Канон святителю Афанасию III, патриарху Константинопольскому, Лубенскому чудотворцу

Припев: Святи́телю, о́тче Афана́сие, моли́ Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 15 мая (02 мая ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Во́ду проше́д, я́ко су́шу, и еги́петскаго зла́ избежа́в, изра́ильтянин вопия́ше: Изба́вителю и Бо́гу на́шему пои́м.

Безсме́ртию бы́в тезоимени́т, в ве́ре тве́рдей житие́ твое́ проше́д, блаже́ннаго безсме́ртия прича́стник яви́лся еси́, о́тче святи́телю Афана́сие, ны́не Христо́ви предстоя́, помина́й на́с, почита́ющих тя́.

Пе́снь хвале́бную прино́сим ти́, святи́телю, в прославле́ние па́мяти твоея́, а́ще и не довле́ет у́м на́ш по достоя́нию благохвали́ти тя́, но ты́ са́м помози́ на́м почива́ющею на тебе́ неоску́дною благода́тию.

Очи́стив от вся́кия скве́рны ду́шу и те́ло, святи́телю Афана́сие, хра́м досто́ин Бо́гу показа́лся еси́ и Тро́ицы жили́ще яви́лся еси́, священнотаи́нниче пребога́те.

Богоро́дичен: Хра́м освяще́н и ле́потою благоукраше́н воздви́же уго́дник Бо́жий Афана́сий во сла́ву Твою́ и че́сть, Пречи́стая Влады́чице, те́мже не преста́й моля́щися со святи́телем Христу́ Бо́гу о душа́х на́ших.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Небе́снаго кру́га Верхотво́рче, Го́споди, и Це́ркве Зижди́телю, Ты́ мене́ утверди́ в любви́ Твое́й, жела́ний кра́ю, ве́рных утвержде́ние, Еди́не Человеколю́бче.

Све́том благода́ти вои́стинну просия́л еси́, святи́телю Афана́сие, и бы́л еси́ священноде́латель Ева́нгелия Христо́ва.

Благода́тными словесы́ твои́ми напая́ема па́ства твоя́, го́рькости ересе́й отрица́ется.

До́бре упа́сл еси́ ста́до Влады́ки твоего́, о́тче Афана́сие, те́мже во оби́тели Небе́сныя всели́лся еси́.

Богоро́дичен: Да́ждь на́м по́мощь моли́твами Твои́ми, прило́ги отгоня́ющи лю́тых обстоя́ний, Де́во Всепе́тая.

Седа́лен, гла́с 4:

В пра́вей ве́ре Це́рковь Христо́ву упа́сл еси́, святи́телю Афана́сие, и ерети́чества исто́ргл еси́ го́рькия пле́велы. Те́мже в Вы́шних черто́зех водворя́ешися, блаже́нне.

Богоро́дичен: Сло́во О́тчее, Христа́ Бо́га на́шего, от Тебе́ воплоти́вшагося, позна́хом, Богоро́дице Де́во, Еди́на Чи́стая, Еди́на Благослове́нная, те́м, непреста́нно Тя́ воспева́юще, велича́ем.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Услы́шах, Го́споди, смотре́ния Твоего́ та́инство, разуме́х дела́ Твоя́ и просла́вих Твое́ Божество́.

Уста́ богодухнове́нная стяжа́в, святи́телю Афана́сие, обличи́л еси́ злы́я нра́вы лука́вых челове́к и, сконча́вся в непра́веднем изгна́нии, при Фаво́ре Мга́рстем, оста́вил еси́ на́м, недосто́йным, честно́е те́ло твое́, точа́щее чудеса́.

Блаже́н яви́лся еси́, изгна́н пра́вды ра́ди, за́вистию злонра́вных челове́к, и на́с посети́л еси́ твои́м благослове́нием. Те́мже ны́не от все́х почита́ешися свяще́нными пе́сньми, му́дре святи́телю Афана́сие.

Пе́рвее бы́л еси́ архиере́й нача́льнаго гра́да Кри́тскаго, та́же, по взя́тии того́ от ага́рян, Патриа́рх Константи́ню гра́ду поста́влен бы́л еси́, иде́же богодухнове́нными уче́нии ста́до твое́ напая́л еси́, блаже́нне святи́телю Афана́сие.

Богоро́дичен: Тя́, Блаже́нную, Еди́ну избра́нную и непоро́чную обре́т, воплоща́ется Пребоже́ственное Сло́во, Богора́дованная.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Просвети́ на́с повеле́нии Твои́ми, Го́споди, и мы́шцею Твое́ю высо́кою Тво́й ми́р пода́ждь на́м, Человеколю́бче.

Безсме́ртен по и́мени досто́йно наре́клся еси́, о́тче на́ш святи́телю Афана́сие, зане́, житие́ твое́ чи́сте соверши́в, во Христа́ обле́клся еси́, те́мже Ца́рь Сла́вы и Бо́г ве́чный избра́ тя́ в жили́ще Себе́.

Изба́ви чту́щия тя́, святи́телю Афана́сие, от грехо́вныя бу́ри, от бе́д и скорбе́й, к ти́хому приста́нищу приводя́ богоприя́тными твои́ми моли́твами.

До́брый па́стырь ста́да Христо́ва яви́лся еси́, уго́дниче святи́телю Афана́сие, не преста́й моля́ся ко Го́споду, да спасе́т ду́ши на́ша.

Богоро́дичен: Досто́йно Тя́ сла́вят святи́тельстии собо́ри и вси́ преподо́бных ли́цы: Зижди́теля бо все́х, Бо́жие Сло́во, на руку́ Твое́ю носи́ла еси́.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Моли́тву пролию́ ко Го́споду и Тому́ возвещу́ печа́ли моя́, я́ко зо́л душа́ моя́ испо́лнися и живо́т мо́й а́ду прибли́жися, и молю́ся, я́ко Ио́на: от тли́, Бо́же, возведи́ мя́.

Оби́тель сию́, с ве́рою почита́ющую тя́, святи́телю Афана́сие, храни́ от находя́щих искуше́ний, лю́тых обстоя́ний и вся́ких скорбе́й, непреста́нно моля́ся ко Влады́це Христу́ о ста́де твое́м.

Ты́ и по сме́рти, я́ко жи́в сы́й, чудоде́йствуеши, да́руя немощны́м исцеле́ния Боже́ственною благода́тию, рече́ бо Госпо́дь: прославля́ющия Мя́ просла́влю.

Напа́стей о́блацы покры́ша ны́, и теле́сныя боле́зни умно́жишася. К тебе́ прибега́ем и тебе́ призыва́ем, святи́телю Афана́сие: потщи́ся на по́мощь, ускори́ на моли́твы, от бе́д и ско́рбных обстоя́ний на́с избавля́я.

Богоро́дичен: Очи́стив свое́ се́рдце, Авраа́м, пра́отец Тво́й, Чи́стая Де́во, прия́т обеща́ние от Бо́га: благослови́тися о се́мени его́ все́м язы́ком. Тобо́ю исполне́ние обетова́ния прие́млем дне́сь.

Конда́к, гла́с 8:

О всесвяте́йший па́стырю и учи́телю вселе́нныя, преблаже́нне о́тче на́ш святи́телю Афана́сие! К ра́це моще́й твои́х припа́дающе, усе́рдно мо́лим тя́: приими́ от убо́гих ду́ш на́ших любо́вию приноси́мая тебе́ моле́ния и, я́ко име́я дерзнове́ние у Престо́ла Влады́чня, испроси́ моли́твами твои́ми чту́щим тя́ со А́нгелы и все́ми святы́ми непреста́нно Пресвяте́й Тро́ице воспева́ти: аллилу́ия.

И́кос:

Ле́ностию окая́нный а́з во глубину́ греха́ впадо́х, но, я́ко па́стырь до́бр, воздви́гни мя́, святе́йший о́тче, и стра́сти угаси́, зле́ му́чащия мя́, я́ко да, воста́в, чи́сте воспою́ твое́ светоно́сное торжество́, и́мже Влады́ка вселе́нныя просла́ви тя́ досто́йно, я́ко раба́ ве́рнейша, учи́теля прему́дра, соверши́теля Та́ин Бо́жиих и блюсти́теля за́поведей, я́же до́бре сохрани́л еси́, пома́зание свято́е, Афана́сие прему́дре. Того́ при́сно моли́, да да́рует чту́щим тя́ со А́нгелы и все́ми святы́ми непреста́нно Пресвяте́й Тро́ице воспева́ти: аллилу́ия.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: О́троцы евре́йстии в пещи́ попра́ша пла́мень дерзнове́нно и на ро́су о́гнь преложи́ша, вопию́ще: благослове́н еси́, Го́споди Бо́же, во ве́ки.

Во глубину́ зо́л впадо́х, страстьми́ погружа́емь, и ко врато́м а́да прибли́жихся, грехми́ побежда́емь. Спаси́ мя́ моли́твами твои́ми, Богоблаже́нне, и воздви́гни, пою́ща: благослове́н Бо́г отце́в на́ших.

Вся́ких лю́тых неду́гов вра́ч всеизря́ден яви́лся еси́, о́тче Афана́сие. Исцели́ у́бо не́мощь души́ моея́ и сподо́би во умиле́нии се́рдца взыва́ти: отце́в на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Ди́вный во святы́х Свои́х, просла́ви Госпо́дь и в земли́ Росси́йстей уго́дника Своего́, преблаже́ннаго святи́теля Афана́сия, па́стыря до́браго и моли́твенника о душа́х на́ших.

Богоро́дичен: Всесла́вная все́х Цари́це, мольба́ми святи́теля Афана́сия сохрани́ невреди́мы от вся́каго зла́го обстоя́ния лю́ди Твоя́, всегда́ Тя́ моля́щия, я́ко Предста́тельницу ми́рови.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Седмери́цею пе́щь халде́йский мучи́тель Богочести́вым неи́стовно разжже́, си́лою же лу́чшею спасе́ны, сия́ ви́дев, Творцу́ и Изба́вителю вопия́ше: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те во вся́ ве́ки.

