Канон святым мученицам Агапии, Ирине и Хионии

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 29 апреля (16 апреля ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Пои́м Го́сподеви, прове́дшему лю́ди Своя́ сквозе́ Чермно́е мо́ре, я́ко Еди́н сла́вно просла́вися.

Благода́ть мне́ с небесе́, му́ченицы Госпо́дни, исхода́таите, ва́ше восхваля́ющему на земли́ светоно́сное торжество́.

Расто́ргше пристра́стие плотски́х соу́з Боже́ственным Ду́хом, Христу́ де́вы связа́шася любо́вию Богоразу́мною.

Напра́вил еси́ ко приста́нищем, Спа́се, небе́сным де́вы Твоя́, проше́дшия немо́кренно му́к непостоя́нную пучи́ну.

Делесы́ чи́стыми от Де́вы Отрокови́цы возсия́вшему Сло́ву угоди́вше де́вы, Си́м веселя́тся.

Богоро́дичен: Ражда́еши несказа́нно, Его́же Оте́ц неизрече́нно роди́, и сосцы́ пита́еши вся́ческая пита́ющаго, Влады́чице.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Ты́ еси́ утвержде́ние притека́ющих к Тебе́, Го́споди, Ты́ еси́ Све́т омраче́нных, и пое́т Тя́ ду́х мо́й.

Ту́чами Боже́ственнаго Ду́ха напая́еми кла́сы му́ченическия, боже́ственным де́ланием де́вы процвето́ша.

Па́че ви́димых неви́димая возлю́бльше, ви́димыя и неви́димыя враги́ побори́сте.

Огня́ не ужасо́стеся, разгара́еми Ду́ха боже́ственным огне́м, те́мже исцеле́ний боже́ственную ро́су источа́ете.

Богоро́дичен: Расто́ргни прегреше́ний мои́х лю́тое рукописа́ние, Влады́чице, Я́же у́зы разре́шшая а́довы безсе́менным рождество́м Твои́м.

Седа́лен, гла́с 8.

Уневе́стившеся Го́сподеви боголе́пно, я́коже да́р кро́вь и заколе́ние Тому́ принесо́сте, страстоно́сицы отрокови́цы, и черто́г Боже́ственный досто́йно улучи́сте, просвеще́ния неизрече́ннаго непреста́нно исполня́емы. Те́мже, святу́ю и честну́ю ва́шу па́мять творя́ще духо́вно, Спа́са прославля́ем и ве́рно взыва́ем: моли́те Христа́ Бо́га грехо́в оставле́ние пода́ти чту́щим любо́вию святу́ю па́мять ва́шу.

Сла́ва, и ны́не, богоро́дичен: Прему́дрость и Сло́во в Твое́м чре́ве заче́нши неопа́льно, Ма́ти Бо́жия, ми́рови родила́ еси́ ми́р Содержа́щаго и во объя́тиих понесла́ еси́ вся́ Нося́щаго, Пита́теля все́х и Творца́ тва́ри. Те́мже молю́ Тя, Всесвята́я Деви́це, и ве́рно сла́влю Тя́, изба́витися ми́ от прегреше́ний, и в де́нь Суда́, егда́ предста́ти и́мам пред лице́м Созда́теля моего́, Влады́чице Де́во Чи́стая, Твою́ по́мощь тогда́ пода́ждь ми́: вся́ бо мо́жеши, ели́ка хо́щеши, Всепе́тая.

Крестобогоро́дичен: А́гнца, и Па́стыря, и Изба́вителя А́гница зря́щи на Кресте́, восклица́ше, пла́чущи, и, го́рько рыда́ющи, вопия́ше: ми́р у́бо ра́дуется, прие́мля Тобо́ю избавле́ние, утро́ба же Моя́ гори́т, зря́щи Твое́ распя́тие, е́же терпи́ши за милосе́рдие ми́лости. Долготерпели́ве Го́споди, ми́лости бе́здно и исто́чниче неисчерпа́емый, умилосе́рдися и да́руй согреше́ний оставле́ние ве́рою пою́щим боже́ственныя стра́сти Твоя́.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Услы́шах, Го́споди, смотре́ния Твоего́ та́инство, разуме́х дела́ Твоя́ и просла́вих Твое́ Божество́.

Теле́сных жела́ний жела́нием боже́ственным отлучи́вшеся, оби́телища Ду́ха Христо́вы де́вы соде́лашася.

Согла́сием богому́дрым на проти́внаго ополчи́вшеся, побе́ду боже́ственную прия́сте и венце́в боже́ственных сподо́бистеся.

Свяще́нно, я́коже незло́биви води́стеся а́гницы, пожре́тися, всечестны́я, не вопию́ще, ни зову́ще, но произволе́нием умерщвля́еми.

Богоро́дичен: Воплоща́ема Го́спода родила́ еси́, Госпоже́, всея́ тва́ри, Его́же моли́ изба́вити мя́, Всесвята́я, от о́бласти вра́жия кова́рства.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Просвети́ на́с повеле́нии Твои́ми, Го́споди, и мы́шцею Твое́ю высо́кою Тво́й ми́р пода́ждь на́м, Человеколю́бче.

У́треневаша вку́пе ко Христу́, Све́ту незаходи́мому, де́вы богому́дрыя и па́че сия́ния со́лнечнаго озари́шася.

У́ды му́жески отда́сте к му́кам, му́чивше томи́теля терпе́нием, страстоте́рпицы досточу́дныя.

Цве́т свяще́нен му́чеником показа́стеся, благово́ние боже́ственнаго ра́зума Це́ркви подаю́ще, всехва́льнии.

Глаго́лы ва́шими велехва́льный онеме́, терпе́нием же победи́ся и потребле́нию отпуще́н бы́сть, прехва́льнии.

Богоро́дичен: Коне́ц ми́ бла́г прибы́ти, Отрокови́це, моли́, я́ко да избе́гну жду́щих мя́ безконе́чных му́к и спасу́ся.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Моли́тву пролию́ ко Го́споду и Тому́ возвещу́ печа́ли моя́, я́ко зо́л душа́ моя́ испо́лнися и живо́т мо́й а́ду прибли́жися, и молю́ся, я́ко Ио́на: от тли́, Бо́же, возведи́ мя.

Претерпе́вше плотски́я боле́зни и о́гненное томле́ние му́жески, Христо́вы страстоте́рпицы и неве́сты Ага́пия, и Хиони́я, и Ири́на прия́ша вене́ц благоле́пен и неиждива́емую сла́ву с му́ченики.

Влачи́ми по земли́, я́коже ка́мение, испроверго́сте, де́вы, пре́лести зда́ние все́ си́лою Сло́ва, к Це́ркви возведо́стеся Святе́й предстоя́ти ра́достно Владу́щему все́ю тва́рию.

Исцеле́ния ра́ка Хиони́и, и Ири́ны, и Ага́пии то́чит, от исто́чника напая́ема бога́тно Уте́шителя, и уставля́ет боле́зни, напоя́ет же благоче́стно приступа́ющих сердца́ благода́тию.

Богоро́дичен: Ме́ртвость ко́жных ри́з Ада́м отло́ж воплоще́нием Твоего́ Сы́на, Богоро́дице Де́во, во оде́жду Боже́ственныя сла́вы облече́ся, сла́вя Тя́ ра́достно, я́ко Ма́терь Бо́жию Всенепоро́чную.

Конда́к, гла́с 4:

Кре́пко ду́шу, Ири́но, ополчи́ла еси́ ве́рою, я́ве лука́ваго посрами́вши, и ко Христу́ привела́ еси́ тмы́ люде́й мно́жества, блаже́нная, и, порфи́ру от крове́й нося́щи, со а́нгелы ны́не весели́шися.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: О́троцы евре́йстии в пещи́ попра́ша пла́мень дерзнове́нно и на ро́су о́гнь преложи́ша, вопию́ще: благослове́н еси́, Го́споди Бо́же, во ве́ки.

