Канон святым равноапостольным Мефодию и Кириллу, учителям Словенским

Припев: Святы́е равноапо́стольные отцы́ на́ши Кири́лле и Мефо́дие, моли́те Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 27 февраля (14 февраля ст. ст.); 19 апреля (06 апреля ст. ст.); 24 мая (11 мая ст. ст.)

Глас 3.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Во́ды дре́вле, ма́нием Боже́ственным, во еди́но со́нмище совокупи́вый, и раздели́вый мо́ре Изра́ильтеским лю́дем, Се́й Бо́г на́ш, препросла́влен е́сть, Тому́ Еди́ному пои́м, я́ко просла́вися.

Во́ды мяте́жа мирска́го прейти́ недоумева́я, преподо́бне Мефо́дие, оста́вил еси́ вся́ кра́сная ми́ра сего́ и, во а́нгельстем о́бразе на неви́димыя враги́ во́инствуя, Бо́гу еди́ному порабо́тал еси́, ра́достно воспева́я: Тому́ еди́ному пои́м, я́ко просла́вися.

Избра́нный сосу́д от пеле́н показа́лся еси́, Кири́лле блаже́нне, ю́ношеских шата́ний чу́жд яви́вся и му́дрость боже́ственную возлюби́в, те́мже святы́я правосла́вныя Це́ркве уче́нием просвеще́н, и са́м мно́гим учи́тель и просвети́тель бы́л еси́.

Вода́ми уче́ний ва́ших ороси́вшася, слове́нския страны́ да́же додне́сь Влады́це Христу́ плоды́ благоприя́тны прино́сят. Сего́ ра́ди ублажа́ет ва́с свята́я Це́рковь, зову́щи: от бе́д изба́вите на́с, уго́дницы Христо́вы.

Богоро́дичен: Во́ды грехо́вныя внидо́ша до души́ моея́, Влады́чице, и в тиме́нии страсте́й углебо́х, к Тебе́ прибега́ю, Всенепоро́чная, нечи́стых помышле́ний волне́ние утиши́ и ми́рное устрое́ние ми́ да́руй.

Пе́снь кано́на, соста́вленная митрополи́том Моско́вским Филаре́том, гла́с 5.

Ирмо́с: Спаси́телю Бо́гу, путе́м но́вым и ди́вным из тмы́ еги́петския лю́ди Своя́ изве́дшему и све́том Своего́ богопи́саннаго зако́на просвети́вшему, пои́м Ему́, я́ко просла́вися.

Богому́дрии учи́телие, святи́телие Кири́лле и Мефо́дие, от облагода́тствованнаго разуме́ния ва́шего низпосли́те лу́ч све́та несве́тлому моему́ ра́зуму, о ва́с любому́дрствующему.

Бо́г, Ему́же ве́дома су́ть от ве́ка вся́ дела́ Его́, еще́ во о́трочестве твое́м, богому́дре Кири́лле, назна́мена тя́ бы́ти прему́дрости Его́ люби́теля и служи́теля, показа́в тебе́ во сне́ обруче́ние твое́ с де́вою Софи́ею. Софи́я бо толку́ется прему́дрость.

Изхудо́жествовав пи́смена слове́нская, прему́дре Кири́лле, а́бие кни́ги боже́ственныя, святы́я и моли́твенныя те́ми написа́л еси́, и пре́дал еси́ лю́дем. Моли́ Христа́, Бо́жию прему́дрость, да сы́нове Росси́йстии, кни́жнаго уче́ния вожделе́вше, не прелага́ются в науче́ния стра́нна и разли́чна, но сло́вом Бо́жиим и уче́нием святы́х да просвеща́ют ра́зумы своя́, и благода́тию да утвержда́ют сердца́ своя́.

Испо́лнися ты́сяща ле́т, отне́леже и́стина Христо́ва и ева́нгельский ду́х жи́зни вни́де в сло́во и пи́смя слове́нское, твои́м, богому́дре Кири́лле, служе́нием: и да́же доны́не спаси́тельным богове́дением просвеща́ет слове́нския и Росси́йския лю́ди. О се́м ра́дующеся, и Христа́ Светода́вца сла́вяще, и твое́, преподо́бне, благодея́ние благода́рне испове́дуем. Ты́ же споспешеству́й на́м твои́ми моли́твами, я́ко да и безле́тныя блаже́нныя жи́зни дости́гнем правосла́вною ве́рою и за́поведей Христо́вых исполне́нием.

Богоро́дичен: Блага́я Ма́ти блага́го Царя́ и пра́веднаго Судии́, да́рующаго Ца́рствие Бо́жие язы́ку, творя́щему плоды́ Его́, и отъе́млющаго от недосто́йных, ми́лостива сотвори́ Его́ на́м Твои́м предста́тельством, да неоты́мет от на́с Ца́рствия Своего́, я́ко не прине́сших Ему́ плодо́в благоче́стия, пра́вды, воздержа́ния, братолю́бия, но да обрати́т на́с к покая́нию и исправле́нию, и соблюде́т на́с в чи́не сыно́в Ца́рствия Своего́.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: И́же от несу́щих вся́ приведы́й, Сло́вом созида́емая, соверша́емая Ду́хом, Вседержи́телю Вы́шний, в любви́ Твое́й утверди́ мене́.

Глаго́л Госпо́день, я́ко — и́же по Мне́ ити́ хо́щет, да во́зьмет кре́ст сво́й, — слу́хом се́рдца твоего́ услы́шав, преподо́бне Мефо́дие, кре́ст и́ноческаго жития́ возложи́в на ра́мо твое́, после́довал еси́ Христу́, Его́же моли́, да и мене́, хла́днаго, в любви́ Свое́й утверди́т.

И́же дре́вле Иа́кову в со́ннем виде́нии ле́ствицу, к небеси́ возводя́щую, показа́, То́й и тебе́, свя́те Кири́лле, еще́ о́троку су́щу, в ди́внем сне́ Софи́ю де́ву обручи́: се́ же бы́сть престо́лу Его́ приседя́щая Прему́дрость, Я́же в любви́ Всевы́шняго утверди́ тя́.

И́же от не су́щих вся́ Приведы́й, и ва́с, отцы́ досточу́днии, от чре́ва ма́терня освяти́ в сосу́ды избра́нная Себе́, во е́же пронести́ и́мя Его́ пред язы́ки; те́мже честну́ю па́мять ва́шу соверша́юще, мо́лим ва́с, Кири́лле и Мефо́дие, вла́ющийся у́м на́ш во испове́дании пра́выя ве́ры утверди́ти.

Богоро́дичен: Я́же ми́рови ми́р пода́вшая и Нача́льника тишины́ ро́ждшая, укроти́ во́лны страсте́й мои́х, Чи́стая, и на ка́мени мя́ безстра́стия утверди́.

Седа́лен, гла́с 4:

Уподо́бил еси́ со́лнцу Тро́ицу Святу́ю Единосу́щную, Кири́лле богодухнове́нне, во о́браз Святы́я Тро́ицы зри́мому на небеси́ со́лнцу созда́ну бы́ти, глаго́ля: подо́бие Бо́га Отца́ со́лнечный кру́г е́сть, не имы́й конца́, ни нача́ла, и, я́коже от кру́га со́лнечна исхо́дит луча́ све́та, поднебе́сную просвеща́ющая, си́це от Бо́га Отца́ ражда́ется Сы́н, О́тчее сия́ние, теплота́ же, вселе́нную оживля́ющая, от того́жде кру́га ку́пно с луче́ю излива́емая, подо́бие е́сть Ду́ха Свята́го, от Того́жде Отца́ исходя́щаго. Ди́вному уче́нию твоему́ вне́млюще, и мы́ в Тро́ице Еди́ному Бо́гу покланя́емся, па́мять же твою́ ублажа́ем, досточу́дне.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Положи́л еси́ к на́м тве́рдую любо́вь, Го́споди: Единоро́днаго бо Твоего́ Сы́на за ны́ на сме́рть да́л еси́. Те́мже Ти́ зове́м, благодаря́ще: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Положи́л еси́ хране́ние за́поведей, я́ко ка́мень краеуго́лен, на не́мже созида́я хра́мину души́ твоея́, преподо́бне Мефо́дие, Ду́ха Свята́го селе́ние сотвори́л ю́ еси́; а́з же, селе́ние греха́ сы́й, к тебе́ припа́даю, всеблаже́нне, очи́сти мя́ росо́ю моли́тв твои́х, да зову́, благодаря́: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Да́ждь ми́, да разуме́ю, что́ е́сть уго́дно Тебе́, Влады́ко, — взыва́л еси́, блаже́нне Кири́лле, егда́ со ю́ным царе́м в науче́ние кни́жное вда́н бы́л еси́. Сего́ ра́ди, ку́пно со вне́шним любому́дрием, Ду́ха прему́дрости и стра́ха Бо́жия свы́ше прия́л еси́, земну́ю же му́дрость ни во что́же вмени́л еси́, зовы́й: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Положи́л еси́ любо́вь к Зижди́телю твоему́, я́ко печа́ть, на се́рдце твое́м, всеблаже́нне. Сего́ ра́ди земну́ю обру́чницу и сла́ву ми́ра сего́ отри́нул еси́, Кири́лле, и, я́ко пти́ца, от се́ти ловя́щих бе́гая, в ти́хое приста́нище и́ночествующих дости́гл еси́ и в ри́зу ра́дования обле́клся еси́, воспева́я со Мефо́дием: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Богоро́дичен: Положи́в беззако́ния и непра́вды моя́ предо мно́ю, ви́жду, я́ко па́че песка́ морска́го умно́жишася. К Тебе́ прибега́ю, Всенепоро́чная, стру́пы души́ моея́ исцели́, да зову́ к Ро́ждшемуся от Тебе́, благодаря́: сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Я́ко ви́де Иса́ия обра́зно на престо́ле превознесе́на Бо́га, от а́нгел сла́вы дориноси́ма, о, окая́нный, — вопия́ше, — а́з! прови́дех бо воплоща́ема Бо́га, Све́та Невече́рня, и ми́ром Влады́чествующа.

Я́ко кри́н благоуха́нный, в пусты́ни процве́л еси́, преподо́бне Мефо́дие, моли́твами, бде́нием и поще́нием ду́шу твою́ украша́я, и, на земли́ равноа́нгельно пожи́в, ны́не со а́нгелы све́тло созерца́еши Све́та Невече́рня и ми́ром Влады́чествующа.

От А́нгел сла́вы дориноси́мому моля́ся в пусты́ни, Кири́лле, ну́ждею в Ца́рствующий гра́д возвраще́н бы́л еси́ и са́ном свяще́нства украси́лся еси́, да пу́ть спасе́ния челове́ком пока́жеши, све́том уче́ния просвеща́я и безкро́вную Же́ртву о все́х принося́ Све́ту Невече́рнему и ми́ром Влады́чествующу.

Я́ко кла́дязь прему́дрости неисчерпа́емый, яви́лся еси́, богоно́се Кири́лле, егда́ в сарацы́ны на препре́ние ху́лящих Пресвяту́ю Тро́ицу от царя́ по́слан бы́л еси́: не возмого́ша бо му́тными вода́ми злоуче́ния потопи́ти тя́, Све́том Невече́рним свы́ше озаря́ема.

Богоро́дичен: Я́ко дре́во непло́дное, сы́й, ка́ко не ужаса́юся гро́знаго посече́ния, о окая́нный а́з! Ско́ро притецы́ ко Богоблагода́тней, душе́ моя́: а́ще бо не Она́ засту́пит тя́, узре́ти не и́маши Све́та Невече́рня и ми́ром Влады́чествующа.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Бе́здна после́дняя грехо́в обы́де мя́, и исчеза́ет ду́х мо́й; но простры́й, Влады́ко, высо́кую Твою́ мы́шцу, я́ко Петра́ мя́, Упра́вителю, спаси́.

Се́, я́ко пучи́на морска́я, естество́ Бо́жие е́сть, непостижи́мое умо́м и неизрече́нное глаго́лы, — ре́кл еси́ ко ага́ряном, прему́дре Кири́лле, — ту́ю бо пучи́ну кроме́ свята́го Ева́нгелия преплы́ти хотя́щии потопля́ются, не ве́дуще пе́ти: я́ко Петра́ ны́, Упра́вителю, спаси́.

В бе́здне ра́зума лжеиме́ннаго угле́бшии ага́ряне та́йно я́д сме́ртный предложи́ша тебе́; реки́й же во Ева́нгелии Христо́с: я́ко а́ще что́ сме́ртно испие́те, не вреди́т вы́, — соблюде́ тя́ це́ла и с че́стию в Ца́рствующий гра́д возврати́. Ты́ же, царе́м и патриа́рхом досто́йно ублажа́емь, не превозне́слся еси́ и взыва́ти не преста́л еси́: я́ко Петра́ мя́, Упра́вителю, спаси́.

Дре́вле реки́й Боже́ственный Ду́х: отдели́те Ми́ Варна́ву и Са́вла на де́ло, на не́же призва́х и́х; подо́бне и ва́с, отцы́ преподо́бнии, в слове́нския страны́ посла́ти повеле́, и та́ко лю́дие, во тьме́ и се́ни сме́ртней седя́щии, све́том уче́ния ва́шего просвети́вшеся, воззва́ша: я́ко Петра́ ны́, Упра́вителю, спа́сл еси́.

Богоро́дичен: Бе́здна после́дняя грехо́в обы́де мя́, и, тре́петом одержи́мь е́смь, ужаса́яся всеконе́чнаго потопле́ния. Те́мже мольбу́ приношу́ Ти́, Пренепоро́чная: поми́луй стра́стную мою́ ду́шу, простри́ ру́ку Твою́, я́ко Блага́я, и, я́ко Петра́ спасе́ Сы́н Тво́й, та́ко мя́, Управи́тельнице, спаси́.

Конда́к, гла́с 3:

Свяще́нную дво́ицу просвети́телей на́ших почти́м, Боже́ственных писа́ний преложе́нием исто́чник богопозна́ния на́м источи́вших, из него́же да́же додне́сь неоску́дно почерпа́юще, ублажа́ем ва́с, Кири́лле и Мефо́дие, престо́лу Вы́шняго предстоя́щих и те́пле моля́щихся о душа́х на́ших.

И́кос:

В доброде́тели просия́вшия пропове́дники благоче́стия, и́стинныя столпы́ и основа́ния Це́ркве, трубы́ боже́ственныя Христо́вых догма́тов, богоно́сныя отцы́ Мефо́дия и Кири́лла, прииди́те, ве́рнии, восхва́лим: ти́и бо, мра́к неве́рия от на́с отгна́вше и е́реси нече́стия огне́м Ду́ха попали́вше, преложе́нием писа́ний ро́д слове́нский из ди́вия ма́слины в благопло́дную премени́ша, и боже́ственным креще́нием в ве́ру Христо́ву приведо́ша, и вселе́нную всю́ мно́жеством чуде́с испо́лниша. Того́ ра́ди дне́сь а́ки венцено́сцы предстоя́т Вседержи́телю Бо́гу, к ни́мже возопии́м: отцы́ боже́ственнии и равноапо́стольнии, предста́тельством ва́шим да́руйте все́м племено́м слове́нским в правове́рии тве́рдость и единомы́слие, те́пле моля́щеся о душа́х на́ших.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: Пре́жде о́бразу злато́му, перси́дскому чти́лищу, о́троцы не поклони́шася трие́, пою́ще посреде́ пе́щи: отце́в Бо́же, благослове́н еси́.

Пре́жде еди́н со Еди́ным пребыва́я, ду́шу твою́, я́ко ра́й богонасажде́нный, сотвори́л еси́, Мефо́дие, та́же на про́поведь апо́стольскую ку́пно с богому́дрым Кири́ллом ше́д, во страна́х слове́нских потруди́лся еси́, иде́же, я́ко о́троцы, огне́м нече́стия неопаля́еми, воспева́сте: отце́в Бо́же, благослове́н еси́.

Иуде́и и сарацы́ны препре́л еси́, прему́дре Кири́лле, и страну́ Каза́рскую святы́м креще́нием просвети́л еси́, у́зников мно́жество свобожда́я, и в пусты́ни безво́дней во́ду сла́ную в сла́дкую преложи́л еси́. Лю́дие же, спасе́ннии тобо́ю, воспева́ху: отце́в Бо́же, благослове́н еси́.

Сосу́ди избра́ннии бы́сте, отцы́ преподо́бнии, пронести́ и́мя Госпо́дне пред язы́ки, сего́ ра́ди и и́ны страны́ слове́нския возжеле́ша све́том уче́ния ва́шего озари́тися. Вы́ же предсуди́сте сла́дость безмо́лвия на тру́д апо́стольский премени́ти, да мно́жайшия Христу́ приобря́щете и ку́пно с ни́ми воспое́те: отце́в Бо́же, благослове́н еси́.

Богоро́дичен: Сосу́д по́лн страсте́й е́смь, Пресвята́я Богоро́дице Де́во, и сме́рти о́ныя после́дния и о́гненнаго преще́ния страшу́ся. Но Ты́, Пречи́стая, спаси́ мя́, погиба́ющаго, кре́постию препоя́ши ду́х мо́й, да плени́цы грехо́вныя расто́рг, благода́рственно воспою́: Изба́вителя плене́нных ро́ждшая, благослове́на еси́.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Веще́ственнаго огня́ пла́мень невеще́ственным увяди́ша богозри́мии о́троцы, и поя́ху: благослови́те, вся́ дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Невеще́ственным све́том благода́ти вы́ну озаря́емь, прия́л еси́ са́н свяще́нства, блаже́нне Кири́лле, и споспе́шествующу тебе́ Ду́ху Свято́му, писмена́ слове́нская изобре́л еси́, да богодухнове́нных кни́г на сро́дную и́м бесе́ду преложе́нием лю́дие просвети́вшеся, воспою́т: благослови́те, вся́ дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Пе́рвее сы́на Гро́мова неземны́я глаго́лы: в нача́ле бе́ Сло́во, — я́ко ве́ры на́шея глави́зну возгреме́ли есте́, отцы́ всехва́льнии. Та́же псалти́рь сладкогла́сную на глаго́лы слове́нския преложи́ли есте́, е́юже и ны́не свята́я Це́рковь, веселя́щися, взыва́ет: благослови́те, вся́ дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Невеще́ственным сокро́вищем обогати́сте на́с, отцы́ досточу́днии: Боже́ственная бо Литурги́я на язы́це слове́нстем нача́тся от ва́с соверша́тися. Сея́ благода́ти и мы́ додне́сь прича́стницы су́ще, воспева́ем Бо́га, глаго́люще: благослови́те, вся́ дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Богоро́дичен: О́гнь искуше́ний и напа́стей злы́х обы́де мя́, к Тебе́ прибега́ю, Богоро́дице Де́во: не пре́зри, Чи́стая, моле́ний раба́ Твоего́, от одержа́щих мя́ лю́тых изба́ви, да, благословля́я, благословлю́ Тя́ и превознесу́ и́мя Твое́ во ве́ки.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Тебе́, неопали́мую купину́ и Святу́ю Де́ву, Ма́терь Све́та и Богоро́дицу, наде́жду все́х на́с, велича́ем.

Тебе́ по достоя́нию восхвали́ти кто́ возмо́жет, Мефо́дие всесла́вне? По́двиги и труды́ твоя́, я́же апо́стольски спасе́ния ра́ди люде́й заблу́ждших подъя́л еси́, Кири́лле, кто́ изочте́т? Па́че же мы́, ва́ми сла́вити Бо́га Вы́шняго на сро́днем на́м язы́це научи́вшеся, единому́дренно и ва́с с Ни́м велича́ем.

Тебе́, Кири́лле блаже́нне, я́ко уже́ де́ло соверши́вшу и тече́ние сконча́вшу, бы́сть извеще́ние свы́ше о кончи́не твое́й, е́же прии́м, ра́достно воспе́л еси́: о ре́кших мне́, вни́дем во дворы́ Госпо́дни, возвесели́ся ду́х мо́й. Та́же вожделе́в, в го́рняя душе́ю возне́слся еси́, иде́же с небе́сными си́лами Тро́ицу Единосу́щную вы́ну велича́еши.

Це́ркве Мора́вския епи́скопство прие́м, преподо́бне Мефо́дие, мно́гия труды́ и по́двиги, ве́ру святу́ю возвеща́я, подъя́л еси́, мно́гия беды́ и изгна́ния претерпе́л еси́, ны́не же ку́пно со святы́м Кири́ллом в вы́шних ра́дующеся, моли́теся о на́с, да мы́ я́ко засту́пники и хода́таи на́ша вы́ну ва́с велича́ем.

