Канон святому преподобному Сергию, игумену Радонежскому и всея России чудотворцу

Припев: Преподо́бне о́тче на́ш Се́ргие, моли́ Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 18 июля (05 июля ст. ст.); 08 октября (25 сентября ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Колесницегони́теля фарао́ня погрузи́ чудотворя́й иногда́ Моисе́йский же́зл, крестообра́зно порази́в, и раздели́в мо́ре, Изра́иля же беглеца́, пешехо́дца, спасе́, пе́снь Бо́гови воспева́юща.

Христа́ на́с ра́ди во́лею смири́вшагося, да́же до ра́бия о́браза подража́в, возлюби́л еси́ смире́ние, и зе́льным бде́нием и моли́твами, душегу́бныя стра́сти умертви́в, на го́ру безстра́стия возше́л еси́, Се́ргие пребога́те.

Я́ко свети́льник све́та, твою́ ду́шу сле́зными пото́ки украша́я, и друга́го Исаа́ка подо́бно са́м себе́ возне́сл еси́, Преподо́бне, и се́рдце твое́ Бо́гу поже́рл еси́.

И́же во чре́ве ма́терни трикра́ты проглаше́нием, Тро́ицы служи́тель показа́лся еси́, и Трисо́лнечным све́том озаря́емь, де́монская ополче́ния я́ко паучи́ну разори́л еси́, преблаже́нне Се́ргие.

Богоро́дичен: Зако́нов кроме́ есте́ственных родила́ еси́ Законода́вца Бо́га и Челове́ка бы́вша, Того́ я́ко бла́га моли́, Всенепоро́чная, на́ша беззако́ния презре́ти, вопию́щих всегда́: пои́м Го́споду, сла́вно бо просла́вися.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Утвержде́й в нача́ле Небеси́ ра́зумом и зе́млю на вода́х основа́вый, на ка́мени мя́, Христе́, за́поведей Твои́х утверди́, я́ко не́сть свя́т, па́че Тебе́, Еди́не Человеколю́бче.

Благи́х о́браз тебе́ да́в твои́м ученико́м, и привле́к еси́ мно́ги ду́ши во спасе́ние, отлучи́вшихся земна́го пристра́стия, и́же утеше́ния улучи́ша ра́йскаго наслажде́ния.

Я́ко добропло́дная ма́слина в дому́ Бо́жии, блаже́нне, процве́л еси́, и еле́ем умаща́я ду́ши, любо́вию тя́ пою́щих, преблаже́нне Се́ргие, и ве́рою Христу́ вопию́щих: не́сть свя́т па́че Тебе́, Человеколю́бче.

Стра́сти душетле́нныя успи́л еси́ бо́дренными бде́нии, блаже́нне: и си́х ра́ди в черто́г небе́сный всели́лся еси́, прие́м Богому́дре Се́ргие, благода́ть исцеле́ний.

Богоро́дичен: Херуви́мов и Серафи́мов превы́шши яви́лася еси́, Богоро́дице: Ты́ бо еди́на прия́ла еси́ невмести́маго Бо́га во чре́ве Твое́м, нескве́рная. Те́мже Тя́ вси́ ве́рнии пе́сньми, Чи́стая, ублажа́ем.

Седа́лен, гла́с 4.

Я́ко вои́стинну тле́нных оста́вив нестоя́нное, Христу́ от души́ после́довал еси́, и боле́зньми и труды́ и зе́льным воздержа́нием, я́ко безпло́тен пожи́в, преблаже́нне Се́ргие: моли́ Христа́ Бо́га, спасти́ся душа́м на́шим.

Богоро́дичен: Херуви́мов и Серафи́мов превы́шши еси́ Богоро́дице, небесе́ же и земли́ простра́ннейши, ви́димыя тва́ри и неви́димыя яви́лася еси́ преиму́щи несосу́дным сосужде́нием: Его́же бо простра́нствия небеса́ не вмеща́ют, в Твое́й утро́бе вмести́ла еси́, Чи́стая, Его́же моли́, спасти́ся рабо́м Твои́м.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Ты́ моя́ кре́пость, Го́споди, Ты́ моя́ и си́ла, Ты́ мо́й Бо́г, Ты́ мое́ ра́дование, не оста́вль не́дра О́тча и на́шу нищету́ посети́в. Те́м с проро́ком Авваку́мом зову́ Ти́: си́ле Твое́й сла́ва, Человеколю́бче.

