́ злочести́вый варя́гъ, дерзну́вый косну́тися стопа́ми свои́ми мѣ́ста свя́та, на не́мже почива́ху блаже́нная тѣлеса́ ва́ша: о́гнь бо исше́дый изъ земли́ опали́ окая́ннаго и вѣ́дати научи́ си́лу ва́шу, уго́дницы Бо́жіи. Вѣ́рніи же, прославля́юще чудодѣ́йства ва́ша, воспѣ́ша Ди́вному во святы́хъ Свои́хъ Бо́гу: Аллилу́ія.

Икосъ 8

Ве́сь у́мъ впери́вше въ слу́жбу Боже́ственную и духо́вная псалмопѣ́нія, яви́лися есте́ я́ко непобѣди́міи Христо́вы во́ини, егда́ нечести́віи человѣ́цы пріидо́ша отъ лю́таго Святопо́лка уби́ти ва́съ; оба́че не убоя́шася возложи́ти ру́ки на ва́съ и непови́нную кро́вь ва́шу проли́ти. Мы́ же, вѣ́рніи, че́ствующе вѣ́ру и страда́нія ва́ша, взыва́емъ си́це:

Ра́дуйтеся, и́стиннаго Мессíи Іису́са Христа́ Сы́на Бо́жія и́стинніи исповѣ́дницы. Ра́дуйтеся, апо́стольскихъ проповѣ́даній ревни́тельнѣйшіи пріе́мницы. Ра́дуйтеся, святы́хъ отце́въ преда́ній вѣ́рніи блюсти́тели. Ра́дуйтеся, я́ко возлюби́сте живо́тъ вѣ́чный па́че вре́меннаго. Ра́дуйтеся, я́ко Ца́рство небе́сное предпочто́сте ца́рству земно́му. Ра́дуйтеся, въ вѣ́рѣ Христо́вой вѣ́рнымъ извѣ́стное утвержде́ніе. Ра́дуйтеся, я́ко слу́жбу Бо́жію при себѣ́ всегда́ имѣ́сте. Ра́дуйтеся, я́ко боже́ственное чте́ніе и пѣ́ніе слад́остію послу́шасте. Ра́дуйтеся, я́ко и са́ми Боже́ственная словеса́ во устѣ́хъ свои́хъ держа́ще, въ се́рдцы а́ки неоцѣне́нное сокро́вище носи́сте. Ра́дуйтеся, я́ко ду́хъ ва́шъ сокруше́нный и се́рдце ва́ше смире́нное же́ртва Бо́гу бы́ша. Ра́дуйтеся, я́ко ду́ши и тѣлеса́ ва́ша въ страда́ніи, я́ко зла́то въ горни́лѣ, искуше́ни. Ра́дуйтеся, я́ко съ ли́ки му́чениковъ сопричте́ни есте́.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 9

Вси́ вѣ́рніи, чту́щіи благолѣ́пно па́мять ва́шу, во святѣ́мъ хра́мѣ ва́шемъ сте́кшеся и сла́вяще страда́нія ва́ша и чудеса́, я́же содѣ́ясте си́лою Бо́га, Спа́са на́шего, вопію́тъ къ Нему́: Аллилу́ія.

Икосъ 9

Вѣтíи невѣ́рніи еще́ тружда́ются помышля́ти и му́дрствовати о святы́ни ва́шей, Бори́се и Глѣ́бе, недоумѣва́ютъ у́бо изрещи́, ка́ко тѣлеса́ ва́ша на земли́ не истлѣва́ются, ду́ши же ва́ша на небесѣ́хъ въ со́нмѣхъ а́нгеловъ прославля́ются. Мы́ же, просвѣща́еми вѣ́рою, благолѣ́пно вопіе́мъ:

Ра́дуйтеся, во́ини Христо́вы непобѣди́міи. Ра́дуйтеся, крѣ́пцыи щити́ и броня́ во́инства Россíйскаго. Ра́дуйтеся, Царя́ сла́вы прославле́ніе. Ра́дуйтеся, кня́зя тмы́ посрамле́ніе. Ра́дуйтеся, глаго́ловъ Бо́жіихъ оправда́ніе. Ра́дуйтеся, Боже́ственныя прему́дрости исполне́ніе. Ра́дуйтеся, чуде́съ Христо́выхъ проповѣ́дницы. Ра́дуйтеся, вѣ́чныя ра́дости наслѣ́дницы. Ра́дуйтеся, я́ко жи́знь гряду́щую возлюби́ли есте́. Ра́дуйтеся, я́ко бла́га вре́менная презрѣ́ли есте́. Ра́дуйтеся, я́ко вла́сти вѣ́ка сего́ отри́нули есте́. Ра́дуйтеся, я́ко красо́тою добродѣ́телей украше́ни есте́.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 10

Спасти́ хотя́ще ду́ши своя́, святíи страстоте́рпцы, не брего́сте о тѣлесѣ́хъ ва́шихъ и преда́сте и́хъ на убіе́ніе, вопію́ще къ Бо́гу: Аллилу́ія.

Икосъ 10

Стѣны́ есте́, огражда́ющіи благоде́нствіе Россíи, святíи Бори́се и Глѣ́бе, и неутоми́міи стра́жи проти́ву вра́гъ на́шихъ пребыва́ете, непреста́нно моля́щеся Го́споду Бо́гу о спасе́ніи ду́шъ на́шихъ и исцѣля́юще не́мощи на́ша. Сего́ ра́ди уми́льно вопіе́мъ ко святы́ни ва́шей:

Ра́дуйтеся, я́ко сы́нове россíйстіи хода́тайствомъ ва́шимъ спаса́ются. Ра́дуйтеся, я́ко вси́ правовѣ́рніи моли́твами ва́шими отъ бѣ́дъ и скорбе́й исцѣля́ются. Ра́дуйтеся, я́ко врази́ на́ши ва́съ устраша́ются. Ра́дуйтеся, я́ко все́ Оте́чествіе на́ше моли́твами ва́шими спаса́ется. Ра́дуйтеся, я́ко похва́льными вѣнцы́ Россíйская Це́рковь ва́съ вѣнча́етъ. Ра́дуйтеся, я́ко по́двиги ва́ша вси́ правовѣ́рніи немо́лчно воспѣва́ютъ. Ра́дуйтеся, я́ко ста́рцы и ю́ноши къ покро́ву ва́шему прибѣга́ютъ. Ра́дуйтеся, я́ко ца́ріе и во́ини, бога́тіи и убо́зіи ва́съ прославля́ютъ. Ра́дуйтеся, ско́ріи помо́щницы. Ра́дуйтеся, мо́щніи засту́пницы. Ра́дуйтеся, му́ченическую сме́рть прія́вшіи.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 11

Пѣ́ніе всеумиле́нное не умолче́ во устѣ́хъ ва́шихъ, егда́ лю́тіи губи́теліе устремля́хуся на ва́съ, я́ко на а́гнцевъ, гото́выхъ на заколе́ніе. Сія́ воспомина́юще и сла́вяще Го́спода, да́вшаго ва́мъ си́лу такову́ю, взыва́емъ къ Нему́: Аллилу́ія.

Икосъ 11

Свѣтоза́рныя свѣщи́ ви́димъ въ ва́съ, святíи благовѣ́рніи кня́зіе Бори́се и Глѣ́бе, освяща́ющіи Россíйскую Це́рковь и всѣ́хъ вѣ́рныхъ ча́дъ ея́, да прославля́ютъ святу́ю па́мять ва́шу, вопію́ще:

Ра́дуйтеся, Россíйскія Це́ркве похвало́. Ра́дуйтеся, правосла́вныя держа́вы и градо́въ ея́ лѣ́пото. Ра́дуйтеся, во еди́нѣмъ ду́сѣ благоче́стія пожи́вшіи предъ Го́сподѣмъ. Ра́дуйтеся, тѣлесе́мъ ва́шимъ стяжа́вшіи безсме́ртіе. Ра́дуйтеся, я́ко подвиза́вшійся по́двигомъ до́брымъ вѣнча́ется вѣнце́мъ сла́вы невече́рнія. Ра́дуйтеся, я́ко тече́ніе житія́ му́ченически сконча́вшій, водвори́тся во оби́тели Отца́ Небе́снаго. Ра́дуйтеся, всехва́льніи му́ченицы. Ра́дуйтеся, до́брѣ подража́вшіи я́ко во еди́нѣмъ тѣлеси́ су́ще, иску́пльшему на́съ Влады́цѣ.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 12

Благода́ть, да́нную ва́мъ отъ Бо́га на бла́го сыно́въ Россíи, россíйстіи чудотво́рцы Бори́се и Глѣ́бе, не вту́не оста́вили есте́: яви́ста бо ся́ цѣли́теліе боля́щихъ, утѣ́шителіе су́щихъ въ ско́рбехъ и заключе́ніи, наста́вницы заблу́ждшихъ и ско́ріи помо́щницы всѣ́мъ, съ вѣ́рою призыва́ющимъ ва́съ, уго́дницы Бо́жіи; да вси́ вку́пѣ вопіе́мъ ко Го́споду: Аллилу́ія.

Икосъ 12

Пою́ще и восхваля́юще чудеса́ ва́ша, че́ствующе святу́ю па́мять ва́шу, пресла́вная Це́рковь Россíйская, и мы́, ча́да ея́, о́чи се́рдца возводя́ще ко Го́споду, си́це вопіе́мъ:

Ра́дуйтеся, сопроти́вныхъ враго́въ побѣди́тели. Ра́дуйтеся, неду́гующихъ вра́чеве. Ра́дуйтеся, россíйскихъ гра́довъ и ве́сей пресвѣ́тлое сія́ніе. Ра́дуйтеся, россíйскаго во́инства тве́рдое огражде́ніе. Ра́дуйтеся, я́ко страда́ніи ва́шими сниска́сте вѣ́чную ра́дость. Ра́дуйтеся, я́ко вкуси́вше му́ченическую сме́рть прешли́ есте́ къ блаже́нному безсме́ртію. Ра́дуйтеся, я́ко искуше́нніи въ горни́лѣ жите́йскихъ обурева́ній яви́стася чистѣ́йшіи зла́та, прине́сшіи себе́ я́ко всепло́діе Бо́гови. Ра́дуйтеся, ко́рене честна́го благíя о́трасли. Ра́дуйтеся, живота́ вѣ́чнаго и Ца́рствія Бо́жія наслѣ́дницы. Ра́дуйтеся, я́ко соприча́стницы есте́ а́нгельскому со́нму. Ра́дуйтеся, я́ко Россíйская держа́ва, ея́же сы́нове и засту́пницы есте́, благоговѣ́йно па́мять ва́шу че́ствуетъ.

Ра́дуйтеся, Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи Россíйстіи чудотво́рцы.

Конда́къ 13

О, святíи и всесла́вніи чудотво́рцы Бори́се и Глѣ́бе, вели́цыи россíйстіи помо́щницы въ бѣда́хъ и напа́стехъ! Не пре́зрите на́съ, грѣ́шныхъ, но пріими́те моле́ніе на́ше, я́коже прія́ли есте́ моли́твы благовѣ́рныхъ россíйскихъ князе́й Алекса́ндра и Дими́трія, и принеси́те Всеми́лостивому Спа́су на́ше моле́бное приноше́ніе, да изба́витъ на́съ отъ вся́кихъ бѣ́дъ и напа́стей, да охрани́тъ Оте́чествіе на́ше отъ вра́гъ ви́димыхъ и неви́димыхъ, и да вопіе́мъ съ ва́ми ко Го́споду: Аллилу́ія.