Богоро́дичен: Превы́шшая а́нгел и херуви́м Честне́йшая, предста́тельством святы́х Кири́лла и Мефо́дия, на на́ше смире́ние умилосе́рдися, мо́лим Ти́ ся́, из глубины́ грехо́вныя возведи́ и ве́чнаго осужде́ния на́с изба́ви, да ку́пно с ни́ми Тебе́, Ма́терь Све́та и Богоро́дицу, наде́жду все́х на́с, велича́ем.

Свети́лен:

Учи́тели святи́и, па́мять ва́шу све́тло пра́зднующе, мо́лим ва́с всеусе́рдно: язы́ки, и́хже сокро́вищем благове́стия обогати́сте, на ка́мени испове́дания Христо́ва утверди́те, и соблюди́те в ми́ре живо́т на́ш.

Пѣ́снь а҃.

І҆рмо́съ: Во́ды дре́вле ма́нїемъ бж҃е́ственнымъ во є҆ди́но со́нмище совокꙋпи́вый, и҆ раздѣли́вый мо́ре і҆и҃льтєскимъ лю́демъ, се́й бг҃ъ на́шъ препросла́вленъ є҆́сть: томꙋ̀ є҆ди́номꙋ пои́мъ, ꙗ҆́кѡ просла́висѧ.

Во́ды мѧте́жа мїрска́гѡ прейтѝ недоꙋмѣва́ѧ, прпⷣбне меѳо́дїе, ѡ҆ста́вилъ є҆сѝ всѧ̑ кра̑снаѧ мі́ра сегѡ̀, и҆ во а҆́гг҃льстѣмъ ѻ҆́бразѣ на неви̑димыѧ врагѝ во́инствꙋѧ, бг҃ꙋ є҆ди́номꙋ порабо́талъ є҆сѝ, ра́достнѡ воспѣва́ѧ: томꙋ̀ є҆ди́номꙋ пои́мъ, ꙗ҆́кѡ просла́висѧ.

И҆збра́нный сосꙋ́дъ ѿ пеле́нъ показа́лсѧ є҆сѝ, кѷрі́лле бл҃же́нне, ю҆́ношескихъ шата́нїй чꙋ́ждъ ꙗ҆ви́всѧ и҆ мꙋ́дрость бж҃е́ственнꙋю возлюби́въ: тѣ́мже ст҃ы́ѧ правосла́вныѧ цр҃кве ᲂу҆че́нїемъ просвѣще́нъ, и҆ са́мъ мнѡ́гимъ ᲂу҆чи́тель и҆ просвѣти́тель бы́лъ є҆сѝ.

Вода́ми ᲂу҆че́нїй ва́шихъ ѡ҆роси́вшасѧ, словє́нскїѧ страны̀ да́же додне́сь влⷣцѣ хрⷭ҇тꙋ̀ плоды̀ бл҃гопрїѧ̑тны прино́сѧтъ. сегѡ̀ ра́ди ᲂу҆бл҃жа́етъ ва́съ ст҃а́ѧ цр҃ковь, зовꙋ́щи: ѿ бѣ́дъ и҆зба́вите на́съ, ᲂу҆гѡ́дницы хрⷭ҇тѡ́вы.

Бг҃оро́диченъ: Во́ды грѣхѡ́вныѧ внидо́ша до дꙋ́ши моеѧ̀, влⷣчце, и҆ въ тимѣ́нїи страсте́й ᲂу҆глѣбо́хъ: къ тебѣ̀ прибѣга́ю, всенепоро́чнаѧ, нечи́стыхъ помышле́нїй волне́нїе ᲂу҆тишѝ, и҆ ми́рное ᲂу҆строе́нїе мѝ да́рꙋй.

Пѣ́снь г҃.

І҆рмо́съ: И҆́же ѿ несꙋ́щихъ всѧ̑ приведы́й, сло́вомъ созида́ємаѧ, соверша́ємаѧ дх҃омъ, вседержи́телю вы́шнїй, въ любвѝ твое́й ᲂу҆твердѝ менѐ.

Глаго́лъ гдⷭ҇ень, ꙗ҆́кѡ и҆́же по мнѣ̀ и҆тѝ хо́щетъ, да во́зьметъ кре́стъ сво́й, слꙋ́хомъ се́рдца твоегѡ̀ ᲂу҆слы́шавъ, прпⷣбне меѳо́дїе, кре́стъ и҆́ноческагѡ житїѧ̀ возложи́въ на ра́мо твоѐ, послѣ́довалъ є҆сѝ хрⷭ҇тꙋ̀, є҆го́же молѝ, да и҆ менѐ хла́днаго въ любвѝ свое́й ᲂу҆тверди́тъ.

И҆́же дре́вле і҆а́кѡвꙋ въ со́ннѣмъ видѣ́нїи лѣ́ствицꙋ къ нб҃сѝ возводѧ́щꙋю показа̀, то́й и҆ тебѣ̀, ст҃е кѷрі́лле, є҆щѐ ѻ҆́трокꙋ сꙋ́щꙋ, въ ди́внѣмъ снѣ̀ софі́ю дѣ́вꙋ ѡ҆брꙋчѝ: сѐ же бы́сть престо́лꙋ є҆гѡ̀ присѣдѧ́щаѧ премꙋ́дрость, ꙗ҆́же въ любвѝ всевы́шнѧгѡ ᲂу҆твердѝ тѧ̀.

И҆́же ѿ не сꙋ́щихъ всѧ̑ приведы́й, и҆ ва́съ, ѻ҆тцы̀ досточꙋ́днїи, ѿ чре́ва ма́тернѧ ѡ҆свѧтѝ въ сосꙋ́ды и҆збра̑ннаѧ себѣ̀, во є҆́же пронестѝ и҆́мѧ є҆гѡ̀ пред̾ ꙗ҆зы́ки: тѣ́мже честнꙋ́ю па́мѧть ва́шꙋ соверша́юще, мо́лимъ ва́съ, кѷрі́лле и҆ меѳо́дїе, вла́ющїйсѧ ᲂу҆́мъ на́шъ во и҆сповѣ́данїи пра́выѧ вѣ́ры ᲂу҆тверди́ти.

Бг҃оро́диченъ: Ꙗ҆́же мі́рови ми́ръ пода́вшаѧ и҆ нача́льника тишины̀ ро́ждшаѧ, ᲂу҆кротѝ во́лны страсте́й мои́хъ чⷭ҇таѧ, и҆ на ка́мени мѧ̀ безстра́стїѧ ᲂу҆твердѝ.

Сѣда́ленъ, гла́съ д҃:

Оу҆подо́билъ є҆сѝ со́лнцꙋ трⷪ҇цꙋ ст҃ꙋ́ю є҆диносꙋ́щнꙋю, кѷрі́лле бг҃одꙋхнове́нне, во ѻ҆́бразъ ст҃ы́ѧ трⷪ҇цы зри́момꙋ на небесѝ со́лнцꙋ созда́нꙋ бы́ти, глаго́лѧ: подо́бїе бг҃а ѻ҆ц҃а̀ со́лнечный крꙋ́гъ є҆́сть, не и҆мы́й конца̀, ни нача́ла, и҆ ꙗ҆́коже ѿ крꙋ́га со́лнечна и҆схо́дитъ лꙋча̀ свѣ́та, поднебе́снꙋю просвѣща́ющаѧ, си́це ѿ бг҃а ѻ҆ц҃а̀ ражда́етсѧ сн҃ъ, ѻ҆́ч҃ее сїѧ́нїе, теплота̀ же вселе́ннꙋю ѡ҆живлѧ́ющаѧ, ѿ тогѡ́жде крꙋ́га кꙋ́пнѡ съ лꙋче́ю и҆злива́емаѧ, подо́бїе є҆́сть дх҃а ст҃а́гѡ, ѿ тогѡ́жде ѻ҆ц҃а̀ и҆сходѧ́щагѡ. ди́вномꙋ ᲂу҆че́нїю твоемꙋ̀ вне́млюще, и҆ мы̀ въ трⷪ҇цѣ є҆ди́номꙋ бг҃ꙋ покланѧ́емсѧ, па́мѧть же твою̀ ᲂу҆бл҃жа́емъ, досточꙋ́дне.

Пѣ́снь д҃.

І҆рмо́съ: Положи́лъ є҆сѝ къ на́мъ тве́рдꙋю любо́вь, гдⷭ҇и: є҆диноро́днаго бо твоего̀ сн҃а за ны̀ на сме́рть да́лъ є҆сѝ. тѣ́мже тѝ зове́мъ бл҃годарѧ́ще: сла́ва си́лѣ твое́й, гдⷭ҇и.

Положи́лъ є҆сѝ хране́нїе за́повѣдей, ꙗ҆́кѡ ка́мень краеꙋго́ленъ, на не́мже созида́ѧ хра́минꙋ дꙋшѝ твоеѧ̀, прпⷣбне меѳо́дїе, дх҃а ст҃а́гѡ селе́нїе сотвори́лъ ю҆̀ є҆сѝ: а҆́зъ же селе́нїе грѣха̀ сы́й, къ тебѣ̀ припа́даю, всебл҃же́нне, ѡ҆чи́сти мѧ̀ росо́ю мл҃твъ твои́хъ, да зовꙋ̀ бл҃годарѧ̀: сла́ва си́лѣ твое́й, гдⷭ҇и.

Да́ждь мѝ, да разꙋмѣ́ю, что̀ є҆́сть ᲂу҆го́дно тебѣ̀, влⷣко: взыва́лъ є҆сѝ, бл҃же́нне кѷрі́лле, є҆гда̀ со ю҆́нымъ царе́мъ въ наꙋче́нїе кни́жное вда́нъ бы́лъ є҆сѝ. сегѡ̀ ра́ди, кꙋ́пнѡ со внѣ́шнимъ любомꙋ́дрїемъ, дх҃а премꙋ́дрости и҆ стра́ха бж҃їѧ свы́ше прїѧ́лъ є҆сѝ, земнꙋ́ю же мꙋ́дрость ни во что́же вмѣни́лъ є҆сѝ, зовы́й: сла́ва си́лѣ твое́й, гдⷭ҇и.

Положи́лъ є҆сѝ любо́вь къ зижди́телю твоемꙋ̀ ꙗ҆́кѡ печа́ть на се́рдцѣ твое́мъ, всебл҃же́нне. сегѡ̀ ра́ди земнꙋ́ю ѡ҆брꙋ́чницꙋ и҆ сла́вꙋ мі́ра сегѡ̀ ѿри́нꙋлъ є҆сѝ, кѷрі́лле, и҆ ꙗ҆́кѡ пти́ца ѿ сѣ́ти ловѧ́щихъ бѣ́гаѧ, въ ти́хое приста́нище и҆́ночествꙋющихъ дости́глъ є҆сѝ и҆ въ ри́зꙋ ра́дованїѧ ѡ҆бле́клсѧ є҆сѝ, воспѣва́ѧ со меѳо́дїемъ: сла́ва си́лѣ твое́й, гдⷭ҇и.

Бг҃оро́диченъ: Положи́въ беззакѡ́нїѧ и҆ непра̑вды моѧ̑ предо мно́ю, ви́ждꙋ, ꙗ҆́кѡ па́че песка̀ морска́гѡ ᲂу҆мно́жишасѧ. къ тебѣ̀ прибѣга́ю, всенепоро́чнаѧ, стрꙋ́пы дꙋшѝ моеѧ̀ и҆сцѣлѝ, да зовꙋ̀ къ ро́ждшемꙋсѧ ѿ тебє̀, бл҃годарѧ̀: сла́ва си́лѣ твое́й, гдⷭ҇и.

Пѣ́снь є҃.

І҆рмо́съ: Ꙗ҆́кѡ ви́дѣ и҆са́їа ѻ҆бра́знѡ на прⷭ҇то́лѣ превознесе́на бг҃а, ѿ а҆́гг҃лъ сла́вы дорѷноси́ма, ѽ ѻ҆каѧ́нный, вопїѧ́ше, а҆́зъ: прови́дѣхъ бо воплоща́ема бг҃а, свѣ́та невече́рнѧ и҆ ми́ромъ влады́чествꙋюща.

Ꙗ҆́кѡ крі́нъ бл҃гоꙋха́нный въ пꙋсты́ни процвѣ́лъ є҆сѝ, прпⷣбне меѳо́дїе, мл҃твами, бдѣ́нїемъ и҆ поще́нїемъ дꙋ́шꙋ твою̀ ᲂу҆краша́ѧ, и҆ на землѝ равноа́гг҃льнѡ пожи́въ, ны́нѣ со а҆́гг҃лы свѣ́тлѡ созерца́еши свѣ́та невече́рнѧ и҆ ми́ромъ влады́чествꙋюща.

Ѿ а҆́гг҃лъ сла́вы дорѷноси́момꙋ молѧ́сѧ въ пꙋсты́ни, кѷрі́лле, нꙋ́ждею въ ца́рствꙋющїй гра́дъ возвраще́нъ бы́лъ є҆сѝ и҆ са́номъ сщ҃е́нства ᲂу҆краси́лсѧ є҆сѝ, да пꙋ́ть сп҃се́нїѧ человѣ́кѡмъ пока́жеши, свѣ́томъ ᲂу҆че́нїѧ просвѣща́ѧ и҆ безкро́внꙋю же́ртвꙋ ѡ҆ всѣ́хъ приносѧ̀ свѣ́тꙋ невече́рнемꙋ и҆ ми́ромъ влады́чествꙋющꙋ.

Ꙗ҆́кѡ кла́дѧзь премꙋ́дрости неисчерпа́емый ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ, бг҃оно́се кѷрі́лле, є҆гда̀ въ сарацы́ны на препрѣ́нїе хꙋ́лѧщихъ прест҃ꙋ́ю трⷪ҇цꙋ ѿ царѧ̀ по́сланъ бы́лъ є҆сѝ: не возмого́ша бо мꙋ́тными вода́ми ѕлоꙋче́нїѧ потопи́ти тѧ̀, свѣ́томъ невече́рнимъ свы́ше ѡ҆зарѧ́ема.

Бг҃оро́диченъ: Ꙗ҆́кѡ дре́во непло́дное сы́й, ка́кѡ не ᲂу҆жаса́юсѧ гро́знагѡ посѣче́нїѧ, ѽ ѻ҆каѧ́нный а҆́зъ! ско́рѡ притецы̀ ко бг҃обл҃года́тнѣй, дꙋшѐ моѧ̀: а҆́ще бо не ѻ҆на̀ застꙋ́питъ тѧ̀, ᲂу҆зрѣ́ти не и҆́маши свѣ́та невече́рнѧ и҆ ми́ромъ влады́чествꙋюща.

Пѣ́снь ѕ҃.

І҆рмо́съ: Бе́здна послѣ́днѧѧ грѣхѡ́въ ѡ҆бы́де мѧ̀, и҆ и҆счеза́етъ дꙋ́хъ мо́й: но простры́й, влⷣко, высо́кꙋю твою̀ мы́шцꙋ, ꙗ҆́кѡ петра̀ мѧ̀, ᲂу҆пра́вителю. сп҃сѝ.

Сѐ ꙗ҆́кѡ пꙋчи́на морска́ѧ є҆стество̀ бж҃їе є҆́сть, непостижи́мое ᲂу҆мо́мъ и҆ неизрече́нное глагѡ́лы, ре́клъ є҆сѝ ко а҆га́рѧнѡмъ, премꙋ́дре кѷрі́лле: тꙋ́ю бо пꙋчи́нꙋ кромѣ̀ ст҃а́гѡ є҆ѵⷢ҇лїа преплы́ти хотѧ́щїи потоплѧ́ютсѧ, не вѣ́дꙋще пѣ́ти: ꙗ҆́кѡ петра̀ ны̀, ᲂу҆пра́вителю, сп҃сѝ.

Въ бе́зднѣ ра́зꙋма лжеиме́ннагѡ ᲂу҆глѣ́бшїи а҆га́рѧне та́йнѡ ꙗ҆́дъ сме́ртный предложи́ша тебѣ̀: рекі́й же во є҆ѵⷢ҇лїи хрⷭ҇то́съ, ꙗ҆́кѡ а҆́ще что̀ сме́ртно и҆спїе́те, не вреди́тъ вы̀, соблюдѐ тѧ̀ цѣ́ла, и҆ съ че́стїю въ ца́рствꙋющїй гра́дъ возвратѝ. ты́ же царе́мъ и҆ патрїа́рхомъ досто́йнѡ ᲂу҆бл҃жа́емь, не превозне́слсѧ є҆сѝ, и҆ взыва́ти не преста́лъ є҆сѝ: ꙗ҆́кѡ петра̀ мѧ̀, ᲂу҆пра́вителю, сп҃сѝ.

Дре́вле рекі́й бж҃е́ственный дх҃ъ: ѿдѣли́те мѝ варна́вꙋ и҆ са́ѵла на дѣ́ло, на не́же призва́хъ и҆̀хъ: подо́бнѣ и҆ ва́съ, ѻ҆тцы̀ прпⷣбнїи, въ словє́нскїѧ страны̑ посла́ти повелѣ̀, и҆ та́кѡ лю́дїе во тьмѣ̀ и҆ сѣ́ни сме́ртнѣй сѣдѧ́щїи, свѣ́томъ ᲂу҆че́нїѧ ва́шегѡ просвѣти́вшесѧ, воззва́ша: ꙗ҆́кѡ петра̀ ны̀, ᲂу҆пра́вителю, сп҃слъ є҆сѝ.

Бг҃оро́диченъ: Бе́здна послѣ́днѧѧ грѣхѡ́въ ѡ҆бы́де мѧ̀, и҆ тре́петомъ ѡ҆держи́мь є҆́смь, ᲂу҆жаса́ѧсѧ всеконе́чнагѡ потопле́нїѧ. тѣ́мже мольбꙋ̀ приношꙋ̀ тѝ, пренепоро́чнаѧ: поми́лꙋй стра́стнꙋю мою̀ дꙋ́шꙋ, прострѝ рꙋ́кꙋ твою̀, ꙗ҆́кѡ бл҃га́ѧ, и҆ ꙗ҆́кѡ петра̀ сп҃сѐ сн҃ъ тво́й, та́кѡ мѧ̀, ᲂу҆прави́тельницѣ, сп҃сѝ.

Конда́къ, гла́съ г҃:

Сщ҃е́ннꙋю дво́ицꙋ просвѣти́телей на́шихъ почти́мъ, бж҃е́ственныхъ писа́нїй преложе́нїемъ и҆сто́чникъ бг҃опозна́нїѧ на́мъ и҆сточи́вшихъ, и҆з̾ негѡ́же да́же додне́сь неѡскꙋ́днѡ почерпа́юще, ᲂу҆бл҃жа́емъ ва́съ, кѷрі́лле и҆ меѳо́дїе, прⷭ҇то́лꙋ вы́шнѧгѡ предстоѧ́щихъ и҆ те́плѣ молѧ́щихсѧ ѡ҆ дꙋша́хъ на́шихъ.

І҆́косъ:

Въ добродѣ́тели просїѧ́вшыѧ проповѣ́дники бл҃гоче́стїѧ, и҆́стинныѧ столпы̀ и҆ ѡ҆снова̑нїѧ цр҃кве, трꙋбы̑ бж҃е́ствєнныѧ хрⷭ҇то́выхъ догма́тѡвъ, бг҃онѡ́сныѧ ѻ҆тцы̀ меѳо́дїа и҆ кѷрі́лла, прїиди́те, вѣ́рнїи, восхва́лимъ: ті́и бо мра́къ невѣ́рїѧ ѿ на́съ ѿгна́вше, и҆ є҆́реси нече́стїѧ ѻ҆гне́мъ дх҃а попали́вше, преложе́нїемъ писа́нїй ро́дъ слове́нскїй и҆з̾ ди́вїѧ ма́слины въ бл҃гопло́днꙋю премѣни́ша, и҆ бж҃е́ственнымъ кр҃ще́нїемъ въ вѣ́рꙋ хрⷭ҇то́вꙋ приведо́ша, и҆ вселе́ннꙋю всю̀ мно́жествомъ чꙋде́съ и҆спо́лниша. тогѡ̀ ра́ди дне́сь а҆́ки вѣнцено́сцы предстоѧ́тъ вседержи́телю бг҃ꙋ, къ ни́мже возопїи́мъ: ѻ҆тцы̀ бж҃е́ственнїи и҆ равноапⷭ҇льнїи, предста́тельствомъ ва́шимъ да́рꙋйте всѣ̑мъ племенѡ́мъ словє́нскимъ въ правовѣ́рїи тве́рдость и҆ є҆диномы́слїе, те́плѣ молѧ́щесѧ ѡ҆ дꙋша́хъ на́шихъ.

Пѣ́снь з҃.