Ду́ха Пресвята́го хра́м, о́тче, бы́л еси́, и жи́зненных во́д река́ исполня́ема, основа́ние непоколеби́мо Це́ркве, мона́шествующих утвержде́ние, Се́ргие досточу́дне.

Проро́чески сле́зными ка́плями на вся́к де́нь посте́лю омоча́я, Се́ргие сла́вне, до́ндеже до конца́ страсте́й пучи́ну изсуши́л еси́: те́мже па́мять твою́ почита́ем, присночестну́ю и свяще́нную.

Лице́ Христо́во лице́м, Преподо́бне Се́ргие, зре́ти сподо́бился еси́, зерца́лом вои́стинну разре́шшимся: сие́ бо и от ми́ра отлучи́ тя́ к возлю́бленному жела́нию.

Богоро́дичен: Очище́ние на́ших да́руй неве́дений, я́ко безгре́шен, и умири́ ми́р тво́й, Бо́же, моли́твами Ро́ждшия Тя́.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Вску́ю мя́ отри́нул еси́ от лица́ Твоего́, Све́те Незаходи́мый, и покры́ла мя́ е́сть чужда́я тьма́ окая́ннаго? Но обрати́ мя́, и к све́ту за́поведей Твои́х пути́ моя́ напра́ви, молю́ся.

В поще́ниих непрекло́нен пребы́л еси́, му́дре, и до отше́ствия своего́ храня́ сие́ опа́сно, и́мже сподо́бился еси́ я́ве нетле́ннаго блаже́нства.

О́стр у́м име́я к Бо́гу внима́ти, стра́сти душетле́нныя успи́л еси́, о́тче, и снопы́ благопло́дия пожа́л еси́, пита́я благоче́стно восхваля́ющия тя́, Преподо́бне о́тче Се́ргие.

Све́тло житие́ твое́, Преподо́бне Се́ргие, и изве́стно все́м конце́м яви́ся, и Боже́ственныя добро́ты испо́лнено, моли́твами же и поще́ньми, и любо́вию, я́же ко Христу́ Человеколю́бцу.

Богоро́дичен: Тя́ сте́ну иму́ще, и заступле́нием Твои́м соблюда́еми, Твое́ю Боже́ственною сла́вою хва́лящеся, Тя́ ублажа́ем: Ты́ бо, Пречи́стая, душа́м на́шим источа́еши весе́лие и ра́дование.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Очи́сти мя́, Спа́се, мно́га бо беззако́ния моя́, и из глубины́ зо́л возведи́, молю́ся, к Тебе́ бо возопи́х, и услы́ши мя́, Бо́же спасе́ния моего́.

Па́мять твою́ творя́щим свяще́нную, о́тче, не преста́й моля́ Изба́вителя, дарова́ти согреше́ний оставле́ние, и Небе́сное Ца́рство восприя́ти. Иде́же гла́с пра́зднующих весели́т вся́.

О Христе́ укрепля́емь, вся́ кова́рствия лука́ваго, тве́рдым умо́м, Се́ргие, я́коже се́ть расто́ргнул еси́, и пресве́тло свети́ло ми́ру, о́тче, показа́лся еси́.

Све́том Боже́ственным осия́емь, и со А́нгелы ны́не на небесе́х водворя́яся, помина́й ве́рою чту́щих па́мять твою́, Преподо́бне Се́ргие приснопа́мятне.

Богоро́дичен: Возвы́сила еси́ вои́стинну па́дшее челове́ческое существо́, И́же о́бразом Боже́ственным, и Отца́ ра́венством, ви́димым Сы́ном неизме́нным, Богома́ти, без се́мене во чре́ве поноси́вши.

Конда́к, гла́с 8.

Христо́вою любо́вию уязви́вся, Преподо́бне, и тому́ невозвра́тным жела́нием после́довав, вся́кое наслажде́ние плотско́е возненави́дел еси́, и я́ко со́лнце оте́честву твоему́ возсия́л еси́: те́м и Христо́с да́ром чуде́с обогати́ тя́. Помина́й на́с, чту́щих пресве́тлую па́мять твою́, да зове́м ти́: ра́дуйся, Се́ргие Богому́дре.

