Каноны святому преподобному Мартиниану Белоезерскому

Припев: Преподо́бне о́тче Мартиниа́не, моли́ Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 25 января (12 января ст. ст.); 20 октября (07 октября ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Пои́м Го́сподеви, прове́дшему лю́ди Своя́ сквозе́ Чермно́е мо́ре, я́ко Еди́н сла́вно просла́вися.

Пе́снь ти́ приношу́, всеблаже́нне Мартиниа́не, от недосто́йных у́ст мои́х, приими́ бла́го се́рдце и спаси́ мя́, сла́вяща Го́спода, просла́вльшаго тя́, сла́вно бо просла́вися.

Пое́м твою́ светоно́сную па́мять, в ню́же соше́дшеся, духо́вно пра́зднуем, и, у свята́го твоего́ гро́ба исцеле́ние с ве́рою прие́млюще, здра́ви отхо́дят, сла́вяще Го́спода, сла́вно бо просла́вися.

Пое́м и почита́ем, преподо́бне, твоя́ честны́я по́двиги, боле́зни же и труды́, и́миже потруди́ся во вре́менней се́й жи́зни, и сла́вим Го́спода, просла́вльшаго тя́, сла́вно бо просла́вися.

Богоро́дичен: Пое́м Тя́, Ма́ти Бо́жия, я́ко породи́ на́м Спа́са и Изба́вителя ро́ду на́шему, изба́вльшаго на́с от а́довых нереши́мых у́з и се́ни сме́ртныя, и сла́вим Рождество́ Твое́, сла́вно бо просла́вися.

И́н, гла́с 2.

Ирмо́с: Во глубине́ постла́ иногда́ фараони́тское всево́инство преоруже́нная си́ла, вопло́щшееся же Сло́во всезло́бный гре́х потреби́ло е́сть, препросла́вленный Госпо́дь сла́вно бо просла́вися.

В глубине́ зло́бы от неразу́мия погря́знувшаго испра́ви мя́, преподо́бне Мартиниа́не, и ми́лостив бу́ди дерзну́вшу воспе́ти тя́, и ра́зум очище́н пода́ждь ми́, да по достоя́нию хвалу́ принесу́ тебе́.

В ю́ности, о́тче, зе́льне роди́телей свои́х отлучи́ся, и Христа́ Бо́га взыска́л еси́, и Того́ от всея́ души́ возлюби́л еси́, и горя́щею ве́рою Тому́ порабо́тал еси́, и ничто́же ти́ возбрани́ ю́ность цвету́щая, но и многоле́тных превзы́де разу́мною тве́рдостию.

В посте́х и в моли́твах, в терпе́нии и злострада́нии стра́стное взыгра́ние умертви́л еси́ и пло́ть свою́ изнури́л еси́ и души́ пови́нну сотвори́л еси́, до́ндеже возмо́же бра́тися проти́ву неви́димых боре́ний, и кре́пким свои́м противле́нием победи́ всю́ неприя́зненную си́лу.

Богоро́дичен: Ви́ждь, Влады́чице Богоро́дице, мно́гое на ны́ вра́г на́ших воста́ние и непреста́нное ду́ш на́ших ра́тование и вонми́ на́шему неможе́нию на и́х противле́ние, умилосе́рдися, Всепе́тая, потщи́ся ско́ро свободи́ти на́с от все́х се́тей неприя́зненных.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Ты́ еси́ утвержде́ние притека́ющих к Тебе́, Го́споди, Ты́ еси́ Све́т омраче́нных, и пое́т Тя́ ду́х мо́й.

Ты́ еси́, преподо́бне, утвержде́ние и кре́пость разсла́бленно житие́ иму́щим, ты́ же и просвеще́ние страстьми́ омраче́нным, с ве́рою к тебе́ прибега́ющим.

Ты́, блаже́нне Мартиниа́не, мно́гими труды́ и по́двиги пло́ть свою́ истощи́л еси́, чистоту́ же душе́вную посто́м и воздержа́нием в себе́ соблю́л еси́, те́м и Свято́му Ду́ху жили́ще чи́сто показа́ся.

Ты́, Богому́дре, свои́м подвиза́нием и труды́ духо́вную бразду́ до́бре де́лал еси́, и, сле́зною вла́гою напои́, безстра́стия кла́с возрасти́л еси́, и та́мо пожа́л еси́ жи́знь ве́чную.

Богоро́дичен: Ты́ еси́, Пречи́стая, гора́ Бо́жия присе́нная, Ты́ Боже́ственная трапе́за мы́сленная, прие́мшая Хле́ба – Христа́, живота́ все́х и Пита́теля, и Тебе́ воспева́ем, сла́вяще.

И́н.

Ирмо́с: Процвела́ е́сть пусты́ня, я́ко кри́н, Го́споди, язы́ческая неплодя́щая, Це́рковь прише́ствием Твои́м, в не́йже утверди́ся мое́ се́рдце.

Просия́ житие́ твое́, Богоно́се, всесве́тло, я́ко со́лнце, просвеща́я ду́ши, и́же ве́рою и любо́вию к тебе́ приходя́щия, и обраща́ющияся к Бо́гу наставля́еши на пу́ть спасе́ния.

Просия́ дне́сь па́мять твоя́, Богоблаже́нне, све́тлыми исцеле́ний луча́ми, ея́же ве́рою пра́зднующих духо́вныя благода́ти исполня́еши, душа́м же и телесе́м здра́вие и спасе́ние подава́еши.

Богоро́дичен: Преудиви́шася а́нгельстии чи́нове и устраши́шася челове́ческа существа́ в пречи́стем рождестве́ Твое́м, Богоро́дице, я́ко Безпло́тный Бо́г пло́ть от Тебе́ на́с ра́ди восприя́т, И́мже утверди́шася вся́ческая.

Седа́лен, гла́с 8:

От ю́наго во́зраста, преподо́бне, стра́х Бо́жий всели́ся в тя́, Его́же любо́вию разгора́ем, го́рько душе́вную жи́знь сию́ презре́л еси́, сла́дкому Влады́це после́довати возжеле́л еси́, посто́м, и бде́нием, и зе́льным воздержа́нием у́ды телеси́ своего́ умертви́л еси́, несумне́нною же ве́рою и благи́ми де́лы доброде́телей ду́шу свою́ оживотвори́л еси́, те́м и по преставле́нии твое́м чуде́с да́р от Бо́га восприя́л еси́, те́мже, о всеблаже́нне Мартиниа́не, о́тче на́ш преподо́бне, моли́ Христа́ Бо́га грехо́м оставле́ние дарова́ти пра́зднующим любо́вию святу́ю па́мять твою́.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Услы́шах, Го́споди, смотре́ния Твоего́ та́инство, разуме́х дела́ Твоя́ и просла́вих Твое́ Божество́.

Услы́шаша окре́стнии лю́дие твоя́, преподо́бне, чудеса́ и исцеле́ния, и уве́девше чу́дная и Богоуго́дная дела́ твоя́, и просла́виша тя́, всеблаже́нне.

Услы́ши на́с, смире́нных ра́б свои́х, мо́лим тя́, всеблаже́нне, и многообра́зных се́тей вра́жиих потщи́ся свободи́ти на́с и спасе́ние получи́ти сподо́би.

Услы́ши, благосе́рде, мно́гими грехи́ обремене́нных на́с и не заме́дли, Христо́в уго́дниче, пода́ти душа́м спасе́ние и телесе́м здра́вие ве́рою и любо́вию почита́ющим тя́.

Богоро́дичен: Услы́ши, Богоро́дице, на́с, вопию́щих Ти́ и сла́вящих Твое́ вели́чие, и изба́ви на́с от вся́каго зла́го обстоя́ния, и наста́ви на́с твори́ти во́лю Сы́на Твоего́ и Бо́га на́шего, и ча́емых му́к свободи́ на́с, мо́лим Тя́.

И́н.

Ирмо́с: Прише́л еси́ от Де́вы, не хода́тай, ни А́нгел, но Са́м, Го́споди, вопло́щся, и спа́сл еси́ всего́ мя́, челове́ка. Те́м зову́ Ти́: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Пу́ть жития́ своего́ преше́л еси́ во мно́зе по́двизе, воздержа́нием и злострада́нием пло́ть свою́ истощи́л еси́, ду́шу же свою́ благи́ми де́лы обогати́л еси́, те́м ны́не, в жи́зни ве́чней ра́дуяся, Влады́це пое́ши: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Посто́м и бде́нием, богому́дре Мартиниа́не, и сле́зными исто́чники душе́вныя о́чи просвети́л еси́ и у́м сво́й над страстьми́ воцари́л еси́ кре́пким воздержа́нием, кро́ткаго Ду́ха сосу́д избра́н яви́ся.

Па́мять сме́ртную и чистоту́ душе́вную при́сно име́л еси́, те́м и Бо́га зри́ши всегда́, непреста́нными же моли́твами, смиренному́дрием и молча́нием на врага́ побе́ду взя́л еси́, Богоприя́тне.

Богоро́дичен: Пода́ждь, Влады́чице, свы́ше побе́ду на борю́щия на́с лука́выя ду́си, и́щущих на́шу поги́бель, Тебе́ бо еди́ну Засту́пницу и необори́мую сте́ну и́мамы, я́ко да, спаса́еми Тобо́ю, благода́рственно воспева́ем Тя́.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Просвети́ на́с повеле́нии Твои́ми, Го́споди, и мы́шцею Твое́ю высо́кою Тво́й ми́р пода́ждь на́м, Человеколю́бче.

Просвети́л еси́, о́тче, ду́шу свою́ непреста́нными моли́твами и слеза́ми те́плыми и душе́вныя о́чи вы́спрь вы́ну име́л еси́, до́лу же теле́сных оче́й зре́ние, смиренному́дрием обогаща́яся.