Бога́тство уче́ний твои́х неску́дно расточа́л еси́, святи́телю Афана́сие, и́мже обогати́ся у́м а́лчущих словесе́ твоего́. Изгна́н же бы́в непра́ведно от престо́ла Царягра́да, к ве́рным лю́дем Росси́йския земли́ прише́л еси́ и в Фаво́ре Мга́рстем блаже́нныя кончи́ны сподобля́ешися. Те́мже вопие́м: благослови́те, дела́ Госпо́дня, Го́спода, по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Я́ко весна́, яви́лся еси́, блаже́нне, та́инственными цве́ты даро́в Боже́ственных благоуха́я, разреша́я от напа́стей и скорбе́й ве́рная ча́да твоя́, к тебе́ притека́ющая и Бо́гу вопию́щая: благослови́те, дела́ Госпо́дня, Го́спода, по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Я́ко лоза́ многопло́дная, доброде́телей плоды́ израща́ющая, яви́шася словеса́ твоя́, благода́ти испо́лненная: прише́д бо ко ага́ряном, мольбу́ о лю́дех твои́х прине́сл еси́. Ти́и же, ви́девше тя́, умили́шася и, моле́ния ра́ди твоего́, преста́ша убива́ти кри́тския лю́ди, вопию́щий: благослови́те, дела́ Госпо́дня, Го́спода, по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Богоро́дичен: Вы́шний Престо́ле, Де́во Богоневе́сто, до́лу лежа́щее естество́ на́ше к Небеси́ возво́диши, те́мже Тя́ вси́ по до́лгу сла́вим.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Ужасе́ся о се́м Не́бо, и земли́ удиви́шася концы́, я́ко Бо́г яви́ся челове́ком пло́тски и чре́во Твое́ бы́сть простра́ннейшее Небе́с Те́м Тя́, Богоро́дицу, А́нгелов и челове́к чинонача́лия велича́ют.

Дне́сь све́тло красу́ется свята́я па́мять твоя́, и ты́, святи́телю Афана́сие, я́ко со́лнце, блиста́еши, ве́рных озаря́я, во Мга́рстей же оби́тели мно́зи, приходя́щий к тебе́ с ве́рою, прие́млют исцеле́ния. Те́мже тя́ велича́ем.

Соше́дшеся дне́сь, досто́йно хва́лим тя́, святи́телю Афана́сие, и моще́й твои́х чти́м ра́ку, прося́ще пода́ти на́м моли́твами твои́ми от страсте́й избавле́ние, боле́зней исцеле́ние, грехо́в оставле́ние, от напа́стей свобожде́ние, и я́ко уго́дника Бо́жия вси́ тя́ велича́ем.

Сла́ву твою́ воспе́ти по досто́инству невозмо́жно е́сть: чудеса́ бо мно́га соверша́еши и исцеле́ния незави́стно источа́еши с ве́рою приходя́щим к тебе́, Афана́сие, Росси́йская похвало́. Те́мже я́ко уго́дника Бо́жия вси́ тя́ велича́ем.

Богоро́дичен: Ты́ еси́, Богоро́дице, ору́жие на́ше и стена́, Ты́ еси́ заступле́ние к Тебе́ прибега́ющих, Тя́ ны́не на моли́тву подвиза́ем, да изба́вимся от вра́г на́ших.

Свети́лен:

Све́тло пра́зднуется дне́сь церко́вное торжество́, в прославле́ние жития́ и чуде́с твои́х, святи́телю о́тче Афана́сие, ты́ же, предстоя́ во све́те сла́вы лицу́ Бо́жию, помяни́ на́с, чту́щих святу́ю па́мять твою́.

Сла́ва, и ны́не: По Бо́зе на Тя́, Пречи́стая, упова́ние возлага́ем: не пре́зри на́с в лю́тых ско́рбех и напа́стех, но Твои́ми мольба́ми ко Христу́, Сы́ну Твоему́, невреди́мы да́же до конца́ на́с сохрани́.

Краткое житие святителя Афанасия III Пателария, патриарха Константинопольского

Свя­ти­тель Афа­на­сий Си­дя­щий, пат­ри­арх Кон­стан­ти­но­поль­ский, ро­дил­ся в 1597 г. в г. Ре­вимне на о. Крит. Он про­ис­хо­дил из знат­но­го гре­че­ско­го ро­да Па­те­ла­ри­ев, быв­ше­го в род­стве с ви­зан­тий­ской им­пе­ра­тор­ской ди­на­сти­ей Па­лео­ло­гов. Св. Афа­на­сий по­лу­чил бле­стя­щее раз­но­сто­рон­нее об­ра­зо­ва­ние. Но несмот­ря на об­ра­зо­ван­ность и из­вест­ность в об­ще­стве, свет­ская жизнь с ее су­ет­ны­ми удо­воль­стви­я­ми и при­зрач­ной сла­вой не со­блаз­ни­ли его, свя­то­го влек­ла жизнь хри­сти­ан­ских по­движ­ни­ков. По­сле смер­ти от­ца св. Афа­на­сий при­нял ино­че­ское по­стри­же­ние в од­ном из со­лун­ских мо­на­сты­рей, а поз­же под­ви­зал­ся на Афоне. Вско­ре свя­той стал из­ве­стен как вы­да­ю­щий­ся про­по­вед­ник, тол­ко­ва­тель Свя­щен­но­го Пи­са­ния и гим­но­граф, ав­тор ду­хов­ных пес­но­пе­ний в честь Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и неко­то­рых свя­тых. Свя­той пе­ре­вел с ев­рей­ско­го на но­во­гре­че­ский язык Псал­тирь, ко­то­рая впо­след­ствии хра­ни­лась в оби­те­ли св. апо­сто­ла Иоан­на Бо­го­сло­ва на о. Пат­мо­се.

В 1626 г. свя­ти­тель Афа­на­сий был на­зна­чен в Ва­ла­хию, где про­по­ве­до­вал Хри­сто­во уче­ние сре­ди ва­ла­хов и мол­да­ван.

За свои тру­ды и ду­хов­ные да­ро­ва­ния свя­той был на­зна­чен Кон­стан­ти­но­поль­ским пат­ри­ар­хом Ки­рил­лом I про­по­вед­ни­ком при Кон­стан­ти­но­поль­ской ка­фед­ре, а в 1631 г. – епи­ско­пом Фес­са­ло­ни­кий­ским (Со­лун­ским). В мар­те 1634 г., по­сле из­гна­ния ту­рец­ки­ми вла­стя­ми пат­ри­ар­ха Ки­рил­ла I, свя­ти­тель был воз­ве­ден на пат­ри­ар­ший пре­стол. По­сле воз­вра­ще­ния пат­ри­ар­ха Ки­рил­ла из ссыл­ки свя­ти­тель Афа­на­сий оста­вил пат­ри­ар­ший пре­стол и бо­лее го­да про­жил на Афоне, со­вер­шен­ству­ясь в по­дви­гах по­ста и мо­лит­вы. За­тем он жил один год в Ита­лии, где па­па пред­ло­жил ему при­нять ка­то­ли­че­ство, обе­щая воз­ве­сти его в кар­ди­наль­ское до­сто­ин­ство. Но свя­ти­тель Афа­на­сий остал­ся ве­рен свя­то­му пра­во­сла­вию. С 1638 г. он вновь стал управ­лять Со­лун­ской ка­фед­рой. В то вре­мя в хра­мах Со­лун­ской мит­ро­по­лии, тер­пев­шей при­тес­не­ния со сто­ро­ны ту­рок, не хва­та­ло бо­го­слу­жеб­ных книг, цер­ков­ной утва­ри и об­ла­че­ний. Свя­ти­тель неод­но­крат­но об­ра­щал­ся за по­мо­щью к рус­ско­му ца­рю, а за­тем и сам со­вер­шил несколь­ко пу­те­ше­ствий в Рос­сию, где по­се­щал свя­тые ме­ста и со­вер­шал бо­го­слу­же­ния в мо­на­сты­рях и хра­мах.

Од­на­жды, воз­вра­ща­ясь из Рос­сии, он тя­же­ло за­бо­лел и оста­но­вил­ся в Пре­об­ра­жен­ском Мгар­ском мо­на­сты­ре г. Луб­ны, где 5 ап­ре­ля 1654 г. мир­но ото­шел ко Гос­по­ду и был по­гре­бен по во­сточ­но­му обы­чаю: те­ло свя­то­го в пол­ном об­ла­че­нии бы­ло по­ме­ще­но в крес­ло и опу­ще­но в ка­мен­ную гроб­ни­цу в мо­на­стыр­ском Пре­об­ра­жен­ском хра­ме. 1 фев­ра­ля 1662 г. об­ре­ли нетлен­ные мо­щи свя­ти­те­ля, от ко­то­рых мно­гие бо­ля­щие по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние. Необыч­ное для Рос­сии по­гре­бе­ние свя­ти­те­ля Афа­на­сия в си­дя­чем по­ло­же­нии ста­ло при­чи­ной име­но­ва­ния его Афа­на­си­ем Си­дя­щим.

Ныне свя­тые мо­щи пат­ри­ар­ха Афа­на­сия по­ко­ят­ся в Бла­го­ве­щен­ском ка­фед­раль­ном со­бо­ре в г. Харь­ко­ве.

Полное житие святителя Афанасия III Пателария, патриарха Константинопольского

Свя­ти­тель Хри­стов Афа­на­сий, свя­тей­ший пат­ри­арх Кон­стан­ти­но­поль­ский, Лу­бен­ский чу­до­тво­рец, жил в 17 ве­ке, ко­гда на Ру­си цар­ство­ва­ли пер­вые ца­ри из до­ма Ро­ма­но­вых – Ми­ха­ил Фе­до­ро­вич и сын его Алек­сей Ми­хай­ло­вич. Ма­ло­рос­си­ей, или Укра­и­ной, в то вре­мя управ­лял гет­ман Бог­дан Хмель­ниц­кий, а со­сед­ним боль­шим гос­по­дар­ством Мол­да­во-Вла­хи­ей – род­ствен­ник Бог­да­на, гос­по­дарь Ва­си­лий Лу­пул; Гре­ция и ее сто­ли­ца Ца­рь­град бы­ла во вла­сти ту­рок. Ими управ­ля­ли: же­сто­кий сул­тан Му­рад IV, при ко­то­ром умер­ли му­че­ни­че­ской смер­тью два ца­ре­град­ских пат­ри­ар­ха: Ки­рилл Лу­ка­рис и Ки­рилл Кон­та­рис, – Иб­ра­гим 1-й, пе­ре­бив­ший всех хри­сти­ан на о. Кри­те, ро­дине пат­ри­ар­ха Афа­на­сия. 

