Канон усекновению главы Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна (первый)

Припев: Святы́й вели́кий Иоа́нне, Предте́че и Крести́телю Госпо́день, моли́ Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 11 сентября (29 августа ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Во́ду проше́д, я́ко су́шу, и еги́петскаго зла́ избежа́в, изра́ильтянин вопия́ше: Изба́вителю и Бо́гу на́шему пои́м.

От утро́бы непло́дныя я́вльшася проро́ка, в ложесна́х Деви́ческих, во чре́ве Носи́мому неизрече́нно, свяще́ннаго воспое́м Предте́чу.

Преде́лы естества́ превозше́д, пра́вды соблю́л еси́ зако́ны, беззако́нное смеше́ние облича́я, не убоя́вся царе́ва суровства́.

Зако́нным млеко́м воспита́вся, законоположе́ние совокупле́ния зако́ннаго, я́ко зако́на печа́ть запеча́тствуя, сопроти́вился еси́ ме́рзкому прелюбодея́нию.

Богоро́дичен: Чи́ни Тя́ а́нгел и челове́к, Безневе́стная Ма́ти, восхваля́ют непреста́нно: Зижди́теля бо си́х я́ко Младе́нца на объя́тиих Твои́х носи́ла еси́.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Небе́снаго кру́га Верхотво́рче, Го́споди, и Це́ркве Зижди́телю, Ты́ мене́ утверди́ в любви́ Твое́й, жела́ний кра́ю, ве́рных утвержде́ние, еди́не Человеколю́бче.

Дре́вних я́ко хода́тай и но́вых, Предте́че, ева́нгельских пропове́даний, ты́ предста́в, смеше́ние беззако́нное мучи́тельское обличи́л еси́, сла́вную сме́рть, ра́дуяся, прия́л еси́.

От ма́тере беззако́нныя преднаучена́ отрокови́ца, объюроде́вшу пия́нством И́родови рече́: да́ждь на блю́де главу́ Иоа́ннову, ма́тери да пода́м да́р возжеле́нен.

Обличе́ния не терпя́ безсту́дный мучи́тель богоно́снаго твоего́ язы́ка, сла́вне Предте́че, отрокови́це предае́т, же́нским пляса́нием, честну́ю твою́ страда́льную главу́, пресла́вне.

Богоро́дичен: Всели́вся в Де́ву теле́сне, Го́споди, яви́лся еси́ челове́ком, я́коже подоба́ше ви́дети Тя́, Ю́же и показа́л еси́ я́ко и́стинную Богоро́дицу и ве́рным по́мощь, Еди́не Человеколю́бче.

Седа́лен, гла́с 8.

От непло́дове просия́в судо́м Бо́жиим и у́зы разреши́в язы́ка о́тча, показа́л еси́ со́лнце, денни́цу озаря́ющее, и лю́дем в пусты́ни Зижди́теля пропове́дал еси́, А́гнца, взе́млющаго ми́ра грехи́. Те́мже ре́вностию царя́ обличи́л еси́, в пресла́вную главу́ твою́ усе́чен бы́в, приснопа́мятне, Иоа́нне всехва́льне, моли́ся Христу́ Бо́гу согреше́ний оставле́ние дарова́ти пра́зднующим любо́вию святу́ю па́мять твою́.

Сла́ва, и ны́не, богоро́дичен: Я́ко Де́ву и еди́ну в жена́х, Тя́ без се́мене ро́ждшую Бо́га пло́тию, вси́ ублажа́ем, ро́ди челове́честии: о́гнь бо всели́ся в Тя́ Божества́, и я́ко Младе́нца млеко́м пита́еши Зижди́теля и Го́спода. Те́м, а́нгельский и челове́ческий ро́д, досто́йно сла́вим пресвято́е рождество́ Твое́, и согла́сно вопие́м Ти́: моли́ Христа́ Бо́га согреше́ний оставле́ние дарова́ти покланя́ющимся ве́рою пресвято́му Рождеству́ Твоему́.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Ты́ моя́ кре́пость, Го́споди, Ты́ моя́ и си́ла, Ты́ мо́й Бо́г, Ты́ мое́ ра́дование, не оста́вль не́дра О́тча и на́шу нищету́ посети́в. Те́м с проро́ком Авваку́мом зову́ Ти́: си́ле Твое́й сла́ва, Человеколю́бче.

Не моги́й терпе́ти обличе́ния де́рзости, и́же зако́на томле́нием пови́нный, ни де́рзость благоче́стия, и́же скве́рными сластьми́ растле́нный, связа́в, блюдя́ше невеще́ственно го́рним пре́жде конца́ лико́м совокупля́емаго.

Душевре́дным пия́нством и разжже́нием блу́дным поболе́в, отда́н окая́нный, отрокови́цы пляса́нием ножны́м свя́зан, уби́йца проро́ка быва́ет. Зача́т бо пия́нство — блуда́ ма́терь и лю́тое беззако́ние породи́.

Вои́стинну в тебе́ не солга́ Боже́ственный гла́с: ты́ бо во проро́цех бо́льший еси́, я́ко проро́честву сподо́бился от са́мыя утро́бы в несоверше́нне телеси́, и прорече́ннаго тобо́ю Бо́га Сло́ва, и ви́дев, и крести́в в телеси́.

Богоро́дичен: Ты́ ве́рных похвала́ еси́, Безневе́стная, Ты́ предста́тельница, Ты́ и прибе́жище христиа́н, стена́ и приста́нище: к Сы́ну бо Твоему́ мольбы́ но́сиши, Всенепоро́чная, и спаса́еши от бе́д ве́рою и любо́вию Богоро́дицу чи́стую Тебе́ зна́ющия.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Вску́ю мя́ отри́нул еси́ от лица́ Твоего́, Све́те Незаходи́мый, и покры́ла мя́ е́сть чужда́я тьма́, окая́ннаго? Но обрати́ мя́, и к све́ту за́поведей Твои́х пути́ моя́ напра́ви, молю́ся.

Ма́терними наважде́ньми це́ну пляса́ния злоде́монскаго суро́выя льви́цы суро́вейшее исча́дие испроси́, ю́же и зве́рие са́ми в пусты́ни почита́ху, главу́ Предте́чи и пропове́дника.

О, твои́х неизрече́нных и непости́жных суде́б, Человеколю́бче! Я́ко во утро́бе еще́ су́ща ма́терни, Ду́ха Свята́го прия́телище бы́вша и возра́стша целому́дрием и чистото́ю, скверна́вая испляса́ отрокови́ца.

Любе́зно и и́скренно изво́ли беззако́нное сопряже́ние лю́бящему к рожде́ственным его́ пития́м и проро́че присовокупи́ти уби́йство, и ча́шу, испо́лнену святы́х и проро́ческих крове́й, сластолю́бием раствори́ти.

