Канон святому преподобному Варлааму Хутынскому

Припев: Преподо́бне о́тче Варла́ме, моли́ Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 16 июня (03 июня ст. ст.); 19 ноября (06 ноября ст. ст.)

Глас 2.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Гряди́те, лю́дие, пои́м пе́снь Христу́ Бо́гу, разде́льшему мо́ре и наста́вльшему лю́ди, я́же изведе́ из рабо́ты Еги́петския, я́ко просла́вися.

От Све́та Све́т, Христе́ мо́й, от Отца́ пре́жде ве́к рожде́йся, сы́й в нача́ле со Отце́м и Ду́хом, согреше́ний мра́к души́ моея́ отгна́в, озари́ у́м мо́й, молю́ся, да возмогу́ пе́ти Варлаа́ма, Твоего́ уго́дника.

От ко́рене блага́го блажа́йшая о́трасль прозя́бл еси́, земны́х маловре́меннаго жития́ избе́гл еси́. Те́м, ны́не чистоты́ вене́ц прие́мля, со а́нгелы Христу́ воспева́еши: пои́м Го́сподеви, я́ко просла́вися.

Земна́я и мимотеку́щая, я́ко уме́ты, вмени́в, Христа́ еди́наго приобре́л еси́, Его́же сою́зом любве́ уязви́в ду́шу твою́, и Того́ потща́лся еси́ обрести́ ненасыща́емыя добро́ты.

Богоро́дичен: Услы́ша Е́ва прама́ти: в печа́лех роди́ши ча́да. Ты́ же, чи́стая Де́во, услы́шала еси́: Госпо́дь с Тобо́ю, ра́дуйся! — И ра́дованным гла́сом, Богоневе́сто, печа́ль прама́тере потреби́ла еси́.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: На ка́мени мя́ ве́ры утверди́в, разшири́л еси́ уста́ моя́ на враги́ моя́, возвесели́бося ду́х мо́й, внегда́ пе́ти: не́сть свя́т, я́коже Бо́г на́ш, и не́сть пра́веден, па́че Тебе́, Го́споди.

По апо́столу, о́тче, вы́шних ища́, и мудрова́ние име́я е́же к Бо́гу, вся́, я́же на земли́, оста́вил еси́ и па́че естества́ добро́ты сподо́бился еси́.

Све́том Боже́ственным осия́емь о не́м, и пу́ть, к жи́зни веду́щ, позна́л еси́, о́тче на́ш Варлаа́ме, и равноа́нгельнаго ра́ди жития́ чудотво́рец наре́клся еси́.

Зако́ны пита́яся все́х Творца́ и Влады́ки, те́мже и невече́рним облистава́емь Све́том, све́тлое со́лнце яви́лся еси́ и прему́дрости сокро́вищем, ми́р обогаща́я.

Богоро́дичен: Во ины́х жена́х ма́ти, до́ндеже де́ва, не позна́ся, ни ма́ти по рождестве́ де́вствовати сподо́бися, на Тебе́ же, Де́во Богома́ти, обое́ сбы́стся. Те́м весе́лием ду́ха воспева́ю: не́сть непоро́чны, па́че Тебе́, Влады́чице.

Седа́лен, гла́с 8.

Красоты́ мирски́я от млады́х ногте́й, преподо́бне, возненави́дев, еди́наго же Христа́ от се́рдца возлюби́л еси́ и Тому́ все́ю душе́ю прилепи́лся еси́; я́ко безпло́тен, на земли́ пожи́в с пло́тию, сла́ву же мимотеку́щую и бога́тство в ничто́же вмени́в, небе́сное бога́тство восприя́л еси́ и сла́ву ве́чную. Те́мже ублажа́ем свято́е твое́ успе́ние и, в не́м торжеству́юще, вопие́м ти́: богому́дре о́тче на́ш Варлаа́ме, моли́ Христа́ Бо́га грехо́в оставле́ние дарова́ти чту́щим любо́вию святу́ю па́мять твою́.

Богоро́дичен: Я́ко Всенепоро́чная Неве́сто Творца́, я́ко неискусому́жная Ма́ти Изба́вителя, прия́телище я́ко су́щи Уте́шителя, Всепе́тая, беззако́нию мя́ су́ща скве́рное оби́телище и де́моном игра́лище в ра́зуме бы́вша, потщи́ся от те́х злоде́йства мя́ изба́вити и све́тлое жили́ще доброде́телей соверши́. Светоно́сная, Нетле́нная, отжени́ о́блак страсте́й и вы́шняго прича́стия сподо́би и Све́та невече́рняго моли́твами Твои́ми.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Пою́ Тя, слу́хом бо, Го́споди, услы́шах и ужасо́хся: до мене́ бо и́деши, мене́ ища́, заблу́ждшаго. Те́м мно́гое Твое́ снизхожде́ние, е́же на мя́, прославля́ю, Многоми́лостиве.

Я́ко в порфи́ру, и виссо́н, и в ца́рскую багряни́цу оде́яся тобо́ю вели́кая Росси́йская земля́: дне́сь у́бо, све́тло торжеству́ющи, весели́тся, Варлаа́ме, име́ющи тя́ в себе́, я́ко неистощи́мое сокро́вище.

Ми́ра любве́ отре́кся, дости́гл еси́ го́рний Иерусали́м, иде́же Христо́с со Отце́м и Ду́хом, и, венце́в от Него́ сподо́бився, со безпло́тными ли́ки пое́ши, прие́мля Его́ сия́ние.

А́ще у́бо, о́тче, те́сный и боле́зненный пу́ть ше́ствовал еси́ в житии́, но оба́че нетле́нную жи́знь насле́довал еси́, отону́дными све́тлостьми бога́тно просвеща́яся, богоблаже́нне Варлаа́ме.

Богоро́дичен: И́стинно Тя́ се́нь свиде́тельствова многоразли́чными о́бразы, я́ве показу́ющи Воплоще́ннаго из Тебе́, Еди́наго Тро́ицы, Пречи́стая, неизме́нно, Богома́ти Влады́чице, и ми́р обнови́вша.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Све́та Пода́телю и веко́в Тво́рче, Го́споди, во све́те Твои́х повеле́ний наста́ви на́с: ра́зве бо Тебе́, ино́го Бо́га не зна́ем.

Яре́м Госпо́день от ю́ности, му́дре, взе́м, после́довал еси́ Христу́ скорбьми́ и слеза́ми, преподо́бне, мы́сленно о́ко к Нему́ име́я, до́ндеже и святы́х селе́ний дости́гл еси́, обре́т поко́ище Го́рняго гра́да.

Страсте́й отгна́в мглу́ я́ве заря́ми, о́тче, доброде́телей, просвеще́ние Ду́ха в се́рдцы прие́м, Варлаа́ме, и́мже попали́л еси́ вся́ де́монская ополче́ния и по́стническим лико́м причта́лся еси́.

Насажде́н во дво́рех Госпо́дних и в дому́ Бо́га на́шего процве́л еси́. Прие́м небе́сное се́мя, богодухнове́нне, серде́чною браздо́ю кла́с стори́чествующь прине́сл еси́, те́мже обогати́лся еси́ венце́м чуде́с.

Богоро́дичен: Упра́ви у́м мо́й, Влады́чице, тружда́ющийся в пучи́не скорбе́й и потопля́емь наше́ствием тлетво́рных страсте́й, и спаси́, Богоро́дице, к Тебе́ прибега́ющия: ины́я бо Помо́щницы, Чи́стая, ра́зве Тебе́, не зна́ем.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: В бе́здне грехо́вней валя́яся, неизсле́дную милосе́рдия Твоего́ призыва́ю бе́здну: от тли́, Бо́же, мя́ возведи́.

Мо́ре жите́йское, любому́дрием испыта́в и разуме́в су́етно су́що и я́ко вско́ре погиба́ющо, отве́ргл еси́, еди́ному прилепи́лся еси́ Христу́. Его́же ра́ди и тяготу́ дневну́ю поне́сл еси́, о все́х Тому́ восхожде́ния в се́рдцы свое́м полага́я.

Ве́трилом окриля́емь воздержа́ния, и отту́ду дости́гл еси́ в приста́нище благоути́шное, поще́нием пита́я ду́шу твою́, преподо́бне, и све́тлу все́х Творцу́ предста́вил еси́ ю́. Те́мже и Христо́с прия́т ю́, я́ко светоза́рную звезду́, и своея́ сла́вы соприча́стну соде́ла.

А́нгельская во́инства су́щему во пло́ти житию́ твоему́ удиви́шася, о́тче Варлаа́ме, бу́ри бо страсте́й отбе́гл и соверше́ннаго ра́ди жития́, ве́трилом воздержа́ния дости́гл еси́ в благоути́шное приста́нище Христо́во.

Богоро́дичен: Обетша́вшия ны́ го́рьким дре́вле дре́ва вкуше́нием и па́дшия поползнове́нием, Пречи́стая, обнови́ла еси́, Зижди́теля ро́ждши, Сло́во Ипоста́сное, Де́во Ма́ти Влады́чице.

Конда́к, гла́с 8.

Я́коже други́й Илия́, о́тче, до́ждь с небесе́ све́л еси́: о́н у́бо о́гнь сведе́ и царя́ удиви́, ты́ же лю́ди твоя́ возвесели́л еси́ и торжествова́ти устро́ил еси́. Вели́кий бо Но́вград вельми́ тобо́ю хва́лится, име́я мо́щи твоя́ в себе́, его́же сохраня́й от вра́г непоколеби́ма, да зове́м ти́: ра́дуйся, преподо́бне Варлаа́ме, о́тче на́ш.

И́кос:

А́ще и челове́к естество́м бы́л еси́, преподо́бне о́тче, но Вы́шняго Иерусали́ма яви́лся еси́ согра́жданин и, челове́к у́бо естество́м, безпло́тных че́сти сподо́бился еси́. Те́мже и са́мая, зря́ще, чудеса́ похва́льная удивля́ют на́с и науча́ют зва́ти тебе́ такова́я: ра́дуйся, благочести́ва отца́ о́трасле; ра́дуйся, ма́тере благогове́йныя ве́тве; ра́дуйся, смире́ния высото́; ра́дуйся, я́ко к позна́нию Бо́га вся́ приводя́; ра́дуйся, я́ко мно́га чудеса́ о Христе́ сотвори́л еси́; ра́дуйся, целому́дрия сто́лпе, и́мже де́монская свире́пства искорени́шася; ра́дуйся, свети́льниче многосве́тлый; ра́дуйся, я́ко увяди́л еси́ плотска́я мудрова́ния; ра́дуйся, я́ко до́ждь моли́твою све́л еси́ и, па́ки наводне́нию бы́вшу, моли́твою водото́чныя о́блаки востя́гл еси́; ра́дуйся, Вели́каго Нова́града похвала́ и утвержде́ние, его́же и сохрани́ от вра́г непоколеби́ма до конца́, да зове́м ти́: ра́дуйся, преподо́бне Варлаа́ме, о́тче на́ш.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: О́бразу злато́му на по́ле Деи́ре служи́му, трие́ Твои́ о́троцы небрего́ша безбо́жнаго веле́ния, посреде́ же огня́ вве́ржени, ороша́еми, поя́ху: благослове́н еси́, Бо́же оте́ц на́ших.

Зе́льным поще́нием, я́ко благово́нною пи́щею, пита́я ду́шу твою́, преподо́бне Варлаа́ме, те́мже и Трисо́лнечному Божеству́ предстоя́, со а́нгелы пое́ши: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Облиста́л еси́ я́коже невече́рнее со́лнце, оте́чество твое́ просвеща́я, преподо́бне Варлаа́ме, тмы́ избавля́я страсте́й, и на на́с наве́тующих сове́ты разори́, от вра́г непреткнове́нным бы́ти на́м, пою́щим: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Я́ко на боже́ственную доброде́телей ле́ствицу воздержа́нием, о́тче, возше́д, у́мными очесы́ Христа́ Царя́ ви́дел еси́, оби́льною десни́цею по числу́ доброде́телей, Варлаа́ме, дарова́ния даю́ща от души́ вопию́щим: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Дрема́ния отню́д и сна́ твои́м очесе́м не да́л еси́, до́ндеже возме́здие от Христа́ трудо́в обре́л еси́, наслажде́ние небе́снаго Ца́рствия, е́же угото́ва от ве́ры пою́щим: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Богоро́дичен: Обновля́ются в Тебе́ естества́ зако́ны: па́че естества́ бо естество́м Непостижи́маго, Де́во, Бо́га Емману́ила пресла́вно, Чи́стая, родила́ еси́ в на́ше ве́рных обновле́ние.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: В пе́щь о́гненную ко отроко́м евре́йским снизше́дшаго и пла́мень в ро́су прело́жшаго Бо́га, по́йте дела́ я́ко Го́спода, и превозноси́те во вся́ ве́ки.

Слеза́ми твои́ми, о́тче Варлаа́ме, умыва́яся, житие́ проше́л еси́, и те́ми мно́жества де́монов потопи́л еси́, ве́рных же мы́сли возвесели́л еси́, пою́щих: вся́ дела́ Го́спода по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Уязви́лся еси́ боже́ственным жела́нием, всеблаже́нне, те́мже и непоро́чное и пра́ведное житие́ проходя́, до́ндеже дости́гл еси́ ца́рскаго престо́ла, отону́дными светлостьми́ осия́я пою́щия: вся́ дела́ Го́спода по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

К Све́ту незаходи́мому, сла́вне, взя́лся еси́, наслажде́ние же земны́х веще́й оплева́в вы́шняго ра́ди наслажде́ния, па́че воздержа́нию поревнова́л еси́ и страсте́й пла́мень потща́лся еси́ угаси́ти слеза́ми твои́х исто́чник, Варлаа́ме, вопия́: вся́ дела́ Го́спода по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Богоро́дичен: Распя́тие и погребе́ние, И́же от Тебе́ небра́чно, Де́во, произы́де, претерпе́в на́с ра́ди муче́ние, Его́же страсте́м ревну́я, преподо́бный Варлаа́м крестови́дно муче́ния поще́нием Тому́, Чи́стая, после́дова.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Я́же пре́жде со́лнца Свети́льника Бо́га возсия́вшаго, пло́тски к на́м прише́дшаго, из боку́ Деви́чу неизрече́нно воплоти́вшая, Благослове́нная Всечи́стая, Тя́, Богоро́дице, велича́ем.

Пожи́в на земли́ равноа́нгельно, равноа́нгельну обре́л еси́ све́тлость, моли́ непреста́нно Изба́вителя, Варлаа́ме, о творя́щих благоче́стно па́мять твою́, о преблаже́нне, мона́шествующих похвало́.

У́зкий и приско́рбный ше́ствовав пу́ть, о́тче Варлаа́ме, и теле́сне у́бо преста́вился еси́, ду́хом же жи́в, предстои́ши Бо́гу. Но я́ко име́я дерзнове́ние, Ему́же в житии́ рабо́тал еси́, моли́ спасти́ ду́ши на́ша.