Просвети́, Богоблаже́нне, ду́шу мою́, помрачи́вшуюся лю́те, и наста́ви на стезю́ Богоразу́мия, и укрепи́ мя́ в благи́х дея́ниих, да, в пу́ть тво́й ше́ствуя, непреста́нно ублажа́ю тя́.

Просвети́л еси́ все́х Боже́ственным житие́м свои́м и бы́л еси́, преподо́бне, вене́ц и́ноком, не ка́мением многоце́нным, но доброде́телию обложе́н, яви́л бо ся́ еси́ Богора́дованное вои́стинну украше́ние.

Богоро́дичен: Просвети́ла еси́ Боже́ственным рождество́м Твои́м во тьме́ и се́ни сме́ртней седя́щия, Изба́вителя бо на́м, Пречи́стая, родила́ еси́, Ему́же вопие́м: Твоего́ ми́ра пода́ждь на́м, Еди́не Человеколю́бче.

И́н.

Ирмо́с: Хода́тай Бо́гу и челове́ком бы́л еси́, Христе́ Бо́же: Тобо́ю бо, Влады́ко, к Светонача́льнику, Отцу́ Твоему́, от но́щи неве́дения приведе́ние и́мамы.

Хода́тая тя́ к Бо́гу стяжа́хом, всеблаже́нне, и моле́бника те́пла, моли́, о́тче, многоко́зненных неви́димых кова́рств изба́витися на́м и на суди́щи Христо́ве предста́ти неосужде́нных сподо́би на́с.

Хода́тай ко Влады́це, о́тче Мартиниа́не, бу́ди о на́с, воспева́ющих тя́ и ве́рою пра́зднующих честну́ю па́мять твою́, и наста́ви на́с на пу́ть покая́ния, и сподо́би избежа́ти му́ки ве́чныя.

Христа́ изде́тска возлюби́л еси́ и Тому́ невозвра́тно после́дова, житие́ свое́ непоро́чно сконча́л еси́, пресла́вне, и яви́лся еси́ Тро́ицы чи́сто жили́ще, Е́йже ны́не предстоя́, помина́й на́с, ве́рою почита́ющих тя́.

Богоро́дичен: Хода́таица к Бо́гу и челове́ком Помо́щница Ты́ еси́, Богоро́дице, Тобо́ю бо, Влады́чице, Безле́тнаго Сы́на Твоего́ и Бо́га на́шего уве́дехом и от тьмы́ неве́дения на Богоразу́мие приведо́хомся.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Очи́сти мя́, Спа́се, мно́га бо беззако́ния моя́, и из глубины́ зо́л возведи́, молю́ся, к Тебе́ бо возопи́х, и услы́ши мя́, Бо́же спасе́ния моего́.

Очи́стил еси́ у́м сво́й бде́нием и моли́твами и сле́зными тече́нии ду́шу свою́ чи́сту соде́лал еси́, смире́нием же и кро́тостию к жи́зни ве́чней возвы́сися.

Очи́сти мя́, преподо́бне Мартиниа́не, от страсте́й тиме́ния, належа́щих на мя́, в си́х бо побежда́юся при́сно, но, победи́вый боре́ния вра́жия, победи́ и мою́ грехо́вную напа́сть, востаю́щую на мя́.

Очи́сти мя́, всеблаже́нне, от скве́рных зо́л мои́х и сла́бость мою́ стягни́ ми́, в воздержа́нии же и целому́дрии жи́ти укрепи́ мя́ и чистоту́ пода́ждь се́рдцу моему́, молю́тися.

Богоро́дичен: Очи́сти мя́, Богоро́дице, от все́х мои́х согреше́ний, Ты́ бо еси́ на́м, ве́рным, наде́жда и спасе́ние и гре́шным заступле́ние, и из глубины́ зо́л возведи́ мя́, молю́ Ти́ ся́.

И́н.

Ирмо́с: В бе́здне грехо́вней валя́яся, неизсле́дную милосе́рдия Твоего́ призыва́ю бе́здну: от тли́, Бо́же, мя́ возведи́.

В глубину́ ста́рости, о́тче, дости́же, но ника́коже от духо́внаго по́двига ослабе́, не бо да́л еси́ сна́ свои́ма очи́ма, но тща́ся до конца́ сохрани́ти душе́вную све́тлость, во благи́х же по́двизех сконча́вся, блаже́нней жи́зни сподо́бися.

Во оби́тели бы́л еси́ преподо́бнаго Се́ргия па́стырь и учи́тель слове́сному ста́ду и не оста́ви сея́ оби́тели, но па́ки прии́де в до́м Пресвяты́я Богоро́дицы и втори́цею просвети́л еси́ на́с Боже́ственным житие́м свои́м и оты́де в ве́чную жи́знь.

Вели́ко дерзнове́ние ко Го́споду и́маши, всеблаже́нне, и вели́кому дарова́нию от Него́ сподо́бися, я́ко вся́к неду́г и вся́ку я́зю исцеля́еши приходя́щим ти́ с ве́рою, да вся́к у́бо, и́же отложи́т сомне́ние, не погреши́т своего́ жела́ния.

Богоро́дичен: Во оби́тели се́й, Пречи́стая Богома́ти, не забу́ди ра́б Свои́х, с ве́рою притека́ющих к це́ркви святе́й Твое́й и ми́лости прося́щих и очище́ния своему́ согреше́нию, и от вся́кия ско́рби и печа́ли изба́ви на́с, и из глубины́ страсте́й возведи́, и спаси́ мя́.

Конда́к, гла́с 8:

Благоизво́лив, преподо́бне, от ю́наго во́зраста рабо́тати Го́сподеви де́нь и но́щь, в стра́се Бо́жии и благогове́нии чистоту́ душе́вную соблю́л еси́, в моли́твах же и бде́ниих у́м тво́й предочи́стил еси́, в по́двизех же, злострада́ниих те́ло твое́ изнури́в, вся́ доброде́тели духо́вныя испра́вил еси́ и о́браз хотя́щим по тебе́ спасти́ся яви́лся еси́. Те́мже ны́не, при́сно зря́ на Небесе́х Пресвяту́ю Тро́ицу, моли́ся, всеблаже́нне, дарова́ти душа́м на́шим спасе́ние, и житию́ на́шему исправле́ние, да вси́ ве́рою вопие́м ти́: ра́дуйся, преподо́бне Мартиниа́не, о́тче на́ш.

И́кос:

Ка́ко возмогу́ по достоя́нию восхвали́ти тя́, о всеблаже́нне, испо́лнен бо е́смь вся́кия зло́бы, но ве́рою и любо́вию восхваля́ю тя́, а́ще бо и челове́к бе́ подо́бием, о́тче, но а́нгельски на земли́ пожи́л еси́, я́ко безпло́тен, те́мже, преподо́бне, похва́льная тебе́ воспева́ем си́це: ра́дуйся, Богоблаже́нне, я́ко от ю́на во́зраста роди́телема свои́ма приведе́ся к преподо́бному Кири́ллу и Бо́жиим про́мыслом к нему́ вожделе́ вда́тися. Возьми́ мене́, – рече́,– о честны́й о́тче, и наста́ви на пу́ть спасе́ния. И от него́ навы́че духо́вному по́двигу. Ра́дуйся, я́ко испо́лнитель бы́л еси́ Боже́ственным за́поведем; ра́дуйся, я́ко богоуго́дным житие́м свои́м А́нгелы возвесели́л еси́. Ра́дуйся, я́ко чудесы́ свои́ми челове́цы удиви́л еси́; ра́дуйся, по́стником украше́ние и преподо́бным похвала́. Ра́дуйся, и́ноком предста́тель и засту́пник, те́мже и мы́ согла́сно вопие́м ти́: ра́дуйся, преподо́бне Мартиниа́не, о́тче на́ш.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: О́троцы Богочести́вии в Вавило́не о́бразу злато́му не поклони́шася, но посреде́ пещи́ о́гненныя, ороша́еми, пе́снь воспева́ху, глаго́люще: превозноси́мый отце́в и на́с Бо́же, благослове́н еси́.

Ди́вен Бо́г, прославля́яй святы́х Свои́х, я́коже просла́ви тебе́, всеблаже́нне, мно́гими чудесы́ и разли́чными исцеле́нии, ве́рою припа́дающим к ра́це моще́й твои́х исцеле́ния оби́льна подава́еши, вопию́щим: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Доброде́тели мно́ги, о́тче, стяжа́л еси́, и, за́поведи Бо́жия до́бре испра́вив, житие́ непоро́чно сверши́в, блаже́нную жи́знь получи́л еси́, и ны́не в лице́ преподо́бных пое́ши: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Да пое́тся и прославля́ется дне́сь преподо́бный Мартиниа́н, и Боже́ственныя по́двиги его́ да почита́ются, и ди́вныя чудеса́ его́ да пропове́даются, Небе́сным бо све́том просвеща́ет и духо́вныя благода́ти исполня́ет ве́рою вопию́щих: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Богоро́дичен: Де́во Влады́чице Богоро́дице, необори́мая стено́ и тве́рдое прибе́жище и те́плое заступле́ние от вся́ких напа́стей и скорбе́й ве́рою призыва́ющим пречи́стое и́мя Твое́, изба́ви мене́, грехо́вными беда́ми содержи́ма и ча́стыми напада́нии лю́те стра́ждуща, да, свобожде́н, воспева́ю Тя́: благослове́н, Пречи́стая, Пло́д прижи́тия Твоего́.

И́н.

Ирмо́с: Богопроти́вное веле́ние беззако́ннующаго мучи́теля высо́к пла́мень вознесло́ е́сть. Христо́с же простре́ Богочести́вым отроко́м ро́су духо́вную, Сы́й благослове́н и препросла́влен.