Се́й конда́къ глаго́лется три́жды. Та́же Икосъ 1-й и Конда́къ 1-й

Моли́тва

Святíи страстоте́рпцы, боголюби́вая дво́ице, благовѣ́рніи кня́зи Бори́се и Глѣ́бе, измла́да все́ю душе́ю Христа́ возлюби́вшіи, цѣлому́дріе, кро́тость, смире́ніе и про́чія добродѣ́тели стяжа́ли есте́ и, я́ко а́гнцы незло́бивіи, отъ бра́та своего́ непра́ведное убіе́ніе претерпѣ́ли есте́, чи́стыя своя́ ду́ши въ благопрія́тную же́ртву Бо́гу принесо́сте и отъ Него́ вѣнцы́ нетлѣ́нныя прія́сте, припа́дающе къ честно́му о́бразу ва́шему, мо́лимъ ва́съ въ ду́сѣ сокруше́ннѣ и смире́ннѣ: вознеси́те своя́ усе́рдныя моли́твы ко Всеми́лостивому Спа́су на́шему, да пода́стъ на́мъ, чту́щимъ святу́ю па́мять ва́шу, вели́кія Своя́ и бога́тыя ми́лости. Це́рковь Свою́ святу́ю да соблюде́тъ отъ ересе́й и раско́ловъ, въ ча́дѣхъ ея́ да оживе́тъ ду́хъ пра́выя вѣ́ры и любве́, ду́хъ вѣ́дѣнія и благоче́стія, да да́руетъ всѣ́мъ на́мъ вся́, я́же къ жи́зни вре́меннѣй и вѣ́чнѣй потре́бная. Ей, святíи страстоте́рпцы, ускори́те на по́мощь къ на́мъ, я́коже сро́днику ва́шему благовѣ́рному кня́зю Алекса́ндру Не́вскому, и изба́вите страну́ на́шу отъ вра́гъ ви́димыхъ и неви́димыхъ, отъ гла́да, огня́, смертоно́сныя я́звы, отъ вся́кихъ бѣ́дъ и напа́стей; разгони́те облежа́щій ны́ мра́къ невѣ́рія и развраще́нія, да ми́рно и благоче́стно поживе́мъ въ вѣ́цѣ се́мъ и сподо́бимся христіа́нскія кончи́ны и до́браго отвѣ́та на стра́шнѣмъ Судѣ́ Христа́ Бо́га, Ему́же подоба́етъ че́сть и поклоне́ніе со Безнача́льнымъ Его́ Отце́мъ и Пресвяты́мъ Животворя́щимъ Ду́хомъ, ны́нѣ и при́сно и во вѣ́ки вѣко́въ. Ами́нь.

Краткие жития свя­тых бла­го­вер­ных кня­зей-стра­сто­терп­цев Бо­риса и Глеба

Свя­тые бла­го­вер­ные кня­зья-стра­сто­терп­цы Бо­рис и Глеб (в Свя­том Кре­ще­нии – Ро­ман и Да­вид) – пер­вые рус­ские свя­тые, ка­но­ни­зи­ро­ван­ные как Рус­ской, так и Кон­стан­ти­но­поль­ской Цер­ко­вью. Они бы­ли млад­ши­ми сы­но­вья­ми свя­то­го рав­ноап­о­столь­но­го кня­зя Вла­ди­ми­ра († 15 июля 1015). Ро­див­ши­е­ся неза­дол­го до Кре­ще­ния Ру­си свя­тые бра­тья бы­ли вос­пи­та­ны в хри­сти­ан­ском бла­го­че­стии. Стар­ший из бра­тьев – Бо­рис по­лу­чил хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние. Он лю­бил чи­тать Свя­щен­ное Пи­са­ние, тво­ре­ния свя­тых от­цов и осо­бен­но жи­тия свя­тых. Под их вли­я­ни­ем свя­той Бо­рис возы­мел го­ря­чее же­ла­ние под­ра­жать по­дви­гу угод­ни­ков Бо­жи­их и ча­сто мо­лил­ся, чтобы Гос­подь удо­сто­ил его та­кой че­сти.

Свя­той Глеб с ран­не­го дет­ства вос­пи­ты­вал­ся вме­сте с бра­том и раз­де­лял его стрем­ле­ние по­свя­тить жизнь ис­клю­чи­тель­но слу­же­нию Бо­гу. Оба бра­та от­ли­ча­лись ми­ло­сер­ди­ем и сер­деч­ной доб­ро­той, под­ра­жая при­ме­ру свя­то­го рав­ноап­о­столь­но­го ве­ли­ко­го кня­зя Вла­ди­ми­ра, ми­ло­сти­во­го и от­зыв­чи­во­го к бед­ным, боль­ным, обез­до­лен­ным.

Еще при жиз­ни от­ца свя­той Бо­рис по­лу­чил в удел Ро­стов. Управ­ляя сво­им кня­же­ством, он про­явил муд­рость и кро­тость, за­бо­тясь преж­де все­го о на­саж­де­нии пра­во­слав­ной ве­ры и утвер­жде­нии бла­го­че­сти­во­го об­ра­за жиз­ни сре­ди под­дан­ных. Мо­ло­дой князь про­сла­вил­ся так­же как храб­рый и ис­кус­ный во­ин. Неза­дол­го до сво­ей смер­ти ве­ли­кий князь Вла­ди­мир при­звал Бо­ри­са в Ки­ев и на­пра­вил его с вой­ском про­тив пе­че­не­гов. Ко­гда по­сле­до­ва­ла кон­чи­на рав­ноап­о­столь­но­го кня­зя Вла­ди­ми­ра, стар­ший сын его Свя­то­полк, быв­ший в то вре­мя в Ки­е­ве, объ­явил се­бя ве­ли­ким кня­зем Ки­ев­ским. Свя­той Бо­рис в это вре­мя воз­вра­щал­ся из по­хо­да, так и не встре­тив пе­че­не­гов, ве­ро­ят­но, ис­пу­гав­ших­ся его и ушед­ших в сте­пи. Узнав о смер­ти от­ца, он силь­но огор­чил­ся. Дру­жи­на уго­ва­ри­ва­ла его пой­ти в Ки­ев и за­нять ве­ли­ко­кня­же­ский пре­стол, но свя­той князь Бо­рис, не же­лая меж­до­усоб­ной рас­при, рас­пу­стил свое вой­ско: «Не под­ни­му ру­ки на бра­та сво­е­го, да еще на стар­ше­го ме­ня, ко­то­ро­го мне сле­ду­ет счи­тать за от­ца!»

Од­на­ко ко­вар­ный и вла­сто­лю­би­вый Свя­то­полк не по­ве­рил ис­крен­но­сти Бо­ри­са; стре­мясь огра­дить се­бя от воз­мож­но­го со­пер­ни­че­ства бра­та, на сто­роне ко­то­ро­го бы­ли сим­па­тии на­ро­да и вой­ска, он по­до­слал к нему убийц. Свя­той Бо­рис был из­ве­щен о та­ком ве­ро­лом­стве Свя­то­пол­ка, но не стал скры­вать­ся и, по­доб­но му­че­ни­кам пер­вых ве­ков хри­сти­ан­ства, с го­тов­но­стью встре­тил смерть. Убий­цы на­стиг­ли его, ко­гда он мо­лил­ся за утре­ней в вос­крес­ный день 24 июля 1015 го­да в сво­ем шат­ре на бе­ре­гу ре­ки Аль­ты. По­сле служ­бы они во­рва­лись в ша­тер к кня­зю и прон­зи­ли его ко­пья­ми. Лю­би­мый слу­га свя­то­го кня­зя Бо­ри­са – Ге­ор­гий Уг­рин (ро­дом венгр) бро­сил­ся на за­щи­ту гос­по­ди­на и немед­лен­но был убит. Но свя­той Бо­рис был еще жив. Вый­дя из шат­ра, он стал го­ря­чо мо­лить­ся, а по­том об­ра­тил­ся к убий­цам: «Под­хо­ди­те, бра­тия, кон­чи­те служ­бу свою, и да бу­дет мир бра­ту Свя­то­пол­ку и вам». То­гда один из них по­до­шел и прон­зил его ко­пьем. Слу­ги Свя­то­пол­ка по­вез­ли те­ло Бо­ри­са в Ки­ев, по до­ро­ге им по­па­лись на­встре­чу два ва­ря­га, по­слан­ных Свя­то­пол­ком, чтобы уско­рить де­ло. Ва­ря­ги за­ме­ти­ли, что князь еще жив, хо­тя и ед­ва ды­шал. То­гда один из них ме­чом прон­зил его серд­це. Те­ло свя­то­го стра­сто­терп­ца кня­зя Бо­ри­са тай­но при­вез­ли в Вы­ш­го­род и по­ло­жи­ли в хра­ме во имя свя­то­го Ва­си­лия Ве­ли­ко­го.

По­сле это­го Свя­то­полк столь же ве­ро­лом­но умерт­вил свя­то­го кня­зя Гле­ба. Ко­вар­но вы­звав бра­та из его уде­ла – Му­ро­ма, Свя­то­полк по­слал ему на­встре­чу дру­жин­ни­ков, чтобы убить свя­то­го Гле­ба по до­ро­ге. Князь Глеб уже знал о кон­чине от­ца и зло­дей­ском убий­стве кня­зя Бо­ри­са. Глу­бо­ко скор­бя, он пред­по­чел смерть, неже­ли вой­ну с бра­том. Встре­ча свя­то­го Гле­ба с убий­ца­ми про­изо­шла в устье ре­ки Смя­ды­ни, непо­да­ле­ку от Смо­лен­ска.

В чем же со­сто­ял по­двиг свя­тых бла­го­вер­ных кня­зей Бо­ри­са и Гле­ба? Ка­кой смысл в том, чтобы вот так – без со­про­тив­ле­ния по­гиб­нуть от рук убийц?

Жизнь свя­тых стра­сто­терп­цев бы­ла при­не­се­на в жерт­ву ос­нов­но­му хри­сти­ан­ско­му доб­ро­де­ла­нию – люб­ви. «Кто го­во­рит: «Я люб­лю Бо­га», а бра­та сво­е­го нена­ви­дит, тот лжец» (1Ин.4,20). Свя­тые бра­тья сде­ла­ли то, что бы­ло еще но­во и непо­нят­но для язы­че­ской Ру­си, при­вык­шей к кров­ной ме­сти – они по­ка­за­ли, что за зло нель­зя воз­да­вать злом, да­же под угро­зой смер­ти. «Не бой­тесь уби­ва­ю­щих те­ло, ду­ши же не мо­гу­щих убить» (Мф.10,28). Свя­тые му­че­ни­ки Бо­рис и Глеб от­да­ли жизнь ра­ди со­блю­де­ния по­слу­ша­ния, на ко­то­ром зи­ждит­ся ду­хов­ная жизнь че­ло­ве­ка и во­об­ще вся­кая жизнь в об­ще­стве. «Ви­ди­те ли, бра­тия, – за­ме­ча­ет пре­по­доб­ный Нестор Ле­то­пи­сец, – как вы­со­ка по­кор­ность стар­ше­му бра­ту? Ес­ли бы они про­ти­ви­лись, то ед­ва ли бы спо­до­би­лись та­ко­го да­ра от Бо­га. Мно­го ныне юных кня­зей, ко­то­рые не по­ко­ря­ют­ся стар­шим и за со­про­тив­ле­ние им бы­ва­ют уби­ва­е­мы. Но они не упо­доб­ля­ют­ся бла­го­да­ти, ка­кой удо­сто­и­лись сии свя­тые».

Бла­го­вер­ные кня­зья-стра­сто­терп­цы не за­хо­те­ли под­нять ру­ку на бра­та, но Гос­подь Сам ото­мстил вла­сто­лю­би­во­му ти­ра­ну: «Мне от­мще­ние и аз воз­дам» (Рим.12,19).