Исцеле́ний яви́лся еси́ струя́ оби́льная, многомяте́жнаго пла́мене у́глие страсте́й угаси́л еси́. У́м бо тво́й неокра́ден, преподо́бне о́тче, соблю́л еси́ и, я́ко кре́пок, Варлаа́ме, побежда́еши искуси́теля.

Богоро́дичен: Еди́на иму́щи дерзнове́ние, Влады́чице, за ве́сь ми́р Сы́ну Твоему́ моли́ся, не помина́я безчи́сленных собла́зн на́ших, и покры́й лю́ди, вопию́щия Ти́ умиле́нным гла́сом: спаси́, Чи́стая Богоро́дице, тебе́ досто́йно велича́ющия.

Свети́лен.

Восто́ка восто́ков, разу́мнаго Со́лнца, Христа́, светоза́рная луча́ возсия́, и свети́льник многосве́тлый, пусты́нное воспита́ние и чистоты́ кра́сная оби́тель, Христо́вы добро́ты я́сно зря́, Его́же сия́ньми у́м тво́й озари́л еси́. Те́мже тя́ свети́льника стяжа́вше, о́тче на́ш Варлаа́ме, мо́лим тя́ в ми́ре сохране́нным бы́ти па́мять твою́ почита́ющим.

Богоро́дичен: Неизрече́ннаго чревоноше́ния была́ еси́, Всенепоро́чная Неве́ста, и я́ко су́щи честне́йший хра́м, Богоро́дице: Све́т бо преве́чный в Тя́ всели́ся, и родила́ еси́ Бо́га Сло́ва. Пою́ще Твое́ Рождество́, велича́ем досто́йно, Всенепоро́чная Отрокови́це.

Пѣ́снь а҃.

І҆рмо́съ: Грѧди́те, лю́дїе, пои́мъ пѣ́снь хрⷭ҇тꙋ̀ бг҃ꙋ, раздѣ́льшемꙋ мо́ре, и҆ наста́вльшемꙋ лю́ди, ꙗ҆̀же и҆зведѐ и҆з̾ рабо́ты є҆гѵ́петскїѧ, ꙗ҆́кѡ просла́висѧ.

Ѿ свѣ́та свѣ́тъ, хрⷭ҇тѐ мо́й, ѿ ѻ҆ц҃а̀ пре́жде вѣ̑къ рожде́йсѧ, сы́й въ нача́лѣ со ѻ҆ц҃е́мъ и҆ дх҃омъ, согрѣше́нїй мра́къ дꙋшѝ моеѧ̀ ѿгна́въ, ѡ҆зарѝ ᲂу҆́мъ мо́й, молю́сѧ, да возмогꙋ̀ пѣ́ти варлаа́ма, твоего̀ ᲂу҆го́дника.

Ѿ ко́рене блага́гѡ блажа́йшаѧ ѻ҆́трасль прозѧ́блъ є҆сѝ, земны́хъ маловре́меннагѡ житїѧ̀ и҆збѣ́глъ є҆сѝ. тѣ́мъ ны́нѣ чистоты̀ вѣне́цъ прїе́млѧ, со а҆́гг҃лы хрⷭ҇тꙋ̀ воспѣва́еши. пои́мъ гдⷭ҇еви, ꙗ҆́кѡ просла́висѧ.

Земна̑ѧ и҆ мимотекꙋ̑щаѧ ꙗ҆́кѡ ᲂу҆ме́ты вмѣни́въ, хрⷭ҇та̀ є҆ди́наго приѡбрѣ́лъ є҆сѝ, є҆гѡ́же сою́зомъ любвѐ ᲂу҆ѧзви́въ дꙋ́шꙋ твою̀, и҆ тогѡ̀ потща́лсѧ є҆сѝ ѡ҆брѣстѝ ненасыща́емыѧ добро́ты.

Бг҃оро́диченъ: Оу҆слы́ша є҆́ѵа прама́ти: въ печа́лехъ роди́ши ча̑да. ты́ же, чⷭ҇таѧ дв҃о, ᲂу҆слы́шала є҆сѝ: гдⷭ҇ь съ тобо́ю, ра́дꙋйсѧ, и҆ ра́дованнымъ гла́сомъ, бг҃оневѣ́сто, печа́ль прама́тере потреби́ла є҆сѝ.

Пѣ́снь г҃.

І҆рмо́съ: На ка́мени мѧ̀ вѣ́ры ᲂу҆тверди́въ, разшири́лъ є҆сѝ ᲂу҆ста̀ моѧ̑ на врагѝ моѧ̑, возвесели́босѧ дꙋ́хъ мо́й внегда̀ пѣ́ти: нѣ́сть свѧ́тъ, ꙗ҆́коже бг҃ъ на́шъ, и҆ нѣ́сть пра́веденъ, па́че тебє̀, гдⷭ҇и.

По а҆пⷭ҇лꙋ, ѻ҆́тче, вы́шнихъ и҆щѧ̀, и҆ мꙋдрова́нїе и҆мѣ́ѧ є҆́же къ бг҃ꙋ, всѧ̑, ꙗ҆̀же на землѝ, ѡ҆ста́вилъ є҆сѝ, и҆ па́че є҆стества̀ добро́ты сподо́билсѧ є҆сѝ.

Свѣ́томъ бжⷭ҇твеннымъ ѡ҆сїѧ́емь ѡ҆ не́мъ, и҆ пꙋ́ть къ жи́зни ведꙋ́щъ позна́лъ є҆сѝ, ѻ҆́тче на́шъ варлаа́ме, и҆ равноа́гг҃льнагѡ ра́ди житїѧ̀ чꙋдотво́рецъ наре́клсѧ є҆сѝ.

Закѡ́ны пита́ѧсѧ всѣ́хъ творца̀ и҆ влⷣки, тѣ́мже и҆ невече́рнимъ ѡ҆блистава́емь свѣ́томъ, свѣ́тлое со́лнце ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ, и҆ премꙋ́дрости сокро́вищемъ мі́ръ ѡ҆богаща́ѧ.

Бг҃оро́диченъ: Во и҆ны́хъ жена́хъ мт҃и, до́ндеже дв҃а не позна́сѧ, ни мт҃и по ржⷭ҇твѣ̀ дѣ́вствовати сподо́бисѧ: на тебѣ́ же, дв҃о бг҃ома́ти, ѻ҆боѐ сбы́стсѧ. тѣ́мъ весе́лїемъ дꙋ́ха воспѣва́ю: нѣ́сть непорѡ́чны па́че тебє̀, влⷣчце.

Сѣда́ленъ, гла́съ и҃.

Красоты̑ мїрскі̑ѧ ѿ млады́хъ ногте́й, прпⷣбне, возненави́дѣвъ, є҆ди́наго же хрⷭ҇та̀ ѿ се́рдца возлюби́лъ є҆сѝ, и҆ томꙋ̀ все́ю дꙋше́ю прилѣпи́лсѧ є҆сѝ, ꙗ҆́кѡ безпло́тенъ на землѝ пожи́въ съ пло́тїю: сла́вꙋ же мимотекꙋ́щꙋю и҆ бога́тство въ ничто́же вмѣни́въ, нбⷭ҇ное бога́тство воспрїѧ́лъ є҆сѝ, и҆ сла́вꙋ вѣ́чнꙋю. тѣ́мже ᲂу҆блажа́емъ ст҃о́е твоѐ ᲂу҆спе́нїе, и҆ въ не́мъ торжествꙋ́юще, вопїе́мъ тѝ: бг҃омꙋ́дре ѻ҆́тче на́шъ варлаа́ме, молѝ хрⷭ҇та̀ бг҃а, грѣхѡ́въ ѡ҆ставле́нїе дарова́ти чтꙋ́щымъ любо́вїю свѧтꙋ́ю па́мѧть твою̀.

Бг҃оро́диченъ: Ꙗ҆́кѡ всенепоро́чнаѧ невѣ́сто творца̀, ꙗ҆́кѡ неискꙋсомꙋ́жнаѧ мт҃и и҆зба́вителѧ, прїѧ́телище ꙗ҆́кѡ сꙋ́щи ᲂу҆тѣ́шителѧ, всепѣ́таѧ, беззако́нїю мѧ̀ сꙋ́ща скве́рное ѻ҆би́телище, и҆ де́мѡнѡмъ и҆гра́лище въ ра́зꙋмѣ бы́вша, потщи́сѧ ѿ тѣ́хъ ѕлодѣ́йства мѧ̀ и҆зба́вити: и҆ свѣ́тлое жили́ще добродѣ́телей совершѝ, свѣтоно́снаѧ, нетлѣ́ннаѧ: ѿженѝ ѻ҆́блакъ страсте́й, и҆ вы́шнѧгѡ прича́стїѧ сподо́би, и҆ свѣ́та невече́рнѧгѡ, моли́твами твои́ми.

Пѣ́снь д҃.

І҆рмо́съ: Пою́ тѧ, слꙋ́хомъ бо, гдⷭ҇и, ᲂу҆слы́шахъ и҆ ᲂу҆жасо́хсѧ: до менє́ бо и҆́деши, менѐ и҆щѧ̀ заблꙋ́ждшаго. тѣ́мъ мно́гое твоѐ снизхожде́нїе, є҆́же на мѧ̀, прославлѧ́ю, многоми́лостиве.

Ꙗ҆́кѡ въ порфѵ́рꙋ и҆ вѷссѡ́нъ, и҆ въ ца́рскꙋю багрѧни́цꙋ ѡ҆дѣ́ѧсѧ тобо́ю вели́каѧ рѡссі́йскаѧ землѧ̀: дне́сь ᲂу҆́бѡ, свѣ́тлѡ торжествꙋ́ющи, весели́тсѧ, варлаа́ме, и҆мѣ́ющи тѧ̀ въ себѣ̀, ꙗ҆́кѡ неистощи́мое сокро́вище.

Мі́ра любвѐ ѿре́ксѧ, дости́глъ є҆сѝ го́рнїй і҆ерⷭ҇ли́мъ, и҆дѣ́же хрⷭ҇то́съ со ѻ҆ц҃е́мъ и҆ дх҃омъ: и҆ вѣнцє́въ ѿ негѡ̀ сподо́бивсѧ, со безпло́тными ли̑ки пое́ши, прїе́млѧ є҆гѡ̀ сїѧ́нїе.

А҆́ще ᲂу҆́бѡ, ѻ҆́тче, тѣ́сный и҆ болѣ́зненный пꙋ́ть ше́ствовалъ є҆сѝ въ житїѝ, но ѻ҆ба́че нетлѣ́ннꙋю жи́знь наслѣ́довалъ є҆сѝ, ѿѻнꙋ́дными свѣ́тлостьми бога́тнѡ просвѣща́ѧсѧ, бг҃облаже́нне варлаа́ме.

Бг҃оро́диченъ: И҆́стиннѡ тѧ̀ сѣ́нь свидѣ́тельствова многоразли́чными ѻ҆́бразы, ꙗ҆́вѣ показꙋ́ющи воплоще́ннаго и҆зъ тебє̀ є҆ди́наго трⷪ҇цы, пречⷭ҇таѧ, неизмѣ́ннѡ, бг҃ома́ти влⷣчце, и҆ мі́ръ ѡ҆бнови́вша.

Пѣ́снь є҃.

І҆рмо́съ: Свѣ́та пода́телю и҆ вѣкѡ́въ тво́рче, гдⷭ҇и, во свѣ́тѣ твои́хъ повелѣ́нїй наста́ви на́съ: ра́звѣ бо тебє̀ и҆но́гѡ бо́га не зна́емъ.

Ꙗ҆ре́мъ гдⷭ҇нь ѿ ю҆́ности, мꙋ́дре, взе́мъ, послѣ́довалъ є҆сѝ хрⷭ҇тꙋ̀ скорбьмѝ и҆ слеза́ми, прпⷣбне, мы́сленно ѻ҆́ко къ немꙋ̀ и҆мѣ́ѧ, до́ндеже и҆ ст҃ы́хъ селе́нїй дости́глъ є҆сѝ, ѡ҆брѣ́тъ поко́ище го́рнѧгѡ гра́да.

Страсте́й ѿгна́въ мглꙋ̀ ꙗ҆́вѣ зарѧ́ми, ѻ҆́тче, добродѣ́телей, просвѣще́нїе дх҃а въ се́рдцы прїе́мъ, варлаа́ме: и҆́мже попали́лъ є҆сѝ всѧ̑ дє́мѡнскаѧ ѡ҆полчє́нїѧ, и҆ по́стничєскимъ ликѡ́мъ причта́лсѧ є҆сѝ.

Насажде́нъ во дво́рѣхъ гдⷭ҇нихъ, и҆ въ домꙋ̀ бг҃а на́шегѡ процвѣ́лъ є҆сѝ. прїе́мъ нбⷭ҇ное сѣ́мѧ, бг҃одꙋхнове́нне, серде́чною браздо́ю, кла́съ стори́чествꙋющь прине́слъ є҆сѝ: тѣ́мже ѡ҆богати́лсѧ є҆сѝ вѣнце́мъ чꙋде́съ.

Бг҃оро́диченъ: Оу҆пра́ви ᲂу҆́мъ мо́й, влⷣчце, трꙋжда́ющїйсѧ въ пꙋчи́нѣ скорбе́й, и҆ потоплѧ́емь наше́ствїемъ тлетво́рныхъ страсте́й, и҆ спасѝ, бцⷣе, къ тебѣ̀ прибѣга́ющыѧ: и҆ны́ѧ бо помо́щницы, чⷭ҇таѧ, ра́звѣ тебє̀, не зна́емъ.

Пѣ́снь ѕ҃.

І҆рмо́съ: Въ бе́зднѣ грѣхо́внѣй валѧ́ѧсѧ, неизслѣ́днꙋю милосе́рдїѧ твоегѡ̀ призыва́ю бе́зднꙋ: ѿ тлѝ, бж҃е, мѧ̀ возведѝ.

Мо́ре жите́йское любомꙋ́дрїемъ и҆спыта́въ, и҆ разꙋмѣ́въ сꙋ́етно сꙋ́що, и҆, ꙗ҆́кѡ вско́рѣ погиба́ющо, ѿве́рглъ є҆сѝ, є҆ди́номꙋ прилѣпи́лсѧ є҆сѝ хрⷭ҇тꙋ̀: є҆гѡ́же ра́ди и҆ тѧготꙋ̀ дневнꙋ́ю поне́слъ є҆сѝ, ѡ҆ всѣ́хъ томꙋ̀ восхождє́нїѧ въ се́рдцы свое́мъ полага́ѧ.

Вѣ́триломъ ѡ҆крилѧ́емь воздержа́нїѧ, и҆ ѿтꙋ́дꙋ дости́глъ є҆сѝ въ приста́нище благоꙋти́шное, поще́нїемъ пита́ѧ дꙋ́шꙋ твою̀, прпⷣбне, и҆ свѣ́тлꙋ всѣ́хъ творцꙋ̀ предста́вилъ є҆сѝ ю҆̀. тѣ́мже и҆ хрⷭ҇то́съ прїѧ́тъ ю҆̀, ꙗ҆́кѡ свѣтоза́рнꙋю ѕвѣздꙋ̀, и҆ своеѧ̀ сла́вы соприча́стнꙋ содѣ́ла.