Ни звере́й ди́виих наи́тия, ни клоко́чущаго стремле́ния огня́ непостоя́ннаго, ни удо́в отсече́ния, ни боле́зней многообра́зных Христо́вы отрокови́цы устраши́шася доблему́дрыя.

Иму́ще о́ко серде́чное ко спаса́ющему Бо́гу и Царю́, а́гницы Христо́вы отлучи́шася ко всему́ вра́жию ополче́нию и победи́ша му́жески.

Ми́лостив бу́ди Твои́м рабо́м, Преблаги́й, мольба́ми Хиони́и, и Ири́ны чи́стыя, и честны́я Ага́пии, грехо́в проще́ние и́х ра́ди на́м подава́я.

Все́ жела́ние, де́вы, стяжа́вше ко еди́ному Влады́це, жите́йскую красоту́ вмени́сте, я́ко со́н, вопию́ще: благослове́н еси́, Го́споди Бо́же, во ве́ки.

Богоро́дичен: Умертви́, Чи́стая, живу́щий, молю́ Тя́, во мне́ гре́х и жи́знь мя́ улучи́ти сподо́би нестаре́емую, Я́же Живо́т ро́ждшая и умори́вшаго зми́я.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Богоглаго́ливии о́троцы, в пещи́ со огне́м пла́мень попира́юще, поя́ху: благослови́те, дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Нау́чшеся боже́ственным пресла́вно, во вре́мя подвиго́в нра́в му́жески восприя́ша Христо́вы а́гницы, тве́рдо пострада́вше.

Помраче́н пия́нством гони́тель мра́чнаго греха́, сме́ху до́лжен явля́шеся, Христо́вы же де́вы, я́ко све́т, показа́шася.

Цевни́ца, глася́щи я́ве Бо́жию пе́снь испове́дания боже́ственнаго, и све́дения, и ве́ры показа́стеся вои́стинну, де́вы отрокови́цы.

Утве́рждшеся любо́вию Влады́ки, утвержде́ния вся́ диа́воля низложи́сте, страстоно́сицы Христо́вы, и ны́не ублажа́етеся.

Богоро́дичен: О́бразы нося́щи дре́вле Твоего́ рождества́, ю́ноши не опаля́ет, Де́во Ма́ти, пе́щь, я́коже ни утро́бу Твою́ О́гнь Боже́ственный.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Вои́стинну Богоро́дицу, Тя́ испове́дуем, спасе́ннии Тобо́ю, Де́во Чи́стая, с безпло́тными ли́ки Тя́ велича́юще.

Напра́вистеся, де́вы, к боже́ственным приста́нищем, окормле́нием Христа́ Бо́га на́шего, напа́сти преше́дше свире́пых во́лн.

Я́ко зве́зды, я́ко свещи́, сия́юще, Ири́на, и Ага́пия, и Хиони́я просвеща́ют вселе́нныя бога́тно вся́ концы́.

Совокупи́стеся с ли́ки безпло́тных, безпло́тныя враги́, с пло́тию до́блественне, страстоно́сицы, победи́вше.

Па́мять ва́ша боже́ственными просвеще́на светови́дными, страстоно́сицы, дарова́нии, мы́сли просвеща́ет восхваля́ющих ва́с.

Богоро́дичен: Благолюби́вая Де́во, озло́бленную грехо́м ду́шу мою́ уврачу́й, Я́же Преблага́го Сло́ва поро́ждшая.

Пѣ́снь а҃.

І҆рмо́съ: Пои́мъ гдⷭ҇еви, прове́дшемꙋ лю́ди своѧ̑ сквозѣ̀ чермно́е мо́ре, ꙗ҆́кѡ є҆ди́нъ сла́внѡ просла́висѧ.

Бл҃года́ть мнѣ̀ съ нб҃сѐ, мч҃ницы гдⷭ҇ни, и҆схода́таите, ва́ше восхвалѧ́ющемꙋ на землѝ свѣтоно́сное торжество̀.

Расто́ргше пристра́стїе плотски́хъ соꙋ̑зъ бжⷭ҇твеннымъ дх҃омъ, хрⷭ҇тꙋ̀ дѣ̑вы свѧза́шасѧ любо́вїю бг҃оразꙋ́мною.

Напра́вилъ є҆сѝ ко приста́нищємъ, сп҃се, нбⷭ҇нымъ дѣ̑вы твоѧ̑, проше́дшыѧ немо́креннѡ мꙋ́къ непостоѧ́ннꙋю пꙋчи́нꙋ.

Дѣлесы̀ чи́стыми, ѿ дв҃ы ѻ҆трокови́цы возсїѧ́вшемꙋ сло́вꙋ ᲂу҆годи́вше дѣ̑вы, си́мъ веселѧ́тсѧ.

Бг҃оро́диченъ: Ражда́еши несказа́ннѡ, є҆го́же ѻ҆ц҃ъ неизрече́ннѡ родѝ, и҆ сѡсцы̀ пита́еши, всѧ́чєскаѧ пита́ющаго, влⷣчце.

Пѣ́снь г҃.

І҆рмо́съ: Ты̀ є҆сѝ ᲂу҆твержде́нїе притека́ющихъ къ тебѣ̀, гдⷭ҇и, ты̀ є҆сѝ свѣ́тъ ѡ҆мраче́нныхъ, и҆ пое́тъ тѧ̀ дꙋ́хъ мо́й.

Тꙋ́чами бжⷭ҇твеннагѡ дх҃а напаѧ́еми, кла́сы мч҃ничєскїѧ, бжⷭ҇твеннымъ дѣ́ланїемъ дѣ̑вы процвѣто́ша.

Па́че ви́димыхъ неви́димаѧ возлю́бльше, ви̑димыѧ и҆ неви̑димыѧ врагѝ побори́сте.

Ѻ҆гнѧ̀ не ᲂу҆жасо́стесѧ, разгара́еми дх҃а бжⷭ҇твеннымъ ѻ҆гне́мъ: тѣ́мже и҆сцѣле́нїй бжⷭ҇твеннꙋю ро́сꙋ и҆сточа́ете.

Бг҃оро́диченъ: Расто́ргни прегрѣше́нїй мои́хъ лю́тое рꙋкописа́нїе, влⷣчце, ꙗ҆́же ᲂу҆́зы разрѣ́шшаѧ а҆́дѡвы безсѣ́меннымъ ржⷭ҇тво́мъ твои́мъ.

Сѣда́ленъ, гла́съ и҃.

Оу҆невѣ́стившесѧ гдⷭ҇еви бг҃олѣ́пнѡ, ꙗ҆́коже да́ръ кро́вь и҆ заколе́нїе томꙋ̀ принесо́сте, стрⷭ҇тонѡ́сицы ѻ҆трокови̑цы, и҆ черто́гъ бжⷭ҇твенный досто́йнѡ ᲂу҆лꙋчи́сте, просвѣще́нїѧ неизрече́ннагѡ непреста́ннѡ и҆сполнѧ́ємы. тѣ́мже свѧтꙋ́ю и҆ честнꙋ́ю ва́шꙋ па́мѧть творѧ́ще дꙋхо́внѡ, сп҃са прославлѧ́емъ и҆ вѣ́рнѡ взыва́емъ: моли́те хрⷭ҇та̀ бг҃а, грѣхѡ́въ ѡ҆ставле́нїе пода́ти чтꙋ́щымъ любо́вїю ст҃ꙋ́ю па́мѧть ва́шꙋ.

