Канон святителю Филиппу, митрополиту Московскому

Припев: Святи́телю, о́тче на́ш, Фили́ппе, моли́ Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 22 января (09 января ст. ст.); 16 июля (03 июля ст. ст.); 18 октября (05 октября ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Посе́ченый несеко́маго пресече́, и ви́де со́лнце зе́млю, ю́же не ви́де, лю́таго врага́ вода́ потопи́, и непроходи́мое про́йде Изра́иль, пе́снь же воспева́шеся: Го́сподеви пои́м, сла́вно бо просла́вися.

А́гнче Бо́жий и Сло́ве, светозаре́нием Свята́го Твоего́ Ду́ха, мра́чному уму́ моему́ светоно́сную лучу́ низпосли́, и сло́во ми́ вдохни́ восхвали́ти, его́же Са́м избра́л и прия́л еси́, ве́рх страда́льца свяще́ннаго Фили́ппа.

Благода́ть, свя́те, Боже́ственную рабу́ твоему́ у Бо́га испроси́, и разуме́ния мою́ испо́лни ду́шу, восхвали́ти житие́ твое́, Фили́ппе святи́телю, и́мже вся́ удиви́л еси́ подвиза́вся, Го́споду поя́: сла́вно бо просла́вися.

Вели́ких доброде́телей светозаре́нием сия́ющя твоя́ де́тели, преподо́бне: удиви́шася бо ца́рие кре́пкому твоему́ му́жеству, я́ко в наказа́нии к ни́м язы́к тво́й не ослабе́, и Го́споду поя́ше: сла́вно бо просла́вися.

Богоро́дичен: Глаго́лы богоглаго́ливых пропове́дников о Тебе́, Богома́ти, испо́лнишася: се́ бо родила́ еси́, Де́во, мла́до Отроча́, Ада́ма дре́вняго старе́йшо, и сопресто́льна Роди́телю, ми́ра всего́ на спасе́ние, и тле́ния измене́ние.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Утверди́ся се́рдце мое́ во Го́споде, вознесе́ся ро́г мо́й в Бо́зе мое́м, разшири́шася на враги́ моя́ уста́ моя́, возвесели́хся о спасе́нии Твое́м.

Доброде́телей на го́ру восте́кл еси́, и во мра́к виде́ния вше́л еси́, святи́телю Фили́ппе, и позна́л еси́ ели́ко вме́стно Непостижи́маго естество́м, просвеще́ния испо́лнен бы́в, о́тче, прия́л еси́ Боже́ственную благода́ть.

Еди́наго Бо́га добро́тою ищя́, и еди́ну Его́ получи́ти сла́ву жела́я, блаже́нне, сла́ву и че́сть земна́го пребыва́ния, я́ко преходя́щую оста́вил еси́, и я́ко уго́дник просия́л еси́ все́х Влады́ки Христа́.

Жела́нием Ду́ха пло́ти жела́ние увяди́л еси́, и себе́, блаже́нне, обручи́л еси́ сожи́тельницу чистоту́: от нея́же ча́да тебе́ роди́шася вся́ доброде́тели, присносла́вне, ча́до тя́ содева́ющыя невеще́ственнаго Све́та.

Богоро́дичен: Зми́я мы́сленнаго умертви́ла еси́, умертви́вшаго Ада́ма в раи́, и Е́ве прама́тери соде́лавшаго печа́ль, Жи́знь прозя́бши, Де́во чи́стая, от тле́ния на́с свободи́: Бо́г бо из Твои́х ложе́сн проше́д неизрече́нно.

Седа́лен, гла́с 8.

Я́ко апо́стола избра́ннаго тезоимени́т, о́тче, и подража́тель, беды́ претерпе́л еси́ и гоне́ния, ре́вность вообража́я проро́ка Илии́ и Крести́теля, му́жески обличи́л еси́ беззако́ннующыя, и престо́л вве́ренный тебе́ до́бре упра́вил еси́, ра́вное о́ных тече́ние сконча́в. Я́ко ми́лоть те́ло твое́ на земли́ оста́вил еси́, испуща́еши я́ко ми́ро благоуха́ния арома́т, и я́ко до́ждь излива́еши благода́ть духо́вну; напоя́я та́йно бразды́ серде́ц на́ших, Фили́ппе святи́телю: моли́ Христа́ Бо́га, грехо́в оставле́ние дарова́ти чту́щым любо́вию святу́ю па́мять твою́.

Сла́ва, и ны́не:

Я́ко де́ву и еди́ну в жена́х, Тя́ без се́мене ро́ждшую Бо́га пло́тию, вси́ ублажа́ем ро́ди челове́честии: о́гнь бо всели́ся в Тя́ Божества́, и я́ко Младе́нца млеко́м пита́еши Зижди́теля и Го́спода. Те́м а́нгельский и челове́ческий ро́д, досто́йно сла́вим пресвято́е рождество́ Твое́, и согла́сно вопие́м Ти́: моли́ Христа́ Бо́га, согреше́ний оставле́ние дарова́ти покланя́ющымся ве́рою пресвято́му рождеству́ Твоему́.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Проро́к Авваку́м у́мныма очи́ма прови́де, Го́споди, прише́ствие Твое́, те́м и вопия́ше: от ю́га прии́дет Бо́г. Сла́ва си́ле Твое́й, сла́ва снизхожде́нию Твоему́.

Зло́бою дви́жимии на тя́ незло́биваго а́гнца, я́ко ди́вии зве́рие воста́ша: словесы́ твои́ми я́ко остно́м сре́чеми не терпя́ще, я́ростию поощря́хуся, святи́телю Богому́дре.

И́мать тя́ засту́пника ми́р ве́сь, и помо́щника в напа́стех: я́ко бо побо́рник ве́рен, и ско́рый предста́тель, к твое́й па́стве прири́щущыя напа́стей и бе́д изъима́еши, свяще́нными твои́ми моли́твами.

Испо́лнив до́брыя по́двиги, тезоимени́те, жела́ннаго, Богому́дре, сподо́бился еси́ безсме́ртия, иде́же ра́дуяся вене́ц побе́ды взя́л еси́, и вопие́ши: сла́ва си́ле Твое́й, сла́ва, Христе́, прише́ствию Твоему́.

Богоро́дичен: Кре́пость все́х враго́в низложи́, Ма́ти Бо́жия, оскорбля́ющих воспева́ющыя Тя́, я́ко ро́ждшая Го́спода сла́вы. невреди́мо Твое́ ста́до спаса́й от злы́х прираже́ний, я́ко да по до́лгу Тя́ ублажа́ем.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Мра́к души́ моея́ разжени́, Светода́вче Христе́ Бо́же, началоро́дную тму́ изгна́в бе́здны, и да́руй ми́ све́т повеле́ний Твои́х, Сло́ве, да у́тренюя сла́влю Тя́.

Я́ко луча́ пра́вды Со́лнца яви́ся ми́ру, светлостьми́ доброде́телей, предста́тельство твое́, святи́телю Фили́ппе, разоря́ющее о́блак наше́дших бе́д: тя́ и ны́не пою́щыя в ми́ре сохрани́, и просла́ви я́ красото́ю и просвети́.

Ме́ч обоюдоо́стр язы́к тво́й показа́ся, в Христо́в стра́х вооружи́вся, блаже́нне, разу́мно изъобличи́в нача́льствующыя, во свиде́тельство Христа́ Всецаря́, вино́вна на среду́ приводя́, и Боже́ственныя Его́ ученики́.

Но́в яви́лся еси́ ре́вностию, я́коже вторы́й Моисе́й, не зна́мении стра́шными удивля́я, но Боже́ственных слове́с уче́нии наставля́я к ти́хому приста́нищу но́ваго Изра́иля, от страсте́й Еги́пта изводя́.

Богоро́дичен: О́блак разу́мный Тя́ имену́ем, из Тебе́ бо Христо́с возсия́, всенепоро́чная, и простра́ннейшу Тя́ небе́с показа́. Того́ бо неискусому́жно родила́ еси́, Чи́стая, воплоще́нна за милосе́рдие неисповеди́мое.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Ио́ну в ки́те, Го́споди, еди́наго всели́л еси́, мене́ же свя́заннаго мре́жами вра́жиими, я́ко от тли́ о́наго, спаси́.

Промышле́ние о́бщее творя́ о пасо́мых тобо́ю, е́же бы́ти и́м душе́ю и се́рдцем единосло́вне, во Христо́ве еди́ней ве́ре пребыва́ющым: язы́ческия же отрева́л еси́ обы́чаи, и разделе́ния бежа́ти, му́дре, научи́л еси́.

Ре́вностию Христо́вою поостри́вся, я́рость самодержа́внаго на кро́тость преложи́ти тща́лся еси́, и к преще́нием царе́вым непрекло́нен отню́д бы́л еси́, я́ко Христо́вых за́поведей де́латель, и показа́лся еси́ я́ко кре́пок хра́брник, за па́ству твою́ пострада́в да́же до сме́рти, ра́дуяся.

Светоно́сную лучу́, сия́ющу во мра́це жития́ су́щым, святи́телю Фили́ппе, ви́дим тя́, и я́ко свещу́ неугаси́мую, невеще́ственному приобщи́вшагося Све́ту, и вся́ освеща́юща концы́, и тму́ неразу́мия оте́млюща.

Богоро́дичен: Тя́ иногда́ написа́ скрижа́ль богообра́зне во проро́цех Моисе́й, све́щник же Све́та и се́нь, и же́зл процве́тший, Всенепоро́чная, и ста́мну, ма́нну нося́щую, и ле́ствицу, е́юже возведо́хомся от земли́ к высоте́.

Конда́к, гла́с 3.

Правосла́вия наста́вника, и и́стины провозве́стника, Златоу́стаго ревни́теля, Росси́йскаго свети́льника, Фили́ппа прему́драго восхва́лим, пи́щею слове́с свои́х разу́мно ча́да своя́ пита́юща: то́й бо язы́ком хвале́ние поя́ше, устна́ма же пе́ние веща́ше, я́ко таи́нник Бо́жия благода́ти.