Богоподо́бным житие́м свои́м А́нгелы возвесели́л еси́ и челове́цы по́льзы испо́лнил еси́, бесо́в посрами́л еси́ и на́м о́браз оста́ви сопротивля́тися кова́рством и́х. И ны́не в па́мяти твое́й пода́ждь тре́бующим спаси́тельная проше́ния и от души́ вопию́щим: Сы́й благослове́н Бо́г и препросла́влен.

Бу́дущую сла́ву жела́я получи́ти, мимоше́дшую презре́л еси́, и жите́йския молвы́ отлучи́ся, и к Бо́гу, о́тче, прилепи́ся, и, вседу́шно рабо́тав Ему́ де́нь и но́щь, прославля́л Его́ во псалме́х, и пе́ниих, и пе́снех духо́вных, те́мже и То́й тя́ просла́ви в Ца́рствии Небе́снем, и ны́не, ра́дуяся, пое́ши: Сы́й благослове́н Бо́г и препросла́влен.

Боже́ственною си́лою укрепля́ем, посто́м, и моли́твами, и смиренному́дрием вра́жию горды́ню до конца́ смири́л еси́, и того́ многоконе́чныя се́ти покры́л еси́, и чи́стым житие́м свои́м Бо́гу благоугоди́л еси́, и Боже́ственныя сла́вы прича́стник яви́ся, и ны́не, с преподо́бными веселя́ся, пое́ши: Сы́й благослове́н Бо́г и препросла́влен.

Богоро́дичен: Благослове́нна еси́, Обра́дованная, Богоро́дице Де́во, в ро́д и ро́д, я́ко родила́ еси́ Сы́на, И́же пре́жде ве́к Бо́га на́шего, нетле́нным зача́тием и рождество́м неизрече́нным, те́мже честне́йши еси́, Богоро́дице, Небе́сных си́л и всея́ тва́ри превы́ше и сла́внее, и мы́, раби́ Твои́, ве́рою вопие́м Ти́: благослове́н, Пречи́стая, пло́д Твоего́ чре́ва и препросла́влен.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Седмери́цею пе́щь халде́йский мучи́тель Богочести́вым неи́стовно разжже́, си́лою же лу́чшею спасе́ны, сия́ ви́дев, Творцу́ и Изба́вителю вопия́ше: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те во вся́ ве́ки.

Свята́го Ду́ха в себе́ жили́ще име́л еси́, стра́хом Бо́жиим и чистото́ю душе́вною устро́ився, те́м и одарова́ся от Бо́га Боже́ственною благода́тию, ве́сть бо Госпо́дь прославля́ти просла́вльших Его́, я́коже ты́, преподо́бне, просла́ви Его́ чу́дным и Богоуго́дным житие́м Свои́м на земли́, та́ко и тебе́ просла́ви в Ца́рствии Небе́снем, в не́мже ны́не, не премолча́я, пое́ши: де́ти, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во ве́ки.

Свята́го Ду́ха благода́ть де́йствует тобо́ю и до ны́не, чудеса́ бо содева́еши и разли́чная исцеле́ния подава́еши к святы́м моще́м твои́м с ве́рою приходя́щим, но, о всеблаже́нне Мартиниа́не, исцели́ и моя́ теле́сныя боле́зни, я́же грехми́ роди́л, и ду́шу мою́ просвети́ и согреше́нием оставле́ние испроси́, пою́щу: де́ти, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во ве́ки.

Све́та трисо́лнечнаго, Богому́дре, соприча́стник ны́не бы́сть с преподо́бными Кири́ллом и Ферапо́нтом, предстоя́ престо́лу Вседержи́теля тва́ри, со А́нгелы воспева́я непостижи́мую Его́ держа́ву, с ни́ми же, Богоблаже́нне Мартиниа́не, при́сно о на́с моли́ся, любо́вию ублажа́ющих и почита́ющих тя́ во вся́ ве́ки.

Богоро́дичен: Святы́й Ду́х на́йде на Тя́ и Си́ла Вы́шняго осени́ Тя́, Де́во Чи́стая, и воплоти́ся от пречи́стаго Твоего́ чре́ва, я́коже изво́ли, да на́с свободи́т от рабо́ты вра́жия, но что́ Ти́ принесе́м, Богоро́дице, ко́е ли пе́ние воспое́м, или́ ку́ю похвалу́ воздади́м, досто́йно бо восхвали́ти Твое́ вели́чество ника́коже недоуме́ем мы́, но ве́рою и любо́вию пое́м и превозно́сим Тебе́, Чи́стую Богома́терь, во ве́ки.

И́н.

Ирмо́с: Пе́щь иногда́ о́гненная в Вавило́не де́йства разделя́ше, Бо́жиим веле́нием халде́и опаля́ющая, ве́рныя же ороша́ющая, пою́щия: благослови́те, вся́ дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Па́мять твоя́, о́тче Мартиниа́не, иногда́ забве́нию предана́ бы́сть от неиму́щих к тебе́ от се́рдца те́плыя ве́ры, ны́не же, преподо́бне, сия́ет па́мять твоя́ пресве́тлая, я́ко заря́ невече́рняя, испуща́ющи лучи́ исцеле́ния, и мы́ пра́зднуем дне́сь ве́рою и любо́вию, просвеща́еши бо пою́щих и превознося́щих Христа́, просла́вльшаго тя́, во вся́ ве́ки.

Прииди́те, стеце́мся дне́сь, да пра́зднуем ра́достно пресве́тлую па́мять Христо́ва уго́дника, Мартиниа́на всеблаже́ннаго, почита́юще пресве́тлыя его́ по́двиги и мно́гия доброде́тели, и духо́вно возвесели́мся, Боже́ственную бо благода́ть подае́т ве́рою и любо́вию соверша́ющим святу́ю па́мять его́ во вся́ ве́ки.

Просия́ дне́сь вселе́тная па́мять уго́дника Бо́жия, созыва́ющи многочи́сленное христиа́нское со́нмище, и притека́ющии к моще́м его́ исцеле́ния оби́льна прие́млют, и тьмо́ю грехо́вною омраче́нныя просвеща́ются, и духо́вных даро́в исполня́ются, и, с ве́рою пра́зднующе святу́ю и светоно́сную па́мять его́, сла́вим и превозно́сим Христа́ и Его́ уго́дника во вся́ ве́ки.

Богоро́дичен: Пресвята́я Богоро́дице, по до́лгу воспева́ем Тя́, и́же иногда́ во тьме́ неве́дения бы́вшая ны́, ны́не же на све́т ве́дения возведо́хомся, и от тьмы́ свободи́хомся пречи́стым Рождество́м Твои́м, и Тобо́ю позна́хом, Пренепоро́чная, Бо́га И́стиннаго, Созда́теля и Соверши́теля вся́кой тва́ри, Его́же, я́ко Сы́на Своего́ и Зижди́теля, моли́ при́сно за воспева́ющия Тя́ и превознося́щия во вся́ ве́ки.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Ужасе́ся о се́м Не́бо, и земли́ удиви́шася концы́, я́ко Бо́г яви́ся челове́ком пло́тски и чре́во Твое́ бы́сть простра́ннейшее Небе́с Те́м Тя́, Богоро́дицу, А́нгелов и челове́к чинонача́лия велича́ют.

Удиви́шася а́нгельстии чи́нове равноа́нгельскому житию́ твоему́, преподо́бне, ка́ко подвиза́ся во пло́ти су́щей и безпло́тнаго врага́ победи́л еси́ и вене́ц победи́тельный от Подвигополо́жника Бо́га восприя́л еси́, те́мже тя́, всеблаже́нне Мартиниа́не, и́ночестии чи́нове, велича́ем.

Удиви́шася челове́цы пресве́тлому и Богоуго́дному житию́ твоему́, Богому́дре, не да́л бо еси́ сна́ свои́ма очи́ма, ни ве́ждома дрема́ния, до́ндеже сподо́бися ра́йскаго наслажде́ния, иде́же угото́ва Бо́г поко́й лю́бящим Его́, труды́ же твои́ и злострада́ния и великоду́шное терпе́ние кто́ исчести́ мо́жет? Те́м тя́ вси́ велича́ем.

Удиви́шася тогда́ окре́стнии лю́дие, егда́ во оби́тели блаже́ннаго Кири́лла роди́телей свои́х отлучи́лся еси́, и ка́ко, в толи́це ю́ности су́щей, столе́тен смы́сл иму́щи, прии́де бо, и припаде́ к нему́, и рече́: возьми́ мене́, святы́й о́тче, к своему́ преподо́бству и наста́ви на пу́ть спасе́ния. О́н же прови́де тебе́, хотя́ща бы́ти сосу́да избра́нна, прия́т тебе́ и наста́ви на духо́вныя по́двиги, и уго́дник Бо́гу вели́к показа́ся, те́м тя́ вси́ велича́ем.

Богоро́дичен: Удиви́шася а́нгельстии собо́ри и челове́честии ро́ди о се́м, Его́же бо трепе́щут вся́ческая, Сего́, Чи́стая, во чре́ве Свое́м понесла́ еси́ и роди́ Собезнача́льна Сы́на и Сопресто́льна Отцу́ и Ду́хови па́че ума́ и сло́ва, за милосе́рдие ми́лости сообра́зна бы́вша и изба́вльшаго челове́чество от вра́жия губи́тельства, те́м тя́, Богоро́дице, А́нгел и челове́к чинонача́лия, велича́ем.

И́н.

Ирмо́с: Безнача́льна Роди́теля Сы́н, Бо́г и Госпо́дь, вопло́щся от Де́вы, на́м яви́ся, омраче́нная просвети́ти, собра́ти расточе́нная. Те́м Всепе́тую Богоро́дицу велича́ем.

Безнача́льному Царю́ веко́м послужи́л еси́, преподо́бне, в посте́х, и моли́твах, и бде́ниих де́нь и но́щь и во сто́ труды́ уплодоноси́л еси́, от ни́хже восприя́л еси́, в не́мже ликоству́я, моли́ся, всеблаже́нне, за пра́зднующия ве́рою и любо́вию святу́ю па́мять твою́.

