Канон святым преподобным Марку и Феофилу Печерским (Ближние пещеры)

Припев: Преподо́бные отцы́ Ма́рко и Фео́филе, моли́те Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 11 января (29 декабря ст. ст.)

Глас 1.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Пои́м, вси́ лю́дие, от го́рькия рабо́ты фарао́ни Изра́иля Изме́ншему и во глубине́ морсте́й нога́ми немо́крыми Наста́вльшему пе́снь побе́дную, я́ко просла́вися.

Пои́м вси́, соше́дшеся в пречестны́й хра́м се́й восхвали́ти Бо́жия уго́дника па́мять, я́ко сла́вно о и́мени Христа́ Го́спода своего́ просла́вися.

А́нгельский о́браз на ся́ прие́мь, а́нгельски в пеще́ре пожи́л еси́, свя́те, копа́я же свои́ми рука́ми места́ мно́га бра́тии усо́пшей, преше́л еси́ от си́х в места́ кро́ва ди́вна пе́ти Го́сподеви: сла́вно просла́вися.

Сме́рть да име́еши пред очи́ма свои́ма, о́тче, гро́бы копа́л еси́ бра́тиям, ко Христу́ отше́дшим, на плеща́х пе́рсть износя́, те́мже по кончи́не честна́ пред Го́сподем сме́рть твоя́ бы́сть, блаже́нне, и со а́нгелы прославля́ющемуся в святы́х Свои́х Бо́гу пое́ши: я́ко просла́вися.

Любве́ ра́ди ко все́м тружда́яся, ту́не устроя́л еси́ гро́бы, ничесо́же ни от кого́ прие́мля, ча́я то́кмо воздая́ния от Бо́га, те́мже ны́не мзда́ твоя́ мно́га на небеси́, преподо́бне, иде́же пое́ши Бо́гу: я́ко просла́вися.

Богоро́дичен: Пресла́вную Тя́ Ма́терь Бо́жию во все́х роде́х кто́ досто́йно восхвали́ти мо́жет? Те́мже ни а́з вы́ше ума́ дерза́ю, то́кмо а́нгельское приношу́ целова́ние: ра́дуйся.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Утверди́ мене́, Христе́, на недви́жимом ка́мени за́поведей Твои́х и просвети́ мя́ све́том лица́ Твоего́: не́сть бо свя́т, па́че Тебе́, Человеколю́бче.

Утвержде́н на ка́мени за́поведей Госпо́дних, до́м Ду́ха Свята́го хотя́ бы́ти, окова́л еси́ чре́сла твоя́ желе́зы, блаже́нне, е́же на вся́к де́нь, проходя́щи ду́шу твою́, разжже́ тя́ пе́ти: не́сть свя́т, па́че Тебе́, Го́споди.

Поста́вив врата́ — моли́тву чи́сту, и сте́ну тве́рду — поще́ние зе́льно, [от креста́ бо ме́дяна то́кмо пия́л еси́ во́ду], хра́м непристу́пен и стра́шен враго́м показа́лся еси́, о́тче, и́хже до конца́ победи́в, с весе́лием воспева́л еси́: не́сть свя́т, па́че Тебе́, Го́споди.

Бде́ние, по́ст и препоя́сание чре́сл желе́зы, а́ки ору́жие, на ся́ прие́мь, к боре́нию борю́щия тя́ плотски́ми страстьми́ сме́рти изше́л еси́, те́мже даде́ тебе́ Госпо́дь облада́ти е́ю, я́ко взыва́л еси́: не́сть свя́т, па́че Тебе́, Го́споди.

А́ки пле́нник, сме́рть бя́ше тебе́, свя́те, нево́лею бо повину́ющися, возвраща́ше ме́ртвыя, и пребыва́ху жи́ви, до́ндеже повеле́л еси́ усну́ти па́ки, и до о́бщаго Воскресе́ния во гробе́х пребыва́ти.

Богоро́дичен: Плене́нна мя́ су́ща неви́димыми враги́, свободи́, Влады́чице, ско́рым предста́нием Твои́м и си́лою, а́ки огне́м, о́ныя прогоня́ющею, я́ко да спасе́н бы́в Тобо́ю, вы́ну воспою́ Ти́: не́сть ины́я Предста́тельницы, ра́зве Тебе́, Пречи́стая Влады́чице ми́ру.

Седа́лен, гла́с 8:

Воздержа́нием живы́й, есте́ственныя стра́сти ду́ху покори́л еси́, бы́в а́нгел во пло́ти и в зако́не повеле́нная де́лом соверши́в, те́мже прия́л еси́ чудотворе́ния да́р от Бо́га: ме́ртвыя сло́вом на живо́т воздвиза́ти. Преста́вився же са́м к животу́ ве́чному, моли́ о на́с, свя́те, изба́витися от ве́чныя сме́рти чту́щим любо́вию святу́ю па́мять твою́, Ма́рко досточу́дне.

Па́че естества́ заче́ншая и па́че естества́ ро́ждшая Зижди́теля Твоего́ и Бо́га, моли́ о на́с, при́сно согреша́ющих, да, свобожде́нни су́ще, любо́вию воспое́м Тя́, Чи́стая Де́во Мари́е.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Ве́лия та́йна Твоего́, Христе́, смотре́ния: сию́ бо свы́ше прови́дя богозри́тельно, Авваку́м изше́л еси́, вопия́ше Тебе́, во спасе́ние люде́й Твои́х, Человеколю́бче.

Ве́лия та́йна словесе́ Твоего́, Христе́, ре́кл бо еси́: ве́руяй в Мя́, дела́, я́же А́з творю́, и то́й сотвори́т. Я́коже Са́м воздви́гл еси́ уме́ршаго Ла́заря сло́вом, та́ко и уго́днику Твоему́ да́л еси́ си́лу воздви́гнути уме́ршаго глаго́лом и возлия́ти еле́й на ся́ во удивле́ние все́м предстоя́щим, Человеколю́бче.