И́кос:

Прииди́те, любострада́льцы, пе́нием и пе́сньми духо́вными па́мять священному́ченика соверша́юще, Боже́ственне возвесели́мся. вре́мя на́шего весе́лия и натрижне́ния наста́, в не́же прие́млем страсте́й разреше́ния да́р. Я́ко бо сто́лп о́гнен яви́ся попаля́ющ беззако́ннующих главы́, ве́рных же просвеща́ющ ду́шы уче́ньми Богоразу́мия, и в Боже́ственный гра́д Го́рний Иерусали́м, я́ко друга́го Изра́иля вводя́щ, я́ко учени́к Бо́жия благода́ти.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: На по́ле Деи́ре иногда́ мучи́тель пе́щь поста́ви на муче́ние Богоно́сных, в не́йже три́ о́троки песносло́вяху Еди́наго Бо́га, тро́ично воспева́ху глаго́люще: оте́ц Бо́же, благослове́н еси́.

Укра́шен благоле́пно Го́споду предста́л еси́, доброде́тельными по́двиги, вене́ц же нося́ страда́ния, испещре́н кро́вными ка́плями, святи́телю Фили́ппе. Те́мже соверша́ющыя светоно́сную па́мять твою́ при́сно помина́й, и пою́щыя: оте́ц на́ших бо́же, благослове́н еси́.

Фараони́т мы́сленных враго́в ополче́ния, блаже́нне, избе́г, легко́ преше́л еси́ к Го́рним, та́мо водворя́яся, иде́же по́честь сла́вы получи́в терпе́нием, во све́те пра́ведных, в ра́довании святы́х, воспева́я: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Хва́лят тя́ блажа́ще любо́вию, прити́чущии к ра́це твое́й, блаже́нне: в не́й бо мо́щи твоя́ целу́юще, оби́льно благода́ть прие́млют: прикоснове́нием бо вре́д оче́с исцели́л еси́, и боле́знь зубо́в облегчи́л еси́, пою́щих: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Богоро́дичен: От любве́ душе́вныя вопию́ Ти, Влады́чице, пресве́тлаго Со́лнца о́блаче, спаси́тельная две́ре, Небе́сная врата́, ле́ствице мы́сленная, все́х христиа́н мольбу́ приими́ Тя́ блажа́щих, наде́жду ду́ш на́ших, и Сы́ну Твоему́ зову́щих: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Покрыва́яй вода́ми превы́спренняя Своя́, полага́яй мо́рю преде́л песо́к, и содержа́й вся́, Тя́ пое́т со́лнце, Тя́ сла́вит луна́, Тебе́ прино́сит пе́снь вся́ тва́рь, я́ко Соде́телю все́х во ве́ки.

Цели́ши незави́стно ве́рно призыва́ющыя тя́: я́ко предста́в а́бие разсла́бленна возста́вил еси́, и стра́ждущему ятро́ прикоснове́нием ручны́м уврачи́л еси́, уны́нием скорбя́ща, явле́нием твои́м, в ра́дость претвори́л еси́, при́сно де́йствуя вся́, блаже́нне, все́м во ве́ки.

Че́сть многоце́нную твоему́ верху́, страда́ния вене́ц, я́ко победоно́сцу, живоно́сною десни́цею зижди́тель возложи́, всеблаже́нне: те́ло же твое́ соблюде́ невреди́мо от боко́в землены́х, испуща́ющее благоуха́ния арома́т. Си́це тя́ просла́ви Подвигополо́жник во вся́ ве́ки.

Шата́ния и бра́ни междоусо́бныя укроти́, и свире́пеющыя во́лки на ста́до твое́, блаже́нне, я́ко и́стинный па́стырь моли́тв твои́х па́лицею дале́че отжени́, и оте́чество на́ше держа́вно устро́й, и воста́ния язы́ков покори́, да я́ко предста́теля тя́ воспева́ем во ве́ки.

Богоро́дичен: Щито́м ве́ры хра́м Тво́й святы́й, Богоро́дице Де́во, сохрани́, и в не́м славосло́вящыя Тя́ ку́пно сла́вы Твоея́ сподо́би, и нахожде́ния ва́рварскаго и томле́ния и́х изба́ви ны́, ума́ на́шего во́лны свире́пыя укроти́ моли́твою Твое́ю, Всепе́тая.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Благослове́н Госпо́дь Бо́г Изра́илев, воздви́гнувый ро́г спасе́ния на́м, в дому́ Дави́дове о́трока Своего́: в ни́хже посети́ на́с Восто́к с высоты́, и напра́вил ны́ е́сть на пу́ть ми́ра.

Еди́но естество́ Тро́ицы богосло́вил еси́, су́етным же поуча́ющыяся сме́ло, всему́дре, обличи́в, и боже́ственными наказа́нии твои́ми ве́рныя увеща́в, му́дре, укрепи́л еси́, А́нгелов сожи́телю, святи́телю Фили́ппе, па́мять твою́ пра́зднующыя в ми́ре соблюди́.

Ю́ношам немова́ние сро́дно присвое́ние быва́ет, но отце́м любе́зно вои́стинну: ты́ же, о́тче, приими́ на́ше сие́ благодаре́ние, не я́ко досто́йно и́стинно твоея́ хвалы́, но я́ко от усе́рдия тебе́ приноси́мо: не бо́ мо́жем ле́потно хвали́ти тя́ и велича́ти.

Я́ко апо́столов сопресто́лен, и му́чеников слико́вен, святи́телем равноче́стен, страстоте́рпче Фили́ппе, предста́тельством твои́м пою́щыя тя́ в ми́ре сохрани́, и оте́чества на́шего ро́г возвы́си, ва́рварская же свире́пства низложи́, да ра́дующеся пое́м тя́ велича́юще.

Богоро́дичен: О Све́та прия́телище, Богора́дованная Влады́чице, святи́телем вои́стинну утвержде́ние, и преподо́бным все́м похвало́! Спаси́ ны от бе́д и обстоя́ний, и язы́ков наше́ствия, воспева́ющыя Тя́ Многопе́тую.

Свети́лен.

Ревни́телю целому́дрия, от ю́наго воспита́ния, святи́телю Фили́ппе, потща́лся еси́ за и́стину укоря́емь и изгна́н бы́ти, и тоя́ ра́ди сме́рть го́рькую подъя́л еси́: и ны́не на Небесе́х предстоя́ престо́лу Святы́я Тро́ицы при́сно о на́с моли́ся, ве́рою и любо́вию соверша́ющих па́мять твою́.

Сла́ва, и ны́не:

Щедро́ты Твоя́, Бо́же, на лю́ди Твоя́ низпосли́ моли́твами пречи́стыя Твоея́ Ма́тере, и все́х святы́х: и ра́ди святи́теля Твоего́ Фили́ппа, да́руй на́м ве́лию ми́лость.

Пѣ́снь а҃.

І҆рмо́съ: Посѣ́ченый несѣко́маго пресѣчѐ, и҆ ви́дѣ сл҃нце зе́млю, ю҆́же не ви́дѣ, лю́таго врага̀ вода̀ потопѝ, и҆ непроходи́мое про́йде і҆и҃ль, пѣ́снь же воспѣва́шесѧ: гдⷭ҇еви пои́мъ, сла́внѡ бо просла́висѧ.

А҆́гнче бж҃їй и҆ сло́ве, свѣтозаре́нїемъ ст҃а́гѡ твоегѡ̀ дх҃а, мра́чномꙋ ᲂу҆мꙋ̀ моемꙋ̀ свѣтоно́снꙋю лꙋчꙋ̀ низпослѝ, и҆ сло́во мѝ вдохнѝ восхвали́ти, є҆го́же са́мъ и҆збра́лъ и҆ прїѧ́лъ є҆сѝ, ве́рхъ страда́льца свѧще́ннаго фїлі́ппа.

Бл҃года́ть, свѧ́те, бжⷭ҇твеннꙋю рабꙋ̀ твоемꙋ̀ ᲂу҆ бг҃а и҆спросѝ, и҆ разꙋмѣ́нїѧ мою̀ и҆спо́лни дꙋ́шꙋ, восхвали́ти житїѐ твоѐ, фїлі́ппе ст҃и́телю, и҆́мже всѧ̑ ᲂу҆диви́лъ є҆сѝ подвиза́всѧ, гдⷭ҇ꙋ поѧ̀: сла́внѡ бо просла́висѧ.

Вели́кихъ добродѣ́телей свѣтозаре́нїемъ сїѧ́ющѧ твоѧ̑ дѣ́тєли, прпⷣбне: ᲂу҆диви́шасѧ бо ца́рїе крѣ́пкомꙋ твоемꙋ̀ мꙋ́жествꙋ, ꙗ҆́кѡ въ наказа́нїи къ ни̑мъ ѧ҆зы́къ тво́й не ѡ҆слабѣ̀, и҆ гдⷭ҇ꙋ поѧ́ше: сла́внѡ бо просла́висѧ.

Бг҃оро́диченъ: Глаго́лы бг҃оглаго́ливыхъ проповѣ́дникѡвъ ѡ҆ тебѣ̀, бг҃ома́ти, и҆спо́лнишасѧ: се́ бо родила̀ є҆сѝ, дв҃о, мла́до ѻ҆троча̀, а҆да́ма дре́внѧгѡ старѣ́йшо, и҆ сопресто́льна роди́телю, мі́ра всегѡ̀ на спасе́нїе, и҆ тлѣ́нїѧ и҆змѣне́нїе.

Пѣ́снь г҃.

І҆рмо́съ: Оу҆тверди́сѧ се́рдце моѐ во гдⷭ҇ѣ, вознесе́сѧ ро́гъ мо́й въ бз҃ѣ мое́мъ, разшири́шасѧ на врагѝ моѧ̑ ᲂу҆ста̀ моѧ̑, возвесели́хсѧ ѡ҆ спасе́нїи твое́мъ.

Добродѣ́телей на го́рꙋ восте́клъ є҆сѝ, и҆ во мра́къ видѣ́нїѧ вше́лъ є҆сѝ, ст҃и́телю фїлі́ппе, и҆ позна́лъ є҆сѝ є҆ли́кѡ вмѣ́стно непостижи́маго є҆стество́мъ, просвѣще́нїѧ и҆спо́лненъ бы́въ, ѻ҆́ч҃е, прїѧ́лъ є҆сѝ бжⷭ҇твеннꙋю бл҃года́ть.

Е҆ди́наго бг҃а добро́тою и҆щѧ̀, и҆ є҆ди́нꙋ є҆гѡ̀ полꙋчи́ти сла́вꙋ жела́ѧ, бл҃же́нне, сла́вꙋ и҆ че́сть земна́гѡ пребыва́нїѧ, ꙗ҆́кѡ преходѧ́щꙋю ѡ҆ста́вилъ є҆сѝ, и҆ ꙗ҆́кѡ ᲂу҆го́дникъ просїѧ́лъ є҆сѝ всѣ́хъ влⷣки хрⷭ҇та̀.