Богоро́дичен: Ма́терне дерзнове́ние, е́же к Сы́ну Твоему́ иму́щи, Пречи́стая, сро́днаго промышле́ния, е́же о на́с, не пре́зри, мо́лимся: я́ко Тебе́ и еди́ну, христиа́не, ко Влады́це, очище́ние ми́лостивно предлага́ем.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Очи́сти мя́, Спа́се, мно́га бо беззако́ния моя́, и из глубины́ зо́л возведи́, молю́ся, к Тебе́ бо возопи́х, и услы́ши мя́, Бо́же спасе́ния моего́.

О за́поведех зако́на бе́дствуяй, блаже́нне, обличе́ньми наказу́еши беззако́нновавшаго: не бы́л бо еси́ тро́сть, вра́жиих ве́тров коле́блема дунове́ньми.

Кро́вию закла́ния глава́ ка́плющи твоя́, принесе́ся блу́дным по́двигом вме́сто мзды́, И́рода облича́ющи и по кончи́не, я́ко естество́ смеси́вша.

В пусты́нях ходя́, власы́ велбу́жи покрыва́емь, во о́вех у́бо я́ко светосия́нно жи́л еси́ ца́рски, во о́вех же, я́ко ца́рску обнося́ красоту́, над страстьми́ воцари́лся еси́.

Богоро́дичен: Да изба́вимся от лю́т прегреше́ний, моли́твами Твои́ми, Богороди́тельнице Чи́стая, и да улучи́м, Пресвята́я, Боже́ственное сия́ние из Тебе́ неизрече́нно воплоще́ннаго Сы́на Бо́жия.

Конда́к, гла́с 5:

Предте́чево сла́вное усекнове́ние смотре́ние бы́сть не́кое Боже́ственное, да и су́щим во а́де Спа́сово пропове́сть прише́ствие. Да рыда́ет у́бо Ироди́я, беззако́нное уби́йство испроси́вши: не зако́н бо Бо́жий, ни живы́й ве́к возлюби́, но притво́рный, привре́менный.

И́кос:

Рожде́ние И́родово все́м яви́ся непреподо́бно, егда́ посреди́ пита́ющихся глава́ постя́щагося предложи́ся, я́коже сне́дь: ра́дости совокупи́ся печа́ль, и сме́ху раствори́ся го́рькое рыда́ние, я́ко главу́ Крести́телеву на блю́де нося́, пред все́ми вни́де, я́коже рече́, отрокови́ца. И кля́твы ра́ди рыда́ние нападе́ на вся́ возлежа́щия тогда́ с царе́м: не бо́ обвесели́ о́нех, ниже́ И́рода самого́. Рече́ бо: оскорбе́ша печа́лию не и́стинною, но притво́рною, привре́менною.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: Бо́жия снизхожде́ния о́гнь устыде́ся в Вавило́не иногда́, сего́ ра́ди о́троцы в пещи́, ра́дованною ного́ю, я́ко во цве́тнице, лику́юще, поя́ху: благослове́н еси́, Бо́же оте́ц на́ших.

Блу́дным жела́нием, лю́тым же пия́нством вооруже́н, прирази́вся, разсе́деся, к воздержа́ния столпу́ непрекло́нному и целому́дрия ко гра́ду неразруши́мому, Христо́ву Крести́телю, И́род беззако́нный.

Не ужасе́ся, Предте́че, не устыде́ся, не ослабе́ науче́ная диа́волом, твою́ принося́щи честну́ю главу́ безсты́дно на блю́де, наважде́нием ма́терним прельсти́вши у́м.

Я́ко свети́льник, просия́л еси́, предпосла́вся же, я́ко а́нгел; я́ко проро́к, пропове́дуеши А́гнца Бо́жия, я́вльшагося Христа́; я́ко му́ченик, мече́м во главу́ усе́клся еси́, предвозвеща́я Того́ и су́щим во а́де ме́ртвым.

Богоро́дичен: Изба́вльшеся рождество́м Твои́м осужде́ния дре́вняго паде́ния, явле́нную вину́ свобожде́ния, Тя́, Ма́ти Де́во, с Сы́ном Твои́м, да́вшим изба́ву о на́с Себе́, при́сно сла́вим.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Седмери́цею пе́щь халде́йский мучи́тель богочести́вым неи́стовно разжже́, си́лою же лу́чшею спасе́ны сия́ ви́дев, Творцу́ и Изба́вителю вопия́ше: о́троцы благослови́те, свяще́нницы воспо́йте, лю́дие превозноси́те во вся́ ве́ки.

Предтеки́й рождество́ Твое́ и Боже́ственное страда́ние, в преиспо́дних мече́м быва́ет проро́к и ве́стник та́мошняго прише́ствия Твоего́, я́ко гла́с Сло́ва Иоа́нн взыва́я: ме́ртвии, — Животода́вца, слепи́и, — Светода́вца, плене́ннии, — Изба́вителя Христа́ превозноси́те во вся́ ве́ки.

Деви́ческаго рождества́ предте́к от непло́дове, ны́не во́льнаго вся́ Созда́вшаго бы́сть распя́тия предше́ственник, усекнове́нием главны́м су́щим во а́де зовы́й: о́троцы благослови́те, свяще́нницы воспо́йте, лю́дие превозноси́те во вся́ ве́ки.

Главе́ твое́й от телесе́ отъя́те бы́вши, Предте́че, твое́ю пло́тию душа́ владя́щая от сея́ раздели́ся, но Божество́ от пло́ти Емману́ила не разлучи́ся отсю́ду, и ко́сть не сокруши́ся Бо́га и Влады́ки. Те́мже превозно́сим Его́ во ве́ки вся́.

Богоро́дичен: Господороди́тельнице Пречи́стая, души́ моея́ я́звы и гное́ния ми́лостивною мольбо́ю Твое́ю, Де́во, очи́сти и па́дша возста́ви. Спаси́ мя́, Всенепоро́чная, блу́днаго, спаси́: Ты́ бо ми́ еси́ Предста́тельница и заступле́ние, еди́на Чи́стая и Благослове́нная во вся́ ве́ки.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Устраши́ся вся́к слу́х неизрече́нна Бо́жия снизхожде́ния, я́ко Вы́шний во́лею сни́де да́же и до пло́ти, от деви́ческаго чре́ва бы́в Челове́к. Те́мже Пречи́стую Богоро́дицу, ве́рнии, велича́ем.

Устраши́ся по́лк лука́вый и сего́ предста́тель диа́вол богосло́внаго твоего́, проро́че, язы́ка, Христа́ пропове́давшаго, и отрокови́цею скве́рною И́рода повину́ главу́ усещи́ твою́, но мы́ тя́, Крести́теля, велича́ем.

Удо́ль у́бо естества́ смире́на возвы́сися, и хо́лм смири́ся сме́ртныя горды́ни, гла́с бо вопию́щаго воззва́ в пусты́нях све́та, во а́довых жили́щах: врата́ возми́теся, Ца́рь бо все́х вни́дет.

Трепе́щут стра́сти челове́ческия и стра́хом отбега́ют де́мони, осене́нием от Бо́га тебе́ да́нныя благода́ти. Но от обои́х искуше́ний ста́до твое́ изба́ви, Госпо́день Предте́че, ве́рою тя́ при́сно велича́ющее.