Бо́г на́ш ми́р е́сть, и средосте́ние вражды́ разруша́яй, да не бу́дет на раба́ Его́ вражда́ неугото́ваннаго ра́ди уме́ршему гро́ба, чудотворе́нием отъя́т зло́бу сию́, подви́гну бо ду́х уго́дника Своего́ рещи́ уме́ршему: бра́те, те́сно е́сть ме́сто, са́м подви́гнися и возлия́ еле́й на ся́. И су́щу сло́ву де́лом, вси́ взыва́ху: сла́ва Ти́, Человеколю́бче.

В простоте́ се́рдца и в смире́нии глубо́це воззва́ преподо́бный, и Госпо́дь услы́ша и́, повеле́ ду́х сво́й ме́ртвому прия́ти и повеле́нное сотвори́ти, возлия́ бо еле́й на ся́, и отда́в сосу́д, па́ки у́спе, е́же вси́, со стра́хом и у́жасом ви́дяще, возопи́ша: сла́ва смотре́нию Твоему́, Человеколю́бче.

Смире́ннаго Твоего́ пеще́рника, Го́споди, моли́тва прохожда́ше о́блаки, его́же и мы́ во умилостивле́ние Тебе́ приво́дим и про́сим: ми́лостив на́м бу́ди, рабо́м Твои́м, отыми́ вражду́ люде́й Твои́х, да́ждь ми́р Тво́й во спасе́ние на́ше, Человеколю́бче.

Богоро́дичен: Я́же Живо́т ве́чный Ро́ждшая и рождество́м Твои́м все́х оживотвори́вшая, на́с, грехо́вным я́дом умерщвле́нных, оживи́ и еле́ем ми́лости Твоея́ уще́дри, да вопие́м Ти́, Влады́чице: Ты́ еси́ вина́ и избавле́ние жи́зни на́шея.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: От но́щи у́тренююще, пое́м Тя́, Христе́, Отцу́ Собезнача́льна и Спа́са ду́ш на́ших, ми́р ми́рови пода́ждь, Человеколю́бче.

От но́щи у́тренюя в моли́тве к Бо́гу, блаже́нне, претружде́н, не угото́вал еси́ уме́ршему гро́ба, сего́ ра́ди ре́кл еси́: иди́, рцы́ уме́ршему, да пожде́т до у́тра, до́ндеже ископа́ю ме́сто, и погребе́м и́, прославля́юще Человеколю́бца.

По словеси́ твоему́, преподо́бне, по́сланный егда́ рече́: бра́те, глаго́лет ти́ Ма́рко: еще́ да поживе́ши ма́ло. А́бие отве́рзе о́чи уме́рый все́м зря́щим и пребы́сть до у́тра. О́ле чудесе́! я́коже Ты́ Са́м, Бо́же, облада́еши живото́м и сме́ртию, си́це и рабо́м Свои́м подае́ши облада́ти, Человеколю́бче.

В нощи́ и во дни́ тружда́яся, угото́вал еси́ погребе́нию ме́сто и ре́кл еси́, свя́те: глаго́лите уме́ршему — отда́ждь ду́х тво́й Бо́гу. О́н же, послу́шав тя́, смежи́в очеса́, преста́вися, и вси́, уди́вльшеся сло́ва твоего́ си́ле, просла́виша Бо́га Человеколю́бца.

Стра́нно чу́до: ме́ртвым воздвиза́ти уме́ршия; но лю́бящему Бо́га вся́ поспешеству́ют во благо́е. Я́же вся́ к созида́нию на́шему быва́ют, да те́плейшею любо́вию притеце́м ко Влады́це и со преподо́бными просла́вим Его́, я́ко благоутро́бнаго Человеколю́бца.

Богоро́дичен: Стра́нно чу́до: ка́ко во чре́ве пло́тстем О́гнь Боже́ственный прия́ла еси́, Де́во, и пребыла́ неопали́ма, я́коже иногда́ купина́ несгара́ема, е́же все́ бы́сть, да на Тебе́, Чи́стая, сбу́дется смотре́ния Бо́жия та́инство.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Проро́ка спа́сл еси́ от ки́та, Человеколю́бче, и мене́ из глубины́ прегреше́ний возведи́, молю́ся.

Славолю́бия оскверне́ние очища́я, повеле́л еси́, блаже́нне, уме́ршему Иоа́нну, да вы́шшее Фео́филу пода́ст ме́сто. О, чудесе́! послу́шав, ме́ртвый пре́йде на ни́жнее ме́сто, и вси́ испо́лнишася стра́ха, ты́ же, свя́те, со смире́нием поклони́лся еси́, глаго́ля: от истле́ния вражды́ возведи́ мя́, Бо́же, молю́ ти́ ся́.

Припа́дающу к нога́м твои́м Фео́филу и прося́щу оставле́ния, ре́кл еси́, преподо́бне: Госпо́дь, Са́м отъе́мляй вражду́, повеле́ уме́ршему за любо́вь пода́ти тебе́ старе́йшинство, ты́ же да изведе́ши ся́ от мы́сленнаго ки́та, славолю́бием тя́ пояда́ющаго, Человеколю́бцу моли́ся.

Бы́сть, а́ки гро́м, сло́во твое́, о́тче, его́же стра́ха убоя́ся Фео́фил, мне́в, я́ко ту́ па́д, у́мрет, но, ма́ло прише́д в себе́ и вше́д в ке́ллию, пребы́сть про́чая ле́та пла́чася, глаго́ля: от истле́ния мя́, Бо́же, возведи́.

Наказа́ние твое́, о́тче блаже́ннейший, в толи́кое приведе́ смире́ние Фео́фила, я́ко никто́же можа́ше его́ от пла́ча востя́гнути, но бы́ша ему́ сле́зы бра́шно и питие́, де́нь бо и но́щь взыва́ше: от грехопаде́ния мя́, Бо́же, возведи́, молю́ ти́ ся́.