Жела́нїемъ дꙋ́ха пло́ти жела́нїе ᲂу҆вѧди́лъ є҆сѝ, и҆ себѣ̀, блаже́нне, ѡ҆брꙋчи́лъ є҆сѝ сожи́тельницꙋ чистотꙋ̀: ѿ неѧ́же ча̑да тебѣ̀ роди́шасѧ всѧ̑ добродѣ́тєли, присносла́вне, ча́до тѧ̀ содѣва́ющыѧ невеще́ственнагѡ свѣ́та.

Бг҃оро́диченъ: Ѕмі́ѧ мы́сленнаго ᲂу҆мертви́ла є҆сѝ, ᲂу҆мертви́вшаго а҆да́ма въ раѝ, и҆ є҆́ѵѣ прама́тери содѣ́лавшаго печа́ль, жи́знь прозѧ́бши, дв҃о чⷭ҇таѧ, ѿ тлѣ́нїѧ на́съ свободѝ: бг҃ъ бо и҆зъ твои́хъ ложе́снъ проше́дъ неизрече́ннѡ.

Сѣда́ленъ, гла́съ и҃.

Ꙗ҆́кѡ а҆пⷭ҇ла и҆збра́ннагѡ тезоимени́тъ, ѻ҆́ч҃е, и҆ подража́тель, бѣды̑ претерпѣ́лъ є҆сѝ и҆ гонє́нїѧ, ре́вность воѡбража́ѧ прⷪ҇ро́ка и҆лїѝ и҆ крⷭ҇ти́телѧ, мꙋ́жески ѡ҆бличи́лъ є҆сѝ беззако́ннꙋющыѧ, и҆ престо́лъ ввѣ́ренный тебѣ̀ до́брѣ ᲂу҆пра́вилъ є҆сѝ, ра́вное ѻ҆́ныхъ тече́нїе сконча́въ. ꙗ҆́кѡ ми́лѡть тѣ́ло твоѐ на землѝ ѡ҆ста́вилъ є҆сѝ, и҆спꙋща́еши ꙗ҆́кѡ мѵ́ро благоꙋха̑нїѧ а҆рѡма́тъ, и҆ ꙗ҆́кѡ до́ждь и҆злива́еши благода́ть дꙋхо́внꙋ; напоѧ́ѧ та́йнѡ бразды̑ серде́цъ на́шихъ, фїлі́ппе ст҃и́телю: молѝ хрⷭ҇та̀ бг҃а, грѣхѡ́въ ѡ҆ставле́нїе дарова́ти чтꙋ́щымъ любо́вїю свѧтꙋ́ю па́мѧть твою̀.

Богоро́дичен: Сла́ва, и҆ ны́нѣ, бг҃оро́диченъ: Ꙗ҆́кѡ дв҃ꙋ и҆ є҆ди́нꙋ въ жена́хъ, тѧ̀ безъ сѣ́мене ро́ждшꙋю бг҃а пло́тїю, всѝ ᲂу҆блажа́емъ ро́ди человѣ́честїи: ѻ҆́гнь бо всели́сѧ въ тѧ̀ бжⷭ҇тва̀, и҆ ꙗ҆́кѡ млⷣнца млеко́мъ пита́еши зижди́телѧ и҆ гдⷭ҇а. тѣ́мъ а҆́гг҃льскїй и҆ человѣ́ческїй ро́дъ, досто́йнѡ сла́вимъ прест҃о́е ржⷭ҇тво̀ твоѐ, и҆ согла́снѡ вопїе́мъ тѝ: молѝ хрⷭ҇та̀ бг҃а, согрѣше́нїй ѡ҆ставле́нїе дарова́ти покланѧ́ющымсѧ вѣ́рою прест҃о́мꙋ ржⷭ҇твꙋ̀ твоемꙋ̀.

Пѣ́снь д҃.

І҆рмо́съ: Прⷪ҇ро́къ а҆ввакꙋ́мъ ᲂу҆́мныма ѻ҆чи́ма прови́дѣ, гдⷭ҇и, прише́ствїе твоѐ, тѣ́мъ и҆ вопїѧ́ше: ѿ ю҆́га прїи́детъ бг҃ъ. сла́ва си́лѣ твое́й, сла́ва снизхожде́нїю твоемꙋ̀.

Ѕло́бою дви́жимїи на тѧ̀ неѕло́биваго а҆́гнца, ꙗ҆́кѡ ди́вїи ѕвѣ́рїе воста́ша: словесы̀ твои́ми ꙗ҆́кѡ ѻ҆стно́мъ срѣ́чеми не терпѧ́ще, ꙗ҆́ростїю поѡщрѧ́хꙋсѧ, ст҃и́телю бг҃омꙋ́дре.

И҆мѣ́ѧ тѧ̀ застꙋ́пника мі́ръ ве́сь, и҆ помо́щника въ напа́стехъ: ꙗ҆́кѡ бо побо́рникъ вѣ́ренъ, и҆ ско́рый предста́тель, къ твое́й па́ствѣ прири́щꙋщыѧ напа́стей и҆ бѣ́дъ и҆з̾има́еши, свѧще́нными твои́ми моли́твами.

И҆спо́лнивъ дѡ́брыѧ по́двиги, тезоимени́те, жела́ннагѡ, бг҃омꙋ́дре, сподо́билсѧ є҆сѝ безсме́ртїѧ, и҆дѣ́же ра́дꙋѧсѧ вѣне́цъ побѣ́ды взѧ́лъ є҆сѝ, и҆ вопїе́ши: сла́ва си́лѣ твое́й, сла́ва, хрⷭ҇тѐ, прише́ствїю твоемꙋ̀.

Бг҃оро́диченъ: Крѣ́пость всѣ́хъ врагѡ́въ низложѝ, мт҃и бж҃їѧ, ѡ҆скорблѧ́ющихъ воспѣва́ющыѧ тѧ̀, ꙗ҆́кѡ ро́ждшаѧ гдⷭ҇а сла́вы. невреди́мо твоѐ ста́до спаса́й ѿ ѕлы́хъ прираже́нїй, ꙗ҆́кѡ да по до́лгꙋ тѧ̀ ᲂу҆блажа́емъ.

Пѣ́снь є҃.

І҆рмо́съ: Мра́къ дꙋшѝ моеѧ̀ разженѝ, свѣтода́вче хрⷭ҇тѐ бж҃е, началоро́днꙋю тмꙋ̀ и҆згна́въ бе́здны, и҆ да́рꙋй мѝ свѣ́тъ повелѣ́нїй твои́хъ, сло́ве, да ᲂу҆́тренюѧ сла́влю тѧ̀.

Ꙗ҆́кѡ лꙋча̀ пра́вды со́лнца ꙗ҆ви́сѧ мі́рꙋ, свѣтлостьмѝ добродѣ́телей, предста́тельство твоѐ, ст҃и́телю фїлі́ппе, разорѧ́ющее ѻ҆́блакъ наше́дшихъ бѣ́дъ: тѧ̀ и҆ ны́нѣ пою́щыѧ въ ми́рѣ сохранѝ, и҆ просла́ви ѧ҆̀ красото́ю и҆ просвѣтѝ.

Ме́чь ѻ҆боюдоѻ́стръ ѧ҆зы́къ тво́й показа́сѧ, въ хрⷭ҇то́въ стра́хъ воѡрꙋжи́всѧ, блаже́нне, разꙋ́мнѡ и҆з̾ѡбличи́въ нача́льствꙋющыѧ, во свидѣ́тельство хрⷭ҇та̀ всецарѧ̀, вино́вна на средꙋ̀ приводѧ̀, и҆ бжⷭ҇твєнныѧ є҆гѡ̀ ᲂу҆ченикѝ.

Но́въ ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ ре́вностїю, ꙗ҆́коже вторы́й мѡѷсе́й, не зна́мєнїи стра́шными ᲂу҆дивлѧ́ѧ, но бжⷭ҇твенныхъ слове́съ ᲂу҆чє́нїи наставлѧ́ѧ къ ти́хомꙋ приста́нищꙋ но́ваго і҆и҃лѧ, ѿ страсте́й є҆гѵ́пта и҆зводѧ̀.

Бг҃оро́диченъ: Ѻ҆́блакъ разꙋ́мный тѧ̀ и҆менꙋ́емъ, и҆зъ тебє́ бо хрⷭ҇то́съ возсїѧ̀, всенепоро́чнаѧ, и҆ простра́ннѣйшꙋ тѧ̀ нб҃съ показа̀. того́ бо неискꙋсомꙋ́жнѡ родила̀ є҆сѝ, чⷭ҇таѧ, воплоще́нна за милосе́рдїе неисповѣди́мое.

Пѣ́снь ѕ҃.

І҆рмо́съ: І҆ѡ́нꙋ въ ки́тѣ, гдⷭ҇и, є҆ди́наго всели́лъ є҆сѝ, мене́ же свѧ́заннаго мре́жами вра́жїими, ꙗ҆́кѡ ѿ тлѝ ѻ҆́наго, спасѝ.

Промышле́нїе ѻ҆́бщее творѧ̀ ѡ҆ пасо́мыхъ тобо́ю, є҆́же бы́ти и҆̀мъ дꙋше́ю и҆ се́рдцемъ є҆диносло́внѣ, во хрⷭ҇то́вѣ є҆ди́нѣй вѣ́рѣ пребыва́ющымъ: ꙗ҆зы́ческїѧ же ѿрѣва́лъ є҆сѝ ѻ҆бы̑чаи, и҆ раздѣле́нїѧ бѣжа́ти, мꙋ́дре, наꙋчи́лъ є҆сѝ.

Ре́вностїю хрⷭ҇то́вою поѡстри́всѧ, ꙗ҆́рость самодержа́внагѡ на кро́тость преложи́ти тща́лсѧ є҆сѝ, и҆ къ преще́нїємъ царє́вымъ непрекло́ненъ ѿню́дъ бы́лъ є҆сѝ, ꙗ҆́кѡ хрⷭ҇то́выхъ за́повѣдей дѣ́латель, и҆ показа́лсѧ є҆сѝ ꙗ҆́кѡ крѣ́покъ хра́брникъ, за па́ствꙋ твою̀ пострада́въ да́же до сме́рти, ра́дꙋѧсѧ.