Безнача́льный Влады́ка Госпо́дь, ви́дев твоя́ Боже́ственныя по́двиги и труды́, Пресвята́го Ду́ха благода́тию обогаща́ет тя́ и по преставле́нии твое́м исто́чник чуде́с дарова́ тебе́, а́ще бо и последи́ все́х возсия́л еси́, но пе́рвых че́сти сподо́бися, те́мже тя́ вси́, уго́дника Христо́ва, велича́ем.

Боже́ственных и блаже́нных оте́ц на́ших Ферапо́нта и Мартиниа́на в пе́снех и пе́ниих дне́сь да ублажи́м, о́вого у́бо я́ко нача́льника оби́тели се́й, о́вого же я́ко соверши́теля, и, ве́рою моля́щеся, вопие́м и́м: о всеблаже́ннии Христо́вы уго́дницы, о дво́ице пресвята́я! А́ще и теле́сне разлуче́ны есте́, но, ду́хом вку́пе предстои́те Пресвяте́й Тро́ице, Е́йже при́сно о ста́де свое́м моли́теся, да ва́с в пе́снех непреста́нно велича́ем.

Богоро́дичен: Безнача́льнаго Отца́ Сы́н Соприсносу́щен, воплоти́вся из Тебе́, Де́во Богоро́дице, на́м яви́ся, и возведе́ и просвети́ во тьме́ и се́ни сме́ртней седя́щия, и совокупи́ расточе́нныя И́мени ра́ди Его́, Тебе́ ра́ди, Ма́ти Бо́жия, сме́рти ве́чныя избы́хом и живо́т получи́хом и те́м Тя́, всехва́льную Богоро́дицу, велича́ем.

Свети́лен.

Просвети́, преподо́бне, на́ши серде́чныя о́чи воззре́ти на Боже́ственную добро́ту и освяти́ на́ша ду́ши и телеса́, да досто́йными устна́ми пе́снь хвале́ния ти́ прино́сим, и моли́ся, преподо́бне, за чту́щия тя́/и ве́рою пра́зднующия па́мять твою́ присноблаже́нную.

Краткое житие преподобного Мартиниана Белоезерского

Пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан Бе­ло­зер­ский, в ми­ру Ми­ха­ил, ро­дил­ся око­ло 1397 го­да в де­ревне Бе­рез­ни­ки, неда­ле­ко от Ки­рил­ло­ва мо­на­сты­ря. В три­на­дцать лет он оста­вил сво­их ро­ди­те­лей и тай­но при­шел к пре­по­доб­но­му Ки­рил­лу Бе­ло­зер­ско­му (па­мять 9 июня), о ко­то­ром ему мно­го рас­ска­зы­ва­ли как о ве­ли­ком по­движ­ни­ке. Юный Мар­ти­ни­ан стал рев­ност­но под­ра­жать сво­е­му учи­те­лю, у ко­то­ро­го пре­бы­вал в со­вер­шен­ном по­слу­ша­нии. В мо­на­сты­ре он обу­чил­ся гра­мо­те и по бла­го­сло­ве­нию пре­по­доб­но­го за­ни­мал­ся пе­ре­пи­сы­ва­ни­ем книг. Со вре­ме­нем Мар­ти­ни­ан был по­свя­щен во иеро­ди­а­ко­на, а за­тем во иеро­мо­на­ха. По­сле смер­ти пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла († 1427) бла­жен­ный Мар­ти­ни­ан уда­лил­ся для без­мол­вия на без­люд­ный ост­ров, рас­по­ло­жен­ный на озе­ре Во­же. По­сте­пен­но во­круг него со­бра­лось несколь­ко ино­ков. Пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан по­стро­ил для них храм Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня и ввел об­ще­жи­тель­ный устав. Усту­пая на­стой­чи­вым прось­бам бра­тии Фе­ра­пон­то­ва мо­на­сты­ря, он со­гла­сил­ся стать игу­ме­ном этой оби­те­ли и при­вел ее в цве­ту­щее со­сто­я­ние.

Пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан ока­зал ду­хов­ную под­держ­ку ве­ли­ко­му кня­зю Ва­си­лию Ва­си­лье­ви­чу Тем­но­му в труд­ное для него вре­мя, ко­гда на мос­ков­ский пре­стол непра­вед­но пре­тен­до­вал его дво­ю­род­ный брат Ди­мит­рий Ше­мя­ка. Он все­гда был по­бор­ни­ком прав­ды и спра­вед­ли­во­сти. Поз­же, по на­сто­я­нию ве­ли­ко­го кня­зя, пре­по­доб­ный при­нял на се­бя управ­ле­ние оби­те­лью пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го.

В 1455 го­ду пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан сно­ва вер­нул­ся в Фе­ра­пон­тов мо­на­стырь. По­след­ние го­ды жиз­ни он тя­же­ло бо­лел, не мог хо­дить, и бра­тия но­си­ла его в храм. Скон­чал­ся пре­по­доб­ный в воз­расте 85 лет. Мо­щи его бы­ли об­ре­те­ны в 1513 го­ду, па­мять об­ре­те­ния со­вер­ша­ет­ся 7 ок­тяб­ря.

Полное житие преподобного Мартиниана Белоезерского

Пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан ро­дил­ся око­ло 1397 го­да в де­ревне Бе­рез­ни­ках и во Свя­том Кре­ще­нии был на­зван Ми­ха­и­лом. Пер­во­на­чаль­ное вос­пи­та­ние он по­лу­чил в сво­ей бла­го­че­сти­вой се­мье; ко­гда же до­стиг от­ро­че­ско­го воз­рас­та и стал об­на­ру­жи­вать на­клон­ность к уче­нию, бла­го­ра­зум­ные ро­ди­те­ли за­ду­ма­лись о его об­ра­зо­ва­нии. Не зная, ко­му бы от­дать сво­е­го сы­на учить­ся гра­мо­те, они при­ве­ли его в мо­на­стырь к свя­то­му Ки­рил­лу, в 30 вер­стах от их се­ла. Это бы­ло око­ло 1410 го­да, ко­гда Ми­ха­и­лу не ис­пол­ни­лось еще и 14 лет. Уви­дев пре­по­доб­но­го стар­ца, бла­го­че­сти­вый от­рок упал ему в но­ги и неот­ступ­но умо­лял его: «Возь­ми ме­ня к се­бе, гос­по­дин!»

Тро­ну­тый дет­ски­ми моль­ба­ми, по­движ­ник с ра­до­стью и оте­че­ской лю­бо­вью при­нял его к се­бе. В то вре­мя близ Ки­рил­ло­вой оби­те­ли жил дьяк Алек­сий Пав­лов, ко­то­рый был из­ве­стен по окру­ге сво­им ис­кус­ством в обу­че­нии гра­мо­те. Пре­по­доб­ный при­звал его к се­бе и ска­зал: «Друг, ис­пол­ни для ме­ня за­по­ведь люб­ви Бо­жи­ей: на­учи гра­мо­те от­ро­ка, ко­то­ро­го ви­дишь, и со­хра­ни его, как зе­ни­цу ока, во вся­кой чи­сто­те».

Дьяк взял с со­бою от­ро­ка и усерд­но вы­пол­нял по­ру­че­ние пре­по­доб­но­го. Ми­ха­ил ско­ро на­учил­ся гра­мо­те и по окон­ча­нии книж­но­го уче­ния был сно­ва при­ве­ден к пре­по­доб­но­му Ки­рил­лу. То­гда по­движ­ник, ис­пы­тав юно­шу и ви­дя его ду­шев­ную чи­сто­ту и незло­бие, по­стриг его в ино­че­ский об­раз с име­нем Мар­ти­ни­а­на. Ма­ло то­го, ви­дя усер­дие но­во­по­стри­жен­но­го и же­лая дать ему наи­луч­шую под­го­тов­ку к ино­че­ской жиз­ни, свя­той ста­рец сде­лал его сво­им бли­жай­шим уче­ни­ком и по­ве­лел ему жить у се­бя в кел­лии.

Под ру­ко­вод­ством ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка и на­став­ни­ка ино­ков всту­пил пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан в по­дви­ги ино­че­ства. Пе­ред его гла­за­ми был жи­вой при­мер ино­че­ских доб­ро­де­те­лей. И ка­кой при­мер! Жи­вя в од­ной кел­лии с пре­по­доб­ным Ки­рил­лом, Мар­ти­ни­ан ви­дел, что ни есте­ствен­ная сла­бость, ни неду­ги не мог­ли осла­бить по­дви­гов свя­то­го стар­ца, и усерд­но под­ра­жал сво­е­му учи­те­лю. Стре­мясь к воз­дер­жа­нию, он счи­тал пост на­сла­жде­ни­ем и вся­че­ски ста­рал­ся из­ну­рить плоть свою. Мо­ло­дые си­лы неудер­жи­мо рвут­ся на по­дви­ги, и рев­ность юно­го ино­ка до­хо­дит до то­го, что он про­сит стар­ца уста­но­вить ему бо­лее стро­гий пост, чем тот, к ка­ко­му при­нуж­да­ла бра­тию скуд­ная мо­на­стыр­ская тра­пе­за; но опыт­ный ста­рец не доз­во­лил ему это­го и при­ка­зал есть хлеб с бра­ти­ей, толь­ко не до сы­то­сти. Днем ли или но­чью, ко­гда пре­по­доб­ный Ки­рилл сто­ял на обыч­ном пра­ви­ле, и Мар­ти­ни­ан так­же клал по­кло­ны. Он пер­вым яв­лял­ся в храм к утрен­не­му сла­во­сло­вию и по­сле всех вы­хо­дил из него. Ко­гда же на юно­го по­движ­ни­ка на­па­да­ло сму­ще­ние от по­мыс­лов или раз­ле­не­ние, то есть осла­бе­ва­ла рев­ность к по­дви­гам, он от­кры­вал свою ду­шу свя­то­му стар­цу и по­лу­чал об­лег­че­ние.