И́кос.

Ева́нгельский гла́с, о́тче, услы́шав, вся́ оста́вил еси́ плотска́я мудрова́ния, бога́тство же и сла́ву я́ко пра́х вмени́в, и на стра́сти я́ко безпло́тен подвиза́вся, и безпло́тных ликостоя́нием, че́сти сподо́бился еси́. Ра́зума дарова́ние прия́л еси́, е́же и пода́ждь в пе́снех пою́щим ти́ си́це: ра́дуйся, Се́ргие Преподо́бне и Богоно́се, небе́сный челове́че, земны́й А́нгеле. Ра́дуйся, Ду́ха Свята́го оби́тель. Ра́дуйся, моли́твами Богода́нен да́р прие́мый. Ра́дуйся, я́ко пре́жде рожде́ния проглаше́нием просла́вив Святу́ю Тро́ицу, Я́же тя́ просла́ви в жи́зни се́й и по сме́рти. Ра́дуйся, целому́дрия сто́лпе, и́мже вся́ка стра́сть попра́ся. Ра́дуйся, я́ко от млады́х ногте́й после́довал еси́ Христу́. Ра́дуйся, притека́ющим к тебе́ спасе́ния хода́тай. Ра́дуйся, свети́льниче многосве́тлый, возведы́й ко Христу́ мона́хов мно́жества. Ра́дуйся, похвало́ оте́честву твоему́. Ра́дуйся, проро́чеством укра́шенный, во е́же прорица́ти я́ко настоя́щая бу́дущая. Ра́дуйся, я́ко моли́твами твои́ми сопроти́внии побежда́ются. Ра́дуйся, правосла́вному во́инству на́шему похвала́ и утвержде́ние. Его́же соблюди́ моли́твами твои́ми от вра́г ненаве́тно, да зове́м ти́: ра́дуйся, Се́ргие Богому́дре.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: Бо́жия снизхожде́ния о́гнь устыде́ся в Вавило́не иногда́. Сего́ ра́ди о́троцы в пещи́, ра́дованною ного́ю, я́ко во цве́тнице лику́юще поя́ху: благослове́н еси́, Бо́же оте́ц на́ших.

В пещи́ искуше́ний разжже́ния Боже́ственная благода́ть ороси́ тя́, Преподо́бне, и многосве́тла Тро́ическим жела́нием показа́, зову́ща: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Ми́р преоби́дев, сла́вне Се́ргие, на земли́ я́ко безпло́тен пожи́л еси́, и а́нгельским ликостоя́нием сподо́бился еси́. Те́м тя́ ве́рою почита́ем, досточу́дне.

В приста́нище ти́хое вше́д, Богому́дре, жите́йских пла́ваний отве́ргл еси́, и волну́ющимся жите́йскими спаси́тельное окормле́ние бы́л еси́, воспева́ющим: благослове́н Бо́г оте́ц на́ших.

Богоро́дичен: Же́зл прорасте́, Де́во, из ко́рене Иессе́ева всеблаже́нный пло́д, цве́т нося́щи спаси́тельный, ве́рою Сы́ну Твоему́ вопию́щим: отце́в на́ших Бо́же благослове́н еси́.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Седмери́цею пе́щь, халде́йский мучи́тель Богочести́вым неи́стовно разжже́, си́лою же лу́чшею спасе́ны, сия́ ви́дев, Творцу́ и Изба́вителю вопия́ше: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те во вся́ ве́ки.

Светоно́сный тво́й пра́здник, преблаже́нне Се́ргие, испо́лни ра́дости и весе́лия духо́внаго, благоуха́ния же и просвеще́ния, тя́ иму́щим засту́пника и пра́вило мона́шествующим.

Моли́твою непреста́нною к Бо́гу восте́кл еси́, и отту́ду Трисо́лнечными сия́нии озари́лся еси́, на враги́ боре́ния поста́вив, приводя́ по́стников собо́ры но́вым житие́м, Христу́ вопию́щим: де́ти благослови́те, свяще́нницы воспо́йте, лю́дие превозноси́те Его́ во ве́ки.