І҆рмо́съ: Пре́жде ѻ҆́бразꙋ злато́мꙋ, персі́дскомꙋ чти́лищꙋ ѻ҆́троцы не поклони́шасѧ, трїѐ пою́ще посредѣ̀ пе́щи: ѻ҆тцє́въ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Пре́жде є҆ди́нъ со є҆ди́нымъ пребыва́ѧ, дꙋ́шꙋ твою̀ ꙗ҆́кѡ ра́й бг҃онасажде́нный сотвори́лъ є҆сѝ, меѳо́дїе, та́же на про́повѣдь а҆пⷭ҇льскꙋю кꙋ́пнѡ съ бг҃омꙋ́дрымъ кѷрі́лломъ ше́дъ, во страна́хъ слове́нскихъ потрꙋди́лсѧ є҆сѝ, и҆дѣ́же ꙗ҆́кѡ ѻ҆́троцы ѻ҆гне́мъ нече́стїѧ неѡпалѧ́еми воспѣва́сте: ѻ҆тцє́въ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

І҆ꙋдє́и и҆ сарацы́ны препрѣ́лъ є҆сѝ, премꙋ́дре кѷрі́лле, и҆ странꙋ̀ каза́рскꙋю ст҃ы́мъ кр҃ще́нїемъ просвѣти́лъ є҆сѝ, ᲂу҆́зникѡвъ мно́жество свобожда́ѧ, и҆ въ пꙋсты́ни безво́днѣй во́дꙋ сла́нꙋю въ сла́дкꙋю преложи́лъ є҆сѝ. лю́дїе же спасе́ннїи тобо́ю воспѣва́хꙋ: ѻ҆тцє́въ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Сосꙋ́ди и҆збра́ннїи бы́сте, ѻ҆тцы̀ прпⷣбнїи, пронестѝ и҆́мѧ гдⷭ҇не пред̾ ꙗ҆зы́ки: сегѡ̀ ра́ди и҆ и҆́ны страны̑ словє́нскїѧ возжелѣ́ша свѣ́томъ ᲂу҆че́нїѧ ва́шегѡ ѡ҆зари́тисѧ. вы̀ же предсꙋди́сте сла́дость безмо́лвїѧ на трꙋ́дъ а҆пⷭ҇льскїй премѣни́ти, да мно́жайшыѧ хрⷭ҇тꙋ̀ прїѡбрѧ́щете и҆ кꙋ́пнѡ съ ни́ми воспое́те: ѻ҆тцє́въ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Бг҃оро́диченъ: Сосꙋ́дъ по́лнъ страсте́й є҆́смь, прест҃а́ѧ бцⷣе дв҃о, и҆ сме́рти ѻ҆́ныѧ послѣ́днїѧ и҆ ѻ҆́гненнагѡ преще́нїѧ страшꙋ́сѧ. но ты̀, прчⷭ҇таѧ, сп҃сѝ мѧ̀ погиба́ющаго, крѣ́постїю препоѧ́ши дꙋ́хъ мо́й, да плени̑цы грѣхѡ́вныѧ расто́ргъ, бл҃года́рственнѡ воспою̀: и҆зба́вителѧ плѣне́нныхъ ро́ждшаѧ, бл҃гослове́на є҆сѝ.

Пѣ́снь и҃.

І҆рмо́съ: Веще́ственнагѡ ѻ҆гнѧ̀ пла́мень невеще́ственнымъ ᲂу҆вѧди́ша бг҃озри́мїи ѻ҆́троцы, и҆ поѧ́хꙋ: бл҃гослови́те, всѧ̑ дѣла̀ гдⷭ҇нѧ, гдⷭ҇а.

Невеще́ственнымъ свѣ́томъ бл҃года́ти вы́нꙋ ѡ҆зарѧ́емь, прїѧ́лъ є҆сѝ са́нъ сщ҃е́нства, бл҃же́нне кѷрі́лле, и҆ споспѣшествꙋющꙋ тебѣ̀ дх҃ꙋ ст҃о́мꙋ, писмена̀ словє́нскаѧ и҆з̾ѡбрѣ́лъ є҆сѝ, да бг҃одꙋхнове́нныхъ кни́гъ на сро́днꙋю и҆̀мъ бесѣ́дꙋ преложе́нїемъ лю́дїе просвѣти́вшесѧ воспою́тъ: бл҃гослови́те, всѧ̑ дѣла̀ гдⷭ҇нѧ, гдⷭ҇а.

Пе́рвѣе сы́на гро́мова неземны̑ѧ глаго́лы: въ нача́лѣ бѣ̀ сло́во, ꙗ҆́кѡ вѣ́ры на́шеѧ глави́знꙋ возгремѣ́ли є҆стѐ, ѻ҆тцы̀ всехва́льнїи. та́же ѱалти́рь сладкогла́снꙋю на глаго́лы словє́нскїѧ преложи́ли є҆стѐ, є҆́юже и҆ ны́нѣ ст҃а́ѧ цр҃ковь веселѧ́щисѧ взыва́етъ: бл҃гослови́те, всѧ̑ дѣла̀ гдⷭ҇нѧ, гдⷭ҇а.

Невеще́ственнымъ сокро́вищемъ ѡ҆богати́сте на́съ, ѻ҆тцы̀ досточꙋ́днїи: бж҃е́ственнаѧ бо лїтꙋргі́а на ѧ҆зы́цѣ слове́нстѣмъ нача́тсѧ ѿ ва́съ соверша́тисѧ. сеѧ̀ бл҃года́ти и҆ мы̀ додне́сь прича̑стницы сꙋ́ще, воспѣва́емъ бг҃а, глаго́люще: бл҃гослови́те, всѧ̑ дѣла̀ гдⷭ҇нѧ, гдⷭ҇а.

Бг҃оро́диченъ: Ѻ҆́гнь и҆скꙋше́нїй и҆ напа́стей ѕлы́хъ ѡ҆бы́де мѧ̀: къ тебѣ̀ прибѣга́ю, бцⷣе дв҃о: не пре́зри, чⷭ҇таѧ, моле́нїй раба̀ твоегѡ̀, ѿ ѡ҆держа́щихъ мѧ̀ лю́тыхъ и҆зба́ви, да бл҃гословлѧ́ѧ бл҃гословлю̀ тѧ̀ и҆ превознесꙋ̀ и҆́мѧ твоѐ во вѣ́ки.

Пѣ́снь ѳ҃.

І҆рмо́съ: Тебѐ неѡпали́мꙋю кꙋпинꙋ̀ и҆ ст҃ꙋ́ю дв҃ꙋ, мт҃рь свѣ́та и҆ бцⷣꙋ, наде́ждꙋ всѣ́хъ на́съ велича́емъ.

Тебѐ по достоѧ́нїю восхвали́ти кто̀ возмо́жетъ, меѳо́дїе всесла́вне, по́двиги и҆ трꙋды̀ твоѧ̑, ꙗ҆̀же а҆пⷭ҇льски сп҃се́нїѧ ра́ди люде́й заблꙋ́ждшихъ под̾ѧ́лъ є҆сѝ, кѷрі́лле, кто̀ и҆зочте́тъ; па́че же мы̀, ва́ми сла́вити бг҃а вы́шнѧго на сро́днѣмъ на́мъ ѧ҆зы́цѣ наꙋчи́вшесѧ, є҆диномꙋ́дреннѡ и҆ ва́съ съ ни́мъ велича́емъ.

Тебѐ, кѷрі́лле бл҃же́нне, ꙗ҆́кѡ ᲂу҆жѐ дѣ́ло соверши́вшꙋ и҆ тече́нїе сконча́вшꙋ, бы́сть и҆звѣще́нїе свы́ше ѡ҆ кончи́нѣ твое́й, є҆́же прїи́мъ, ра́достнѡ воспѣ́лъ є҆сѝ: ѡ҆ ре́кшихъ мнѣ̀, вни́демъ во дворы̀ гдⷭ҇ни, возвесели́сѧ дꙋ́хъ мо́й. та́же вожделѣ́въ въ гѡ́рнѧѧ дꙋше́ю возне́слсѧ є҆сѝ, и҆дѣ́же съ нбⷭ҇ными си́лами трⷪ҇цꙋ є҆диносꙋ́щнꙋю вы́нꙋ велича́еши.

Цр҃кве мора́вскїѧ є҆пі́скопство прїе́мъ, прпⷣбне меѳо́дїе, мнѡ́гїѧ трꙋды̀ и҆ по́двиги, вѣ́рꙋ ст҃ꙋ́ю возвѣща́ѧ, под̾ѧ́лъ є҆сѝ, мнѡ́гїѧ бѣды̑ и҆ и҆згна́нїѧ претерпѣ́лъ є҆сѝ: ны́нѣ же кꙋ́пнѡ со ст҃ы́мъ кѷрі́лломъ въ вы́шнихъ ра́дꙋющесѧ, моли́тесѧ ѡ҆ на́съ, да мы̀ ꙗ҆́кѡ застꙋ́пники и҆ хода̑таи на́ша вы́нꙋ ва́съ велича́емъ.

Бг҃оро́диченъ: Превы́шшаѧ а҆́гг҃лъ и҆ херꙋві̑мъ честнѣ́йшаѧ, предста́тельствомъ ст҃ы́хъ кѷрі́лла и҆ меѳо́дїа, на на́ше смире́нїе ᲂу҆милосе́рдисѧ, мо́лимъ тѝ сѧ̀, и҆з̾ глꙋбины̀ грѣхо́вныѧ возведѝ и҆ вѣ́чнагѡ ѡ҆сꙋжде́нїѧ на́съ и҆зба́ви, да кꙋ́пнѡ съ ни́ми тебѐ, мт҃рь свѣ́та и҆ бцⷣꙋ, наде́ждꙋ всѣ́хъ на́съ велича́емъ.

Свѣти́ленъ:

Оу҆чи́тєли ст҃і́и, па́мѧть ва́шꙋ свѣ́тлѡ пра́зднꙋюще, мо́лимъ ва́съ всеꙋсе́рднѡ: ꙗ҆зы́ки, и҆́хже сокро́вищемъ бл҃говѣ́стїѧ ѡ҆богати́сте, на ка́мени и҆сповѣ́данїѧ хрⷭ҇то́ва ᲂу҆тверди́те, и҆ соблюди́те въ ми́рѣ живо́тъ на́шъ.

Кирилл (Константин) Философ, Моравский

Жизнь и труды апостолов – Свв. равноапостольные Кирилл и Мефодий, учителя славянские

Краткие жития равноапостольных Кирилла и Мефодия, учителей славянских

Свя­тые рав­ноап­о­столь­ные пер­во­учи­те­ли и про­све­ти­те­ли сла­вян­ские, бра­тья Ки­рилл и Ме­фо­дий про­ис­хо­ди­ли из знат­ной и бла­го­че­сти­вой се­мьи, жив­шей в гре­че­ском го­ро­де Со­лу­ни. Свя­той Ме­фо­дий был стар­шим из се­ми бра­тьев, свя­той Кон­стан­тин (Ки­рилл – его мо­на­ше­ское имя) – са­мым млад­шим. Свя­той Ме­фо­дий был сна­ча­ла в во­ен­ном зва­нии и был пра­ви­те­лем в од­ном из под­чи­нен­ных Ви­зан­тий­ской им­пе­рии сла­вян­ских кня­жеств, по-ви­ди­мо­му, Бол­гар­ском, что да­ло ему воз­мож­ность на­учить­ся сла­вян­ско­му язы­ку. Про­быв там око­ло 10 лет, свя­той Ме­фо­дий при­нял за­тем мо­на­ше­ство в од­ном из мо­на­сты­рей на го­ре Олимп. Свя­той Кон­стан­тин с ма­лых лет от­ли­чал­ся боль­ши­ми спо­соб­но­стя­ми и учил­ся вме­сте с ма­ло­лет­ним им­пе­ра­то­ром Ми­ха­и­лом у луч­ших учи­те­лей Кон­стан­ти­но­по­ля, в том чис­ле у Фо­тия, бу­ду­ще­го Пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го. Свя­той Кон­стан­тин в со­вер­шен­стве по­стиг все на­у­ки сво­е­го вре­ме­ни и мно­гие язы­ки, осо­бен­но при­леж­но изу­чал он тво­ре­ния свя­ти­те­ля Гри­го­рия Бо­го­сло­ва. За свой ум и вы­да­ю­щи­е­ся по­зна­ния свя­той Кон­стан­тин по­лу­чил про­зва­ние Фило­со­фа (муд­ро­го). По окон­ча­нии уче­ния свя­той Кон­стан­тин при­нял сан иерея и был на­зна­чен хра­ни­те­лем пат­ри­ар­шей биб­лио­те­ки при хра­ме Свя­той Со­фии, но вско­ре по­ки­нул сто­ли­цу и тай­но ушел в мо­на­стырь. Разыс­кан­ный там и воз­вра­щен­ный в Кон­стан­ти­но­поль, он был опре­де­лен учи­те­лем фило­со­фии в Выс­шей кон­стан­ти­но­поль­ской шко­ле. Муд­рость и си­ла ве­ры еще со­всем мо­ло­до­го Кон­стан­ти­на бы­ли столь ве­ли­ки, что ему уда­лось по­бе­дить в пре­ни­ях во­ждя ере­ти­ков-ико­но­бор­цев Ан­ния. По­сле этой по­бе­ды Кон­стан­тин был по­слан им­пе­ра­то­ром на дис­пут для пре­ний о Свя­той Тро­и­це с са­ра­ци­на­ми (му­суль­ма­на­ми) и так­же одер­жал по­бе­ду. Вер­нув­шись, свя­той Кон­стан­тин уда­лил­ся к бра­ту сво­е­му свя­то­му Ме­фо­дию на Олимп, про­во­дя вре­мя в непре­стан­ной мо­лит­ве и чте­нии тво­ре­ний свя­тых от­цов.
Вско­ре им­пе­ра­тор вы­звал обо­их свя­тых бра­тьев из мо­на­сты­ря и от­пра­вил их к ха­за­рам для еван­гель­ской про­по­ве­ди. На пу­ти они оста­но­ви­лись на неко­то­рое вре­мя в го­ро­де Кор­су­ни, го­то­вясь к про­по­ве­ди. Там свя­тые бра­тья чу­дес­ным об­ра­зом об­ре­ли мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, па­пы рим­ско­го (па­мять 25 но­яб­ря). Там же в Кор­су­ни свя­той Кон­стан­тин на­шел Еван­ге­лие и Псал­тирь, на­пи­сан­ные "рус­ски­ми бук­ва­ми", и че­ло­ве­ка, го­во­ря­ще­го по-рус­ски, и стал учить­ся у это­го че­ло­ве­ка чи­тать и го­во­рить на его язы­ке. По­сле это­го свя­тые бра­тья от­пра­ви­лись к ха­за­рам, где одер­жа­ли по­бе­ду в пре­ни­ях с иуде­я­ми и му­суль­ма­на­ми, про­по­ве­дуя Еван­гель­ское уче­ние. На пу­ти до­мой бра­тья сно­ва по­се­ти­ли Кор­сунь и, взяв там мо­щи свя­то­го Кли­мен­та, вер­ну­лись в Кон­стан­ти­но­поль. Свя­той Кон­стан­тин остал­ся в сто­ли­це, а свя­той Ме­фо­дий по­лу­чил игу­мен­ство в неболь­шом мо­на­сты­ре По­ли­хрон, неда­ле­ко от го­ры Олимп, где он под­ви­зал­ся преж­де.
Вско­ре при­шли к им­пе­ра­то­ру по­слы от мо­рав­ско­го кня­зя Ро­сти­сла­ва, при­тес­ня­е­мо­го немец­ки­ми епи­ско­па­ми, с прось­бой при­слать в Мо­ра­вию учи­те­лей, ко­то­рые мог­ли бы про­по­ве­до­вать на род­ном для сла­вян язы­ке. Им­пе­ра­тор при­звал свя­то­го Кон­стан­ти­на и ска­зал ему: "Необ­хо­ди­мо те­бе ид­ти ту­да, ибо луч­ше те­бя ни­кто это­го не вы­пол­нит". Свя­той Кон­стан­тин с по­стом и мо­лит­вой при­сту­пил к но­во­му по­дви­гу. С по­мо­щью сво­е­го бра­та свя­то­го Ме­фо­дия и уче­ни­ков Го­раз­да, Кли­мен­та, Сав­вы, На­у­ма и Ан­ге­ля­ра он со­ста­вил сла­вян­скую аз­бу­ку и пе­ре­вел на сла­вян­ский язык кни­ги, без ко­то­рых не мог­ло со­вер­шать­ся Бо­го­слу­же­ние: Еван­ге­лие, Апо­стол, Псал­тирь и из­бран­ные служ­бы. Это бы­ло в 863 го­ду.
По­сле за­вер­ше­ния пе­ре­во­да свя­тые бра­тья от­пра­ви­лись в Мо­ра­вию, где бы­ли при­ня­ты с ве­ли­кой че­стью, и ста­ли учить бо­го­слу­же­нию на сла­вян­ском язы­ке. Это вы­зва­ло зло­бу немец­ких епи­ско­пов, со­вер­шав­ших в мо­рав­ских церк­вах бо­го­слу­же­ние на ла­тин­ском язы­ке, и они вос­ста­ли про­тив свя­тых бра­тьев, утвер­ждая, что бо­го­слу­же­ние мо­жет со­вер­шать­ся лишь на од­ном из трех язы­ков: ев­рей­ском, гре­че­ском или ла­тин­ском. Свя­той Кон­стан­тин от­ве­чал им: "Вы при­зна­ё­те лишь три язы­ка, до­стой­ных то­го, чтобы сла­вить на них Бо­га. Но Да­вид во­пи­ет: "Пой­те Гос­по­де­ви вся зем­ля, хва­ли­те Гос­по­да вси язы­ци, вся­кое ды­ха­ние да хва­лит Гос­по­да!" И в Свя­том Еван­ге­лии ска­за­но: "Шед­ше на­учи­те вся язы­ки..."". Немец­кие епи­ско­пы бы­ли по­срам­ле­ны, но озло­би­лись еще боль­ше и по­да­ли жа­ло­бу в Pим. Свя­тые бра­тья бы­ли при­зва­ны в Рим для ре­ше­ния это­го во­про­са. Взяв с со­бой мо­щи свя­то­го Кли­мен­та, па­пы рим­ско­го, свя­тые Кон­стан­тин и Ме­фо­дий от­пра­ви­лись в Pим. Узнав о том, что свя­тые бра­тья несут с со­бой свя­тые мо­щи, па­па Адри­ан с кли­ром вы­шел им на­встре­чу. Свя­тые бра­тья бы­ли встре­че­ны с по­че­том, па­па рим­ский утвер­дил бо­го­слу­же­ние на сла­вян­ском язы­ке, а пе­ре­ве­ден­ные бра­тья­ми кни­ги при­ка­зал по­ло­жить в рим­ских церк­вах и со­вер­шать ли­тур­гию на сла­вян­ском язы­ке.
На­хо­дясь в Ри­ме, свя­той Кон­стан­тин за­не­мог и, в чу­дес­ном ви­де­нии из­ве­щен­ный Гос­по­дом о при­бли­же­нии кон­чи­ны, при­нял схи­му с име­нем Ки­рилл. Через 50 дней по­сле при­ня­тия схи­мы, 14 фев­ра­ля 869 го­да, рав­ноап­о­столь­ный Ки­рилл скон­чал­ся в воз­расте 42 лет. От­хо­дя к Бо­гу, свя­той Ки­рилл за­по­ве­дал бра­ту сво­е­му, свя­то­му Ме­фо­дию, про­дол­жать их об­щее де­ло – про­све­ще­ние сла­вян­ских на­ро­дов све­том ис­тин­ной ве­ры. Свя­той Ме­фо­дий умо­лял па­пу рим­ско­го раз­ре­шить увез­ти те­ло бра­та для по­гре­бе­ния его на род­ной зем­ле, но па­па при­ка­зал по­ло­жить мо­щи свя­то­го Ки­рил­ла в церк­ви свя­то­го Кли­мен­та, где от них ста­ли со­вер­шать­ся чу­де­са.
По­сле кон­чи­ны свя­то­го Ки­рил­ла па­па, сле­дуя прось­бе сла­вян­ско­го кня­зя Ко­це­ла, по­слал свя­то­го Ме­фо­дия в Пан­но­нию, ру­ко­по­ло­жив его во ар­хи­епи­ско­па Мо­ра­вии и Пан­но­нии, на древ­ний пре­стол свя­то­го апо­сто­ла Ан­д­ро­ни­ка. В Пан­но­нии свя­той Ме­фо­дий вме­сте со сво­и­ми уче­ни­ка­ми про­дол­жал рас­про­стра­нять бо­го­слу­же­ние, пись­мен­ность и кни­ги на сла­вян­ском язы­ке. Это сно­ва вы­зва­ло ярость немец­ких епи­ско­пов. Они до­би­лись аре­ста и су­да над свя­ти­те­лем Ме­фо­ди­ем, ко­то­рый был со­слан в за­то­че­ние в Шва­бию, где в те­че­ние двух с по­ло­ви­ной лет пре­тер­пел мно­гие стра­да­ния. Осво­бож­ден­ный по при­ка­за­нию па­пы рим­ско­го Иоан­на VIII и вос­ста­нов­лен­ный в пра­вах ар­хи­епи­ско­па, Ме­фо­дий про­дол­жал еван­гель­скую про­по­ведь сре­ди сла­вян и кре­стил чеш­ско­го кня­зя Бо­ри­воя и его су­пру­гу Люд­ми­лу (па­мять 16 сен­тяб­ря), а так­же од­но­го из поль­ских кня­зей. В тре­тий раз немец­кие епи­ско­пы воз­двиг­ли го­не­ние на свя­ти­те­ля за непри­ня­тие рим­ско­го уче­ния об ис­хож­де­нии Свя­то­го Ду­ха от От­ца и от Сы­на. Свя­ти­тель Ме­фо­дий был вы­зван в Рим, но оправ­дал­ся пе­ред Па­пой, со­хра­нив в чи­сто­те пра­во­слав­ное уче­ние, и был сно­ва воз­вра­щен в сто­ли­цу Мо­ра­вии – Ве­ле­град.
Здесь в по­след­ние го­ды сво­ей жиз­ни свя­ти­тель Ме­фо­дий с по­мо­щью двух уче­ни­ков-свя­щен­ни­ков пе­ре­вел на сла­вян­ский язык весь Вет­хий За­вет, кро­ме Мак­ка­вей­ских книг, а так­же Но­мо­ка­нон (Пра­ви­ла свя­тых от­цов) и свя­то­оте­че­ские кни­ги (Па­те­рик).
Пред­чув­ствуя при­бли­же­ние кон­чи­ны, свя­той Ме­фо­дий ука­зал на од­но­го из сво­их уче­ни­ков – Го­раз­да как на до­стой­но­го се­бе пре­ем­ни­ка. Свя­ти­тель пред­ска­зал день сво­ей смер­ти и скон­чал­ся 6 ап­ре­ля 885 го­да в воз­расте око­ло 60 лет. От­пе­ва­ние свя­ти­те­ля бы­ло со­вер­ше­но на трех язы­ках – сла­вян­ском, гре­че­ском и ла­тин­ском; он был по­гре­бен в со­бор­ной церк­ви Ве­ле­гра­да.