В сво­бод­ное от мо­лит­вы вре­мя Мар­ти­ни­ан не оста­вал­ся празд­ным: он ис­пол­нял воз­ло­жен­ное на него пре­по­доб­ным Ки­рил­лом по­слу­ша­ние – чте­ние и спи­сы­ва­ние книг. В оби­те­ли хра­нит­ся ка­нон­ник, на­пи­сан­ный ру­кою пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на в 1423 го­ду «по бла­го­сло­ве­нию гос­по­ди­на стар­ца Ки­рил­ла игу­ме­на, во сла­ву Свя­тыя Тро­и­цы», как го­во­рит­ся о том в по­сле­сло­вии. Из даль­ней­ших слов его вид­ны чув­ства бла­го­го­ве­ния и глу­бо­ко­го сми­ре­ния, ко­то­ры­ми был про­ник­нут по­движ­ник.

Пре­по­доб­ный Ки­рилл ра­до­вал­ся успе­хам сво­е­го уче­ни­ка и, бла­го­да­ря Бо­га, го­во­рил бра­тии: «Этот бу­дет ис­кус­ный инок».

По про­ше­ствии неко­то­ро­го вре­ме­ни пре­по­доб­ный да­ет Мар­ти­ни­а­ну но­вое и при­том бо­лее тя­же­лое по­слу­ша­ние – по­сы­ла­ет его на служ­бу в хлеб­ню и по­вар­ню. Здесь юный инок сми­рен­но вы­пол­нял труд­ные ра­бо­ты: но­сил во­ду, ру­бил дро­ва и при­но­сил хлеб бра­тии, про­ся у всех мо­литв и бла­го­сло­ве­ния. С бла­го­сло­ве­ни­ем же и в стро­гом мол­ча­нии он вы­хо­дил из кел­лии и так­же воз­вра­щал­ся в нее с по­слу­ша­ни­ем к сво­е­му на­чаль­ни­ку.

Ста­ло яс­но, что юный инок окон­ча­тель­но укре­пил­ся в пра­ви­лах мо­на­ше­ства. По­это­му пре­по­доб­ный Ки­рилл поз­во­лил ему жить в осо­бой кел­лии, хо­тя и по­сле то­го не пе­ре­ста­вал сле­дить за ду­хов­ной жиз­нью сво­е­го уче­ни­ка. Так, уви­дев од­на­жды, что Мар­ти­ни­ан из церк­ви за­шел в кел­лию од­но­го бра­та, свя­той Ки­рилл спро­сил его: «За­чем на­ру­ша­ешь устав оби­те­ли?» «Со­мне­ва­юсь, чтобы, вой­дя в свою кел­лию, за­хо­тел я вый­ти из нее, а мне нуж­но бы­ло быть в кел­лии бра­та», – от­ве­тил Мар­ти­ни­ан. То­гда свя­той игу­мен за­ме­тил ему: «На­пе­ред иди в свою кел­лию, чтобы со­тво­рить там по­ло­жен­ную мо­лит­ву, и кел­лия на­учит те­бя все­му».

С бла­го­дар­но­стью при­ни­мал по­доб­ные ука­за­ния стар­ца свя­той Мар­ти­ни­ан и ру­ко­во­дил­ся ими в сво­ей жиз­ни.

Ви­дя его рев­ность, свя­той Ки­рилл сде­лал его кли­ри­ком, а спу­стя немно­го вре­ме­ни пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан был по­свя­щен во иеро­ди­а­ко­на, по­том во иеро­мо­на­ха.

Удо­сто­ен­ный свя­щен­но­го са­на, пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан бла­го­го­вей­но со­вер­шал Бо­же­ствен­ную служ­бу, ру­ко­во­дясь при­ме­ром сво­е­го на­став­ни­ка. Сво­и­ми тру­да­ми и сми­ре­ни­ем, а так­же и бли­зо­стью к свя­то­му Ки­рил­лу пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан ско­ро снис­кал се­бе лю­бовь и ува­же­ние бра­тии. «Бла­жен брат сей, – го­во­ри­ли они, – что спо­до­бил­ся быть уче­ни­ком та­ко­во­го по­движ­ни­ка», – и мо­ли­ли за него Бо­га.

Но на­хо­ди­лись меж­ду ино­ка­ми и та­кие, ко­то­рые ему за­ви­до­ва­ли и осуж­да­ли его. Бла­жен­ный Мар­ти­ни­ан тер­пе­ли­во пе­ре­но­сил все это, не об­ра­щая вни­ма­ния на оскорб­ле­ния. К дру­зьям и недру­гам он от­но­сил­ся оди­на­ко­во: всем воз­да­вал рав­ное по­слу­ша­ние, и ес­ли к нему об­ра­ща­лись, все­гда от­ве­чал по­чти­тель­но и с лю­бо­вью, по­беж­дая лю­бо­вью и сми­ре­ни­ем сво­их недоб­ро­же­ла­те­лей.

Но вот при­бли­зи­лась кон­чи­на бла­жен­но­го Ки­рил­ла. 9 июня 1427 го­да он мир­но ото­шел ко Гос­по­ду. Со сле­за­ми про­во­дил пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан остан­ки пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла к ме­сту по­гре­бе­ния, бла­го­да­ря Бо­га за то, что спо­до­бил­ся на­став­ле­ний свя­то­го стар­ца. И во всей сво­ей по­сле­ду­ю­щей жиз­ни он непре­стан­но по­ми­нал сво­е­го учи­те­ля в мо­лит­вах, а его доб­рый при­мер хра­нил в сво­ем серд­це, как бы на­пи­сан­ный на хар­тии.

Про­шло уже нема­ло вре­ме­ни с тех пор, как Мар­ти­ни­ан был по­стри­жен в мо­на­ше­ство. Ища выс­ших по­дви­гов для се­бя, пре­по­доб­ный по­же­лал те­перь без­молв­ство­вать. Для это­го, по­мо­лив­шись Бо­гу и по­кло­нив­шись гро­бу свя­то­го Ки­рил­ла, он уда­лил­ся на без­люд­ный ле­си­стый ост­ров озе­ра Во­же, в 120 вер­стах от мо­на­сты­ря, и на­чал там пу­стын­ную жизнь.

Но недол­го при­шлось пре­по­доб­но­му быть в уеди­не­нии. Про­слы­ша­ли о ме­сте его по­дви­гов и ста­ли к нему сте­кать­ся спо­движ­ни­ки. Од­на мысль оду­шев­ля­ла со­брав­ших­ся – как бы воз­двиг­нуть цер­ковь на ме­сте их пу­стын­ных по­дви­гов. Все про­си­ли об этом пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на, и об­щи­ми тру­да­ми они со­зда­ли цер­ковь в честь Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня. Пре­по­доб­ный освя­тил ее и снаб­дил всем необ­хо­ди­мым, а в воз­ник­шем мо­на­сты­ре ввел чин об­ще­жи­тия.

Раз пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан от­пра­вил­ся по­мо­лить­ся в Фе­ра­пон­тов мо­на­стырь. Рас­по­ло­жен­ные к нему игу­мен и бра­тия мо­на­сты­ря про­си­ли его на­все­гда остать­ся с ни­ми, но пре­по­доб­ный ска­зал: «Ес­ли Гос­подь Бог из­во­лит и Пре­чи­стая Бо­го­ро­ди­ца не от­ринет, то в бу­ду­щем я го­тов по­се­лить­ся с ва­ми».

Те­перь же, зная, что не при­шло еще к то­му вре­мя, он воз­вра­тил­ся в свою пу­стынь, где он про­жил в тру­дах и по­дви­гах око­ло де­ся­ти лет. За это вре­мя его пу­стынь раз­рос­лась и бра­тия умно­жи­лась; пре­по­доб­ный убе­дил­ся, что он мо­жет со спо­кой­ной со­ве­стью по­ки­нуть со­здан­ный им мо­на­стырь. То­гда он остав­ля­ет свою оби­тель и да­ет за­по­ведь уче­ни­кам сво­им иметь осо­бен­ное по­пе­че­ние об устро­ен­ной им церк­ви. Сам же, по­мо­лив­шись, сно­ва от­пра­вил­ся в Фе­ра­пон­тов мо­на­стырь, где и был при­нят с ве­ли­кой че­стью и ра­до­стью игу­ме­ном и бра­ти­ей.

В Фе­ра­пон­то­вом мо­на­сты­ре пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан на­чал под­ви­зать­ся с обыч­ным усер­ди­ем. Бла­го­да­ря сво­е­му сми­ре­нию и бла­го­го­ве­нию, а так­же и зна­нию уста­ва мо­на­ше­ской жиз­ни он ско­ро сде­лал­ся об­раз­цом для всех и за­слу­жил ува­же­ние всей бра­тии, ви­дев­шей в нем сво­е­го на­став­ни­ка. В это вре­мя игу­мен Фе­ра­пон­то­ва мо­на­сты­ря оста­вил свое ме­сто, и ино­кам сле­до­ва­ло вы­брать се­бе но­во­го игу­ме­на. Есте­ствен­но, что вы­бор пал на пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на, ко­то­ро­го и на­ча­ли про­сить при­нять игу­мен­ство. Но, ссы­ла­ясь на свое недо­сто­ин­ство, пре­по­доб­ный сми­рен­но от­ка­зал­ся от пред­ла­га­е­мой ему че­сти. Со­брав­шись сно­ва, бра­тия опять умо­ля­ли пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на, и он по­ко­рил­ся их моль­бам. То­гда бра­тия вме­сте с пре­по­доб­ным от­пра­ви­лись бить че­лом кня­зьям-бра­тьям Иоан­ну и Ми­ха­и­лу Ан­дре­еви­чам, в вот­чине ко­то­рых на­хо­дил­ся мо­на­стырь, про­ся кня­зей утвер­дить вы­бран­но­го ими игу­ме­на. Хо­ро­шо зная пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на и лю­бя его, кня­зья утвер­ди­ли но­во­из­бран­но­го игу­ме­на и, ода­рив его, от­пу­сти­ли в мо­на­стырь. Это про­изо­шло око­ло 1435 г.