Богоро́дичен: Напрязи́, и успева́й, и ца́рствуй, Сы́не Богома́тере, исма́ильтеския лю́ди покаря́я, борю́щия на́с, Правосла́вному во́инству побе́ды да́руя на ва́рвары враги́, мольба́ми ро́ждшия Тя́, Сло́ве Бо́жий.

Свети́лен.

Во проро́цех бо́льша позна́на и апо́стол предъизбра́нна бы́вша, пе́сньми похва́льными венча́ем Предте́чу благода́ти: во главу́ бо усе́чен бы́сть зако́на ра́ди Госпо́дня.

Сла́ва: Скве́рный И́род чистоты́ сади́телю, тебе́, Крести́телю Спа́сов, главу́ усече́ льсти́вне, обличе́ний же твоего́ язы́ка посещи́ ника́коже возмо́же.

И ны́не: Я́же кля́тву мирску́ю боже́ственным рождество́м Твои́м, Чи́стая, потре́бльши, ста́до, Тебе́ моля́щееся ве́рно, от вся́ких бе́д изба́ви моли́твами Твои́ми, Отрокови́це.

Пѣ́снь а҃.

І҆рмо́съ: Во́дꙋ проше́дъ ꙗ҆́кѡ сꙋ́шꙋ, и҆ є҆гѵ́петскагѡ ѕла̀ и҆збѣжа́въ, і҆и҃льтѧнинъ вопїѧ́ше: и҆зба́вителю и҆ бг҃ꙋ на́шемꙋ пои́мъ.

Ѿ ᲂу҆тро́бы непло́дныѧ ꙗ҆́вльшасѧ прⷪ҇ро́ка, въ ложесна́хъ дѣви́ческихъ, во чре́вѣ носи́момꙋ неизрече́ннѡ, свѧще́ннагѡ воспое́мъ прⷣте́чꙋ.

Предѣ́лы є҆стества̀ превозше́дъ, пра́вды соблю́лъ є҆сѝ зако́ны, беззако́нное смѣше́нїе ѡ҆блича́ѧ, не ᲂу҆боѧ́всѧ царе́ва сꙋровства̀.

Зако́ннымъ млеко́мъ воспита́всѧ, законоположе́нїе совокꙋпле́нїѧ зако́ннагѡ, ꙗ҆́кѡ зако́на печа́ть запеча́тствꙋѧ, сопроти́вилсѧ є҆сѝ ме́рзкомꙋ прелюбодѣѧ́нїю.

Бг҃оро́диченъ: Чи́ни тѧ̀ а҆́гг҃лъ, и҆ человѣ̑къ, безневѣ́стнаѧ мт҃и, восхвалѧ́ютъ непреста́ннѡ: зижди́телѧ бо си́хъ ꙗ҆́кѡ млⷣнца на ѡ҆б̾ѧ́тїихъ твои́хъ носи́ла є҆сѝ.

Пѣ́снь г҃.

І҆рмо́съ: Нбⷭ҇нагѡ крꙋ́га верхотво́рче, гдⷭ҇и, и҆ цр҃кве зижди́телю, ты̀ менѐ ᲂу҆твердѝ въ любвѝ твое́й, жела́нїй кра́ю, вѣ́рныхъ ᲂу҆твержде́нїе, є҆ди́не чл҃вѣколю́бче.

Дре́внихъ ꙗ҆́кѡ хода́тай, и҆ но́выхъ, прⷣте́че, є҆ѵⷢ҇льскихъ проповѣ́данїй, ты̀ предста́въ, смѣше́нїе беззако́нное мꙋчи́тельское ѡ҆бличи́лъ є҆сѝ, сла́внꙋю сме́рть ра́дꙋѧсѧ прїѧ́лъ є҆сѝ.

Ѿ ма́тере беззако́нныѧ преднаꙋчена̀ ѻ҆трокови́ца, ѡ҆б̾юродѣ́вшꙋ пїѧ́нствомъ, и҆́рѡдови речѐ: да́ждь на блю́дѣ главꙋ̀ і҆ѡа́нновꙋ, ма́тери да пода́мъ да́ръ возжелѣ́ненъ.

Ѡ҆бличе́нїѧ не терпѧ̀ безстꙋ́дный мꙋчи́тель, бг҃оно́снагѡ твоегѡ̀ ѧ҆зы́ка, сла́вне прⷣте́че, ѻ҆трокови́цѣ предае́тъ, же́нскимъ плѧса́нїемъ, честнꙋ́ю твою̀ страда́льнꙋю главꙋ̀, пресла́вне.

Бг҃оро́диченъ: Всели́всѧ въ дв҃ꙋ тѣле́снѣ, гдⷭ҇и, ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ человѣ́кѡмъ, ꙗ҆́коже подоба́ше ви́дѣти тѧ̀: ю҆́же и҆ показа́лъ є҆сѝ ꙗ҆́кѡ и҆́стиннꙋю бцⷣꙋ, и҆ вѣ̑рнымъ по́мощь, є҆ди́не чл҃вѣколю́бче.

Сѣда́ленъ, гла́съ и҃.

Ѿ непло́дове просїѧ́въ сꙋдо́мъ бж҃їимъ, и҆ ᲂу҆́зы разрѣши́въ ѧ҆зы́ка ѻ҆́тча, показа́лъ є҆сѝ со́лнце, денни́цꙋ ѡ҆зарѧ́ющее, и҆ лю́демъ въ пꙋсты́ни зижди́телѧ проповѣ́далъ є҆сѝ, а҆́гнца взе́млющаго мі́ра грѣхѝ. тѣ́мже ре́вностїю царѧ̀ ѡ҆бличи́лъ є҆сѝ, въ пресла́внꙋю главꙋ̀ твою̀ ᲂу҆сѣ́ченъ бы́въ, приснопа́мѧтне, і҆ѡа́нне всехва́льне, моли́сѧ хрⷭ҇тꙋ̀ бг҃ꙋ, согрѣше́нїй ѡ҆ставле́нїе дарова́ти, пра́зднꙋющымъ любо́вїю свѧтꙋ́ю па́мѧть твою̀.

Сла́ва, и҆ ны́нѣ, бг҃оро́диченъ: Ꙗ҆́кѡ дв҃ꙋ и҆ є҆ди́нꙋ въ жена́хъ, тѧ̀ безъ сѣ́мене ро́ждшꙋю бг҃а пло́тїю, всѝ ᲂу҆блажа́емъ ро́ди человѣ́честїи: ѻ҆́гнь бо всели́сѧ въ тѧ̀ бжⷭ҇тва̀, и҆ ꙗ҆́кѡ млⷣнца млеко́мъ пита́еши зижди́телѧ и҆ гдⷭ҇а. тѣ́мъ а҆́гг҃льскїй и҆ человѣ́ческїй ро́дъ, досто́йнѡ сла́вимъ прест҃о́е ржⷭ҇тво̀ твоѐ, и҆ согла́снѡ вопїе́мъ тѝ: молѝ хрⷭ҇та̀ бг҃а, согрѣше́нїй ѡ҆ставле́нїе дарова́ти покланѧ́ющымсѧ вѣ́рою прест҃о́мꙋ ржⷭ҇твꙋ̀ твоемꙋ̀.