Полные жития равноапостольных Кирилла и Мефодия, учителей славянских

Бог бла­гой и все­мо­гу­щий, со­тво­рив­ший из небы­тия к бы­тию все ви­ди­мое и неви­ди­мое и укра­сив­ший вся­кой кра­со­той, ко­то­рую, ес­ли раз­мыш­лять по­не­мно­гу, мож­но мыс­лен­но ча­стич­но ура­зу­меть и по­знать То­го, Кто со­тво­рил столь мно­гие и див­ные со­зда­ния, ибо «по ве­ли­чию и кра­со­те со­зда­ний по­зна­ет­ся раз­мыш­ле­ни­ем и Со­зда­тель их», Ко­то­ро­го вос­пе­ва­ют Ан­ге­лы Три­свя­тым гла­сом и мы, все пра­во­вер­ные, сла­вим во Свя­той Тро­и­це, ина­че го­во­ря, в От­це, Сыне и Свя­том Ду­хе, то есть в трех ипо­ста­сях, что мож­но на­звать тре­мя ли­ца­ми, но в од­ном Бо­же­стве. Ведь преж­де вся­ко­го ча­са, вре­ме­ни и го­да, вы­ше вся­ко­го ра­зу­ма и ду­хов­но­го по­ни­ма­ния Отец сам ро­дил Сы­на, как го­во­рит Пре­муд­рость: «Преж­де всех хол­мов рож­да­ет Ме­ня». И в Еван­ге­лии ска­за­ло са­мо Бо­жие Сло­во пре­чи­сты­ми уста­ми, во­пло­тив­шись на бу­ду­щие вре­ме­на ра­ди на­ше­го спа­се­ния: «Я в От­це, и Отец во Мне». От то­го же От­ца и Свя­той Дух ис­хо­дит, как ска­зал сам Сын Бо­жи­им Сло­вом: «Дух ис­тин­ы, Ко­то­рый от От­ца ис­хо­дит».
Этот Бог, за­вер­шив все тво­ре­ние, как го­во­рит Да­вид: «Сло­вом Гос­под­ним утвер­ди­лись небе­са и от ды­ха­ния уст Его вся си­ла их. Ибо Он ска­зал – и ста­ли, Он по­ве­лел – и со­зда­лись», преж­де все­го со­тво­рил че­ло­ве­ка, прах от зем­ли взяв, а от Се­бя жи­во­твор­ным ду­но­ве­ни­ем ду­шу вдох­нув, и осмыс­лен­ную речь и сво­бо­ду во­ли дал, чтобы вве­сти в рай, за­по­ведь за­по­ве­дав ему для ис­пы­та­ния; ес­ли хра­нит ее, то оста­нет­ся бес­смер­тен, ес­ли же пре­сту­пит, смер­тью умрет, по сво­ей во­ле, а не по Бо­жи­е­му ве­ле­нию.
А диа­вол, уви­дев, что че­ло­ве­ку ока­за­на та­кая честь и на­зна­че­но ему то ме­сто, с ко­то­ро­го он из-за сво­ей гор­ды­ни пал, за­ста­вил (его) пре­сту­пить за­по­ведь, и из­гнал че­ло­ве­ка из рая, и осу­дил на смерть. И с тех пор на­чал непри­я­тель со­блаз­нять мно­ги­ми коз­ня­ми род че­ло­ве­че­ский. Но Бог в ве­ли­кой ми­ло­сти и люб­ви не оста­вил че­ло­ве­ков со­всем, а на каж­дый год и вре­мя из­брал му­жа и явил лю­дям де­ла их и по­двиг, чтобы все, упо­доб­ля­ясь им, стре­ми­лись к доб­ру.
Та­ков был Енос, ко­то­рый пер­вым от­ва­жил­ся при­зы­вать имя Гос­подне. А по­сле него Енох, уго­див Бо­гу, пе­ре­не­сен был (вы­со­ко). Ной пра­вед­ным ока­зал­ся в ро­де сво­ем, он спас­ся от по­то­па в ков­че­ге, чтобы опять на­пол­ни­лась зем­ля тво­ре­ни­ем Бо­жи­им и укра­си­лась. Ав­ра­ам по­сле раз­де­ле­ния язы­ков, ко­гда все впа­ли в за­блуж­де­ние, Бо­га по­знал, и дру­гом Его на­зван был, и при­нял обе­то­ва­ние, что «в се­ме­ни тво­ем бла­го­сло­вен­ны бу­дут все на­ро­ды». Иса­ак, по­доб­но Хри­сту, воз­ве­ден был на го­ру для жерт­вы. Иа­ков идо­лов те­стя уни­что­жил и ви­дел лест­ни­цу от зем­ли до неба: Ан­ге­лы Бо­жии по ней вос­хо­ди­ли и схо­ди­ли. И бла­го­слов­ляя сы­нов сво­их, он про­ро­че­ство­вал о Хри­сте. Иосиф про­кор­мил лю­дей в Егип­те, по­ка­зав се­бя (че­ло­ве­ком) Бо­жи­им. Об Иове Ав­си­ти­дий­ском Пи­са­ние го­во­рит, что был пра­ве­ден, спра­вед­лив и непо­ро­чен: под­верг­ну­тый ис­пы­та­нию, пре­тер­пев (его), бла­го­сло­вен был Бо­гом. Мо­и­сей с Ааро­ном меж­ду иере­я­ми Бо­жи­и­ми Бо­гом (для) фа­ра­о­на на­зван был, и му­чил Еги­пет, и вы­вел Бо­жий на­род – днем вслед за об­ла­ком свет­лым, а но­чью за стол­пом ог­нен­ным; и мо­ре раз­де­лил, и про­шли по су­ху, а егип­тян по­то­пил. И в пу­стыне без­вод­ной на­по­ил на­род во­дой и на­сы­тил хле­бом Ан­гель­ским и пти­ца­ми; и го­во­рил с Бо­гом ли­цом к ли­цу, как невоз­мож­но че­ло­ве­ку с Бо­гом го­во­рить, (и) дал на­ро­ду за­кон, на­пи­сан­ный Бо­жи­им пер­стом. Иисус На­вин, одолев вра­гов, раз­де­лил зем­лю меж­ду на­ро­дом Бо­жи­им. Судьи так­же одер­жа­ли мно­го по­бед. А Са­му­ил, по­лу­чив Бо­жию ми­лость, по­ма­зал и по­ста­вил ца­ря по сло­ву Гос­под­ню. Да­вид с кро­то­стью пас на­род и на­учил (его) пес­ням Бо­жи­им. Со­ло­мон, по­лу­чив­ший от Бо­га муд­ро­сти боль­ше всех лю­дей, мно­го доб­рых по­уче­ний со­здал и прит­чей, хоть сам их и не вы­пол­нял. Илия об­ли­чил го­ло­дом люд­скую зло­бу, и вос­кре­сил мерт­во­го от­ро­ка, и, при­не­ся сло­вом с неба огонь, опа­лил мно­гих, и жерт­вы сжег чу­дес­ным ог­нем; пе­ре­бив нече­сти­вых иере­ев свя­щен­ни­ков, взо­шел на небо на ко­лес­ни­це ог­нен­ной и ко­нях, дав уче­ни­ку удво­ен­ный дух. Ели­сей, (его) ми­лоть по­лу­чив, вдвое боль­ше чу­дес со­вер­шил. Дру­гие про­ро­ки, каж­дый в свое вре­мя, про­ро­че­ство­ва­ли о бу­ду­щих уди­ви­тель­ных де­лах. По­сле них ве­ли­кий Иоанн, хо­да­тай меж­ду Вет­хим и Но­вым за­ко­ном, стал Кре­сти­те­лем и сви­де­те­лем Хри­сто­вым и про­по­вед­ни­ком жи­вым и мерт­вым.
Свя­тые апо­сто­лы Петр и Па­вел с осталь­ны­ми уче­ни­ка­ми Хри­сто­вы­ми, как мол­ния, про­шед­шая по все­му ми­ру, осве­ти­ли всю зем­лю. По­сле них му­че­ни­ки кро­вью сво­ей смы­ли сквер­ну, а пре­ем­ни­ки свя­тых апо­сто­лов, кре­стив це­са­ря, ве­ли­ким по­дви­гом и тру­дом раз­ру­ши­ли язы­че­ство. Силь­вестр пра­вед­но из трех­сот и во­сем­на­дца­ти от­цов, при­няв се­бе в по­мощь ве­ли­ко­го це­са­ря Кон­стан­ти­на, со­брав в Ни­кее Пер­вый Со­бор, по­бе­дил Ария и про­клял его и ересь его, ко­то­рую тот воз­дви­гал на Свя­тую Тро­и­цу, как ко­гда-то Ав­ра­ам с тре­мя­ста­ми и во­сем­на­дца­тью слу­га­ми пе­ре­бил ца­рей и при­нял бла­го­сло­ве­ние и хлеб и ви­но от Мель­хи­се­де­ка, ца­ря Са­лим­ско­го, ведь был тот иере­ем Бо­га Все­выш­не­го. Да­мас же и Гри­го­рий Бо­го­слов со ста пя­тью­де­ся­тью от­ца­ми и ве­ли­ким ца­рем Фе­о­до­си­ем в Ца­рь­гра­де под­твер­ди­ли свя­той Сим­вол, то есть «Ве­рую во еди­но­го Бо­га», и, из­гнав Ма­ке­до­ния, про­кля­ли его и ху­лу его, ко­то­рую он го­во­рил на Свя­то­го Ду­ха. Це­ле­стин и Ки­рилл с дву­мя­ста­ми от­ца­ми и дру­гим ца­рем со­кру­ши­ли в Ефе­се Несто­рия со всей бол­тов­ней, ко­то­рую он го­во­рил на Хри­ста. Лев и Ана­то­лий с пра­во­вер­ным ца­рем Мар­ки­а­ном и с ше­стью­ста­ми и трид­ца­тью от­ца­ми про­кля­ли в Хал­ки­доне безу­мие и бол­тов­ню Ев­ти­хи­евы. Ви­ги­лий с бо­го­угод­ным Юс­ти­ни­а­ном и со ста ше­стью­де­ся­тью пя­тью от­ца­ми, Пя­тый Со­бор со­брав, изыс­кав (где ка­кая бол­тов­ня укры­лась), про­кля­ли. Ага­фон, Апо­столь­ский па­па, с дву­мя­ста­ми и се­мью­де­ся­тью от­ца­ми с чест­ным Кон­стан­ти­ном ца­рем на Ше­стом Со­бо­ре мно­гие вос­ста­ния рас­ко­ло­ли и всем тем со­бо­ром, из­гнав, про­кля­ли, я го­во­рю о Фе­о­до­ре Фа­ран­ском, Сер­гии и Пир­ре, Ки­ре Алек­сан­дрий­ском, Го­но­рии Рим­ском, Ма­ка­рии Ан­тио­хий­ском и про­чих при­спеш­ни­ках их, а хри­сти­ан­скую ве­ру, на ис­тине сто­я­щую, укре­пи­ли.
По­сле же все­го это­го Бог ми­ло­сти­вый, «Ко­то­рый хо­чет, чтобы вся­кий че­ло­век спа­сен был и до ис­тин­но­го по­зна­ния до­шел», в на­ше вре­мя ра­ди на­ше­го на­ро­да, о ко­то­ром ни­кто и ни­ко­гда не за­бо­тил­ся, для доб­ро­го де­ла воз­двиг нам учи­те­ля, бла­жен­но­го учи­те­ля Ме­фо­дия, ко­то­ро­го все доб­ро­де­те­ли и по­дви­ги к каж­до­му из этих угод­ни­ков при­ло­жив, не по­сты­дим­ся: ведь од­ним он ра­вен был, дру­гих немно­го мень­ше, а иных боль­ше, – крас­но­ре­чи­вых пре­взой­дя доб­ро­де­те­лью, а доб­ро­де­тель­ных – крас­но­ре­чи­ем. Каж­до­му упо­до­бив­шись, об­раз каж­до­го со­бой явил: страх Бо­жий, хра­не­ние за­по­ве­дей, чи­сто­ту пло­ти, при­ле­жа­ние в мо­лит­вах и свя­то­сти, сло­во силь­ное и крот­кое – силь­ное для про­тив­ни­ков, а крот­кое для при­ни­ма­ю­щих по­уче­ние, ярость, ти­хость, ми­лость, лю­бовь, страсть и тер­пе­ние, – он был всем из все­го, чтобы всех при­влечь.
Был он ро­да с обе­их сто­рон не ху­до­го, но доб­ро­го и чест­но­го, из­вест­но­го из­дав­на Бо­гу и ца­рю, и всей Со­лун­ской стране, что яв­лял и те­лес­ный его об­лик. По­это­му и (участ­ни­ки) спо­ров, лю­бив­шие его с дет­ства, ве­ли с ним ува­жи­тель­ные бе­се­ды, по­ка царь, узнав о быст­ро­те (ума) его, не по­ру­чил ему дер­жать сла­вян­ское кня­же­ние, чтобы он узнал все сла­вян­ские обы­чаи и при­вык по­не­мно­гу, как буд­то про­ви­дя, – я (бы) ска­зал, – что Бог хо­тел по­слать его учи­те­лем для сла­вян и пер­вым ар­хи­епи­ско­пом.
Про­ве­дя на кня­же­нии мно­го лет и уви­дев мно­же­ство бес­по­ря­доч­ных вол­не­ний этой жиз­ни, он сме­нил стрем­ле­ние к зем­ной тьме на мыс­ли о небе, ведь он не хо­тел воз­му­щать бла­го­род­ную ду­шу тем, что не веч­но – не пре­бы­ва­ю­щим. И, най­дя удоб­ное вре­мя, он из­ба­вил­ся от кня­же­ния и по­шел на Олимп, где жи­вут свя­тые от­цы. По­стриг­шись, он об­ла­чил­ся в чер­ные ри­зы и пре­бы­вал, с по­кор­но­стью по­ви­ну­ясь. И, ис­пол­няя весь мо­на­ше­ский чин, об­ра­тил­ся к кни­гам.
Но слу­чи­лось в то вре­мя сле­ду­ю­щее: по­слал царь за Фило­со­фом, бра­том его, (чтобы ид­ти) к ха­за­рам (и) чтобы тот взял его се­бе в по­мощь. Ведь там бы­ли иудеи, силь­но ху­лив­шие хри­сти­ан­скую ве­ру. Он же ска­зал, что: «Я го­тов уме­реть за хри­сти­ан­скую ве­ру». И не ослу­шал­ся он, но, идя, слу­жил как раб мень­ше­му бра­ту, по­ви­ну­ясь ему. Он мо­лит­ва­ми, а Фило­соф сло­ва­ми пре­воз­мог­ли тех и по­сра­ми­ли. Царь же и пат­ри­арх, уви­дев по­двиг его, год­ный для Бо­жи­его пу­ти, убеж­да­ли его (со­гла­сить­ся), чтобы по­свя­ти­ли в ар­хи­епи­ско­пы на по­чет­ное ме­сто, где есть по­треб­ность в та­ком му­же. Так как он не со­гла­шал­ся, при­ну­ди­ли его и по­ста­ви­ли игу­ме­ном в мо­на­сты­ре, ко­то­рый на­зы­ва­ет­ся По­ли­хрон, до­ход ко­то­ро­го из­ме­ря­ет­ся два­дца­тью че­тырь­мя спу­да­ми зо­ло­та, а от­цов в нем боль­ше се­ми­де­ся­ти.
Слу­чи­лось же в те дни, что Ро­сти­слав, князь сла­вян­ский, и Свя­то­полк по­сла­ли из Мо­ра­вии к ца­рю Ми­ха­и­лу, го­во­ря так: «Мы Бо­жи­ей ми­ло­стью здо­ро­вы, но при­шли к нам мно­го учи­те­лей хри­сти­ан от ита­льян­цев, и от гре­ков, и от нем­цев, уча нас по-раз­но­му, а мы, сла­вяне, лю­ди про­стые, и нет у нас, кто бы на­ста­вил нас ис­тине и на­учил ра­зу­му. По­то­му, доб­рый вла­ды­ка, по­шли та­ко­го му­жа, ко­то­рый на­ста­вит нас вся­кой прав­де». То­гда царь Ми­ха­ил ска­зал Фило­со­фу Кон­стан­ти­ну: «Слы­шишь ли, Фило­соф, эту речь? Ни­кто дру­гой не мо­жет это­го сде­лать, кро­ме те­бя. Так на те­бе да­ры мно­гие и, взяв бра­та сво­е­го игу­ме­на Ме­фо­дия, сту­пай же. Ведь вы со­лу­няне, а со­лу­няне все хо­ро­шо го­во­рят по-сла­вян­ски».
Тут они не по­сме­ли от­ка­зать­ся ни пе­ред Бо­гом, ни пе­ред ца­рем, по сло­ву свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, как он ска­зал: «Бо­га бой­тесь, ца­ря чти­те». Но, по­чув­ство­вав ве­ли­чие де­ла, пре­да­лись они мо­лит­ве вме­сте с дру­ги­ми, кто был та­ко­го же ду­ха, что и они. И тут явил Бог Фило­со­фу сла­вян­ские кни­ги. И тот, тот­час упо­ря­до­чив бук­вы и со­ста­вив бе­се­ды, от­пра­вил­ся в путь в Мо­ра­вию, взяв Ме­фо­дия. И стал он, сно­ва с по­кор­но­стью по­ви­ну­ясь, слу­жить Фило­со­фу и учить вме­сте с ним. И ко­гда ми­ну­ло три го­да, воз­вра­ти­лись они из Мо­ра­вии, вы­учив уче­ни­ков.
Узнав же о та­ко­вых лю­дях, Апо­сто­лик Ни­ко­лай по­слал за ни­ми, же­лая ви­деть их, как Ан­ге­лов Бо­жи­их. Он освя­тил уче­ние их, по­ло­жив сла­вян­ское Еван­ге­лие на ал­та­ре свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, и по­свя­тил в по­пы бла­жен­но­го Ме­фо­дия.
Бы­ло мно­го дру­гих лю­дей, ко­то­рые по­но­си­ли сла­вян­ские кни­ги, го­во­ря, что не по­до­ба­ет ни­ка­ко­му на­ро­ду иметь свои бук­вы, кро­ме ев­ре­ев, гре­ков и ла­ти­нян, по над­пи­си Пи­ла­та, ко­то­рую он на Кре­сте Гос­под­нем на­пи­сал. Их Апо­сто­лик на­звал пи­лат­ни­ка­ми и три­язч­ни­ка­ми. И од­но­му епи­ско­пу, ко­то­рый был бо­лен тою же бо­лез­нью, он по­ве­лел по­свя­тить из уче­ни­ков сла­вян­ских трех в по­пы, а двух в ана­гно­стов.
Спу­стя мно­го дней Фило­соф, от­прав­ля­ясь на Суд, ска­зал Ме­фо­дию, бра­ту сво­е­му: «Вот, брат, бы­ли мы с то­бой в упря­жи, па­ха­ли од­ну бо­роз­ду, и я у ле­са (дой­дя бо­роз­ду) па­даю, свой день окон­чив. А ты хоть очень лю­бишь го­ру, но не мо­ги ра­ди го­ры оста­вить учи­тель­ство свое, ибо чем иным мо­жешь ты луч­ше до­стичь спа­се­ния?».