Сла́ва, и҆ ны́нѣ, бг҃оро́диченъ: Премꙋ́дрость и҆ сло́во въ твое́мъ чре́вѣ заче́нши, неѡпа́льнѡ, мт҃и бж҃їѧ, мі́рови родила̀ є҆сѝ мі́ръ содержа́щаго, и҆ во ѡ҆б̾ѧ́тїихъ понесла̀ є҆сѝ всѧ̑ носѧ́щаго, пита́телѧ всѣ́хъ и҆ творца̀ тва́ри. тѣ́мже молю́ тѧ, всест҃а́ѧ дв҃и́це, и҆ вѣ́рнѡ сла́влю тѧ̀, и҆зба́витисѧ мѝ ѿ прегрѣше́нїй, и҆ въ де́нь сꙋда̀, є҆гда̀ предста́ти и҆́мамъ предъ лице́мъ созда́телѧ моегѡ̀, влⷣчце дв҃о чⷭ҇таѧ, твою̀ по́мощь тогда̀ пода́ждь мѝ: всѧ̑ бо мо́жеши, є҆ли̑ка хо́щеши, всепѣ́таѧ.

Крⷭ҇тобг҃оро́диченъ: А҆́гнца и҆ па́стырѧ, и҆ и҆зба́вителѧ а҆́гница зрѧ́щи на крⷭ҇тѣ̀, восклица́ше пла́чꙋщи и҆ го́рькѡ рыда́ющи, вопїѧ́ше: мі́ръ ᲂу҆́бѡ ра́дꙋетсѧ, прїе́млѧ тобо́ю и҆збавле́нїе, ᲂу҆тро́ба же моѧ̀ гори́тъ, зрѧ́щи твоѐ распѧ́тїе, є҆́же терпи́ши за милосе́рдїе ми́лости. долготерпѣли́ве гдⷭ҇и, ми́лости бе́здно и҆ и҆сто́чниче неисчерпа́емый, ᲂу҆милосе́рдисѧ и҆ да́рꙋй прегрѣше́нїй ѡ҆ставле́нїе вѣ́рою пою́щымъ бжⷭ҇твєнныѧ стрⷭ҇ти твоѧ̑.

Пѣ́снь д҃.

І҆рмо́съ: Оу҆слы́шахъ, гдⷭ҇и, смотре́нїѧ твоегѡ̀ та́инство, разꙋмѣ́хъ дѣла̀ твоѧ̑, и҆ просла́вихъ твоѐ бжⷭ҇тво̀.

Тѣле́сныхъ жела́нїй жела́нїемъ бжⷭ҇твеннымъ ѿлꙋчи́вшесѧ, ѻ҆би́тєлища дх҃а хрⷭ҇тѡ́вы дѣ̑вы содѣ́лашасѧ.

Согла́сїемъ бг҃омꙋ́дрымъ на проти́внаго ѡ҆полчи́вшесѧ, побѣ́дꙋ бжⷭ҇твеннꙋю прїѧ́сте, и҆ вѣнцє́въ бжⷭ҇твенныхъ сподо́бистесѧ.

Свѧще́ннѡ ꙗ҆́коже неѕло́биви води́стесѧ а҆́гницы пожре́тисѧ, всечєстны́ѧ, не вопїю́ще, ни зовꙋ́ще, но произволе́нїемъ ᲂу҆мерщвлѧ́еми.

Бг҃оро́диченъ: Воплоща́ема гдⷭ҇а родила̀ є҆сѝ, гпⷭ҇жѐ, всеѧ̀ тва́ри, є҆го́же молѝ и҆зба́вити мѧ̀, всест҃а́ѧ, ѿ ѻ҆́бласти вра́жїѧ кова́рства.

Пѣ́снь є҃.

І҆рмо́съ: Просвѣтѝ на́съ повелѣ̑нїи твои́ми, гдⷭ҇и, и҆ мы́шцею твое́ю высо́кою, тво́й ми́ръ пода́ждь на́мъ, чл҃вѣколю́бче.

Оу҆́треневаша вкꙋ́пѣ ко хрⷭ҇тꙋ̀, свѣ́тꙋ незаходи́момꙋ, дѣ̑вы бг҃омꙋ̑дрыѧ, и҆ па́че сїѧ́нїѧ со́лнечнагѡ ѡ҆зари́шасѧ.

Оу҆́ды мꙋ́жески ѿда́сте къ мꙋ́камъ, мꙋ́чивше томи́телѧ терпѣ́нїемъ, страстотє́рпицы досточꙋ̑дныѧ.

Цвѣ́тъ свѧще́ненъ мч҃никѡмъ показа́стесѧ, бл҃гово́нїе бжⷭ҇твеннагѡ ра́зꙋма це́ркви подаю́ще, всехва́льнїи.

Глаго́лы ва́шими велехва́льный ѡ҆нѣмѣ̀, терпѣ́нїемъ же побѣди́сѧ, и҆ потребле́нїю ѿпꙋще́нъ бы́сть, прехва́льнїи.

Бг҃оро́диченъ: Коне́цъ мѝ бла́гъ прибы́ти, ѻ҆трокови́це, молѝ, ꙗ҆́кѡ да и҆збѣ́гнꙋ ждꙋ́щихъ мѧ̀ безконе́чныхъ мꙋ́къ и҆ спасꙋ́сѧ.

Пѣ́снь ѕ҃.

І҆рмо́съ: Моли́твꙋ пролїю̀ ко гдⷭ҇ꙋ, и҆ томꙋ̀ возвѣщꙋ̀ печа̑ли моѧ̑, ꙗ҆́кѡ ѕѡ́лъ дꙋша̀ моѧ̀ и҆спо́лнисѧ, и҆ живо́тъ мо́й а҆́дꙋ прибли́жисѧ, и҆ молю́сѧ, ꙗ҆́кѡ і҆ѡ́на: ѿ тлѝ, бж҃е, возведи́ мѧ.

Претерпѣ́вше плотскі̑ѧ болѣ̑зни и҆ ѻ҆́гненное томле́нїе мꙋ́жески, хрⷭ҇тѡ́вы стрⷭ҇тотє́рпицы и҆ невѣ̑сты, а҆га́пїа и҆ хїоні́а, и҆ і҆ри́на, прїѧ́ша вѣне́цъ благолѣ́пенъ и҆ неиждива́емꙋю сла́вꙋ съ мꙋ́ченики.

Влачи́ми по землѝ, ꙗ҆́коже ка́менїе, и҆спроверго́сте, дѣ̑вы, пре́лести зда́нїе всѐ си́лою сло́ва, къ це́ркви возведо́стесѧ ст҃ѣ́й, предстоѧ́ти ра́достнѡ владꙋ́щемꙋ все́ю тва́рїю.

И҆сцѣлє́нїѧ ра́ка хїоні́и и҆ і҆ри́ны, и҆ а҆га́пїи то́читъ, ѿ и҆сто́чника напаѧ́ема бога́тнѡ ᲂу҆тѣ́шителѧ, и҆ ᲂу҆ставлѧ́етъ болѣ̑зни, напаѧ́етъ же бл҃гоче́стнѡ пристꙋпа́ющихъ сердца̀ бл҃года́тїю.

Бг҃оро́диченъ: Ме́ртвость ко́жныхъ ри́зъ а҆да́мъ ѿло́жь воплоще́нїемъ твоегѡ̀ сн҃а, бцⷣе дв҃о, во ѻ҆де́ждꙋ бжⷭ҇твенныѧ сла́вы ѡ҆блече́сѧ, сла́вѧ тѧ̀ ра́достнѡ, ꙗ҆́кѡ мт҃рь бж҃їю всенепоро́чнꙋю.

Конда́къ, гла́съ д҃:

Крѣ́пкѡ дꙋ́шꙋ, і҆ри́но, ѡ҆полчи́ла є҆сѝ вѣ́рою, ꙗ҆́вѣ лꙋка́ваго посрами́вши, и҆ ко хрⷭ҇тꙋ̀ привела̀ є҆сѝ тмы̀ люде́й мно́жєства, бл҃же́ннаѧ: и҆ порфѵ́рꙋ ѿ крове́й носѧ́щи, со а҆́гг҃лы ны́нѣ весели́шисѧ.