Богоро́дичен: В тле́ние славолю́бия ми́ попо́лзшуся и умиле́ния не иму́щу, пода́ждь, Влады́чице, сле́з то́ки, да, омы́в оскверне́ние души́, чи́ст явлю́ся лицу́ Бо́жию, внегда́ яви́тимися сла́ве Его́.

Конда́к, гла́с 8:

Врача́ изря́дна и чудотво́рца, любо́вию, ве́рнии, ублажи́м, прося́ще его́, да моли́твами свои́ми уврачу́ет на́ша стра́сти, душе́вныя и теле́сныя, и́мать бо на сие́ благода́ть от Бо́га, и прого́нит ду́хи лука́выя от все́х, ве́рно ко гро́бу его́ притека́ющих и зову́щих: ра́дуйся, Ма́рко, цели́телю не́мощей на́ших.

И́кос:

А́нгелов и всея́ тва́ри Творца́ воспе́вша и ангелови́дным житие́м Тому́ на земли́ всегда́ послужи́вша, со а́нгелы же ны́не трисвяту́ю пе́снь непреста́нно пою́ща, восхваля́ем тя́, всеблаже́нне, си́це: ра́дуйся, отве́ргшийся все́х земны́х веще́й; ра́дуйся, у́м сво́й ве́сь горе́ впери́вый. Ра́дуйся, я́ко ме́ртв, жи́во погребы́йся в пеще́ре; ра́дуйся, я́ко в то́й мно́ги труды́ и по́ты излия́вый. Ра́дуйся, мно́гим святы́м в не́й гро́бы ископа́вый; ра́дуйся, ме́ртвыя повеле́нием свои́м воздви́гнувый. Ра́дуйся, Иоа́нна ме́ртваго подви́гнутися от ме́ста сотвори́вый; ра́дуйся, Фео́фила ко спасе́нию наста́вивый. Ра́дуйся, кре́ст ве́лий и по́яс желе́зен нетя́жестне на себе́ носи́вый; ра́дуйся, смире́нное те́ло свое́ просфоро́ю еди́ною и водо́ю уме́ренною с креста́ дово́льствовавый. Ра́дуйся, кресто́м свои́м мно́ги стра́сти врачу́яй; ра́дуйся, ко гро́бу твоему́ притека́ющим все́м по́мощь в ну́ждах подава́яй. Ра́дуйся, Ма́рко, цели́телю не́мощей на́ших.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: О́бразу служи́ти, мусики́йскому согла́сию созыва́ющу лю́ди, от пе́сней Сио́нских пою́ще оте́чески, о́троцы Дави́довы мучи́телево разори́ша злочести́вое веле́ние и пла́мень в ро́су преложи́ша, пе́снь воспева́юще: превозноси́мый отце́в и на́ш Бо́же, благослове́н еси́.

Лицу́ Бо́жию яви́тися егда́ прихожда́ше ти́ вре́мя, призва́л еси́, о́тче, блаже́ннаго Фео́фила, ре́к: прости́ ми́, я́ко оскорби́х тя́, се́ бо отхожду́ уже́, ты́ же моли́ за мя́, да сподо́бимся о́ба со святы́ми пе́ти: Бо́же, благослове́н еси́.

Словеса́ твоя́, свя́те, пла́чущему рыда́ния приложи́ша, и́бо не терпя́ себе́ оста́влена от тебе́ бы́ти, глаго́лаше: ве́м, я́ко услы́шит тя́ Госпо́дь, а́ще восхо́щеши поя́ти мя́ с собо́ю пе́ти: Бо́же, благослове́н еси́.

Пла́чущагося утеша́я, ре́кл еси́, преподо́бне, да не скорби́т, ни да и́щет ви́дети чу́вственнаго све́та, зане́ мы́сленныма очи́ма, о гресе́х рыда́я, све́т разу́мный уви́дит и сподо́бится блаже́нства пла́чущих, пла́чущии бо уте́шатся, пою́ще: Бо́же, благослове́н еси́.

Во утеше́ние скорбя́щему извести́л еси́, о́тче, зна́мение отше́ствия его́ к Бо́гу сие́: я́ко пре́жде тре́х дне́й кончи́ны своея́ прозре́ти и́мать, и та́ко пре́йдет к неплаче́вным место́м в непристу́пном све́те со святы́ми пе́ти: Бо́же, благослове́н еси́.

Богоро́дичен: В ско́рби отча́яния моего́ су́щи, утеше́ния не и́мам, те́м к Тебе́, Влады́чице ми́ра, прибега́ю, глаго́ля: Ра́досте моя́, изба́ви мя́ от обыше́дших мя́, обыдо́ша бо мя́ пси́ мно́зи и не́сть могу́щаго изъя́ти мя́, ра́зве Тебе́, Благослове́нная Де́во.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: В пла́мени о́гненне горя́щия пе́щи сохра́ншаго де́ти и во зра́це а́нгела Снизше́дшаго к ни́м, по́йте Го́спода и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Святы́й Ду́х, проро́чествия да́р подава́яй, приведе́ в сбытие́ словеса́ твоя́, преподо́бне, по кончи́не твое́й, ду́х сво́й преда́л еси́ в ру́це Бо́гу, Ему́же ны́не предстоя́, пое́ши с проро́ки: Го́спода по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Словеса́ твоя́ бы́ша, преподо́бне, блаже́нному Фео́филу па́че сребра́ разжже́на, я́же помина́я, а́ще и сугу́бо рыда́ше, но не возмо́же угаси́ти, я́ко распаля́хуся в се́рдце, и́бо по вся́ дни́ ожида́ше кончи́ны своея́, хотя́й отыти́ ко Го́споду, хвала́ми превозноси́ти Его́ во ве́ки.

Ве́лий умиле́ния да́р и неоскудева́емый исто́чник словесы́ твои́ми, блаже́нне, ископа́л еси́ в се́рдце Фео́фила: ели́ко бо в сосу́д излива́ше, толи́ко мно́жахуся сле́зныя струи́, и́миже погаси́ стра́стный пла́мень, возбраня́ющий пе́ти Го́спода во ве́ки.