Свѣтоно́снꙋю лꙋчꙋ̀, сїѧ́ющꙋ во мра́цѣ житїѧ̀ сꙋ́щымъ, ст҃и́телю фїлі́ппе, ви́димъ тѧ̀, и҆ ꙗ҆́кѡ свѣщꙋ̀ неꙋгаси́мꙋю, невеще́ственномꙋ приѡбщи́вшагосѧ свѣ́тꙋ, и҆ всѧ̑ ѡ҆свѣща́юща концы̀, и҆ тмꙋ̀ неразꙋ́мїѧ ѿе́млюща.

Бг҃оро́диченъ: Тѧ̀ и҆ногда̀ написа̀ скрижа́ль бг҃оѻбра́знѣ во прⷪ҇ро́цѣхъ мѡѷсе́й, свѣ́щникъ же свѣ́та и҆ сѣ́нь, и҆ же́злъ процвѣ́тшїй, всенепоро́чнаѧ, и҆ ста́мнꙋ, ма́ннꙋ носѧ́щꙋю, и҆ лѣ́ствицꙋ, є҆́юже возведо́хомсѧ ѿ землѝ къ высотѣ̀.

Конда́къ, гла́съ г҃.

Правосла́вїѧ наста́вника, и҆ и҆́стины провозвѣ́стника, златоꙋ́стаго ревни́телѧ, рѡссі́йскаго свѣти́льника, фїлі́ппа премꙋ́драго восхва́лимъ, пи́щею слове́съ свои́хъ разꙋ́мнѡ ча̑да своѧ̑ пита́юща: то́й бо ѧ҆зы́комъ хвале́нїе поѧ́ше, ᲂу҆стна́ма же пѣ́нїе вѣща́ше, ꙗ҆́кѡ таи́нникъ бж҃їѧ благода́ти.

І҆́косъ:

Прїиди́те, любострада́льцы, пѣ́нїемъ и҆ пѣ́сньми дꙋхо́вными па́мѧть свѧщенномч҃ника соверша́юще, бжⷭ҇твеннѣ возвесели́мсѧ. вре́мѧ на́шегѡ весе́лїѧ и҆ натрижне́нїѧ наста̀, въ не́же прїе́млемъ страсте́й разрѣше́нїѧ да́ръ. ꙗ҆́кѡ бо сто́лпъ ѻ҆́гненъ ꙗ҆ви́сѧ попалѧ́ющъ беззако́ннꙋющихъ главы̑, вѣ́рныхъ же просвѣща́ющъ дꙋ́шы ᲂу҆че́ньми бг҃оразꙋ́мїѧ, и҆ въ бжⷭ҇твенный гра́дъ го́рнїй і҆ерⷭ҇ли́мъ, ꙗ҆́кѡ дрꙋга́го і҆и҃лѧ вводѧ́щъ, ꙗ҆́кѡ ᲂу҆чени́къ бж҃їѧ бл҃года́ти.

Пѣ́снь з҃.

І҆рмо́съ: На по́лѣ деи́рѣ и҆ногда̀ мꙋчи́тель пе́щь поста́ви на мꙋче́нїе бг҃оно́сныхъ, въ не́йже трѝ ѻ҆́троки пѣсносло́вѧхꙋ є҆ди́наго бг҃а, трⷪ҇чнѡ воспѣва́хꙋ глаго́люще: ѻ҆тє́цъ бж҃е, благослове́нъ є҆сѝ.

Оу҆кра́шенъ благолѣ́пнѡ гдⷭ҇ꙋ предста́лъ є҆сѝ, добродѣ́тельными пѡ́двиги, вѣне́цъ же носѧ̀ страда́нїѧ, и҆спещре́нъ кро́вными ка́плѧми, ст҃и́телю фїлі́ппе. тѣ́мже соверша́ющыѧ свѣтоно́снꙋю па́мѧть твою̀ при́снѡ помина́й, и҆ пою́щыѧ: ѻ҆тє́цъ на́шихъ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Фараѡни̑тъ мы́сленныхъ врагѡ́въ ѡ҆полче́нїѧ, бл҃же́нне, и҆збѣ́гъ, легкѡ̀ преше́лъ є҆сѝ къ гѡ́рнимъ, та́мѡ водворѧ́ѧсѧ, и҆дѣ́же по́честь сла́вы полꙋчи́въ терпѣ́нїемъ, во свѣ́тѣ пра́ведныхъ, въ ра́дованїи ст҃ы́хъ, воспѣва́ѧ: ѻ҆тє́цъ на́шихъ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Хва́лѧтъ тѧ̀ блажа́ще любо́вїю, прити́чꙋщїи къ ра́цѣ твое́й, бл҃же́нне: въ не́й бо мо́щи твоѧ̑ цѣлꙋ́юще, ѻ҆би́льнѡ благода́ть прїе́млютъ: прикоснове́нїемъ бо вре́дъ ѻ҆че́съ и҆сцѣли́лъ є҆сѝ, и҆ болѣ́знь зꙋбѡ́въ ѡ҆блегчи́лъ є҆сѝ, пою́щихъ: ѻ҆тє́цъ на́шихъ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Бг҃оро́диченъ: Ѿ любвѐ дꙋше́вныѧ вопїю́ ти, влⷣчце, пресвѣ́тлагѡ сл҃нца ѻ҆́блаче, спаси́тельнаѧ две́ре, нбⷭ҇наѧ врата̀, лѣ́ствице мы́сленнаѧ, всѣ́хъ хрⷭ҇тїа́нъ мольбꙋ̀ прїими́ тѧ блажа́щихъ, наде́ждꙋ дꙋ́шъ на́шихъ, и҆ сн҃ꙋ твоемꙋ̀ зовꙋ́щихъ: ѻ҆тє́цъ на́шихъ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Пѣ́снь и҃.

І҆рмо́съ: Покрыва́ѧй вода́ми превы́спрєннѧѧ своѧ̑, полага́ѧй мо́рю предѣ́лъ песо́къ, и҆ содержа́й всѧ̑, тѧ̀ пое́тъ со́лнце, тѧ̀ сла́витъ лꙋна̀, тебѣ̀ прино́ситъ пѣ́снь всѧ̀ тва́рь, ꙗ҆́кѡ содѣ́телю всѣ́хъ во вѣ́ки.

Цѣли́ши незави́стнѡ вѣ́рнѡ призыва́ющыѧ тѧ̀: ꙗ҆́кѡ предста́въ а҆́бїе разсла́бленна возста́вилъ є҆сѝ, и҆ стра́ждꙋщемꙋ ꙗ҆тро̀ прикоснове́нїемъ рꙋчны́мъ ᲂу҆врачи́лъ є҆сѝ, ᲂу҆ны́нїемъ скорбѧ́ща, ꙗ҆вле́нїемъ твои́мъ, въ ра́дость претвори́лъ є҆сѝ, при́снѡ дѣ́йствꙋѧ всѧ̑, бл҃же́нне, всѣ̑мъ во вѣ́ки.

Че́сть многоцѣ́ннꙋю твоемꙋ̀ верхꙋ̀, страда́нїѧ вѣне́цъ, ꙗ҆́кѡ побѣдоно́сцꙋ, живоно́сною десни́цею зижди́тель возложѝ, всеблаже́нне: тѣ́ло же твоѐ соблюдѐ невреди́мо ѿ бокѡ́въ землены́хъ, и҆спꙋща́ющее благоꙋха̑нїѧ а҆рѡма́тъ. си́це тѧ̀ просла́ви подвигополо́жникъ во всѧ̑ вѣ́ки.

Шата̑нїѧ и҆ бра̑ни междоꙋсѡ́бныѧ ᲂу҆кротѝ, и҆ свирѣ́пѣющыѧ во́лки на ста́до твоѐ, блаже́нне, ꙗ҆́кѡ и҆́стинный па́стырь моли́твъ твои́хъ па́лицею дале́че ѿженѝ, и҆ ѻ҆те́чество на́ше держа́внѡ ᲂу҆стро́й, и҆ воста̑нїѧ ꙗ҆зы́кѡвъ покорѝ, да ꙗ҆́кѡ предста́телѧ тѧ̀ воспѣва́емъ во вѣ́ки.

Бг҃оро́диченъ: Щито́мъ вѣ́ры хра́мъ тво́й ст҃ы́й, бцⷣе дв҃о, сохранѝ, и҆ въ не́мъ славосло́вѧщыѧ тѧ̀ кꙋ́пнѡ сла́вы твоеѧ̀ сподо́би, и҆ нахожде́нїѧ ва́рварскагѡ и҆ томле́нїѧ и҆́хъ и҆зба́ви ны̀, ᲂу҆ма̀ на́шегѡ во́лны свирѣ̑пыѧ ᲂу҆кротѝ моли́твою твое́ю, всепѣ́таѧ.

Пѣ́снь ѳ҃.

І҆рмо́съ: Бл҃гослове́нъ гдⷭ҇ь бг҃ъ і҆и҃левъ, воздви́гнꙋвый ро́гъ спасе́нїѧ на́мъ, въ домꙋ̀ дв҃довѣ ѻ҆́трока своего̀: въ ни́хже посѣтѝ на́съ восто́къ съ высоты̀, и҆ напра́вилъ ны̀ є҆́сть на пꙋ́ть ми́ра.

Є҆ди́но є҆стество̀ трⷪ҇цы бг҃осло́вилъ є҆сѝ, сꙋ́єтнымъ же поꙋча́ющыѧсѧ смѣ́лѡ, всемꙋ́дре, ѡ҆бличи́въ, и҆ бжⷭ҇твенными наказа̑нїи твои́ми вѣ̑рныѧ ᲂу҆вѣща́въ, мꙋ́дре, ᲂу҆крѣпи́лъ є҆сѝ, а҆́гг҃лѡвъ сожи́телю, ст҃и́телю фїлі́ппе, па́мѧть твою̀ пра́зднꙋющыѧ въ ми́рѣ соблюдѝ.

Ю҆́ношамъ нѣмова́нїе сро́дно присвое́нїе быва́етъ, но ѻ҆ц҃є́мъ любе́зно вои́стиннꙋ: ты́ же, ѻ҆́ч҃е, прїимѝ на́ше сїѐ благодаре́нїе, не ꙗ҆́кѡ досто́йно и҆́стиннѡ твоеѧ̀ хвалы̀, но ꙗ҆́кѡ ѿ ᲂу҆се́рдїѧ тебѣ̀ приноси́мо: не бо̀ мо́жемъ лѣ́потнѡ хвали́ти тѧ̀ и҆ велича́ти.