Те вре­ме­на бы­ли са­мы­ми тя­же­лы­ми в жиз­ни Во­сточ­ной Пра­во­слав­ной Церк­ви. Тур­ки за­пре­ти­ли хри­сти­а­нам-гре­кам от­кры­то ис­по­ве­до­вать свою ве­ру. Не ис­пол­няв­ших за­пре­ще­ния они об­ла­га­ли непо­силь­ны­ми штра­фа­ми, от­ни­ма­ли и гра­би­ли их иму­ще­ство, са­мих му­чи­ли и уби­ва­ли. То­гда бы­ло мно­го муч­ни­ков за ве­ру, нема­ло бы­ло и от­ступ­ни­ков от Хри­ста. За по­став­ле­ние для хри­сти­ан пат­ри­ар­ха тур­ки бра­ли с них боль­шую пла­ту. Кро­ме ту­рок, Во­сточ­ную Пра­во­слав­ную Цер­ковь тес­ни­ли ино­вер­ные хри­сти­ане-ка­то­ли­ки и про­те­стан­ты. Ка­то­ли­ки, осо­бен­но ка­то­ли­че­ские мо­на­хи-иезу­и­ты, все си­лы при­ла­га­ли к то­му, чтобы под­чи­нить Во­сточ­ную Цер­ковь Рим­ско­му па­пе, а про­те­стан­ты ста­ра­лись пра­во­слав­ное ве­ро­уче­ние за­ме­нить сво­им, не при­зна­ю­щим ни цер­ков­ной иерар­хии, ни та­инств. Те и дру­гие бы­ли весь­ма силь­ны, по­лу­чая для сво­е­го де­ла сред­ства и поль­зу­ясь за­ступ­ни­че­ством ко­ро­лей тех стран, от­ку­да они при­бы­ли. Пра­во­слав­ные гре­ки по сво­ей ма­ло­чис­лен­но­сти и бед­но­сти не мог­ли про­ти­во­сто­ять им, так что са­ми Кон­стан­ти­но­поль­ские пат­ри­ар­хи ино­гда всту­па­ли в друж­бу с ка­то­ли­ка­ми или про­те­стан­та­ми, на­де­ясь в слу­чае нуж­ды най­ти у них по­мощь. Но эта друж­ба ча­сто на­вле­ка­ла на пат­ри­ар­хов по­до­зре­ние в их непра­во­сла­вии. Вот при ка­ких тя­же­лых об­сто­я­тель­ствах при­шлось за­нять все­лен­ский пре­стол пат­ри­ар­ху Афа­на­сию III.
Свя­ти­тель Афа­на­сий – про­ис­хож­де­ни­ем грек, ро­дил­ся в го­ро­де Ре­тимне на о. Кри­те, в Сре­ди­зем­ном мо­ре в 1597 го­ду. Он про­ис­хо­дил из бла­го­че­сти­вой, знат­ной гре­че­ской се­мьи Па­те­ла­ри­ев, быв­шей в близ­ком род­стве с цар­ствен­ным ро­дом Па­лео­ло­гов. Род Па­те­ла­ри­ев от­ли­чал­ся вы­да­ю­щи­ми­ся ум­ствен­ны­ми да­ро­ва­ни­я­ми, о чем со­хра­ни­лись сви­де­тель­ства на­род­ных пе­сен. Отец свя­ти­те­ля Афа­на­сия Гри­го­рий Па­те­ла­рий был вы­да­ю­щим­ся уче­ным, фило­со­фом и пуб­ли­ци­стом. Мир­ское имя свя­ти­те­ля Афа­на­сия неиз­вест­но. Бу­дучи от­ро­ком, свя­ти­тель Афа­на­сий учил­ся в шко­ле зна­ме­ни­то­го в то вре­мя Ар­ка­дий­ско­го мо­на­сты­ря на о. Кри­те. В этой шко­ле он при­об­рел проч­ность зна­ний и твер­дость убеж­де­ний в право­те во­сточ­ной ве­ры. «Я был, – го­во­рил он о се­бе, – зна­то­ком бо­го­сло­вия, ма­те­ма­ти­ки, ри­то­ри­ки, мно­го­труд­ной грам­ма­ти­ки, пи­и­ти­ки, аст­ро­но­ми­че­ской пре­муд­ро­сти, му­зы­ки и дру­гих ис­кусств». Он пре­вос­ход­но вла­дел древ­не­гре­че­ским, ла­тин­ским, араб­ским и ита­льян­ским язы­ка­ми.
В юно­сти свя­ти­тель был весь­ма кра­сив ли­цом, с от­кры­тым доб­рым взгля­дом, рас­по­ла­гав­шим к нему лю­дей при пер­вой встре­че. По­то­мок цар­ско­го ро­да, бо­го­слов, фило­соф и по­эт по при­ро­де, он поль­зо­вал­ся боль­шим вни­ма­ни­ем в совре­мен­ном ему вы­со­ком об­ще­стве о. Кри­та, а при по­кро­ви­тель­стве Тэа­фе­та-па­ши, пра­ви­те­ля ост­ро­ва, ему пред­сто­я­ла и бле­стя­щая бу­дущ­ность. Но шум­ная жизнь свет­ско­го об­ще­ства не по ду­ше бы­ла юно­ше. Его влек­ла к се­бе ти­хая бла­го­че­сти­вая жизнь хри­сти­ан­ских по­движ­ни­ков о. Кри­та, св. го­ры Си­най­ской и Афо­на, про­во­див­ших все вре­мя в мо­лит­вен­ных по­дви­гах и этим пу­тем до­сти­гав­ших ду­хов­но­го со­вер­шен­ства. Пе­ред его мыс­лен­ным взо­ром вста­ва­ли об­ра­зы все­лен­ских свя­ти­те­лей: «бо­же­ствен­но­го, чуд­но­го» ца­ре­град­ско­го пат­ри­ар­ха Гри­го­рия Бо­го­сло­ва; Ва­си­лия Ве­ли­ко­го; Иоан­на Зла­то­уста и осо­бен­но уче­ни­ков и про­по­вед­ни­ков Еван­ге­лия ис­тин­но­го и тол­ко­ва­те­лей Св. Пи­са­ния, ко­то­рые во вре­ме­на свя­ти­те­ля Афа­на­сия все с ост­ро­ва Кри­та бы­ли, где и сам свя­ти­тель про­жил 26 лет. Доб­ро­воль­но оста­вив вы­со­кое свет­ское об­ще­ство, он от­рек­ся от всех его «пре­ле­стей», по­свя­тив се­бя на слу­же­ние Бо­гу, при­няв об­раз сми­рен­но­го ино­ка.
Уда­ле­ние от ми­ра и его со­блаз­нов, ма­те­ри­аль­ные ли­ше­ния, свя­зан­ные с при­ня­ти­ем ино­че­ско­го об­ра­за, по­движ­ни­че­ская жизнь, ко­то­рой он от­да­вал­ся и в по­сле­ду­ю­щие го­ды, ино­ку Афа­на­сию ка­за­лись еще недо­ста­точ­ны­ми для то­го, чтобы осу­ще­ствить в се­бе пре­под­но­сив­ши­е­ся ему об­ра­зы ис­тин­ных пас­ты­рей и учи­те­лей Церк­ви. Мо­нах Афа­на­сий все­це­ло устре­мил свою ду­шу в ум­ное мо­лит­вен­ное де­ла­ние, и от­дал­ся са­мо­усо­вер­шен­ство­ва­нию через чте­ние и изу­че­ние сло­ва Бо­жия. «О свя­щен­ная, чуд­ная, пре­свет­лая кни­га, – мо­лил­ся он в та­кие ча­сы над Св. Еван­ге­ли­ем, – мо­лю те­бя, про­све­ти оче­са ду­ши мо­ея».
Мо­нах Афа­на­сий ско­ро стал из­ве­стен в г. Ка­нее как вы­да­ю­щий­ся про­по­вед­ник и ис­тол­ко­ва­тель Св. Пи­са­ния, был вы­зван в Ца­рь­град, по­слан на про­све­ще­ние све­том Хри­сто­ва уче­ния вла­хов и мол­да­ван, для ко­то­рых он пе­ре­вел на совре­мен­ное на­род­ное на­ре­чие Псал­тирь (пе­ре­ве­ден­ная свя­ти­те­лем с ев­рей­ско­го на но­во­гре­че­ский язык Псал­тирь впо­след­ствии хра­ни­лась в оби­те­ли во имя свя­то­го апо­сто­ла Иоан­на Бо­го­сло­ва на о. Пат­мо­се, а спис­ки с нее – в раз­ных мо­на­сты­рях св. го­ры Афон) и в 1631 го­ду за вы­да­ю­щу­ю­ся по­движ­ни­че­скую и про­све­ти­тель­ную де­я­тель­ность был воз­ве­ден в сан епи­ско­па, а за­тем и мит­ро­по­ли­та Фес­са­ло­ни­кий­ско­го, ина­че Со­лун­ско­го.
Со вре­ме­ни воз­ве­де­ния в сан епи­ско­па, а за­тем и пат­ри­ар­ха, для свя­ти­те­ля на­чал­ся тес­ный путь, – путь пе­ча­ли, огор­че­ний, ду­шев­ных и те­лес­ных стра­да­ний, сми­рен­но прой­ден­ный им под тя­же­стью пат­ри­ар­ше­го ти­ту­ла. Гос­по­ду угод­но бы­ло ис­пы­тать тер­пе­ние пат­ри­ар­ха Афа­на­сия в уни­же­нии и твер­дость в ис­по­ве­да­нии, и он остал­ся непре­клон­но ве­рен Ему до кон­ца дней сво­их.
Фес­са­ло­ни­кий­ская мит­ро­по­лия, в пре­де­лах ко­то­рой на­хо­дит­ся Св. Го­ра Афон, са­мая бли­жай­шая к Ца­рь­гра­ду, наи­бо­лее бы­ла и ра­зо­ре­на тур­ка­ми. Бед­ствен­ное со­сто­я­ние, бес­по­ряд­ки в цер­ков­ном управ­ле­нии, ре­ли­ги­оз­ное смя­те­ние умов так тя­же­ло по­ра­зи­ли но­во­го епи­ско­па, что он го­тов был да­же со­всем от­ка­зать­ся от епи­скоп­ства. Но Гос­подь укре­пил во­лю его. «Воз­вра­та нет, – пи­сал по это­му слу­чаю мит­ро­по­лит Афа­на­сий, – во­лей-нево­лей я дол­жен ис­пол­нить то, за что взял­ся. Гос­подь ска­зал: по­ло­жи­вый ру­ку на ора­ло и огля­ды­ва­ю­щий­ся вспять не есть управ­лен в Цар­ствии Бо­жии (Лук.9,62). Зва­но­му на брак не сле­ду­ет пе­ча­лить­ся и по­ло­жив­ше­му ру­ку на ора­ло огля­ды­вать­ся на­зад».
В то вре­мя Кон­стан­ти­но­поль­ский пат­ри­ар­ший пре­стол за­ни­мал зна­ме­ни­тый пат­ри­арх Ки­рилл Лу­ка­рис. Он был в боль­шой друж­бе с про­те­стан­та­ми. Па­пи­сты вос­поль­зо­ва­лись этим об­сто­я­тель­ством, об­ви­ни­ли его пе­ред сул­та­ном в го­судар­ствен­ной из­мене, в про­те­стант­стве и до­би­лись ссыл­ки его в за­то­че­ние. Они хо­те­ли воз­ве­сти на пат­ри­ар­ший пре­стол сво­е­го еди­но­мыш­лен­ни­ка Ки­рил­ла Кон­та­ри­са, епи­ско­па Вер­рий­ско­го. Пра­во­слав­ные вос­ста­ли про­тив па­пи­ста Ки­рил­ла и на­сто­я­ли на том, чтобы пре­стол вре­мен­но, до воз­вра­ще­ния из ссыл­ки Ки­рил­ла Лу­ка­ри­са, за­ме­щен был Фес­са­ло­ни­кий­ским мит­ро­по­ли­том Афа­на­си­ем. На этот раз ка­то­ли­ки усту­пи­ли их же­ла­ни­ям, так как зна­ли, что мит­ро­по­лит Афа­на­сий весь­ма не одоб­ря­ет уче­ние про­те­стан­тов, их непри­ми­ри­мых вра­гов. Про­шло пять ме­ся­цев, а Ки­рилл не воз­вра­щал­ся из ссыл­ки; то­гда 5 мар­та 1634 г. мит­ро­по­ли­та Афа­на­сия из­бра­ли дей­стви­тель­ным пат­ри­ар­хом. За утвер­жде­ние его в этом сане сул­та­ну упла­ти­ли 180 000 руб. При из­бра­нии мит­ро­по­ли­та Афа­на­сия пат­ри­ар­хом име­лось в ви­ду, что хо­да­тай­ство его в та­ком сане пе­ред сул­та­ном о воз­вра­ще­нии Ки­рил­ла бу­дет иметь боль­ше зна­че­ния. Воз­ве­де­ние мит­ро­по­ли­та Афа­на­сия на пат­ри­ар­ший пре­стол со­сто­я­лось 25 мар­та, в день Бла­го­ве­ще­ния.