Пѣ́снь з҃.

І҆рмо́съ: Ѻ҆́троцы є҆вре́йстїи въ пещѝ попра́ша пла́мень дерзнове́ннѡ, и҆ на ро́сꙋ ѻ҆́гнь преложи́ша, вопїю́ще: бл҃гослове́нъ є҆сѝ, гдⷭ҇и бж҃е, во вѣ́ки.

Ни ѕвѣре́й ди́вїихъ наи́тїѧ, ни клоко́чꙋщагѡ стремле́нїѧ ѻ҆гнѧ̀ непостоѧ́ннагѡ, ни ᲂу҆дѡ́въ ѿсѣче́нїѧ, ни болѣ́зней многоѻбра́зныхъ, хрⷭ҇тѡ́вы ѻ҆трокови̑цы ᲂу҆страши́шасѧ, доблемꙋ̑дрыѧ.

И҆мꙋ́ще ѻ҆́ко серде́чное ко спаса́ющемꙋ бг҃ꙋ и҆ цр҃ю̀ а҆́гницы хрⷭ҇тѡ́вы, ѿлꙋчи́шасѧ ко всемꙋ̀ вра́жїю ѡ҆полче́нїю, и҆ побѣди́ша мꙋ́жески.

Ми́лостивъ бꙋ́ди твои̑мъ рабѡ́мъ, пребл҃гі́й, мольба́ми хїоні́и и҆ і҆ри́ны чи́стыѧ, и҆ честны́ѧ а҆га́пїи, грѣхѡ́въ проще́нїе и҆́хъ ра́ди на́мъ подава́ѧ.

Всѐ жела́нїе дѣ̑вы стѧжа́вше ко є҆ди́номꙋ влⷣцѣ, жите́йскꙋю красотꙋ̀ вмѣни́сте ꙗ҆́кѡ со́нъ, вопїю́ще: бл҃гослове́нъ є҆сѝ, гдⷭ҇и бж҃е, во вѣ́ки.

Бг҃оро́диченъ: Оу҆мертвѝ, чⷭ҇таѧ, живꙋ́щїй, молю́ тѧ, во мнѣ̀ грѣ́хъ и҆ жи́знь мѧ̀ ᲂу҆лꙋчи́ти сподо́би нестарѣ́емꙋю, ꙗ҆́же живо́тъ ро́ждшаѧ, и҆ ᲂу҆мори́вшаго ѕмі́ѧ.

Пѣ́снь и҃.

І҆рмо́съ: Бг҃оглаго́ливїи ѻ҆́троцы, въ пещѝ со ѻ҆гне́мъ пла́мень попира́юще, поѧ́хꙋ: благослови́те, дѣла̀ гдⷭ҇нѧ, гдⷭ҇а.

Наꙋ́чшесѧ бжⷭ҇твєннымъ пресла́внѡ, во вре́мѧ подвигѡ́въ нра́въ мꙋ́жески воспрїѧ́ша хрⷭ҇тѡ́вы а҆́гницы, тве́рдѡ пострада́вше.

Помраче́нъ пїѧ́нствомъ гони́тель мра́чнагѡ грѣха̀, смѣ́хꙋ до́лженъ ꙗ҆влѧ́шесѧ: хрⷭ҇тѡ́вы же дѣ̑вы, ꙗ҆́кѡ свѣ́тъ показа́шасѧ.

Цѣвни́ца гласѧ́щи ꙗ҆́вѣ бж҃їю пѣ́снь и҆сповѣ́данїѧ бжⷭ҇твеннагѡ, и҆ свѣ́дѣнїѧ и҆ вѣ́ры показа́стесѧ вои́стиннꙋ дѣ̑вы ѻ҆трокови̑цы.

Оу҆тве́рждшесѧ любо́вїю влⷣки, ᲂу҆тверждє́нїѧ всѧ̑ дїа́волѧ низложи́сте, стрⷭ҇тонѡ́сицы хрⷭ҇тѡ́вы, и҆ ны́нѣ ᲂу҆блажа́етесѧ.

Бг҃оро́диченъ: Ѻ҆́бразы носѧ́щи дре́вле твоегѡ̀ ржⷭ҇тва̀, ю҆́ношы не ѡ҆палѧ́етъ, дв҃о мт҃и, пе́щь, ꙗ҆́коже ни ᲂу҆тро́бꙋ твою̀ ѻ҆́гнь бжⷭ҇твенный.

Пѣ́снь ѳ҃.

І҆рмо́съ: Вои́стиннꙋ бцⷣꙋ тѧ̀ и҆сповѣ́дꙋемъ, спасе́ннїи тобо́ю, дв҃о чⷭ҇таѧ, съ безпло́тными ли́ки тѧ̀ велича́юще.

Напра́вистесѧ, дѣ̑вы, къ бжⷭ҇твєннымъ приста́нищємъ ѡ҆кормле́нїемъ хрⷭ҇та̀ бг҃а на́шегѡ, напа̑сти преше́дше свирѣ́пыхъ во́лнъ.

Ꙗ҆́кѡ ѕвѣ́зды, ꙗ҆́кѡ свѣщы̀ сїѧ́юще, і҆ри́на и҆ а҆га́пїа, и҆ хїоні́а, просвѣща́ютъ вселе́нныѧ бога́тнѡ всѧ̑ концы̀.

Совокꙋпи́стесѧ съ ли́ки безпло́тныхъ, безплѡ́тныѧ врагѝ съ пло́тїю до́блественнѣ, стрⷭ҇тонѡ́сицы, побѣди́вше.

Па́мѧть ва́ша бжⷭ҇твенными просвѣще́на свѣтови́дными, страстонѡ́сицы, дарова̑нїи, мы̑сли просвѣща́етъ восхвалѧ́ющихъ ва́съ.

Бг҃оро́диченъ: Бл҃голюби́ваѧ дв҃о, ѡ҆ѕло́бленнꙋю грѣхо́мъ дꙋ́шꙋ мою̀ ᲂу҆врачꙋ́й, ꙗ҆́же пребл҃га́го сло́ва поро́ждшаѧ.

Краткие жития мучениц Агапии, Ирины и Хионии

Свя­тые му­че­ни­цы Ага­пия, Ири­на и Хи­о­ния бы­ли род­ны­ми сест­ра­ми и жи­ли в кон­це III – на­ча­ле IV ве­ка вбли­зи ита­льян­ско­го го­ро­да Ак­ви­леи. Они оста­лись си­ро­та­ми в юном воз­расте. Де­вуш­ки ве­ли бла­го­че­сти­вую хри­сти­ан­скую жизнь и от­кло­ня­ли до­мо­га­тель­ства мно­го­чис­лен­ных же­ни­хов. Их ду­хов­ным ру­ко­во­ди­те­лем был свя­щен­ник Зи­нон. Ему бы­ло от­кры­то в сон­ном ви­де­нии, что в бли­жай­шее вре­мя он скон­ча­ет­ся, а свя­тых дев возь­мут на му­че­ние. Та­кое же от­кро­ве­ние бы­ло и на­хо­див­шей­ся в Ак­ви­лее ве­ли­ко­му­че­ни­це Ана­ста­сии († 304, па­мять 22 де­каб­ря), ко­то­рую на­зы­ва­ли Узо­ре­ши­тель­ни­цей за то, что она без­бо­яз­нен­но по­се­ща­ла на­хо­див­ших­ся в тюрь­мах хри­сти­ан, обод­ря­ла их и по­мо­га­ла им. Ве­ли­ко­му­че­ни­ца Ана­ста­сия по­спе­ши­ла к сест­рам и убеж­да­ла их му­же­ствен­но по­сто­ять за Хри­ста. Вско­ре пред­ска­зан­ное в ви­де­нии ис­пол­ни­лось. Свя­щен­ник Зи­нон скон­чал­ся, а три де­вы бы­ли схва­че­ны и на­прав­ле­ны на суд к им­пе­ра­то­ру Дио­кли­ти­а­ну (284–305).