Трисия́тельный Све́те, Тро́ице Свята́я, обеща́ние исполня́я уго́дника Твоего́ Ма́рка, просвети́л еси́ зе́ницы пла́чущаго, и пра́во узре́ све́т чу́вственныма очи́ма, мы́сленныма же отше́ствие свое́ к Тебе́, Бо́гу своему́, Ему́же все́м се́рдцем жела́ше пе́ти со святы́ми во ве́ки.

Богоро́дичен: Све́т и́стинный ро́ждшая, Пречи́стая, во тме́ мя́ грехолю́бия заблужда́юща и виде́ния покая́ния неиму́ща, освети́ благода́тию Твое́ю: свеща́ бо еси́, явля́ющая ско́ро су́щим во тме́ све́т, Богоро́дице Де́во.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Тебе́, све́тлую свещу́ и Ма́терь Бо́жию, пречу́дную сла́ву и вы́шшую все́х тва́рей, пе́сньми велича́ем.

По словеси́ твоему́, свя́те, пре́жде тре́х дне́й уве́дав отше́ствие свое́, Фео́фил покая́ния словеса́ изрече́, а́бие же во утоле́ние рыда́ния того́, предста́в, а́нгел показа́ сосу́д, напо́лнен слеза́ми, прия́тно Бо́гу покая́ние его́ ублажа́я.

Твои́м наказа́нием, о́тче, Фео́фил богому́дрый в жи́зни свое́й се́я слеза́ми, преста́вився же к оби́телем небе́сным, ра́достныя пожина́ет кла́сы и трудо́в свои́х ны́не прие́млет возме́здие, от все́х во ве́ки ублажа́емь.

В юдо́ле плаче́вне изво́листе, отцы́ достоблаже́ннии, вся́ ле́та живота́ своего́ слеза́ми ку́плю де́яти, да взы́щете многоце́ннаго би́сера — Иису́са, И́мже от ве́чныя сме́рти искупи́вшеся, ны́не на ме́сте све́тле ра́дуетеся, ублажа́еми.

Дво́ицу оте́ц, Ма́рка и Фео́фила, приво́дим Тебе́ в моли́тву, в двои́х хоте́ниих и де́йствиих Су́щему, Христе́ Бо́же, и́хже моле́ние прие́мь и от вра́жия на́с кова́рства сохраня́я, Ду́хом Твои́м Святы́м наста́ви на́с во ве́ки Тя́ велича́ти.

Богоро́дичен: Ка́ко Тя́ ублажи́м, Чи́стая Де́во, Ю́же небе́сныя си́лы по достоя́нию блажи́ти не мо́гут? Ка́ко просла́вим сла́вимую от все́х родо́в и Благослове́нную христиа́н все́х Ма́терь?

Свети́лен:

Бы́ша сле́зы твоя́, а́ки благово́нное ми́ро, и́миже славолю́бия оскверне́ние очи́стил еси́, и ны́не в вы́шних оби́телех, я́ко звезда́ пресве́тлая, сия́я, озари́ на́с, во тме́ грехолю́бия живу́щих, и моли́, Фео́филе, о́тче на́ш, с Ма́рком блаже́нным Человеколю́бца Христа́, да, во све́те повеле́ний Его́ зде́ ходя́ще, сподо́бимся зре́ти све́т небе́сныя сла́вы.

Краткие жития преподобных Марка гробокопателя, Феофила и Иоанна Печерских, в Ближних пещерах

О пре­по­доб­ных Мар­ке Гро­бо­ко­па­те­ле, Фе­о­фи­ле Плач­ли­вом и Иоанне (XI–XII) рас­ска­зы­ва­ет Ки­е­во-Пе­чер­ский Па­те­рик. Два бра­та-ино­ка, пре­по­доб­ные Фе­о­фил и Иоанн, так лю­би­ли друг дру­га, что упро­си­ли пре­по­доб­но­го Мар­ка при­го­то­вить им од­ну мо­ги­лу.

Спу­стя мно­го лет стар­ший брат был по­слан по мо­на­стыр­ским де­лам. В то вре­мя брат Иоанн за­бо­лел и умер. Через несколь­ко дней воз­вра­тил­ся пре­по­доб­ный Фе­о­фил и по­шел вме­сте с бра­ти­ей по­смот­реть, где по­ло­жен умер­ший. Уви­дев, что он ле­жит в об­щем их гро­бе на пер­вом ме­сте, воз­не­го­до­вал на бла­жен­но­го Мар­ка и ска­зал: «За­чем по­ло­жил его здесь на мо­ем ме­сте? Я стар­ше его». Пе­щер­ник, со сми­ре­ни­ем кла­ня­ясь пре­по­доб­но­му Фе­о­фи­лу, про­сил про­стить его. За­тем, об­ра­тись к усоп­ше­му, ска­зал: «Брат, встань и дай это ме­сто стар­ше­му, а ты ляг на дру­гом ме­сте». И мерт­вый по­дви­нул­ся во гро­бе. Уви­дев это, пре­по­доб­ный Фе­о­фил пал к но­гам пре­по­доб­но­го Мар­ка и про­сил про­ще­ния. Пе­щер­ник за­ме­тил ему, чтобы он за­бо­тил­ся о сво­ем спа­се­нии, так как через неко­то­рое вре­мя его так­же при­не­сут сю­да. Услы­шав это, пре­по­доб­ный Фе­о­фил при­шел в ужас и ре­шил, что ско­ро умрет. Раз­дав всё, что имел, и оста­вив толь­ко ман­тию, он каж­дый день ожи­дал смерт­но­го ча­са. Ни­кто не мог удер­жать его от слез или за­ста­вить вку­сить слад­кой пи­щи. От слез пре­по­доб­ный Фе­о­фил по­те­рял зре­ние. Пре­по­доб­ный Марк пе­ред кон­чи­ной на его моль­бу уме­реть вме­сте с ним ска­зал: «Не же­лай смер­ти, она при­дет, хо­тя бы ты и не же­лал. Вот что по­слу­жит зна­ме­ни­ем близ­кой тво­ей кон­чи­ны: за три дня до смер­ти ты про­зре­ешь». Сло­ва свя­то­го ис­пол­ни­лись. Те­ло пре­по­доб­но­го Фе­о­фи­ла по­ло­же­но в Ан­то­ни­е­вой пе­ще­ре, в гро­бе вме­сте с его бра­том пре­по­доб­ным Иоан­ном, вбли­зи мо­щей пре­по­доб­но­го Мар­ка.