А҆́гг҃льскаѧ вѡ́инства сꙋ́щемꙋ во пло́ти житїю̀ твоемꙋ̀ ᲂу҆диви́шасѧ, ѻ҆́тче варлаа́ме: бꙋ́ри бо страсте́й ѿбѣ́глъ, и҆ соверше́ннагѡ ра́ди житїѧ̀, вѣ́триломъ воздержа́нїѧ дости́глъ є҆сѝ въ благоꙋти́шное приста́нище хрⷭ҇то́во.

Бг҃оро́диченъ: Ѡ҆бетша́вшыѧ ны̀ го́рькимъ дре́вле дре́ва вкꙋше́нїемъ, и҆ па́дшыѧ поползнове́нїемъ, пречⷭ҇таѧ, ѡ҆бнови́ла є҆сѝ, зижди́телѧ ро́ждши сло́во ѵ҆поста́сное, дв҃ома́ти влⷣчце.

Конда́къ, гла́съ и҃.

Ꙗ҆́коже дрꙋгі́й и҆лїа̀, ѻ҆́тче, до́ждь съ нб҃сѐ све́лъ є҆сѝ, ѻ҆́нъ ᲂу҆́бѡ ѻ҆́гнь сведѐ и҆ царѧ̀ ᲂу҆дивѝ: ты́ же лю́ди твоѧ̑ возвесели́лъ є҆сѝ, и҆ торжествова́ти ᲂу҆стро́илъ є҆сѝ: вели́кїй бо но́вградъ вельмѝ тобо́ю хва́литсѧ, и҆мѣ́ѧ мо́щи твоѧ̑ въ себѣ̀, є҆го́же сохранѧ́й ѿ вра̑гъ непоколеби́ма, да зове́мъ тѝ: ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне варлаа́ме ѻ҆́тче на́шъ.

І҆́косъ:

А҆́ще и҆ человѣ́къ є҆стество́мъ бы́лъ є҆сѝ, прпⷣбне ѻ҆́тче, но вы́шнѧгѡ і҆ерⷭ҇ли́ма ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ согра́жданинъ, и҆ человѣ́къ ᲂу҆́бѡ є҆стество́мъ, безпло́тныхъ че́сти сподо́билсѧ є҆сѝ. тѣ́мже и҆ са̑маѧ зрѧ́ще чꙋдеса̀ похва̑льнаѧ ᲂу҆дивлѧ́ютъ на́съ, и҆ наꙋча́ютъ зва́ти тебѣ̀ такѡва́ѧ: ра́дꙋйсѧ, благочести́ва ѻ҆тца̀ ѻ҆́трасле: ра́дꙋйсѧ, ма́тере благоговѣ́йныѧ вѣ́тве: ра́дꙋйсѧ, смире́нїѧ высото̀: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ къ позна́нїю бг҃а всѧ̑ приводѧ̀: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ мнѡ́га чꙋдеса̀ ѡ҆ хрⷭ҇тѣ̀ сотвори́лъ є҆сѝ: ра́дꙋйсѧ, цѣломꙋ́дрїѧ сто́лпе, и҆́мже дє́мѡнскаѧ свирѣ̑пства и҆скорени́шасѧ: ра́дꙋйсѧ, свѣти́льниче многосвѣ́тлый: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ ᲂу҆вѧди́лъ є҆сѝ плотска̑ѧ мꙋдрова̑нїѧ: ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ до́ждь моли́твою све́лъ є҆сѝ, и҆ па́ки наводне́нїю бы́вшꙋ, моли́твою водотѡ́чныѧ ѻ҆́блаки востѧ́глъ є҆сѝ: ра́дꙋйсѧ, вели́кагѡ нова́града похвала̀ и҆ ᲂу҆твержде́нїе, є҆го́же и҆ сохранѝ ѿ вра̑гъ непоколеби́ма до конца̀, да зове́мъ тѝ: ра́дꙋйсѧ, прпⷣбне варлаа́ме, ѻ҆́тче на́шъ.

Пѣ́снь з҃.

І҆рмо́съ: Ѻ҆́бразꙋ злато́мꙋ, на по́лѣ деи́рѣ слꙋжи́мꙋ, трїѐ твоѝ ѻ҆́троцы небрего́ша безбо́жнагѡ велѣ́нїѧ, посредѣ́ же ѻ҆гнѧ̀ вве́ржени, ѡ҆роша́еми поѧ́хꙋ: бл҃гослове́нъ є҆сѝ, бж҃е ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Ѕѣ́льнымъ поще́нїемъ, ꙗ҆́кѡ благово́нною пи́щею пита́ѧ дꙋ́шꙋ твою̀, прпⷣбне варлаа́ме. тѣ́мже и҆ трисо́лнечномꙋ бж҃ествꙋ̀ предстоѧ̀, со а҆́гг҃лы пое́ши: бл҃гослове́нъ бг҃ъ ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Ѡ҆блиста́лъ є҆сѝ, ꙗ҆́коже невече́рнее со́лнце, ѻ҆те́чество твоѐ просвѣща́ѧ, прпⷣбне варлаа́ме, тмы̀ и҆збавлѧ́ѧ страсте́й, и҆ на на́съ навѣ́тꙋющихъ совѣ́ты разорѝ, ѿ вра̑гъ не преткнове́ннымъ бы́ти на́мъ, пою́щымъ: бл҃гослове́нъ бг҃ъ ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Ꙗ҆́кѡ на бжⷭ҇твеннꙋю добродѣ́телей лѣ́ствицꙋ воздержа́нїемъ, ѻ҆́тче, возше́дъ, ᲂу҆́мными ѻ҆чесы̀ хрⷭ҇та̀ цр҃ѧ̀ ви́дѣлъ є҆сѝ, ѻ҆би́льною десни́цею по числꙋ̀ добродѣ́телей варлаа́ме, дарова̑нїѧ даю́ща ѿ дꙋшѝ вопїю́щымъ: бл҃гослове́нъ бг҃ъ ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Дрема́нїѧ ѿню́дъ и҆ сна̀ твои̑мъ ѻ҆чесє́мъ не да́лъ є҆сѝ, до́ндеже возме́здїе ѿ хрⷭ҇та̀ трꙋдѡ́въ ѡ҆брѣ́лъ є҆сѝ, наслажде́нїе нбⷭ҇нагѡ црⷭ҇твїѧ, є҆́же ᲂу҆гото́ва ѿ вѣ́ры пою́щымъ: бл҃гослове́нъ бг҃ъ ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Бг҃оро́диченъ: Ѡ҆бновлѧ́ютсѧ въ тебѣ̀ є҆стества̀ зако́ны: па́че є҆стества́ бо, є҆стество́мъ непостижи́маго, дв҃о, бг҃а є҆мманꙋ́ила пресла́внѡ, чⷭ҇таѧ, родила̀ є҆сѝ, въ на́ше вѣ́рныхъ ѡ҆бновле́нїе.

Пѣ́снь и҃.

І҆рмо́съ: Въ пе́щь ѻ҆́гненнꙋю ко ѻ҆трокѡ́мъ є҆врє́йскимъ, снизше́дшаго и҆ пла́мень въ ро́сꙋ прело́жшаго бг҃а, по́йте дѣла̀, ꙗ҆́кѡ гдⷭ҇а, и҆ превозноси́те во всѧ̑ вѣ́ки.

Слеза́ми твои́ми, ѻ҆́тче варлаа́ме, ᲂу҆мыва́ѧсѧ, житїѐ проше́лъ є҆сѝ, и҆ тѣ́ми мно́жєства де́мѡнѡвъ потопи́лъ є҆сѝ, вѣ́рныхъ же мы̑сли возвесели́лъ є҆сѝ, пою́щихъ: всѧ̑ дѣла̀ гдⷭ҇а по́йте, и҆ превозноси́те є҆го̀ во вѣ́ки.

Оу҆ѧзви́лсѧ є҆сѝ бжⷭ҇твеннымъ жела́нїемъ, всебл҃же́нне, тѣ́мже и҆ непоро́чное и҆ пра́ведное житїѐ проходѧ̀, до́ндеже дости́глъ є҆сѝ ца́рскагѡ престо́ла, ѿѻнꙋ́дными свѣтлостьмѝ ѡ҆сїѧ́ѧ пою́щыѧ: всѧ̑ дѣла̀, гдⷭ҇а по́йте, и҆ превозноси́те є҆го̀ во вѣ́ки.

Къ свѣ́тꙋ незаходи́момꙋ, сла́вне, взѧ́лсѧ є҆сѝ, наслажде́нїе же земны́хъ веще́й ѡ҆плева́въ вы́шнѧгѡ ра́ди наслажде́нїѧ, па́че воздержа́нїю поревнова́лъ є҆сѝ, и҆ страсте́й пла́мень потща́лсѧ є҆сѝ ᲂу҆гаси́ти слеза́ми твои́хъ и҆стѡ́чникъ, варлаа́ме, вопїѧ̀: всѧ̑ дѣла̀ гдⷭ҇а по́йте, и҆ превозноси́те є҆го̀ во вѣ́ки.

Бг҃оро́диченъ: Распѧ́тїе и҆ погребе́нїе, и҆́же ѿ тебє̀ небра́чнѡ, дв҃о, произы́де, претерпѣ́въ на́съ ра́ди мꙋче́нїе, є҆гѡ́же стрⷭ҇те́мъ ревнꙋ́ѧ прпⷣбный варлаа́мъ, крестови́днѡ мꙋче́нїѧ поще́нїемъ томꙋ̀, чⷭ҇таѧ, послѣ́дова.

Пѣ́снь ѳ҃.

І҆рмо́съ: Ꙗ҆́же пре́жде со́лнца, свѣти́льника бг҃а возсїѧ́вшаго, пло́тски къ на́мъ прише́дшаго, и҆зъ бокꙋ̀ дв҃и́чꙋ, неизрече́ннѡ воплоти́вшаѧ, бл҃гослове́ннаѧ всечи́стаѧ, тѧ̀ бцⷣе велича́емъ.

Пожи́въ на землѝ равноа́гг҃льнѡ, равноа́гг҃льнꙋ ѡ҆брѣ́лъ є҆сѝ свѣ́тлость, молѝ непреста́ннѡ и҆зба́вителѧ, варлаа́ме, ѡ҆ творѧ́щихъ благоче́стнѡ па́мѧть твою̀, ѽ пребл҃же́нне! мона́шествꙋющихъ похвало̀.

Оу҆́зкїй и҆ приско́рбный ше́ствовавъ пꙋ́ть, ѻ҆́тче варлаа́ме, и҆ тѣле́снѣ ᲂу҆́бѡ преста́вилсѧ є҆сѝ, дꙋ́хомъ же жи́въ предстои́ши бг҃ꙋ. но ꙗ҆́кѡ и҆мѣ́ѧ дерзнове́нїе, є҆мꙋ́же въ житїѝ рабо́талъ є҆сѝ, молѝ спастѝ дꙋ́шы на́шѧ.

И҆сцѣле́нїй ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ стрꙋѧ̀ ѻ҆би́льнаѧ, многомѧте́жнагѡ пла́мене ᲂу҆́глїе страсте́й ᲂу҆гаси́лъ є҆сѝ: ᲂу҆́мъ бо тво́й неѡкра́денъ, прпⷣбне ѻ҆́тче, соблю́лъ є҆сѝ, и҆ ꙗ҆́кѡ крѣ́покъ варлаа́ме, побѣжда́еши и҆скꙋси́телѧ.

Бг҃оро́диченъ: Є҆ди́на и҆мꙋ́щи дерзнове́нїе, влⷣчце, за ве́сь мі́ръ сн҃ꙋ твоемꙋ̀ моли́сѧ, не помина́ѧ безчи́сленныхъ собла̑знъ на́шихъ, и҆ покры́й лю́ди вопїю́щыѧ тѝ ᲂу҆миле́ннымъ гла́сомъ: спасѝ, чⷭ҇таѧ бцⷣе, тебѐ досто́йнѡ велича́ющыѧ.

Свѣти́ленъ.

Восто́ка восто́кѡвъ, разꙋ́мнагѡ сл҃нца хрⷭ҇та̀ свѣтоза́рнаѧ лꙋча̀ возсїѧ̀, и҆ свѣти́льникъ многосвѣ́тлый, пꙋсты́нное воспита́нїе, и҆ чистоты̀ кра́снаѧ ѻ҆би́тель, хрⷭ҇то́вы добрѡ́ты ꙗ҆́снѡ зрѧ̀, є҆гѡ́же сїѧ́ньми ᲂу҆́мъ тво́й ѡ҆зари́лъ є҆сѝ. тѣ́мже тѧ̀ свѣти́льника стѧжа́вше, ѻ҆́тче на́шъ варлаа́ме, мо́лимъ тѧ̀ въ ми́рѣ сохранє́ннымъ бы́ти, па́мѧть твою̀ почита́ющымъ.

Бг҃оро́диченъ: Неизрече́ннагѡ чревоноше́нїѧ была̀ є҆сѝ всенепоро́чнаѧ невѣ́ста, и҆ ꙗ҆́кѡ сꙋ́щи честнѣ́йшїй хра́мъ, бцⷣе: свѣ́тъ бо превѣ́чный въ тѧ̀ всели́сѧ, и҆ родила̀ є҆сѝ бг҃а сло́ва. пою́ще твоѐ ржⷭ҇тво̀, велича́емъ досто́йнѡ, всенепоро́чнаѧ ѻ҆трокови́це.

Крат­кое жи­тие пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма Ху­тын­ско­го

Пре­по­доб­ный Вар­ла­ам Ху­тын­ский жил в XII ве­ке, был сы­ном знат­но­го нов­го­род­ца и свои дет­ские го­ды про­вел в Нов­го­ро­де. В юно­ше­ском воз­расте, уда­лив­шись в под­го­род­ний Ли­си­чий мо­на­стырь, пре­по­доб­ный Вар­ла­ам при­нял по­стриг. За­тем он по­се­лил­ся на уеди­нен­ном хол­ме над Вол­хо­вом, в уро­чи­ще, на­зы­вав­шем­ся Ху­тынь, в 10 вер­стах от Нов­го­ро­да. В уеди­не­нии пре­по­доб­ный Вар­ла­ам про­во­дил су­ро­вую жизнь, со­вер­шая непре­стан­ные мо­лит­вы и со­блю­дая очень стро­гий пост. Он рев­ност­но под­ви­зал­ся в тру­дах – сам ру­бил лес, пи­лил дро­ва, па­хал зем­лю, ис­пол­няя сло­ва Свя­щен­но­го Пи­са­ния: "Аще кто не хо­щет де­ла­ти, ни­же да яст" (2Сол.3,10). К нему со­бра­лись неко­то­рые из жи­те­лей Нов­го­ро­да, же­лав­шие раз­де­лить с пре­по­доб­ным тру­ды и по­дви­ги. По­учая при­хо­див­ших, пре­по­доб­ный Вар­ла­ам го­во­рил: "Ча­да, блю­ди­тесь от вся­кой неправ­ды, не за­ви­дуй­те, не кле­ве­щи­те. Воз­дер­жи­вай­тесь от гне­ва, не от­да­вай­те де­нег в рост. Бе­ре­ги­тесь су­дить непра­во. Не кля­ни­тесь лжи­во, дав­ши клят­ву, ис­пол­няй­те ее. Не пре­да­вай­тесь те­лес­ным стра­стям. Будь­те все­гда крот­ки и ко всем от­но­си­тесь с лю­бо­вью. Сия доб­ро­де­тель – на­ча­ло и ко­рень вся­ко­го добра".