Ꙗ҆́кѡ а҆пⷭ҇лѡвъ сопресто́ленъ, и҆ мꙋ́ченикѡвъ слико́венъ, ст҃и́телємъ равноче́стенъ, страстоте́рпче фїлі́ппе, предста́тельствомъ твои́мъ пою́щыѧ тѧ̀ въ ми́рѣ сохранѝ, и҆ ѻ҆те́чества на́шегѡ ро́гъ возвы́си, ва̑рварскаѧ же свирѣ̑пства низложѝ, да ра́дꙋющесѧ пое́мъ тѧ̀ велича́юще.

Бг҃оро́диченъ: Ѽ свѣ́та прїѧ́телище, бг҃ора́дованнаѧ влⷣчце, ст҃и́телємъ вои́стиннꙋ ᲂу҆твержде́нїе, и҆ прпⷣбнымъ всѣ̑мъ похвало̀! спаси́ ны ѿ бѣ́дъ и҆ ѡ҆бстоѧ́нїй, и҆ ꙗ҆зы́кѡвъ наше́ствїѧ, воспѣва́ющыѧ тѧ̀ многопѣ́тꙋю.

Свѣти́ленъ.

Ревни́телю цѣломꙋ́дрїѧ, ѿ ю҆́нагѡ воспита́нїѧ, ст҃и́телю фїлі́ппе, потща́лсѧ є҆сѝ за и҆́стинꙋ ᲂу҆корѧ́емь и҆ и҆згна́нъ бы́ти, и҆ тоѧ̀ ра́ди сме́рть го́рькꙋю под̾ѧ́лъ є҆сѝ: и҆ ны́нѣ на нб҃сѣ́хъ предстоѧ̀ престо́лꙋ ст҃ы́ѧ трⷪ҇цы при́снѡ ѡ҆ на́съ моли́сѧ, вѣ́рою и҆ любо́вїю соверша́ющихъ па́мѧть твою̀.

Сла́ва, и҆ ны́нѣ: Щедрѡ́ты твоѧ̑, бж҃е, на лю́ди твоѧ̑ низпослѝ моли́твами пречⷭ҇тыѧ твоеѧ̀ мт҃ре, и҆ всѣ́хъ ст҃ы́хъ: и҆ ра́ди ст҃и́телѧ твоегѡ̀ фїлі́ппа, да́рꙋй на́мъ ве́лїю ми́лость.

Краткое житие святителя Филиппа, митрополита Московского и всея Руси

Статьи о святителе Филиппе

• Митрополит Филипп: «Бога ради, живите любовно» Дмитрий Володихин

Свя­той Филипп (в ми­ру Фе­о­дор) про­ис­хо­дил из знат­но­го ро­да бо­яр Ко­лы­че­вых. Фе­о­дор был пер­ве­нец бо­яри­на и его бо­го­бо­яз­нен­ной су­пру­ги Вар­ва­ры. С ран­них лет Фе­о­дор, по вы­ра­же­нию жиз­не­опи­са­те­ля, с сер­деч­ной лю­бо­вью при­ле­пил­ся к бо­го­дух­но­вен­ным кни­гам, от­ли­чал­ся кро­то­стью и сте­пен­но­стью и чуж­дал­ся за­бав. По вы­со­ко­му сво­е­му про­ис­хож­де­нию он ча­сто бы­вал в цар­ском двор­це. Его кро­тость и бла­го­че­стие оста­ви­ли силь­ное впе­чат­ле­ние в ду­ше его сверст­ни­ка, ца­ря Иоан­на.

По при­ме­ру сво­е­го от­ца Фе­о­дор на­чал во­ен­ную служ­бу, и его ожи­да­ло бле­стя­щее бу­ду­щее, но серд­це его не ле­жа­ло к бла­гам ми­ра. Про­тив обы­чая вре­ме­ни он мед­лил же­нить­ся до 30-лет­не­го воз­рас­та. Один раз в церк­ви, в вос­крес­ный день, силь­но по­дей­ство­ва­ли на него сло­ва Спа­си­те­ля: «Ни­кто не мо­жет слу­жить двум гос­по­дам, ибо или од­но­го бу­дет нена­ви­деть, а дру­го­го лю­бить, или од­но­му станет усерд­ство­вать, а о дру­гом нера­деть» (Мф.4:24). Услы­шав в них свое при­зва­ние к ино­че­ству, он тай­но от всех, в одеж­де про­сто­лю­ди­на, оста­вил Моск­ву и на­пра­вил­ся в Со­ло­вец­кую оби­тель. Здесь в те­че­нии де­вя­ти лет он без­ро­пот­но нес тяж­кие тру­ды по­слуш­ни­ка, ра­бо­тал, как про­стой се­ля­нин, то на ого­ро­де, то в куз­ни­це и пе­карне. На­ко­нец, по об­ще­му же­ла­нию бра­тии, был по­став­лен в пре­сви­те­ра и игу­ме­на.

В этом сане он рев­ност­но за­бо­тил­ся о бла­го­со­сто­я­нии оби­те­ли в ма­те­ри­аль­ном, а боль­ше – в нрав­ствен­ном от­но­ше­нии. Он со­еди­нил озе­ра ка­на­ла­ми и осу­шил бо­лот­ные ме­ста для се­но­ко­сов, про­вел до­ро­ги в ме­стах преж­де непро­хо­ди­мых, за­вел скот­ный двор, улуч­шил со­ля­ные вар­ни­цы, воз­двиг два ве­ли­че­ствен­ных со­бо­ра – Успен­ский и Пре­об­ра­жен­ский, и дру­гие хра­мы, устро­ил боль­ни­цу, учре­дил ски­ты и пу­сты­ни для же­ла­ю­щих без­мол­вия и сам по вре­ме­нам уда­лял­ся в од­но уеди­нен­ное ме­сто, из­вест­ное в до­ре­во­лю­ци­он­ное вре­мя под име­нем Филип­по­вой пу­сты­ни. Он на­пи­сал для бра­тии но­вый устав, в ко­то­ром на­чер­тал об­раз тру­до­лю­би­вой жиз­ни, за­пре­ща­ю­щий празд­ность.

Игу­ме­на Филип­па вы­зва­ли в Моск­ву для ду­хов­но­го со­ве­та, где при пер­вом же сви­да­нии с ца­рем он узнал, что для него на­зна­че­на ка­фед­ра мит­ро­по­ли­та. Со сле­за­ми он умо­лял Иоан­на: «Не раз­лу­чай ме­ня с мо­ей пу­сты­ней; не вру­чай ма­лой ла­дье бре­ме­ни ве­ли­ко­го». Иоанн был непре­кло­нен и по­ру­чил ар­хи­ере­ям и бо­ярам убе­дить Филип­па к при­ня­тию мит­ро­по­лии. Филипп со­гла­сил­ся, но тре­бо­вал уни­что­же­ния оприч­ни­ны. Ар­хи­ереи и бо­яре уго­ва­ри­ва­ли Филип­па не на­ста­и­вать уси­лен­но на этом тре­бо­ва­нии из ува­же­ния к са­мо­дер­жа­вию ца­ря и сми­рен­но при­нять сан. Филипп усту­пил во­ле ца­ря, ви­дя в ней Бо­жие из­бра­ние.

В пер­вое вре­мя свя­ти­тель­ства Филип­па (1567–1568 гг.) утих­ли ужа­сы оприч­ни­ны, но так бы­ло недол­го. Опять на­ча­лись гра­бе­жи и убий­ства мир­ных граж­дан. Филипп несколь­ко раз в уеди­нен­ных бе­се­дах с ца­рем ста­рал­ся вра­зу­мить его, но ви­дя, что убеж­де­ния по­мо­га­ют, ре­шил­ся дей­ство­вать от­кры­то.

21 мар­та (1568 г.), в Кре­сто­по­клон­ную Неде­лю, пе­ред на­ча­лом ли­тур­гии мит­ро­по­лит сто­ял на воз­вы­ше­нии по­сре­ди хра­ма. Вдруг в цер­ковь вхо­дит Иоанн с тол­пой оприч­ни­ков. Все они и сам царь бы­ли в вы­со­ких чер­ных шлы­ках, в чер­ных ря­сах, из-под ко­то­рых бле­сте­ли но­жи и кин­жа­лы. Иоанн по­до­шел к свя­ти­те­лю со сто­ро­ны и три ра­за на­кло­нял свою го­ло­ву для бла­го­сло­ве­ния. Мит­ро­по­лит сто­ял непо­движ­но, устре­мив свой взор на ико­ну Спа­си­те­ля. На­ко­нец бо­яре ска­за­ли: «Вла­ды­ка свя­тый! Царь тре­бу­ет тво­е­го бла­го­сло­ве­ния». Свя­ти­тель обер­нул­ся к Иоан­ну, как бы не узна­вая его, и ска­зал: «В этой одеж­де стран­ной я не узнаю ца­ря пра­во­слав­но­го, не узнаю его и в де­лах цар­ства. Бла­го­че­сти­вый, ко­му по­рев­но­вал ты, ис­ка­зив та­ким об­ра­зом твое бла­го­ле­пие? С тех пор, как све­тит солн­це на небе, не слы­ха­но, чтобы бла­го­че­сти­вые ца­ри воз­му­ща­ли соб­ствен­ную дер­жа­ву... У та­тар и языч­ни­ков есть за­кон и прав­да, а у нас их нет. Мы, го­су­дарь, Бо­гу при­но­сим бес­кров­ную жерт­ву, а за ал­та­рем льет­ся невин­ная кровь хри­сти­ан. Не скорб­лю о тех, ко­то­рые, про­ли­вая свою невин­ную кровь, спо­доб­ля­ют­ся до­ли свя­тых му­че­ни­ков; о тво­ей бед­ной ду­ше стра­даю. Хо­тя и об­ра­зом Бо­жи­им по­чтен ты, од­на­ко ж, смерт­ный че­ло­век, и Гос­подь взы­щет все от ру­ки тво­ей».

Иоанн ки­пел гне­вом, шеп­тал угро­зы, сту­чал жез­лом о пли­ты по­мо­ста. На­ко­нец вос­клик­нул: «Филипп! Или на­шей дер­жа­ве ты сме­ешь про­ти­вить­ся? По­смот­рим, уви­дим, ве­ли­ка ли твоя кре­пость». – «Царь бла­гий, – от­ве­тил свя­ти­тель, – на­прас­но ты ме­ня устра­ша­ешь. Я при­ше­лец на зем­ле, под­ви­за­ясь за ис­ти­ну, и ни­ка­кие стра­да­ния не за­ста­вят ме­ня умолк­нуть». Страш­но раз­дра­жен­ный, Иоанн вы­шел из церк­ви, но за­та­ил зло­бу до вре­ме­ни.