По­слал Ко­цел же к Апо­сто­ли­ку, про­сил, чтобы от­пу­стил к нему Ме­фо­дия, бла­жен­но­го учи­те­ля на­ше­го. И ска­зал Апо­сто­лик: «Не те­бе од­но­му толь­ко, но и всем тем стра­нам сла­вян­ским по­сы­лаю его учи­те­лем от Бо­га и от свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, пер­во­го пре­сто­ло­на­след­ни­ка и дер­жа­те­ля клю­чей от Цар­ствия Небес­но­го». И по­слал его, на­пи­сав та­кую эпи­сто­лию: «Адри­ан, епи­скоп и раб Бо­жий, Ро­сти­сла­ву и Свя­то­пол­ку и Ко­це­лу. Сла­ва в выш­них Бо­гу и на зем­ле мир, в че­ло­ве­ках бла­го­во­ле­ние, что услы­ша­ли мы о вас ду­хов­ное, на это упо­ва­ли мы с же­ла­ни­ем и мо­лит­вою ва­ше­го ра­ди спа­се­ния, как воз­двиг Гос­подь серд­ца ва­ши ис­кать его и по­ка­зал вам, что не толь­ко ве­рою, но и бла­ги­ми де­ла­ми по­до­ба­ет слу­жить Бо­гу, ведь «ве­ра без дел мерт­ва», и от­па­да­ют те, ко­то­рые «во­об­ра­жа­ют, что зна­ют Бо­га, но де­ла­ми от­ре­ка­ют­ся от Него». Ведь не толь­ко у это­го свя­ти­тель­ско­го пре­сто­ла про­си­ли вы учи­те­ля, но и у бла­го­вер­но­го ца­ря Ми­ха­и­ла, чтобы по­слал он к вам бла­жен­но­го Фило­со­фа Кон­стан­ти­на с бра­том, по­ку­да мы не сде­ла­ли. Они же, уви­дав, что стра­ны ва­ши на­хо­дят­ся под вла­стью апо­столь­ско­го пре­сто­ла, не сде­ла­ли ни­че­го про­тив­но­го ка­но­нам, но к нам при­шли и при­нес­ли с со­бой мо­щи свя­то­го Кли­мен­та. Мы же, трой­ную ра­дость по­лу­чив, за­мыс­ли­ли по­слать в ва­ши стра­ны сы­на на­ше­го Ме­фо­дия, му­жа со­вер­шен­но­го ра­зу­мом и пра­во­вер­но­го, ис­пы­тав и по­свя­тив его вме­сте с его уче­ни­ка­ми, чтобы учил вас, как вы про­си­ли, из­ла­гая на язы­ке ва­шем кни­ги пол­но­стью для все­го цер­ков­но­го чи­на, в том чис­ле со свя­той мес­сой, то есть служ­бой, и с Кре­ще­ни­ем, как на­чал Фило­соф Кон­стан­тин Бо­жи­ей бла­го­да­тью и мо­лит­ва­ми свя­то­го Кли­мен­та. Так же ес­ли и кто иной смо­жет до­стой­но и пра­во­вер­но го­во­рить, – да бу­дет свя­то и бла­го­слов­ле­но Бо­гом и на­ми и всей Все­лен­ской и Апо­столь­ской Цер­ко­вью, чтобы лег­че обу­чи­лись вы за­по­ве­дям Бо­жи­им. Толь­ко один этот со­хра­нять вам обы­чай, чтобы во вре­мя мес­сы сна­ча­ла чи­та­ли Апо­стол и Еван­ге­лие по-ла­ты­ни, по­том по-сла­вян­ски. Да ис­пол­нит­ся сло­во Пи­са­ния, что «бу­дут хва­лить Гос­по­да все на­ро­ды», и дру­гое: «И все ста­нут го­во­рить о ве­ли­чии Бо­жи­ем на раз­ных язы­ках, на ко­то­рых поз­во­лит им го­во­рить Свя­той Дух».
Ес­ли же кто из со­бран­ных у вас учи­те­лей, из тех, кто те­шит слух и от ис­ти­ны от­вра­ща­ет к за­блуж­де­ни­ям, начнет, дерз­нув, вно­сить меж­ду ва­ми раз­лад, по­ри­цая кни­ги на ва­шем язы­ке, пусть бу­дет от­лу­чен не толь­ко от При­ча­стия, но и от Церк­ви, по­ка не ис­пра­вит­ся. Ибо они суть вол­ки, а не ов­цы, что сле­ду­ет по пло­дам их узна­вать и бе­речь­ся от них.
Вы же, ча­да воз­люб­лен­ные, по­ви­нуй­тесь уче­нию Бо­жи­е­му и не от­ринь­те по­уче­ния цер­ков­но­го, чтобы вы ста­ли ис­тин­но по­кло­ня­ю­щи­ми­ся Бо­гу, От­цу на­ше­му небес­но­му, со все­ми свя­ты­ми. Аминь».
Ко­цел же при­нял его с ве­ли­кой че­стью и сно­ва по­слал его, а так­же два­дцать че­ло­век из име­ни­тых лю­дей, к Апо­сто­ли­ку, чтобы он по­свя­тил его на епи­скоп­ство в Пан­но­нии на пре­стол свя­то­го Ан­д­ро­ни­ка, апо­сто­ла из чис­ла се­ми­де­ся­ти, что и ста­ло.
По­сле это­го ста­рый враг, нена­вист­ник добра и про­тив­ник ис­ти­ны, воз­двиг на него серд­це вра­га, мо­рав­ско­го ко­ро­ля, со все­ми епи­ско­па­ми, что, де­скать, «в на­шей об­ла­сти учишь». Он же от­ве­тил: «Я сам обо­шел бы сто­ро­ной, ес­ли бы ве­дал, что ва­ша. Но она – свя­то­го Пет­ра. По прав­де же, ес­ли вы из за­ви­сти и жад­но­сти во­пре­ки ка­но­нам на ста­рые пре­де­лы на­сту­па­е­те, пре­пят­ствуя уче­нию Бо­жи­е­му, то бе­ре­ги­тесь, чтобы не раз­лить свой мозг, же­лая кост­ным те­ме­нем про­бить же­лез­ную го­ру». Они от­ве­ча­ли ему, го­во­ря в яро­сти: «Зло се­бе до­бу­дешь». Он от­ве­тил: «Ис­ти­ну го­во­рю пе­ред ца­ря­ми и не сты­жусь, а вы по­сту­пай­те со мной, как хо­ти­те, ведь я не луч­ше тех, кто в ве­ли­ких му­ках ли­шил­ся и жиз­ни за то, что го­во­рил прав­ду». И ко­гда мно­го во­про­сов бы­ло за­да­но и не смог­ли опро­верг­нуть его, ска­зал ко­роль, вста­вая: «Не утруж­дай­те мо­е­го Ме­фо­дия, ведь он вспо­тел уже, как у печ­ки». Ска­зал он: «Так, вла­ды­ка». Встре­ти­ли лю­ди как-то пот­но­го фило­со­фа (и) ска­за­ли ему: «По­че­му ты так вспо­тел?» А он: «С невеж­да­ми спо­рил». И по­спо­рив об этих сло­вах, разо­шлись, а его, со­слав в Шва­бию, дер­жа­ли два с по­ло­ви­ной го­да.
До­шло до Апо­сто­ли­ка. И уве­дав, по­слал на них за­прет, чтобы ни один ко­ролев­ский епи­скоп не слу­жил мес­сы, то есть служ­бы, по­ка его дер­жат. По­это­му от­пу­сти­ли его, ска­зав Ко­це­лу: «Если бу­дет он у те­бя, не уй­дешь от нас доб­ром». Но они не ушли от су­да свя­то­го Пет­ра, ведь из этих епи­ско­пов чет­ве­ро умер­ло.
При­клю­чи­лось же то­гда, что мо­ра­ване, убе­див­шись, что немец­кие по­пы, ко­то­рые жи­ли у них, не при­я­те­ли им, но око­вы им ку­ют, всех из­гна­ли и по­сла­ли к Апо­сто­ли­ку: «Так как преж­де от­цы на­ши от свя­то­го Пет­ра Кре­ще­ние при­ня­ли, то дай нам Ме­фо­дия ар­хи­епи­ско­пом и учи­те­лем». Тот­час при­слал его Апо­сто­лик. И при­нял его Свя­то­полк князь со сво­и­ми мо­ра­ва­на­ми и по­ру­чил ему все церк­ви и ду­хо­вен­ство во всех го­ро­дах. И с то­го дня на­ча­ло очень рас­ти уче­ние Бо­жие, и ду­хо­вен­ство во всех го­ро­дах на­ча­ло рас­ти и мно­жить­ся, и по­га­ные – ве­ро­вать в ис­тин­но­го Бо­га, от сво­их за­блуж­де­ний от­ре­ка­ясь все боль­ше. И мо­рав­ская власть ста­ла рас­ши­рять свои пре­де­лы и по­беж­дать сво­их вра­гов без неудач, как и са­ми они рас­ска­зы­ва­ют.
Бы­ла же в нем про­ро­че­ская Бла­го­дать, так что сбы­ва­лись мно­гие его про­ри­ца­ния. Об од­ном или двух из них мы рас­ска­жем.
Очень силь­ный язы­че­ский князь, си­дев­ший на Вис­ле, по­но­сил хри­сти­ан и па­ко­сти де­лал. По­слав же к нему, ска­зал (Ме­фо­дий): «Хо­ро­шо бы те­бе кре­стить­ся, сын, сво­ею во­лею на сво­ей зем­ле, чтобы не был ты кре­щен на­силь­но в пле­ну на чу­жой зем­ле. И вспом­нишь ме­ня». Так и бы­ло.
Или вот. Од­на­жды Свя­то­полк во­е­вал с по­га­ны­ми и ни­че­го не до­стиг, но мед­лил. Ко­гда ста­ла при­бли­жать­ся мес­са, то есть служ­ба свя­то­го Пет­ра, (Ме­фо­дий) по­слал к нему, го­во­ря: «Ес­ли по­обе­ща­ешь про­ве­сти у ме­ня со сво­и­ми во­и­на­ми день свя­то­го Пет­ра, то ве­рую, что ско­ро пре­даст их те­бе Бог». Так и бы­ло.
Один че­ло­век, очень бо­га­тый и со­вет­ник (кня­зя), же­нил­ся на сво­ей ку­ме, то есть на ятро­ви, и (Ме­фо­дий) мно­го на­став­лял и учил, и уго­ва­ри­вал их, но раз­ве­сти их не мог. По­то­му что дру­гие, вы­да­вая се­бя за ра­бов Бо­жи­их, втайне раз­вра­ща­ли их, льстя из-за иму­ще­ства, и во­все от­вра­ти­ли их от Церк­ви. И он ска­зал: «При­дет час, ко­гда не смо­гут по­мочь эти льсте­цы, и вспом­ни­те мои сло­ва, но ни­че­го сде­лать уже бу­дет нель­зя». Вне­зап­но, по­сле Бо­жи­его от­ступ­ле­ния, па­ла на них на­пасть, «и ме­ста их не ста­ло, но буд­то вихрь, под­хва­тив, рас­се­ял пыль». Мно­го и дру­го­го по­доб­но­го это­му бы­ло, о чем го­во­рил он от­кры­то в прит­чах.
Ста­рый враг, нена­вист­ник ро­да че­ло­ве­че­ско­го не мог тер­петь все­го это­го, воз­двиг­нув на него неко­то­рых, как на Мо­и­сея, Да­фа­на и Ави­ро­на, од­них – от­кры­то, дру­гих – тай­но. Боль­ные иопа­тор­ской ере­сью со­вра­ща­ют сла­бей­ших с пра­виль­но­го пу­ти, го­во­ря: «Нам па­па дал власть, а его ве­лит из­гнать вон вме­сте с его уче­ни­ем».
Со­брав же весь мо­рав­ский на­род, они ве­ле­ли про­честь пе­ред ни­ми эпи­сто­лию, чтобы слы­ша­ли об из­гна­нии его. Лю­ди же, как свой­ствен­но че­ло­ве­ку, все пе­ча­ли­лись и скор­бе­ли, что ли­ша­ют­ся та­ко­го пас­ты­ря и учи­те­ля – кро­ме сла­бых, ко­то­ры­ми дви­га­ла ложь, как ли­стья­ми ве­тер. Но ко­гда про­чли пись­ма Апо­сто­ли­ка, то об­на­ру­жи­ли сле­ду­ю­щее: «Брат наш Ме­фо­дий свят и пра­во­ве­рен и де­ла­ет апо­столь­ское де­ло, и в ру­ках его все сла­вян­ские зем­ли от Бо­га и от апо­столь­ско­го пре­сто­ла, а ко­го он про­клянет, бу­дет про­клят, а ко­го бла­го­сло­вит, тот да бу­дет свят». И, по­сра­мив­шись, они разо­шлись, как ту­ман, со сты­дом.
На этом зло­ба их не кон­чи­лась, но ста­ли они го­во­рить, что гне­ва­ет­ся на него царь и, ес­ли най­дет, не быть ему жи­во­му. Но ми­ло­сти­вый Бог не хо­тел, чтобы и в этом ху­ли­ли ра­ба Его, Он вло­жил в серд­це ца­рю, ибо серд­це ца­ря все­гда пре­бы­ва­ет в ру­ках Бо­жи­их, мысль и по­слал к нему пись­мо: «Чест­ный от­че, очень хо­чу те­бя ви­деть. Так сде­лай ми­лость, по­тру­дись (при­быть) к нам, чтобы мы уви­де­ли те­бя, по­ка ты на этом све­те, и мо­лит­ву твою при­ня­ли». И он сра­зу по­шел ту­да, при­нял его царь с ве­ли­кой че­стью и ра­до­стью и, по­хва­лив его уче­ние, удер­жал из его уче­ни­ков по­па и диа­ко­на с кни­га­ми. И все же­ла­ния его ис­пол­нил, че­го он хо­тел, и ни в чем ему не от­ка­зал. Об­лас­кав и ода­рив, про­во­дил его со сла­вою на­зад на его пре­стол. Так же и пат­ри­арх.
На всех же пу­тях по­па­дал он во мно­гие на­па­сти от диа­во­ла: в пу­сты­нях к раз­бой­ни­кам, на мо­ре в вол­не­нья вет­ров, на ре­ках во вне­зап­ные смер­чи, так что ис­пол­ни­лось на нем сло­во апо­сто­ла: «Бе­ды от раз­бой­ни­ков, бе­ды в мо­ре, бе­ды на ре­ках, бе­ды от лже­бра­тьев, в тру­дах и по­дви­гах, в по­сто­ян­ном бде­нии, во мно­гом го­ло­де и жаж­де» и в про­чих пе­ча­лях, о ко­то­рых упо­ми­на­ет апо­стол.
А по­том, огра­див­шись от со­мне­ний и пе­чаль свою на Бо­га воз­ло­жив, еще рань­ше по­са­див из уче­ни­ков сво­их двух по­пов, от­лич­ных ско­ро­пис­цев, быст­ро пе­ре­ло­жил все кни­ги, все пол­но­стью, кро­ме Мак­ка­вей­ских, с язы­ка гре­че­ско­го на сла­вян­ский, за шесть ме­ся­цев, на­чи­ная с мар­та ме­ся­ца до два­дцать ше­сто­го дня ок­тяб­ря ме­ся­ца. Окон­чив же, воз­дал до­стой­ную хва­лу и сла­ву Бо­гу, да­ю­ще­му та­кую бла­го­дать и уда­чу. И воз­не­ся с кли­ром сво­им Свя­тое Тай­ное Воз­но­ше­ние, от­празд­но­вал па­мять свя­то­го Ди­мит­рия. Ведь преж­де с Фило­со­фом пе­ре­ло­жил он толь­ко Псал­тирь и Еван­ге­лие с Апо­сто­лом и из­бран­ны­ми цер­ков­ны­ми служ­ба­ми. То­гда же и Но­мо­ка­нон, то есть пра­ви­ло за­ко­на, и оте­че­ские кни­ги пе­ре­ло­жил.
Ко­гда же вен­гер­ский ко­роль при­шел в ду­най­ские стра­ны, он за­хо­тел его уви­деть: и хо­тя неко­то­рые го­во­ри­ли и пред­по­ла­га­ли, что не уй­ти от него без му­че­ний, он по­шел к нему. Но тот, как и по­до­ба­ет вла­ды­ке, так и при­нял – с по­че­том, сла­вою и ра­до­стью. И по­бе­се­до­вав с ним, как при­ста­ло та­ким му­жам ве­сти бе­се­ды, от­пу­стил его, об­лас­кав, по­це­ло­вав, с да­ра­ми ве­ли­ки­ми, ска­зав: «По­ми­най ме­ня все­гда, чест­ный отец, в свя­тых тво­их мо­лит­вах».
Так пре­сек он со всех сто­рон об­ви­не­ния, за­тво­рив уста мно­го­ре­чи­вым, путь за­вер­шил и ве­ру со­хра­нил, ожи­дая пра­вед­но­го вен­ца. И по­сколь­ку так уго­дил, воз­люб­лен был Бо­гом. Ста­ло при­бли­жать­ся вре­мя при­нять по­кой от стра­стей и на­гра­ду за мно­гие тру­ды. И спро­си­ли его, го­во­ря: «Кто, счи­та­ешь ты, чест­ный отец и учи­тель, сре­ди уче­ни­ков тво­их был бы пре­ем­ни­ком те­бе в учи­тель­стве тво­ем?» И по­ка­зал он им на од­но­го из из­вест­ных уче­ни­ков сво­их, име­нем Го­разд, го­во­ря: «Этот из ва­шей зем­ли сво­бод­ный муж, на­учен хо­ро­шо в ла­тин­ских кни­гах, пра­во­ве­рен. Пусть бу­дет Бо­жия во­ля и ва­ша лю­бовь, как и моя». А ко­гда в Верб­ное вос­кре­се­нье со­бра­лись все лю­ди, он, немощ­ный, вой­дя в цер­ковь, бла­го­сло­вив ца­ря, кня­зя и кли­ри­ков, и весь на­род, ска­зал: «Сте­ре­ги­те ме­ня, де­ти, три дня». Так и бы­ло. На рас­све­те тре­тье­го дня он ска­зал сле­ду­ю­щее: «В ру­ки твои, Гос­по­ди, вла­гаю ду­шу мою». И по­чил на ру­ках иерей­ских в 6 день ме­ся­ца ап­ре­ля в 3-й ин­дикт 6393 го­да от со­тво­ре­ния все­го ми­ра.
При­го­то­вив его к по­гре­бе­нию и воз­дав ему до­стой­ную честь, от­слу­жи­ли уче­ни­ки его цер­ков­ную служ­бу по-ла­ты­ни, по-гре­че­ски и по-сла­вян­ски и по­ло­жи­ли его в со­бор­ной церк­ви. И при­ло­жил­ся он к от­цам сво­им и пат­ри­ар­хам, и про­ро­кам, и апо­сто­лам, учи­те­лям, му­че­ни­кам. И со­брав­шись, бес­чис­лен­ные на­род­ные тол­пы про­во­жа­ли со све­ча­ми доб­ро­го учи­те­ля и пас­ты­ря: муж­чи­ны и жен­щи­ны, ма­лые и боль­шие, бо­га­тые и бед­ные, сво­бод­ные и ра­бы, вдо­ви­цы и си­ро­ты, ино­зем­цы и мест­ные, боль­ные и здо­ро­вые, – все, опла­ки­вая то­го, кто был всем из все­го, чтобы всех при­влечь. Ты же, свя­тая и чест­ная гла­ва, в мо­лит­вах тво­их свы­ше опе­кай нас, стре­мя­щих­ся к те­бе, из­бавь от вся­кой на­па­сти, уче­ни­ков сво­их и уче­ние рас­про­стра­няя, а ере­си из­го­няя, чтобы, про­жив здесь до­стой­но на­ше­го на­зна­че­ния, ста­ли мы с то­бой, ста­до твое, одес­ную сто­ро­ну Хри­ста, Бо­га на­ше­го, веч­ную жизнь при­ни­мая от Него. Ему же сла­ва и честь во ве­ки ве­ков. Аминь.