Вско­ре по­сле это­го со­бы­тия воз­вра­тил­ся Ки­рилл. Он остал­ся недо­во­лен всем тем, что про­изо­шло здесь в его от­сут­ствие. Хо­тя пат­ри­арх Афа­на­сий и усту­пил ему доб­ро­воль­но пре­стол, но по на­сто­я­нию недру­гов он все-та­ки был об­ви­нен в том, что слиш­ком мно­го бы­ло упла­че­но цер­ков­ных де­нег за его по­став­ле­ние. Про­те­стан­ты хо­те­ли этим об­ви­не­ни­ем опо­ро­чить пат­ри­ар­ха Афа­на­сия в гла­зах Кон­стан­ти­но­поль­ской паст­вы, у ко­то­рой он за ко­рот­кое вре­мя при­об­рел лю­бовь и ува­же­ние.
Ко­гда со­сто­ял­ся над пат­ри­ар­хом Афа­на­си­ем суд, ви­ны за ним не на­шли: хо­тя рас­ход на по­став­ле­ние был нема­лым, но обой­тись без него ни­как бы­ло нель­зя, дру­гим пат­ри­ар­хам за свое по­став­ле­ние при­хо­ди­лось пла­тить да­же зна­чи­тель­но боль­ше, но цель бы­ла до­стиг­ну­та.
Обес­че­щен­ный и оскорб­лен­ный та­ким об­ви­не­ни­ем, свя­ти­тель уда­лил­ся на Св. Го­ру Афон, где от­дал­ся мо­лит­вен­ным по­дви­гам и по­ло­жил ос­но­ва­ние оби­те­ли, ко­то­рая ныне зо­вет­ся рус­ским Свя­то-Ан­дре­ев­ским Ски­том. Через год, ко­гда пат­ри­арх Афа­на­сий был в Ита­лии, Рим­ский па­па, зная о его ду­шев­ном смя­те­нии, пред­ло­жил бы­ло ему пе­рей­ти в ка­то­ли­че­ство, обе­щая за то по­чет­ное ме­сто меж­ду ка­то­ли­че­ски­ми ар­хи­ере­я­ми, но свя­ти­тель с него­до­ва­ни­ем от­верг его пред­ло­же­ние.
В 1638 г. свя­ти­те­ля Афа­на­сия сно­ва хо­те­ли воз­ве­сти на пат­ри­ар­ший Кон­стан­ти­но­поль­ский пре­стол, но это­му по­ме­ша­ли иезу­и­ты. Они по­ста­ви­ли на пат­ри­ар­ше­ство вы­ше­упо­мя­ну­то­го па­пи­ста Ки­рил­ла Вер­рий­ско­го, а чтобы успо­ко­ить пра­во­слав­ных, за­ве­ри­ли их, что пат­ри­ар­ху Афа­на­сию бу­дет предо­став­ле­но ме­сто по­сле Ки­рил­ла (так как они не на­де­я­лись, что он дол­го про­бу­дет пат­ри­ар­хом), а до то­го вре­ме­ни вновь пред­ло­жи­ли пат­ри­ар­ху Афа­на­сию за­нять Фес­са­ло­ни­кий­скую мит­ро­по­лию с пра­вом управ­лять ею и слу­жить там по чи­ну и обы­чаю пат­ри­ар­ше­му.
Фес­са­ло­ни­кий­ская мит­ро­по­лия в это вре­мя ока­за­лась еще в боль­шем ра­зо­ре­нии. Не бы­ло ни со­су­дов цер­ков­ных, ни оде­я­ний, в чем мож­но бы­ло бы слу­жить пат­ри­ар­ху. Пат­ри­арх Афа­на­сий несколь­ко раз пи­сал в Моск­ву к ца­рю Ми­ха­и­лу Фе­до­ро­ви­чу, про­ся его по­мочь Со­лун­ской мит­ро­по­лии, «по­ги­ба­ю­щей, как ко­рабль в пу­чине», но по­мощь от­ту­да при­сы­ла­лась неболь­шая, осо­бен­но по срав­не­нию с нуж­дой, а меж­ду тем но­вый Кон­стан­ти­но­поль­ский пат­ри­арх Пар­фе­ний гроз­но пре­ду­пре­дил свя­ти­те­ля, что он ли­шит его да­же пат­ри­ар­ше­го са­на, ес­ли он не бу­дет до­став­лять тре­бу­е­мо­го ко­ли­че­ства средств на со­дер­жа­ние его, Ца­ре­град­ско­го пат­ри­ар­ха. Де­ло до­шло до то­го, что через че­ты­ре го­да слу­же­ния пат­ри­ар­ха Афа­на­сия в Со­лу­ни его по­са­ди­ли в тюрь­му. «Бе­ды, му­че­ния и тем­нич­ное си­де­ние, ка­кие ему при­шлось там пе­ре­не­сти, невоз­мож­но и опи­сать»,— го­во­рит мол­дав­ский гос­по­дарь Ва­си­лий Лу­пул. Чтобы до­стать сред­ства на упла­ту дол­гов, свя­ти­тель ре­шил лич­но по­ехать в Моск­ву к ца­рю Ми­ха­и­лу Фе­до­ро­ви­чу и про­сить его о по­мо­щи. По­сле стра­да­ний в тюрь­ме и труд­ных пе­ре­ез­дов через Бал­кан­ские го­ры при­клю­чи­лась в Мол­дав­ской зем­ле бо­лезнь пат­ри­ар­ху, и он дол­жен был здесь оста­но­вить­ся. Боль­ной свя­ти­тель про­жил в Мол­да­вии де­вять лет, не пе­ре­ста­вая за­бо­тить­ся о сво­ей мит­ро­по­лии и от­да­вая свои на­до­рван­ные си­лы на бла­го­устро­е­ние Мол­дав­ской Церк­ви и про­све­ще­ние в Мол­да­вии юно­шей све­том Хри­сто­ва уче­ния.
В 1652 го­ду свя­ти­те­ля Афа­на­сия во вто­рой раз воз­ве­ли на пат­ри­ар­ший Кон­стан­ти­но­поль­ский пре­стол. В это вре­мя тур­ки ве­ли ра­зо­ри­тель­ную для се­бя вой­ну из-за ро­ди­ны пат­ри­ар­ха Афа­на­сия о. Кри­та; ца­ре­град­ская паства бы­ла в боль­шом стра­хе и пе­ча­ли: тур­ка­ми бы­ли уби­ты три ее пат­ри­ар­ха; все цер­ков­ные де­ла бы­ли в за­пу­сте­нии; в пат­ри­ар­шей казне де­нег не бы­ло; вра­ги но­во­го пат­ри­ар­ха про­те­стан­ты ста­ли рас­пус­кать слу­хи, что он весь­ма бла­го­скло­нен к па­пи­стам; мно­гие ка­то­ли­ки и да­же неко­то­рые из пра­во­слав­ных бы­ли в этом уве­ре­ны. Чтобы успо­ко­ить свою пра­во­слав­ную паст­ву, в 1652 г., в день пер­во­вер­хов­ных апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла свя­ти­тель Афа­на­сий в сво­ей пат­ри­ар­шей церк­ви ска­зал та­кую про­по­ведь: «На сем ка­ме­ни, а не на Пет­ре, как го­во­рят неко­то­рые (ка­то­ли­ки), Я со­зи­жду цер­ковь Свою, – го­во­рит Хри­стос, – на ис­по­ве­да­нии Пет­ра, ко­то­рое та­ко­во: Ты еси сын Бо­жий – на нем же, ска­зал Он, – Я и со­зи­жду цер­ковь Свою. – Петр не есть ска­ла, ска­ла – Хри­стос, как об этом го­во­рит ап. Па­вел: Ска­лою же бе Хри­стос. Мы не Пет­ро­слу­жи­те­ли, а Хри­сто­слу­жи­те­ли. И дам те­бе клю­чи Цар­ствия Небес­но­го... Это он ска­зал о бу­ду­щем, что и ис­пол­нил в день Пя­ти­де­сят­ни­цы, по­слав Ду­ха Свя­та­го, не так, что од­но­му бо­лее, а дру­го­му ме­нее, но всем в рав­ной сте­пе­ни; не Пет­ру од­но­му, или ему бо­лее, – ни­как, – но всем рав­но, и Петр ни­че­го не имел боль­ше­го или мень­ше­го по срав­не­нию с дру­ги­ми, но все бы­ли рав­ны».
Все при­сут­ство­вав­шие в церк­ви ура­зу­ме­ли из сей про­по­ве­ди, что пат­ри­арх Афа­на­сий – неустра­ши­мый и непо­ко­ле­би­мый ис­по­вед­ник ве­ры пра­во­слав­ной. Для Ри­ма и ка­то­ли­ков это бы­ло тя­же­лым уда­ром и по­срам­ле­ни­ем. Чтобы ото­мстить вер­но­му стра­жу Во­сточ­ной Хри­сто­вой Церк­ви, они рас­про­стра­ни­ли в Ца­рь­гра­де слух, что пат­ри­арх в сво­ей про­по­ве­ди за­щи­щал па­пу, а иезу­и­ты так хит­ро все это де­ло об­ста­ви­ли, что ис­ти­на от­кры­лась спу­стя две­сти с лиш­ком лет. Вме­сте с тем они по­со­ве­то­ва­ли тур­кам по­тре­бо­вать до­бав­ле­ния с пра­во­слав­но­го пат­ри­ар­ха за его по­став­ле­ние. «И в немно­гих днях, – го­во­рит пат­ри­арх Афа­на­сий, – ста­ли на ме­ня ага­ряне пра­вить нема­лые по­да­ти сул­та­но­вы, на ви­зи­ря и дру­гие по­че­сти; все, что я имел име­ния сво­е­го, роз­дал ба­сур­ма­нам, и еще за­нял с ве­ли­ким ро­стом, и, ви­дя их нена­сыт­ность, при­звал к се­бе ар­хи­ерев и кли­ри­ков и вель­мож, пра­во­слав­ных хри­сти­ан, и пат­ри­ар­ше­ский свой пре­стол во­лею сво­ею от­дал». Свя­ти­тель доб­ро­воль­но от­рек­ся от Все­лен­ско­го сво­е­го пре­сто­ла, со­зна­вая, что си­лы его окон­ча­тель­но сла­бе­ют и он не в со­сто­я­нии уже пра­вить все­лен­скою паст­вою.
Ду­шев­ные и те­лес­ные стра­да­ния на­столь­ко на­до­рва­ли здо­ро­вье свя­ти­те­ля, что он же­лал те­перь толь­ко од­но­го: «в по­кое про­ве­сти оста­ток дней сво­их». Вско­ре по­сле от­ре­че­ния он от­был в Мол­да­вию, где он в пер­вое пре­бы­ва­ние на­чал стро­ить Ни­коль­ский мо­на­стырь в г. Га­ла­це, на­де­ясь най­ти там же­лан­ный по­кой. Но Гос­по­ду угод­но бы­ло ина­че на­пра­вить зем­ной путь свя­ти­те­ля.