28 июля, в празд­ник Смо­лен­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, име­ну­е­мой Оди­гит­рия, свя­ти­тель Филипп слу­жил в Но­во­де­ви­чьем мо­на­сты­ре и со­вер­шал крест­ный ход во­круг стен мо­на­сты­ря. Там был и царь, окру­жен­ный оприч­ни­ка­ми. Во вре­мя чте­ния Еван­ге­лия свя­ти­тель за­ме­тил оприч­ни­ка, сто­яв­ше­го по­за­ди ца­ря в та­тар­ской шап­ке, и ука­зал на него Иоан­ну. Но ви­нов­ный по­спе­шил снять и спря­тать шап­ку. То­гда оприч­ни­ки об­ви­ни­ли мит­ро­по­ли­та в том, буд­то он ска­зал неправ­ду с це­лью уни­зить ца­ря пе­ред на­ро­дом. То­гда Иоанн ве­лел су­дить Филип­па. На­шлись кле­вет­ни­ки с лож­ны­ми об­ви­не­ни­я­ми про­тив свя­ти­те­ля, ко­то­ро­му не да­ли воз­мож­но­сти изоб­ли­чить их, и он был осуж­ден на ли­ше­ние ка­фед­ры.

8 но­яб­ря, в празд­ник Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла, свя­ти­тель в по­след­ний раз слу­жил в Успен­ском со­бо­ре; и он так же, как и в день об­ли­че­ния ца­ря Иоан­на Гроз­но­го, сто­ял на ка­фед­ре. Вдруг от­во­ри­лись цер­ков­ные две­ри, во­шел бо­ярин Бас­ма­нов в со­про­вож­де­нии тол­пы оприч­ни­ков и ве­лел про­честь бу­ма­гу, в ко­то­рой изум­лен­но­му на­ро­ду объ­яв­ля­ли, что мит­ро­по­лит ли­ша­ет­ся са­на. Тот­час же оприч­ни­ки со­рва­ли со свя­ти­те­ля об­ла­че­ние и, одев в обо­рван­ную мо­на­ше­скую ря­су, вы­ве­ли его вон из хра­ма, по­са­ди­ли на дров­ни и с ру­га­тель­ства­ми по­вез­ли в один из мос­ков­ских мо­на­сты­рей. Го­во­ри­ли, что царь хо­тел бы­ло сжечь ис­по­вед­ни­ка Хри­сто­ва на ко­ст­ре, и толь­ко по прось­бе ду­хо­вен­ства опре­де­ли­ли ему по­жиз­нен­ное за­то­че­ние. В то же вре­мя он каз­нил мно­гих род­ствен­ни­ков Филип­па. Го­ло­ву од­но­го из них, осо­бен­но лю­би­мо­го Филип­пом пле­мян­ни­ка Ива­на Бо­ри­со­ви­ча Ко­лы­че­ва, Гроз­ный по­слал свя­ти­те­лю. С бла­го­го­ве­ни­ем при­нял ее свя­ти­тель Филипп, по­ло­жил и, зем­но по­кло­нив­шись, по­це­ло­вал и ска­зал: «Бла­жен его же из­брал и при­ял еси Гос­по­ди», – и воз­вра­тил по­слав­ше­му. На­род с утра до ве­че­ра тол­пил­ся во­круг оби­те­ли, же­лая уви­деть хоть тень слав­но­го свя­ти­те­ля, и рас­ска­зы­вал о нем чу­де­са. То­гда Иоанн ве­лел пе­ре­ве­сти его в Твер­ской От­рочь мо­на­стырь.

Год спу­стя царь со всей дру­жи­ной дви­нул­ся про­тив Нов­го­ро­да и Пско­ва и от­пра­вил впе­ре­ди се­бя оприч­ни­ка Ма­лю­ту Ску­ра­то­ва в От­рочь мо­на­стырь. Свя­той Филипп за три дня пред­ска­зал о пред­сто­яв­шей сво­ей кон­чине и при­го­то­вил­ся к ней при­ня­ти­ем Свя­тых Та­ин. Ма­лю­та с ли­це­мер­ным сми­ре­ни­ем по­до­шел к свя­ти­те­лю и про­сил бла­го­сло­ве­ния ца­рю. «Не ко­щун­ствуй, – ска­зал ему свя­той Филипп, – а де­лай то, за­ чем при­шел». Ма­лю­та бро­сил­ся на свя­ти­те­ля и за­ду­шил его. Тот­час же вы­ры­ли мо­ги­лу и опу­сти­ли в нее свя­щен­но­му­че­ни­ка на гла­зах Ма­лю­ты (23 де­каб­ря 1569 г.) Мо­щи свя­ти­те­ля Филип­па по­чи­ва­ли в мос­ков­ском Успен­ском со­бо­ре, ко­то­рый был сви­де­те­лем его ве­ли­чай­ше­го по­дви­га.

По­сле му­че­ни­че­ской кон­чи­ны свя­ти­те­ля Филип­па († 23 де­каб­ря 1569 го­да) те­ло его бы­ло по­гре­бе­но в От­ро­че мо­на­сты­ре в Тве­ри. Ино­ки Со­ло­вец­кой оби­те­ли, где он преж­де был игу­ме­ном, ис­про­си­ли в 1591 го­ду поз­во­ле­ние пе­ре­не­сти его мо­щи в свой мо­на­стырь. Мно­го­стра­даль­ное нетлен­ное те­ло бы­ло по­ло­же­но в мо­ги­лу, при­го­тов­лен­ную епи­ско­пом Филип­пом для се­бя еще при жиз­ни, под па­пер­тью хра­ма пре­по­доб­ных Зо­си­мы и Сав­ва­тия Со­ло­вец­ких, око­ло гро­ба стар­ца Ио­ны (Ша­ми­на), лю­би­мо­го на­став­ни­ка его в мо­на­ше­ских по­дви­гах.

29 ап­ре­ля 1646 го­да игу­ме­ну Со­ло­вец­кой оби­те­ли Илии по­сла­на бы­ла гра­мо­та пат­ри­ар­ха Иоси­фа о тор­же­ствен­ном от­кры­тии мо­щей свя­ти­те­ля и чу­до­твор­ца Филип­па. 31 мая мо­щи пе­ре­ло­жи­ли в но­вую ра­ку и по­ста­ви­ли в Пре­об­ра­жен­ском со­бо­ре.

В 1652 го­ду Ни­кон, то­гда еще мит­ро­по­лит Нов­го­род­ский, пред­ло­жил пе­ре­не­сти в Моск­ву мо­щи трех свя­ти­те­лей-му­че­ни­ков: мит­ро­по­ли­та Филип­па, пат­ри­ар­хов Иова и Ер­мо­ге­на. По бла­го­сло­ве­нию пат­ри­ар­ха Иоси­фа мит­ро­по­лит Ни­кон от­пра­вил­ся в 1652 го­ду в Со­лов­ки за мо­ща­ми свя­ти­те­ля Филип­па и тор­же­ствен­но пе­ре­нес их в Моск­ву. В ру­ки свя­то­го бы­ла вло­же­на по­ка­ян­ная гра­мо­та ца­ря Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча, в ко­то­рой он мо­лил о про­ще­нии гре­хов сво­е­го пра­де­да Иоан­на Гроз­но­го, "скло­няя" свою власть пе­ред вла­стью цер­ков­ной. 3 июля свя­тые мо­щи встре­ча­ли в Москве: "пас­тырь, невин­но из­гнан­ный, был воз­вра­щен на свой пре­стол". В Успен­ском со­бо­ре "на са­мой сре­дине сто­ял он 10 дней" и во все дни с утра до ве­че­ра был звон, как в Пас­халь­ную неде­лю. За­тем свя­тые мо­щи бы­ли по­став­ле­ны в Успен­ском со­бо­ре у юж­ной две­ри ал­та­ря.

На ме­сте встре­чи мо­щей свя­ти­те­ля Филип­па мос­ков­ским ду­хо­вен­ством и на­ро­дом был воз­двиг­нут крест, от ко­то­ро­го по­лу­чи­ла свое на­зва­ние Кре­стов­ская за­ста­ва в Москве (у Риж­ско­го вок­за­ла).

Полное житие святителя Филиппа, митрополита Московского и всея Руси

Свя­ти­тель Филипп, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский, в ми­ру Фе­о­дор, про­ис­хо­дил из знат­но­го бо­яр­ско­го ро­да Ко­лы­че­вых, за­ни­мав­ших вид­ное ме­сто в Бо­яр­ской ду­ме при дво­ре мос­ков­ских го­су­да­рей. Он ро­дил­ся в 1507 го­ду. Его отец, Сте­пан Ива­но­вич, "муж про­све­щен­ный и ис­пол­нен­ный рат­но­го ду­ха", по­пе­чи­тель­но го­то­вил сы­на к го­судар­ствен­но­му слу­же­нию. Бла­го­че­сти­вая Вар­ва­ра, мать Фе­о­до­ра, кон­чив­шая свои дни в ино­че­стве с име­нем Вар­со­но­фия, се­я­ла в ду­ше его се­ме­на ис­крен­ней ве­ры и глу­бо­ко­го бла­го­че­стия. Юный Фе­о­дор Ко­лы­чев при­ле­жал к Свя­щен­но­му Пи­са­нию и свя­то­оте­че­ским кни­гам, на ко­то­рых зи­жди­лось ста­рин­ное рус­ское про­све­ще­ние, со­вер­шав­ше­е­ся в Церк­ви и в ду­хе Церк­ви. Ве­ли­кий князь Мос­ков­ский, Ва­си­лий III Иоан­но­вич, отец Иоан­на Гроз­но­го, при­бли­зил ко дво­ру мо­ло­до­го Фе­о­до­ра, ко­то­ро­го, од­на­ко, не ма­ни­ла при­двор­ная жизнь. Со­зна­вая ее су­ет­ность и гре­хов­ность, Фе­о­дор всё глуб­же по­гру­жал­ся в чте­ние книг и по­се­ще­ние хра­мов Бо­жи­их. Жизнь в Москве угне­та­ла мо­ло­до­го по­движ­ни­ка, ду­ша его жаж­да­ла ино­че­ских по­дви­гов и мо­лит­вен­но­го уеди­не­ния. Ис­крен­няя при­вя­зан­ность к нему юно­го кня­жи­ча Иоан­на, пред­ве­щав­шая боль­шое бу­ду­щее на по­при­ще го­судар­ствен­но­го слу­же­ния, не мог­ла удер­жать в гра­де зем­ном взыс­ку­ю­ще­го Гра­да Небес­но­го.