В 1019 го­ду князь Ки­ев­ский Яро­слав Муд­рый, так­же один из сы­но­вей рав­ноап­о­столь­но­го кня­зя Вла­ди­ми­ра, со­брал вой­ско и раз­бил дру­жи­ну Свя­то­пол­ка. По про­мыс­лу Бо­жию, ре­ша­ю­щая бит­ва про­изо­шла на по­ле у ре­ки Аль­ты, где был убит свя­той Бо­рис. Свя­то­полк, на­зван­ный рус­ским на­ро­дом Ока­ян­ным, бе­жал в Поль­шу и, по­доб­но пер­во­му бра­то­убий­це Ка­и­ну, ни­где не на­хо­дил се­бе по­коя и при­ста­ни­ща. Ле­то­пис­цы сви­де­тель­ству­ют, что да­же от мо­ги­лы его ис­хо­дил смрад.

«С то­го вре­ме­ни, – пи­шет ле­то­пи­сец, – за­тих­ла на Ру­си кра­мо­ла». Кровь, про­ли­тая свя­ты­ми бра­тья­ми ра­ди предот­вра­ще­ния меж­до­усоб­ных рас­прей, яви­лась тем бла­го­дат­ным се­ме­нем, ко­то­рое укреп­ля­ло един­ство Ру­си. Бла­го­вер­ные кня­зья-стра­сто­терп­цы не толь­ко про­слав­ле­ны от Бо­га да­ром ис­це­ле­ний, но они – осо­бые по­кро­ви­те­ли, за­щит­ни­ки Рус­ской зем­ли. Из­вест­ны мно­гие слу­чаи их яв­ле­ния в труд­ное для на­ше­го Оте­че­ства вре­мя, на­при­мер, – свя­то­му Алек­сан­дру Нев­ско­му на­ка­нуне Ле­до­во­го по­бо­и­ща (1242), ве­ли­ко­му кня­зю Ди­мит­рию Дон­ско­му в день Ку­ли­ков­ской бит­вы (1380). По­чи­та­ние свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба на­ча­лось очень ра­но, вско­ре по­сле их кон­чи­ны. Служ­ба свя­тым бы­ла со­став­ле­на мит­ро­по­ли­том Ки­ев­ским Иоан­ном I (1008–1035).

Ве­ли­кий князь Ки­ев­ский Яро­слав Муд­рый по­за­бо­тил­ся о том, чтобы разыс­кать остан­ки свя­то­го Гле­ба, быв­шие 4 го­да непо­гре­бен­ны­ми, и со­вер­шил их по­гре­бе­ние в Вы­ш­го­ро­де, в хра­ме во имя свя­то­го Ва­си­лия Ве­ли­ко­го, ря­дом с мо­ща­ми свя­то­го кня­зя Бо­ри­са. Через неко­то­рое вре­мя храм этот сго­рел, мо­щи же оста­лись невре­ди­мы, и от них со­вер­ша­лось мно­го чу­до­тво­ре­ний. Один ва­ряг небла­го­го­вей­но стал на мо­ги­лу свя­тых бра­тьев, и вне­зап­но ис­шед­шее пла­мя опа­ли­ло ему но­ги. От мо­щей свя­тых кня­зей по­лу­чил ис­це­ле­ние хро­мой от­рок, сын жи­те­ля Вы­ш­го­ро­да: свя­тые Бо­рис и Глеб яви­лись от­ро­ку во сне и осе­ни­ли кре­стом боль­ную но­гу. Маль­чик про­бу­дил­ся от сна и встал со­вер­шен­но здо­ро­вым. Бла­го­вер­ный князь Яро­слав Муд­рый по­стро­ил на этом ме­сте ка­мен­ный пя­ти­гла­вый храм, ко­то­рый был освя­щен 24 июля 1026 го­да мит­ро­по­ли­том Ки­ев­ским Иоан­ном с со­бо­ром ду­хо­вен­ства. Мно­же­ство хра­мов и мо­на­сты­рей по всей Ру­си бы­ло по­свя­ще­но свя­тым кня­зьям Бо­ри­су и Гле­бу, фрес­ки и ико­ны свя­тых бра­тьев-стра­сто­терп­цев так­же из­вест­ны в мно­го­чис­лен­ных хра­мах Рус­ской Церк­ви.

Полные жития свя­тых бла­го­вер­ных кня­зей-стра­сто­терп­цев Бо­риса и Глеба 

Свя­той Вла­ди­мир, сын Свя­то­сла­ва, внук Иго­ря, про­све­тив­ший Свя­тым Кре­ще­ни­ем всю зем­лю Рус­скую, имел 12 сы­но­вей, и млад­шие бы­ли Бо­рис и Глеб, ко­то­рые ро­ди­лись от ца­рев­ны Ан­ны, сест­ры гре­че­ских им­пе­ра­то­ров Ва­си­лия и Кон­стан­ти­на. И по­са­дил их отец на кня­же­ние по раз­ным зем­лям, каж­до­му дав удел: Бо­ри­су – Ро­стов, Гле­бу – Му­ром. О ран­нем воз­расте свв. Бо­ри­са и Гле­ба прп. Нестор со­об­ща­ет сле­ду­ю­щее: «Свя­той Вла­ди­мир от­пу­стил всех сво­их де­тей по во­ло­стям, ко­то­рые дал им в управ­ле­ние, но Бо­ри­са и Гле­ба де­ржал при се­бе, по­то­му что они бы­ли весь­ма юны. Свя­той Глеб был со­всем еще ди­тя, а свя­той Бо­рис уже про­яв­лял вы­со­кий ра­зум, был по­лон бла­го­да­ти Бо­жи­ей, знал гра­мо­ту и лю­бил чи­тать кни­ги. Чи­тал же он жи­тия и му­че­ния свя­тых и, мо­лясь со сле­за­ми, про­сил у Гос­по­да, чтобы Он спо­до­бил его уча­сти еди­но­го из сих свя­тых. Так он мо­лил­ся по­сто­ян­но, а свя­той Глеб слу­шал его, без­от­луч­но на­хо­дясь при нем».

Ко­гда уже про­шло 28 лет по Свя­том Кре­ще­нии, по­стиг Вла­ди­ми­ра злой недуг. В это вре­мя к от­цу при­был Бо­рис из Ро­сто­ва. Пе­че­не­ги, ко­че­вой на­род тюрк­ско­го про­ис­хож­де­ния, шли ра­тью на Русь, и Вла­ди­мир был в ве­ли­кой пе­ча­ли, по­то­му что не имел сил вы­сту­пить про­тив без­бож­ных. Оза­бо­чен­ный этим, при­звал он Бо­ри­са, ко­то­ро­му во Свя­том Кре­ще­нии бы­ло на­ре­че­но имя Ро­ман. Отец дал Бо­ри­су, бла­жен­но­му и ско­ро­по­слуш­ли­во­му, мно­го во­и­нов и по­слал его про­тив без­бож­ных пе­че­не­гов. С ра­до­стью по­шел Бо­рис, ска­зав от­цу: «Вот я пе­ред то­бой, го­тов со­тво­рить что тре­бу­ет во­ля серд­ца тво­е­го».

Но не на­шел Бо­рис су­по­ста­тов сво­их. На воз­врат­ном пу­ти к нему при­был вест­ник и ска­зал, что отец его Вла­ди­мир, на­ре­чен­ный во Свя­том Кре­ще­нии Ва­си­ли­ем, умер ме­ся­ца июля 15-го дня 1015 го­да. А Свя­то­полк ута­ил смерть от­ца, но­чью разо­брал пол па­лат в се­ле Бе­ре­сто­вом, обер­нул те­ло усоп­ше­го в ко­вер, спу­стил его на ве­рев­ках, от­вез на са­нях (в Древ­ней Ру­си был обы­чай усоп­ших пе­ре­но­сить и пе­ре­во­зить на са­нях на от­пе­ва­ние в цер­ковь) в Де­ся­тин­ную цер­ковь Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, по­стро­ен­ную и укра­шен­ную свя­тым кня­зем Вла­ди­ми­ром, и по­ста­вил там. Все это бы­ло сде­ла­но тай­но.

Услы­шав сие, Бо­рис силь­но опе­ча­лил­ся и не мог го­во­рить, но в серд­це так пла­кал по от­це сво­ем: «Увы мне, свет очей мо­их, си­я­ние и за­ря ли­ца мо­е­го, вос­пи­та­тель юно­сти мо­ей, на­ка­за­ние нера­зу­мия мо­е­го: увы мне, отец и гос­по­дин мой! К ко­му я при­бег­ну, на ко­го я по­смот­рю, где я на­сы­щусь бла­го­го уче­ния и на­ка­за­ния тво­е­го ра­зу­ма? Увы мне, увы мне! За­ка­ти­лось солн­це мое, а я не был тут, не мог сам об­ла­чить чест­ное те­ло твое и пре­дать гро­бу сво­и­ми ру­ка­ми. Не пе­ре­но­сил я тво­е­го пре­крас­но­го и му­же­ствен­но­го те­ла, не спо­до­бил­ся по­це­ло­вать тво­их се­дин! О, бла­жен­ный мой, по­мя­ни ме­ня в ме­сте тво­е­го упо­ко­е­ния. Серд­це у ме­ня го­рит, сму­ща­ет­ся у ме­ня ра­зум, не знаю я, к ко­му об­ра­тить­ся и по­ве­дать мою горь­кую пе­чаль. Ес­ли к бра­ту, ко­то­ро­го я имел бы вме­сто от­ца, то тот, ка­жет­ся, ду­ма­ет о су­е­те мир­ской и о мо­ем уби­е­нии. Ес­ли же он ре­шит­ся на мое уби­е­ние, то бу­ду му­че­ни­ком Гос­по­ду мо­е­му. Но не про­тив­люсь, ибо пи­шет­ся: Гос­подь гор­дым про­ти­вит­ся, сми­рен­ным же да­ет бла­го­дать (Иак.4,6)». Так по­мыш­ляя в уме сво­ем, по­шел Бо­рис к бра­ту сво­е­му и го­во­рил в ду­ше: «Во­ля Твоя да бу­дет, Гос­по­ди мой».

Идя сво­им пу­тем, Бо­рис горь­ко пла­кал; хо­тел удер­жать­ся от слез, но не мог, и все, ви­дя его в сле­зах, пла­ка­лись о его бла­го­род­ной кра­со­те и доб­ром ра­зу­ме. И кто мог не за­пла­кать, пред­чув­ствуя смерть Бо­ри­са, ви­дя его уны­лое ли­цо и его скорбь, ибо был бла­жен­ный князь прав­див, щедр и тих, кро­ток и сми­рен, всех ми­ло­вал и всем по­мо­гал.

Но свя­то­го Бо­ри­са укреп­ля­ла мысль о том, что, ес­ли его брат, по на­уче­нию злых лю­дей, и убьет его, то он бу­дет му­че­ни­ком, и Гос­подь при­мет дух его. Он за­был смерт­ную скорбь, уте­шая свое серд­це сло­ва­ми Бо­жи­и­ми: иже по­гу­бит ду­шу свою Мене ра­ди и Еван­ге­лия, той спа­сет ю (Мк.8,35) и в жиз­ни веч­ной со­хра­нит ее. И шел Бо­рис с ра­дост­ным серд­цем, го­во­ря: «Не пре­зри, пре­ми­ло­сти­вый Гос­по­ди, ме­ня, упо­ва­ю­ще­го на Те­бя, но спа­си ду­шу мою».