Полные жития преподобных Марка гробокопателя, Феофила и Иоанна Печерских, в Ближних пещерах

Пре­по­доб­ные Марк, Иоанн и Фе­о­фил под­ви­за­лись в Ки­е­во-Пе­чер­ской оби­те­ли в кон­це XI и са­мом на­ча­ле XII вв.

За­ня­ти­ем пре­по­доб­но­го Мар­ка бы­ло ко­пать пе­ще­ры и го­то­вить ка­мо­ры – ме­ста для по­гре­бе­ния бра­тии (от­то­го он на­зы­вал­ся Пе­чер­ник, то есть жи­ву­щий в пе­ще­ре). Но и при та­ком про­стом тру­де по­движ­ник до­стиг необы­чай­но ду­хов­но­го со­вер­шен­ства. Жи­вя в пе­ще­ре, пре­по­доб­ный сво­и­ми ру­ка­ми ко­пал та­кие мо­ги­лы и на сво­их пле­чах вы­но­сил вон зем­лю. День и ночь тру­дясь для Гос­по­да, пре­по­доб­ный при­го­то­вил мно­го мест для по­гре­бе­ния бра­тии. По­движ­ник не брал за свой труд ни­че­го; ес­ли же кто доб­ро­воль­но да­вал ему что-ни­будь, он при­ни­мал и все раз­да­вал ни­щим. В без­мол­вии тру­дясь и бодр­ствуя день и ночь, прп. Марк од­на­ко не удо­вле­тво­рял­ся эти­ми тру­да­ми и по­дви­га­ми. Сми­ряя плоть свою по­стом, бде­ни­ем и мо­лит­вой, для пол­но­го умерщ­вле­ния ее он воз­ло­жил на чрес­ла свои тя­же­лые вери­ги и воз­дер­жи­вал­ся да­же в упо­треб­ле­нии во­ды: ко­гда му­чи­ла жаж­да, он пил во­ды лишь столь­ко, сколь­ко вме­ща­лось в его мед­ном кре­сте, ко­то­рый он все­гда но­сил с со­бою.

Бо­гу угод­ны бы­ли непре­стан­ные тру­ды и по­дви­ги прп. Мар­ка, и Он спо­до­бил Пе­чер­ни­ка та­кой чу­дес­ной си­лы, что да­же мерт­ве­цы слу­ша­лись его го­ло­са.

Од­на­жды Марк, по обы­чаю ко­пая мо­ги­лу, уто­мил­ся до из­не­мо­же­ния и оста­вил ме­сто тес­ным и нерас­ши­рен­ным. Слу­чи­лось, что в этот же день умер один болев­ший инок и для него не на­шлось дру­гой мо­ги­лы, кро­ме этой уз­кой и неудоб­ной. То­гда же бы­ло в обы­чае хо­ро­нить те­ло умер­ше­го в день его смер­ти. По­это­му ско­ро при­нес­ли мерт­во­го в пе­ще­ру к недо­кон­чен­ной ка­мо­ре и вслед­ствие тес­но­ты с тру­дом уло­жи­ли его. Ни убрать мерт­во­го, ни по­пра­вить на нем одежд, ни да­же воз­лить на него елей ока­за­лось со­вер­шен­но невоз­­мож­ным, на­столь­ко уз­ким и неудоб­ным бы­ло ме­сто. То­гда бра­тия воз­роп­та­ли на Мар­ка. Пе­чер­ник же со сми­ре­ни­ем низ­ко кла­нял­ся всем и го­во­рил: «Про­сти­те ме­ня, от­цы свя­тые, за немо­щью не до­кон­чил я». Но бра­тия еще боль­ше бра­ни­ли и уко­ря­ли его. То­гда Марк, об­ра­тив­шись к мерт­во­му, ска­зал ему: «Брат, ме­сто тес­но; так по­тру­дись ты сам, возь­ми мас­ло и воз­лей на се­бя». И мерт­вый, при­под­няв­шись немно­го, про­стер ру­ку, взял мас­ло, воз­лил его кре­сто­об­раз­но на грудь и ли­цо свое и, от­дав­ши со­суд, сам пе­ред все­ми при­брал се­бя, лег и уснул. Страх и тре­пет объ­яли всех, ви­дев­ших та­кое чу­до.

Дру­гой брат по­сле дол­гой бо­лез­ни по­мер. Один из дру­зей его отер губ­кой те­ло по­кой­но­го и по­шел в пе­ще­ру по­смот­реть ме­сто, где бу­дет ле­жать те­ло усоп­ше­го. Он спро­сил об этом Мар­ка Пе­чер­ни­ка, но бла­жен­ный от­ве­чал ему: «Пой­ди и ска­жи бра­ту: по­до­жди до зав­тра, по­ка ис­ко­па­ют те­бе ме­сто, то­гда и отой­дешь от жиз­ни на по­кой». «От­че, – воз­ра­зил Мар­ку при­шед­ший инок, – ко­му го­во­рить ты ве­лишь? Я уже гу­бкою отер его мерт­вое те­ло». Но пре­по­доб­ный сно­ва по­вто­рил ему: «Ты ви­дишь: ме­сто еще не го­то­во. Я ве­лю те­бе – иди и ска­жи умер­ше­му: греш­ный Марк го­во­рит те­бе: про­жи­ви еще этот день, а зав­тра отой­дешь к же­ла­е­мо­му то­бою Хри­сту, Гос­по­ду на­ше­му. Ко­гда при­го­тов­лю ме­сто, ку­да по­ло­жить те­бя, то при­шлю за то­бою».