В вос­крес­ный день, 5 июня 1537 го­да, в хра­ме, за Бо­же­ствен­ной ли­тур­ги­ей, Фе­о­до­ру осо­бен­но за­па­ли в ду­шу сло­ва Спа­си­те­ля: "Ни­кто не мо­жет ра­бо­тать двум гос­по­дам" (Мф.6:24), ре­шив­шие его даль­ней­шую судь­бу. Усерд­но по­мо­лив­шись Мос­ков­ским чу­до­твор­цам, он, не про­ща­ясь с род­ны­ми, тай­но, в одеж­де про­сто­лю­ди­на по­ки­нул Моск­ву и неко­то­рое вре­мя укры­вал­ся от ми­ра в де­ревне Хи­жи близ Онеж­ско­го озе­ра, до­бы­вая про­пи­та­ние пас­ту­ше­ски­ми тру­да­ми. Жаж­да по­дви­гов при­ве­ла его в зна­ме­ни­тый Со­ло­вец­кий мо­на­стырь на Бе­лом мо­ре. Там он ис­пол­нял са­мые труд­ные по­слу­ша­ния: ру­бил дро­ва, ко­пал зем­лю, ра­бо­тал на мель­ни­це. По­сле по­лу­то­ра лет ис­ку­са игу­мен Алек­сий, по же­ла­нию Фе­о­до­ра, по­стриг его, дав в ино­че­стве имя Филипп и вру­чив в по­слу­ша­ние стар­цу Ионе Ша­ми­ну, со­бе­сед­ни­ку пре­по­доб­но­го Алек­сандра Свир­ско­го († 1533; па­мять 30 ав­гу­ста). Под ру­ко­вод­ством опыт­ных стар­цев инок Филипп воз­рас­та­ет ду­хов­но, уси­ли­ва­ет пост и мо­лит­ву. Игу­мен Алек­сий по­сы­ла­ет его на по­слу­ша­ние в мо­на­стыр­скую куз­ни­цу, где свя­той Филипп с ра­бо­той тя­же­лым мо­ло­том со­че­та­ет де­ла­ние непре­стан­ной мо­лит­вы. К на­ча­лу служ­бы в хра­ме он все­гда яв­лял­ся пер­вым и по­след­ним вы­хо­дил из него. Тру­дил­ся он и в хлебне, где сми­рен­ный по­движ­ник был уте­шен небес­ным зна­ме­ни­ем. В оби­те­ли по­ка­зы­ва­ли по­сле об­раз Бо­го­ма­те­ри "Хле­бен­ный", чрез ко­то­рый За­ступ­ни­ца Небес­ная яви­ла Свое бла­го­во­ле­ние сми­рен­но­му Филип­пу-хлеб­ни­ку. По бла­го­сло­ве­нию игу­ме­на свя­той Филипп неко­то­рое вре­мя про­во­дит в пу­стын­ном уеди­не­нии, вни­мая се­бе и Бо­гу.

В 1546 го­ду в Нов­го­ро­де Ве­ли­ком ар­хи­епи­скоп Фе­о­до­сий по­свя­тил Филип­па во игу­ме­на Со­ло­вец­кой оби­те­ли. Но­во­по­став­лен­ный игу­мен ста­рал­ся все­ми си­ла­ми под­нять ду­хов­ное зна­че­ние оби­те­ли и ее ос­но­ва­те­лей – пре­по­доб­ных Сав­ва­тия и Зо­си­мы Со­ло­вец­ких (па­мять 27 сен­тяб­ря, 17 ап­ре­ля). Он разыс­кал об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри Оди­гит­рии, при­не­сен­ный на ост­ров пер­во­на­чаль­ни­ком Со­ло­вец­ким, пре­по­доб­ным Сав­ва­ти­ем, об­рел ка­мен­ный крест, сто­яв­ший ко­гда-то пе­ред кел­ли­ей пре­по­доб­но­го. Бы­ли най­де­ны Псал­тирь, при­над­ле­жав­шая пре­по­доб­но­му Зо­си­ме († 1478), пер­во­му игу­ме­ну Со­ло­вец­ко­му, и ри­зы его, в ко­то­рые с тех пор об­ла­ча­лись игу­ме­ны при служ­бе в дни па­мя­ти чу­до­твор­ца. Оби­тель ду­хов­но воз­рож­да­лась. Для упо­ря­до­че­ния жиз­ни в мо­на­сты­ре был при­нят но­вый устав. Свя­той Филипп по­стро­ил на Со­лов­ках два ве­ли­че­ствен­ных хра­ма – тра­пез­ный храм Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри, освя­щен­ный в 1557 го­ду, и Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня. Игу­мен сам ра­бо­тал как про­стой стро­и­тель, по­мо­гая класть сте­ны Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра. Под се­вер­ной па­пер­тью его он ис­ко­пал се­бе мо­ги­лу ря­дом с мо­ги­лой сво­е­го на­став­ни­ка, стар­ца Ио­ны. Ду­хов­ная жизнь в эти го­ды про­цве­та­ет в оби­те­ли: уче­ни­ка­ми свя­то­го игу­ме­на Филип­па бы­ли и при нем под­ви­за­лись сре­ди бра­тии пре­по­доб­ные Иоанн и Лон­гин Яренг­ские (па­мять 3 июля), Вас­си­ан и Иона Пер­то­мин­ские (па­мять 12 июня).

Для тай­ных мо­лит­вен­ных по­дви­гов свя­той Филипп ча­сто уда­лял­ся на без­мол­вие в глу­хое пу­стын­ное ме­сто за две вер­сты от мо­на­сты­ря, по­лу­чив­шее впо­след­ствии на­зва­ние Филип­по­вой пу­сты­ни.

Но Гос­подь го­то­вил свя­то­го угод­ни­ка для ино­го слу­же­ния и ино­го по­дви­га. В Москве о со­ло­вец­ком от­шель­ни­ке вспом­нил лю­бив­ший его ко­гда-то в от­ро­че­ские го­ды Иоанн Гроз­ный. Царь на­де­ял­ся, что най­дет в свя­ти­те­ле Филип­пе вер­но­го спо­движ­ни­ка, ду­хов­ни­ка и со­вет­ни­ка, ко­то­рый по вы­со­те мо­на­ше­ской жиз­ни ни­че­го об­ще­го не бу­дет иметь с мя­теж­ным бо­яр­ством. Свя­тость мит­ро­по­ли­та, по мне­нию Гроз­но­го, долж­на бы­ла од­ним крот­ким ду­хов­ным ве­я­ни­ем укро­тить нече­стие и зло­бу, гнез­див­шу­ю­ся в Бо­яр­ской ду­ме. Вы­бор пер­во­свя­ти­те­ля Рус­ской Церк­ви ка­зал­ся ему наи­луч­шим.

Свя­ти­тель дол­го от­ка­зы­вал­ся воз­ло­жить на се­бя ве­ли­кое бре­мя пред­сто­я­те­ля Рус­ской Церк­ви. Ду­хов­ной бли­зо­сти с Иоан­ном он не чув­ство­вал. Он пы­тал­ся убе­дить ца­ря уни­что­жить оприч­ни­ну, Гроз­ный же ста­рал­ся до­ка­зать ему ее го­судар­ствен­ную необ­хо­ди­мость. На­ко­нец, Гроз­ный царь и свя­той мит­ро­по­лит при­шли к уго­во­ру, чтобы свя­то­му Филип­пу не вме­ши­вать­ся в де­ла оприч­ни­ны и го­судар­ствен­но­го управ­ле­ния, не ухо­дить с мит­ро­по­лии в слу­ча­ях, ес­ли царь не смо­жет ис­пол­нить его по­же­ла­ний, быть опо­рой и со­вет­ни­ком ца­ря, как бы­ли опо­рой мос­ков­ских го­су­да­рей преж­ние мит­ро­по­ли­ты. 25 июля 1566 го­да свер­ши­лось по­свя­ще­ние свя­то­го Филип­па на ка­фед­ру Мос­ков­ских свя­ти­те­лей, к сон­му ко­то­рых пред­сто­я­ло ему вско­ре при­со­еди­нить­ся.