Вско­ре бы­ла воз­двиг­ну­та цер­ковь в честь Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня и ос­но­ван мо­на­стырь. Гос­подь нис­по­слал пре­по­доб­но­му для слу­же­ния ближ­ним дар чу­до­тво­ре­ний и про­зор­ли­во­сти. Ко­гда дни его при­бли­жа­лись к кон­цу, по Бо­жию из­во­ле­нию при­был из Кон­стан­ти­но­по­ля свя­щен­но­и­нок Ан­то­ний – сверст­ник и друг пре­по­доб­но­го. Бла­жен­ный, об­ра­ща­ясь к нему, ска­зал: "Воз­люб­лен­ный брат мой! Бо­жие бла­го­во­ле­ние по­чи­ва­ет над сею оби­те­лью. Ныне я пе­ре­даю в твои ру­ки сей мо­на­стырь. Блю­ди его и за­боть­ся о нем. Я уже от­хо­жу к Ца­рю Небес­но­му. Но не сму­щай­ся этим: те­лом я по­ки­даю вас, ду­хом же все­гда бу­ду с ва­ми". Пре­по­дав на­став­ле­ние сво­ей бра­тии, за­по­ве­дав хра­нить пра­во­слав­ную ве­ру и по­сто­ян­но пре­бы­вать в сми­ре­нии, пре­по­доб­ный Вар­ла­ам пре­ста­вил­ся ко Гос­по­ду 6 но­яб­ря 1192 го­да.

Пол­ное жи­тие пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма Ху­тын­ско­го

Пре­по­доб­ный Вар­ла­ам, в ми­ре Алек­сей, под­ви­зал­ся в XII ве­ке на бе­ре­гу Вол­хо­ва. Он был сын бо­га­тых и име­ни­тых граж­дан Ве­ли­ко­го Нов­го­ро­да, Ми­ха­и­ла и Ан­ны, от­ли­чав­ших­ся бла­го­че­сти­вой жиз­нью. Вос­пи­тан­ный под вли­я­ни­ем доб­ро­де­тель­ных ро­ди­те­лей, Алек­сей с ран­них лет по­чув­ство­вал осо­бен­ное рас­по­ло­же­ние к бла­го­че­сти­вой и уеди­нен­ной жиз­ни, уда­лял­ся от вся­ких игр и об­ще­ства то­ва­ри­щей, лю­бил чи­тать свя­щен­ные кни­ги, ча­сто по­се­щал храм Бо­жий, а до­ма про­во­дил вре­мя в мо­лит­ве и по­сте. Опа­са­ясь за здо­ро­вье юно­го по­движ­ни­ка, ро­ди­те­ли уго­ва­ри­ва­ли его не из­ну­рять се­бя по­стом, но пре­по­доб­ный крот­ко от­ве­чал им: "Мно­го я, лю­без­ные ро­ди­те­ли, чи­тал свя­щен­ных книг, но ни­где не на­хо­дил, чтобы са­ми ро­ди­те­ли со­ве­то­ва­ли сво­им де­тям что-ли­бо дур­ное, как вы мне со­ве­ту­е­те. Не до­ро­же ли все­го для нас Цар­ство Небес­ное? Но не пи­ща и пи­тие вве­дут нас ту­да, а пост и мо­лит­ва. Вспом­ни­те, сколь­ко бы­ло лю­дей по­сле Ада­ма, и все они умер­ли и сме­ша­лись с зем­лею, а уго­див­шие Бо­гу доб­ро­де­тель­ной жиз­нью, про­лив­шие за Хри­ста кровь свою и из люб­ви ко Хри­сту от­рек­ши­е­ся от ми­ра, по­лу­чи­ли Цар­ство Небес­ное и все­ми про­слав­ля­ют­ся. По­это­му и я, при по­мо­щи Бо­жи­ей, хо­чу по сво­им си­лам под­ра­жать им". Услы­шав та­кой от­вет, ро­ди­те­ли изу­ми­лись ра­зу­му юно­ши и предо­ста­ви­ли ему пол­ную сво­бо­ду жить по сво­е­му же­ла­нию. По смер­ти ро­ди­те­лей пре­по­доб­ный, раз­дав все свое иму­ще­ство бед­ным, уда­лил­ся в пу­сты­ню к по­движ­ни­ку Пор­фи­рию и при­нял от него по­стри­же­ние с име­нем Вар­ла­а­ма.

Ис­кав­ший со­вер­шен­но­го уеди­не­ния пре­по­доб­ный Вар­ла­ам ре­шил по­се­лить­ся в глу­хом ме­сте в 10 вер­стах от Нов­го­ро­да. Ме­сто это на­зы­ва­лось Ху­тынь (ху­дынь, ху­дое ме­сто) и поль­зо­ва­лось дур­ною сла­вой; по мне­нию на­род­но­му, здесь жи­ла нечи­стая си­ла, и все бо­я­лись хо­дить сю­да. Но ни­ка­кая нечи­стая си­ла не страш­на ра­бу Хри­сто­ву, во­ору­жен­но­му неодо­ли­мым ору­жи­ем – кре­стом Хри­сто­вым, да­ле­ко от­го­ня­ю­щим всех вра­гов. Под­хо­дя к Ху­ты­ни, пре­по­доб­ный уви­дел свет­лый луч, про­си­яв­ший из гу­стой ча­щи ле­са. Из это­го зна­ме­ния он по­нял, что его на­ме­ре­ние по­се­лить­ся здесь со­глас­но с во­лей Бо­жи­ей. С чув­ством бла­го­дар­но­сти ко Гос­по­ду вос­клик­нул пре­по­доб­ный сло­ва­ми Про­ро­ка: "3десь по­кой мой и здесь все­лю­ся в век ве­ка!" (Пс.131,14). По­мо­лив­шись усерд­но Гос­по­ду, по­ста­вил се­бе пре­по­доб­ный кел­лию по­сре­ди глу­хой ча­щи. Весь день он про­во­дил в тру­дах, а ночь – в мо­лит­ве, стро­го по­стил­ся, но­сил су­ро­вую одеж­ду и вери­ги (хра­ня­ща­я­ся в Ху­тын­ской оби­те­ли вла­ся­ни­ца пре­по­доб­но­го име­ет 18 ф. ве­су, а вери­ги – 8 фун­тов). Мно­го на­па­де­ний дол­жен был пе­ре­не­сти стро­гий по­движ­ник от диа­во­ла. Ста­ра­ясь из­гнать пу­стын­ни­ка, бе­сы то при­ни­ма­ли вид раз­ных зве­рей, змей, чтобы устра­шить его. то воз­буж­да­ли про­тив него лю­дей, чтобы оскорб­ле­ни­я­ми от них при­ну­дить его оста­вить из­бран­ное им ме­сто, то воз­буж­да­ли в нем раз­ные по­мыс­лы, ста­ра­лись до­ве­сти его до на­ру­ше­ния по­ста, но пре­по­доб­ный крот­ко пе­ре­но­сил все оби­ды, усерд­ной слез­ной мо­лит­вой и стро­гим по­стом по­дав­лял все эти по­мыс­лы и раз­ру­шал все ухищ­ре­ния диа­во­ла.

Вы­со­ко­нрав­ствен­ная жизнь св. Вар­ла­а­ма ско­ро сде­ла­лась из­вест­ной в стране, к нему ста­ли при­хо­дить и кня­зья, и бо­яре, и про­стые лю­ди за со­ве­том и бла­го­сло­ве­ни­ем; мно­гие про­си­ли поз­во­ле­ния по­се­лить­ся вме­сте с ним. Как ни лю­бил уеди­не­ние пре­по­доб­ный, но, пом­ня за­по­ведь Гос­под­ню о люб­ви к ближ­ним, по ко­то­рой каж­дый преж­де и более все­го дол­жен за­бо­тить­ся о поль­зе дру­гих, с го­тов­но­стью и лю­бо­вью при­ни­мал всех, кто к нему об­ра­щал­ся. Его стро­гая нес­тя­жа­тель­ность, лю­бовь и снис­хо­ди­тель­ность к рас­ка­и­ва­ю­щим­ся, крот­кое и вме­сте с тем про­ник­ну­тое си­лой ис­крен­не­го чув­ства сло­во на­зи­да­ния про­из­во­ди­ло силь­ное впе­чат­ле­ние на всех при­хо­див­ших к нему. Каж­дый по­лу­чал на­став­ле­ние при­ме­ни­тель­но к сво­е­му по­ло­же­нию. На­чаль­ни­кам и кня­зьям он го­во­рил, чтобы все­гда пом­ни­ли о трех ве­щах: пер­вое, что они на­чаль­ству­ют над людь­ми та­ки­ми же, как и са­ми; вто­рое, что на­чаль­ство­вать долж­ны по за­ко­нам; тре­тье, что они не все­гда бу­дут на­чаль­ство­вать и что им так­же при­дет­ся дать от­чет Бо­гу в су­дах сво­их, ибо над ни­ми есть суд Бо­жий. Ино­ков он учил не пре­воз­но­сить­ся, ес­ли они по­став­ле­ны на­чаль­ни­ка­ми оби­те­ли, но тем усерд­нее ра­бо­тать Бо­гу. Вся бра­тия долж­на тру­дить­ся день и ночь на из­бран­ном по­при­ще. Бо­га­тым он вну­шал не за­бы­вать, что есть веч­ность с му­ка­ми для празд­ных, и что мно­ги­ми скор­бя­ми по­крыт путь в цар­ство небес­ное. Ми­ря­нам и всем во­об­ще он вну­шал не воз­да­вать злом за зло, не оби­жать друг дру­га, уда­лять­ся от вся­кой неправ­ды и нечи­сто­ты и пом­нить о сво­их гре­хах.

Чис­ло ино­ков, же­лав­ших под­ви­зать­ся в оби­те­ли пре­по­доб­но­го, по­сто­ян­но уве­ли­чи­ва­лось. Св. Вар­ла­ам по­стро­ил неболь­шую де­ре­вян­ную цер­ковь в честь Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня в па­мять то­го чу­дес­но­го све­та, ко­то­рый оси­ял это ме­сто, ко­гда св. Вар­ла­ам при­нял на­ме­ре­ние по­се­лить­ся здесь, и несколь­ко кел­лий. Пре­по­доб­ный сво­им при­ме­ром и сво­и­ми на­став­ле­ни­я­ми вел жив­ших с ним ино­ков к ду­хов­но­му со­вер­шен­ству. Он сам об­ра­ба­ты­вал зем­лю, сам по­стро­ил се­бе ке­ллию; и сей­час цел ко­ло­дец, вы­ко­пан­ный им.

За свою доб­ро­де­тель­ную жизнь св. Вар­ла­ам еще при жиз­ни был про­слав­лен от Гос­по­да да­ром про­зор­ли­во­сти и чу­до­тво­ре­ния. По­то­му ар­хи­епи­скоп Нов­го­ро­да ча­сто об­ра­щал­ся к пре­по­доб­но­му за со­ве­та­ми.

Од­на­жды, от­пра­вив­шись к ар­хи­епи­ско­пу, св. Вар­ла­ам уви­дел на мо­сту через Вол­хов боль­шую тол­пу на­ро­да и па­ла­ча, ко­то­рый го­то­вил­ся сбро­сить в ре­ку осуж­ден­но­го пре­ступ­ни­ка (обыч­ная смерт­ная казнь в Нов­го­ро­де в древ­нее вре­мя). Пре­по­доб­ный оста­но­вил па­ла­ча, и про­сил на­род от­дать ему осуж­ден­но­го, ска­зав" "Он за­гла­дит ви­ны свои в Ху­тыне". Все тот­час же еди­но­душ­но за­кри­ча­ли: "От­дай­те, от­дай­те осуж­ден­но­го пре­по­доб­но­му от­цу на­ше­му Вар­ла­а­му". Осво­бо­див осуж­ден­но­го от уз, св. Вар­ла­ам по­слал его в свою оби­тель. Через неко­то­рое вре­мя спа­сен­ный от каз­ни при­нял ино­че­ство и, по­жив бла­го­че­сти­во в оби­те­ли, скон­чал­ся. Но в дру­гом по­доб­ном же слу­чае св. Вар­ла­ам по­сту­пил по-ино­му. При­шлось ему опять про­ез­жать мост, ко­гда го­то­ви­лись сбро­сить осуж­ден­но­го. Род­ствен­ни­ки и мно­гие из на­ро­да, уви­дев пре­по­доб­но­го, умо­ля­ли его спа­сти осуж­ден­но­го, но он, не об­ра­щая вни­ма­ния на все прось­бы, ве­лел воз­ни­це сво­е­му ско­рее ехать, и казнь со­вер­ши­лась. Та­кой по­сту­пок свя­то­го изу­мил на­род.

"Что это зна­чит? – го­во­ри­ли все меж­ду со­бой. – Од­но­го пре­по­доб­ный спас от каз­ни, хо­тя его и не про­си­ли об этом, а дру­го­го не за­хо­тел, несмот­ря на все моль­бы". Уче­ни­ки св. Вар­ла­а­ма по воз­вра­ще­нии в оби­тель про­си­ли его объ­яс­нить этот по­сту­пок. "Судь­бы Гос­под­ни, - от­ве­чал пре­по­доб­ный, - без­дна мно­га. Гос­подь всем хо­чет спа­се­ния и не хо­чет смер­ти греш­ни­ка. Пер­вый был осуж­ден спра­вед­ли­во, но по­сле осуж­де­ния со­знал свои гре­хи, и Гос­подь из­ба­вил его от смер­ти через мое недо­сто­ин­ство, чтобы дать ему вре­мя рас­ка­ять­ся и за­гла­дить свои гре­хи, что он и ис­пол­нил в оби­те­ли. Вто­рой же был осуж­ден невин­но, но Гос­подь по­пустил ему уме­реть, чтобы впо­след­ствии он не сде­лал­ся дур­ным че­ло­ве­ком; те­перь же, уме­рев невин­но, он по­лу­чил от Гос­по­да ве­нец му­че­ни­че­ский. Та­ко­ва тай­на су­деб Бо­жи­их: "Кто бо ра­зум ум Гос­по­день или кто со­вет­ник ему бысть" (Рим.2.33-34).