Уви­дев юных пре­крас­ных се­стер, им­пе­ра­тор пред­ло­жил им от­речь­ся от Хри­ста и обе­щал най­ти знат­ных же­ни­хов из сво­ей сви­ты. Но свя­тые сест­ры от­ве­ча­ли, что име­ют од­но­го Небес­но­го Же­ни­ха – Хри­ста, за ве­ру в Ко­то­ро­го го­то­вы по­стра­дать. Им­пе­ра­тор убеж­дал их от­речь­ся от Хри­ста, но ни стар­шие сест­ры, ни са­мая млад­шая из них не со­гла­ша­лись. Они на­зы­ва­ли язы­че­ских бо­гов идо­ла­ми, сде­лан­ны­ми че­ло­ве­че­ски­ми ру­ка­ми, и про­по­ве­до­ва­ли ве­ру в Ис­тин­но­го Бо­га.

По по­ве­ле­нию Дио­кли­ти­а­на, на­пра­вив­ше­го­ся в Ма­ке­до­нию, ту­да бы­ли от­ве­зе­ны и свя­тые сест­ры. Их от­да­ли на суд пра­ви­те­лю Дул­ки­цию.

Ко­гда он уви­дел кра­со­ту свя­тых му­че­ниц, то вос­пы­лал нечи­стой стра­стью. Он взял се­стер под стра­жу и пе­ре­дал им, что они по­лу­чат сво­бо­ду, ес­ли со­гла­сят­ся ис­пол­нить его же­ла­ние. Но свя­тые му­че­ни­цы от­ве­ти­ли, что они го­то­вы уме­реть за сво­е­го Небес­но­го Же­ни­ха – Хри­ста. То­гда Дул­ки­ций ре­шил тай­но но­чью овла­деть ими на­силь­но. Ко­гда свя­тые сест­ры вста­ли но­чью на мо­лит­ву и сла­во­сло­ви­ли Гос­по­да, Дул­ки­ций под­крал­ся к две­ри и хо­тел вой­ти. Неви­ди­мая си­ла по­ра­зи­ла его, он по­те­рял рас­су­док и ки­нул­ся прочь. Не на­хо­дя вы­хо­да, му­чи­тель по до­ро­ге по­пал в по­вар­ню, где сто­я­ли чу­гу­ны, ско­во­ро­ды и кот­лы, и весь пе­ре­пач­кал­ся в са­же. Слу­ги и во­и­ны с тру­дом узна­ли его. Ко­гда он уви­дел се­бя. в зер­ка­ле, то по­ду­мал, что свя­тые му­че­ни­цы окол­до­ва­ли его, и ре­шил им ото­мстить.

На су­де Дул­ки­ций ве­лел об­на­жить пе­ред ним свя­тых му­че­ниц. Но во­и­ны, как ни ста­ра­лись, не мог­ли это­го сде­лать: одеж­ды как бы при­рос­ли к те­лам свя­тых дев. Во вре­мя су­да Дул­ки­ций вне­зап­но за­снул, и ни­кто не мог раз­бу­дить его. Но толь­ко его внес­ли в дом, он тот­час проснул­ся.

Ко­гда обо всем про­ис­шед­шем до­нес­ли им­пе­ра­то­ру Дио­кли­ти­а­ну, он раз­гне­вал­ся на Дул­ки­ция и пе­ре­дал свя­тых дев су­дье Си­си­нию. Тот на­чал свой до­прос с млад­шей сест­ры Ири­ны. Убе­див­шись в ее непре­клон­но­сти, он от­пра­вил ее в тем­ни­цу и по­пы­тал­ся при­ну­дить к от­ре­че­нию свя­тых Хи­о­нию и Ага­пию. Но и их невоз­мож­но бы­ло скло­нить к от­ре­че­нию от Хри­ста, и Си­си­ний при­ка­зал сжечь свя­тых Ага­пию и Хи­о­нию. Сест­ры, услы­шав при­го­вор, воз­бла­го­да­ри­ли Гос­по­да за му­че­ни­че­ские вен­цы. В огне Ага­пия и Хи­о­ния ото­шли ко Гос­по­ду с мо­лит­вой.

Ко­гда огонь по­гас, все уви­де­ли, что те­ла му­че­ниц и их одеж­да не опа­ле­ны ог­нем, а ли­ца пре­крас­ны и спо­кой­ны, как у лю­дей, уснув­ших ти­хим сном. На дру­гой день Си­си­ний при­ка­зал при­ве­сти на суд свя­тую Ири­ну. Он пу­гал ее уча­стью стар­ших се­стер и уго­ва­ри­вал от­речь­ся от Хри­ста, а по­том стал угро­жать от­дать ее на по­ру­га­ние в блу­ди­ли­ще. Но свя­тая му­че­ни­ца от­ве­ча­ла: "Пусть мое те­ло бу­дет от­да­но на на­силь­ствен­ное по­ру­га­ние, но ду­ша моя не осквер­нит­ся от­ре­че­ни­ем от Хри­ста".

Ко­гда во­и­ны Си­си­ния по­ве­ли свя­тую Ири­ну в блу­ди­ли­ще, их на­гна­ли два свет­лых во­и­на и ска­за­ли: "Ваш гос­по­дин Си­си­ний по­веле­ва­ет вам при­ве­сти де­ви­цу на вы­со­кую го­ру и оста­вить там, а за­тем прид­ти к нему и до­ло­жить о вы­пол­не­нии при­ка­за". Во­и­ны так и по­сту­пи­ли. Ко­гда они до­ло­жи­ли об этом Си­си­нию, тот при­шел в ярость, так как не да­вал та­ко­го рас­по­ря­же­ния. Свет­лые во­и­ны бы­ли Ан­ге­лы Бо­жии, спас­шие свя­тую му­че­ни­цу от по­ру­га­ния. Си­си­ний с от­ря­дом во­и­нов на­пра­вил­ся к го­ре и уви­дел на ее вер­шине свя­тую Ири­ну. Дол­го ис­кал он до­ро­гу к вер­шине, но так и не смог най­ти. То­гда один из во­и­нов ра­нил свя­тую Ири­ну стре­лой из лу­ка. Му­че­ни­ца крик­ну­ла Си­си­нию: "Я сме­юсь над тво­ей бес­силь­ной зло­бой и чи­стой, неосквер­нен­ной от­хо­жу ко Гос­по­ду мо­е­му Иису­су Хри­сту". Воз­бла­го­да­рив Гос­по­да, она лег­ла на зем­лю и пре­да­ла дух свой Бо­гу за день до Свя­той Пас­хи († 304).

Ве­ли­ко­му­че­ни­ца Ана­ста­сия узна­ла о кон­чине свя­тых се­стер и с че­стью по­греб­ла их те­ла.