Пѣ́снь д҃.

І҆рмо́съ: Ты̀ моѧ̀ крѣ́пость, гдⷭ҇и, ты̀ моѧ̀ и҆ си́ла, ты̀ мо́й бг҃ъ, ты̀ моѐ ра́дованїе, не ѡ҆ста́вль нѣ́дра ѻ҆́ч҃а, и҆ на́шꙋ нищетꙋ̀ посѣти́въ. тѣ́мъ съ прⷪ҇ро́комъ а҆ввакꙋ́момъ зовꙋ̀ тѝ: си́лѣ твое́й сла́ва, чл҃вѣколю́бче.

Не могі́й терпѣ́ти ѡ҆бличе́нїѧ де́рзости, и҆́же зако́на томле́нїємъ пови́нный, ни де́рзость благоче́стїѧ, и҆́же скве́рными сластьмѝ растлѣ́нный, свѧза́въ блюдѧ́ше, невеще́ственнѡ гѡ́рнимъ пре́жде конца̀ ликѡ́мъ совокꙋплѧ́емаго.

Дꙋшевре́днымъ пїѧ́нствомъ, и҆ разжже́нїемъ блꙋ́днымъ поболѣ́въ, ѿда́нъ ѻ҆каѧ́нный, ѻ҆трокови́цы плѧса́нїемъ ножны́мъ свѧ́занъ, ᲂу҆бі́йца прⷪ҇ро́ка быва́етъ. зача́тъ бо пїѧ́нство блꙋда̀ ма́терь, и҆ лю́тое беззако́нїе породѝ.

Вои́стиннꙋ въ тебѣ̀ не солга̀ бжⷭ҇твенный гла́съ: ты̀ бо во прⷪ҇ро́цѣхъ бо́льшїй є҆сѝ, ꙗ҆́кѡ прⷪ҇ро́чествꙋ сподо́билсѧ ѿ са́мыѧ ᲂу҆тро́бы, въ несоверше́ннѣ тѣлесѝ, и҆ прорече́ннаго тобо́ю бг҃а сло́ва и҆ ви́дѣвъ, и҆ крⷭ҇ти́въ въ тѣлесѝ.

Бг҃оро́диченъ: Ты̀ вѣ́рныхъ похвала̀ є҆сѝ, безневѣ́стнаѧ, ты̀ предста́тельница, ты̀ и҆ прибѣ́жище хрⷭ҇тїа́нъ, стѣна̀ и҆ приста́нище: къ сн҃ꙋ бо твоемꙋ̀ мольбы̑ но́сиши, всенепоро́чнаѧ, и҆ спаса́еши ѿ бѣ́дъ, вѣ́рою и҆ любо́вїю бцⷣꙋ чⷭ҇тꙋю тебѐ зна́ющыѧ.

Пѣ́снь є҃.

І҆рмо́съ: Вскꙋ́ю мѧ̀ ѿри́нꙋлъ є҆сѝ ѿ лица̀ твоегѡ̀, свѣ́те незаходи́мый, и҆ покры́ла мѧ̀ є҆́сть чꙋжда́ѧ тьма̀ ѻ҆каѧ́ннаго; но ѡ҆братѝ мѧ̀, и҆ къ свѣ́тꙋ за́повѣдей твои́хъ пꙋти̑ моѧ̑ напра́ви, молю́сѧ.

Ма́терними наважде́ньми, цѣ́нꙋ плѧса́нїѧ ѕлоде́монскагѡ, сꙋро́выѧ льви́цы сꙋро́вѣйшее и҆сча́дїе и҆спросѝ, ю҆́же и҆ ѕвѣ́рїе са́ми въ пꙋсты́ни почита́хꙋ, главꙋ̀ прⷣте́чи и҆ проповѣ́дника.

Ѽ твои́хъ неизрече́нныхъ и҆ непости́жныхъ сꙋде́бъ, человѣколю́бче! ꙗ҆́кѡ во ᲂу҆тро́бѣ є҆щѐ сꙋ́ща ма́терни, дх҃а ст҃а́гѡ прїѧ́телище бы́вша, и҆ возра́стша цѣломꙋ́дрїемъ и҆ чистото́ю, скверна́ваѧ и҆сплѧса̀ ѻ҆трокови́ца.

Любе́знѡ и҆ и҆́скреннѡ и҆зво́ли беззако́нное сопрѧже́нїе лю́бѧщемꙋ, къ рожде́ствєннымъ є҆гѡ̀ питїѧ́мъ, и҆ проро́че присовокꙋпи́ти ᲂу҆бі́йство, и҆ ча́шꙋ и҆спо́лненꙋ ст҃ы́хъ и҆ прⷪ҇ро́ческихъ крове́й, сластолю́бїемъ раствори́ти.

Бг҃оро́диченъ: Мт҃рне дерзнове́нїе, є҆́же къ сн҃ꙋ твоемꙋ̀ и҆мꙋ́щи, пречⷭ҇таѧ, сро́днагѡ промышле́нїѧ є҆́же ѡ҆ на́съ не пре́зри, мо́лимсѧ: ꙗ҆́кѡ тебѐ и҆ є҆ди́нꙋ хрⷭ҇тїа́не ко влⷣцѣ, ѡ҆чище́нїе ми́лостивно предлага́емъ.

Пѣ́снь ѕ҃.

І҆рмо́съ: Ѡ҆чи́сти мѧ̀, сп҃се, мнѡ́га бо беззакѡ́нїѧ моѧ̑, и҆ и҆зъ глꙋбины̀ ѕѡ́лъ возведѝ, молю́сѧ: къ тебє̀ бо возопи́хъ, и҆ ᲂу҆слы́ши мѧ̀, бж҃е спасе́нїѧ моегѡ̀.

Ѡ҆ за́повѣдехъ зако́на бѣ́дствꙋѧй, бл҃же́нне, ѡ҆бличе́ньми наказꙋ́еши беззако́нновавшаго: не бы́лъ бо є҆сѝ тро́сть вра́жїихъ вѣ́трѡвъ коле́блема дꙋнове́ньми.

Кро́вїю закла́нїѧ глава̀ ка́плющи твоѧ̀, принесе́сѧ блꙋ́днымъ по́двигомъ, вмѣ́стѡ мзды̀, и҆́рѡда ѡ҆блича́ющи и҆ по кончи́нѣ, ꙗ҆́кѡ є҆стество̀ смѣси́вша.

Въ пꙋсты́нѧхъ ходѧ̀, власы̑ велбꙋ̑жи покрыва́емь, во ѻ҆́вѣхъ ᲂу҆́бѡ ꙗ҆́кѡ свѣтосїѧ́ннѡ жи́лъ є҆сѝ ца́рски: во ѻ҆́вѣхъ же ꙗ҆́кѡ ца́рскꙋ ѡ҆бносѧ̀ красотꙋ̀, надъ страстьмѝ воцари́лсѧ є҆сѝ.