Од­на­жды в пу­сты­ню к пре­по­доб­но­му при­был князь Яро­слав. Св. Вар­ла­ам, бла­го­слов­ляя его, ска­зал: "Будь здо­ров, князь, и с бла­го­род­ным сы­ном тво­им". Это при­вет­ствие изу­ми­ло кня­зя, не знав­ше­го еще о рож­де­нии мла­ден­ца. По­лу­чив вско­ре ра­дост­ную весть о рож­де­нии сы­на, он про­сил пре­по­доб­но­го быть вос­при­ем­ни­ком но­во­рож­ден­но­го, на что св. Вар­ла­ам со­гла­сил­ся охот­но. Это бы­ло в 1190 го­ду.

Об­ла­дая да­ром про­зор­ли­во­сти, пре­по­доб­ный ста­рал­ся предо­сте­речь бра­тию от гре­хов­ных па­де­ний. Как-то мо­на­стыр­ские ры­ба­ки в чис­ле мно­же­ства мел­кой ры­бы пой­ма­ли боль­шо­го осет­ра и скры­ли его, же­лая про­дать, а пре­по­доб­но­му при­нес­ли толь­ко мел­кую ры­бу. По­смот­рев на них с улыб­кою, св. Вар­ла­ам ска­зал: "Вы при­нес­ли ко мне де­тей, ку­да же скры­ли их мать". Сму­щен­ные этим крот­ким об­ли­че­ни­ем, ры­ба­ки па­ли к но­гам пре­по­доб­но­го, про­ся про­ще­ния.

На­учая дру­гих удер­жи­вать­ся от ис­ку­ше­ний, пре­по­доб­ный стро­го сле­дил за со­бой, мо­лит­вой и по­стом по­дав­ляя в се­бе вся­кий дур­ной по­мы­сел. Од­на­жды при­нес­ли пре­по­доб­но­му све­жую ры­бу. Ему за­хо­те­лось вку­сить ее, но, по­да­вив в се­бе это же­ла­ние, ве­лел при­го­то­вить ры­бу и по­ло­жить в со­суд в ке­ллии. Три дня он про­вел в стро­гом по­сте и мо­лит­ве. На чет­вер­тый день свя­той от­крыл со­суд с ры­бой и, уви­дев там мно­же­ство чер­вей, ска­зал: "Вар­ла­ам, Вар­ла­ам. Вся­кое жи­вот­ное по раз­ру­ше­нии сво­ем об­ра­ща­ет­ся в тле­ние; по­до­ба­ет и нам раз­ре­шить­ся от вся­ка­го на­сла­жде­ния бра­шен и при­стра­стия к этой жиз­ни. Ес­ли же хо­чешь здесь есть слад­кую пи­щу и пить слад­кое пи­тье, то за­чем и чер­но­риз­цем на­зы­ва­ешь­ся? Ты уже от­лу­чил­ся от ми­ра в пу­сты­ню, чтобы слу­жить Твор­цу сво­е­му". Ска­зав это, он вы­бро­сил ры­бу, и по­мысл о слад­кой пи­ще не сму­щал бо­лее.

Осо­бен­но за­ме­ча­тель­ный слу­чай про­зор­ли­во­сти св. Вар­ла­а­ма остал­ся на­все­гда па­мят­ным в Нов­го­ро­де.

Пре­по­доб­но­му при­шлось быть у Нов­го­род­ско­го ар­хи­епи­ско­па. При про­ща­нии ар­хи­епи­скоп ве­лел ему по­бы­вать через неде­лю. Св. Вар­ла­ам от­ве­чал: "ес­ли Бог бла­го­сло­вит, я при­еду к тво­ей свя­тыне на са­нях в пя­ток пер­вой неде­ли по­ста свв. апо­стол Пет­ра и Пав­ла". Уди­вил­ся ар­хи­епи­скоп та­ко­му от­ве­ту. Дей­стви­тель­но, на­ка­нуне опре­де­лен­но­го дня в ночь вы­пал глу­бо­кий снег и в пят­ни­цу це­лый день был силь­ный мо­роз. Пре­по­доб­ный на са­нях при­е­хал в Нов­го­род к ар­хи­пас­ты­рю. Ви­дя пе­чаль ар­хи­епи­ско­па по слу­чаю та­кой безвре­мен­ной непо­го­ды, вслед­ствие ко­то­рой мог­ли вы­мерз­нуть хле­ба, св. Вар­ла­ам ска­зал ему: "Не пе­чаль­ся, Вла­ды­ка, не скор­беть, а бла­го­да­рить Гос­по­да нуж­но. Ес­ли бы Гос­подь не по­слал это­го сне­га и мо­ро­за, то был бы го­лод во всей стране, ко­то­рым Гос­подь хо­тел на­ка­зать нас за гре­хи на­ши, но по мо­лит­вам Бо­го­ро­ди­цы и свя­тых уми­ло­сер­дил­ся над на­ми и по­слал мо­роз, чтобы пе­ре­мер­ли чер­ви, под­та­чи­вав­шие кор­ни хле­бов. На­ут­ро же на­сту­пит опять теп­ло, снег этот рас­та­ет и на­по­ит зем­лю. По ми­ло­сти Гос­по­да, бу­дет пло­до­ро­дие". На дру­гой день, как пред­ска­зы­вал св. Вар­ла­ам, на­сту­пи­ло теп­ло. Ар­хи­епи­ско­пу при­нес­ли с по­ля ржа­ных ко­ло­сьев с кор­ня­ми, на ко­то­рых ока­за­лось мно­же­ство вы­мер­ших чер­вей. И был в тот год неви­дан­ный уро­жай.

Кро­ме да­ра про­зор­ли­во­сти, Гос­подь про­сла­вил Сво­е­го угод­ни­ка да­ром чу­до­тво­ре­ния.

Близ оби­те­ли св. Вар­ла­а­ма жил один по­се­ля­нин, имев­ший сы­на. Он осо­бен­но чтил пре­по­доб­но­го, ча­сто при­хо­дил в мо­на­стырь слу­шать бе­се­ду его и при­сы­лал на мо­на­стыр­ские нуж­ды, сколь­ко мог по сво­им сред­ствам. Сын это­го по­се­ля­ни­на за­бо­лел, и не бы­ло на­деж­ды на его вы­здо­ров­ле­ние. То­гда отец, взяв боль­но­го сы­на, по­нес его в оби­тель пре­по­доб­но­го. Но на пу­ти маль­чик умер. С горь­ким пла­чем по­до­шел огор­чен­ный отец к ке­ллии пре­по­доб­но­го и ска­зал: "Я на­де­ял­ся, что по тво­им мо­лит­вам сын мой вы­здо­ро­ве­ет, но по­лу­чил боль­шую скорбь. Луч­ше бы­ло бы для ме­ня, ес­ли бы он умер до­ма, неже­ли на до­ро­ге". Св. Вар­ла­ам ска­зал ему: "На­прас­но ты пла­чешь и со­кру­ша­ешь­ся. Раз­ве ты не зна­ешь, что всех ожи­да­ет смерть и об­щий суд, и как вос­хо­тел Гос­подь, так и со­тво­рил. По­се­му, воз­люб­лен­ный, не скор­би об этом, а по­ди при­го­товь все нуж­ное к по­гре­бе­нию". Меж­ду тем св. Вар­ла­ам, тро­ну­тый его го­рем, пре­кло­нив ко­ле­на, стал усерд­но мо­лить Гос­по­да вос­кре­сить от­ро­ка, и Гос­подь услы­шал мо­лит­ву Сво­е­го угод­ни­ка – умер­ший ожил. Отец с изум­ле­ни­ем уви­дел сы­на сво­е­го си­дя­щим на по­сте­ли пре­по­доб­но­го со­вер­шен­но здо­ро­вым. С ра­дост­ны­ми сле­за­ми при­пал он к но­гам св. Вар­ла­а­ма, бла­го­да­ря его и про­слав­ляя Бо­га, чу­до­дей­ству­ю­ще­го во свя­тых Сво­их. Не же­лая сла­вы че­ло­ве­че­ской, св. Вар­ла­ам ста­рал­ся скрыть со­вер­шив­ше­е­ся чу­до и ска­зал по­се­ля­ни­ну: "Ты, как я ви­жу, об­ма­нул­ся и от силь­ной пе­ча­ли, по­те­ряв здра­вый ум, не по­нял дей­стви­тель­но­сти. Сын твой и не уми­рал, и не вос­кре­сал, но, из­не­мог­ши до­ро­гой от хо­ло­да, впал в бес­чув­ствен­ность, а ты по­ду­мал, что он умер. Те­перь же, со­грев­шись в теп­лой кел­лии, он при­шел в со­зна­ние, а те­бе ка­жет­ся, что он вос­крес". Но по­се­ля­нин ни­как не мог со­гла­сить­ся с та­ким объ­яс­не­ни­ем. "За­чем ты, угод­ник Бо­жий, хо­чешь скрыть от ме­ня чу­до? – ска­зал он свя­то­му. – Я хо­ро­шо знаю, что сын мой был мертв. Ес­ли бы я не ви­дел яс­но, что он умер, не стал бы го­то­вить все нуж­ное к по­гре­бе­нию". То­гда пре­по­доб­ный стро­го за­пре­тил ему рас­ска­зы­вать о со­вер­шив­шем­ся чу­де при его жиз­ни, пре­ду­пре­див, что ес­ли он рас­ска­жет ко­му-ли­бо об этом, то и сам ли­шит­ся ми­ло­сти Бо­жи­ей, и опять по­те­ря­ет сы­на. Ра­ду­ясь и про­слав­ляя Бо­га и Его угод­ни­ка Вар­ла­а­ма, воз­вра­тил­ся по­се­ля­нин в дом свой.

Неза­дол­го до сво­ей кон­чи­ны пре­по­доб­ный окон­чил по­стро­е­ние ка­мен­но­го хра­ма в честь Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня вме­сто преж­не­го де­ре­вян­но­го. Пред­ви­дя свою кон­чи­ну. св. Вар­ла­ам при­звал к се­бе всю бра­тию и ска­зал: "На­ста­ло вре­мя, де­ти мои, от­хож­де­ния мо­е­го ко Гос­по­ду, но я не остав­лю вас си­ро­та­ми и все­гда бу­ду с ва­ми ду­хом, и, ес­ли бу­де­те жить в люб­ви, то мо­на­стырь этот и по­сле мо­ей смер­ти не бу­дет иметь ни в чем недо­стат­ка". Пла­ка­ли неутеш­но ино­ки, про­ща­ясь с сво­им лю­би­мым на­став­ни­ком, но пре­по­доб­ный уго­ва­ри­вал их не скор­беть, а мо­лить­ся о нем. В по­след­ней бе­се­де сво­ей он с оте­че­ской лю­бо­вью убеж­дал их не осла­бе­вать в по­дви­гах по­ста и мо­лит­вы, обе­ре­гать ду­шу свою от вся­ких дур­ных по­мыс­лов, но жить так, чтобы каж­дый день быть го­то­вы­ми к смер­ти. "Вве­ряю вас преж­де все­го в ру­ки Бо­жии, – ска­зал он бра­тии, – блю­сти­те­лем же душ и те­лес ва­ших остав­ляю игу­ме­на Ан­то­ния, ко­то­рый сей­час на­хо­дит­ся в Иеру­са­ли­ме". По да­ру про­зор­ли­во­сти пре­по­доб­ный уви­дел при­бли­жав­ше­го­ся к оби­те­ли Ан­то­ния. Пре­по­доб­ный Вар­ла­ам с бла­го­сло­ве­ни­ем вру­чил ему свое ста­до и мир­но скон­чал­ся в 6-й день но­яб­ря 1192 го­да.

Из­ве­стие о кон­чине го­ря­чо лю­би­мо­го и чти­мо­го все­ми пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма силь­но опе­ча­ли­ло всех жи­те­лей Нов­го­ро­да. На по­гре­бе­ние его при­был ар­хи­епи­скоп Нов­го­ро­да со всем ду­хо­вен­ством, ино­ки из всех мо­на­сты­рей и по­чти все жи­те­ли го­ро­да, вся­ко­го воз­рас­та, по­ла и со­сто­я­ния. Плач на­ро­да за­глу­шал по­гре­баль­ные пес­но­пе­ния. За эту на­род­ную лю­бовь пре­по­доб­ный воз­дал лю­бо­вью: мно­гие боль­ные по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние.

День этот остал­ся па­мят­ным для на­ро­да, и в мо­на­сты­ре пре­по­доб­но­го до сих пор со­хра­ня­ет­ся обы­чай в день кон­чи­ны его раз­да­вать ми­ло­сты­ню всем убо­гим, сколь­ко бы их ни при­хо­ди­ло, по за­по­ве­ди свя­то­го Вар­ла­а­ма, по­велев­ше­го при­ни­мать всех стран­ных, кор­мить их и по­ко­ить.

Гос­подь да­ро­вал свя­то­му Вар­ла­а­му дар чу­до­тво­ре­ния и по его кон­чине, так что все, при­хо­дя­щие с ве­рой ко гро­бу угод­ни­ка, по­лу­ча­ют про­си­мое.

Труд­но и опи­сать все мно­го­чис­лен­ные чу­де­са свя­то­го Вар­ла­а­ма. Один сле­пой, дол­го стра­дав­ший и мно­го без успе­ха ле­чив­ший­ся от сво­ей бо­лез­ни, про­сил при­ве­сти его в мо­на­стырь св. Вар­ла­а­ма. Во вре­мя пе­ния мо­леб­на Бо­го­ма­те­ри сле­пой усерд­но мо­лил­ся при гро­бе пре­по­доб­но­го. Ко­гда же за­пе­ли: "Вла­ды­чи­це, при­и­ми мо­лит­вы раб тво­их...", он вдруг уви­дел гроб пре­по­доб­но­го. Не смея ве­рить сво­е­му ис­це­ле­нию, он по­до­шел ко гро­бу и ося­зал его. С чув­ством жи­вой ра­до­сти и бла­го­дар­но­сти к свя­то­му он объ­явил всем о сво­ем чу­дес­ном ис­це­ле­нии, и все про­сла­ви­ли Гос­по­да и Его угод­ни­ка.

Один че­ло­век, имев­ший боль­шую ве­ру к пре­по­доб­но­му, от­пра­вил­ся по во­де вме­сте с же­ной по­кло­нить­ся мо­щам его; на об­рат­ном пу­ти из мо­на­сты­ря лод­ка опро­ки­ну­лась, и он уто­нул. Ры­ба­ки со­сед­не­го се­ле­ния с тру­дом отыс­ка­ли его те­ло и вы­та­щи­ли се­тя­ми. При ви­де уто­нув­ше­го неко­то­рые роп­та­ли на пре­по­доб­но­го, что не спас от смер­ти че­ло­ве­ка, при­хо­див­ше­го к нему с ве­рой. "При­шед­ши к мо­щам пре­по­доб­но­го, че­ло­век этот на­де­ял­ся по­лу­чить здо­ро­вье и дол­го­лет­нюю жизнь, – го­во­ри­ли они, – а вме­сто то­го по­гиб та­кой неча­ян­ной смер­тью. Луч­ше бы ему не при­хо­дить и не мо­лить­ся, неже­ли, по­мо­лив­шись, так уме­реть". Но Гос­подь не по­пустил по­ри­ца­ния на Сво­е­го угод­ни­ка. Уто­нув­ший неожи­дан­но встал, про­слав­ляя Бо­га и свя­то­го Вар­ла­а­ма.