Свя­то­полк же са­мо­власт­но утвер­дил­ся в Ки­е­ве, при­звал ки­ев­лян, раз­дал им мно­гие да­ры и от­пу­стил их. За­тем по­слал к Бо­ри­су с та­ки­ми сло­ва­ми: «Брат, я хо­чу с то­бой жить в люб­ви и уве­ли­чу твою часть в от­чем на­сле­дии». В этих сло­вах бы­ла лесть, а не ис­ти­на.

Ис­кон­ный нена­вист­ник доб­рых лю­дей, диа­вол, ви­дя, что свя­той Бо­рис воз­ло­жил всю на­деж­ду на Бо­га, стал силь­нее воз­дей­ство­вать на Свя­то­пол­ка, ко­то­рый, по­доб­но Ка­и­ну, го­рел ог­нем бра­то­убий­ства, за­ду­мав из­бить всех на­след­ни­ков от­ца сво­е­го и од­но­му при­нять власть его.

Ока­ян­ный про­кля­тый Свя­то­полк, со­вет­ник вся­ко­го зла и на­чаль­ник вся­кой неправ­ды, при­звал к се­бе вы­ше­го­род­ских му­жей и ска­зал: «Ес­ли вы обе­ща­е­те по­ло­жить за ме­ня го­ло­вы, иди­те тай­но, бра­тья мои, най­ди­те бра­та мо­е­го Бо­ри­са и, улу­чив вре­мя, убей­те его». И обе­ща­лись они.

Бла­жен­ный Бо­рис на воз­врат­ном пу­ти остал­ся на ре­ке Аль­те в шат­рах (он вы­хо­дил про­тив пе­че­не­гов). И ска­за­ла ему дру­жи­на его: «Иди в Ки­ев и сядь на кня­же­ском пре­сто­ле от­ца сво­е­го, ибо и во­ин­ство от­чее с то­бою». Он же от­ве­чал им: «Не под­ни­му ру­ки на бра­та сво­е­го, да еще на стар­ше­го ме­ня, ко­то­ро­го мне сле­ду­ет счи­тать за от­ца». Услы­шав сие, во­и­ны ушли от Бо­ри­са, и он остал­ся толь­ко с от­ро­ка­ми сво­и­ми. Был то­гда день суб­бот­ний.

Удру­чен­ный пе­ча­лью, во­шел он в ша­тер свой и со сле­за­ми жа­лоб­но воз­звал: «Слез мо­их не пре­зри, Вла­ды­ко. Упо­ваю на Те­бя, что при­му жре­бий с Тво­и­ми ра­ба­ми, со все­ми свя­ты­ми Тво­и­ми. Ибо Ты Бог Ми­ло­сти­вый и Те­бе сла­ву вос­сы­ла­ем во ве­ки, аминь».

На­сту­пил ве­чер, и свя­той Бо­рис ве­лел слу­жить ве­чер­ню; а сам тво­рил мо­лит­ву и ве­чер­ню со сле­за­ми горь­ки­ми, и ча­стым воз­ды­ха­ни­ем, и сте­на­ни­ем мно­гим. По­том лег и уснул. Утром, умыв­ши ли­цо, ста­ли со­вер­шать утре­ню.

По­слан­ные Свя­то­пол­ком при­шли на Аль­ту но­чью, при­бли­зи­лись и услы­ша­ли го­лос бла­жен­но­го стра­сто­терп­ца, по­ю­ще­го псал­мы, по­ло­жен­ные на утре­ни. Уже до­шла до свя­то­го весть о пред­сто­я­щем уби­е­нии, и он пел: Гос­по­ди, что ся умно­жи­ша сту­жа­ю­щии ми, мно­зи вос­ста­ют на мя (Пс.3,2). Обы­до­ша мя пси мно­зи и юн­цы туч­нии одер­жа­ша мя. По­том: Гос­по­ди Бо­же мой, на Тя упо­вах, спа­си мя (Пс.21:17-18, 7:2) и про­чие псал­мы.

И услы­шав силь­ный то­пот око­ло шат­ра, свя­той Бо­рис за­тре­пе­тал, за­лил­ся сле­за­ми и ска­зал: «Сла­ва Те­бе, Гос­по­ди, что в све­те сем спо­до­бил ме­ня при­нять горь­кую смерть из-за за­ви­сти и по­стра­дать за лю­бовь и сло­во Твое». Свя­щен­ник и от­рок, слу­га свя­то­го Бо­ри­са, уви­дев гос­по­ди­на сво­е­го осла­бев­шим и одер­жи­мым пе­ча­лью, горь­ко за­пла­ка­ли и ска­за­ли: «Ми­лый гос­по­дин наш до­ро­гой, ка­кой бла­го­да­ти спо­до­бил­ся ты, ибо не за­хо­тел про­ти­вить­ся бра­ту сво­е­му ра­ди люб­ви Хри­сто­вой, хоть и мно­го во­и­нов имел ты у се­бя».

Тут они уви­де­ли бе­гу­щих к шат­ру, блеск их ору­жия и об­на­жен­ные их ме­чи. Без ми­ло­сти бы­ло прон­зе­но чест­ное те­ло свя­то­го бла­жен­но­го стра­сто­терп­ца Хри­сто­ва Бо­ри­са. Его про­ткну­ли ко­пья­ми Пут­ша и Та­лец и Ело­вич Ляш­ко. Ви­дя сие, от­рок свя­то­го Бо­ри­са бро­сил­ся на те­ло его и ска­зал: «Не остав­лю те­бя, гос­по­дин мой до­ро­гой; тут пусть и я бу­ду спо­доб­лен окон­чить свою жизнь с то­бою». Был же он ро­дом вен­ге­рец, зва­ли его Ге­ор­гий, и был он лю­бим кня­зем без­мер­но. Тут прон­зи­ли и от­ро­ка.

Ра­нен­ный Бо­рис вы­бе­жал из шат­ра и на­чал умо­лять и упра­ши­вать убийц: «Бра­тья мои ми­лые и лю­би­мые! По­го­ди­те немно­го, дай­те мне по­мо­лить­ся Бо­гу мо­е­му». И он мо­лил­ся: «Гос­по­ди Бо­же ми­ло­сти­вый, сла­ва Те­бе, ибо осво­бо­дил ме­ня от пре­льще­ния жи­тия се­го. Сла­ва Те­бе, пре­щед­рый По­да­тель жиз­ни, спо­до­бив­ший ме­ня стра­да­ния свя­тых Тво­их му­че­ни­ков. Сла­ва Те­бе, Вла­ды­ко Че­ло­ве­ко­лю­бец, ис­пол­нив­ший же­ла­ние серд­ца мо­е­го. Сла­ва, Хри­сте, ми­ло­сер­дию Тво­е­му, ибо Ты на­пра­вил на пра­вый и мир­ный путь но­ги мои ид­ти к Те­бе без со­блаз­на. При­з­ри с вы­со­ты свя­то­сти Тво­ей; по­смот­ри на сер­деч­ное мое стра­да­ние, ко­то­рое я при­нял от сво­е­го срод­ни­ка. Ибо ра­ди Те­бя умерщ­вля­ют ме­ня се­го­дня. Они, как агн­ца, по­жи­ра­ют ме­ня. Зна­ешь, Гос­по­ди, зна­ешь, что я не про­тив­люсь, не воз­ра­жаю. Имея в сво­их ру­ках всех во­и­нов от­ца сво­е­го (их бы­ло 8 ты­сяч) и всех его лю­бим­цев, я не по­мыс­лил ни­че­го зло­го со­тво­рить бра­гу мо­е­му... И не по­ставь ему в ви­ну гре­ха се­го, но при­ми с ми­ром ду­шу мою. Аминь».

За­тем, об­ра­тив к убий­цам ис­том­лен­ное ли­цо свое и воз­зрев на них уми­лен­ны­ми оча­ми, за­ли­ва­ясь сле­за­ми, ска­зал им: «Бра­тья, при­сту­пи­те и окон­чи­те по­ве­лен­ное вам, и да бу­дет мир бра­ту мо­е­му и вам, бра­тья».

Мно­гие пла­ка­ли и взы­ва­ли: «Как уди­ви­тель­но, что ты не за­хо­тел сла­вы ми­ра се­го и ве­ли­чия, не за­хо­тел быть сре­ди чест­ных вель­мож. Кто не уди­вит­ся ве­ли­ко­му его сми­ре­нию, кто не сми­рит­ся, ви­дя и слы­ша его сми­ре­ние!»

По­слан­ные Свя­то­пол­ком из­би­ли и мно­гих от­ро­ков. Бла­жен­но­го Бо­ри­са они обер­ну­ли ша­тром и, по­ло­жив­ши на по­воз­ку, по­вез­ли. А ко­гда узнал о сем Свя­то­полк, то по­слал двух ва­ря­гов, и те прон­зи­ли ме­чом серд­це му­че­ни­ка. И тот­час свя­той скон­чал­ся, пре­дав ду­шу в ру­ки Бо­га Жи­ва, ме­ся­ца июля в 24 день. Те­ло его тай­но при­нес­ли в Вы­ш­го­род, по­ло­жи­ли у церк­ви свя­то­го Ва­си­лия и в зем­ле по­греб­ли его.

Так свя­той Бо­рис, при­яв ве­нец от Хри­ста Бо­га, был со­при­чтен с пра­вед­ны­ми и во­дво­рил­ся с про­ро­ка­ми и апо­сто­ла­ми и с ли­ка­ми му­че­ни­че­ски­ми, вос­пе­вая с Ан­ге­ла­ми, ве­се­лясь в ли­ке свя­тых.

Ока­ян­ные же убий­цы при­шли к Свя­то­пол­ку, счи­тая се­бя до­стой­ны­ми по­хва­лы. Та­ки­ми слу­га­ми бе­сы бы­ва­ют. Злой же че­ло­век, стре­мя­щий­ся ко злу, не усту­па­ет во зле бе­су. Бе­сы ве­ру­ют и Бо­га бо­ят­ся и тре­пе­щут (Иак.2,19), а злой че­ло­век Бо­га не бо­ит­ся и не сты­дит­ся лю­дей. Бе­сы бо­ят­ся Кре­ста Гос­под­ня, а злой че­ло­век да­же и Кре­ста не бо­ит­ся.

Не оста­но­вил­ся на сем убий­стве ока­ян­ный Свя­то­полк, но за­мыс­лил убить и Гле­ба, бра­та сво­е­го. И по­слал ска­зать бла­жен­но­му Гле­бу: «Иди ско­рей, отец очень нездо­ров и зо­вет те­бя».

Глеб тот­час сел на ко­ня и с ма­лой дру­жи­ной по­мчал­ся на зов. Ко­гда он до­е­хал до Вол­ги, у устья Тьмы на по­ле спо­ткнул­ся под ним конь в ка­на­ву и по­вре­дил се­бе но­гу. За­тем при­был к Смо­лен­ску и, отой­дя от Смо­лен­ска, невда­ле­ке оста­но­вил­ся на ре­ке Смя­дыне в лод­ке. В это вре­мя при­шла от Пред­сла­вы к Яро­сла­ву весть о смер­ти от­ца. Яро­слав же по­слал к Гле­бу со сло­ва­ми: «Не хо­ди, брат, отец у те­бя умер, а брат твой убит Свя­то­пол­ком». Услы­шав сие, бла­жен­ный за­пе­ча­лил­ся, горь­ко за­ры­дал и ска­зал: «Увы мне, гос­по­дин мой, дву­мя пла­ча­ми я пла­чу и се­тую дву­мя се­то­ва­ния­ми. Увы мне, увы мне, пла­чу я об от­це, пла­чу боль­ше, в от­ча­я­нии, по те­бе, брат и гос­по­дин мой Бо­рис. Как прон­зи­ли те­бя, как ты без­ми­ло­стив­но был пре­дан смер­ти, не от вра­га, но от сво­е­го бра­та при­ял ги­бель. Увы мне! Луч­ше бы мне уме­реть с то­бою, неже­ли жить в сем жи­тии од­но­му, оси­ро­тев­ше­му от те­бя».