В то вре­мя об­ра­зо­вал­ся из бал­кан­ских на­ро­дов: сер­бов, мол­да­ван, вла­хов, гре­ков и др., со­юз с це­лью из­гнать из Ца­рь­гра­да ту­рок и та­ким пу­тем на­все­гда осво­бо­дить Хри­сто­ву Цер­ковь от их ига. К это­му со­ю­зу при­мкну­ли и ма­ло­рос­сы. Со­юз по­ру­чил пат­ри­ар­ху Афа­на­сию по­ехать в Моск­ву и убе­дить рус­ско­го ца­ря Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча встать во гла­ве все­го де­ла и за это вла­деть Ца­рь­гра­дом и всей Гре­ци­ей. Про­зре­вая в сем де­ле пре­ду­ка­за­ние Про­мыс­ла Бо­жия, свя­ти­тель охот­но со­гла­сил­ся на пред­ло­же­ние со­ю­за и по­ехал в Моск­ву.
Тя­жел был путь, но Гос­подь хра­нил си­лы из­бран­ни­ка сво­е­го. Пять ме­ся­цев дли­лось пу­те­ше­ствие до Моск­вы, из ко­то­рых са­мы­ми опас­ны­ми бы­ли март и фев­раль, ко­гда в Ма­ло­рос­сии на­сту­па­ет вес­на, все до­ро­ги ис­пор­че­ны, кро­ме то­го, в то вре­мя Бог­дан Хмель­ниц­кий вел вой­ну с по­ля­ка­ми. 16 ап­ре­ля 1653 г., в суб­бо­ту на Па­схе, пат­ри­арх Афа­на­сий бла­го­по­луч­но при­был в Моск­ву. Его при­ня­ли здесь с по­до­ба­ю­щей че­стью, и он про­жил в Москве до 14 де­каб­ря то­го же го­да. Свя­ти­тель до­стой­но и со всем усер­ди­ем ис­пол­нил взя­тое им на се­бя по­ру­че­ние. «Сам Гос­подь Иисус Хри­стос, Его Пре­чи­стая Ма­терь, все­х­валь­ный свя­ти­тель все­лен­ский Гри­го­рий Бо­го­слов, – убеж­дал пат­ри­арх Афа­на­сий Ца­ря Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча, – по­мо­гут те­бе овла­деть Ца­рь­гра­дом. Го­род сей – сла­ва мир­ская, по­хва­ла все­лен­ной, ца­рям дер­жа­ва, се­ре­ди­на зем­ли, зем­ной рай, сад все­лен­ной, небо укра­ше­но, пи­ща че­ло­ве­че­ская всем при­бе­га­ю­щим меж­ду во­сто­ком и за­па­дом, а во­сток там от­сто­ит от за­па­да все­го на вер­сту. Град сей со­здал пер­вый царь бла­го­че­сти­вый, свя­той рав­ноап­о­столь­ный Кон­стан­тин, он на­ри­ца­ет­ся но­вым Ри­мом. Там долж­но быть гла­ве цер­ков­ной, там долж­но быть и со­бо­рам все­лен­ским, и ве­ли­ко­му ца­рю са­мо­держ­цу и ав­гу­сту. Ва­ше дер­жав­ное Цар­ствие осво­бо­дит Св. Жи­во­тво­ря­щий Гроб Гос­по­день, Бо­го­хо­ди­мую го­ру Си­най, Св. Го­ру Афон: и от­кро­ет­ся то­гда пре­х­валь­ная го­ра Со­фия. По­ра­жа­ет­ся ум че­ло­ве­че­ский кра­со­те и ве­ли­чию ея. И бу­дет в ней про­по­ве­до­вать­ся бла­го­че­стие, и про­сла­вит­ся Св. Тро­и­ца, и воз­двиг­нет­ся на ней Свя­тый Жи­во­тво­ря­щий Крест Гос­по­день. Здесь ты на­ри­ца­ешь­ся ца­рем и са­мо­держ­цем Мос­ков­ским и всея Рос­сии, а овла­дев­ши Ца­рь­гра­дом, ты бу­дешь мо­нар­хом всей все­лен­ной, и по­кло­нят­ся те­бе ко­ро­ли все­го ми­ра. Ныне са­мое при­ят­ное вре­мя ид­ти на осво­бож­де­ние Ца­рь­гра­да. Не опа­сай­ся, му­жай­ся и кре­пись: по­мощ­ни­цы твои непо­бе­ди­мы суть».
Ни­кто, кро­ме гос­по­да­ря Мол­да­вии Ва­си­лия Лу­пу­ла и гет­ма­на Ма­ло­рос­сии Бог­да­на Хмель­ниц­ко­го, не знал, что в Моск­ву при­был к ца­рю хо­да­тай и пе­чаль­ник за Во­сточ­ную страж­ду­щую Хри­сто­ву Цер­ковь. Моск­ви­чи при­ня­ли свя­ти­те­ля как про­си­те­ля ми­ло­сты­ни на ее нуж­ды. Его щед­ро ода­ри­ва­ли на при­е­мах, бо­га­то бла­го­да­ри­ли за слу­же­ние, а ко­гда он объ­явил, что стро­ит в г. Га­ла­це мо­на­стырь и у него нет средств до­кон­чить его, по осо­бым че­ло­бит­ным свя­ти­те­ля ему по­жерт­во­ва­ли на это де­ло мно­го де­нег и ма­те­ри­а­лов, и свя­щен­ных пред­ме­тов.
За то знат­ный ни­щий воз­дал Москве от бо­гатств ума и серд­ца сво­е­го: он ука­зал Москве пу­ти к све­ту и зна­нию, сам при­нял уча­стие в бла­го­устро­е­нии рус­ско­го бо­го­слу­же­ния цер­ков­но­го и по­мог цар­ской се­мье в огор­че­нии ее си­лою мо­лит­вы сво­ей о да­ро­ва­нии на­след­ни­ка пре­сто­лу.
Убеж­де­ния свя­ти­те­ля име­ли над­ле­жа­щее воз­дей­ствие, но за­вер­ше­нию де­ла, на ко­то­рое звал и бла­го­сло­вил рус­ско­го ца­ря свя­ти­тель, по­ме­ша­ла вой­на, на­чав­ша­я­ся в это вре­мя меж­ду Рос­си­ей и Поль­шей из-за Ма­ло­рос­сии.
На воз­врат­ном пу­ти пат­ри­арх Афа­на­сий вре­мен­но оста­но­вил­ся в Луб­нах, глав­ном го­ро­де Ле­во­бе­реж­ной Укра­и­ны. Ко­гда он подъ­ез­жал к Лу­бен­ско­му мо­на­сты­рю (фев­раль 1654 г.), игу­мен о. Пет­ро­ний с бра­ти­ею по чи­ну, в свя­щен­ных ри­зах, его встре­ти­ли. Ко­гда о. игу­мен по­до­шел к нему под бла­го­сло­ве­ние, свя­тей­ший пат­ри­арх из­рек ему: «Же­ла­ет ду­ша моя в сем мо­на­сты­ре греш­ное мое те­ло по­греб­сти». Пред­ре­че­ние свя­ти­те­ля о сво­ей кон­чине ис­пол­ни­лось через ме­сяц его пре­бы­ва­ния в мо­на­сты­ре. От тя­же­ло­го до­рож­но­го пу­ти рас­тре­во­жи­лись ра­ны, по­лу­чен­ные пат­ри­ар­хом еще в фес­са­ло­ни­кий­ской тюрь­ме, те­ло его опух­ло, и он скон­чал­ся 5 ап­ре­ля, в сре­ду, на Фо­ми­ной неде­ле «яко му­че­ник, яко свя­ти­тель, пре­по­да­вая бла­го­сло­ве­ние всем хри­сти­а­нам, ко­их за жизнь еще свою бла­го­слов­лял». Игу­мен, бра­тия мо­на­сты­ря и сви­та пат­ри­ар­ха по­греб­ли его в хра­ме Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня под ам­во­ном, пе­ред цар­ски­ми вра­та­ми, в си­дя­чем по­ло­же­нии, как при­ня­то по­гре­бать во­сточ­ных пат­ри­ар­хов. На него бы­ло на­де­то все ар­хи­ерей­ское об­ла­че­ние, а в ру­ку вло­жен по­сох; его по­са­ди­ли в крес­ла и с крес­ла­ми, си­дя­че­го, вло­жи­ли в ка­мен­ную гроб­ни­цу. На гроб­ни­це при­сут­ство­вав­шие при по­гре­бе­нии сде­ла­ли та­кую над­пись: «Сын! Ес­ли ты по­чти­те­лен, не про­хо­ди ми­мо от­ца без по­кло­на: он был чут­ким, от­зыв­чи­вым на люд­ское го­ре пас­ты­рем апо­столь­ско­го тро­на и по смер­ти сво­ей мо­лит­ся за паст­ву свою пред Пас­ты­рем пас­ты­рей – Хри­стом». И уста­ми над­пи­са­те­лей го­во­ри­ла са­ма ис­ти­на: доб­ро­та, ми­ло­сер­дие, бла­го­де­я­ния и бла­го­тво­ре­ния, снис­хо­ди­тель­ность к немо­щам и недо­стат­кам че­ло­ве­че­ским, – как го­во­рят за­пи­си совре­мен­ни­ков, – бы­ли в очах свя­ти­те­ля те­ми вы­со­ки­ми доб­ро­де­те­ля­ми, ко­то­рые он одоб­рял в дру­гих лю­дях, неиз­мен­но про­яв­лял и сам в счаст­ли­вые и пе­чаль­ные дни сво­ей зем­ной жиз­ни.
По­чив­ше­го свя­ти­те­ля Гос­подь бла­го­во­лил про­сла­вить нетле­ни­ем и чу­де­са­ми. В 1662 г. Газ­ский мит­ро­по­лит Па­и­сий Ли­га­рид, про­ез­жая через г. Луб­ны, про­сил по­ка­зать ему гроб­ни­цу свя­ти­те­ля. Нетлен­ные остан­ки его бы­ли из­не­се­ны из-под спу­да... «Ко­гда с бла­го­сло­ве­ния Ки­ев­ско­го мит­ро­по­ли­та от­кры­ли гроб­ни­цу, на­пол­ни­лась цер­ковь бла­го­во­ния, и об­ре­ли свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха те­ло це­ло, толь­ко у пра­вой ру­ки, ко­то­рой он дер­жал по­сох, паль­цев двух или трех нет. Свя­щен­ная одеж­да, что бы­ла на свя­ти­те­ле, с те­ла его спа­ла и ис­тле­ла, на чем си­дел он, крес­ла сгни­ли, це­лы­ми об­ре­ли толь­ко па­ли­цу да по­сох». На мо­щи свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха на­де­ли но­вые ри­зы и по­ло­жи­ли в церк­ви Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня сна­ру­жи. В озна­ме­но­ва­ние чу­дес, быв­ших до от­кры­тия чест­ных мо­щей и при от­кры­тии их, на но­вой гроб­ни­це то­гда же бы­ла сде­ла­на та­кая над­пись: "Все­мо­гу­щий и Непо­сти­жи­мый Бог по­чи­ва­ю­ща­го Cвя­тей­ша­го Пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го АФАНАСИЯ про­сла­вить бла­го­во­лил чу­до­тво­рень­ми пло­тию неис­тлен­на и бла­го­да­ти пре­ис­пол­не­на во дни Бла­го­че­сти­вей­ша­го Го­су­да­ря, Ца­ря, Ве­ли­ка­го Кня­зя Алек­сия Ми­хай­ло­ви­ча".