Биб­лио­те­ка ли­те­ра­ту­ры Древ­ней Ру­си. Т. 2. СПб., 2004.

Иное жизнеописание равноапостольных Кирилла и Мефодия, учителей славянских

Свя­той рав­ноап­о­столь­ный Ки­рилл, учи­тель сло­вен­ский (до при­ня­тия схи­мы – Кон­стан­тин) и стар­ший брат его Ме­фо­дий (па­мять 6 ап­ре­ля) по про­ис­хож­де­нию сла­вяне, ро­ди­лись в Ма­ке­до­нии, в городе Солуни. Свя­той Ки­рилл по­лу­чил бле­стя­щее об­ра­зо­ва­ние, с 14-лет­не­го воз­рас­та вос­пи­ты­ва­ясь с сы­ном им­пе­ра­то­ра. Он ра­но при­нял сан пре­сви­те­ра. По воз­вра­ще­нии в Кон­стан­ти­но­поль со­сто­ял биб­лио­те­ка­рем со­бор­ной церк­ви и пре­по­да­ва­те­лем фило­со­фии. Свя­той Ки­рилл с успе­хом вел пре­ния с ере­ти­ка­ми ико­но­бор­ца­ми и с ма­го­ме­та­на­ми. Стре­мясь к уеди­не­нию, он уда­лил­ся на го­ру Олимп к сво­е­му стар­ше­му бра­ту Ме­фо­дию, но уеди­не­ние его про­дол­жа­лось недол­гое вре­мя. Оба бра­та бы­ли по­сла­ны в 857 го­ду им­пе­ра­то­ром Ми­ха­и­лом в мис­си­о­нер­ское пу­те­ше­ствие для про­по­ве­ди хри­сти­ан­ства у хо­зар. По до­ро­ге они оста­нав­ли­ва­лись в Хер­соне и об­ре­ли там мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, Па­пы Рим­ско­го. При­быв к хо­за­рам, свя­тые бра­тья бе­се­до­ва­ли с ни­ми о хри­сти­ан­ской ве­ре. Убеж­ден­ный про­по­ве­дью свя­то­го Ки­рил­ла хо­зар­ский князь и с ним весь на­род при­ня­ли хри­сти­ан­ство. Бла­го­дар­ный князь хо­тел на­гра­дить про­по­вед­ни­ков бо­га­ты­ми да­ра­ми, но они от­ка­за­лись от это­го и про­си­ли кня­зя от­пу­стить с ни­ми на ро­ди­ну всех гре­че­ских плен­ни­ков. Свя­той Ки­рилл вер­нул­ся в Кон­стан­ти­но­поль с 200 от­пу­щен­ны­ми плен­ни­ка­ми.
В 862 го­ду на­ча­лось глав­ное де­ло свя­тых бра­тьев. По прось­бе кня­зя Ро­сти­сла­ва им­пе­ра­тор по­слал их в Мо­ра­вию для про­по­ве­ди хри­сти­ан­ства на сла­вян­ском язы­ке. Свя­тые Ки­рилл и Ме­фо­дий по от­кро­ве­нию Бо­жию со­ста­ви­ли сла­вян­скую аз­бу­ку и пе­ре­ве­ли на сла­вян­ский язык Еван­ге­лие, Апо­стол, Псал­тирь и мно­гие Бо­го­слу­жеб­ные кни­ги. Они вве­ли бо­го­слу­же­ние на сла­вян­ском язы­ке. За­тем свя­тые бра­тья бы­ли вы­зва­ны в Рим по при­гла­ше­нию Рим­ско­го Па­пы, где Па­па Адри­ан встре­тил их с ве­ли­кой че­стью, ибо они при­нес­ли ту­да мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, Па­пы Рим­ско­го. По при­ро­де бо­лез­нен­ный и сла­бый, свя­той Ки­рилл от мно­гих тру­дов вско­ре за­бо­лел и, при­няв схи­му, скон­чал­ся в 869 го­ду 42-х лет.
Пе­ред смер­тью он за­ве­щал сво­е­му бра­ту про­дол­жить хри­сти­ан­ское про­све­ще­ние сла­вян. По­гре­бен свя­той Ки­рилл в рим­ской церк­ви свя­то­го Кли­мен­та, где по­чи­ва­ют мо­щи это­го свя­щен­но­му­че­ни­ка, при­не­сен­ные в Ита­лию из Хер­со­не­са сло­вен­ски­ми учи­те­ля­ми.

См. так­же: "Жизнь и тру­ды пре­по­доб­ных от­цов на­ших Ме­фо­дия и Кон­стан­ти­на, в мо­на­ше­стве Ки­рил­ла, учи­те­лей сла­вян­ских" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

Мефо́дий Моравский

Жизнь и труды апостолов – Свв. равноапостольные Кирилл и Мефодий, учителя славянские

Краткие жития равноапостольных Кирилла и Мефодия

Свя­тые рав­ноап­о­столь­ные пер­во­учи­те­ли и про­све­ти­те­ли сла­вян­ские, бра­тья Ки­рилл и Ме­фо­дий про­ис­хо­ди­ли из знат­ной и бла­го­че­сти­вой се­мьи, жив­шей в гре­че­ском го­ро­де Со­лу­ни. Свя­той Ме­фо­дий был стар­шим из се­ми бра­тьев, свя­той Кон­стан­тин (Ки­рилл – его мо­на­ше­ское имя) – са­мым млад­шим. Свя­той Ме­фо­дий был сна­ча­ла в во­ен­ном зва­нии и был пра­ви­те­лем в од­ном из под­чи­нен­ных Ви­зан­тий­ской им­пе­рии сла­вян­ских кня­жеств, по-ви­ди­мо­му, Бол­гар­ском, что да­ло ему воз­мож­ность на­учить­ся сла­вян­ско­му язы­ку. Про­быв там око­ло 10 лет, свя­той Ме­фо­дий при­нял за­тем мо­на­ше­ство в од­ном из мо­на­сты­рей на го­ре Олимп. Свя­той Кон­стан­тин с ма­лых лет от­ли­чал­ся боль­ши­ми спо­соб­но­стя­ми и учил­ся вме­сте с ма­ло­лет­ним им­пе­ра­то­ром Ми­ха­и­лом у луч­ших учи­те­лей Кон­стан­ти­но­по­ля, в том чис­ле у Фо­тия, бу­ду­ще­го пат­ри­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го. Свя­той Кон­стан­тин в со­вер­шен­стве по­стиг все на­у­ки сво­е­го вре­ме­ни и мно­гие язы­ки, осо­бен­но при­леж­но изу­чал он тво­ре­ния свя­ти­те­ля Гри­го­рия Бо­го­сло­ва. За свой ум и вы­да­ю­щи­е­ся по­зна­ния свя­той Кон­стан­тин по­лу­чил про­зва­ние Фило­со­фа (муд­ро­го). По окон­ча­нии уче­ния свя­той Кон­стан­тин при­нял сан иерея и был на­зна­чен хра­ни­те­лем пат­ри­ар­шей биб­лио­те­ки при хра­ме Свя­той Со­фии, но вско­ре по­ки­нул сто­ли­цу и тай­но ушел в мо­на­стырь. Разыс­кан­ный там и воз­вра­щен­ный в Кон­стан­ти­но­поль, он был опре­де­лен учи­те­лем фило­со­фии в Выс­шей кон­стан­ти­но­поль­ской шко­ле. Муд­рость и си­ла ве­ры еще со­всем мо­ло­до­го Кон­стан­ти­на бы­ли столь ве­ли­ки, что ему уда­лось по­бе­дить в пре­ни­ях во­ждя ере­ти­ков-ико­но­бор­цев Ан­ния. По­сле этой по­бе­ды Кон­стан­тин был по­слан им­пе­ра­то­ром на дис­пут для пре­ний о Свя­той Тро­и­це с са­ра­ци­на­ми (му­суль­ма­на­ми) и так­же одер­жал по­бе­ду. Вер­нув­шись, свя­той Кон­стан­тин уда­лил­ся к бра­ту сво­е­му свя­то­му Ме­фо­дию на Олимп, про­во­дя вре­мя в непре­стан­ной мо­лит­ве и чте­нии тво­ре­ний свя­тых от­цов.
Вско­ре им­пе­ра­тор вы­звал обо­их свя­тых бра­тьев из мо­на­сты­ря и от­пра­вил их к ха­за­рам для еван­гель­ской про­по­ве­ди. На пу­ти они оста­но­ви­лись на неко­то­рое вре­мя в го­ро­де Кор­су­ни, го­то­вясь к про­по­ве­ди. Там свя­тые бра­тья чу­дес­ным об­ра­зом об­ре­ли мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, па­пы Рим­ско­го (па­мять 25 но­яб­ря). Там же в Кор­су­ни свя­той Кон­стан­тин на­шел Еван­ге­лие и Псал­тирь, на­пи­сан­ные "рус­ски­ми бук­ва­ми", и че­ло­ве­ка, го­во­ря­ще­го по-рус­ски, и стал учить­ся у это­го че­ло­ве­ка чи­тать и го­во­рить на его язы­ке. По­сле это­го свя­тые бра­тья от­пра­ви­лись к ха­за­рам, где одер­жа­ли по­бе­ду в пре­ни­ях с иуде­я­ми и му­суль­ма­на­ми, про­по­ве­дуя еван­гель­ское уче­ние. На пу­ти до­мой бра­тья сно­ва по­се­ти­ли Кор­сунь и, взяв там мо­щи свя­то­го Кли­мен­та, вер­ну­лись в Кон­стан­ти­но­поль. Свя­той Кон­стан­тин остал­ся в сто­ли­це, а свя­той Ме­фо­дий по­лу­чил игу­мен­ство в неболь­шом мо­на­сты­ре По­ли­хрон, неда­ле­ко от го­ры Олимп, где он под­ви­зал­ся преж­де.
Вско­ре при­шли к им­пе­ра­то­ру по­слы от мо­рав­ско­го кня­зя Ро­сти­сла­ва, при­тес­ня­е­мо­го немец­ки­ми епи­ско­па­ми, с прось­бой при­слать в Мо­ра­вию учи­те­лей, ко­то­рые мог­ли бы про­по­ве­до­вать на род­ном для сла­вян язы­ке. Им­пе­ра­тор при­звал свя­то­го Кон­стан­ти­на и ска­зал ему: "Необ­хо­ди­мо те­бе ид­ти ту­да, ибо луч­ше те­бя ни­кто это­го не вы­пол­нит". Свя­той Кон­стан­тин с по­стом и мо­лит­вой при­сту­пил к но­во­му по­дви­гу. С по­мо­щью сво­е­го бра­та свя­то­го Ме­фо­дия и уче­ни­ков Го­раз­да, Кли­мен­та, Сав­вы, На­у­ма и Ан­ге­ля­ра он со­ста­вил сла­вян­скую аз­бу­ку и пе­ре­вел на сла­вян­ский язык кни­ги, без ко­то­рых не мог­ло со­вер­шать­ся Бо­го­слу­же­ние: Еван­ге­лие, Апо­стол, Псал­тирь и из­бран­ные служ­бы. Это бы­ло в 863 го­ду.
По­сле за­вер­ше­ния пе­ре­во­да свя­тые бра­тья от­пра­ви­лись в Мо­ра­вию, где бы­ли при­ня­ты с ве­ли­кой че­стью, и ста­ли учить бо­го­слу­же­нию на сла­вян­ском язы­ке. Это вы­зва­ло зло­бу немец­ких епи­ско­пов, со­вер­шав­ших в мо­рав­ских церк­вах бо­го­слу­же­ние на ла­тин­ском язы­ке, и они вос­ста­ли про­тив свя­тых бра­тьев, утвер­ждая, что бо­го­слу­же­ние мо­жет со­вер­шать­ся лишь на од­ном из трех язы­ков: ев­рей­ском, гре­че­ском или ла­тин­ском. Свя­той Кон­стан­тин от­ве­чал им: "Вы при­зна­ё­те лишь три язы­ка, до­стой­ных то­го, чтобы сла­вить на них Бо­га. Но Да­вид во­пи­ет: "Пой­те Гос­по­де­ви вся зем­ля, хва­ли­те Гос­по­да вси язы­ци, вся­кое ды­ха­ние да хва­лит Гос­по­да!" И в Свя­том Еван­ге­лии ска­за­но: "Шед­ше на­учи­те вся язы­ки..."". Немец­кие епи­ско­пы бы­ли по­срам­ле­ны, но озло­би­лись еще боль­ше и по­да­ли жа­ло­бу в Pим. Свя­тые бра­тья бы­ли при­зва­ны в Рим для ре­ше­ния это­го во­про­са. Взяв с со­бой мо­щи свя­то­го Кли­мен­та, па­пы Рим­ско­го, свя­тые Кон­стан­тин и Ме­фо­дий от­пра­ви­лись в Pим. Узнав о том, что свя­тые бра­тья несут с со­бой свя­тые мо­щи, па­па Адри­ан с кли­ром вы­шел им на­встре­чу. Свя­тые бра­тья бы­ли встре­че­ны с по­че­том, па­па Рим­ский утвер­дил бо­го­слу­же­ние на сла­вян­ском язы­ке, а пе­ре­ве­ден­ные бра­тья­ми кни­ги при­ка­зал по­ло­жить в рим­ских церк­вах и со­вер­шать ли­тур­гию на сла­вян­ском язы­ке.
На­хо­дясь в Ри­ме, свя­той Кон­стан­тин за­не­мог и, в чу­дес­ном ви­де­нии из­ве­щен­ный Гос­по­дом о при­бли­же­нии кон­чи­ны, при­нял схи­му с име­нем Ки­рилл. Через 50 дней по­сле при­ня­тия схи­мы, 14 фев­ра­ля 869 го­да, рав­ноап­о­столь­ный Ки­рилл скон­чал­ся в воз­расте 42 лет. От­хо­дя к Бо­гу, свя­той Ки­рилл за­по­ве­дал бра­ту сво­е­му, свя­то­му Ме­фо­дию, про­дол­жать их об­щее де­ло – про­све­ще­ние сла­вян­ских на­ро­дов све­том ис­тин­ной ве­ры. Свя­той Ме­фо­дий умо­лял па­пу Рим­ско­го раз­ре­шить увез­ти те­ло бра­та для по­гре­бе­ния его на род­ной зем­ле, но па­па при­ка­зал по­ло­жить мо­щи свя­то­го Ки­рил­ла в церк­ви свя­то­го Кли­мен­та, где от них ста­ли со­вер­шать­ся чу­де­са.
По­сле кон­чи­ны свя­то­го Ки­рил­ла па­па, сле­дуя прось­бе сла­вян­ско­го кня­зя Ко­це­ла, по­слал свя­то­го Ме­фо­дия в Пан­но­нию, ру­ко­по­ло­жив его во ар­хи­епи­ско­па Мо­ра­вии и Пан­но­нии, на древ­ний пре­стол свя­то­го апо­сто­ла Ан­д­ро­ни­ка. В Пан­но­нии свя­той Ме­фо­дий вме­сте со сво­и­ми уче­ни­ка­ми про­дол­жал рас­про­стра­нять бо­го­слу­же­ние, пись­мен­ность и кни­ги на сла­вян­ском язы­ке. Это сно­ва вы­зва­ло ярость немец­ких епи­ско­пов. Они до­би­лись аре­ста и су­да над свя­ти­те­лем Ме­фо­ди­ем, ко­то­рый был со­слан в за­то­че­ние в Шва­бию, где в те­че­ние двух с по­ло­ви­ной лет пре­тер­пел мно­гие стра­да­ния. Осво­бож­ден­ный по при­ка­за­нию па­пы Рим­ско­го Иоан­на VIII и вос­ста­нов­лен­ный в пра­вах ар­хи­епи­ско­па, Ме­фо­дий про­дол­жал еван­гель­скую про­по­ведь сре­ди сла­вян и кре­стил чеш­ско­го кня­зя Бо­ри­воя и его су­пру­гу Люд­ми­лу (па­мять 16 сен­тяб­ря), а так­же од­но­го из поль­ских кня­зей. В тре­тий раз немец­кие епи­ско­пы воз­двиг­ли го­не­ние на свя­ти­те­ля за непри­ня­тие рим­ско­го уче­ния об ис­хож­де­нии Свя­то­го Ду­ха от От­ца и от Сы­на. Свя­ти­тель Ме­фо­дий был вы­зван в Рим, но оправ­дал­ся пе­ред па­пой, со­хра­нив в чи­сто­те пра­во­слав­ное уче­ние, и был сно­ва воз­вра­щен в сто­ли­цу Мо­ра­вии – Ве­ле­град.
Здесь в по­след­ние го­ды сво­ей жиз­ни свя­ти­тель Ме­фо­дий с по­мо­щью двух уче­ни­ков-свя­щен­ни­ков пе­ре­вел на сла­вян­ский язык весь Вет­хий За­вет, кро­ме Мак­ка­вей­ских книг, а так­же Но­мо­ка­нон (Пра­ви­ла свя­тых от­цов) и свя­то­оте­че­ские кни­ги (Па­те­рик).
Пред­чув­ствуя при­бли­же­ние кон­чи­ны, свя­той Ме­фо­дий ука­зал на од­но­го из сво­их уче­ни­ков – Го­раз­да как на до­стой­но­го се­бе пре­ем­ни­ка. Свя­ти­тель пред­ска­зал день сво­ей смер­ти и скон­чал­ся 6 ап­ре­ля 885 го­да в воз­расте око­ло 60 лет. От­пе­ва­ние свя­ти­те­ля бы­ло со­вер­ше­но на трех язы­ках – сла­вян­ском, гре­че­ском и ла­тин­ском; он был по­гре­бен в со­бор­ной церк­ви Ве­ле­гра­да.