Ко­гда свя­той Глеб так сте­нал, вне­зап­но по­яви­лись по­слан­ные Свя­то­пол­ком злые его слу­ги и ста­ли плыть к нему. Ко­гда лод­ки по­рав­ня­лись, зло­деи схва­ти­ли лод­ку кня­зя за уклю­чи­ны, по­тя­ну­ли к се­бе и ста­ли ска­кать в нее, имея в ру­ках об­на­жен­ные ме­чи. У греб­цов вы­па­ли из рук вес­ла и все по­мерт­ве­ли от стра­ха. Бла­жен­ный, ви­дя, что его хо­тят убить, взгля­нул на зло­де­ев уми­лен­ны­ми оча­ми и с со­кру­шен­ным серд­цем, сми­рен­ным ра­зу­мом и ча­стым воз­ды­ха­ни­ем, за­ли­ва­ясь сле­за­ми и сла­бея те­лом, стал жа­лоб­но мо­лить их: «Не тронь­те ме­ня, бра­тья мои ми­лые и до­ро­гие. Ка­кую оби­ду на­нес я бра­ту мо­е­му и вам, бра­тья и гос­по­да мои. Ес­ли есть оби­да, то ве­ди­те ме­ня к кня­зю ва­ше­му, а к мо­е­му бра­ту и гос­по­ди­ну. По­ща­ди­те юность мою, по­ми­луй­те, про­шу вас и умо­ляю. До­ка­жи­те мне, что зло­го сде­лал я».

Но убийц не по­сты­ди­ло ни од­но сло­во. Он же, ви­дя, что они не вни­ма­ют сло­вам его, стал го­во­рить: «Ва­си­лий, Ва­си­лий, отец мой, при­к­ло­ни слух твой и услышь го­лос мой. По­гля­ди, что слу­чи­лось с сы­ном тво­им, как без ви­ны за­ка­ла­ют ме­ня. Увы мне, увы мне! И ты, брат Бо­рис, услышь го­лос мой, по­гля­ди на скорбь серд­ца мо­е­го и по­мо­лись обо мне об­ще­му всех Вла­ды­ке, так как ты име­ешь дерз­но­ве­ние и пред­сто­ишь Пре­сто­лу Его».

Пре­кло­нив ко­ле­на, стал он так мо­лить­ся: «Пре­щед­рый, пре­ми­ло­сти­вый Гос­по­ди, не пре­зри слез мо­их, но с жа­ло­стью по­смот­ри на со­кру­ше­ние серд­ца мо­е­го. Вот я за­ка­ла­ем, но за что и за ка­кую оби­ду – не знаю. Ты ска­зал Сво­им апо­сто­лам: в тер­пе­нии ва­шем стя­жи­те ду­ши ва­ша (Лк.21,19). Смот­ри, Гос­по­ди, и су­ди. Вот го­то­ва ду­ша моя пе­ред То­бою, Гос­по­ди, и Те­бе сла­ву вос­сы­ла­ем, От­цу, и Сы­ну, и Свя­то­му Ду­ху».

За­тем, взгля­нув на убийц, ска­зал им ти­хим го­ло­сом: «При­сту­пай­те уж и кон­чай­те то, за­чем вы по­сла­ны». То­гда ока­ян­ный Го­ря­сер ве­лел его тот­час за­ре­зать, а стар­ший по­вар Гле­ба, име­нем Тор­чин, об­на­жив нож свой, пе­ре­ре­зал гор­ло бла­жен­но­му, как незло­би­во­му агн­цу. Сие бы­ло 5 сен­тяб­ря в по­не­дель­ник. И при­нес­лась Гос­по­ду жерт­ва чи­стая, свя­тая и бла­го­вон­ная и взо­шла в Небес­ные оби­те­ли к Бо­гу. И узрел свя­той же­лан­но­го бра­та, и оба они вос­при­я­ли вен­цы небес­ные, ко­то­рые так же­ла­ли.

Ока­ян­ные же убий­цы воз­вра­ти­лись к по­слав­ше­му их и ска­за­ли: «Со­тво­ри­ли мы по­ве­лен­ное то­бою».

Услы­шав это, Свя­то­полк воз­нес­ся серд­цем, и сбы­лось ска­зан­ное псал­мо­пев­цем Да­ви­дом: что хва­ли­ши­ся во зло­бе, сильне; без­за­ко­ние весь день... Се­го ра­ди Бог раз­ру­шит тя до кон­ца, вос­тор­га­ет тя и пре­се­лит тя от се­ле­ния тво­е­го, и ко­рень твой от зем­ли жи­вых (Пс.51,3-7).

Ко­гда свя­той Глеб был убит, те­ло его бро­си­ли в пу­стын­ном ме­сте, меж­ду двух ко­лод. Но Гос­подь ни­ко­гда не остав­ля­ет Сво­их ра­бов, как ска­зал Да­вид: хра­нит Гос­подь вся ко­сти их, ни еди­на от них со­кру­шит­ся (Пс.33,21). И вот, ко­гда те­ло свя­то­го дол­го ле­жа­ло на пу­сты­ре, Гос­подь не оста­вил его пре­бы­вать в неве­де­нии и небре­же­нии, но по­ка­зы­вал сие ме­сто то све­щой го­ря­щей, то про­хо­жие куп­цы, охот­ни­ки и пас­ту­хи слы­ша­ли пе­ние Ан­гель­ское. Но ни слы­шав­шим, не ви­дев­шим сие не при­шло на мысль по­ис­кать те­ло свя­то­го, по­ка Яро­слав, воз­му­щен­ный сим убий­ством, не по­шел вой­ной на бра­то­убий­цу, ока­ян­но­го Свя­то­пол­ка, ко­то­ро­го, при­няв мно­го бран­но­го тру­да, по­бе­дил, при по­мо­щи Бо­жи­ей и по­спе­ше­нии свя­тых кня­зей му­че­ни­ков. Так был по­срам­лен и по­беж­ден нече­сти­вый.

А ко­гда Яро­слав еще не знал о смер­ти от­ца, а Свя­то­полк уже стал кня­жить в Ки­е­ве, то ему при­шла весть от сест­ры Пред­сла­вы: «Отец у те­бя умер, Свя­то­полк кня­жит в Ки­е­ве, убил он Бо­ри­са, и на Гле­ба по­слал убийц. Бе­ре­гись его». Услы­шав сие, Яро­слав за­гру­стил об от­це, бра­те и на дру­гой день стал со­би­рать дру­жи­ну.

Со­брав ва­ряг ты­ся­чу, да дру­гих во­и­нов со­рок ты­сяч, Яро­слав при­звал Бо­га на по­мощь и по­шел на Свя­то­пол­ка со сло­ва­ми: «Не я на­чал из­би­вать бра­тьев, но он. Пусть же он и от­ве­тит за кровь бра­тьев, ибо без ви­ны про­лил он пра­вед­ную кровь Бо­ри­са и Гле­ба, и мне то же со­тво­рит. Но су­ди Бог по прав­де, чтобы пре­кра­ти­лась зло­ба греш­но­го». И по­шел на Свя­то­пол­ка. Тот же, услы­шав про по­ход Яро­сла­ва, со­брал бес­чис­лен­ное вой­ско Ру­си и пе­че­не­гов и вы­сту­пил к Лю­бе­чу.

Это бы­ло в ле­то 6524 (1016 г.). Оба вой­ска встре­ти­лись у Дне­пра, ста­ли од­но про­тив дру­го­го по обе сто­ро­ны ре­ки, и ни­ка­кое из них не име­ло сме­ло­сти на­чать бой. Так они и сто­я­ли друг про­тив дру­га око­ло 3 ме­ся­цев. И стал во­е­во­да Свя­то­пол­ка, ез­дя по бе­ре­гу, уко­рять нов­го­род­цев: «Что вы при­шли с хро­мым, вы – плот­ни­ки, вот мы вас за­ста­вим стро­ить нам хо­ро­мы». Услы­шав сие, нов­го­род­цы оскор­би­лись и ска­за­ли Яро­сла­ву: «Зав­тра пе­ре­ве­зем­ся через ре­ку. Ес­ли же кто не пой­дет с на­ми, са­ми убьем его». В ту по­ру бы­ли уже за­мо­роз­ки. На за­ре Яро­слав с вой­ском пе­ре­вез­лись через ре­ку, вы­са­ди­лись и от­толк­ну­ли лод­ки от бе­ре­га. И вот по­шли вой­ска друг на дру­га и столк­ну­лись.

Силь­ная бы­ла се­ча: пе­че­не­ги сто­я­ли за озе­ром и не мог­ли по­мочь Свя­то­пол­ку.

Во­и­ны Яро­сла­ва при­тис­ну­ли Свя­то­пол­ко­ву рать к озе­ру, столк­ну­ли их на лед, ко­то­рый под ни­ми про­ва­лил­ся. И стал одоле­вать Яро­слав. Ви­дя сие, Свя­то­полк бе­жал к ля­хам. Яро­слав же сел на от­цов­ском кня­же­нии в Ки­ев, по­сле то­го, как про­был в Нов­го­ро­де 28 лет.

Через 2 го­да Свя­то­полк по­шел про­тив Яро­сла­ва с ко­ро­лем Бо­ле­сла­вом и ля­ха­ми. Яро­слав же не успел при­го­то­вить­ся к бит­ве, и по­бе­дил Бо­ле­слав Яро­сла­ва. Бо­ле­слав во­шел со Свя­то­пол­ком в Ки­ев, а Яро­слав бе­жал с 4-мя му­жа­ми в Нов­го­род. И на­ча­ли они со­би­рать день­ги, с каж­до­го му­жа по 4 ку­ны, со ста­рост по 9 гри­вен, а с бо­яр – по 80 гри­вен. За­тем при­зва­ли ва­ря­гов и за­пла­ти­ли им со­бран­ные день­ги. Так со­брал Яро­слав боль­шое вой­ско. Безум­ный же Свя­то­полк ска­зал: «Из­би­вай­те по го­ро­дам ля­хов». Так и сде­ла­ли. То­гда Бо­ле­слав бе­жал из Ки­е­ва, за­хва­тив с со­бой иму­ще­ство и бо­яр. Яро­слав же устре­мил­ся на Свя­то­пол­ка и по­бе­дил его. Свя­то­полк бе­жал к пе­че­не­гам.

В ле­то 6527 (1019 г.) он воз­вра­тил­ся со мно­же­ством пе­че­не­гов. Яро­слав со­брал вой­ско и вы­сту­пил про­тив него на Аль­ту. Став на ме­сте, где был убит свя­той Бо­рис, он воз­дел ру­ки на небо и ска­зал: «Вот кровь бра­та мо­е­го во­пи­ет к Те­бе, Вла­ды­ко, как кровь Аве­ля. Ото­мсти за него Свя­то­пол­ку так, как бра­то­убий­це Ка­и­ну, на ко­то­ро­го Ты воз­ло­жил сте­на­ние и тря­се­ние (Быт.4,12). Мо­лю Те­бя, Гос­по­ди, пусть Свя­то­полк по­лу­чит то же. О, бра­тья мои, ес­ли вы и умер­ли те­лом, то жи­вы бла­го­да­тью и пред­сто­и­те Гос­по­ду. По­мо­ги­те мне мо­лит­вою».