С тех пор нетлен­ные мо­щи свя­тей­ше­го кон­стан­ти­но­поль­ско­го пат­ри­ар­ха Афа­на­сия ста­ли пред­ме­том по­чи­та­ния и по­кло­не­ния ве­ру­ю­щих всей пра­во­слав­ной Ру­си. Дра­го­цен­ное со­кро­ви­ще, вы­ну­тое из-под спу­да, не ис­тлев­шее под зем­лею, ока­за­лось вме­сте с тем це­леб­ным ис­точ­ни­ком для всех страж­ду­щих. Ми­ло­сер­дый и люб­ве­обиль­ный при жиз­ни сво­ей, свя­ти­тель не остав­ля­ет сво­ею по­мо­щью все­лен­скую паст­ву и по смер­ти сво­ей. Яв­ля­ясь мно­гим в ви­де­ни­ях, он бла­го­слов­ля­ет, на­став­ля­ет и вра­чу­ет вер­ных сы­нов Хри­сто­вой церк­ви, с нели­це­мер­ною и усерд­ною мо­лит­вою к нему при­те­ка­ю­щих.

Вот что пи­шет быв­ший игу­мен Лу­бен­ско­го мо­на­сты­ря, ныне про­слав­лен­ный свя­ти­тель Бел­го­род­ский Иоасаф, о сво­ем ви­де­нии и бе­се­де во вре­мя се­го ви­де­ния со свя­ти­те­лем Афа­на­си­ем: "1740 г. ок­тяб­ря 26 я ви­дел та­кой сон: ви­дел­ся свя­ти­тель Хри­стов Афа­на­сий хо­дя­щим близ сво­ей ра­ки в пол­ном об­ла­че­нии, ко­то­ро­го я про­во­жал под ру­ку. По­сле это­го он сно­ва воз­лег в свою ра­ку, а я, греш­ный, оправ­лял его в ней и на­чал го­во­рить та­кие сло­ва: "Свя­тей­ший пат­ри­арх, же­лаю я Ва­ше­му Свя­тей­ше­ству день праздн­ствен­ный уста­вить и по­дал об этом про­ше­ние прео­свя­щен­но­му Ра­фа­и­лу" (что, дей­стви­тель­но, так и бы­ло). На это Свя­тей­ший во­про­сил: «А что же?» Я от­ве­тил ему, что прео­свя­щен­ный ска­зал, что нель­зя это­го сде­лать, по­то­му что об этом на­до пи­сать в Си­нод и на­до по­ка­зать его чу­де­са. То­гда свя­ти­тель ска­зал: «О, да, бы­ва­ют здесь из Моск­вы...». Я сно­ва стал ему го­во­рить: «Свя­тей­ший пат­ри­арх, на­ка­жи ме­ня при жиз­ни мо­ей за гре­хи мои». А он го­во­рит: «Ведь я уже на­ка­зал; раз­ве еще на­ка­зать? Доб­ре, доб­ре». По­том по­ло­жил на греш­ной мо­ей го­ло­ве ру­ки и ска­зал: «Да бла­го­сло­вит тя Гос­подь от Си­о­на, жи­вый во Иеру­са­ли­ме...», на чем я и проснул­ся. 1741 г., мар­та 1 дня, ко­гда я немно­го днем за­снул, ви­де­лось мне, что в церк­ви св. Со­фии Ки­ев­ской я слу­жу па­ни­хи­ду с прео­свя­щен­ным Ра­фа­и­лом. Ко­гда я со­вер­шал каж­де­ние церк­ви, при каж­де­нии гор­ня­го ме­ста, с пра­вой сто­ро­ны сно­ва явил­ся свя­ти­тель Афа­на­сий, иже в Мга­ре, в сво­ей ра­ке, свя­тые мо­щи ко­е­го я с ужа­сом ве­ли­ким по­ки­дал; он же про­стер свою ру­ку, взял ме­ня за ру­ку креп­ко, я же на­чал во­пи­ять: «Свя­тей­ший пат­ри­арх, мо­ли Бо­га о мне, греш­ном, да не от­вер­жет ме­ня Гос­подь!» А он ска­зал: «От­вер­жет, от­вер­жет», и при­со­во­ку­пил та­кие сло­ва: «яко же лю­бит мя Отец, та­ко лю­бит тя Сын...». Вме­сте с этим я проснул­ся".
Через три го­да по­сле опи­сан­ных ви­де­ний свя­ти­те­ля Иоаса­фа в ле­то­пи­си Лу­бен­ско­го мо­на­сты­ря опи­са­но та­кое чу­дес­ное со­бы­тие при мо­щах свя­ти­те­ля Афа­на­сия. «В 1745 го­ду 14 мар­та, в чет­верг тре­тьей неде­ли Ве­ли­ко­го по­ста, – го­во­рит ли­цо, ис­пы­тав­шее на се­бе си­лу бла­го­дат­ной по­мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия, – с ран­не­го утра у ме­ня раз­бо­ле­лась го­ло­ва, чув­ство­ва­лось боль­шое недо­мо­га­ние во всем те­ле, и кло­ни­ло ко сну. Я лег и за­снул. Во сне мне пред­ста­ви­лось, что я стою в боль­шой бла­го­укра­шен­ной церк­ви и слу­шаю пе­ние. Вдруг чу­дит­ся мне, что цер­ковь ру­шит­ся и по­гре­ба­ет ме­ня под сво­и­ми раз­ва­ли­на­ми. От ис­пу­га я за­кри­чал нече­ло­ве­че­ским го­ло­сом и проснул­ся. Опра­вив­шись, я хо­тел за­го­во­рить с окру­жа­ю­щи­ми, но язык от­ка­зал­ся мне по­ви­но­вать­ся, и я не мог про­из­не­сти ни сло­ва. Так про­шло ча­са три, по­сле че­го ко мне сно­ва вер­нул­ся дар сло­ва, и я го­во­рил до са­мо­го ве­че­ра. К ве­че­ру я окон­ча­тель­но успо­ко­ил­ся, пред­по­ла­гая, что бо­лезнь моя окон­ча­тель­но про­хо­дит, и, до­воль­ный ее ис­хо­дом, я на ночь креп­ко за­снул. Моя ра­дость бы­ла преж­девре­мен­ной. Ко­гда я ра­но в пят­ни­цу проснул­ся, ока­за­лось, что бо­лезнь моя не толь­ко не про­шла, а зна­чи­тель­но уси­ли­лась: я окон­ча­тель­но ли­шил­ся да­ра сло­ва и не мог про­из­не­сти ни зву­ка. В суб­бо­ту с утра на­ча­ли ме­ня ле­чить: пу­сти­ли кровь, да­ли ка­пель для пи­тья и по­лос­ка­нье для гор­ла. Кап­ли я пил, гор­тань по­лос­кал, но об­лег­че­нья ни­ка­ко­го не чув­ство­вал, а, по­ми­мо то­го, у ме­ня уси­ли­лись и го­лов­ные бо­ли.
Ви­дя бес­по­лез­ность ле­че­ния и за­ме­чая, что бо­ли уси­ли­ва­ют­ся, я оста­вил свои ле­кар­ства и ре­шил по­мо­лить­ся у ра­ки свя­ти­те­ля Бо­жия Афа­на­сия, упо­вая при ней несум­ни­тель­но по­лу­чить ис­це­ле­ние сво­е­му язы­ку. О сво­ем на­ме­ре­нии на бу­ма­ге я со­об­щил сво­им то­ва­ри­щам. Они ме­ня одоб­ри­ли и ста­ли то­ро­пить ис­пол­нить обет, вы­звав­шись про­во­дить ме­ня до мо­на­сты­ря. С та­ким на­ме­ре­ни­ем я за­снул в ночь с суб­бо­ты на вос­кре­се­нье. И вот ви­дит­ся мне сон: под­хо­дит ко мне в свет­лой одеж­де ста­рец, в ру­ке у него чуд­ный цве­ток с крас­ны­ми яго­да­ми; он да­ет мне этот цве­ток и го­во­рит: «При­ми сей от ру­ки мо­ей цвет и со­хра­ни у се­бя, има­ши бо се­го дне по­сле от­прав­ле­ния Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии сне­сти его».
Про­бу­див­шись от сна, я со­брал свое ле­кар­ство, по­вы­бра­сы­вал на двор и стал со­би­рать­ся в Лу­бен­ский мо­на­стырь на по­кло­не­ние угод­ни­ку Бо­жию, свя­ти­те­лю Хри­сто­ву Афа­на­сию. От од­но­го это­го на­ме­ре­ния пре­кра­ти­лись мои го­лов­ные бо­ли. Но на­ме­ре­ни­ям мо­им не суж­де­но бы­ло осу­ще­ствить­ся тот­час. Глав­ный пи­сарь на­ше­го Лу­бен­ско­го пол­ка Афа­на­сий Шкля­ре­вич при­ка­зал, чтобы я в тот день ни­ку­да не от­лу­чал­ся, а до­жи­дал­ся ап­те­ка­ря Пет­ра Нейдгар­да. Он дол­жен был прид­ти и пу­стить мне кровь из-под язы­ка. При­каз ме­ня весь­ма огор­чил, и с воз­об­но­вив­ши­ми­ся го­лов­ны­ми бо­ля­ми я стал до­жи­дать­ся при­хо­да ап­те­ка­ря. Ап­те­карь не при­хо­дил дол­го, а бо­ли мои все уси­ли­ва­лись. То­гда я ре­шил ослу­шать­ся ко­ман­ди­ра и тай­но ушел в мо­на­стырь, где ме­ня жда­ли уже мои то­ва­ри­щи. И в оном мо­на­сты­ре, в хра­ме Бла­го­ве­ще­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, на Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии, пред мо­ща­ми угод­ни­ка Бо­жия, свя­ти­те­ля Хри­сто­ва Афа­на­сия и пред ико­ною Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы я со вся­ким усер­ди­ем по­кло­нял­ся, ло­бы­зал их и при­леж­но про­сил раз­ре­ше­ния язы­ку мо­е­му. И по от­пус­ке Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии по­шел я в еди­ну кел­лию и то­гда, по­го­дя с пол­ча­са или немно­го мень­ше, по­мо­щию Угод­ни­ка Бо­жия, свя­ти­те­ля Хри­сто­ва Афа­на­сия, стал го­во­рить. Это мое ис­це­ле­ние от немо­ты как я, так и все при­сут­ство­вав­шие при­зна­ли за знат­ней­шее чу­до. Я же, воз­дав угод­ни­ку Бо­жию, свя­ти­те­лю Хри­сто­ву Афа­на­сию, по­хваль­ное бла­го­да­ре­ние, про­шу, да бу­дет о сем всем из­вест­но. – Ко­пи­ист пол­ко­вой Лу­бен­ской кан­це­ля­рии, сын ка­за­ка Глин­ской сот­ни, жи­те­ля г. Глин­ска Сте­фа­на Га­ли­чи­на, Гав­ри­ло Га­ли­чин».
25 мая 1813 г. при мо­щах свя­ти­те­ля Афа­на­сия по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние при­быв­шая из Моск­вы кня­ги­ня Вол­кон­ская. Она бы­ла убеж­де­на при­е­хать в Луб­ны трое­крат­ным по­ве­ле­ни­ем, слы­шан­ным ею во сне, и ви­де­ни­ем оби­те­ли, сто­я­щей на го­ре, в ко­ей она ви­де­ла си­дя­ще­го свя­ти­те­ля. Род­ствен­ни­ки ее, Ва­силь­чи­ко­вы и Та­ти­ще­вы, рас­ска­за­ли ей о свя­ти­те­ле Афа­на­сии, по­чи­ва­ю­щем в та­ком по­ло­же­нии в Лу­бен­ской оби­те­ли. Кня­ги­ня по­спе­ши­ла в Луб­ны. В цер­ковь она бы­ла при­не­се­на на ков­ре и по­ло­же­на при мо­щах свя­ти­те­ля. Так она про­слу­ша­ла ли­тур­гию и мо­ле­бен и бы­ла от­не­се­на в го­сти­ни­цу. В тот же ве­чер, как толь­ко она услы­ша­ла бла­го­вест к ве­черне, она са­ма под­ня­лась со сво­е­го од­ра и, к все­об­ще­му изум­ле­нию всех бо­го­моль­цев, са­ма при­шла в цер­ковь. О трое­крат­ном ви­де­нии свя­ти­те­ля и при­зы­ве его она са­ма рас­ска­за­ла игу­ме­ну Са­му­и­лу и про­чей бра­тии.
В сле­ду­ю­щем го­ду бы­ло та­кое ис­це­ле­ние при ра­ке свя­ти­те­ля Афа­на­сия. Че­ло­век, пре­да­вав­ший­ся от юно­сти всем сво­им стра­стям и уже по­чти до­шед­ший до ум­ствен­но­го по­ме­ша­тель­ства, по­чув­ство­вал, на­ко­нец, нуж­ду в по­ка­я­нии и ре­шил­ся ид­ти на бо­го­мо­лье в Ки­ев. По до­ро­ге за­шел он с бра­том сво­им в Луб­ны и там во вре­мя ли­тур­гии, ко­то­рой преж­де не мог слу­шать по ду­шев­но­му рас­строй­ству, об­ра­тил­ся мо­лит­вен­но к свя­ти­те­лю Афа­на­сию, и вне­зап­но ис­це­ли­лась его ду­шев­ная бо­лезнь. При­пав­ши к мо­щам свя­ти­те­ля, он це­ло­вал их со сле­за­ми рас­ка­я­ния, и в ту ми­ну­ту ему пред­ста­ви­лось, что сам свя­ти­тель, как бы жи­вой, пред ним си­дит, и ли­цо его, как ли­цо Ан­ге­ла Бо­жия.
В 90-х го­дах ми­нув­ше­го сто­ле­тия в г. Анане, в се­мье ко­мен­дан­та кре­по­сти гвар­дии пол­ков­ни­ка Ива­на Мат­ве­е­ви­ча Ар­га­ма­ко­ва и же­ны его Олим­пи­а­ды Алек­се­ев­ны Оль­шев­ской, яв­ле­ни­ем свя­ти­те­ля Афа­на­сия был ис­це­лен ма­ло­лет­ний сын ее Ар­ка­дий. Ре­бен­ку шел ше­стой год, и он за­бо­лел тяж­кой фор­мой из­ну­ри­тель­ной ли­хо­рад­ки. Ле­чи­ли его луч­шие док­то­ра, об­ра­ща­лись к мест­ным уро­жен­цам, поль­зо­вав­шим тра­ва­ми, вы­пи­сы­ва­ли спе­ци­а­ли­стов, про­фес­со­ров по дет­ским бо­лез­ням, – все на­прас­но, дни ма­лют­ки бы­ли со­чте­ны. И вот мать, двое су­ток про­сто­яв­шая у по­сте­ли уми­ра­ю­ще­го един­ствен­но­го сы­на, в страш­ной скор­би и от­ча­я­нии вдруг вспом­ни­ла о свя­ти­те­ле Афа­на­сии Лу­бен­ском. Бро­си­лась она на ко­ле­ни и в го­ря­чей мо­лит­ве к свя­ти­те­лю про­си­ла об ис­це­ле­нии бо­ля­ще­го Ар­ка­дия. Вне­зап­но она уви­де­ла свя­ти­те­ля и услы­ша­ла его го­лос: «Сын твой бу­дет здо­ров, и сле­да бо­лез­ни не оста­нет­ся». Дей­стви­тель­но, к утру ре­бе­нок уснул, и си­лы его ста­ли вос­ста­нав­ли­вать­ся с каж­дым днем. Ли­хо­рад­кой он по­том во всю жизнь свою ни­ко­гда не бо­лел. Впо­след­ствии, со­стоя в во­ен­ной служ­бе в чине пол­ков­ни­ка, Ар­ка­дий Ива­но­вич Ар­га­ма­ков все­гда имел при се­бе об­раз свя­ти­те­ля Афа­на­сия, со­вер­шил так­же по­езд­ку в Луб­ны на по­кло­не­ние обла­го­де­тель­ство­вав­ше­му его свя­ти­те­лю.
Мно­го и дру­гих чу­дес со­вер­ши­лось при чест­ных мо­щах свя­ти­те­ля Хри­сто­ва Афа­на­сия, о ко­то­рых здесь не упо­мя­ну­то. Но и при­ве­ден­ных до­ста­точ­но для то­го, чтобы ви­деть, как про­слав­ля­ет Гос­подь из­бран­ных сво­их и как люб­ве­обиль­ный пас­тырь апо­столь­ско­го тро­на и по смер­ти сво­ей ми­ло­серд­ству­ет ча­дам церк­ви Хри­сто­вой, с чи­стою и нели­це­мер­ною ве­рою при­па­да­ю­щим к це­леб­ным его мо­щам.
В 60-х гг. 19 ве­ка бы­ло со­став­ле­но жи­тие свя­ти­те­ля Афа­на­сия с опи­са­ни­ем чу­дес, со­вер­шив­ших­ся при его мо­щах. В 1901 г., при епи­ско­пе Пол­тав­ском Иоанне, в Си­но­даль­ной ти­по­гра­фии бы­ла от­пе­ча­та­на «Служ­ба иже во свя­тых от­цу на­ше­му Афа­на­сию, пат­ри­ар­ху Кон­стан­ти­но­поль­ско­му, Лу­бен­ско­му чу­до­твор­цу».
В 1936 г., ко­гда без­бож­ны­ми вла­стя­ми про­из­во­ди­лось вскры­тие свя­тых мо­щей, в то­гдаш­нюю сто­ли­цу Укра­и­ны, г. Харь­ков, бы­ли при­ве­зе­ны в чис­ле дру­гих и свя­тые мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия. Из опа­се­ния ослож­не­ния меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний, т.к. свя­ти­тель Афа­на­сий по про­ис­хож­де­нию был грек, и по уни­каль­но­сти его свя­тых мо­щей вла­сти не ре­ши­лись их уни­что­жить. Та­ким об­ра­зом, бла­го­да­ря Все­про­мыс­ли­тель­ной Во­ле Бо­жи­ей, свя­тые мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия со­хра­ни­лись невре­ди­мы­ми в Харь­ков­ском го­род­ском ис­то­ри­че­ском му­зее.
Во вре­мя Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны, в 1943 г., был вновь от­крыт Харь­ков­ский Бла­го­ве­щен­ский ка­фед­раль­ный со­бор, ку­да бы­ли пе­ре­не­се­ны свя­тые мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия и свя­ти­те­ля Ме­ле­тия, ар­хи­епи­ско­па Харь­ков­ско­го (па­мять 12/25 фев­ра­ля). С тех пор и по на­сто­я­щее вре­мя свя­тые мо­щи свя­ти­те­ля Афа­на­сия от­кры­то по­чи­ва­ют в осо­бо устро­ен­ной ра­ке в пра­вом при­де­ле со­бо­ра, где еже­не­дель­но по чет­вер­гам со­вер­ша­ет­ся осо­бое ве­чер­нее бо­го­слу­же­ние с чте­ни­ем ака­фи­ста свя­ти­те­лю Афа­на­сию на­рас­пев.
Мы твер­до ве­рим, что по мо­лит­вам свя­ти­те­ля Афа­на­сия и свя­ти­те­ля Ме­ле­тия Все­ми­ло­сти­вый Гос­подь со­хра­ня­ет град наш Харь­ков и весь на­род зем­ли Сло­бо­жан­ской от вся­ких бед и на­па­стей. Осо­бое Бо­жие бла­го­во­ле­ние, ве­рим, по мо­лит­вам свя­тых угод­ни­ков зем­ли на­шей про­яви­лось 2 июня 1997 го­да, ко­гда чья-то зло­че­сти­вая ру­ка учи­ни­ла по­жар на ко­ло­кольне со­бо­ра с рас­че­том, что ог­нен­ная сти­хия уни­что­жит весь со­бор. Но дес­ни­ца Бо­жия на гла­зах у все­го на­ро­да от­ве­ла объ­ятый пла­ме­нем па­да­ю­щий верх­ний ярус ко­ло­коль­ни в сто­ро­ну от со­бо­ра. Та­ким об­ра­зом был со­хра­нен Свя­то-Бла­го­ве­щен­ский ка­фед­раль­ный со­бор и мо­щи свя­тых угод­ни­ков, в нем по­чи­ва­ю­щие.
Сла­ва Все­ми­ло­сти­во­му Гос­по­ду и бла­го­да­ре­ние Его свя­тым угод­ни­кам за про­яв­лен­ную неиз­ре­чен­ную ми­лость к нам и на­шей бла­го­дат­ной свя­тыне.