В 1408 го­ду Нов­го­род­ский князь Кон­стан­тин тяж­ко за­бо­лел, так что по­те­ря­ли со­вер­шен­но на­деж­ду на его вы­здо­ров­ле­ние. Он ве­лел от­не­сти се­бя в оби­тель св. Вар­ла­а­ма. Без па­мя­ти при­нес­ли кня­зя ко гро­бу пре­по­доб­но­го, а при­бли­жен­ные ста­ли ду­мать о по­гре­бе­нии. Но бла­го­го­вей­ные ино­ки уте­ша­ли их на­деж­дой на по­мощь св. Вар­ла­а­ма. "Ве­руй­те толь­ко в Бо­га и воз­ло­жи­те на­деж­ду на пре­по­доб­но­го, ко­то­рый по­даст ис­це­ле­ние кня­зю", – го­во­ри­ли они. Со­вер­шив мо­ле­бен при гро­бе свя­то­го, игу­мен и бра­тия от­пра­ви­лись на тра­пе­зу, оста­вив боль­но­го в церк­ви. Вдруг он стал со­вер­ше­но здо­ро­вым, как бы про­бу­див­шись от глу­бо­ко­го сна. По­лу­чив из­ве­стие об этом, игу­мен и бра­тия по­спе­ши­ли в цер­ковь и на­шли кня­зя здо­ро­вым, мо­ля­щим­ся при гро­бе пре­по­доб­но­го.

В 1445 го­ду ве­ли­кий князь Ва­си­лий Тем­ный с сы­но­вья­ми при­был в Нов­го­род. Там опас­но за­бо­лел лю­би­мый по­стель­ни­чий кня­зя Гри­го­рий и во­семь дней ле­жал без пи­щи. Во сне он от­ве­чал как буд­то спра­ши­вав­шим его, хо­тя с ним ни­кто из быв­ших при нем не го­во­рил. Ко­гда он при­шел в со­зна­ние, его спро­си­ли, с кем он раз­го­ва­ри­вал. Гри­го­рий от­ве­чал: "Ле­жа на по­сте­ли, я ду­мал, как бы мне по­бы­вать в оби­те­ли св. Вар­ла­а­ма, чтобы по­мо­лить­ся при его гро­бе. Вдруг я услы­шал го­лос, что идет к те­бе сам чу­до­тво­рец. Я уви­дел, что ко мне идет св. Вар­ла­ам с кре­стом в ру­ке. По­дой­дя ко мне, пре­по­доб­ный ска­зал: "Ты мо­лишь­ся Ни­ко­лаю Чу­до­твор­цу и ме­ня при­зы­ва­ешь в по­мощь, не зная ме­ня, и ка­нон мой, и жи­тие спи­сал, да­же дал обет по­стричь­ся в мо­на­сты­ре мо­ем. Мо­лись и впредь Ни­ко­лаю Чу­до­твор­цу, а я твой по­мощ­ник. Те­перь же, уви­дев ме­ня, будь мне ве­рен: я те­бя из­бав­лю от тво­ей бо­лез­ни". "По­это­му про­шу вас, – про­дол­жал Гри­го­рий, – от­ве­зи­те ме­ня в оби­тель пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма, ес­ли да­же и смерть по­стигнет ме­ня здесь, по­гре­би­те ме­ня в его оби­те­ли". По этой прось­бе боль­но­го по­ло­жи­ли в са­ни и по­вез­ли в мо­на­стырь. До­ро­гою он умер. Про­во­жав­шие его не зна­ли, как по­сту­пить, вез­ти ли те­ло в оби­тель или от­вез­ти к ро­ди­те­лям. Но, ис­пол­няя прось­бу умер­ше­го, ре­ши­лись от­вез­ти его в оби­тель. У мо­на­стыр­ских во­рот мерт­вый неожи­дан­но ожил и гром­ко вос­клик­нул: "Я был мертв, и ныне здесь!" Про­во­жав­шие его ста­ли спра­ши­вать, но он не мог бо­лее ни­че­го ска­зать. Услы­шав об этом чу­де, игу­мен Леон­тий и бра­тия со­бра­лись в цер­ковь и со­вер­ши­ли мо­ле­бен при гро­бе пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма. Ожив­ший сто­ял на но­гах, но был нем. Ко­гда же его вве­ли в ке­ллию и по его прось­бе при­нес­ли ико­ну св. Вар­ла­а­ма, юно­ша, при­бли­зив­шись к иконе, вне­зап­но за­го­во­рил. Со сле­за­ми бла­го­да­рил он пре­по­доб­но­го за свое ис­це­ле­ние и рас­ска­зал игу­ме­ну и бра­тии о слу­чив­шем­ся с ним: "В час смер­ти ви­дел я око­ло се­бя мно­же­ство бе­сов, и один из них дер­жал сви­ток, где бы­ли за­пи­са­ны гре­хи мои. Но свя­ти­тель Ни­ко­лай, от­го­няя от ме­ня де­мо­нов, ска­зал: "Немно­гие доб­рые де­ла его зна­чат боль­ше, чем гре­хи его, в ко­то­рых он при­том рас­ка­ял­ся ду­хов­но­му от­цу". То­гда бе­сы скры­лись, яви­лись Ан­ге­лы, и один из них по­вел ме­ня в свет­лое ме­сто, где рос­ло мно­же­ство пре­крас­ных де­ре­вьев. Здесь я уви­дел пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма с по­со­хом в ру­ке, как изо­бра­жен он на иконе. По­дой­дя ко мне, он ска­зал: "Гри­го­рий! Я не успел прид­ти к те­бе при ис­хо­де тво­ем. Те­перь ты хо­чешь ли оста­вать­ся здесь?" – "Хо­чу здесь пре­бы­вать", – от­ве­тил я. Св. Вар­ла­ам ска­зал: "Хо­ро­шо бы бы­ло остать­ся те­бе здесь, но бу­дут скор­беть ро­ди­те­ли твои; иди утешь от­ца и мать". Взяв ме­ня за ру­ку, пре­по­доб­ный по­вел ме­ня, а Ан­гел шел впе­ре­ди в диа­кон­ском оде­я­нии. Прой­дя ми­мо цве­ту­щих де­ре­вьев, Ан­гел скрыл­ся, а пре­по­доб­ный, осе­нив ме­ня кре­стом и ико­ною свя­ти­те­ля Ни­ко­лая, ска­зал: "Через семь лет ты бу­дешь у ме­ня" и стал неви­ди­мым, а я ожил". Это чу­до со­вер­ши­лось 31 ян­ва­ря 1445 го­да.

Чу­де­са, со­вер­шав­ши­е­ся при гро­бе пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма, по­бу­ди­ли Нов­го­род­ско­го ар­хи­епи­ско­па Ев­фи­мия при­сту­пить к осви­де­тель­ство­ва­нию свя­тых мо­щей его. С бла­го­го­ве­ни­ем при­сту­пил к это­му ар­хи­епи­скоп. При­звав к се­бе Ху­тын­ско­го игу­ме­на Та­ра­сия, он за­по­ве­дал три­днев­ный пост и мо­лит­ву в оби­те­ли и сам по­стил­ся и мо­лил­ся эти дни. Через три дня ар­хи­епи­скоп с игу­ме­ном и од­ним ипо­ди­а­ко­ном во­шли в храм, с мо­лит­вой сня­ли ка­мен­ную кры­шу с гро­ба и уви­де­ли чест­ное те­ло пре­по­доб­но­го со­вер­шен­но нетлен­ным: ли­цо и бо­ро­да его бы­ли сход­ны с изо­бра­же­ни­ем на иконе, сто­яв­шей над гро­бом. Все про­сла­ви­ли Бо­га, а ипо­ди­а­кон, по­ра­жен­ный чу­дом, при­нял мо­на­ше­ство. Это бы­ло око­ло 1452 го­да.

Мо­щи пре­по­доб­но­го и по­сле то­го оста­лись за­кры­ты­ми. В 1471 го­ду ве­ли­кий князь Мос­ков­ский Иоанн III, за­во­е­вав Нов­го­род, при­был в Ху­тын­скую оби­тель по­кло­нить­ся свя­то­му Вар­ла­а­му. "По­че­му не от­кры­ва­ют гро­ба свя­то­го?" – спро­сил он игу­ме­на На­фа­наи­ла. "Из­дав­на ни­кто не сме­ет ви­деть мо­щи чу­до­твор­ца, – от­ве­чал игу­мен, – ни для кня­зей, ни для ар­хи­епи­ско­пов, ни для бо­яр не от­кры­ва­ют их, по­ка Гос­по­ду не бла­го­угод­но бу­дет изъ­явить на то Свою во­лю". То­гда ве­ли­кий князь гнев­но ска­зал: "Ни­кто из свя­тых не скры­ва­ет­ся, но они вез­де по все­лен­ной яв­ны бы­ва­ют, чтобы каж­дый хри­сти­а­нин мог с ве­рою при­хо­дить к свя­тым мо­щам, це­ло­вать их и по­лу­чать за­щи­ту. От­кры­ты мо­щи свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в Ба­рах, а так­же в Ца­рь­гра­де все­лен­ский пат­ри­арх в празд­ник Рож­де­ства Пред­те­чи все­на­род­но воз­дви­га­ет чест­ную ру­ку его". С эти­ми сло­ва­ми он гроз­но при­ка­зал от­крыть гроб, гнев­но уда­ряя при этом жез­лом в зем­лю. Но Гос­по­ду угод­но бы­ло вра­зу­мить кня­зя, что все силь­ные зем­ли ни­что пред ли­цом Гос­по­да. Ед­ва толь­ко ста­ли под­ни­мать ка­мен­ную дос­ку и ко­пать зем­лю, как из гро­ба свя­то­го вы­шел гу­стой дым и за­тем пла­мень, опа­лив­ший сте­ны хра­ма. В ужа­се бро­сил­ся князь со сво­ей сви­той вон из хра­ма, вы­ро­нив жезл, ко­то­рым гнев­но уда­рял зем­лю. В па­мять чу­да в оби­те­ли хра­нит­ся этот жезл.

Один инок Та­ра­сий но­чью при­го­тов­лял све­чи для утрен­не­го бо­го­слу­же­ния в хра­ме, где на­хо­дят­ся мо­щи св. Вар­ла­а­ма. Вдруг он ви­дит, что са­ми со­бою за­жглись све­чи над гро­бом свя­то­го и пе­ред ико­на­ми, раз­го­ре­лись уго­лья в ка­ди­ле, и храм на­пол­нил­ся бла­го­уха­ни­ем. По­том Та­ра­сий уви­дел, что пре­по­доб­ный встал из гро­ба и, став по­сре­ди хра­ма, дол­го мо­лил­ся о ве­ли­ком Нов­го­ро­де, чтобы че­ло­ве­ко­лю­би­вый Гос­подь от­вра­тил от него гнев Свой и из­ба­вил от ожи­да­ю­ще­го его на­ка­за­ния. В ужа­се Та­ра­сий пал к но­гам пре­по­доб­но­го. Св. Вар­ла­ам, под­няв его, ска­зал: "Не бой­ся, брат Та­ра­сий, хо­чу от­крыть те­бе лю­тое го­ре, ко­то­рое го­то­вит Гос­подь Ве­ли­ко­му Нов­го­ро­ду за то, что он ис­пол­нил­ся неправ­ды. Взой­ди на цер­ков­ную кров­лю и по­смот­ри, что ныне со­вер­ша­ет­ся над Нов­го­ро­дом". Та­ра­сий по­бе­жал и уви­дел, что во­ды озе­ра Иль­ме­ня под­ня­лись вы­со­ко и го­то­вы за­то­пить Нов­го­род. Св. Вар­ла­ам со сле­за­ми мо­лил­ся Гос­по­ду о спа­се­нии го­ро­да. По­том он опять по­слал Та­ра­сия смот­реть на го­род. Та­ра­сий уви­дел мно­же­ство Ан­ге­лов, ко­то­рые бро­са­ли ог­нен­ные стре­лы на тол­пы муж­чин, жен­щин и де­тей. Пре­по­доб­ный сно­ва стал со сле­за­ми мо­лить­ся и по­том ска­зал: "Мо­лит­ва­ми Вла­ды­чи­цы на­шей Бо­го­ро­ди­цы и всех свя­тых Гос­подь по­ми­ло­вал Нов­го­род от по­то­па, но в нем бу­дет силь­ный мор на лю­дей . В тре­тий раз по­слал свя­той Вар­ла­ам Та­ра­сия смот­реть на го­род. Тот уви­дел ог­нен­ную ту­чу, ко­то­рая шла на го­род. "Брат Та­ра­сий! – ска­зал пре­по­доб­ный. – По­сле мо­ра бу­дет боль­шой по­жар в Нов­го­ро­де, и вся тор­го­вая сто­ро­на его сго­рит". По­сле это­го свя­той воз­вра­тил­ся в гроб свой, све­чи и фими­ам по­гас­ли са­ми со­бой. Все пред­ска­зан­ное сбы­лось. Чрез че­ты­ре го­да по­сле это­го от­кро­ве­ния Та­ра­сию в 1509 го­ду был мор и силь­ный по­жар в Нов­го­ро­де (Сбор. ле­топ. III. 245-247).

Та­ким об­ра­зом св. Вар­ла­ам и по пре­став­ле­нии сво­ем не остав­лял без по­мо­щи и свою оби­тель, и ро­ди­ну – Нов­го­род, а вме­сте с сим был теп­лым мо­лит­вен­ни­ком и за всю Рус­скую зем­лю.

Из­вест­на так­же по­мощь пре­по­доб­но­го в ду­хов­ной жиз­ни жи­те­лей Нов­го­род­ской зем­ли. Ве­ли­ко­му кня­зю Мос­ков­ско­му Ва­си­лию Иоан­но­ви­чу бы­ло яв­ле­ние: во сне он уви­дел пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма. ко­то­рый ска­зал ему, что в Нов­го­ро­де три оби­те­ли не име­ют пас­ты­рей: на Ху­тыне, св. Ге­ор­гия и св. Ан­то­ния, и бра­тья в них жи­вут дур­но. (Мит­ро­по­ли­том на Ру­си был Вар­ла­ам). Имен­но то­гда же в Моск­ву бы­ли по­сла­ны ино­ки с прось­бой на­пра­вить на­сто­я­те­лей в эти мо­на­сты­ри (в Нов­го­ро­де в это вре­мя не бы­ло ар­хи­епи­ско­па). Это бы­ло в 1517 г.. Ве­ли­кий князь немед­лен­но же ве­лел на­зна­чить на­сто­я­те­лей в озна­чен­ные мо­на­сты­ри. С то­го вре­ме­ни ве­ли­кий князь стал осо­бен­но чтить пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма, и пре­по­доб­ный неред­ко яв­лял­ся ему во сне и укреп­лял его в борь­бе с вра­га­ми, так что свои по­бе­ды над ни­ми ве­ли­кий князь при­пи­сы­вал по­мо­щи св. Вар­ла­а­ма. Но па­мять св. Вар­ла­а­ма ста­ли празд­но­вать в Москве го­раз­до рань­ше. В 1461 г. был освя­щен при церк­ви св. Иоан­на Пред­те­чи у Бо­ро­виц­ких во­рот при­дел во имя св. Вар­ла­а­ма Ху­тын­ска­го. В са­мой же оби­те­ли Ху­тын­ской храм в честь св. Вар­ла­а­ма по­стро­ен в 1410 го­ду (Собр. лет. III. 104 235. IV. 114. IV. 182).