Те­перь на­ча­лась но­вая уси­лен­ная де­я­тель­ность пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на. К за­бо­там о по­дви­гах лич­но­го са­мо­усо­вер­шен­ство­ва­ния при­со­еди­ни­лись по­пе­че­ния о вве­рен­ном ему мо­на­сты­ре. Пре­по­доб­ный неустан­но за­бо­тил­ся о бла­го­устрой­стве Фе­ра­пон­то­вой оби­те­ли и за об­ра­зец се­бе взял устав и обы­чаи мо­на­сты­ря пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла Бе­ло­зер­ско­го. Он ста­рал­ся вве­сти по­ря­док не толь­ко в церк­ви, но и в ке­лей­ной жиз­ни ино­ка и на тра­пе­зе бра­тии, уста­но­вив об­щую тра­пе­зу – «рав­ную для всех и в стро­гом мол­ча­нии».

Стро­гим со­хра­не­ни­ем ино­че­ских пра­вил пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан воз­вы­сил и про­сла­вил Фе­ра­пон­то­ву оби­тель. Как пче­лы сле­та­ют­ся на ме­до­вые цве­ты, так сте­ка­лись к пре­по­доб­но­му ино­ки и ми­ряне: од­ни – чтобы, при­няв по­стри­же­ние, по­се­лить­ся с ни­ми, дру­гие – чтобы слу­шать его на­став­ле­ния и ви­деть ино­че­скую жизнь, устро­ив­шу­ю­ся под его ру­ко­вод­ством.

Под управ­ле­ни­ем пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на Фе­ра­пон­то­ва оби­тель при­шла в цве­ту­щее со­сто­я­ние и дол­го на­зы­ва­лась его име­нем, как име­нем устро­и­те­ля, «оби­те­лью Мар­ти­ни­а­но­вой». При этом мно­го по­мо­га­ли свя­то­му игу­ме­ну в сред­ствах к под­дер­жа­нию и укра­ше­нию мо­на­сты­ря кня­зья Иоанн и Ми­ха­ил Ан­дре­еви­чи, ко­то­рые ча­сто по­сы­ла­ли ми­ло­сты­ню и жерт­во­ва­ли оби­те­ли свои вот­чи­ны.

Ти­хо и мир­но про­те­ка­ла жизнь в пу­стын­ной оби­те­ли, но не мир­ное бы­ло то вре­мя на Рус­ской зем­ле. Удель­ные рас­при меж­ду кня­зья­ми и спо­ры из-за ве­ли­ко­кня­же­ско­го пре­сто­ла не сти­ха­ли.

В фев­ра­ле 1446 го­да ве­ли­кий князь Мос­ков­ский Ва­си­лий Ва­си­лье­вич от­пра­вил­ся на бо­го­мо­лье в Тро­и­це-Сер­ги­ев мо­на­стырь. Вос­поль­зо­вав­шись его отъ­ез­дом, князь Ди­мит­рий Ше­мя­ка овла­дел Моск­вой и ве­ли­ко­кня­же­ским пре­сто­лом, а Ва­си­лия Ва­си­лье­ви­ча осле­пил и со­слал в Уг­лич с его кня­ги­нею и детьми; по­том, опа­са­ясь на­род­но­го дви­же­ния в поль­зу со­слан­но­го кня­зя и вслед­ствие уве­ща­ний на­ре­чен­но­го мит­ро­по­ли­та свя­то­го Ио­ны, он от­пу­стил его и дал ему в удел Во­лог­ду. Сю­да к оби­жен­но­му кня­зю ста­ли сте­кать­ся его при­вер­жен­цы – недо­воль­ные Ше­мя­кой бо­яре и на­род. Об­на­де­жен­ный в по­мо­щи твер­ским кня­зем, Ва­си­лий Тем­ный от­пра­вил­ся с вой­ска­ми ис­кать по­те­рян­но­го им мос­ков­ско­го пре­сто­ла. Но преж­де чем всту­пить в борь­бу с Ше­мя­кой, бла­го­че­сти­вый князь хо­тел ис­про­сить по­мо­щи Бо­жи­ей и по­то­му по до­ро­ге к Москве по­се­тил спер­ва Ки­рил­лов, а по­том и Фе­ра­пон­тов мо­на­сты­ри.

Игу­мен Мар­ти­ни­ан со всей бра­ти­ей встре­тил Ва­си­лия Ва­си­лье­ви­ча за огра­дой мо­на­сты­ря. Осе­нив его свя­тым кре­стом и окро­пив свя­той во­дой, он слу­жил мо­ле­бен Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це и по­сле то­го уго­щал кня­зя на тра­пе­зе. Уго­ва­ри­вая Ва­си­лия Ва­си­лье­ви­ча ид­ти про­тив вра­га, пре­по­доб­ный об­на­де­жил его сло­вом уте­ше­ния. В от­вет на это князь ска­зал: «Мар­ти­ни­ан! Ес­ли бу­дет на мне ми­ло­сер­дие Бо­жие, Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и ве­ли­ких чу­до­твор­цев мо­ле­ние и тво­и­ми мо­лит­ва­ми ся­ду на сто­ле сво­ем ве­ли­ко­кня­же­ском, даст Бог, по­за­бо­чусь о тво­ем мо­на­сты­ре, а те­бя при­бли­жу к се­бе».

При­няв за­тем бла­го­сло­ве­ние свя­то­го игу­ме­на, Ва­си­лий Ва­си­лье­вич со всем во­ин­ством по­шел на вра­га. Но Ше­мя­ка без боя по­спеш­но бе­жал из Моск­вы, а Ва­си­лий Тем­ный сно­ва стал на ве­ли­ком кня­же­нии.

Всту­пив на мос­ков­ский пре­стол, Ва­си­лий Ва­си­лье­вич со­глас­но сво­е­му обе­ща­нию вы­звал в 1448 го­ду пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на и на­зна­чил его игу­ме­ном в оби­те­ли Пре­по­доб­но­го Сер­гия, вы­брав его к то­му же сво­им ду­хов­ни­ком. В гра­мо­те Мос­ков­ско­го Со­бо­ра от 29 де­каб­ря 1448 го­да, в ко­то­рой Ше­мя­ка в слу­чае нерас­ка­я­ния пре­да­вал­ся от­лу­че­нию от Церк­ви за кро­ва­вые сму­ты, имя Мар­ти­ни­а­на уже в сане игу­ме­на Тро­иц­ко­го мо­на­сты­ря сто­ит пер­вым меж­ду име­на­ми дру­гих игу­ме­нов.

Вы­со­кое по­ло­же­ние игу­ме­на ве­ли­кой Лав­ры и ве­ли­ко­кня­же­ско­го ду­хов­ни­ка, впро­чем, ни­сколь­ко не из­ме­ни­ло стро­го­го по­движ­ни­ка, ста­вив­ше­го прав­ду вы­ше вся­ких рас­че­тов. В то вре­мя один бо­ярин пе­ре­шел от Мос­ков­ско­го кня­зя на служ­бу к Твер­ско­му. Ва­си­лию Ва­си­лье­ви­чу бы­ло до­сад­но и жаль ли­шить­ся слу­ги, он изыс­ки­вал сред­ства вер­нуть его к се­бе. Он об­ра­ща­ет­ся к пре­по­доб­но­му Мар­ти­ни­а­ну, про­сит его со­дей­ство­вать воз­вра­ще­нию бо­яри­на в Моск­ву, обе­ща­ет то­му честь и бо­гат­ство. При со­дей­ствии по­движ­ни­ка бо­ярин вер­нул­ся, но ве­ли­кий князь ве­ро­лом­но за­клю­чил его под стра­жу. Услы­шав об этом от срод­ни­ков за­клю­чен­но­го бо­яри­на, пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан оскор­бил­ся та­кой неспра­вед­ли­во­стью ве­ли­ко­го кня­зя и немед­лен­но явил­ся в Моск­ву. Вой­дя в кня­же­скую па­ла­ту, пре­по­доб­ный по­мо­лил­ся пе­ред ико­на­ми и за­тем об­ра­тил­ся к кня­зю со сле­ду­ю­щей ре­чью: «Так ли ты, ве­ли­кий князь са­мо­дер­жав­ный, на­учил­ся су­дить пра­вед­но? За­чем ты про­дал мою греш­ную ду­шу и по­слал в ад? За­чем ве­лел ты за­ко­вать бо­яри­на, ко­то­ро­го я при­звал, ру­ча­ясь ду­шою мо­ею? За­чем пре­сту­пил ты свое сло­во? Да не бу­дет же бла­го­сло­ве­ния мо­е­го греш­но­го на те­бе и на тво­ем ве­ли­ком кня­же­нии». И, по­вер­нув­шись, вы­шел от кня­зя, а по­том уехал в Тро­иц­кий мо­на­стырь.

Ско­ро ве­ли­кий князь со­знал свой грех, и ко­гда при­шли к нему бо­яре, он ска­зал им, как бы гне­ва­ясь: «Смот­ри­те, бо­яре, что сде­лал со мною этот бо­лот­ный чер­нец? При­шел ко мне неожи­дан­но во дво­рец, об­ли­чил и снял с ме­ня бла­го­сло­ве­ние Бо­жие, оста­вив без ве­ли­ко­го кня­же­ния».