По­ви­ну­ясь прп. Мар­ку, инок воз­вра­тил­ся в мо­на­стырь. Здесь все бра­тия со­вер­ша­ли по­гре­баль­ное пе­ние над усоп­шим. То­гда инок встал пе­ред ни­ми и об­ра­тил­ся к по­кой­но­му с та­ки­ми сло­ва­ми: «Марк го­во­рит те­бе, что ме­сто те­бе еще не при­го­тов­ле­но, по­до­жди до утра». Все удив­ля­лись этим сло­вам. Но еще бо­лее изу­ми­тель­но бы­ло то, что по это­му сло­ву ду­ша усоп­ше­го воз­вра­ти­лась в те­ло его; он от­крыл гла­за и всю ночь оста­вал­ся жи­вым, с от­кры­ты­ми гла­за­ми, толь­ко не го­во­рил ни­че­го. На дру­гой день друг его опять по­шел в пе­ще­ру узнать, го­то­во ли ме­сто. Бла­жен­ный Марк встре­тил его и ска­зал: «Пой­ди и ска­жи ожив­ше­му: Марк го­во­рит те­бе: оставь эту вре­мен­ную жизнь и пе­рей­ди в веч­ную; го­то­во ме­сто для те­ла тво­е­го. Дух свой пре­дай Бо­гу, а те­ло твое бу­дет по­ло­же­но здесь, в пе­ще­ре со свя­ты­ми от­ца­ми».

Брат по­шел и пе­ре­дал ожив­ше­му дру­гу сло­ва прп. Мар­ка. Тот на гла­зах у всех, при­шед­ших по­се­тить его, тот­час сме­жил очи и пре­дал дух свой Бо­гу. Он был по­гре­бен в пе­ще­ре, на при­го­тов­лен­ном для него ме­сте. И все ди­ви­лись это­му чу­ду.

В Пе­чер­ском мо­на­сты­ре жи­ли два ду­хов­ных бра­та – Иоанн и Фе­о­фил. От юно­сти они бы­ли со­еди­не­ны уза­ми ду­хов­ной люб­ви: име­ли од­ну во­лю, од­ни мыс­ли и же­ла­ния, оди­на­ко­вую рев­ность по Бо­ге. Они упро­си­ли прп. Мар­ка при­го­то­вить им об­щее ме­сто для по­гре­бе­ния, где бы они мог­ли лечь вме­сте, ко­гда Гос­подь им по­ве­лит. Мно­го вре­ме­ни спу­стя стар­ший из них, Фе­о­фил, от­лу­чил­ся из оби­те­ли по ка­кой-то нуж­де. В это вре­мя млад­ший брат, Иоанн, уго­див Гос­по­ду, раз­бо­лел­ся и скон­чал­ся. Его по­хо­ро­ни­ли на при­го­тов­лен­ном ме­сте. Через несколь­ко дней по смер­ти Иоан­на воз­вра­тил­ся Фе­о­фил и, узнав о кон­чине лю­би­мо­го бра­та, силь­но скор­бел. По­том, взяв­ши с со­бою несколь­ко ино­ков, он по­шел в пе­ще­ру по­смот­реть, где и на ка­ком ме­сте по­ло­жен умер­ший. Уви­дев, что тот по­ло­жен на пер­вом ме­сте в их об­щей ка­мо­ре, силь­но раз­гне­вал­ся на Мар­ка, мно­го роп­тал на него и с него­до­ва­ни­ем го­во­рил: «За­чем ты по­ло­жил его здесь? Я стар­ше, а ты по­ло­жил его на мо­ем ме­сте». Пе­чер­ник, сми­рен­но кла­ня­ясь ему, от­ве­чал: «Про­сти ме­ня, брат, со­гре­шил я пред то­бою». За­тем, об­ра­тясь к умер­ше­му, ска­зал ему: «Брат, встань и усту­пи ме­сто не умер­ше­му, а сам ляг на дру­гом, низ­шем ме­сте». И вдруг по сло­ву бла­жен­но­го умер­ший встал и лег на дру­гом ме­сте. Силь­ный ужас объ­ял всех при­сут­ству­ю­щих. То­гда роп­тав­ший на пре­по­доб­но­го Фе­о­фил с тре­пе­том при­пал к но­гам его и про­сил: «От­че, со­гре­шил я, по­тре­во­жил с ме­ста бра­та мо­е­го. Мо­лю те­бя, при­ка­жи ему опять лечь на ста­ром ме­сте». Но бла­жен­ный сми­рен­но от­ве­чал ему: «Гос­подь Сам пре­кра­тил враж­ду меж­ду на­ми. Ра­ди тво­е­го ро­по­та, чтобы ты, веч­но враж­дуя, не дер­жал зло­бы на ме­ня, Он со­тво­рил та­кое чуд­ное де­ло, что да­же без­душ­ное те­ло по­ка­за­ло ис­тин­ную лю­бовь к те­бе, усту­пая те­бе ста­рей­шин­ство и по смер­ти. И я хо­тел бы­ло, чтобы, не вы­хо­дя от­сю­да, ты вос­поль­зо­вал­ся сво­им стар­шин­ством и тот­час был бы по­ло­жен здесь. Но так как ты еще не го­тов к смер­ти, то пой­ди и по­за­боть­ся о сво­ей ду­ше: через несколь­ко дней те­бя при­не­сут сю­да. Вос­кре­шать умер­ших – де­ло Бо­жие, а я че­ло­век греш­ный. Вот мерт­вый, не стер­пев тво­е­го гне­ва, оскорб­ле­ний и уко­ров мне, усту­пил те­бе по­ло­ви­ну ме­ста, при­го­тов­лен­но­го для вас обо­их. И так как толь­ко Все­мо­гу­щий Бог мо­жет под­нять его, то я сам со­бою не мо­гу ска­зать умер­ше­му: встань и опять ляг на выс­шем ме­сте. При­ка­жи ему те­перь ты, не по­слу­ша­ет ли он те­бя, как те­перь?» Услы­шав это, Фе­о­фил при­шел в ужас и ду­мал, что тут же па­дет мерт­вым и не дой­дет до мо­на­сты­ря. До­брав­шись до сво­ей кел­лии, он пре­дал­ся по­дви­гу непре­стан­но­го пла­ча. Раз­дав все до по­след­ней со­роч­ки и оста­вив у се­бя толь­ко сви­ту и ман­тию, Фе­о­фил каж­дый день ожи­дал смерт­но­го ча­са. И ни­кто не мог удер­жать его от слез; ни­кто не мог при­ну­дить его вку­сить слад­кой пи­щи. Каж­дое утро он го­во­рил сам се­бе: «Не знаю, до­жи­ву ли я до ве­че­ра». При­хо­ди­ла ночь, и он с пла­чем го­во­рил: «Что мне де­лать? До­жи­ву ли я до утра? Ибо мно­гие, встав­ши утром, не до­сти­га­ли ве­че­ра и, воз­лег­ши на сво­их ло­жах, уже не вста­ва­ли с них. Тем бо­лее я, уже по­лу­чив­ший из­ве­ще­ние от пре­по­доб­но­го, что ско­ро кон­чит­ся жизнь моя». И со сле­за­ми мо­лил он Гос­по­да дать ему вре­мя по­ка­я­ния. Каж­дый день и час ожи­дал Фе­о­фил кон­чи­ны сво­ей, из­ну­ряя се­бя по­стом, пла­ча и мо­лясь непре­стан­но. Та­ким по­дви­гом в те­че­ние несколь­ких лет Фе­о­фил до то­го ис­су­шил свое те­ло, что мож­но бы­ло счесть все его су­ста­вы и ко­сти. Мно­гие при­хо­ди­ли уте­шать его, но сво­и­ми ре­ча­ми толь­ко до­во­ди­ли до боль­ше­го ры­да­ния. На­ко­нец от непре­стан­ного пла­ча и слез он ослеп.