Пе­ре­се­лив­шись в небес­ную оби­тель, св. Вар­ла­ам по сво­е­му обе­ща­нию не остав­лял сво­им по­пе­че­ни­ем устро­ен­ную им зем­ную оби­тель. Он стро­го сле­дил за ис­пол­не­ни­ем ино­ка­ми дан­но­го им уста­ва и неред­ко, яв­ля­ясь сам, на­ка­зы­вал или по­мо­гал им. Игу­мен Сер­гий, при­быв­ший в Ху­тын­ский мо­на­стырь из мос­ков­ско­го Ан­д­ро­ни­е­ва мо­на­сты­ря, вел невоз­дер­жан­ную жизнь, был неми­ло­стив к бед­ным и за­пре­тил при­ни­мать стран­ни­ков. Пре­по­доб­ный не по­тер­пел та­ко­го на­ру­ше­ния сво­ей за­по­ве­ди. Од­на­жды во вре­мя все­нощ­но­го бде­ния один из ино­ков уви­дел, что св. Вар­ла­ам, встав из гро­ба, по­до­шел к Сер­гию, от­нял у него жезл и на­ка­зал им игу­ме­на. Как мерт­вый, упал недо­стой­ный игу­мен, бра­тия от­нес­ла его в кел­лию, где он чрез неде­лю умер.

Та­ким же об­ра­зом на­ка­зал пре­по­доб­ный и дру­го­го игу­ме­на, Ни­ки­фо­ра, за на­ру­ше­ние за­по­ве­ди о ми­ло­сер­дии к бед­ным. В седь­мой год прав­ле­ния Ни­ки­фо­ро­ва оби­те­лью на­чал­ся силь­ный го­лод в Нов­го­род­ской зем­ле. Мно­же­ство бед­ных лю­дей при­хо­ди­ли в оби­тель св. Вар­ла­а­ма и со сле­за­ми про­си­ли хле­ба, но игу­мен Ни­ки­фор ве­лел ото­гнать их и за­пе­реть во­ро­та. Но­чью явил­ся ему св. Вар­ла­ам с жез­лом в ру­ке и ска­зал: "За­чем ты так неми­ло­серд­но по­сту­па­ешь с бед­ны­ми? Они из­не­мо­га­ют от го­ло­да и близ­ки к смер­ти, а ты не толь­ко не дал им пи­щи, но и во­ро­та оби­те­ли за­пер. А я за­по­ве­дал всем жи­ву­щим в мо­ей оби­те­ли преж­де все­го лю­бить друг дру­га, кор­мить и по­ко­ить ни­щих и стран­ных, при­хо­дя­щих в оби­тель. За та­кое ми­ло­сер­дие, по бла­го­да­ти Хри­сто­вой, оби­тель моя ни­ко­гда не оску­де­ет. Ты же сво­ей ску­по­стью и нелю­бо­вью оскор­бил Хри­ста, до­пу­стил уй­ти из на­шей оби­те­ли мно­гих го­лод­ны­ми и из­не­мог­ши­ми". Ска­зав это, пре­по­доб­ный на­ка­зал игу­ме­на жез­лом. С той ми­ну­ты Ни­ки­фор по­чув­ство­вал рас­слаб­ле­ние в ру­ке и но­ге, так что дол­жен был оста­вить управ­ле­ние мо­на­сты­рем и уда­лить­ся в Чу­дов мо­на­стырь, где он рас­ка­ял­ся в сво­ем гре­хе и по­лу­чил ис­це­ле­ние по мо­лит­ве св. Вар­ла­а­ма.

В мо­на­сты­ре св. Вар­ла­а­ма был инок Та­ра­сий, ико­но­пи­сец, бла­го­об­раз­ный по на­руж­но­сти и от­ли­чав­ший­ся ду­шев­ны­ми до­сто­ин­ства­ми, так что бра­тия по­ру­чи­ла ему мо­на­стыр­скую каз­ну. Но Та­ра­сий в непро­дол­жи­тель­ное вре­мя из­ме­нил­ся нра­вом, на­чал упи­вать­ся ви­ном, ко­то­рое дер­жал у се­бя в ке­ллии, и не хо­тел по­мо­гать бед­ным. По за­ве­ща­нию св. Вар­ла­а­ма 6 но­яб­ря, в день его кон­чи­ны, из мо­на­стыр­ской каз­ны долж­ны бы­ли раз­да­вать ми­ло­сты­ню всем бед­ным, сколь­ко бы их ни при­шло в оби­тель. Та­ра­сий не вы­дал бед­ным ни­че­го в тот день, а сам, оста­вив да­же ли­тур­гию, пи­ро­вал со сво­и­ми дру­зья­ми.

В то вре­мя, ко­гда Та­ра­сий си­дел за сто­лом с дру­зья­ми в сво­ей ке­ллии, явил­ся ему пре­по­доб­ный и стро­го стал уко­рять за дур­ную жизнь и неис­пол­не­ние его за­по­ве­ди. Пре­по­доб­ный же­сто­ко на­ка­зал Та­ра­сия жез­лом, и тот упал на зем­лю. Его под­ня­ли, ду­мая что он впал в тяж­кую бо­лезнь, но он рас­ска­зал всем о быв­шем ему яв­ле­нии и рас­ка­ял­ся во гре­хе сво­ем.

Та­ко­му же на­ка­за­нию от пре­по­доб­но­го под­верг­ся и чаш­ник мо­на­стыр­ский, ко­то­рый не хо­тел да­вать ви­на бра­тии в необ­хо­ди­мых слу­ча­ях, а сам по­сто­ян­но на­пи­вал­ся до­пья­на. Св. Вар­ла­ам явил­ся нече­сти­во­му и на­ка­зал его жез­лом, по­сле че­го тот умер в рас­слаб­ле­нии.

Ке­ларь Иоасаф вел невоз­дер­жан­ную жизнь, упи­ва­ясь мо­на­стыр­ским ви­ном и ме­дом, и был же­сто­ко на­ка­зан пре­по­доб­ным. Од­на­жды Иоасаф, на­хо­дясь в по­гре­бе, пил там ви­но. Вдруг явил­ся ему св. Вар­ла­ам и с гне­вом ска­зал ему: "Так ли, ста­рец, сле­ду­ет жить те­бе? Раз­ве доз­во­ля­ет устав безвре­мен­но пить, есть и на­сла­ждать­ся слад­ки­ми ме­да­ми и яст­ва­ми, как ты по­сту­па­ешь, не за­бо­тясь о сво­ем спа­се­нии? Не для то­го нас Гос­подь со­тво­рил, чтобы мы ели и пи­ли, оде­ва­лись в раз­лич­ные одеж­ды и уго­жда­ли это­му тлен­но­му те­лу, а для то­го, чтобы по­стом, мо­лит­вою, по­ка­я­ни­ем, сле­за­ми и ми­ло­сты­ней уго­жда­ли Бо­гу. А ты не бо­ишь­ся Страш­но­го су­да и веч­ных мук, упи­ва­ясь и еще на­сме­ха­ясь над дру­ги­ми, жи­ву­щи­ми по уста­ву мо­на­стыр­ско­му?"

По­сле это­го пре­по­доб­ный на­чал бить его жез­лом, го­во­ря: "По­кай­ся, ока­ян­ный, и об­ра­тись к Бо­гу; ес­ли же не по­ка­ешь­ся, то по­гиб­нешь злой смер­тью''. С то­го вре­ме­ни Иоасаф впал в рас­слаб­ле­ние. Бра­тия при­нес­ли его ед­ва жи­во­го в цер­ковь и ста­ли петь мо­ле­бен. По мо­лит­вам бра­тии ке­ларь по­лу­чил ис­це­ле­ние. Но, за­быв о вра­зум­ле­нии, через неко­то­рое вре­мя Иоасаф вновь стал ве­сти нетрез­вую жизнь и опять был на­ка­зан. Из Моск­вы при­шел бо­га­тый ку­пец на по­кло­не­ние св. Вар­ла­а­му и пред­ло­жил обиль­ную тра­пе­зу всей бра­тии. Как толь­ко нетрез­вый ке­ларь хо­тел вы­пить за­здрав­ную ча­шу, тот­час же упал на зем­лю и умер.

В Нов­го­род­ской зем­ле на­сту­пил силь­ный го­лод. В это вре­мя в Ху­тын­ской оби­те­ли был стро­и­те­лем некто До­си­фей. Он за­пре­тил ке­ла­рю раз­да­вать хлеб ни­щим и кор­мить стран­ни­ков в оби­те­ли. Осе­нью со всех мо­на­стыр­ских по­лей был све­зен хлеб и на­пол­не­ны им все жит­ни­цы. Од­на­жды дьяк жит­ный, Фе­о­дор, вой­дя в глав­ную жит­ни­цу, ко­то­рая бы­ла в са­ду, уви­дел, что хле­ба зна­чи­тель­но уба­ви­лось. За несколь­ко дней хле­ба убы­ло до ста мер. Фе­о­дор объ­явил об этой необык­но­вен­ной убы­ли ключ­ни­ку Сав­ва­тию и стро­и­те­лю До­си­фею. Осмот­рев вни­ма­тель­но жит­ни­цу и не най­дя ни­ка­ких по­вре­жде­ний, До­си­фей по­нял, что св. Вар­ла­ам об­ли­ча­ет его грех – на­ру­ше­ние им за­по­ве­ди пре­по­доб­но­го о ми­ло­сер­дии к бед­ным. То­гда он по-преж­не­му ве­лел раз­да­вать хлеб ни­щим и кор­мить стран­ни­ков. И что же? Чрез три дня по­сле это­го рас­по­ря­же­ния ключ­ник Сав­ва­тий, вой­дя в ту же жит­ни­цу, на­шел ее пол­ной хле­ба.

Инок Ага­пий, быв­ший пе­ка­рем хле­бов для бра­тии, имел обык­но­ве­ние спать на квашне, в ко­то­рой рас­тво­рял хле­бы, не ду­мая о том, что рас­твор этот освя­ща­ет­ся бла­го­сло­ве­ни­ем свя­щен­ни­ка и свя­той во­дой. Св. Вар­ла­ам, явив­шись ему, об­ли­чил его небла­го­го­ве­ние, угро­жая же­сто­ким на­ка­за­ни­ем, ес­ли тот не оста­вит сво­ей дур­ной при­выч­ки. Ужас­нул­ся инок и бо­лел це­лую неде­лю. Ко­гда же боль­но­го при­нес­ли ко гро­бу свя­то­го и со­вер­ши­ли мо­ле­бен, явил­ся ему опять пре­по­доб­ный Вар­ла­ам и, ис­це­лив его от бо­лез­ни, ска­зал: "Вот ты те­перь здо­ров; впе­ред не гре­ши, чтобы не слу­чи­лось с то­бою че­го-ли­бо ху­же".

Стро­гий к на­ру­ши­те­лям уста­ва, св. Вар­ла­ам в то же вре­мя был ми­ло­стив к тем ино­кам, ко­то­рые ис­пол­ня­ли свои обя­зан­но­сти, и яв­лял­ся ско­рым по­мощ­ни­ком в нуж­дах и бо­лез­нях. Так, он ис­це­лил по­но­ма­ря Иону, дол­го болев­ше­го, явив­шись ему во сне и ска­зав: "Не скор­би бо­лее, Иона, о сво­ей бо­лез­ни: вот ты те­перь здо­ров". Проснув­шись, Иона по­чув­ство­вал се­бя со­вер­шен­но здо­ро­вым.

Дру­гой инок, Ири­нарх, от­ли­чав­ший­ся бо­го­бо­яз­нен­ною жиз­нью, три го­да был се­рьез­но бо­лен, так что бли­зок был к смер­ти и го­то­вил­ся к ней. Как-то но­чью боль­ной за­был­ся и уви­дел, что идет к нему св. Вар­ла­ам в свя­щен­ни­че­ском об­ла­че­нии с кре­стом в ру­ке, а за ним диа­кон с ка­ди­лом и бра­тия с ико­на­ми и све­ча­ми. Вой­дя в ке­ллию Ири­нар­ха, пре­по­доб­ный ве­лел по­ста­вить ико­ны, за­жечь све­чи и бла­го­сло­вил боль­но­го со сло­ва­ми: "Вот ты здо­ров, брат Ири­нарх, не гре­ши, мо­лись Бо­гу, Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це и ме­ня при­зы­вай в по­мощь". По­сле это­го св. Вар­ла­ам стал неви­дим. Проснув­шись, Ири­нарх по­чув­ство­вал се­бя здо­ро­вым.

У од­ной по­се­лян­ки, жив­шей при ре­ке Мсте, был де­ся­ти­лет­ний сын глу­хой, немой и сле­пой. Взяв его с со­бою, жен­щи­на по­шла в Ху­тын­ский мо­на­стырь по­мо­лить­ся св. Вар­ла­а­му. Ко­гда они по­до­шли к во­ро­там мо­на­сты­ря, от­рок вне­зап­но про­зрел и про­го­во­рил: "Это ли Ху­тынь мо­на­стырь?" Изум­лен­ная мать с ра­до­стью уви­де­ла, что по мо­лит­ве угод­ни­ка Бо­жия сын ее по­лу­чил все, че­го ли­шен был от рож­де­ния, – стал ви­деть, слы­шать и го­во­рить. Со сле­за­ми бла­го­дар­но­сти при­па­ла она ко гро­бу чу­до­твор­ца и рас­ска­за­ла о слу­чив­шем­ся чу­де ар­хи­епи­ско­пу Ма­ка­рию, ко­то­рый в это вре­мя при­шел в оби­тель с крест­ным хо­дом из Нов­го­ро­да.

Сын од­но­го нов­го­род­ско­го бо­яри­на, Елев­фе­рия, от­рок Си­ме­он был рас­слаб­лен и не вла­дел пра­вой ру­кой, не го­во­рил. Бла­го­че­сти­вая баб­ка его Ев­до­кия при­вез­ла боль­но­го в оби­тель пре­по­доб­но­го Вар­ла­а­ма и усерд­но мо­ли­ла его о по­мо­щи. Во вре­мя чте­ния Еван­ге­лия на мо­лебне вдруг боль­ной встал пря­мо на обе но­ги, на­чал кре­стить­ся пра­вой ру­кой и го­во­рить.