Бо­яре не по­ни­ма­ли, что это зна­чит и что от­ве­чать ве­ли­ко­му кня­зю. Но тут сам при­ба­вил: «Ви­но­ват я пе­ред Бо­гом и пе­ред ним! За­был свое сло­во и по­сту­пил неспра­вед­ли­во; пой­дем же к Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­це, к пре­по­доб­но­му Сер­гию и то­му игу­ме­ну, чтобы по­лу­чить про­ще­ние гре­ха».

Вслед за тем Ва­си­лий осво­бо­дил бо­яри­на и осы­пал его ми­ло­стя­ми, а сам от­пра­вил­ся в оби­тель пре­по­доб­но­го Сер­гия. Услы­шав, что ве­ли­кий князь при­бли­жа­ет­ся к оби­те­ли, пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан со всей бра­ти­ей вы­шел ему на­встре­чу, с ра­до­стью бла­го­сло­вил сво­е­го ду­хов­но­го сы­на, ви­дя его рас­ка­я­ние; по­сле мо­литв в хра­ме пре­по­доб­ный дал ему про­ще­ние и сам про­сил про­ще­ния у ве­ли­ко­го кня­зя. С тех пор Ва­си­лий Ва­си­лье­вич еще бо­лее воз­лю­бил сво­е­го ду­хов­но­го от­ца, ни в чем не оскорб­лял его, слу­шал во всем и по­чи­тал.

Но жизнь в оби­те­ли, близ­кой к сто­ли­це, тя­го­ти­ла пу­стын­но­люб­ца, при­хо­див­ше­го уже в ста­рость и ис­кав­ше­го без­мол­вия. Он при­по­ми­нал сло­ва сво­е­го на­став­ни­ка пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла: «Хо­ро­шо ино­ку со­блю­дать мол­ча­ние и нес­тя­жа­тель­ность и из­бе­гать все­го, что мо­жет воз­му­щать ду­шев­ные чув­ства». С дру­гой сто­ро­ны, пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан же­лал до­кон­чить устро­е­ние лю­без­ной ему Фе­ра­пон­то­вой оби­те­ли. И вот, несмот­ря на уве­ща­ния всей тро­иц­кой бра­тии не раз­лу­чать­ся с ни­ми, пре­по­доб­ный со­брал сво­их ду­хов­ных чад и, пре­по­дав им свое по­след­нее по­уче­ние, сдал управ­ле­ние мо­на­сты­рем. По­том по­мо­лил­ся Пре­свя­той Тро­и­це, об­ло­бы­зал мо­щи пре­по­доб­но­го Сер­гия и про­стил­ся со всей бра­ти­ей. Оста­вив мо­на­стырь, пре­по­доб­ный от­пра­вил­ся в Фе­ра­пон­то­ву оби­тель. Это бы­ло в на­ча­ле 1455 го­да.

Силь­но об­ра­до­ва­лись фе­ра­пон­тов­ские ино­ки воз­вра­ще­нию лю­би­мо­го игу­ме­на. Они встре­ти­ли его как сво­е­го от­ца и по слу­чаю его при­бы­тия устро­и­ли празд­ник. Игу­мен усту­пал ему свое ме­сто, и все бра­тия про­си­ли пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на сно­ва быть их пас­ты­рем и ру­ко­во­ди­те­лем. Но пре­по­доб­ный сми­рен­но укло­нял­ся от их пред­ло­же­ния, ука­зы­вая на свое недо­сто­ин­ство и сла­бость сил. «Для то­го, – го­во­рил он, – я ушел из оби­те­ли пре­по­доб­но­го Сер­гия, чтобы в ста­ро­сти най­ти по­кой и без­мол­вие и опла­ки­вать свои гре­хи».

И толь­ко по­сле неот­ступ­ной прось­бы со сто­ро­ны игу­ме­на и бра­тии со­гла­сил­ся он сно­ва при­нять на се­бя бре­мя управ­ле­ния мо­на­сты­рем.

Несмот­ря на свой уже пре­клон­ный воз­раст, пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан с преж­ней рев­но­стью взял­ся за окон­ча­тель­ное устро­е­ние лю­би­мой им оби­те­ли. Как ку­пец, вер­нув­ший­ся из даль­них стран, он при­вез с со­бою со­кро­ви­ща ду­хов­но­го опы­та и ста­рал­ся пе­ре­дать их лю­би­мой оби­те­ли. Ее он устро­ил от­ча­сти по уста­ву Ки­рил­ло­вой оби­те­ли, от­ча­сти же ру­ко­во­дясь по­ряд­ка­ми Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры. Пре­по­доб­ный хо­ро­шо пом­нил о сво­ем на­став­ни­ке, пре­по­доб­ном Ки­рил­ле Бе­ло­зер­ском, у ко­то­ро­го по­стриг­ся в от­ро­че­стве в пер­вые го­ды су­ще­ство­ва­ния Ки­рил­ло­вой оби­те­ли. И жи­тие пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла на­пи­са­но Па­хо­ми­ем Сер­бом глав­ным об­ра­зом по рас­ска­зам уче­ни­ка и со­жи­те­ля его пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на.

По­движ­ник до­стиг глу­бо­кой ста­ро­сти. Но несмот­ря на то, он не остав­лял не толь­ко ке­лей­но­го пра­ви­ла и по­ста, но и служб цер­ков­ных. Ко­гда он одрях­лел и не мог хо­дить, его во­ди­ли под ру­ки или во­зи­ли в храм на Бо­же­ствен­ную служ­бу – та­ко­ва бы­ла вер­ность пре­по­доб­но­го ино­че­ским обе­там!

Чув­ствуя при­бли­же­ние сво­ей кон­чи­ны, свя­той ста­рец со­звал к се­бе всю бра­тию, под­ви­зав­шу­ю­ся с ним, и пред все­ми за­по­ве­дал игу­ме­ну со­хра­нять пре­да­ние и устав оби­те­ли. «От­цы и бра­тия! По­сту­пай­те так, как я учил и по­сту­пал. Бо­жия же лю­бовь и ми­лость и Пре­чи­стая Бо­го­ро­ди­ца да бу­дет со все­ми ва­ми!» – так за­кон­чил свою речь по­движ­ник и за­тем про­стил­ся с игу­ме­ном и бра­ти­ей. При­ча­стив­шись Свя­тых Та­ин, пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан мир­но скон­чал­ся в вос­кре­се­нье 12 ян­ва­ря 1483 го­да на 86 го­ду от рож­де­ния, про­жив в ино­че­стве бо­лее 70 лет.

Игу­мен и бра­тия тор­же­ствен­но по­греб­ли чест­ные мо­щи пре­по­доб­но­го близ церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, на ле­вой сто­роне от ал­та­ря.

Бог, див­ный во свя­тых Сво­их, ско­ро про­сла­вил Сво­е­го угод­ни­ка. Спу­стя 31 год по­сле кон­чи­ны пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на в Фе­ра­пон­то­вом мо­на­сты­ре скон­чал­ся его уче­ник и по­стри­жен­ик Иоасаф, быв­ший ар­хи­епи­скоп Ро­стов­ский, по­том дол­го жив­ший на по­кое. Игу­мен и бра­тия ре­ши­ли по­хо­ро­нить его вбли­зи пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на. Со­тво­рив мо­лит­ву, на­ча­ли ко­пать мо­ги­лу, и ко­гда от­кры­ли гроб пре­по­доб­но­го, то с изум­ле­ни­ем уви­де­ли, что не толь­ко те­ло, но и одеж­ды свя­то­го оста­лись це­лы­ми и не под­верг­лись тле­нию, хо­тя весь гроб был на­пол­нен во­дою. Все ви­дев­шие это про­сла­ви­ли Бо­га, а неко­то­рые из них, бу­дучи осо­бен­ны­ми по­чи­та­те­ля­ми па­мя­ти свя­то­го, с ве­рою взя­ли во­ды из гро­ба в свои со­су­ды на бла­го­сло­ве­ние. И не тщет­ной ока­за­лась их го­ря­чая ве­ра. Эта во­да по­слу­жи­ла ис­точ­ни­ком ис­це­ле­ний. Так, инок Фе­ра­пон­то­вой оби­те­ли Пам­ва, бу­дучи одер­жим тяж­ким неду­гом все­го те­ла, взял во­ды из гро­ба свя­то­го Мар­ти­ни­а­на и, пол­ный ве­ры к пре­по­доб­но­му, вы­пил той во­ды, по­ма­зал ею все те­ло и тот­час вы­здо­ро­вел.

Мно­го и дру­гих ис­це­ле­ний бы­ло со­вер­ше­но при мо­щах пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на. Упо­мя­нем неко­то­рые из них.

По­ра­зи­тель­ное чу­до по мо­лит­вам пре­по­доб­но­го со­вер­ши­лось над ино­ком Фе­ра­пон­то­вой оби­те­ли Силь­ве­стром. Мно­го лет от рас­слаб­ле­ния он не мог не толь­ко хо­дить, но да­же и при­ни­мать пи­щу без по­сто­рон­ней по­мо­щи. Жалев­шие боль­но­го ино­ки, при­но­ся ему пи­щу, са­ми кор­ми­ли его. Силь­но скор­бел Силь­вестр о сво­ем неду­ге, но не те­рял на­деж­ды на по­мощь Бо­жию: тер­пе­ли­во мо­лил Гос­по­да и Его Пре­чи­стую Ма­терь о том, чтобы по­лу­чить здра­вие. В од­ну ночь, раз­ду­мы­вая о сво­ей бо­лез­ни, Силь­вестр за­хо­тел по­мо­лить­ся у гро­ба пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на; но бо­ясь, что во вне­уроч­ное вре­мя его не по­не­сут ту­да, он об­ра­тил­ся с го­ря­чей моль­бой к свя­то­му и по­полз к его гроб­ни­це, с пла­чем про­дол­жая свою мо­лит­ву: «По­ми­луй ме­ня Гос­по­да ра­ди, угод­ни­че Хри­стов, и по­мо­лись за ме­ня греш­но­го, чтобы Он по­ка­зал на мне ми­лость Свою мо­лит­ва­ми тво­и­ми свя­ты­ми! По­мя­ни, от­че, сколь­ко лет я по­слу­жил свя­тыне тво­ей еще при жиз­ни тво­ей, сколь­ко лет слу­жил во оби­те­ли тво­ей».