Му­че­ни­че­ство Ага­пии, Ири­ны, Хи­о­нии и прис­ных[1]

С при­ше­стви­ем и яв­ле­ни­ем Вла­ды­ки и Спа­си­те­ля на­ше­го Иису­са Хри­ста на­сколь­ко боль­шей, чем преж­де, ста­ла бла­го­дать, на­столь­ко боль­шей и по­бе­да свя­тых. Ведь вме­сто вра­гов ви­ди­мых по­беж­да­ют­ся вра­ги неви­ди­мые: незри­мую при­ро­ду бе­сов пре­да­ют ог­ню чи­стые и чест­ные же­ны, ис­пол­нен­ные Свя­то­го Ду­ха. Три та­ких же­ны, укра­шен­ные доб­ро­де­те­ля­ми, про­ис­хо­ди­ли из го­ро­да Фес­са­ло­ни­ки, ко­то­рый все­муд­рый Па­вел про­слав­ля­ет за ве­ру и лю­бовь: “Во вся­ком ме­сте про­шла сла­ва о ве­ре ва­шей в Бо­га”[2], и в дру­гом ме­сте – за бра­то­лю­бие: “Нет нуж­ды пи­сать к вам, ибо вы са­ми на­уче­ны Бо­гом лю­бить друг дру­га”[3]. Ко­гда на­ча­лось Мак­си­ми­а­но­во[4] го­не­ние, они из люб­ви к Бо­гу, по­слу­шав­шись Еван­гель­ских за­по­ве­дей, остав­ля­ют свой род, бо­гат­ство и оте­че­ство, со­вер­шив де­ло, до­стой­ное пра­от­ца Ав­ра­ама; убе­га­ют в ожи­да­нии небес­ных благ от пре­сле­до­ва­те­лей и до­сти­га­ют некой вы­со­кой го­ры. Там они про­во­ди­ли вре­мя в мо­лит­вах, те­лом оста­ва­ясь на го­ре, а ду­шою жи­вя на небе­сах.

На этом ме­сте их схва­ти­ли и при­ве­ли к го­ни­те­лю. Бла­го­да­ря это­му они по­лу­чи­ли нетлен­ный ве­нец, ибо до са­мой смер­ти воз­лю­би­ли Вла­ды­ку и до кон­ца по­сле­до­ва­ли Его за­по­ве­дям. Од­на из них, хра­нив­шая чи­сто­ту и свет кре­ще­ния по сло­ву про­ро­ка: “Омы­еши мя, и па­че сне­га убе­лю­ся”[5], име­но­ва­лась Хи­о­ни­ей [то есть Снеж­ной]. Дру­гая, имев­шая дар ми­ра от Спа­си­те­ля и Бо­га на­ше­го и яв­ляв­шая его всем по свя­то­му ре­че­нию: “Мир Мой даю вам”[6], на­зы­ва­лась Ири­ной [то есть Ми­ром]. А та, ко­то­рая стя­жа­ла со­вер­шен­ство в уве­ще­ва­нии и об­ла­да­ла лю­бо­вью от все­го серд­ца к Бо­гу и к ближ­не­му, как к са­мо­му се­бе, ибо свя­той апо­стол го­во­рит: “Цель же уве­ща­ния есть лю­бовь”[7], зва­лась в со­от­вет­ствии с этим Ага­пи­ей [то есть Лю­бо­вью].

Всех этих трех жен, при­ве­ден­ных к нему и не по­же­лав­ших при­не­сти жерт­вы, пра­ви­тель при­го­во­рил к со­жже­нию – [это слу­чи­лось], чтобы через привре­мен­ный огонь они по­бе­ди­ли по­слуш­но­го пра­ви­те­лю диа­во­ла и все его во­ин­ство под­не­бес­ных бе­сов, по­лу­чи­ли чи­стый ве­нец сла­вы и вме­сте с ан­ге­ла­ми ста­ли веч­но сла­вить Да­ро­вав­ше­го им Свою ми­лость Бо­га. А за­пи­си слу­чив­ше­го­ся с ни­ми при­ве­де­ны ни­же.

Ко­гда пра­ви­тель Дул­ки­тий[8] сел на три­бу­на­ле, ком­мен­та­ри­сий[9] Ар­те­ми­сий ска­зал:

– Ес­ли при­ка­жешь, то я про­чту, ка­кое из­ве­стие о пред­став­ших [пе­ред су­дом] по­слал мест­ный ста­ци­о­на­рий[10] Тво­е­му Сча­стью.

– Про­чти, – ска­зал пра­ви­тель Дул­ки­тий.

И по по­ряд­ку бы­ло про­чи­та­но:

– Те­бе, мой вла­ды­ка, Кас­сандр бе­не­фи­ци­а­рий[11]. Знай, гос­по­дин, что Ага­фон, Ири­на, Ага­пия, Хи­о­ния, Кас­сия, Филип­па и Ев­ти­хия не за­хо­те­ли вку­сить от свя­щен­ных жертв – их я и пре­про­вож­даю к Тво­е­му Сча­стью.

Пра­ви­тель ска­зал им:

– Что это за безу­мие? По­че­му вы не под­чи­ня­е­тесь эдик­ту на­ших бо­го­лю­би­вей­ших им­пе­ра­то­ров и це­за­рей[12]?

И он ска­зал Ага­фо­ну:

– По­че­му, при­сту­пив к свя­ты­ням, как и бла­го­че­сти­вые, ты не вку­сил от них?

Ага­фон: По­то­му что я хри­сти­а­нин.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий: Ты и по сей день оста­ешь­ся им?

Ага­фон: Да.

Дул­ки­тий: Что ты ска­жешь, Ага­пия?

Ага­пия: Я ве­рую в Бо­га Жи­во­го и не хо­чу по­гу­бить свою со­весть.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий: Что ты ска­жешь, Ири­на? По­че­му ты не под­чи­ни­лась ука­зу на­ших вла­дык им­пе­ра­то­ров и це­за­рей?

Ири­на: Из-за стра­ха Бо­жье­го.

Пра­ви­тель: Что ты ска­жешь, Хи­о­ния?

Хи­о­ния: Я ве­рую в Бо­га Жи­во­го и не сде­лаю это­го.

Пра­ви­тель: Что ты ска­жешь, Кас­сия?

Кас­сия: Я же­лаю спа­сти свою ду­шу.

Пра­ви­тель: Же­ла­ешь при­об­щить­ся свя­тынь?

Кас­сия: Не же­лаю.

Пра­ви­тель: Что ты ска­жешь, Филип­па?

Филип­па: Я ска­жу то же са­мое.

Пра­ви­тель: Что зна­чит “то же са­мое”?

Филип­па: Я же­лаю луч­ше уме­реть, чем вку­сить.

Пра­ви­тель: Что ты ска­жешь, Ев­ти­хия?

Ев­ти­хия: Ска­жу то же са­мое: же­лаю луч­ше уме­реть.

Пра­ви­тель: У те­бя есть муж?

Ев­ти­хия: Он скон­чал­ся.

Пра­ви­тель: Ко­гда он скон­чал­ся?

Ев­ти­хия: Око­ло се­ми ме­ся­цев на­зад.

Пра­ви­тель: От ко­го ты бе­ре­мен­на?

Ев­ти­хия: От му­жа, ко­то­ро­го дал мне Бог.

Пра­ви­тель: Как же ты бе­ре­мен­на [от него], ко­гда го­во­ришь, что твой муж умер?

Ев­ти­хия: Во­ли Все­дер­жи­те­ля ни­кто не мо­жет знать[13].

Пра­ви­тель: Я про­шу Ев­ти­хию оста­вить свое безу­мие и об­ра­тить­ся к здра­во­му смыс­лу. Что ты ска­жешь: под­чи­нишь­ся ли им­пе­ра­тор­ско­му ука­зу?

Ев­ти­хия: Не под­чи­нюсь: я хри­сти­ан­ка, ра­ба Бо­га Все­дер­жи­те­ля.

Пра­ви­тель: Ев­ти­хию, по­сколь­ку она бе­ре­мен­на, пусть дер­жат по­ка в тюрь­ме.

И про­дол­жил: Что ты ска­жешь, Ага­пия: сде­ла­ешь ли все то, что де­ла­ем мы, бла­го­че­сти­вые, по от­но­ше­нию к на­шим вла­ды­кам им­пе­ра­то­рам и це­за­рям?

Ага­пия: Да не бу­дет хо­ро­шо са­тане: не увле­чет он мой рас­су­док. Наш рас­су­док непо­бе­дим.

Пра­ви­тель: Что ты ска­жешь, Хи­о­ния? Хи­о­ния: Наш ра­зум ни­кто не мо­жет со­вра­тить.