Бг҃оро́диченъ: Да и҆зба́вимсѧ ѿ лю̑тъ прегрѣше́нїй, моли́твами твои́ми, бг҃ороди́тельнице чⷭ҇таѧ, и҆ да ᲂу҆лꙋчи́мъ, прест҃а́ѧ, бжⷭ҇твенное сїѧ́нїе, и҆зъ тебє̀ неизрече́ннѡ воплоще́ннагѡ сн҃а бж҃їѧ.

Конда́къ, гла́съ є҃:

Прⷣте́чево сла́вное ᲂу҆сѣкнове́нїе, смотре́нїе бы́сть нѣ́кое бжⷭ҇твенное: да и҆ сꙋ́щымъ во а҆́дѣ сп҃сово проповѣ́сть прише́ствїе. да рыда́етъ ᲂу҆́бѡ и҆рѡді́а, беззако́нное ᲂу҆бі́йство и҆спроси́вши: не зако́нъ бо бж҃їй, ни живы́й вѣ́къ возлюбѝ, но притво́рный привре́менный.

І҆́косъ:

Рожде́нїе и҆́рѡдово всѣ̑мъ ꙗ҆ви́сѧ непреподо́бно, є҆гда̀ посредѝ пита́ющихсѧ глава̀ постѧ́щагѡсѧ предложи́сѧ, ꙗ҆́коже снѣ́дь: ра́дости совокꙋпи́сѧ печа́ль, и҆ смѣ́хꙋ раствори́сѧ го́рькое рыда́нїе: ꙗ҆́кѡ главꙋ̀ крⷭ҇ти́телевꙋ на блю́дѣ носѧ̀, предъ всѣ́ми вни́де, ꙗ҆́коже речѐ, ѻ҆трокови́ца. и҆ клѧ́твы ра́ди рыда́нїе нападѐ на всѧ̑ возлежа́щыѧ тогда̀ съ царе́мъ. не бо̀ ѡ҆бвеселѝ ѻ҆́нѣхъ, нижѐ и҆́рѡда самого̀. речѐ бо: ѡ҆скорбѣ́ша печа́лїю не и҆́стинною, но притво́рною, привре́менною.

Пѣ́снь з҃.

І҆рмо́съ: Бж҃їѧ снизхожде́нїѧ ѻ҆́гнь ᲂу҆стыдѣ́сѧ въ вавѷлѡ́нѣ и҆ногда̀, сегѡ̀ ра́ди ѻ҆́троцы въ пещѝ ра́дованною ного́ю, ꙗ҆́кѡ во цвѣ́тницѣ ликꙋ́юще, поѧ́хꙋ: бл҃гослове́нъ є҆сѝ, бж҃е ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Блꙋ́днымъ жела́нїемъ, лю́тымъ же пїѧ́нствомъ воѡрꙋже́нъ, прирази́всѧ разсѣ́десѧ, къ воздержа́нїѧ столпꙋ̀ непрекло́нномꙋ, и҆ цѣломꙋ́дрїѧ ко гра́дꙋ неразрꙋши́момꙋ, хрⷭ҇то́вꙋ крⷭ҇ти́телю, и҆́рѡдъ беззако́нный.

Не ᲂу҆жасе́сѧ, прⷣте́че, не ᲂу҆стыдѣ́сѧ, не ѡ҆слабѣ̀ наꙋче́наѧ дїа́воломъ, твою̀ приносѧ́щи честнꙋ́ю главꙋ̀, безсты́днѡ на блю́дѣ, наважде́нїемъ ма́тернимъ прельсти́вши ᲂу҆́мъ.

Ꙗ҆́кѡ свѣти́льникъ просїѧ́лъ є҆сѝ, предпосла́всѧ же ꙗ҆́кѡ а҆́гг҃лъ, ꙗ҆́кѡ прⷪ҇ро́къ проповѣ́дꙋеши а҆́гнца бж҃їѧ ꙗ҆́вльшагосѧ хрⷭ҇та̀, ꙗ҆́кѡ мꙋ́ченикъ мече́мъ во главꙋ̀ ᲂу҆сѣ́клсѧ є҆сѝ, предвозвѣща́ѧ того̀ и҆ сꙋ́щымъ во а҆́дѣ мє́ртвымъ.

Бг҃оро́диченъ: И҆зба́вльшесѧ ржⷭ҇тво́мъ твои́мъ, ѡ҆сꙋжде́нїѧ дре́внѧгѡ паде́нїѧ, ꙗ҆вле́ннꙋю винꙋ̀ свобожде́нїѧ, тѧ̀, мт҃и дв҃о, съ сн҃омъ твои́мъ, да́вшимъ и҆зба́вꙋ ѡ҆ на́съ себѐ, при́снѡ сла́вимъ.

Пѣ́снь и҃.

І҆рмо́съ: Седмери́цею пе́щь халде́йскїй мꙋчи́тель бг҃очести̑вымъ неи́стовнѡ разжжѐ, си́лою же лꙋ́чшею спасє́ны сїѧ̑ ви́дѣвъ, творцꙋ̀ и҆ и҆зба́вителю вопїѧ́ше: ѻ҆́троцы, бл҃гослови́те, свѧще́нницы, воспо́йте, лю́дїе, превозноси́те во всѧ̑ вѣ́ки.

Предтекі́й ржⷭ҇тво̀ твоѐ, и҆ бжⷭ҇твенное страда́нїе, въ преиспо́днихъ мече́мъ быва́етъ прⷪ҇ро́къ и҆ вѣ́стникъ та́мошнѧгѡ прише́ствїѧ твоегѡ̀, ꙗ҆́кѡ гла́съ сло́ва і҆ѡа́ннъ взыва́ѧ: ме́ртвїи животода́вца, слѣпі́и свѣтода́вца, плѣне́ннїи и҆зба́вителѧ, хрⷭ҇та̀ превозноси́те во всѧ̑ вѣ́ки.

Дв҃и́ческагѡ ржⷭ҇тва̀ предте́къ ѿ непло́дове, ны́нѣ во́льнагѡ всѧ̑ созда́вшагѡ бы́сть распѧ́тїѧ предше́ственникъ, ᲂу҆сѣкнове́нїемъ, главны́мъ, сꙋ́щымъ во а҆́дѣ зовы́й: ѻ҆́троцы, благослови́те, свѧще́нницы, воспо́йте, лю́дїе, превозноси́те во всѧ̑ вѣ́ки.

Главѣ̀ твое́й ѿ тѣлесѐ ѿѧ́тѣ бы́вши, прⷣте́че, твое́ю пло́тїю дꙋша̀ владѧ́щаѧ ѿ сеѧ̀ раздѣли́сѧ: но бж҃ество̀ ѿ пло́ти є҆мманꙋ́ила не разлꙋчи́сѧ ѿсю́дꙋ, и҆ ко́сть не сокрꙋши́сѧ бг҃а и҆ влⷣки. тѣ́мже превозно́симъ є҆го̀ во вѣ́ки всѧ̑.