Полные жития равноапостольных Кирилла и Мефодия

Бог бла­гой и все­мо­гу­щий, со­тво­рив­ший из небы­тия к бы­тию все ви­ди­мое и неви­ди­мое и укра­сив­ший вся­кой кра­со­той, ко­то­рую, ес­ли раз­мыш­лять по­не­мно­гу, мож­но мыс­лен­но ча­стич­но ура­зу­меть и по­знать То­го, Кто со­тво­рил столь мно­гие и див­ные со­зда­ния, ибо «по ве­ли­чию и кра­со­те со­зда­ний по­зна­ет­ся раз­мыш­ле­ни­ем и Со­зда­тель их», Ко­то­ро­го вос­пе­ва­ют Ан­ге­лы Три­свя­тым гла­сом и мы, все пра­во­вер­ные, сла­вим во Свя­той Тро­и­це, ина­че го­во­ря, в От­це, Сыне и Свя­том Ду­хе, то есть в трех ипо­ста­сях, что мож­но на­звать тре­мя ли­ца­ми, но в од­ном Бо­же­стве. Ведь преж­де вся­ко­го ча­са, вре­ме­ни и го­да, вы­ше вся­ко­го ра­зу­ма и ду­хов­но­го по­ни­ма­ния Отец сам ро­дил Сы­на, как го­во­рит Пре­муд­рость: «Преж­де всех хол­мов рож­да­ет Ме­ня». И в Еван­ге­лии ска­за­ло са­мо Бо­жие Сло­во пре­чи­сты­ми уста­ми, во­пло­тив­шись на бу­ду­щие вре­ме­на ра­ди на­ше­го спа­се­ния: «Я в От­це, и Отец во Мне». От то­го же От­ца и Свя­той Дух ис­хо­дит, как ска­зал сам Сын Бо­жи­им Сло­вом: «Дух ис­тин­ы, Ко­то­рый от От­ца ис­хо­дит».
Этот Бог, за­вер­шив все тво­ре­ние, как го­во­рит Да­вид: «Сло­вом Гос­под­ним утвер­ди­лись небе­са и от ды­ха­ния уст Его вся си­ла их. Ибо Он ска­зал – и ста­ли, Он по­ве­лел – и со­зда­лись», преж­де все­го со­тво­рил че­ло­ве­ка, прах от зем­ли взяв, а от Се­бя жи­во­твор­ным ду­но­ве­ни­ем ду­шу вдох­нув, и осмыс­лен­ную речь и сво­бо­ду во­ли дал, чтобы вве­сти в рай, за­по­ведь за­по­ве­дав ему для ис­пы­та­ния; ес­ли хра­нит ее, то оста­нет­ся бес­смер­тен, ес­ли же пре­сту­пит, смер­тью умрет, по сво­ей во­ле, а не по Бо­жи­е­му ве­ле­нию.
А диа­вол, уви­дев, что че­ло­ве­ку ока­за­на та­кая честь и на­зна­че­но ему то ме­сто, с ко­то­ро­го он из-за сво­ей гор­ды­ни пал, за­ста­вил (его) пре­сту­пить за­по­ведь, и из­гнал че­ло­ве­ка из рая, и осу­дил на смерть. И с тех пор на­чал непри­я­тель со­блаз­нять мно­ги­ми коз­ня­ми род че­ло­ве­че­ский. Но Бог в ве­ли­кой ми­ло­сти и люб­ви не оста­вил че­ло­ве­ков со­всем, а на каж­дый год и вре­мя из­брал му­жа и явил лю­дям де­ла их и по­двиг, чтобы все, упо­доб­ля­ясь им, стре­ми­лись к доб­ру.
Та­ков был Енос, ко­то­рый пер­вым от­ва­жил­ся при­зы­вать имя Гос­подне. А по­сле него Енох, уго­див Бо­гу, пе­ре­не­сен был (вы­со­ко). Ной пра­вед­ным ока­зал­ся в ро­де сво­ем, он спас­ся от по­то­па в ков­че­ге, чтобы опять на­пол­ни­лась зем­ля тво­ре­ни­ем Бо­жи­им и укра­си­лась. Ав­ра­ам по­сле раз­де­ле­ния язы­ков, ко­гда все впа­ли в за­блуж­де­ние, Бо­га по­знал, и дру­гом Его на­зван был, и при­нял обе­то­ва­ние, что «в се­ме­ни тво­ем бла­го­сло­вен­ны бу­дут все на­ро­ды». Иса­ак, по­доб­но Хри­сту, воз­ве­ден был на го­ру для жерт­вы. Иа­ков идо­лов те­стя уни­что­жил и ви­дел лест­ни­цу от зем­ли до неба: Ан­ге­лы Бо­жии по ней вос­хо­ди­ли и схо­ди­ли. И бла­го­слов­ляя сы­нов сво­их, он про­ро­че­ство­вал о Хри­сте. Иосиф про­кор­мил лю­дей в Егип­те, по­ка­зав се­бя (че­ло­ве­ком) Бо­жи­им. Об Иове Ав­си­ти­дий­ском Пи­са­ние го­во­рит, что был пра­ве­ден, спра­вед­лив и непо­ро­чен: под­верг­ну­тый ис­пы­та­нию, пре­тер­пев (его), бла­го­сло­вен был Бо­гом. Мо­и­сей с Ааро­ном меж­ду иере­я­ми Бо­жи­и­ми Бо­гом (для) фа­ра­о­на на­зван был, и му­чил Еги­пет, и вы­вел Бо­жий на­род – днем вслед за об­ла­ком свет­лым, а но­чью за стол­пом ог­нен­ным; и мо­ре раз­де­лил, и про­шли по су­ху, а егип­тян по­то­пил. И в пу­стыне без­вод­ной на­по­ил на­род во­дой и на­сы­тил хле­бом Ан­гель­ским и пти­ца­ми; и го­во­рил с Бо­гом ли­цом к ли­цу, как невоз­мож­но че­ло­ве­ку с Бо­гом го­во­рить, (и) дал на­ро­ду за­кон, на­пи­сан­ный Бо­жи­им пер­стом. Иисус На­вин, одолев вра­гов, раз­де­лил зем­лю меж­ду на­ро­дом Бо­жи­им. Судьи так­же одер­жа­ли мно­го по­бед. А Са­му­ил, по­лу­чив Бо­жию ми­лость, по­ма­зал и по­ста­вил ца­ря по сло­ву Гос­под­ню. Да­вид с кро­то­стью пас на­род и на­учил (его) пес­ням Бо­жи­им. Со­ло­мон, по­лу­чив­ший от Бо­га муд­ро­сти боль­ше всех лю­дей, мно­го доб­рых по­уче­ний со­здал и прит­чей, хоть сам их и не вы­пол­нял. Илия об­ли­чил го­ло­дом люд­скую зло­бу, и вос­кре­сил мерт­во­го от­ро­ка, и, при­не­ся сло­вом с неба огонь, опа­лил мно­гих, и жерт­вы сжег чу­дес­ным ог­нем; пе­ре­бив нече­сти­вых иере­ев свя­щен­ни­ков, взо­шел на небо на ко­лес­ни­це ог­нен­ной и ко­нях, дав уче­ни­ку удво­ен­ный дух. Ели­сей, (его) ми­лоть по­лу­чив, вдвое боль­ше чу­дес со­вер­шил. Дру­гие про­ро­ки, каж­дый в свое вре­мя, про­ро­че­ство­ва­ли о бу­ду­щих уди­ви­тель­ных де­лах. По­сле них ве­ли­кий Иоанн, хо­да­тай меж­ду Вет­хим и Но­вым за­ко­ном, стал кре­сти­те­лем и сви­де­те­лем Хри­сто­вым и про­по­вед­ни­ком жи­вым и мерт­вым.
Свя­тые апо­сто­лы Петр и Па­вел с осталь­ны­ми уче­ни­ка­ми Хри­сто­вы­ми, как мол­ния, про­шед­шая по все­му ми­ру, осве­ти­ли всю зем­лю. По­сле них му­че­ни­ки кро­вью сво­ей смы­ли сквер­ну, а пре­ем­ни­ки свя­тых апо­сто­лов, кре­стив це­са­ря, ве­ли­ким по­дви­гом и тру­дом раз­ру­ши­ли язы­че­ство. Силь­вестр пра­вед­но из трех­сот и во­сем­на­дца­ти от­цов, при­няв се­бе в по­мощь ве­ли­ко­го це­са­ря Кон­стан­ти­на, со­брав в Ни­кее Пер­вый Со­бор, по­бе­дил Ария и про­клял его и ересь его, ко­то­рую тот воз­дви­гал на Свя­тую Тро­и­цу, как ко­гда-то Ав­ра­ам с тре­мя­ста­ми и во­сем­на­дца­тью слу­га­ми пе­ре­бил ца­рей и при­нял бла­го­сло­ве­ние и хлеб и ви­но от Мель­хи­се­де­ка, ца­ря Са­лим­ско­го, ведь был тот иере­ем Бо­га Все­выш­не­го. Да­мас же и Гри­го­рий Бо­го­слов со ста пя­тью­де­ся­тью от­ца­ми и ве­ли­ким ца­рем Фе­о­до­си­ем в Ца­рь­гра­де под­твер­ди­ли свя­той Сим­вол, то есть «Ве­рую во еди­но­го Бо­га», и, из­гнав Ма­ке­до­ния, про­кля­ли его и ху­лу его, ко­то­рую он го­во­рил на Свя­то­го Ду­ха. Це­ле­стин и Ки­рилл с дву­мя­ста­ми от­ца­ми и дру­гим ца­рем со­кру­ши­ли в Ефе­се Несто­рия со всей бол­тов­ней, ко­то­рую он го­во­рил на Хри­ста. Лев и Ана­то­лий с пра­во­вер­ным ца­рем Мар­ки­а­ном и с ше­стью­ста­ми и трид­ца­тью от­ца­ми про­кля­ли в Хал­ки­доне безу­мие и бол­тов­ню Ев­ти­хи­евы. Ви­ги­лий с бо­го­угод­ным Юс­ти­ни­а­ном и со ста ше­стью­де­ся­тью пя­тью от­ца­ми, Пя­тый Со­бор со­брав, изыс­кав (где ка­кая бол­тов­ня укры­лась), про­кля­ли. Ага­фон, апо­столь­ский па­па, с дву­мя­ста­ми и се­мью­де­ся­тью от­ца­ми с чест­ным Кон­стан­ти­ном ца­рем на Ше­стом Со­бо­ре мно­гие вос­ста­ния рас­ко­ло­ли и всем тем со­бо­ром, из­гнав, про­кля­ли, я го­во­рю о Фе­о­до­ре Фа­ран­ском, Сер­гии и Пир­ре, Ки­ре Алек­сан­дрий­ском, Го­но­рии Рим­ском, Ма­ка­рии Ан­тио­хий­ском и про­чих при­спеш­ни­ках их, а хри­сти­ан­скую ве­ру, на ис­тине сто­я­щую, укре­пи­ли.
По­сле же все­го это­го Бог ми­ло­сти­вый, «Ко­то­рый хо­чет, чтобы вся­кий че­ло­век спа­сен был и до ис­тин­но­го по­зна­ния до­шел», в на­ше вре­мя ра­ди на­ше­го на­ро­да, о ко­то­ром ни­кто и ни­ко­гда не за­бо­тил­ся, для доб­ро­го де­ла воз­двиг нам учи­те­ля, бла­жен­но­го учи­те­ля Ме­фо­дия, ко­то­ро­го все доб­ро­де­те­ли и по­дви­ги к каж­до­му из этих угод­ни­ков при­ло­жив, не по­сты­дим­ся: ведь од­ним он ра­вен был, дру­гих немно­го мень­ше, а иных боль­ше, – крас­но­ре­чи­вых пре­взой­дя доб­ро­де­те­лью, а доб­ро­де­тель­ных – крас­но­ре­чи­ем. Каж­до­му упо­до­бив­шись, об­раз каж­до­го со­бой явил: страх Бо­жий, хра­не­ние за­по­ве­дей, чи­сто­ту пло­ти, при­ле­жа­ние в мо­лит­вах и свя­то­сти, сло­во силь­ное и крот­кое – силь­ное для про­тив­ни­ков, а крот­кое для при­ни­ма­ю­щих по­уче­ние, ярость, ти­хость, ми­лость, лю­бовь, страсть и тер­пе­ние, – он был всем из все­го, чтобы всех при­влечь.
Был он ро­да с обе­их сто­рон не ху­до­го, но доб­ро­го и чест­но­го, из­вест­но­го из­дав­на Бо­гу и ца­рю, и всей Со­лун­ской стране, что яв­лял и те­лес­ный его об­лик. По­это­му и (участ­ни­ки) спо­ров, лю­бив­шие его с дет­ства, ве­ли с ним ува­жи­тель­ные бе­се­ды, по­ка царь, узнав о быст­ро­те (ума) его, не по­ру­чил ему дер­жать сла­вян­ское кня­же­ние, чтобы он узнал все сла­вян­ские обы­чаи и при­вык по­не­мно­гу, как буд­то про­ви­дя, – я (бы) ска­зал, – что Бог хо­тел по­слать его учи­те­лем для сла­вян и пер­вым ар­хи­епи­ско­пом.
Про­ве­дя на кня­же­нии мно­го лет и уви­дев мно­же­ство бес­по­ря­доч­ных вол­не­ний этой жиз­ни, он сме­нил стрем­ле­ние к зем­ной тьме на мыс­ли о небе, ведь он не хо­тел воз­му­щать бла­го­род­ную ду­шу тем, что не веч­но – не пре­бы­ва­ю­щим. И, най­дя удоб­ное вре­мя, он из­ба­вил­ся от кня­же­ния и по­шел на Олимп, где жи­вут свя­тые от­цы. По­стриг­шись, он об­ла­чил­ся в чер­ные ри­зы и пре­бы­вал, с по­кор­но­стью по­ви­ну­ясь. И, ис­пол­няя весь мо­на­ше­ский чин, об­ра­тил­ся к кни­гам.
Но слу­чи­лось в то вре­мя сле­ду­ю­щее: по­слал царь за Фило­со­фом, бра­том его, (чтобы ид­ти) к ха­за­рам (и) чтобы тот взял его се­бе в по­мощь. Ведь там бы­ли иудеи, силь­но ху­лив­шие хри­сти­ан­скую ве­ру. Он же ска­зал, что: «Я го­тов уме­реть за хри­сти­ан­скую ве­ру». И не ослу­шал­ся он, но, идя, слу­жил как раб мень­ше­му бра­ту, по­ви­ну­ясь ему. Он мо­лит­ва­ми, а Фило­соф сло­ва­ми пре­воз­мог­ли тех и по­сра­ми­ли. Царь же и пат­ри­арх, уви­дев по­двиг его, год­ный для Бо­жи­его пу­ти, убеж­да­ли его (со­гла­сить­ся), чтобы по­свя­ти­ли в ар­хи­епи­ско­пы на по­чет­ное ме­сто, где есть по­треб­ность в та­ком му­же. Так как он не со­гла­шал­ся, при­ну­ди­ли его и по­ста­ви­ли игу­ме­ном в мо­на­сты­ре, ко­то­рый на­зы­ва­ет­ся По­ли­хрон, до­ход ко­то­ро­го из­ме­ря­ет­ся два­дца­тью че­тырь­мя спу­да­ми зо­ло­та, а от­цов в нем боль­ше се­ми­де­ся­ти.
Слу­чи­лось же в те дни, что Ро­сти­слав, князь сла­вян­ский, и Свя­то­полк по­сла­ли из Мо­ра­вии к ца­рю Ми­ха­и­лу, го­во­ря так: «Мы Бо­жи­ей ми­ло­стью здо­ро­вы, но при­шли к нам мно­го учи­те­лей хри­сти­ан от ита­льян­цев, и от гре­ков, и от нем­цев, уча нас по-раз­но­му, а мы, сла­вяне, лю­ди про­стые, и нет у нас, кто бы на­ста­вил нас ис­тине и на­учил ра­зу­му. По­то­му, доб­рый вла­ды­ка, по­шли та­ко­го му­жа, ко­то­рый на­ста­вит нас вся­кой прав­де». То­гда царь Ми­ха­ил ска­зал Фило­со­фу Кон­стан­ти­ну: «Слы­шишь ли, Фило­соф, эту речь? Ни­кто дру­гой не мо­жет это­го сде­лать, кро­ме те­бя. Так на те­бе да­ры мно­гие и, взяв бра­та сво­е­го игу­ме­на Ме­фо­дия, сту­пай же. Ведь вы со­лу­няне, а со­лу­няне все хо­ро­шо го­во­рят по-сла­вян­ски».
Тут они не по­сме­ли от­ка­зать­ся ни пе­ред Бо­гом, ни пе­ред ца­рем, по сло­ву свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, как он ска­зал: «Бо­га бой­тесь, ца­ря чти­те». Но, по­чув­ство­вав ве­ли­чие де­ла, пре­да­лись они мо­лит­ве вме­сте с дру­ги­ми, кто был та­ко­го же ду­ха, что и они. И тут явил Бог Фило­со­фу сла­вян­ские кни­ги. И тот, тот­час упо­ря­до­чив бук­вы и со­ста­вив бе­се­ды, от­пра­вил­ся в путь в Мо­ра­вию, взяв Ме­фо­дия. И стал он, сно­ва с по­кор­но­стью по­ви­ну­ясь, слу­жить Фило­со­фу и учить вме­сте с ним. И ко­гда ми­ну­ло три го­да, воз­вра­ти­лись они из Мо­ра­вии, вы­учив уче­ни­ков.
Узнав же о та­ко­вых лю­дях, Апо­сто­лик Ни­ко­лай по­слал за ни­ми, же­лая ви­деть их, как Ан­ге­лов Бо­жи­их. Он освя­тил уче­ние их, по­ло­жив сла­вян­ское Еван­ге­лие на ал­та­ре свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, и по­свя­тил в по­пы бла­жен­но­го Ме­фо­дия.
Бы­ло мно­го дру­гих лю­дей, ко­то­рые по­но­си­ли сла­вян­ские кни­ги, го­во­ря, что не по­до­ба­ет ни­ка­ко­му на­ро­ду иметь свои бук­вы, кро­ме ев­ре­ев, гре­ков и ла­ти­нян, по над­пи­си Пи­ла­та, ко­то­рую он на Кре­сте Гос­под­нем на­пи­сал. Их Апо­сто­лик на­звал пи­лат­ни­ка­ми и три­язч­ни­ка­ми. И од­но­му епи­ско­пу, ко­то­рый был бо­лен тою же бо­лез­нью, он по­ве­лел по­свя­тить из уче­ни­ков сла­вян­ских трех в по­пы, а двух в ана­гно­стов.
Спу­стя мно­го дней Фило­соф, от­прав­ля­ясь на Суд, ска­зал Ме­фо­дию, бра­ту сво­е­му: «Вот, брат, бы­ли мы с то­бой в упря­жи, па­ха­ли од­ну бо­роз­ду, и я у ле­са (дой­дя бо­роз­ду) па­даю, свой день окон­чив. А ты хоть очень лю­бишь го­ру, но не мо­ги ра­ди го­ры оста­вить учи­тель­ство свое, ибо чем иным мо­жешь ты луч­ше до­стичь спа­се­ния?».
По­слал Ко­цел же к Апо­сто­ли­ку, про­сил, чтобы от­пу­стил к нему Ме­фо­дия, бла­жен­но­го учи­те­ля на­ше­го. И ска­зал Апо­сто­лик: «Не те­бе од­но­му толь­ко, но и всем тем стра­нам сла­вян­ским по­сы­лаю его учи­те­лем от Бо­га и от свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, пер­во­го пре­сто­ло­на­след­ни­ка и дер­жа­те­ля клю­чей от Цар­ствия Небес­но­го». И по­слал его, на­пи­сав та­кую эпи­сто­лию: «Адри­ан, епи­скоп и раб Бо­жий, Ро­сти­сла­ву и Свя­то­пол­ку и Ко­це­лу. Сла­ва в выш­них Бо­гу и на зем­ле мир, в че­ло­ве­ках бла­го­во­ле­ние, что услы­ша­ли мы о вас ду­хов­ное, на это упо­ва­ли мы с же­ла­ни­ем и мо­лит­вою ва­ше­го ра­ди спа­се­ния, как воз­двиг Гос­подь серд­ца ва­ши ис­кать его и по­ка­зал вам, что не толь­ко ве­рою, но и бла­ги­ми де­ла­ми по­до­ба­ет слу­жить Бо­гу, ведь «ве­ра без дел мерт­ва», и от­па­да­ют те, ко­то­рые «во­об­ра­жа­ют, что зна­ют Бо­га, но де­ла­ми от­ре­ка­ют­ся от Него». Ведь не толь­ко у это­го свя­ти­тель­ско­го пре­сто­ла про­си­ли вы учи­те­ля, но и у бла­го­вер­но­го ца­ря Ми­ха­и­ла, чтобы по­слал он к вам бла­жен­но­го Фило­со­фа Кон­стан­ти­на с бра­том, по­ку­да мы не сде­ла­ли. Они же, уви­дав, что стра­ны ва­ши на­хо­дят­ся под вла­стью апо­столь­ско­го пре­сто­ла, не сде­ла­ли ни­че­го про­тив­но­го ка­но­нам, но к нам при­шли и при­нес­ли с со­бой мо­щи свя­то­го Кли­мен­та. Мы же, трой­ную ра­дость по­лу­чив, за­мыс­ли­ли по­слать в ва­ши стра­ны сы­на на­ше­го Ме­фо­дия, му­жа со­вер­шен­но­го ра­зу­мом и пра­во­вер­но­го, ис­пы­тав и по­свя­тив его вме­сте с его уче­ни­ка­ми, чтобы учил вас, как вы про­си­ли, из­ла­гая на язы­ке ва­шем кни­ги пол­но­стью для все­го цер­ков­но­го чи­на, в том чис­ле со свя­той мес­сой, то есть служ­бой, и с Кре­ще­ни­ем, как на­чал Фило­соф Кон­стан­тин Бо­жи­ей бла­го­да­тью и мо­лит­ва­ми свя­то­го Кли­мен­та. Так же ес­ли и кто иной смо­жет до­стой­но и пра­во­вер­но го­во­рить, – да бу­дет свя­то и бла­го­слов­ле­но Бо­гом и на­ми и всей Все­лен­ской и Апо­столь­ской Цер­ко­вью, чтобы лег­че обу­чи­лись вы за­по­ве­дям Бо­жи­им. Толь­ко один этот со­хра­нять вам обы­чай, чтобы во вре­мя мес­сы сна­ча­ла чи­та­ли Апо­стол и Еван­ге­лие по-ла­ты­ни, по­том по-сла­вян­ски. Да ис­пол­нит­ся сло­во Пи­са­ния, что «бу­дут хва­лить Гос­по­да все на­ро­ды», и дру­гое: «И все ста­нут го­во­рить о ве­ли­чии Бо­жи­ем на раз­ных язы­ках, на ко­то­рых поз­во­лит им го­во­рить Свя­той Дух».
Ес­ли же кто из со­бран­ных у вас учи­те­лей, из тех, кто те­шит слух и от ис­ти­ны от­вра­ща­ет к за­блуж­де­ни­ям, начнет, дерз­нув, вно­сить меж­ду ва­ми раз­лад, по­ри­цая кни­ги на ва­шем язы­ке, пусть бу­дет от­лу­чен не толь­ко от При­ча­стия, но и от Церк­ви, по­ка не ис­пра­вит­ся. Ибо они суть вол­ки, а не ов­цы, что сле­ду­ет по пло­дам их узна­вать и бе­речь­ся от них.
Вы же, ча­да воз­люб­лен­ные, по­ви­нуй­тесь уче­нию Бо­жи­е­му и не от­ринь­те по­уче­ния цер­ков­но­го, чтобы вы ста­ли ис­тин­но по­кло­ня­ю­щи­ми­ся Бо­гу, От­цу на­ше­му небес­но­му, со все­ми свя­ты­ми. Аминь».
Ко­цел же при­нял его с ве­ли­кой че­стью и сно­ва по­слал его, а так­же два­дцать че­ло­век из име­ни­тых лю­дей, к Апо­сто­ли­ку, чтобы он по­свя­тил его на епи­скоп­ство в Пан­но­нии на пре­стол свя­то­го Ан­д­ро­ни­ка, апо­сто­ла из чис­ла се­ми­де­ся­ти, что и ста­ло.
По­сле это­го ста­рый враг, нена­вист­ник добра и про­тив­ник ис­ти­ны, воз­двиг на него серд­це вра­га, мо­рав­ско­го ко­ро­ля, со все­ми епи­ско­па­ми, что, де­скать, «в на­шей об­ла­сти учишь». Он же от­ве­тил: «Я сам обо­шел бы сто­ро­ной, ес­ли бы ве­дал, что ва­ша. Но она – свя­то­го Пет­ра. По прав­де же, ес­ли вы из за­ви­сти и жад­но­сти во­пре­ки ка­но­нам на ста­рые пре­де­лы на­сту­па­е­те, пре­пят­ствуя уче­нию Бо­жи­е­му, то бе­ре­ги­тесь, чтобы не раз­лить свой мозг, же­лая кост­ным те­ме­нем про­бить же­лез­ную го­ру». Они от­ве­ча­ли ему, го­во­ря в яро­сти: «Зло се­бе до­бу­дешь». Он от­ве­тил: «Ис­ти­ну го­во­рю пе­ред ца­ря­ми и не сты­жусь, а вы по­сту­пай­те со мной, как хо­ти­те, ведь я не луч­ше тех, кто в ве­ли­ких му­ках ли­шил­ся и жиз­ни за то, что го­во­рил прав­ду». И ко­гда мно­го во­про­сов бы­ло за­да­но и не смог­ли опро­верг­нуть его, ска­зал ко­роль, вста­вая: «Не утруж­дай­те мо­е­го Ме­фо­дия, ведь он вспо­тел уже, как у печ­ки». Ска­зал он: «Так, вла­ды­ка». Встре­ти­ли лю­ди как-то пот­но­го фило­со­фа (и) ска­за­ли ему: «По­че­му ты так вспо­тел?» А он: «С невеж­да­ми спо­рил». И по­спо­рив об этих сло­вах, разо­шлись, а его, со­слав в Шва­бию, дер­жа­ли два с по­ло­ви­ной го­да.
До­шло до Апо­сто­ли­ка. И уве­дав, по­слал на них за­прет, чтобы ни один ко­ролев­ский епи­скоп не слу­жил мес­сы, то есть служ­бы, по­ка его дер­жат. По­это­му от­пу­сти­ли его, ска­зав Ко­це­лу: «Если бу­дет он у те­бя, не уй­дешь от нас доб­ром». Но они не ушли от су­да свя­то­го Пет­ра, ведь из этих епи­ско­пов чет­ве­ро умер­ло.
При­клю­чи­лось же то­гда, что мо­ра­ване, убе­див­шись, что немец­кие по­пы, ко­то­рые жи­ли у них, не при­я­те­ли им, но око­вы им ку­ют, всех из­гна­ли и по­сла­ли к Апо­сто­ли­ку: «Так как преж­де от­цы на­ши от свя­то­го Пет­ра Кре­ще­ние при­ня­ли, то дай нам Ме­фо­дия ар­хи­епи­ско­пом и учи­те­лем». Тот­час при­слал его Апо­сто­лик. И при­нял его Свя­то­полк князь со сво­и­ми мо­ра­ва­на­ми и по­ру­чил ему все церк­ви и ду­хо­вен­ство во всех го­ро­дах. И с то­го дня на­ча­ло очень рас­ти уче­ние Бо­жие, и ду­хо­вен­ство во всех го­ро­дах на­ча­ло рас­ти и мно­жить­ся, и по­га­ные – ве­ро­вать в ис­тин­но­го Бо­га, от сво­их за­блуж­де­ний от­ре­ка­ясь все боль­ше. И мо­рав­ская власть ста­ла рас­ши­рять свои пре­де­лы и по­беж­дать сво­их вра­гов без неудач, как и са­ми они рас­ска­зы­ва­ют.
Бы­ла же в нем про­ро­че­ская Бла­го­дать, так что сбы­ва­лись мно­гие его про­ри­ца­ния. Об од­ном или двух из них мы рас­ска­жем.
Очень силь­ный язы­че­ский князь, си­дев­ший на Вис­ле, по­но­сил хри­сти­ан и па­ко­сти де­лал. По­слав же к нему, ска­зал (Ме­фо­дий): «Хо­ро­шо бы те­бе кре­стить­ся, сын, сво­ею во­лею на сво­ей зем­ле, чтобы не был ты кре­щен на­силь­но в пле­ну на чу­жой зем­ле. И вспом­нишь ме­ня». Так и бы­ло.
Или вот. Од­на­жды Свя­то­полк во­е­вал с по­га­ны­ми и ни­че­го не до­стиг, но мед­лил. Ко­гда ста­ла при­бли­жать­ся мес­са, то есть служ­ба свя­то­го Пет­ра, (Ме­фо­дий) по­слал к нему, го­во­ря: «Ес­ли по­обе­ща­ешь про­ве­сти у ме­ня со сво­и­ми во­и­на­ми день свя­то­го Пет­ра, то ве­рую, что ско­ро пре­даст их те­бе Бог». Так и бы­ло.
Один че­ло­век, очень бо­га­тый и со­вет­ник (кня­зя), же­нил­ся на сво­ей ку­ме, то есть на ятро­ви, и (Ме­фо­дий) мно­го на­став­лял и учил, и уго­ва­ри­вал их, но раз­ве­сти их не мог. По­то­му что дру­гие, вы­да­вая се­бя за ра­бов Бо­жи­их, втайне раз­вра­ща­ли их, льстя из-за иму­ще­ства, и во­все от­вра­ти­ли их от Церк­ви. И он ска­зал: «При­дет час, ко­гда не смо­гут по­мочь эти льсте­цы, и вспом­ни­те мои сло­ва, но ни­че­го сде­лать уже бу­дет нель­зя». Вне­зап­но, по­сле Бо­жи­его от­ступ­ле­ния, па­ла на них на­пасть, «и ме­ста их не ста­ло, но буд­то вихрь, под­хва­тив, рас­се­ял пыль». Мно­го и дру­го­го по­доб­но­го это­му бы­ло, о чем го­во­рил он от­кры­то в прит­чах.
Ста­рый враг, нена­вист­ник ро­да че­ло­ве­че­ско­го не мог тер­петь все­го это­го, воз­двиг­нув на него неко­то­рых, как на Мо­и­сея, Да­фа­на и Ави­ро­на, од­них – от­кры­то, дру­гих – тай­но. Боль­ные иопа­тор­ской ере­сью со­вра­ща­ют сла­бей­ших с пра­виль­но­го пу­ти, го­во­ря: «Нам Па­па дал власть, а его ве­лит из­гнать вон вме­сте с его уче­ни­ем».
Со­брав же весь мо­рав­ский на­род, они ве­ле­ли про­честь пе­ред ни­ми эпи­сто­лию, чтобы слы­ша­ли об из­гна­нии его. Лю­ди же, как свой­ствен­но че­ло­ве­ку, все пе­ча­ли­лись и скор­бе­ли, что ли­ша­ют­ся та­ко­го пас­ты­ря и учи­те­ля – кро­ме сла­бых, ко­то­ры­ми дви­га­ла ложь, как ли­стья­ми ве­тер. Но ко­гда про­чли пись­ма Апо­сто­ли­ка, то об­на­ру­жи­ли сле­ду­ю­щее: «Брат наш Ме­фо­дий свят и пра­во­ве­рен и де­ла­ет апо­столь­ское де­ло, и в ру­ках его все сла­вян­ские зем­ли от Бо­га и от апо­столь­ско­го пре­сто­ла, а ко­го он про­клянет, бу­дет про­клят, а ко­го бла­го­сло­вит, тот да бу­дет свят». И, по­сра­мив­шись, они разо­шлись, как ту­ман, со сты­дом.
На этом зло­ба их не кон­чи­лась, но ста­ли они го­во­рить, что гне­ва­ет­ся на него царь и, ес­ли най­дет, не быть ему жи­во­му. Но ми­ло­сти­вый Бог не хо­тел, чтобы и в этом ху­ли­ли ра­ба Его, Он вло­жил в серд­це ца­рю, ибо серд­це ца­ря все­гда пре­бы­ва­ет в ру­ках Бо­жи­их, мысль и по­слал к нему пись­мо: «Чест­ный от­че, очень хо­чу те­бя ви­деть. Так сде­лай ми­лость, по­тру­дись (при­быть) к нам, чтобы мы уви­де­ли те­бя, по­ка ты на этом све­те, и мо­лит­ву твою при­ня­ли». И он сра­зу по­шел ту­да, при­нял его царь с ве­ли­кой че­стью и ра­до­стью и, по­хва­лив его уче­ние, удер­жал из его уче­ни­ков по­па и диа­ко­на с кни­га­ми. И все же­ла­ния его ис­пол­нил, че­го он хо­тел, и ни в чем ему не от­ка­зал. Об­лас­кав и ода­рив, про­во­дил его со сла­вою на­зад на его пре­стол. Так же и Пат­ри­арх.
На всех же пу­тях по­па­дал он во мно­гие на­па­сти от диа­во­ла: в пу­сты­нях к раз­бой­ни­кам, на мо­ре в вол­не­нья вет­ров, на ре­ках во вне­зап­ные смер­чи, так что ис­пол­ни­лось на нем сло­во апо­сто­ла: «Бе­ды от раз­бой­ни­ков, бе­ды в мо­ре, бе­ды на ре­ках, бе­ды от лже­бра­тьев, в тру­дах и по­дви­гах, в по­сто­ян­ном бде­нии, во мно­гом го­ло­де и жаж­де» и в про­чих пе­ча­лях, о ко­то­рых упо­ми­на­ет апо­стол.
А по­том, огра­див­шись от со­мне­ний и пе­чаль свою на Бо­га воз­ло­жив, еще рань­ше по­са­див из уче­ни­ков сво­их двух по­пов, от­лич­ных ско­ро­пис­цев, быст­ро пе­ре­ло­жил все кни­ги, все пол­но­стью, кро­ме Мак­ка­вей­ских, с язы­ка гре­че­ско­го на сла­вян­ский, за шесть ме­ся­цев, на­чи­ная с мар­та ме­ся­ца до два­дцать ше­сто­го дня ок­тяб­ря ме­ся­ца. Окон­чив же, воз­дал до­стой­ную хва­лу и сла­ву Бо­гу, да­ю­ще­му та­кую бла­го­дать и уда­чу. И воз­не­ся с кли­ром сво­им Свя­тое Тай­ное Воз­но­ше­ние, от­празд­но­вал па­мять свя­то­го Ди­мит­рия. Ведь преж­де с Фило­со­фом пе­ре­ло­жил он толь­ко Псал­тирь и Еван­ге­лие с Апо­сто­лом и из­бран­ны­ми цер­ков­ны­ми служ­ба­ми. То­гда же и Но­мо­ка­нон, то есть пра­ви­ло за­ко­на, и оте­че­ские кни­ги пе­ре­ло­жил.
Ко­гда же вен­гер­ский ко­роль при­шел в ду­най­ские стра­ны, он за­хо­тел его уви­деть: и хо­тя неко­то­рые го­во­ри­ли и пред­по­ла­га­ли, что не уй­ти от него без му­че­ний, он по­шел к нему. Но тот, как и по­до­ба­ет вла­ды­ке, так и при­нял – с по­че­том, сла­вою и ра­до­стью. И по­бе­се­до­вав с ним, как при­ста­ло та­ким му­жам ве­сти бе­се­ды, от­пу­стил его, об­лас­кав, по­це­ло­вав, с да­ра­ми ве­ли­ки­ми, ска­зав: «По­ми­най ме­ня все­гда, чест­ный отец, в свя­тых тво­их мо­лит­вах».
Так пре­сек он со всех сто­рон об­ви­не­ния, за­тво­рив уста мно­го­ре­чи­вым, путь за­вер­шил и ве­ру со­хра­нил, ожи­дая пра­вед­но­го вен­ца. И по­сколь­ку так уго­дил, воз­люб­лен был Бо­гом. Ста­ло при­бли­жать­ся вре­мя при­нять по­кой от стра­стей и на­гра­ду за мно­гие тру­ды. И спро­си­ли его, го­во­ря: «Кто, счи­та­ешь ты, чест­ный отец и учи­тель, сре­ди уче­ни­ков тво­их был бы пре­ем­ни­ком те­бе в учи­тель­стве тво­ем?». И по­ка­зал он им на од­но­го из из­вест­ных уче­ни­ков сво­их, име­нем Го­разд, го­во­ря: «Этот из ва­шей зем­ли сво­бод­ный муж, на­учен хо­ро­шо в ла­тин­ских кни­гах, пра­во­ве­рен. Пусть бу­дет Бо­жия во­ля и ва­ша лю­бовь, как и моя». А ко­гда в Верб­ное вос­кре­се­нье со­бра­лись все лю­ди, он, немощ­ный, вой­дя в цер­ковь, бла­го­сло­вив ца­ря, кня­зя и кли­ри­ков, и весь на­род, ска­зал: «Сте­ре­ги­те ме­ня, де­ти, три дня». Так и бы­ло. На рас­све­те тре­тье­го дня он ска­зал сле­ду­ю­щее: «В ру­ки твои, Гос­по­ди, вла­гаю ду­шу мою». И по­чил на ру­ках иерей­ских в 6 день ме­ся­ца ап­ре­ля в 3-й ин­дикт 6393 го­да от со­тво­ре­ния все­го ми­ра.
При­го­то­вив его к по­гре­бе­нию и воз­дав ему до­стой­ную честь, от­слу­жи­ли уче­ни­ки его цер­ков­ную служ­бу по-ла­ты­ни, по-гре­че­ски и по-сла­вян­ски и по­ло­жи­ли его в со­бор­ной церк­ви. И при­ло­жил­ся он к от­цам сво­им и пат­ри­ар­хам, и про­ро­кам, и апо­сто­лам, учи­те­лям, му­че­ни­кам. И со­брав­шись, бес­чис­лен­ные на­род­ные тол­пы про­во­жа­ли со све­ча­ми доб­ро­го учи­те­ля и пас­ты­ря: муж­чи­ны и жен­щи­ны, ма­лые и боль­шие, бо­га­тые и бед­ные, сво­бод­ные и ра­бы, вдо­ви­цы и си­ро­ты, ино­зем­цы и мест­ные, боль­ные и здо­ро­вые, – все, опла­ки­вая то­го, кто был всем из все­го, чтобы всех при­влечь. Ты же, свя­тая и чест­ная гла­ва, в мо­лит­вах тво­их свы­ше опе­кай нас, стре­мя­щих­ся к те­бе, из­бавь от вся­кой на­па­сти, уче­ни­ков сво­их и уче­ние рас­про­стра­няя, а ере­си из­го­няя, чтобы, про­жив здесь до­стой­но на­ше­го на­зна­че­ния, ста­ли мы с то­бой, ста­до твое, одес­ную сто­ро­ну Хри­ста, Бо­га на­ше­го, веч­ную жизнь при­ни­мая от Него. Ему же сла­ва и честь во ве­ки ве­ков. Аминь.