Так мо­лил­ся рас­слаб­лен­ный и с пла­чем при­кла­ды­вал свою го­ло­ву ко гро­бу свя­то­го. Вдруг он по­чув­ство­вал се­бя вы­здо­ро­вев­шим; с ра­до­стью при­пал он к ра­ке пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на; по­том на сво­их но­гах вер­нул­ся в кел­лию. На­ут­ро бра­тия, узнав о чу­дес­ном ис­це­ле­нии Силь­ве­ст­ра, про­сла­ви­ли Бо­га, да­ро­вав­ше­го их оби­те­ли неоце­нен­ное со­кро­ви­ще – свя­тые мо­щи прп. Мар­ти­ни­а­на-чу­до­твор­ца, неоскуд­но ис­то­ча­ю­щие ис­це­ле­ния всем, с ве­рою при­хо­дя­щих к ним.

Иеро­мо­на­ху Мар­ти­ни­а­ну при­шлось раз, за от­сут­стви­ем при­ход­ско­го свя­щен­ни­ка, ис­по­ве­до­вать в ближ­нем се­ле­нии боль­но­го. Мар­ти­ни­ан уви­дел в до­ме жен­щи­ну, дочь это­го боль­но­го. Она си­де­ла на пе­чи и неисто­во хо­хо­та­ла. Иеро­мо­нах узнал, что жен­щи­на боль­на дав­но, что она сде­ла­лась немой, ни­че­го по­чти не ви­дит и не слы­шит, и род­ствен­ни­ки не зна­ют, что с ней де­лать. Он по­со­ве­то­вал при­вез­ти бес­но­ва­тую к мо­щам пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на. И ко­гда ее при­вез­ли, во вре­мя мо­леб­на она быст­ро при­шла в со­зна­ние, по­дой­дя к чу­до­твор­це­ву гро­бу, це­ло­ва­ла его с пла­чем и ра­до­стью. Яс­но бы­ло всем, ви­дя­щим это, что бес­но­ва­тая ис­це­ли­лась. Она ска­за­ла слу­жа­ще­му свя­щен­ни­ку, то­му же Мар­ти­ни­а­ну: «Вот чу­до­тво­рец встал из гро­ба, бла­го­сло­вил ме­ня кре­стом и уда­лил­ся».

И дру­гая бес­но­ва­тая, Аки­ли­на из близ­ле­жа­ще­го се­ла Сус­ла, по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние от сво­е­го неду­га мо­лит­ва­ми пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на. Мно­го лет стра­да­ла несчаст­ная. Муж и срод­ни­ки во­зи­ли ее по оби­те­лям, бы­ли и в мо­на­сты­ре пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла, на­ко­нец, по­вез­ли ко гро­бу пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на. Ко­гда они до­стиг­ли мо­на­стыр­ских врат, бес­но­ва­тая за­во­пи­ла и за­кри­ча­ла та­ким страш­ным го­ло­сом, что все ужас­ну­лись и от­бе­жа­ли. Она вос­поль­зо­ва­лась этим и пы­та­лась бе­жать. Но срод­ни­ки и неко­то­рые из мо­на­стыр­ских успе­ли ее удер­жать. Бес­но­ва­тая би­лась и кри­ча­ла, по­вто­ряя мно­го раз: «Чер­нец бьет ме­ня де­ре­вом».

Ко­гда Аки­ли­ну при­ве­ли ко гро­бу пре­по­доб­но­го и слу­жи­ли мо­ле­бен, она на­ча­ла ути­хать, но про­из­но­си­ла все те же сло­ва. Ее уго­ва­ри­ва­ли: «Что ты го­во­ришь? Ни­кто те­бя не бьет». Аки­ли­на от­ве­ча­ла на это: «Не ви­де­ли ли вы, как за мо­на­стыр­ски­ми во­ро­та­ми на­чал ме­ня бить пал­кой, го­во­ря: “Все­гда ми­мо во­рот мо­их хо­ди­те и пре­зи­ра­е­те ме­ня”».

Ее про­дол­жа­ли уго­ва­ри­вать, что ни­кто ее не бил, что не бы­ло ни­ка­ко­го чер­не­ца. Она же ука­зы­ва­ла паль­цем и го­во­ри­ла: «Вон он по­шел!». По­до­шла ко гро­бу свя­то­го и про­дол­жа­ла: «Уже ушел; на нем бы­ла чер­ная одеж­да».

При­сут­ству­ю­щие по­ня­ли, что боль­ная ви­де­ла чу­до­твор­ца в ви­де­нии, что он из­му­чил в ней бе­са и ото­гнал. Свя­щен­ник бла­го­сло­вил ее кре­стом, и Аки­ли­на со­вер­шен­но вы­здо­ро­ве­ла.

Юно­ша пско­вич Сте­фан Фе­до­ров Кле­щев, по ре­ме­с­лу среб­ро­ко­вач, бро­дя по сво­им де­лам в раз­ных стра­нах, за­бо­лел про­ка­зою: опро­ка­зи­лась пра­вая ру­ка его. Отя­желев, она сде­ла­лась непо­движ­ной, не под­ни­ма­лась и для крест­но­го зна­ме­ния. Не зная, как из­ба­вить­ся от про­ка­зы, Сте­фан на­чал усерд­но мо­лить Бо­га об ис­це­ле­нии и дал обет хо­дить по свя­тым ме­стам. Он обо­шел мно­го мо­на­сты­рей: по­бы­вал в оби­те­лях Ки­рил­ло­вой и Фе­ра­пон­то­вой и в во­ло­сти Ся­ма, где мо­лил­ся пе­ред чу­до­твор­ной ико­ной Бо­го­ма­те­ри; од­на­ко не на­хо­дил да­же ма­лей­ше­го об­лег­че­ния сво­ей бо­лез­ни. То­гда он одел­ся в ино­че­ские одеж­ды и, воз­вра­тив­шись в оби­тель пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла, стал про­сить игу­ме­на Афа­на­сия и стар­цев, чтобы его при­ня­ли в мо­на­стырь. Но они по бо­лез­ни Сте­фа­на не при­ня­ли его: он при­нуж­ден был по­се­лить­ся в мо­на­стыр­ской стран­но­при­им­ни­це вме­сте с дру­ги­ми боль­ны­ми и про­жил здесь неде­ли три. По­том по со­ве­ту сво­их зна­ко­мых Сте­фан по­шел в Фе­ра­пон­тов мо­на­стырь. В одеж­де ино­ка пред­стал он пе­ред игу­ме­ном Гу­ри­ем и уси­лен­но про­сил его о при­ня­тии в оби­тель. Ви­дя его уже мо­на­хом, игу­мен сдал­ся на моль­бы Сте­фа­на, тем бо­лее, что за него про­си­ли неко­то­рые из бра­тии, и, при­няв в оби­тель, по­ру­чил его стар­цу. Про­шло с тех пор еще три ме­ся­ца, а бо­лезнь Сте­фа­на не толь­ко не осла­бе­ва­ла, но еще бо­лее уси­ли­лась. Ру­ка его так сгни­ла, что в че­ты­рех ме­стах вид­не­лись ко­сти, и невоз­мож­но бы­ло жить с ним в од­ной кел­лии вслед­ствие тя­же­ло­го за­па­ха. Со­зна­вая свое бед­ствен­ное по­ло­же­ние и бо­ясь уда­ле­ния из мо­на­сты­ря, Сте­фан сно­ва об­ра­тил­ся к мо­лит­вам. С горь­ки­ми сле­за­ми мо­лил­ся он у ра­ки пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на, про­ся чу­до­твор­ца об ис­це­ле­нии от тяж­ко­го неду­га и обе­ща­ясь по­ра­бо­тать в его оби­те­ли до кон­ца сво­ей жиз­ни. В то же вре­мя, чув­ствуя угры­зе­ние со­ве­сти в том, что, не бу­дучи еще по­стри­жен, он са­мо­воль­но на­дел мо­на­ше­ские одеж­ды, Сте­фан от­крыл это ке­ла­рю, ко­то­рый управ­лял мо­на­сты­рем за отъ­ез­дом игу­ме­на. Ке­ларь по со­ве­ту с бра­ти­ей по­ве­лел иеро­мо­на­ху Си­мео­ну по­стричь Сте­фа­на и на­речь его Сер­ги­ем, что тот и сде­лал.

С тех пор но­во­по­стри­женн­ый инок ни­ко­гда не остав­лял мо­лит­вы к пре­по­доб­но­му и за это ско­ро по­лу­чил ис­це­ле­ние от сво­ей тяж­кой бо­лез­ни. Од­на­жды Сте­фан со скор­бью при­шел ко гро­бу пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на и дол­го мо­лил­ся со сле­за­ми, при­кла­ды­вая свою боль­ную ру­ку к ра­ке свя­то­го. И вот в ту же ночь в дре­мо­те он уви­дел, что кто-то, вой­дя, толк­нул его и ска­зал: «Встань и мо­лись».

Проснув­шись от стра­ха, он не ви­дел уже ни­ко­го, но сра­зу по­чув­ство­вал об­лег­че­ние от бо­лез­ни: по­вяз­ка, как лу­бок, спа­ла с ру­ки его, и на ру­ке яви­лось но­вое, мо­ло­дое те­ло. И ис­це­лен­ный, и бра­тия воз­бла­го­да­ри­ли Бо­га и пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на.

Пре­по­доб­ный Мар­ти­ни­ан при­чтен к ли­ку свя­тых, ве­ро­ят­но, в 1553 го­ду. Празд­но­ва­ние ему со­вер­ша­ет­ся мест­но.