В Нов­го­ро­де близ Ни­коль­ско­го мо­на­сты­ря жил один ре­мес­лен­ник Гри­го­рий, у ко­то­ро­го же­на Ма­мел­фа 12 лет стра­да­ла от рас­слаб­ле­ния, не вла­дея ни ру­ка­ми, ни но­га­ми. В сре­ду пер­вой неде­ли по­ста свв. апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла но­чью яви­лись ей во сне два све­то­зар­ных му­жа. Один из них был в ар­хи­ерей­ском об­ла­че­нии, дер­жал в ру­ке ча­шу со Свя­ты­ми Тай­на­ми и, при­ча­стив боль­ную, стал неви­ди­мым. Дру­гой же был ста­рец в мо­на­ше­ском оде­я­нии. Ста­рец спро­сил боль­ную: "Зна­ешь ли, Ма­мел­фа, свя­ти­те­ля, ко­то­рый при­ча­стил те­бя Св. Тайн Те­ла и Кро­ви Хри­сто­вой?" Боль­ная сми­рен­но от­ве­ча­ла: "Нет, отец свя­той, я, греш­ная, в сво­ей бо­лез­ни и се­бя не знаю, а тем бо­лее не мо­гу знать, кто он. Ви­де­ла его толь­ко в свя­ти­тель­ской одеж­де. Ви­де­ла я его в необык­но­вен­ном све­те, си­я­ю­щим, как солн­це, че­го мой ум не мо­жет по­стиг­нуть; мне ли, греш­ной, знать его имя?" То­гда ста­рец ска­зал ей: "Это свя­ти­тель Ни­ко­лай Чу­до­тво­рец". "А ты кто, свя­той отец?" – спро­си­ла его боль­ная. "Я Вар­ла­ам, игу­мен Ху­тын­ско­го мо­на­сты­ря, – от­ве­чал ей явив­ший­ся, – те­перь встань и иди за мной. Ко­гда же при­дет твой муж, рас­ска­жи ему о том, что ты ви­де­ла, и про­си, чтобы он в пят­ни­цу, ко­гда бу­дет крест­ный ход в мою оби­тель, свел те­бя ту­да, и при мо­ем гро­бе по­лу­чишь ис­це­ле­ние". Ска­зав это, св. Вар­ла­ам стал неви­дим. Боль­ная тот­час же по­чув­ство­ва­ла об­лег­че­ние. В пят­ни­цу она вме­сте с му­жем при­бы­ла в мо­на­стырь св. Вар­ла­а­ма. По­мо­лив­шись при его гро­бе и при­ло­жив­шись к иконе, она по­лу­чи­ла пол­ное ис­це­ле­ние.

В мо­на­сты­ре св. Вар­ла­а­ма жил один мо­нах, среб­ро­лю­би­вый и сла­сто­лю­би­вый, ни­ко­гда не по­мо­гав­ший бед­ным от обиль­ных да­ров, ко­то­рые при­но­си­ли ему из го­ро­да род­ствен­ни­ки. Слу­чи­лось ему од­на­жды с эти­ми да­ра­ми при­нять отра­ву, и он ле­жал при смер­ти. Но­чью во сне он уви­дел се­бя в церк­ви, где на­хо­дят­ся мо­щи св. Вар­ла­а­ма. Пре­по­доб­ный по­до­шел к нему, стал уко­рять его за невоз­дер­жа­ние в еде, быв­шее при­чи­ной его бо­лез­ни, за его ску­пость и неми­ло­сер­дие к бед­ным, и ска­зал ему, что ес­ли он рас­ка­ет­ся в сво­их гре­хах и из­ме­нит свою невоз­дер­жан­ную жизнь, то по­лу­чит про­ще­ние и ис­це­ле­ние от бо­лез­ни. По­том св. Вар­ла­ам ве­лел ему при­звать свя­щен­ни­ка, от­слу­жить мо­ле­бен и вы­пить свя­той во­ды. Ко­гда боль­ной ис­пол­нил по­ве­ле­ние пре­по­доб­но­го, по­лу­чил ис­це­ле­ние. С то­го вре­ме­ни он про­во­дил свою жизнь в по­сте, мо­лит­вах и усерд­но по­мо­гал бед­ным.

За­ни­мав­ший по­но­мар­скую долж­ность в оби­те­ли св. Вар­ла­а­ма инок Ти­хон око­ло двух лет стра­дал тяж­кой бо­лез­нью, так что не мог на­гнуть­ся до зем­ли или под­нять что-ли­бо. Ча­сто мо­лил­ся Ти­хон при гро­бе пре­по­доб­но­го, но не по­лу­чал ис­це­ле­ния. Од­на­жды, бу­дучи один в церк­ви, он, при­сту­пив ко гро­бу свя­то­го, как бы с уко­ром ска­зал: "Угод­ник Хри­стов и чу­до­тво­рец Вар­ла­ам! Чу­жим, из­да­ле­ка при­хо­дя­щим к те­бе, страж­ду­щим раз­ны­ми неду­га­ми, ты обиль­но по­да­ешь ис­це­ле­ния от вся­ких бо­лез­ней, а ме­ня, прис­но­го тво­е­го ра­ба, не ис­це­ля­ешь. По­ми­луй же ме­ня, свя­той угод­ник Хри­стов и ис­це­ли от бо­лез­ни мо­ей!" В ту же ми­ну­ту боль­ной по­чув­ство­вал со­вер­шен­ное ис­це­ле­ние.

Кли­рик хра­ма Со­фии в Нов­го­ро­де, Пан­те­лей­мон, род­ствен­ник ар­хи­епи­ско­па Ген­на­дия, впал в рас­слаб­ле­ние, пе­ре­стал го­во­рить и три го­да ле­жал без дви­же­ния. В пят­ни­цу пер­вой неде­ли по­ста свв. апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла, ко­гда со­вер­ша­ет­ся крест­ный ход в мо­на­стырь, при­вез­ли ту­да и это­го рас­слаб­лен­но­го и по­ло­жи­ли при гро­бе св. Вар­ла­а­ма. Вдруг боль­ной уви­дел, что св. Вар­ла­ам вы­шел из гро­ба и опа­лил его ог­нем. От стра­ха боль­ной вско­чил и вскри­чал: "Свя­той чу­до­тво­рец Вар­ла­ам! По­ми­луй ме­ня и ис­це­ли от на­сто­я­щей бо­лез­ни!" Пре­по­доб­ный ска­зал ему: "Вот ты те­перь здо­ров и не гре­ши впе­ред". Ска­зав это, св. Вар­ла­ам стал неви­дим. Вне­зап­но боль­ной вы­здо­ро­вел и рас­ска­зал всем о сво­ем ви­де­нии.

Мно­же­ство и дру­гих чу­дес со­вер­ши­лось при гро­бе св. Вар­ла­а­ма, мно­го со­вер­ша­ет­ся их и ныне для всех, с ве­рою при­зы­ва­ю­щих угод­ни­ка Бо­жия. Он все­гда был теп­лым мо­лит­вен­ни­ком и пред­ста­те­лем пе­ред Гос­по­дом и за от­дель­ных лю­дей, и за Нов­го­род, и за всю рус­скую зем­лю. Не раз по его мо­лит­вам Гос­подь со­хра­нял на­шу род­ную Русь от страш­ных вра­гов. Так, в 1521 го­ду при хо­да­тай­стве пре­по­доб­но­го пред Гос­по­дом и Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цей от­ра­же­но на­па­де­ние на Рус­скую зем­лю та­тар под пред­во­ди­тель­ством Мах­мет-Ги­рея. О спа­се­нии Моск­вы от Мах­мет-Ги­рея так по­вест­ву­ет­ся в ска­за­нии о чу­до­твор­ной иконе Бо­го­ма­те­ри, име­ну­е­мой Вла­ди­мир­ской. В 1521 го­ду крым­ские, но­гай­ские и ка­зан­ские та­та­ры так быст­ро на­па­ли на мос­ков­ские вла­де­ния, что ве­ли­кий князь Ва­си­лий Иоан­но­вич ед­ва успел вы­ве­сти вой­ска свои на бе­ре­га Оки. По­бе­див во­е­вод рус­ских, та­та­ры дви­ну­лись к Москве, ис­треб­ляя все се­ле­ния на пу­ти сво­ем от Ниж­не­го до Моск­вы. Жи­те­ли окрест­но­стей Моск­вы бе­жа­ли в Моск­ву. Мит­ро­по­лит Вар­ла­ам и все жи­те­ли усерд­но мо­ли­лись Гос­по­ду о спа­се­нии, и Гос­подь уте­шил бед­ству­ю­щих чуд­ным ви­де­ни­ем об от­вра­ще­нии от них сво­е­го гне­ва. Жив­шая в Воз­не­сен­ском мо­на­сты­ре пре­ста­ре­лая и сле­пая мо­на­хи­ня, вме­сте с дру­ги­ми усерд­но мо­лив­ша­я­ся Гос­по­ду об из­бав­ле­нии го­ро­да от страш­ных вра­гов, удо­сто­и­лась чуд­но­го ви­де­ния. Она вдруг услы­ша­ла как бы боль­шой шум, вихрь и звон и уви­де­ла, что из Крем­ля в Спас­ские во­ро­та идут свя­ти­те­ли и дру­гие ли­ца в свя­щен­ных одеж­дах, ко­то­рые нес­ли Вла­ди­мир­скую ико­ну Бо­го­ма­те­ри. Ше­ствие это име­ло вид крест­но­го хо­да. В чис­ле свя­ти­те­лей шли свв. Петр, Алек­сий и Иона, мит­ро­по­ли­ты Мос­ков­ские, и дру­гие свя­ти­те­ли. Ко­гда этот со­бор свя­ти­те­лей вы­хо­дил из кремлев­ских во­рот, на­встре­чу им с од­ной сто­ро­ны вы­шел пре­по­доб­ный Сер­гий, а с дру­гой – пре­по­доб­ный Вар­ла­ам Ху­тын­ский. Оба они, встре­тив со­бор свя­ти­те­лей (по древ­не­му ру­ко­пис­но­му ска­за­нию, эта встре­ча про­изо­шла на Лоб­ном ме­сте), при­па­ли к но­гам их и спра­ши­ва­ли, за­чем они идут вон из го­ро­да и на ко­го остав­ля­ют его при на­ше­ствии вра­гов. Свя­ти­те­ли со сле­за­ми от­ве­ча­ли: "Мно­го мо­ли­ли мы Все­ми­ло­сти­во­го Бо­га и Пре­чи­стую Бо­го­ро­ди­цу об из­бав­ле­нии от на­ле­жа­щей скор­би, Бог же по­ве­лел нам не толь­ко вый­ти из се­го гра­да, но и вы­не­сти с со­бою чу­до­твор­ный об­раз Пре­чи­стой Его Ма­те­ри; ибо лю­ди сии пре­зре­ли страх Бо­жий и о за­по­ве­дях Его не ра­де­ли; по­се­му по­пустил Бог прид­ти се­му вар­вар­ско­му на­ро­ду, да на­ка­жут­ся ныне и через по­ка­я­ние воз­вра­тят­ся к Бо­гу". Свя­тые по­движ­ни­ки Сер­гий и Вар­ла­ам ста­ли умо­лять свя­ти­те­лей, чтобы они сво­и­ми мо­лит­ва­ми уми­ло­сти­ви­ли Гос­по­да. Вме­сте с ни­ми на­ча­ли мо­лить­ся, осе­ни­ли го­род кре­сто­об­раз­но. А за­тем все воз­вра­ти­лись в Кремль с чу­до­твор­ной ико­ной Бо­го­ро­ди­цы. Пред­ста­тель­ством свя­тых Рус­ской Церк­ви гро­зив­шая Москве опас­ность ми­но­ва­ла. Ко­гда та­та­ры хо­те­ли жечь мос­ков­ские по­са­ды, уви­де­ли во­круг го­ро­да бес­чис­лен­ное вой­ско рус­ское и с ужа­сом из­ве­сти­ли об этом ха­на. "Царь! что ты мед­лишь? На нас идет бес­чис­лен­ное мно­же­ство вой­ска из Моск­вы". Ис­пу­ган­ный этим из­ве­сти­ем, Мах­мет по­спеш­но от­сту­пил и бе­жал в свои вла­де­ния (Ска­за­ние о Вла­ди­мир­ской иконе Бо­гом., изд. 1849 г.).

В 1610 г. по мо­лит­вам пре­по­доб­ных Сер­гия, Вар­ла­а­ма и дру­гих свя­тых зем­ли Рус­ской бы­ли из­гна­ны из Моск­вы и Рос­сии по­ля­ки (Па­ли­цын об оса­де Тро­иц­кой Лав­ры).

В 1663 го­ду, в цар­ство­ва­ние ца­ря Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча, пре­по­доб­ный Вар­ла­ам но­вым чу­дес­ным ви­де­ни­ем явил, что он не остав­ля­ет сво­им по­пе­че­ни­ем устро­ен­ный им мо­на­стырь Ху­тын­ский. В ча­совне близ Ху­тын­ско­го мо­на­сты­ря пре­по­доб­ный явил­ся од­но­му зем­ле­дель­цу, Ива­ну, по­ве­лел ид­ти ему в мо­на­стырь и ска­зать, что он, пре­по­доб­ный, вслед­ствие со­вер­шав­ших­ся бра­ти­ей без­за­ко­ний ушел из мо­на­сты­ря и жи­вет в ча­совне, и ес­ли бра­тия не по­ка­ет­ся, мо­на­стырь сго­рит и ко­ни изо­мрут. Бра­тия не по­ве­ри­ла Ива­ну, а нов­го­род­цы по рас­по­ря­же­нию гра­до­на­чаль­ни­ка, кня­зя Ива­на Реп­ни­на, по­са­ди­ли его в тюрь­му. За неве­рие князь Реп­нин был на­ка­зан те­лес­ным рас­слаб­ле­ни­ем, и то­гда зем­ле­де­лец Иван был по­слан с гра­мо­той от кня­зя Реп­ни­на к ца­рю Алек­сею Ми­хай­ло­ви­чу, ко­то­рый его на­гра­дил и от­пу­стил. Мо­на­стырь в том же го­ду сго­рел и ко­ни из­мер­ли, как бы­ло пред­ска­за­но пре­по­доб­ным Вар­ла­а­мом в ви­де­нии. (Ска­за­ние это за­пи­са­но в 1663 го­ду в Со­ло­вец­ком мо­на­сты­ре со слов слу­жеб­ни­ка нов­го­род­ской со­бор­ной церк­ви Льва и со­хра­ни­лось в ру­ко­пи­си XVII ве­ка Им­пе­ра­тор­ской пуб­лич­ной биб­лио­те­ки. "Но­вое Вре­мя". 1898 го­да, 2 фев­ра­ля, N 7879).

Не остав­ля­ет сво­ей по­мо­щью пре­по­доб­ный род­ную зем­лю и ныне, не оста­вит ее и на бу­ду­щее вре­мя, ес­ли толь­ко мы бу­дем при­бе­гать к нему с теп­лой мо­лит­вой и жи­вой ве­рою в Гос­по­да.


См. так­же: "Жи­тие пре­по­доб­но­го от­ца на­ше­го Вар­ла­а­ма, Нов­го­род­ско­го чу­до­твор­ца" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.