Иное жизнеописание святителя Афанасия III Пателария, патриарха Константинопольского

Свя­ти­тель Афа­на­сий III Па­те­ла­рий, пат­ри­арх Ца­ре­град­ский, Лу­бен­ский чу­до­тво­рец, в ми­ру Алек­сий, ро­дил­ся в 1560 го­ду на ост­ро­ве Крит, в се­мье бла­го­че­сти­во­го гре­ка Па­те­ла­рия. Несмот­ря на об­ра­зо­ван­ность и из­вест­ность в об­ще­стве, Алек­сия влек­ла жизнь хри­сти­ан­ских по­движ­ни­ков. По­сле смер­ти от­ца он по­стриг­ся в ря­со­фор с име­нем Ана­ния в од­ном из Со­лун­ских мо­на­сты­рей, от­ку­да поз­же ушел в мо­на­стырь Ес­фиг­мен на Афоне, где нес по­слу­ша­ние в тра­пез­ной. С Афо­на он пред­при­нял пу­те­ше­ствие в па­ле­стин­ские оби­те­ли и в од­ной из них при­нял ино­че­ское по­стри­же­ние с име­нем Афа­на­сий. По воз­вра­ще­нии в Со­лунь он был по­став­лен во пре­сви­те­ра и рас­про­стра­нял Хри­сто­во уче­ние сре­ди ва­ла­хов и мол­да­ван, для ко­то­рых пе­ре­вел Псал­тирь с гре­че­ско­го на их род­ной язык. Из­ред­ка свя­ти­тель ухо­дил на Афон­скую Го­ру для мо­лит­вен­но­го уеди­не­ния и Бо­жи­его бла­го­сло­ве­ния на пас­тыр­ские тру­ды. Свя­тость его жиз­ни при­вле­ка­ла мно­же­ство хри­сти­ан, же­лав­ших ви­деть ис­тин­но­го про­по­вед­ни­ка пра­во­слав­ной Хри­сто­вой ве­ры.