Пра­ви­тель: Нет ли у вас, нече­сти­вых хри­сти­ан, ка­ких-ли­бо пи­са­ний, пер­га­ме­нов или книг?

Хи­о­ния: Нет, гос­по­дин, ведь все изъ­яли ны­неш­ние са­мо­держ­цы.

Пра­ви­тель: Кто вло­жил в вас та­кие мыс­ли?

Хи­о­ния: Бог Все­дер­жи­тель.

Пра­ви­тель: Кто по­со­ве­то­вал вам об­ра­тить­ся к та­ким безум­ным мыс­лям?

Хи­о­ния: Бог Все­дер­жи­тель и Его Еди­но­род­ный Сын, Гос­подь наш Иисус Хри­стос.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий: Со­вер­шен­но яс­но, что все долж­ны под­чи­нять­ся на­шим бла­го­че­сти­вым вла­ды­кам им­пе­ра­то­рам и це­за­рям. Ко­гда бы­ло об­на­ро­до­ва­но пред­пи­са­ние и из­да­ны со­от­вет­ству­ю­щие эдик­ты, вы, еще без вся­кой угро­зы, пре­зре­ли по­ве­ле­ние на­ших бла­го­че­сти­вей­ших им­пе­ра­то­ров и це­за­рей и оста­лись в нече­сти­вой хри­сти­ан­ской ве­ре. По­сколь­ку вы уже дол­гое вре­мя при­дер­жи­ва­е­тесь неко­е­го безу­мия, а так­же еще и се­го­дня, при­нуж­да­е­мые во­е­на­чаль­ни­ка­ми и пра­ви­те­ля­ми, не же­ла­е­те от­речь­ся и пись­мен­но под­твер­дить вы­пол­не­ние при­ка­за­ния, то по­это­му вы по­лу­чи­те до­стой­ное на­ка­за­ние.

И он за­пи­сал на бу­ма­ге и огла­сил при­го­вор:

– Ага­пию и Хи­о­нию, по­сколь­ку они нече­сти­во мудр­ство­ва­ли про­тив бо­же­ствен­но­го по­ста­нов­ле­ния на­ших вла­дык ав­гу­стов и це­за­рей, все еще по­чи­тая пу­стую, дур­ную и нена­вист­ную всем бо­го­бо­яз­нен­ным хри­сти­ан­скую ве­ру, я при­ка­зал пре­дать ог­ню.

И про­дол­жил:

– Ага­фон, Ири­на, Кас­сия, Филип­па и Ев­ти­хия вви­ду их мо­ло­до­сти пусть бу­дут бро­ше­ны по­ка в тюрь­му.

А по­сле кон­чи­ны свя­тей­ших [жен] от ог­ня, на сле­ду­ю­щий день, ко­гда сно­ва при­ве­ли свя­тую Ири­ну, пра­ви­тель Дул­ки­тий ска­зал ей:

– То, что ты безум­на, это яс­но, раз ты хо­те­ла да­же по сей день со­хра­нить столь­ко пер­га­ме­нов, книг, таб­ли­чек, кни­же­чек и стра­ниц из пи­са­ний неко­гда жив­ших нече­сти­вых хри­сти­ан. Ко­гда их при­нес­ли, ты при­зна­лась, каж­дый раз, од­на­ко, го­во­ря, что они не твои. По­сколь­ку ты не устра­ши­лась на­ка­за­ния сво­их се­стер и не име­ешь пе­ред гла­за­ми стра­ха смер­ти, необ­хо­ди­мо при­ме­нить к те­бе пыт­ки. Од­на­ко умест­но уде­лить те­бе немно­го че­ло­ве­ко­лю­бия: ес­ли ты за­хо­чешь те­перь все же при­знать бо­гов, то бу­дешь сво­бод­на от вся­кой опас­но­сти и на­ка­за­ния. Что ты ска­жешь: ис­пол­нишь ли по­ве­ле­ние на­ших им­пе­ра­то­ров и це­за­рей, со­гла­сишь­ся вку­сить се­го­дня от свя­щен­ных да­ров и при­не­сти жерт­ву бо­гам?

Ири­на: Нет, я не со­глас­на сде­лать это, ибо Гос­подь Бог, Со­тво­рив­ший небо, зем­лю, мо­ре и все, что в них, же­сто­ко по­ка­ра­ет веч­ным му­че­ни­ем пре­сту­пив­ших Бо­жье сло­во.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий: Кто по­со­ве­то­вал те­бе хра­нить эти пер­га­ме­ны и пи­са­ния до се­го­дняш­не­го дня?

Ири­на: Бог Все­дер­жи­тель, При­звав­ший лю­бить Его до са­мой смер­ти. Из-за это­го я не от­ва­жи­лась вы­дать их, но пред­по­чла, ко­неч­но, луч­ше остать­ся и пре­тер­петь, что бы ни слу­чи­лось с на­ми, чем от­дать их.

Пра­ви­тель: Кто знал, что они бы­ли в том до­ме, где ты жи­ла?

Ири­на: Ни­кто дру­гой не ви­дел их, кро­ме Бо­га Все­дер­жи­те­ля, Ко­то­рый все ве­да­ет, а так – ни­кто. Сво­их до­маш­них мы опа­са­ем­ся боль­ше вра­гов, как бы они не до­нес­ли на нас, а са­ми мы ни­ко­му не го­во­ри­ли.

Пра­ви­тель: В про­шлом го­ду, ко­гда впер­вые был об­на­ро­до­ван эдикт на­ших вла­дык им­пе­ра­то­ров и це­за­рей, где вы спря­та­лись?

Ири­на: Где Бог из­во­лил – в го­рах. Ви­дит Бог – под от­кры­тым небом.

Пра­ви­тель: У ко­го вы бы­ли?

Ири­на: По­всю­ду в го­рах под от­кры­тым небом.

Пра­ви­тель: Кто да­вал вам хлеб?

Ири­на: Бог, По­да­ю­щий всем.

Пра­ви­тель: Со­гла­шал­ся ли с ва­ми ваш отец?

Ири­на: Кля­нусь Бо­гом Все­дер­жи­те­лем – не со­гла­шал­ся и во­об­ще да­же не знал.

Пра­ви­тель: Кто из со­се­дей знал о вас?

Ири­на: Спро­си со­се­дей и мест­ных жи­те­лей, знал ли кто, где мы бы­ли.

Пра­ви­тель: По­сле ва­ше­го воз­вра­ще­ния с гор, как ты го­во­ришь, чи­та­ли ли вы эти пи­са­ния в чьем-ли­бо при­сут­ствии?

Ири­на: Они бы­ли в на­шем до­ме, и мы не дер­за­ли вы­но­сить их на­ру­жу. По­это­му мы и пре­бы­ва­ли в ве­ли­кой пе­ча­ли, что не мог­ли чи­тать их но­чью и днем, как де­ла­ли все­гда до то­го дня в про­шлом го­ду, ко­гда и спря­та­ли их.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий: Твои сест­ры уже по­лу­чи­ли свой при­го­вор. По­сколь­ку ты ви­нов­на и в преж­нем бег­стве и в со­кры­тии этих книг и пер­га­ме­нов, я при­ка­жу не ли­шать те­бя сра­зу жиз­ни та­ким же об­ра­зом. Но я при­ка­жу аго­ра­но­мам[14] это­го го­ро­да и чи­нов­ни­ку Зо­си­ме по­ста­вить те­бя го­лой в блу­ди­ли­ще, взяв из двор­ца толь­ко один хлеб, с тем, чтобы аго­ро­но­мы не поз­во­ля­ли те­бе уда­лить­ся от­ту­да.