Бг҃оро́диченъ: Гдⷭ҇ороди́тельнице пречⷭ҇таѧ, дꙋшѝ моеѧ̀ ꙗ҆́звы и҆ гноє́нїѧ ми́лостивною мольбо́ю твое́ю, дв҃о, ѡ҆чи́сти, и҆ па́дша возста́ви. сп҃сѝ мѧ̀, всенепоро́чнаѧ, блꙋ́днаго, спасѝ: ты̀ бо мѝ є҆сѝ предста́тельница и҆ застꙋпле́нїе, є҆ди́на чⷭ҇таѧ и҆ бл҃гослове́ннаѧ во всѧ̑ вѣ́ки.

Пѣ́снь ѳ҃.

І҆рмо́съ: Оу҆страши́сѧ всѧ́къ слꙋ́хъ неизрече́нна бж҃їѧ снизхожде́нїѧ, ꙗ҆́кѡ вы́шнїй во́лею сни́де да́же и҆ до пло́ти, ѿ дв҃и́ческагѡ чре́ва бы́въ чл҃вѣ́къ. тѣ́мже пречⷭ҇тꙋю бцⷣꙋ, вѣ́рнїи, велича́емъ.

Оу҆страши́сѧ по́лкъ лꙋка́вый, и҆ сегѡ̀ предста́тель дїа́волъ, бг҃осло́внагѡ твоегѡ̀, прⷪ҇ро́че, ѧ҆зы́ка, хрⷭ҇та̀ проповѣ́давшагѡ, и҆ ѻ҆трокови́цею скве́рною, и҆́рѡда повинꙋ̀ главꙋ̀ ᲂу҆сѣщѝ твою̀: но мы̀ тѧ̀ крⷭ҇ти́телѧ велича́емъ.

Оу҆до́ль ᲂу҆́бѡ є҆стества̀ смире́на возвы́сисѧ, и҆ хо́лмъ смири́сѧ сме́ртныѧ горды́ни: гла́съ бо вопїю́щагѡ воззва̀ въ пꙋсты́нѧхъ свѣ́та, во а҆́довыхъ жили́щахъ, врата̀ возми́тесѧ: цр҃ь бо всѣ́хъ вни́детъ.

Трепе́щꙋтъ стра̑сти человѣ́чєскїѧ, и҆ стра́хомъ ѿбѣга́ютъ де́мѡни, ѡ҆сѣне́нїемъ ѿ бг҃а тебѣ̀ да́нныѧ благода́ти. но ѿ ѻ҆бои́хъ и҆скꙋше́нїй ста́до твоѐ и҆зба́ви, гдⷭ҇нь прⷣте́че, вѣ́рою тѧ̀ при́снѡ велича́ющее.

Бг҃оро́диченъ: Напрѧзѝ, и҆ ᲂу҆спѣва́й, и҆ црⷭ҇твꙋй, сн҃е бг҃ома́тере, і҆сма́ильтєскїѧ лю́ди покарѧ́ѧ борю́щыѧ на́съ, правосла́вномꙋ во́инствꙋ побѣ̑ды да́рꙋѧ на ва́рвары врагѝ, мольба́ми ро́ждшїѧ тѧ̀, сло́ве бж҃їй.

Свѣти́ленъ.

Во прⷪ҇ро́цѣхъ бо́льша позна́на, и҆ а҆пⷭ҇лъ пред̾избра́нна бы́вша, пѣ́сньми похва́льными вѣнча́емъ прⷣте́чꙋ бл҃года́ти: во главꙋ̀ бо ᲂу҆сѣ́ченъ бы́сть, зако́на ра́ди гдⷭ҇нѧ.

Сла́ва: Скве́рный и҆́рѡдъ, чистоты̀ сади́телю, тебѣ̀, крⷭ҇ти́телю сп҃совъ, главꙋ̀ ᲂу҆сѣчѐ льсти́внѣ, ѡ҆бличе́нїй же твоегѡ̀ ѧ҆зы́ка посѣщѝ ника́коже возмо́же.

И҆ ны́нѣ: Ꙗ҆́же клѧ́твꙋ мїрскꙋ́ю бжⷭ҇твеннымъ ржⷭ҇тво́мъ твои́мъ, чⷭ҇таѧ, потре́бльши, ста́до тебѣ̀ молѧ́щеесѧ вѣ́рнѡ, ѿ всѧ́кихъ бѣ́дъ и҆зба́ви моли́твами твои́ми, ѻ҆трокови́це.

Праздник Усекновения главы Иоанна Предтечи празднуется 11 сентября (29 августа ст. с.)

 

Усекновение главы Иоанна Предтечи
«Иоанн Предтеча»

О мученической кончине Предтечи Господня в 32 году по Рождестве Христовом повествуют Евангелия от Матфея (Мф.14:1-12) и Марка (Мк.6:14-29). Однако Священное предание Апостольской Церкви сохранило некоторые подробности этих событий, происходивших незадолго до Распятия и Воскресения Христова.

После смерти Ирода Великого римляне разделили территорию Палестины на четыре части и в каждой части поставили правителем своего ставленника. Ирод Антипа получил от императора Августа в управление Галилею. У него была законная жена, дочь аравийского царя Арефы. Ирод оставил ее и сожительствовал с Иродиадой, женой своего брата. Пророк Иоанн неоднократно обличал его, но царь не посмел причинить ему зла, так как почитал Иоанна Крестителя как пророка и боялся народного гнева. Все же святой Иоанн Креститель был посажен в темницу царем Иродом (Лк.3:19-20).

В день своего рождения Ирод устроил богатый пир, на котором перед гостями плясала Саломия, дочь Иродиады. Она так угодила этим Ироду, что он поклялся перед гостями дать ей все, чего бы она ни попросила. Саломия пошла к матери за советом. Иродиада научила дочь просить голову святого Иоанна Крестителя. Ирод опечалился: он боялся гнева Божиего за убийство пророка, но не мог нарушить неосторожной клятвы.

Иоанну Крестителю отрубили голову и отдали Саломии. По преданию, голова продолжала обличать Ирода и Иродиаду. Неистовая Иродиада исколола язык пророка булавкой и закопала голову в нечистом месте. Но Иоанна, жена царского домоправителя Хузы, тайно взяла святую главу, положила в сосуд и погребла ее на Елеонской горе, в одном из поместий Ирода. Тело святого Иоанна Крестителя взяли его ученики и погребли его.

Божий гнев обрушился на тех, кто решился погубить пророка. Саломия переходила зимой реку Сикорис и провалилась под лед. Она висела телом в воде, а голова ее находилась надо льдом. Подобно тому, как она некогда плясала ногами по земле, теперь она, словно пляшущая, производила беспомощные движения в ледяной воде. Так она висела до тех пор, пока острый лед не перерезал ее шею. Голову ее, отрезанную острой льдиной, принесли Ироду и Иродиаде, как некогда принесли им голову Иоанна Предтечи, а тело ее так и не нашли. Аравийский царь Арефа в отмщение за бесчестие своей дочери — жены Ирода четверовластника — двинул свои войска против нечестивого царя и нанес ему поражение. Римский император Гай Юлий Цезарь Калигула (37–41 гг.) в гневе сослал Ирода вместе с Иродиадой в заточение в Галлию, а потом в Испанию. Там они были поглощены разверзшейся землей.