Сво­и­ми неза­у­ряд­ны­ми спо­соб­но­стя­ми и ду­хов­ны­ми да­ро­ва­ни­я­ми он при­влек вни­ма­ние пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го Ки­рил­ла I (Лу­ка­ри­са) (1621–1623), ко­то­рый, при­звав по­движ­ни­ка, на­зна­чил про­по­вед­ни­ком при пат­ри­ар­шей ка­фед­ре. Вско­ре свя­той Афа­на­сий был воз­ве­ден в сан епи­ско­па и по­став­лен мит­ро­по­ли­том Со­лун­ской Церк­ви.

В это вре­мя пат­ри­арх Ки­рилл I (Лу­ка­рис) был окле­ве­тан пе­ред сул­та­ном и за­то­чен на ост­ро­ве Те­не­дос, а свя­ти­тель Афа­на­сий из­бран на пат­ри­ар­ший пре­стол 25 мар­та 1634 го­да, в день Бла­го­ве­ще­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы.

На­хо­дясь на пер­во­свя­ти­тель­ской ка­фед­ре, пат­ри­арх Афа­на­сий вел неустан­ную борь­бу за пра­во­сла­вие про­тив ере­ти­ков, иезу­и­тов и му­суль­ман. Про­быв на пат­ри­ар­шем пре­сто­ле око­ло 40 дней, про­ис­ка­ми вра­гов пра­во­сла­вия он был низ­ве­ден, а на ка­фед­ру воз­вра­щен Ки­рилл I (Лу­ка­рис). Свя­ти­тель от­пра­вил­ся на Афон, где неко­то­рое вре­мя под­ви­зал­ся в уеди­не­нии. За­тем он вновь был воз­ве­ден на пат­ри­ар­ше­ство, но через год был низ­ло­жен, по­сле че­го воз­вра­тил­ся в го­род Со­лунь и не пре­ры­вал свя­зи с Афо­ном. Вви­ду нестер­пи­мых го­не­ний му­суль­ма­на­ми пра­во­слав­ных хри­сти­ан свя­ти­те­лю Афа­на­сию при­хо­ди­лось неод­но­крат­но по­сы­лать (с 1633 по 1643 гг.) про­ше­ния рус­ско­му ца­рю Ми­ха­и­лу Фе­о­до­ро­ви­чу (1613–1645) о да­ро­ва­нии ми­ло­сты­ни бед­ству­ю­щей Кон­стан­ти­но­поль­ской Церк­ви.

Ко­гда пре­бы­ва­ние в Со­лу­ни ста­ло для свя­ти­те­ля невоз­мож­ным, он вы­нуж­ден был уехать в Мол­да­вию под за­щи­ту гос­по­да­ря Ва­си­лия Лу­ку­ла и по­се­лить­ся там в оби­те­ли свя­ти­те­ля Ни­ко­лая близ Га­ла­ца. И здесь он по­сто­ян­но об­ра­щал свой взор к Афон­ской Го­ре, ча­сто по­се­щал ее и на­де­ял­ся там окон­чить свою жизнь. Од­на­ко Про­мы­сел Бо­жий су­дил ина­че.

В 1652 го­ду свя­ти­тель Афа­на­сий по­сле му­че­ни­че­ской кон­чи­ны пат­ри­ар­ха Ки­рил­ла I (Лу­ка­ри­са) вновь был воз­ве­ден на Все­лен­скую ка­фед­ру, но про­был на ней все­го 15 дней, так как му­суль­ма­нам и ка­то­ли­кам не нра­вил­ся этот про­по­вед­ник пра­во­слав­ной Хри­сто­вой ве­ры. Во вре­мя сво­е­го по­след­не­го пат­ри­ар­ше­го слу­же­ния он про­из­нес про­по­ведь, в ко­то­рой об­ли­чил пап­ские при­тя­за­ния на гла­вен­ство во Все­лен­ской Церк­ви и мни­мое апо­столь­ское пре­ем­ство. Пре­сле­ду­е­мый му­суль­ма­на­ми и иезу­и­та­ми, физи­че­ски осла­бев­ший, он пе­ре­дал управ­ле­ние Кон­стан­ти­но­поль­ской Цер­ко­вью мит­ро­по­ли­ту Лаврий­ско­му Па­и­сию и уда­лил­ся в Мол­да­вию, где по­лу­чил от гос­по­да­ря в управ­ле­ние мо­на­стырь свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в го­ро­де Га­ла­це. Зная глу­бо­кую ве­ру и от­зыв­чи­вость рус­ско­го на­ро­да, свя­ти­тель Афа­на­сий пред­при­нял пу­те­ше­ствие в Рос­сию. В ап­ре­ле 1653 го­да он был с боль­ши­ми по­че­стя­ми встре­чен в Москве пат­ри­ар­хом Ни­ко­ном (1652–1658) и ца­рем Алек­се­ем Ми­хай­ло­ви­чем. По­лу­чив ще­д­рую ми­ло­сты­ню на нуж­ды мо­на­сты­ря, в де­каб­ре 1653 го­да пат­ри­арх Афа­на­сий отъ­е­хал в Га­лац. В пу­ти он за­бо­лел и оста­но­вил­ся в Пре­об­ра­жен­ском Мгар­ском мо­на­сты­ре го­ро­да Луб­ны в фев­ра­ле 1654 го­да. Пред­чув­ствуя ско­рую кон­чи­ну, свя­ти­тель со­ста­вил за­ве­ща­ние и 5 ап­ре­ля ото­шел к Бо­гу. По­гре­бе­ние пат­ри­ар­ха со­вер­ши­ли игу­мен Пет­ро­ний с бра­ти­ей оби­те­ли. По гре­че­ско­му обы­чаю свя­ти­тель был по­гре­бен в си­дя­чем по­ло­же­нии. 1 фев­ра­ля 1662 го­да свя­ти­тель Афа­на­сий был про­слав­лен в ли­ке свя­тых и бы­ло уста­нов­ле­но празд­но­ва­ние 2 мая, в день па­мя­ти со­имен­но­го ему свя­ти­те­ля Афа­на­сия Ве­ли­ко­го.

Мо­щи свя­то­го пат­ри­ар­ха Афа­на­сия, про­слав­лен­ные мно­го­чис­лен­ны­ми чу­де­са­ми и зна­ме­ни­я­ми, по­ко­ят­ся в го­ро­де Харь­ко­ве, в Бла­го­ве­щен­ском ка­фед­раль­ном хра­ме.