Итак, ко­гда бы­ли при­ве­де­ны аго­ра­но­мы и об­ще­ствен­ный раб Зо­сим, пра­ви­тель ска­зал:

– Твер­до знай­те: ес­ли кто из от­ря­да до­не­сет мне, что она да­же на са­мый ко­рот­кий срок бу­дет от­пу­ще­на из то­го ме­ста, ку­да я при­ка­зал ее по­ста­вить, то то­гда вы под­па­де­те под тот же при­го­вор. А пи­са­ния, ко­то­рые при­нес­ли в Ири­ни­ных ту­бу­сах[15] и лар­цах, пусть пуб­лич­но со­жгут.

По при­ка­зу пра­ви­те­ля на­зна­чен­ные для это­го лю­ди от­ве­ли ее в об­ще­ствен­ное блу­ди­ли­ще. Но бла­го­да­тью Свя­то­го Ду­ха она со­хра­ни­ла и сбе­рег­ла свою чи­сто­ту для Вла­ды­ки всех Бо­га: ни­кто не от­ва­жил­ся по­дой­ти к ней и не по­пы­тал­ся обой­тись с ней дерз­ко, да­же на сло­вах.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий при­звал свя­тей­шую, сел на три­бу­на­ле и ска­зал:

– Ты все еще пре­бы­ва­ешь в преж­нем безу­мии?

Ири­на: Не в безу­мии, а в бла­го­че­стии.

Пра­ви­тель Дул­ки­тий: Из про­шлых тво­их от­ве­тов чет­ко вы­яс­ни­лось, что ты нече­сти­во не по­ви­но­ва­лась им­пе­ра­тор­ско­му эдик­ту. Те­перь я ви­жу, что ты все еще [оста­ешь­ся] в этом безу­мии – по­это­му при­ми долж­ное на­ка­за­ние.

По­про­сив бу­ма­гу, он за­пи­сал та­кой при­го­вор:

– Ири­ну, по­сколь­ку она не за­хо­те­ла под­чи­нить­ся им­пе­ра­тор­ско­му ука­зу и при­не­сти жерт­ву, оста­ва­ясь в неко­ем хри­сти­ан­ском ве­ро­уче­нии, как и двух ее се­стер, я по­ве­лел сжечь за это за­жи­во.

По­сле то­го, как пра­ви­тель вы­нес та­кой при­го­вор, во­и­ны взя­ли ее и от­ве­ли на некое вы­со­кое ме­сто, где по­стра­да­ли преж­де ее сест­ры. Они разо­жгли боль­шой ко­стер и ве­ле­ли ей взой­ти на него. Свя­тая Ири­на, сла­вя Бо­га, с пе­ни­ем псал­мов бро­си­лась в ко­стер и так скон­ча­лась в де­вя­тое кон­суль­ство Дио­кле­ти­а­на ав­гу­ста и вось­мое – Мак­си­ми­а­на ав­гу­ста, в ап­рель­ские ка­лен­ды[16], в цар­ство во ве­ки Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста, с Ним же От­цу сла­ва со Свя­тым Ду­хом во ве­ки ве­ков, аминь.

Елена Луковникова

Альманах “Альфа и Омега”, № 26, 2000

См. так­же: "Стра­да­ние свя­тых му­че­ниц Ага­пии, Хи­о­нии и Ири­ны" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

Ли­те­ра­ту­ра

Lexicon der christlichen Ikonographie. Rom, 1994. Bd. 5. S. 42. Wilpert J. Die romischen Mosaiken und Malereien der kirchlichen Bauten vom 4.–13. Jahrhundert. Freiburg i. Br., 1916. Bd. II. S. 710–711. Fig. 304. Bd. I. S. 334–335. Bd. IV. Tf. 205, 3. Restle M. Die byzantinische Wandmalerei in Kleinasien. Recklinghausen, 1967. Bd. 3. № 201, 218. Codices e Vaticani selecti, Il Menologio di Basilio II. Turin, 1907. VIII. Tf. 267. Millet G. Monuments de l’Athos, Paris 1927. Tf. 165, 3. Ер­ми­ния, или на­став­ле­ние в жи­во­пис­ном ис­кус­стве, со­став­лен­ное иеро­мо­на­хом и жи­во­пис­цем Ди­о­ни­си­ем Фур­но­гра­фи­о­том. 1701–1755 год. Пор­фи­рия, епи­ско­па Чи­ги­рин­ско­го. 1868. Ре­принт: М., 1993. C. 177. Cтро­га­нов­ский ико­но­пис­ный под­лин­ник. М., 1869. Roeder H. Saints and their Attributes. London–N. Y.–Toronto, 1955. P. 267.

При­ме­ча­ния

[1] Не так мно­го жи­вых сви­де­тельств древ­не­го хри­сти­ан­ства до­шло до нас. Обыч­но со­бра­тья му­че­ни­ков, чле­ны хри­сти­ан­ской об­щи­ны то­го же го­ро­да, про­сто вы­ку­па­ли про­то­ко­лы до­про­сов и за­пи­си при­го­во­ров у рим­ских чи­нов­ни­ков, а за­тем рас­про­стра­ня­ли их для укреп­ле­ния вер­ных, пред­ва­ри­тель­но снаб­див крат­ким ком­мен­та­ри­ем.
Один из та­ких па­мят­ни­ков – “Му­че­ни­че­ство Ага­пии, Ири­ны, Хи­о­нии и прис­ных” (BHG = Bibliotheca Hagiographica Graeca / Ed. F. Halkin. Bruxelles, 1957. Vol. 1. 34), до­шед­шее до нас лишь в од­ной-един­ствен­ной ру­ко­пи­си (Cod. Vat. gr. 1660, 916 г.).

[2] 1Фес.1:8.

[3] 1Фес.4:9.

[4] Мак­си­ми­ан Гер­ку­лий – рим­ский им­пе­ра­тор (285–310), со­пра­ви­тель Дио­кле­ти­а­на; бу­дучи гла­вой за­пад­ной ча­сти Им­пе­рии, про­сла­вил­ся осо­бо же­сто­ки­ми го­не­ни­я­ми на хри­сти­ан.

[5] Пс.50:9.

[6] Ин.14:27.

[7] 1Тим.1:5.

[8] Ве­ро­ят­но тот же са­мый Дул­ки­тий, ко­то­рый упо­ми­на­ет­ся в ак­тах Кан­тия, Кан­ти­а­на, Кан­ти­а­нил­лы и Про­та, по­стра­дав­ших в Ак­ви­лее (BHL = Bibliotheca Hagiographica Latina / Ed. Socii Bollandisti. Bruxelles, 1909. 1543–1549).

[9] Ком­мен­та­ри­сии (commentarienses)– чи­нов­ни­ки, от­вет­ствен­ные за ве­де­ние офи­ци­аль­ной до­ку­мен­та­ции при пра­ви­те­лях.

[10] Ста­ци­о­на­рии (milesstationarii)—по­ли­цей­ские чи­нов­ни­ки, на­блю­дав­шие за по­ряд­ком на вве­рен­ном им участ­ке (statio).

[11] Бе­не­фи­ци­а­рии (beneficiarii) – в им­пе­ра­тор­скую эпо­ху ун­тер-офи­цер­ский чин, свя­зан­ный с ве­де­ни­ем кан­це­ляр­ских дел.

[12] Име­ет­ся в ви­ду эдикт Дио­кле­ти­а­на и Мак­си­ми­а­на от 23 фев­ра­ля 303 г.

[13] Та­ким об­ра­зом му­че­ни­ца пре­одоле­ва­ет по­пыт­ку об­ви­нить ее в рас­пут­стве. – Ред.

[14] Аго­ра­но­мы – го­род­ские чи­нов­ни­ки, на­блю­дав­шие за по­ряд­ком на рын­ке. Их служ­ба, со­от­вет­ству­ю­щая рим­ско­му эди­ла­ту, дли­лась обыч­но 1 год.

[15] Букв. ‘ба­шен­ки’ (purg…skoi) – фу­тля­ры для хра­не­ния свит­ков.

[16] 1 ап­ре­ля 304 г.