Через много лет после казни Иоанна Крестителя, когда земля, в которой покоился сосуд со святою главой Предтечи, перешла в собственность благочестивому вельможе Иннокентию, этот сосуд был обретен при строительстве церкви, Иннокентий узнал о величии святыни по бывшим при этом чудесам и знамениям. Но перед своей кончиной, боясь как бы святыня не была поругана иноверцами, он снова скрыл ее в том же месте.

Прошло много лет, церковь, построенная Иннокентием, пришла в запустение. Во время правления императора Константина Великого двум инокам, пришедшим на поклонение в Иерусалим, дважды явился святой Иоанн Креститель и указал место нахождения своей честной главы. Откопав святыню, иноки положили ее в мешок из верблюжьей шерсти и отправились домой, но по дороге встретили незнакомого горшечника, которому доверили нести драгоценную ношу. Тогда горшечнику явился сам Предтеча и велел бежать от нерадивых иноков вместе с ношей. В семье горшечника честная глава хранилась и передавалась из поколения в поколение в запечатанном сосуде, пока ею не завладел священник Евстафий, зараженный ересью арианства. Пользуясь чудодейственной силой, исходившей от главы, он совратил множество людей в ересь. Когда же его кощунство открылось, он бежал, закопав святыню в пещере близ Емессы, надеясь впоследствии снова забрать ее. Но Бог этого не допустил. В пещере поселились благочестивые иноки, и возник монастырь.

В 452 году архимандриту монастыря Маркеллу святой Иоанн указал в видении место сокрытия своей главы, и она была вновь обретена. Святыню перенесли в Емессу, а затем в Константинополь. Праздник первого и второго чудесного обретения главы Иоанна Крестителя отмечается Церковью 8 марта (24 февраля ст. ст.).

Из Константинополя главу Иоанна Крестителя во время волнений, связанных со ссылкой Иоанна Златоуста, перенесли в город Емессу, а затем в начале IX века в Команы, где прятали в период иконоборческих гонений. После восстановления иконопочитания на Константинопольском соборе в 842 году, по преданию, патриарх Игнатий во время ночной молитвы получил указание о местонахождении святыни. По приказанию императора Михаила III в Команы было направлено посольство, которое около 850 года обрело главу Иоанна Предтечи в указанном патриархом месте. После этого глава была перенесена в Константинополь и была положена в придворной церкви; часть ее хранится на Афоне. Праздник третьего обретения главы святого Иоанна Предтечи — 7 июня (25 мая ст. ст.).

В память усекновения главы святого Иоанна Крестителя Церковью установлен праздник и строгий пост, как выражение скорби христиан о насильственной смерти великого Пророка.

Сказание об усекновении главы святого пророка, предтечи и крестителя Господня Иоанна.
В изложении святителя Димитрия Ростовского

Святому Иоанну, Предтече Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, подобало предварить смертью своею, как рождение Господа, так и смерть Его; и, подобно тому, как на земле он проповедал о пришествии Господа, сказав: "идет за мною Сильнейший меня" (Мк.1:7): так и находившимся в аду душам праотцов святых он должен был проповедать пришествие Господа; ибо Предтеча Иоанн должен был сказать здесь, что уже явился ожидаемый в мире Мессия. И подобно тому, как Господь наш Иисус Христос пострадал за грехи людские, так и Предтеча Его предполучил страдальческую смерть по причине беззакония Иродова. Случилось же сие так:

Ирод, называемый Антипой, сын старейшего Ирода, избившего младенцев вифлеемских, – злая отрасль от злого корня, имевший в своей власти Галилею, первоначально женился на дочери Арефы, царя аравийского; он прожил с нею немало времени. Но потом, будучи пленен красотою Иродиады, жены Филиппа, брата своего, сблизился с нею, ибо она соизволяла похоти его; по требованию сей любодейцы, он прогнал от себя первую законную жену свою и женился на жене брата своего, противно закону; ибо если бы и умер брат его, он не мог бы взять его жены, так как оставалась бы в живых дочь брата, рожденная от той жены; закон же повелевал брать жену умершего брата (вдову) только тогда, когда умерший брат не оставлял после себя детей[1]. Достоверно сообщают, что Ирод отнял жену у Филиппа, брата своего, еще тогда, когда он был жив; таким образом он сотворил великое беззаконие, как хищник, прелюбодей и кровосмеситель.

Видя такое беззаконие, учиненное Иродом, ревнитель закона Божия, обличитель грехов человеческих и проповедник покаяния, – святой Иоанн Креститель не умолчал, но пред лицом всех обличал Ирода, как прелюбодея и грабителя, отнявшего жену у брата своего, и говорил ему:

– Не должно тебе иметь жену Филиппа, брата твоего.

Ирод же, не вынося обличения, приказал заключить Иоанна в темницу, обложив его оковами; особенно гневалась на святого жена Ирода, Иродиада, и весьма желала смерти его, но не могла его умертвить, ибо сам Ирод оберегал узника от убийственного намерения жены своей. Ирод считал Иоанна мужем праведным и святым; ранее он со сладостью слушал его и, внимая словам его, творил много добра; посему Ирод боялся отдать Иоанна на смерть. Однако он боялся не столько Бога, сколько людей, как говорит Евангелист Матфей: "и хотел убить его, но боялся народа, потому что его почитали за пророка" (Мф.14:5); Ирод боялся, как бы народ не восстал на него и не поднял мятежа; по сей-то причине он не осмеливался предать явно на смерть пророка и Крестителя Господня, всеми любимого и почитаемого, но только томил его в темничном заключении, желая заградить не умолкавшие уста своего обличителя.

Святой Иоанн в темнице пробыл долгое время; его ученики собирались к нему; Иоанн часто поучал их добродетельной жизни, согласно закону Божию, и возвещал им об уже пришедшем в мир Мессии, к Коему он и посылал их, как об этом сказано и в Евангелии: "Иоанн же, услышав в темнице о делах Христовых, послал двоих из учеников своих сказать Ему: Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого?" (Ин.11:2-3). Он посылал вопросить не потому, что сам не знал; ибо как он мог не знать Того, Кого сам крестил и над Кем он видел Духа Святого, сошедшего с небес, относительно Которого слышал и голос Отца, свидетельствовавшего, и на Которого, наконец, сам указывал перстом, говоря:

"Вот Агнец Божий" (Ин.1:36).