Биб­лио­те­ка ли­те­ра­ту­ры Древ­ней Ру­си. Т. 2. СПб., 2004.

Иное жизнеописание равноапостольных Кирилла и Мефодия  

Свя­той рав­ноап­о­столь­ный Ки­рилл, учи­тель сло­вен­ский (до при­ня­тия схи­мы – Кон­стан­тин) и стар­ший брат его Ме­фо­дий (па­мять 6 ап­ре­ля) по про­ис­хож­де­нию сла­вяне, ро­ди­лись в Ма­ке­до­нии, в городе Солуни. Свя­той Ки­рилл по­лу­чил бле­стя­щее об­ра­зо­ва­ние, с 14-лет­не­го воз­рас­та вос­пи­ты­ва­ясь с сы­ном им­пе­ра­то­ра. Он ра­но при­нял сан пре­сви­те­ра. По воз­вра­ще­нии в Кон­стан­ти­но­поль со­сто­ял биб­лио­те­ка­рем со­бор­ной церк­ви и пре­по­да­ва­те­лем фило­со­фии. Свя­той Ки­рилл с успе­хом вел пре­ния с ере­ти­ка­ми ико­но­бор­ца­ми и с ма­го­ме­та­на­ми. Стре­мясь к уеди­не­нию, он уда­лил­ся на го­ру Олимп к сво­е­му стар­ше­му бра­ту Ме­фо­дию, но уеди­не­ние его про­дол­жа­лось недол­гое вре­мя. Оба бра­та бы­ли по­сла­ны в 857 го­ду им­пе­ра­то­ром Ми­ха­и­лом в мис­си­о­нер­ское пу­те­ше­ствие для про­по­ве­ди хри­сти­ан­ства у хо­зар. По до­ро­ге они оста­нав­ли­ва­лись в Хер­соне и об­ре­ли там мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, па­пы Рим­ско­го. При­быв к хо­за­рам, свя­тые бра­тья бе­се­до­ва­ли с ни­ми о хри­сти­ан­ской ве­ре. Убеж­ден­ный про­по­ве­дью свя­то­го Ки­рил­ла хо­зар­ский князь и с ним весь на­род при­ня­ли хри­сти­ан­ство. Бла­го­дар­ный князь хо­тел на­гра­дить про­по­вед­ни­ков бо­га­ты­ми да­ра­ми, но они от­ка­за­лись от это­го и про­си­ли кня­зя от­пу­стить с ни­ми на ро­ди­ну всех гре­че­ских плен­ни­ков. Свя­той Ки­рилл вер­нул­ся в Кон­стан­ти­но­поль с 200 от­пу­щен­ны­ми плен­ни­ка­ми.
В 862 го­ду на­ча­лось глав­ное де­ло свя­тых бра­тьев. По прось­бе кня­зя Ро­сти­сла­ва им­пе­ра­тор по­слал их в Мо­ра­вию для про­по­ве­ди хри­сти­ан­ства на сла­вян­ском язы­ке. Свя­тые Ки­рилл и Ме­фо­дий по от­кро­ве­нию Бо­жию со­ста­ви­ли сла­вян­скую аз­бу­ку и пе­ре­ве­ли на сла­вян­ский язык Еван­ге­лие, Апо­стол, Псал­тирь и мно­гие бо­го­слу­жеб­ные кни­ги. Они вве­ли бо­го­слу­же­ние на сла­вян­ском язы­ке. За­тем свя­тые бра­тья бы­ли вы­зва­ны в Рим по при­гла­ше­нию Рим­ско­го Па­пы, где па­па Адри­ан встре­тил их с ве­ли­кой че­стью, ибо они при­нес­ли ту­да мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, па­пы Рим­ско­го. По при­ро­де бо­лез­нен­ный и сла­бый, свя­той Ки­рилл от мно­гих тру­дов вско­ре за­бо­лел и, при­няв схи­му, скон­чал­ся в 869 го­ду 42-х лет.
Пе­ред смер­тью он за­ве­щал сво­е­му бра­ту про­дол­жить хри­сти­ан­ское про­све­ще­ние сла­вян. По­гре­бен свя­той Ки­рилл в рим­ской церк­ви свя­то­го Кли­мен­та, где по­чи­ва­ют мо­щи это­го свя­щен­но­му­че­ни­ка, при­не­сен­ные в Ита­лию из Хер­со­не­са сло­вен­ски­ми учи­те­ля­ми.

См. так­же: "Жизнь и тру­ды пре­по­доб­ных от­цов на­ших Ме­фо­дия и Кон­стан­ти­на, в мо­на­ше­стве Ки­рил­ла, учи­те­лей сла­вян­ских" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.