Пре­по­доб­ный же Марк, про­ви­дев час от­ше­ствия сво­е­го ко Гос­по­ду, при­звал Фе­о­фи­ла и ска­зал ему: «Брат Фе­о­фил! Про­сти ме­ня, что я огор­чил те­бя на мно­го лет, и мо­лись обо мне, ибо я уже от­хо­жу из это­го све­та. Ес­ли я по­лу­чу дерз­но­ве­ние пред Все­выш­ним, то не за­бу­ду мо­лить­ся за те­бя, да спо­до­бит нас Гос­подь сви­деть­ся там и быть вме­сте с от­ца­ми на­ши­ми Ан­то­ни­ем и Фе­о­до­си­ем». Фе­о­фил с пла­чем от­ве­чал ему: «Отец Марк! За­чем ты ме­ня остав­ля­ешь? Или возь­ми ме­ня с со­бою, или дай мне про­зреть». «Не скор­би, брат, – от­ве­чал ему пре­по­доб­ный Марк, – те­лес­ны­ми оча­ми ты ослеп ра­ди Бо­га, а ду­хов­ны­ми про­зрел на ра­зу­ме­ние Его. Объ­явив те­бе близ­кую кон­чи­ну, я стал ви­ною тво­ей сле­по­ты. Но я хо­тел при­не­сти поль­зу ду­ше тво­ей, пре­вра­тив твое вы­со­ко­умие в сми­ре­ние, ибо серд­це со­кру­шен­но и сми­рен­но Бог не уни­чи­жит (Пс.50:19)». Фе­о­фил от­ве­чал пре­по­доб­но­му: «Знаю, отец мой, что за гре­хи мои я дол­жен был пасть мерт­вым пред то­бою в пе­ще­ре то­гда же, как ты вос­кре­сил умер­ше­го бра­та мо­е­го, но Гос­подь по­ща­дил ме­ня ра­ди тво­их свя­тых мо­литв, дал мне жизнь, ожи­дая мо­е­го по­ка­я­ния. Те­перь же я про­шу те­бя о сем: или возь­ми ме­ня с со­бою к Гос­по­ду, или воз­вра­ти свет очам мо­им». То­гда прп. Марк сно­ва воз­ра­зил ему: «Нет те­бе нуж­ды ви­деть этот ма­ловре­мен­ный свет, а луч­ше про­си Гос­по­да, чтобы Он спо­до­бил те­бя уви­деть сла­ву Его. И смер­ти не же­лай: она при­дет, хо­тя бы ты и не хо­тел. И вот те­бе зна­ме­ние тво­е­го от­ше­ствия: за три дня до кон­чи­ны тво­ей ты про­зришь, так отой­дешь ко Гос­по­ду и узришь там свет нескон­ча­е­мый и сла­ву неиз­ре­чен­ную». Ска­зав это, прп. Марк по­чил, и чест­ные мо­щи его бы­ли по­ло­же­ны в пе­ще­ре, на ме­сте, ко­то­рое он сам се­бе вы­ко­пал.