Ска­зав сие, он по­шел на Свя­то­пол­ка, и по­ле у ре­ки Аль­ты по­кры­лось мно­же­ством во­и­нов. И со­шлись вой­ска на вос­хо­де солн­ца, и бы­ла злая се­ча, со­сту­па­лись триж­ды, би­лись це­лый день, и толь­ко к ве­че­ру одо­лел Яро­слав.

Сей же ока­ян­ный Свя­то­полк бе­жал. И на­пал на него бес, и рас­слаб­ли ко­сти его так, что он не мог си­деть на коне, и его нес­ли на но­сил­ках. Так до­нес­ли его до Бе­ре­стья. Он же го­во­рил: «Бе­ги­те, вот го­нят­ся за на­ми». По­сы­ла­ли про­тив по­го­ни, но ни­ко­го не на­хо­ди­ли. Ле­жа в немо­щи, Свя­то­полк все вска­ки­вал и го­во­рил: «Бе­жим, опять го­нят­ся. Ох мне!» Так не мог он по­быть на од­ном ме­сте. И про­бе­жал он через ляш­скую зем­лю, го­ни­мый гне­вом Бо­жи­им, и до­стиг пу­сты­ни меж­ду зем­лей ля­хов и че­хов. Тут он ли­шил­ся жиз­ни и при­нял воз­мез­дие от Гос­по­да, так как сви­де­тель­ство­ва­ла по­слан­ная на него бо­лезнь о веч­ной му­ке по смер­ти. Так был он ли­шен той и дру­гой жиз­ни: здесь он ли­шил­ся не толь­ко кня­же­ния, но и жи­тия, а там – не толь­ко Цар­ства Небес­но­го и пре­бы­ва­ния с Ан­ге­ла­ми, но и был пре­дан му­ке и ог­ню. Мо­ги­ла его оста­лась. От нее ис­хо­дит злой смрад, на по­ка­за­ние лю­дям, что, ес­ли услы­шав­ший о сем со­тво­рит по­доб­ное, то при­и­мет и гор­ше се­го. С то­го вре­ме­ни за­тих­ла в Рус­ской зем­ле кра­мо­ла, а Яро­слав по­лу­чил гос­под­ство в Ру­си. И стал он во­про­шать о те­ле­сах свя­тых, как и где они по­ло­же­ны. И по­ве­да­ли ему, что свя­той Бо­рис по­гре­бен в Вы­ш­го­ро­де, о свя­том же Гле­бе не все зна­ли, что он был убит в Смо­лен­ске. И то­гда ска­за­ли Яро­сла­ву близ­кие, что они слы­ша­ли о при­хо­див­ших от­ту­да, буд­то там они ви­де­ли си­я­ние и све­чи на пу­стын­ном ме­сте. Услы­хав сие, Яро­слав по­слал на по­ис­ки в Смо­ленск пре­сви­те­ров.

Те по­шли и отыс­ка­ли его те­ло там, где со­вер­ша­лись ви­де­ния. С по­чте­ни­ем, со све­ча­ми мно­ги­ми и ка­ди­ла­ми пе­ре­нес­ли они его в лод­ки и от­нес­ли в Вы­ш­го­род, где ле­жа­ло те­ло преб­ла­жен­но­го Бо­ри­са, там они вы­ры­ли мо­ги­лу и по­ло­жи­ли те­ло, изум­лен­ные его пре­крас­ным и цве­ту­щим ви­дом. Див­но и чуд­но и па­мя­ти до­стой­но, что те­ло свя­то­го столь­ко лет оста­ва­лось невре­ди­мым, не тро­ну­тое пло­то­яд­ны­ми зве­ря­ми и не толь­ко не по­чер­не­ло, как это бы­ва­ет с тру­па­ми, но бы­ло свет­ло, пре­крас­но, це­ло и бла­го­вон­но. Так Бог со­хра­нил остан­ки Сво­е­го стра­даль­ца. Мно­гие не ве­да­ли, что тут ле­жа­ли те­ле­са свя­тых стра­сто­терп­цев. Но, как ска­зал свя­той еван­ге­лист, не мо­жет град укры­ти­ся, вер­ху го­ры стоя. Ни­же вжи­га­ют све­тиль­ник и по­став­ля­ют его под спу­дом, но на свещ­ни­це, и све­тит всем (Мф.5,14-15), так и сих свя­тых Гос­подь по­ста­вил све­тить ми­ру и си­ять пре­мно­ги­ми чу­де­са­ми в Рус­ской стране, где мно­го страж­ду­щих по­лу­чи­ли спа­се­ние. На ме­стах же, где они при­ня­ли му­че­ни­че­ские вен­цы, бы­ли со­зда­ны церк­ви во имя их. И тво­ри­ли они здесь мно­го чу­дес.

Ди­вен Бог во свя­тых Сво­их, тво­ряй чу­де­са Един (Пс.67:36, 71:18), – вос­пел про­рок Да­вид. Пре­по­доб­ный же Иоанн Да­мас­кин пи­сал, что та­кие му­жи и по смер­ти жи­вы и Бо­гу пред­сто­ят. Ис­точ­ник на­ше­го спа­се­ния Вла­ды­ка Хри­стос по­мощь их по­даст, ибо от му­че­ни­че­ских те­лес ми­ро бла­го­ухан­ное ис­хо­дит. И кто в Бо­га ве­ру­ет и в на­деж­ду вос­кре­се­ния, тот не на­зо­вет их мерт­вы­ми. Ибо как мерт­вая плоть мо­жет тво­рить чу­де­са? Та­ки­ми бес от­го­ня­ет­ся, про­хо­дят бо­лез­ни, ис­це­ля­ют­ся немо­щи, сле­пые по­лу­ча­ют зре­ние, про­ка­жен­ные очи­ща­ют­ся, скор­би и несча­стия пре­кра­ща­ют­ся и вся­кое доб­рое да­я­ние от От­ца све­та через них ис­хо­дит. Они – за­ступ­ни­ки все­го ро­да, за нас Бо­гу мо­лит­вы тво­рят. По­чи­тая па­мять их, с уси­ли­ем тво­рим празд­ник свя­тых, ко­то­рых Гос­подь про­сла­вил пре­мно­гой бла­го­да­тью и чу­де­са­ми – сих чу­до­твор­цев и за­ступ­ни­ков всех стран на­шей Рус­ской зем­ли.

Мно­гие не зна­ли, что в Вы­ш­го­ро­де по­чи­ва­ют свя­тые му­че­ни­ки и стра­сто­терп­цы Хри­сто­вы Ро­ман и Да­вид, но Гос­подь не до­пу­стил, чтобы та­кое со­кро­ви­ще та­и­лось в зем­ле, и об­на­ру­жил его для всех. На ме­сте, где они ле­жа­ли, ино­гда ви­дел­ся ог­нен­ный столп, ино­гда же слы­ша­лось Ан­гель­ское пе­ние. Слы­ша сие и ви­дя, лю­ди при­хо­ди­ли по­кло­нять­ся со стра­хом на ме­сте том.

Од­на­жды при­шли к то­му ме­сту, где ле­жа­ли свя­тые, по­гре­бен­ные под зем­лею, ва­ря­ги, и один из них всту­пил на него; тот­час же огонь вы­шел из гро­ба и опа­лил но­ги ва­ря­га. Тот вско­чил, стал рас­ска­зы­вать и по­ка­зал дру­жине свои обо­жжен­ные но­ги. С тех пор не осме­ли­ва­лись под­хо­дить близ­ко, но со стра­хом по­кло­ня­лись.

Из­ве­стен слу­чай, ко­гда неожи­дан­но за­го­рел­ся храм во имя свя­ти­те­ля Ва­си­лия Ве­ли­ко­го, где бы­ли за­хо­ро­не­ны свя­тые стра­сто­терп­цы Бо­рис и Глеб. Это бы­ло вос­при­ня­то как некий знак Бо­жий, ибо храм дав­но об­вет­шал и нуж­дал­ся в об­нов­ле­нии.

По это­му слу­чаю Ки­ев­ский мит­ро­по­лит Иоанн (1008–1035) и бла­го­вер­ный князь Яро­слав при­шли на это ме­сто с крест­ным хо­дом, чтобы с бла­го­го­ве­ни­ем до­стать из зем­ли свя­тые мо­щи Бо­ри­са и Гле­ба. И, от­ко­пав, вы­ну­ли гроб из зем­ли. И при­сту­пил мит­ро­по­лит Иоанн и пре­сви­те­ры со стра­хом и лю­бо­вью, от­кры­ли гроб свя­тых и уви­де­ли чу­до пре­слав­ное. Те­ле­са свя­тых не име­ли ни­ка­ко­го по­вре­жде­ния, но бы­ли со­вер­шен­но це­лы и бе­лы, как снег, ли­ца их бы­ли свет­лы, как у Ан­ге­лов, бла­го­уха­ние ис­хо­ди­ло от них. Силь­но ди­ви­лись ар­хи­епи­скоп и все лю­ди. И от­нес­ли они те­ле­са в неболь­шую ча­сов­ню, ко­то­рая бы­ла по­став­ле­на на ме­сте сго­рев­шей церк­ви, и по­ло­жи­ли их над зем­лею на пра­вой сто­роне.

Был в Вы­ш­го­ро­де муж, име­нем Ми­ро­нег, ого­род­ник. Он имел сы­на, у ко­то­ро­го но­га вы­сох­ла и со­гну­лась. И не мог он хо­дить и не ощу­щал ее. Хо­дил же он, сде­лав се­бе де­ре­вян­ную но­гу. И при­шел он к свя­тым, при­пал к гро­бу и мо­лил­ся Бо­гу и свя­тым, про­ся от свя­тых ис­це­ле­ния. Так день и ночь мо­лил­ся он со сле­за­ми. Од­наж­ды но­чью яви­лись ему свя­тые стра­сто­терп­цы Хри­сто­вы Ро­ман и Да­вид и спро­си­ли: «Что ты во­пи­ешь к нам?» Тот по­ка­зал но­гу. Они взя­ли но­гу сухую и три­жды ее пе­ре­кре­сти­ли. Про­бу­див­шись от сна, он уви­дел се­бя здо­ро­вым и вско­чил, сла­вя Бо­га и свя­тых. За­тем он по­ве­дал всем, как свя­тые его ис­це­ли­ли, и ска­зал, что ви­дел и Ге­ор­гия, от­ро­ка свя­то­го Бо­ри­са, ко­то­рый шел пе­ред свя­ты­ми, неся све­чу. Ви­дя та­кое чу­до, лю­ди про­сла­ви­ли Бо­га.

Князь Яро­слав, при­звав мит­ро­по­ли­та Иоан­на, с ве­се­ли­ем по­ве­дал ему слы­шан­ное. Ар­хи­епи­скоп так­же воз­дал хва­лу Бо­гу и дал кня­зю бо­го­угод­ный со­вет по­стро­ить цер­ковь. И по­стро­и­ли цер­ковь ве­ли­кую, име­ю­щую пять глав, в 1026 го­ду. С крест­ным хо­дом мит­ро­по­лит Иоанн, князь Яро­слав, все свя­щен­ни­ки и весь на­род пе­ре­нес­ли в цер­ковь мо­щи свя­тых и освя­ти­ли ее. И уста­но­ви­ли празд­но­ва­ние 24 июля, ко­гда был убит преб­ла­жен­ный Бо­рис.

Ко­гда на Свя­той ли­тур­гии при­сут­ство­ва­ли князь и мит­ро­по­лит, слу­чи­лось быть в хра­ме че­ло­ве­ку хро­мо­му. С боль­шим тру­дом при­полз он в храм, мо­лясь Бо­гу и свя­тым. И тот­час ста­ли креп­ки­ми но­ги его, бла­го­да­тью Бо­жи­ей и мо­лит­ва­ми свя­тых. И вос­став, по­шел он пе­ред все­ми. Ви­дя сие чу­до, бла­го­вер­ный князь Яро­слав, мит­ро­по­лит и все лю­ди воз­да­ли хва­лу Бо­гу и свя­тым.