Иоанн Гроз­ный, один из ве­ли­чай­ших и са­мых про­ти­во­ре­чи­вых ис­то­ри­че­ских де­я­те­лей Рос­сии, жил на­пря­жен­ной де­я­тель­ной жиз­нью, был та­лант­ли­вым пи­са­те­лем и биб­лио­фи­лом, сам вме­ши­вал­ся в со­став­ле­ние ле­то­пи­сей (и сам вне­зап­но обо­рвал нить мос­ков­ско­го ле­то­пи­са­ния), вни­кал в тон­ко­сти мо­на­стыр­ско­го уста­ва, не раз ду­мал об от­ре­че­нии от пре­сто­ла и мо­на­ше­стве. Каж­дый шаг го­судар­ствен­но­го слу­же­ния, все кру­тые ме­ры, пред­при­ня­тые им для ко­рен­ной пе­ре­строй­ки всей рус­ской го­судар­ствен­ной и об­ще­ствен­ной жиз­ни, Гроз­ный стре­мил­ся осмыс­лить как про­яв­ле­ние Про­мыс­ла Бо­жия, как дей­ствие Бо­жие в ис­то­рии. Его из­люб­лен­ны­ми ду­хов­ны­ми об­раз­ца­ми бы­ли свя­той Ми­ха­ил Чер­ни­гов­ский (па­мять 20 сен­тяб­ря) и свя­той Фе­о­дор Чер­ный (па­мять 19 сен­тяб­ря), во­и­ны и де­я­те­ли слож­ной про­ти­во­ре­чи­вой судь­бы, му­же­ствен­но шед­шие к свя­той це­ли, сквозь лю­бые пре­пят­ствия, вста­вав­шие пред ни­ми в ис­пол­не­нии дол­га пе­ред Ро­ди­ной и пе­ред Свя­той Цер­ко­вью. Чем силь­нее сгу­ща­лась тьма во­круг Гроз­но­го, тем ре­ши­тель­нее тре­бо­ва­ла его ду­ша ду­хов­но­го очи­ще­ния и ис­куп­ле­ния. При­е­хав на бо­го­мо­лье в Ки­рил­лов Бе­ло­зер­ский мо­на­стырь, он воз­ве­стил игу­ме­ну и со­бор­ным стар­цам о же­ла­нии по­стричь­ся в мо­на­хи. Гор­дый са­мо­дер­жец пал в но­ги на­сто­я­те­лю, и тот бла­го­сло­вил его на­ме­ре­ние. С тех пор всю жизнь, пи­сал Гроз­ный, "мнит­ся мне, ока­ян­но­му, что на­по­ло­ви­ну я уже чер­нец". Са­ма оприч­ни­на бы­ла за­ду­ма­на Гроз­ным по об­ра­зу ино­че­ско­го брат­ства: по­слу­жив Бо­гу ору­жи­ем и рат­ны­ми по­дви­га­ми, оприч­ни­ки долж­ны бы­ли об­ла­чать­ся в ино­че­ские одеж­ды и ид­ти к цер­ков­ной служ­бе, дол­гой и устав­ной, длив­шей­ся от 4 до 10 ча­сов утра. На "бра­тию", не явив­шу­ю­ся к мо­леб­ну в че­ты­ре ча­са утра, царь-игу­мен на­кла­ды­вал епи­ти­мию. Сам Иоанн с сы­но­вья­ми ста­рал­ся усерд­но мо­лить­ся и пел в цер­ков­ном хо­ре. Из церк­ви шли в тра­пез­ную, и по­ка оприч­ни­ки ели, царь сто­ял воз­ле них. Остав­ши­е­ся яст­ва оприч­ни­ки со­би­ра­ли со сто­ла и раз­да­ва­ли ни­щим при вы­хо­де из тра­пез­ной. Сле­за­ми по­ка­я­ния Гроз­ный, же­лая быть по­чи­та­те­лем свя­тых по­движ­ни­ков, учи­те­лей по­ка­я­ния, хо­тел смыть и вы­жечь гре­хи свои и сво­их со­рат­ни­ков, пи­тая уве­рен­ность, что и страш­ные же­сто­кие де­я­ния вер­шат­ся им ко бла­гу Рос­сии и тор­же­ству пра­во­сла­вия. Наи­бо­лее яр­ко ду­хов­ное де­ла­ние и ино­че­ское трез­ве­ние Гроз­но­го рас­кры­ва­ет­ся в его "Си­но­ди­ке": неза­дол­го до смер­ти по его ве­ле­нию бы­ли со­став­ле­ны пол­ные спис­ки уби­ен­ных им и его оприч­ни­ка­ми лю­дей, ко­то­рые бы­ли за­тем разо­сла­ны по всем рус­ским мо­на­сты­рям. Весь грех пе­ред на­ро­дом Иоанн брал на се­бя и мо­лил свя­тых ино­ков мо­лить Бо­га о про­ще­нии его ис­стра­дав­шей­ся ду­ши.

Са­мо­зван­ное ино­че­ство Гроз­но­го, мрач­ным игом тя­го­тев­шее над Рос­си­ей, воз­му­ща­ло свя­ти­те­ля Филип­па, счи­тав­ше­го, что нель­зя сме­ши­вать зем­но­го и небес­но­го, слу­же­ния кре­ста и слу­же­ния ме­ча. Тем бо­лее, что свя­той Филипп ви­дел, как мно­го нерас­ка­ян­ной зло­бы и нена­ви­сти скры­ва­ет­ся под чер­ны­ми шлы­ка­ми оприч­ни­ков. Бы­ли сре­ди них и про­сто убий­цы, очерст­вев­шие в без­на­ка­зан­ном кро­во­про­ли­тии, и мздо­им­цы-гра­би­те­ли, за­ко­ре­не­лые в гре­хе и пре­ступ­ле­нии. По­пуще­ни­ем Бо­жи­им ис­то­рия ча­сто де­ла­ет­ся ру­ка­ми нече­стив­цев, и как бы ни же­лал Гроз­ный обе­лить пред Бо­гом свое чер­ное брат­ство, кровь, про­ли­тая его име­нем на­силь­ни­ка­ми и изу­ве­ра­ми, взы­ва­ла к небу.

Свя­ти­тель Филипп ре­шил­ся про­ти­во­стать Гроз­но­му. Это бы­ло свя­за­но с но­вой вол­ной каз­ней в 1567–1568 го­дах. Осе­нью 1567 го­да, ед­ва царь вы­сту­пил в по­ход на Ли­во­нию, как ему ста­ло из­вест­но о бо­яр­ском за­го­во­ре. Из­мен­ни­ки на­ме­ре­ва­лись за­хва­тить ца­ря и вы­дать поль­ско­му ко­ро­лю, уже дви­нув­ше­му вой­ска к рус­ской гра­ни­це. Иоанн Гроз­ный су­ро­во рас­пра­вил­ся с за­го­вор­щи­ка­ми и вновь про­лил мно­го кро­ви. Груст­но бы­ло свя­то­му Филип­пу, но со­зна­ние свя­ти­тель­ско­го дол­га по­нуж­да­ло его сме­ло вы­сту­пить в за­щи­ту каз­нен­ных. Окон­ча­тель­ный раз­рыв на­сту­пил вес­ной 1568 го­да. В Неде­лю Кре­сто­по­клон­ную, 2 мар­та 1568 го­да, ко­гда царь с оприч­ни­ка­ми при­шел в Успен­ский со­бор, как обыч­но, в мо­на­ше­ских об­ла­че­ни­ях, свя­ти­тель Филипп от­ка­зал­ся бла­го­сло­вить его, но стал от­кры­то по­ри­цать без­за­ко­ния, тво­ри­мые оприч­ни­ка­ми: "учал мит­ро­по­лит Филипп с го­су­да­рем на Москве враж­до­ва­ти об оприч­нине". Об­ли­че­ние вла­ды­ки пре­рва­ло бла­го­ле­пие цер­ков­ной служ­бы. Гроз­ный в гне­ве ска­зал: "Нам ли про­ти­вишь­ся? Уви­дим твер­дость твою! – Я был слиш­ком мя­гок с ва­ми", – до­ба­вил царь, по сви­де­тель­ству оче­вид­цев.

Царь стал про­яв­лять еще боль­шую же­сто­кость в пре­сле­до­ва­нии всех про­ти­вив­ших­ся ему. Каз­ни сле­до­ва­ли од­на за дру­гой. Участь свя­ти­те­ля-ис­по­вед­ни­ка бы­ла ре­ше­на. Но Гроз­ный хо­тел со­блю­сти ка­но­ни­че­ский по­ря­док. Бо­яр­ская ду­ма по­слуш­но вы­нес­ла ре­ше­ние о су­де над гла­вой Рус­ской Церк­ви. Над мит­ро­по­ли­том Филип­пом был устро­ен со­бор­ный суд в при­сут­ствии по­ре­дев­шей Бо­яр­ской ду­мы. На­шлись лже­сви­де­те­ли: к глу­бо­кой скор­би свя­ти­те­ля, это бы­ли ино­ки из воз­люб­лен­ной им Со­ло­вец­кой оби­те­ли, его быв­шие уче­ни­ки и по­стри­же­ни­ки. Свя­то­го Филип­па об­ви­ня­ли во мно­же­стве мни­мых пре­ступ­ле­ний, до кол­дов­ства вклю­чи­тель­но. "Я – при­ше­лец на зем­ле, как и все от­цы мои, – сми­рен­но от­ве­чал свя­ти­тель, – го­тов стра­дать за ис­ти­ну". От­верг­нув все об­ви­не­ния, свя­той стра­да­лец пы­тал­ся пре­кра­тить суд, объ­явив о доб­ро­воль­ном сло­же­нии мит­ро­по­ли­чье­го са­на. Но от­ре­че­ние его не бы­ло при­ня­то. Му­че­ни­ка жда­ло но­вое по­ру­га­ние. Уже по вы­не­се­нии при­го­во­ра о по­жиз­нен­ном за­то­че­нии в тем­ни­це свя­то­го Филип­па за­ста­ви­ли слу­жить ли­тур­гию в Успен­ском со­бо­ре. Это бы­ло 8 но­яб­ря 1568 го­да. В се­ре­дине служ­бы в храм во­рва­лись оприч­ни­ки, все­на­род­но за­чи­та­ли со­бор­ное осуж­де­ние, по­ро­чив­шее свя­ти­те­ля, со­рва­ли с него ар­хи­ерей­ское об­ла­че­ние, оде­ли в ру­би­ще, вы­тол­ка­ли из хра­ма и на про­стых дров­нях от­вез­ли в Бо­го­яв­лен­ский мо­на­стырь. Му­че­ни­ка дол­го то­ми­ли в под­ва­лах мос­ков­ских мо­на­сты­рей, но­ги стар­ца за­би­ва­ли в ко­лод­ки, дер­жа­ли его в око­вах, на­ки­ды­ва­ли на шею тя­же­лую цепь. На­ко­нец, от­вез­ли в за­то­че­ние в Твер­ской От­рочь мо­на­стырь. Там год спу­стя, 23 де­каб­ря 1569 го­да, свя­ти­тель при­нял му­че­ни­че­скую кон­чи­ну от ру­ки Ма­лю­ты Ску­ра­то­ва. Еще за три дня свя­той ста­рец пред­ви­дел окон­ча­ние сво­е­го зем­но­го по­дви­га и при­ча­стил­ся Свя­тых Тайн. Мо­щи его бы­ли пре­да­ны зем­ле пер­во­на­чаль­но там же, в мо­на­сты­ре, за ал­та­рем хра­ма. Поз­же со­вер­ши­лось пе­ре­не­се­ние их в Со­ло­вец­кую оби­тель (11 ав­гу­ста 1591) и от­ту­да – в Моск­ву (3 июля 1652).

Па­мять свя­ти­те­ля Филип­па празд­но­ва­лась Рус­ской Цер­ко­вью с 1591 го­да в день его му­че­ни­че­ской кон­чи­ны – 23 де­каб­ря. С 1660 го­да празд­но­ва­ние бы­ло пе­ре­не­се­но на 9 ян­ва­ря.


См. так­же: "Па­мять свя­то­го Филип­па, мит­ро­по­ли­та Мос­ков­ско­го" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

См. так­же: "Празд­но­ва­ние свя­ти­те­лям мос­ков­ским Пет­ру, Алек­сию, Ионе и Филип­пу" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.