Иоанн посылал учеников своих вопросить Господа для того, чтобы ученики его своими очами увидели славные чудеса, которые творил Господь и дабы окончательно убедились в том, что Он (Иисус Христос) пришел спасти род человеческий. Спустя некоторое время наступил день, в который Ирод имел обыкновение совершать празднование своего рождения. Собрав всех князей своих, воевод, старейшин и тетрархов[2] Галилеи, Ирод устроил для них великое пиршество (Мк.6:21). Во время этого пиршества дочь Иродиады плясала и своею пляскою весьма угодила Ироду и возлежавшим вместе с ним; по научению своей жестокой матери она попросила у Ирода главу святого Иоанна Крестителя и получила просимое, ибо Ирод поклялся ей дать всё, что бы она ни попросила, хотя бы даже полцарства его. Окаянный не пожелал нарушить клятву свою, не пожелал огорчить мерзкую мать плясавицы, но забыл о том страже, в силу которого он не решался до сих пор умертвить Иоанна, забыл также и о святой жизни его и, как упившийся вином, распалился намерением пролить кровь неповинную. И тотчас он послал палача в темницу, приказав усечь главу Иоанна и принести ее на блюде.

Таким образом Предтеча Христов, за обличение беззаконного сожительства Ирода и Иродиадою, был усечен в темнице, уже поздно ночью; ибо то мерзостное пиршество святым Евангелистом Марком названо вечерей: "делал пир (говорит Евангелист) вельможам своим" (Мк.6:21); эта вечеря затянулась далеко за полночь, и когда все уже сильно упились вином и достаточное время утешались пляскою упомянутой бесстыдной девицы, тогда-то и было учинено то неправедное убийство. И принесена была глава святого Иоанна на блюде посреди пиршества, причем кровь еще капала и (как сообщают некоторые) глава изрекала те же обличительные слова и после усечения, сказав Ироду:

– Не должно тебе иметь жену Филиппа, брата твоего.

О, сколь великий страх объял тогда всех, возлежавших и предстоявших на вечери той, когда все увидели человеческую голову, как пищу, носимою на блюде, источавшую кровь, и, кроме того, движущею устами и изрекавшею слова; и сию главу плясавица взяла дерзкими руками своими и отнесла к матери своей. Иродиада же, взяв ее, проколола иглою язык, обличавший беззакония ее; посмеявшись достаточное время, Иродиада не позволила похоронить главу Иоанна вместе с телом, ибо боялась, как бы Иоанн не воскрес, если глава его будет присоединена к телу, и тогда не начал бы снова обличать ее и Ирода. Тело святого Предтечи ученики его в ту же ночь взяли из темницы и похоронили в Севастии; главу же Крестителя Иродиада закопала в земле, у себя во дворце, на некоем бесчестном и потаенном месте. Относительно того, каким образом оттуда была взята глава Крестителя, написано под двадцать четвертым числом февраля, когда празднуется Обретение сей честной главы.

После умерщвления святого славного Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, окаянный Ирод совершил и другое, не меньшее, злодеяние; ибо он посмеялся над Господом нашим Иисусом Христом во время вольного Его страдания за нас, как о том повествует святой Евангелист Лука: "Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату" (Лк.23:11).

Однако мщение Божие не замедлило совершиться над пророкоубийцею и поругателем Христа; ибо, с одной стороны, кровь Иоаннова вопияла на Ирода к Богу, как некогда кровь Авелева на Каина (Быт.4:1-16); с другой стороны, иные беззакония Ирода (особенно поругательство над Господом нашим Иисусом Христом) навлекали на него праведную казнь Божию; и действительно спустя непродолжительное время Ирод лишился царства и жизни вместе с Иродиадой и плясавицей. Ибо Арефа, царь аравийский, мстя за бесчестие и поругание над его дочерью, собрал воинов и пошел с ними на Ирода; точно также и Ирод, собрав своих воинов, вышел на борьбу с Арефой. Произошла жаркая схватка воинов с той и другой стороны; воины Арефы победили воинов Иродовых; Ирод понес сильное поражение; почти все воины его были побиты, и сам он спасся с большим трудом. После этого Ирод лишен был своей власти и всех своих богатств кесарем римским и был послан на заточение с прелюбодейцею и дочерью ее первоначально в Лион, город галльский, потом был переслан оттуда в Илерду, город испанский, и здесь окончил жизнь свою в лишениях и бедствиях; но ранее своей смерти он видел смерть плясавицы, своей дочери, которая погибла таким образом:

Как-то раз зимою она пожелала перейти ради какой-то потребности реку, по имени Сикорис; когда она шла, лед подломился под нею и она упала в воду, погрузившись до шеи. По правосудию Божию, лед сдавил шею ее, так что она висела телом в воде, имея голову над льдом; и подобно тому, как некогда она плясала ногами по земле, так и на сей раз она не доставала ногами до земли, но только производила в воде беспомощные движения, как пляшущая, причем быстрое течение реки колебало ее; однако никто не мог оказать ей помощи; и до того времени висела окаянная в воде в таком положении, пока острый лед не перерезал шеи ее. Мерзкий труп ее, занесенный водою под лед, не был найден, глава же ее была принесена к Ироду и Иродиаде как некогда глава Предтечева, но только была отсечена не мечем, а льдом. Так наказало правосудие Божие плясавицу, которая повинна была в усечении честной главы святого Иоанна.

После сего погиб "с шумом" и беззаконный убийца Ирод с мерзкою Иродиадою; ибо повествуют, что они были пожраны живыми землею.

Святой же Иоанн, как при жизни своей, так и после кончины был Предтечею Христу Господу. Ибо предварив сошествие Господа в ад, он благовествовал находившимся в аду Бога, явившегося во плоти, и порадовал святых праотцев; с ними он был изведен из ада, после разрушения его по воскресении Христовом, и сподобился многих венцов в Царствии небесном, как девственник, как пустынножитель, как учитель и проповедник покаяния, как пророк, как Предтеча и Креститель и как мученик. По молитвам его да наставит и нас на путь истинного покаяния и да сподобит нас Царствия небесного Христос, милосердый Господь и Бог наш, Коему воссылается слава со Отцом и Святым Духом вечно. Аминь.


Примечания

[1] Древний, унаследованный от предков, обычай ужичества у евреев, состоял в следующем, по описанию книги Второзакония: "Если братья живут вместе и один из них умрет, не имея у себя сына, то жена умершего не должна выходить на сторону за человека чужого, но деверь ее должен войти к ней и взять ее себе в жену, и жить с нею, — и первенец, которого она родит, останется с именем брата его умершего, чтоб имя его не изгладилось в Израиле. Если же он не захочет взять невестку свою, то невестка его пойдет к воротам, к старейшинам, и скажет: "деверь мой отказывается восставить имя брата своего в Израиле, не хочет жениться на мне"; тогда старейшины города его должны призвать его и уговаривать его, и если он станет и скажет: "не хочу взять ее", тогда невестка его пусть пойдет к нему в глазах старейшин, и снимет сапог его с ноги его, и плюнет в лице его, и скажет: "так поступают с человеком, который не созидает дома брату своему [у Израиля]"; и нарекут ему имя в Израиле: дом разутого" (Втор.25:5-10). Обычай ужичества, получивший у евреев начало ранее времени патриарха Иакова, существовал и у моавитян; он был известен также и другим восточным народам, как например персам и др. Происхождение его объясняют различно; но скорее всего объяснения его следует искать в сильном желании восточных народов иметь детей с целью увековечения своего рода и своего имени в потомстве.

[2] Правителей областей.