По­сле ли­тур­гии князь по­звал на тра­пе­зу всех, и мит­ро­по­ли­та, и пре­сви­те­ров, и спра­ви­ли они празд­ник, как по­до­ба­ет. И мно­го име­ния раз­дал князь ни­щим, си­ро­там и вдо­ви­цам.

И вот скон­чал­ся Яро­слав (в 1054 го­ду), оста­вив на­след­ни­ка­ми сво­их сы­но­вей Изя­с­ла­ва, Свя­то­сла­ва и Все­во­ло­да, раз­де­лив меж­ду ни­ми на­сле­дие. В по­сле­дую­щие го­ды Вы­ш­го­род­ский Бо­ри­со­глеб­ский храм с мо­ща­ми свя­тых стра­сто­терп­цев ста­но­вит­ся се­мей­ным хра­мом Яро­сла­ви­чей, свя­ти­ли­щем их брат­ской люб­ви и сов­мест­но­го слу­же­ния Ро­дине.

Про­шло два го­да, и цер­ковь уже об­вет­ша­ла. При­дя од­на­жды в нее, Изя­с­лав Яро­сла­вич уви­дел ее вет­хость, при­звал стар­ши­ну плот­ни­ков и ве­лел ему по­стро­ить но­вую, од­но­гла­вую цер­ковь во имя свя­тых стра­сто­терп­цев. Ко­гда цер­ковь бы­ла за­кон­че­на со­всем, бо­го­лю­бец Изя­с­лав умо­лил ар­хи­епи­ско­па Ге­ор­гия, чтобы тот учре­дил пе­ре­не­се­ние мо­щей свя­тых в но­вую цер­ковь. И взя­ли преж­де кня­зья на ра­ме­на те­ло свя­то­го Бо­ри­са в ра­ке де­ре­вян­ной и по­нес­ли в пред­ше­ствие пре­по­доб­ных чер­но­риз­цев со све­ча­ми. За ино­ка­ми шли дья­ко­ны и пре­сви­те­ры, за­тем мит­ро­по­лит и епи­ско­пы. И при­нес­ши, по­ста­ви­ли ра­ку в церк­ви, от­кры­ли ее, и ис­пол­ни­лась цер­ковь бла­го­уха­ния чуд­но­го. За­тем взя­ли ка­мен­ную ра­ку с те­лом свя­то­го Гле­ба, по­ста­ви­ли на са­ни и, взяв­шись за ве­рев­ки, по­вез­ли их. И ко­гда бы­ли уже в две­рях, оста­но­ви­лась ра­ка и не дви­ну­лась впе­ред. То­гда по­ве­ле­ли на­ро­ду воск­ли­цать: Гос­по­ди, по­ми­луй! – и мо­ли­лись Гос­по­ду и свя­тым. И тот­час сдви­ну­ли ра­ку. Мит­ро­по­лит Ге­ор­гий взял ру­ку свя­то­го Гле­ба и бла­го­сло­вил ею кня­зей.

И с тех пор (1072 г.) уста­но­вил­ся сей празд­ник 2 мая в честь и сла­ву свя­тых му­че­ни­ков, бла­го­да­тью Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста. Этот день па­мя­ти пе­ре­не­се­ния мо­щей так­же стал ши­ро­ко празд­но­вать­ся на Ру­си. Ле­то­пись под 1093 го­дом со­об­ща­ет, что празд­ник свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба явил­ся но­вым ве­ли­ким празд­ни­ком зем­ли Рус­ской. Бо­ри­со­глеб­ский храм с мо­ща­ми свя­тых стра­сто­терп­цев про­сла­вил­ся мно­ги­ми чу­дес­ны­ми ис­це­ле­ни­я­ми, да­ро­ван­ны­ми по ми­ло­сти Бо­жи­ей всем, при­хо­див­шим с ве­рой и мо­лит­вой.

Некий че­ло­век был нем и хром, но­га у него бы­ла от­ня­та по ко­ле­но. Сде­лав де­ре­вян­ную но­гу, он хо­дил на ней. И пре­бы­вал у церк­ви свя­тых с ины­ми убо­ги­ми, при­ни­мая от хри­сти­ан ми­ло­сты­ню. В один из дней слу­чи­лось же так, что ему не да­ли ни есть, ни пить, и си­дел он, го­лод­ный и жаж­ду­щий. То­гда вне­зап­но впал он в ис­ступ­ле­ние и ви­де­ние ви­дел. Пред­ста­ви­лось ему, что он си­дит у церк­ви свя­тых. И уви­дел он Бо­ри­са и Гле­ба, вы­шед­ших как бы из ал­та­ря и шед­ших к нему, и пал он ниц. Свя­тые взя­ли его за ру­ку, по­са­ди­ли его и ста­ли го­во­рить об ис­це­ле­нии его. По­том пе­ре­кре­сти­ли уста его, взя­ли его боль­ную но­гу, как бы по­ма­за­ли мас­лом и по­тя­ну­ли ее за ко­ле­но. Все сие недуж­ный как бы во сне ви­дел, ибо он упал ниц. Уви­дев его рас­про­стер­тым на зем­ле, лю­ди по­вер­ты­ва­ли его ту­да и сю­да. Он ле­жал как мерт­вый, не имея сил дви­нуть ни уста­ми, ни оча­ми. Толь­ко ду­ша его в нем бы­ла и серд­це би­лось. Все ду­ма­ли, что его по­ра­зил бес. Взя­ли его, по­нес­ли и по­ло­жи­ли у церк­ви свя­тых, пе­ред две­ря­ми. Мно­го лю­дей сто­я­ло во­круг, смот­ре­ли и ди­ви­лись пре­слав­но­му чу­ду. Из ко­ле­на стра­даль­ца по­яви­лась но­га и ста­ла рас­ти, по­ка не срав­ня­лась с дру­гой, и это про­изо­шло не в дол­гий срок, а в один час. Ви­дя сие, на­хо­див­ши­е­ся тут про­сла­ви­ли Бо­га и его угод­ни­ков, му­че­ни­ков Ро­ма­на и Да­ви­да. И все вос­клик­ну­ли: «Кто воз­гла­го­лет си­лы Гос­под­ни, слы­ша­ны со­тво­рит вся хва­лы Его. Ди­вен Бог тво­ряй чу­де­са Един» (Пс.105:2, 71:18).

Жил в го­ро­де некий сле­пец. При­хо­дил он к церк­ви свя­то­го Ге­ор­гия и мо­лил­ся свя­то­му, про­ся про­зре­ния. Од­на­жды но­чью явил­ся ему свя­той му­че­ник Ге­ор­гий и ска­зал: «Что ты взы­ва­ешь ко мне! Ес­ли ты хо­чешь про­зреть, я те­бе по­ве­даю, как се­го до­стиг­нуть. Иди к свя­тым Бо­ри­су и Гле­бу, они, ес­ли по­же­ла­ют, да­ру­ют те­бе зре­ние, о ко­то­ром ты про­сишь. Ибо им да­на бла­го­дать от Бо­га в стране Рус­ской ис­це­лять вся­кие му­ки и неду­ги».

Ви­дя сие и слы­ша, сле­пец про­бу­дил­ся и от­пра­вил­ся в путь, как ему бы­ло ве­ле­но. При­шел он к церк­ви свя­тых му­че­ни­ков и про­был тут несколь­ко дней, при­па­дая и мо­ля свя­тых, по­ка они не по­се­ти­ли его. И про­зрел он и стал ви­деть, сла­вя Бо­га и свя­тых му­че­ни­ков. И рас­ска­зал он всем, как ви­дел, что при­шли к нему свя­тые му­че­ни­ки, пе­ре­кре­сти­ли ему гла­за три­жды, и тот­час они от­верз­лись. Все воз­бла­го­да­ри­ли Бо­га за те пре­слав­ные, пре­див­ные и неска­зан­ные чу­де­са, ко­то­рые тво­ри­лись свя­ты­ми му­че­ни­ка­ми. Ибо на­пи­са­но: во­лю бо­я­щих­ся Его со­тво­рит и мо­лит­ву их услы­шит (Пс.144,19), и еще: вся ели­ка вос­хо­те со­тво­ри (Пс.113,11).

То­гда Свя­то­слав, сын Яро­сла­ва, за­мыс­лил со­здать свя­тым ка­мен­ную цер­ковь, но успел до­ве­сти клад­ку стен лишь до вось­ми лок­тей и скон­чал­ся в 1079 го­ду. Все­во­лод, став кня­зем зем­ли Рус­ской, до­вер­шил ее всю. Ко­гда же она бы­ла окон­че­на, тот­час, в ту же ночь, упал ее верх, и вся она раз­ру­ши­лась.

По­чи­та­ние свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба силь­но раз­ви­лось в эпо­ху вну­ков Яро­сла­ва, при­во­дя неред­ко к свое­об­раз­но­му бла­го­че­сти­во­му со­рев­но­ва­нию меж­ду ни­ми. Сын Изя­с­ла­ва Свя­то­полк († 1113) устро­ил свя­тым се­реб­ря­ные ра­ки, сын Все­во­ло­да Вла­ди­мир Мо­но­мах († 1125) в 1102 го­ду тай­но, но­чью, при­слал ма­сте­ров и око­вал се­реб­ря­ные ра­ки ли­ста­ми зо­ло­та. Но их пре­взо­шел сын Свя­то­сла­ва Олег († 1115), ко­то­рый «умыс­лил воз­двиг­нуть со­кру­шив­шу­ю­ся ка­мен­ную цер­ковь и, при­ве­дя стро­и­те­лей, дал в оби­лии все­го, что нуж­но». Цер­ковь бы­ла го­то­ва в 1111 го­ду. Рас­пи­са­ли ее. Олег мно­го по­нуж­дал и мо­лил Свя­то­пол­ка, чтобы пе­ре­не­сти в нее свя­тые мо­щи. Свя­то­полк не хо­тел, «зане не он со­здал эту цер­ковь». Пе­ре­не­се­ние мо­щей со­вер­ши­лось 2 мая 1115 го­да.

Во­об­ще же име­на Бо­рис и Глеб так­же, как Ро­ман и Да­вид, бы­ли из­люб­лен­ны­ми во мно­гих по­ко­ле­ни­ях рус­ских кня­зей. Кня­зья со­стя­за­лись в со­зда­нии ве­ли­ко­леп­ных хра­мов свя­тым му­че­ни­кам. Сам Олег, кро­ме Вы­ш­го­род­ско­го хра­ма, воз­двиг в 1115 го­ду Бо­ри­со­глеб­ский со­бор в Ста­рой Ря­за­ни (по­че­му и епар­хия на­зы­ва­лась поз­же Бо­ри­со­глеб­ской). Его брат Да­вид стро­ит та­кой же в Чер­ни­го­ве (в 1120 го­ду). В 1132 го­ду Юрий Дол­го­ру­кий по­стро­ил цер­ковь Бо­ри­са и Гле­ба в Ки­дек­ше на ре­ке Нер­ли, «где бы­ло ста­но­ви­ще свя­то­го Бо­ри­са». В 1145 го­ду свя­той Ро­сти­слав Смо­лен­ский «за­ло­жи цер­ковь ка­мен­ну на Смя­ды­ни», в Смо­лен­ске. В сле­ду­ю­щем го­ду воз­ник пер­вый (де­ре­вян­ный) Бо­ри­со­глеб­ский храм в Нов­го­ро­де. В 1167 го­ду на сме­ну де­ре­вян­но­му за­кла­ды­ва­ет­ся ка­мен­ный, окон­чен­ный и освя­щен­ный в 1173 го­ду.