Глу­бо­ко опе­ча­ли­ла пре­по­доб­но­го Фе­о­фи­ла раз­лу­ка с от­цом и на­став­ни­ком его пре­по­доб­ным Мар­ком. Кон­чи­на Пе­чер­ни­ка уяз­ви­ла серд­це Фе­о­фи­ла и удво­и­ла его плач и ры­да­ния. Це­лые ис­точ­ни­ки слез про­ли­вал он, а сле­зы все бо­лее и бо­лее умно­жа­лись. Он имел со­суд и, ста­но­вясь на мо­лит­ву, ста­вил его пред со­бою и неутеш­но пла­кал над ним, вспо­ми­ная кон­чи­ну на­став­ни­ка, со сле­за­ми по­мыш­ляя и о сво­ем ско­ром от­ше­ствии из это­го брен­но­го ми­ра. И через несколь­ко лет со­суд этот был по­лон слез. На­ко­нец, узнав при­бли­же­ние сво­ей кон­чи­ны, Фе­о­фил при­леж­но мо­лил Гос­по­да, чтобы угод­ны бы­ли пред Ним сле­зы его. Под­няв ру­ки к небу, он мо­лил­ся: «Вла­ды­ко Че­ло­ве­ко­люб­че, Гос­по­ди Иису­се Хри­сте, Ца­рю мой Пре­свя­тый! Ты – не хо­тя­щий смер­ти греш­ни­ков, но ожи­да­ю­щий их об­ра­ще­ния, зна­ю­щий глу­бо­кую немощь на­шу, Уте­ши­те­лю Бла­гий! Ты – здра­вие боль­ным, греш­ни­ком спа­се­ние, из­не­мо­га­ю­щим укре­пи­тель, па­да­ю­щим вос­ста­ние! Мо­лю Те­бя, Гос­по­ди, в час сей: по­ка­жи и на мне, недос­той­ном, ми­лость Свою и из­лей на ме­ня неис­чер­па­е­мую пу­чи­ну Тво­е­го бла­го­утро­бия, из­бавь ме­ня от ис­ку­ше­ний на мы­тар­ствах воз­душ­ны­ми кня­зья­ми и не дай им овла­деть мною, мо­лит­ва­ми угод­ни­ков Тво­их ве­ли­ких от­цов на­ших Ан­то­ния и Фе­о­до­сия и всех свя­тых, от ве­ка Те­бе уго­див­ших».

И вдруг пред ним пред­стал Ан­гел Гос­по­день, пре­крас­ный ви­дом, и ска­зал ему: «Ты хо­ро­шо мо­лишь­ся, но за­чем же хва­лишь­ся су­е­тою слез тво­их, со­бран­ных то­бою в со­суд?» И взяв дру­гой со­суд, го­раз­до боль­ший Фе­о­фи­ло­ва, ис­пол­нен­ный бла­го­уха­ния, как ми­ра бла­го­вон­но­го, по­ка­зал его по­движ­ни­ку и ска­зал: «Это твои же сле­зы, из­ли­тые то­бою от серд­ца на мо­лит­ве, ко­то­рые ты оти­рал ру­кою, плат­ком или одеж­дою и ко­то­рые ка­па­ли на зем­лю из глаз тво­их. По по­ве­ле­нию Твор­ца на­ше­го я со­брал их все и со­хра­нил в этом со­су­де. Те­перь же я по­слан воз­ве­стить те­бе ра­дость: с ве­се­ли­ем отой­дешь ты к Нему, ибо Он ска­зал: бла­же­ни пла­чу­щии, яко тии уте­шат­ся (Мф.5:4)».

Ска­зав это, Ан­гел по­ста­вил со­суд пе­ред Фе­о­фи­лом и стал неви­дим. Бла­жен­ный Фе­о­фил тот­час при­звал игу­ме­на и по­ве­дал ему яв­ле­ние Ан­ге­ла и ре­чи его. По­ка­зав игу­ме­ну оба со­су­да: один пол­ный слез, а дру­гой – бла­го­во­ния, несрав­ни­мо­го ни с ка­ки­ми аро­ма­та­ми, пре­по­доб­ный про­сил вы­лить их при по­гре­бе­нии на его те­ло.

Через три дня прп. Фе­о­фил мир­но ото­шел ко Гос­по­ду. Чест­ное те­ло его бы­ло по­ло­же­но в пе­ще­ре, вме­сте с те­лом лю­би­мо­го бра­та его пре­по­доб­но­го Иоан­на, вбли­зи от прп. Мар­ка Пе­чер­ни­ка. Все три по­движ­ни­ка по­ко­ят­ся в Ан­то­ни­е­вой, или Ближ­ней, пе­ще­ре. И ко­гда те­ло Фе­о­фи­ла по­ма­за­ли из со­су­да Ан­ге­ло­ва, вся пе­ще­ра ис­пол­ни­лась бла­го­уха­ния. По­том вы­ли­ли на него и со­суд слез, чтобы се­яв­ший сле­за­ми в ра­до­сти по­жал плод де­ла рук сво­их. «Ибо ска­за­но, – за­кан­чи­ва­ет инок По­ли­карп свою по­весть о пре­по­доб­ных Мар­ке, Иоанне и Фе­о­фи­ле, – пла­ка­ху­ся ме­та­ю­ще се­ме­на своя (Пс.125:6), но они уте­ше­ны бу­дут о Хри­сте, Ко­то­ро­му сла­ва со От­цем и Свя­тым Ду­хом ныне и прис­но и во ве­ки ве­ков. Аминь».

В на­сто­я­щее вре­мя над мо­ща­ми прп. Мар­ка ви­сят тя­же­лые вери­ги, сви­де­тель­ству­ю­щие о по­дви­гах и тру­дах пре­по­доб­но­го, и па­мят­ник воз­дер­жа­ния его – мед­ный крест, из ко­то­ро­го он пил во­ду. И мно­гие, с ве­рою при­хо­дя­щие ко свя­тым мо­щам прп. Мар­ка и с бла­го­го­ве­ни­ем пью­щие во­ду из его мед­но­го кре­ста, освя­щен­но­го его уста­ми, по мо­лит­ве свя­то­го по­лу­ча­ют ис­це­ле­ние от всех неду­гов и бо­лез­ней.

Па­мять свя­тых угод­ни­ков Бо­жи­их пре­по­доб­ных Мар­ка Пе­чер­ни­ка-гро­бо­ко­па­те­ля, Иоан­на и Фе­о­фи­ла Плач­ли­во­го из­дав­на празд­ну­ет­ся всей Рус­ской Цер­ко­вью.


См. так­же: "Жи­тие пре­по­доб­ных Мар­ка Пе­щер­ни­ка и Фе­о­фи­ла Плач­ли­во­го" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.