Вы­ш­го­род­ские свя­ты­ни бы­ли не един­ствен­ным цен­тром ли­тур­ги­че­ско­го цер­ков­но­го по­чи­та­ния свя­тых стра­сто­терп­цев Бо­ри­са и Гле­ба, рас­про­стра­нен­но­го по всей Рус­ской зем­ле. Преж­де все­го, су­ще­ство­ва­ли хра­мы и мо­на­сты­ри в кон­крет­ных мест­но­стях, свя­зан­ных с му­че­ни­че­ским по­дви­гом свя­тых и их чу­дес­ной по­мо­щью лю­дям: храм Бо­ри­са и Гле­ба на До­ро­го­жи­че, на пу­ти в Вы­ш­го­род, где свя­той Бо­рис, по пре­да­нию, ис­пу­стил дух; Бо­ри­со­глеб­ский мо­на­стырь на Тме, близ Торж­ка (ос­но­ван в 1030 го­ду), где хра­ни­лась гла­ва свя­то­го Ге­ор­гия Уг­ри­на. Бо­ри­со­глеб­ские хра­мы бы­ли воз­двиг­ну­ты на Аль­те – в па­мять по­бе­ды Яро­сла­ва Муд­ро­го над Свя­то­пол­ком Ока­ян­ным 24 июля 1019 го­да, и на Гзе­ни, в Нов­го­ро­де – на ме­сте по­бе­ды над волх­вом Гле­ба Свя­то­сла­ви­ча.

И умно­жа­лись чу­де­са свя­тых, и, как пи­са­но во Свя­том Еван­ге­лии, ни все­му ми­ру вме­сти­ти пи­ше­мых (Ин.21,25); они тво­ри­лись, не бу­дучи за­пи­сы­ва­е­мы, и кто знал о них – рас­ска­зы­вал.

В го­ро­де Вла­ди­ми­ре За­лес­ском кня­жил внук Вла­ди­ми­ра Мо­но­ма­ха Все­во­лод Юрь­евич. На него в 1175 го­ду вос­ста­ли два пле­мян­ни­ка – Мсти­слав и Яро­полк Ро­сти­сла­ви­чи. По­сле ве­ли­кой бит­вы Ро­сти­сла­ви­чи бы­ли по­ра­же­ны Все­во­ло­дом, за­хва­че­ны в плен и при­ве­де­ны во Вла­ди­мир. Все­во­лод при­ста­вил к ним стра­жу, но поз­во­лил им хо­дить на сво­бо­де. Вла­ди­мир­цы, ви­дя сих пле­нен­ных кня­зей на сво­бо­де, а не в тем­ни­це, воз­роп­та­ли, и ве­ли­кий князь не мог удер­жать на­род от мя­те­жа. Вла­ди­мир­цы раз­ме­та­ли тем­ни­цу и, схва­тив­ши Мсти­сла­ва и Яро­пол­ка, осле­пи­ли их и от­пу­сти­ли. Так несчаст­ные Ро­сти­сла­ви­чи, хо­тев­шие боль­шей сла­вы и вла­сти, бы­ли усми­ре­ны и ослеп­ле­ны. И вот по­шли они к Смо­лен­ску и при­шли на Смя­ды­ню в цер­ковь свя­тых му­че­ни­ков Бо­ри­са и Гле­ба. Был же то­гда день па­мя­ти уби­е­ния свя­то­го Гле­ба, 5 сен­тяб­ря. И мо­ли­лись кня­зья Бо­гу с ве­ли­ким усер­ди­ем и при­зы­ва­ли на по­мощь свя­тых му­че­ни­ков, как срод­ни­ков сво­их, чтобы свя­тые по­сла­ли им об­лег­че­ние, так как яз­вы на ме­сте очей гно­и­лись у них. Ко­гда они мо­ли­лись, сна­ча­ла об­лег­чи­лась боль, а за­тем неожи­дан­но им бы­ло да­ро­ва­но про­зре­ние. Яс­но ви­дя, на­ча­ли Ро­сти­сла­ви­чи сла­вить и бла­го­да­рить Бо­га, Пре­чи­стую Бо­го­ро­ди­цу и свя­тых кня­зей Ро­ма­на и Да­ви­да. И воз­вра­ти­лись они с ра­до­стью в до­ма свои, рас­ска­зы­вая всю­ду о ми­ло­сти Гос­под­ней, по­дан­ной им по мо­лит­ве свя­тых му­че­ни­ков.

В го­ро­де Ту­ро­ве жил в древ­ние вре­ме­на ста­рец некий, име­нем Мар­тин. И стра­дал он ча­сто от бо­лез­ни жи­во­та. Ко­гда стра­да­ния при­сту­па­ли к нему, ста­рец ле­жал, кри­ча от бо­ли, не имея сил встать и по­за­бо­тить­ся о те­ле сво­ем. Од­на­жды, хво­рая тем неду­гом, ле­жал он в кел­лии и из­не­мо­гал от жаж­ды. Но ни­кто не по­се­тил его, так как во­круг мо­на­сты­ря то­гда раз­ли­лась во­да. На тре­тий день во­шли к нему свя­тые му­че­ни­ки Бо­рис и Глеб, в том ви­де, как они бы­ли изо­бра­же­ны на иконе, и спро­си­ли: «Чем ты хво­ра­ешь, стар­че?» Тот рас­ска­зал им о сво­ем неду­ге. «Не на­до ли те­бе во­ды?» – «О, гос­по­да мои, – от­ве­чал ста­рец, – уже дав­но я жаж­ду». Один из них взял ко­ро­мыс­ло и при­нес во­ды, а дру­гой за­черп­нул ков­шик. И на­по­и­ли они стар­ца. То­гда он спро­сил: «Чьи вы де­ти?» Они ему от­ве­ча­ли: «Мы бра­тья Яро­сла­ва». — Ста­рец, ду­мая, что они род­ствен­ни­ки кня­зя Яро­сла­ва, ска­зал: «Да по­шлет вам Гос­подь мно­гие ле­та, гос­по­да мои, возь­ми­те са­ми хлеб и ешь­те, ибо я не мо­гу по­слу­жить вам». Они от­ве­ча­ли: «Пусть хлеб оста­нет­ся для те­бя, а мы пой­дем. Ты же не хво­рай боль­ше, но усни». И тот­час ста­ли неви­ди­мы. Вы­здо­ро­вев, ста­рец по­нял, что его по­се­ти­ли свя­тые Бо­рис и Глеб, и, встав, про­сла­вил Бо­га и угод­ни­ков Его. И с тех пор ни­ко­гда не хво­рал он тем неду­гом, был здо­ров и рас­ска­зы­вал бра­тии о ис­це­ле­нии, да­ро­ван­ном ему свя­ты­ми му­че­ни­ка­ми.

Бла­го­вер­ный князь Алек­сандр Яро­сла­вич, про­зван­ный Нев­ским, во вре­мя кня­же­ния сво­е­го в Ве­ли­ком Нов­го­ро­де вел вой­ну со шве­да­ми. Ко­гда он с вой­ском при­шел на ре­ку Неву, один из его во­е­вод, бо­го­бо­яз­нен­ный муж, име­нем Филипп, ис­пол­няя по­ру­чен­ную ему ноч­ную стра­жу, уви­дел при вос­хо­де солн­ца плы­ву­щий по во­де ко­рабль; по­сре­ди ко­раб­ля сто­я­ли свя­тые му­че­ни­ки Бо­рис и Глеб в одеж­дах черв­лен­ных, греб­цы же си­де­ли, оде­тые как бы мглою. И ска­зал свя­той Бо­рис свя­то­му Гле­бу: «Брат Глеб, пой­дем ско­рее, по­мо­жем срод­ни­ку на­ше­му кня­зю Алек­сан­дру про­тив неисто­вых вра­гов».

Сие ви­де­ние во­е­во­да по­ве­дал кня­зю сво­е­му. И в тот день князь Алек­сандр по­мо­щью свя­тых му­че­ни­ков Бо­ри­са и Гле­ба по­бе­дил и по­прал си­лу шве­дов, во­ждя их Бир­ге­ра сам уяз­вил ме­чом в ли­цо и с тор­же­ством воз­вра­тил­ся в Ве­ли­кий Нов­го­род в 1240 го­ду.

По­доб­ным же об­ра­зом, ко­гда ве­ли­кий князь Мос­ков­ский Ди­мит­рий Иоан­но­вич вел вой­ну с ца­рем та­тар­ским Ма­ма­ем, ноч­ной страж Фо­ма Ха­ци­бе­ев ви­дел от­кры­тое ему Бо­гом та­кое ви­де­ние. На вы­со­те по­ка­за­лось боль­шое об­ла­ко, и вот с во­сто­ка шли как бы ве­ли­кие пол­ки, с юга же яви­лись двое юно­шей, дер­жав­шие в ру­ках све­чи и ост­рые об­на­жен­ные ме­чи. Сии юно­ши бы­ли свя­тые му­че­ни­ки Бо­рис и Глеб. И ска­за­ли они во­е­во­дам та­тар­ским: «Кто вам ве­лел ис­треб­лять оте­че­ство на­ше, от Гос­по­да нам да­ро­ван­ное?» И ста­ли они сечь вра­гов, так что ни­кто из них не уце­лел. На­ут­ро страж тот по­ве­дал свое ви­де­ние ве­ли­ко­му кня­зю. Князь же, воз­ве­дя очи на небо и воз­дев ру­ки, стал мо­лить­ся со сле­за­ми, го­во­ря: «Гос­по­ди Че­ло­ве­ко­люб­че, по мо­лит­вам свя­тых му­че­ни­ков Бо­ри­са и Гле­ба по­мо­ги мне! Как Мо­и­сею на Ама­ли­ка (Исх.17), как Да­ви­ду на Го­лиа­фа (1Цар.17), как Яро­сла­ву на Свя­то­пол­ка, как пра­де­ду мо­е­му Алек­сан­дру на швед­ско­го ко­ро­ля, так и мне на Ма­мая по­дай по­мощь».

И вот в день 8 сен­тяб­ря 1380 го­да ве­ли­кий князь Мос­ков­ский Ди­мит­рий, по мо­лит­ве свя­тых стра­сто­терп­цев Бо­ри­са и Гле­ба, по­бе­дил Ма­мая, ца­ря та­тар­ско­го.

Свя­тые стра­сто­терп­цы Бо­рис и Глеб бы­ли пер­вы­ми рус­ски­ми свя­ты­ми, ка­но­ни­зи­ро­ван­ны­ми Рус­ской и Ви­зан­тий­ской Церк­вя­ми. Служ­ба им бы­ла со­став­ле­на вско­ре по­сле их кон­чи­ны, со­ста­ви­те­лем ее был свя­ти­тель Иоанн I, мит­ро­по­лит Ки­ев­ский (1008–1035), что под­твер­жда­ют за­пи­си в Ми­не­ях XII ве­ка. Сви­де­тель­ством осо­бо­го по­чи­та­ния на Ру­си свя­тых му­че­ни­ков Бо­ри­са и Гле­ба слу­жат мно­го­чис­лен­ные спис­ки жи­тий, ска­за­ний о мо­щах, чу­де­сах и по­хваль­ных слов в ру­ко­пис­ных и пе­чат­ных кни­гах XII–XIX вв. Их за­ступ­ни­че­ство про­сти­ра­ет­ся на всех, кто с ве­рой об­ра­ща­ет­ся к ним в сво­их мо­лит­вах.

См. так­же: "Стра­да­ние и чу­де­са свя­тых му­че­ни­ков Бо­ри­са и Гле­ба, кня­зей рус­ских" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.