В поще́ниих кре́пкое, в моли́твах неле́ностное терпе́ние в искуше́ниях, Се́ргие, на земли́ показа́л еси́, зовы́й: де́ти благослови́те, свяще́нницы воспо́йте, лю́дие превозноси́те Его́ во ве́ки.

Богоро́дичен: Богороди́тельнице Чи́стая, души́ моея́ я́звы грехо́вныя и собла́зны очи́сти, ко исто́чником примеша́ющи, я́же из ре́бр Рождества́ Твоего́, и́же от ни́х поте́кшим струя́м: к Тебе́ бо взыва́ю, и к Тебе́ прибега́ю, и Тя́ призыва́ю, Богоблагода́тную.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Ужасе́ся о се́м Не́бо, и земли́ удиви́шася концы́, я́ко Бо́г яви́ся челове́ком пло́тски и чре́во Твое́ бы́сть простра́ннейшее Небе́с. Те́м Тя́, Богоро́дицу, А́нгелов и челове́к чинонача́лия велича́ют.

Светоявле́ния духо́внаго испо́лнен бы́в, Преподо́бне Се́ргие, свети́льник сия́я издале́ча яви́лся еси́, слове́сныя зари́ на́м облиста́я, и Пребоже́ственныя Тро́ицы жили́ще показа́лся еси́.

Вои́стинну тя́ вели́ка учи́теля, му́дре Се́ргие, Росси́йским страна́м Христо́с дарова́, нело́жным правле́нием пра́вяща оте́чество свое́, и уче́ния сладча́йша ме́да излива́юща: и́хже я́ко от окри́на и мы́, ве́рнии, почерпа́ем незави́стно.

Душетле́нныя стра́сти победи́в, я́ко па́стырь и́стинный упа́сл еси́ слове́сное Христо́во ста́до, е́же вы́ну благода́тию Ду́ха я́ко цве́ты ра́йския пита́я, Преподо́бне.

Богоро́дичен: Псалмы́ Тя́ воспева́ем, Обра́дованная, и немо́лчно Ти́, е́же ра́дуйся, вопие́м: Ты́ бо источи́ла еси́ все́м ра́дование.

Свети́лен.

Процве́л еси́, я́ко фи́никс, Дави́дски, о́тче, и оби́тель яви́лся еси́ Ду́ха Всесвята́го, И́же сла́вна тя́ вселе́нней показа́, о на́с непреста́нно Христа́ моли́, почита́ющих ве́рою пречестну́ю па́мять твою́, преподо́бне Се́ргие.

Богоро́дичен: Тя́ пе́сньми немо́лчными ублажа́ем, Де́во, я́ко от Тро́ицы Еди́наго родила́ еси́, Богоро́дице, и но́сиши на боже́ственных объя́тиих Пребога́тое Сло́во, Невра́щное и Неизме́нное.

Пѣ́снь а҃.

І҆рмо́съ: Колесницегони́телѧ фараѡ́нѧ погрꙋзѝ, чꙋдотворѧ́й и҆ногда̀ мѡѷсе́йскїй же́злъ, крⷭ҇тоѻбра́знѡ порази́въ и҆ раздѣли́въ мо́ре: і҆и҃лѧ же бѣглеца̀ пѣшехо́дца спасѐ, пѣ́снь бг҃ови воспѣва́юща.

Хрⷭ҇та̀ на́съ ра́ди во́лею смири́вшагосѧ, да́же до ра́бїѧ ѻ҆́браза подража́въ, возлюби́лъ є҆сѝ смире́нїе, и҆ ѕѣ́льнымъ бдѣ́нїемъ и҆ моли́твами, дꙋшегꙋ̑бныѧ стра̑сти ᲂу҆мертви́въ, на го́рꙋ безстра́стїѧ возше́лъ є҆сѝ, се́ргїе пребога́те.

Ꙗ҆́кѡ свѣти́льникъ свѣ́та, твою̀ дꙋ́шꙋ сле́зными потѡ́ки ᲂу҆краша́ѧ, и҆ дрꙋга́го і҆саа́ка подо́бнѡ са́мъ себѐ возне́слъ є҆сѝ, прпⷣбне, и҆ се́рдце твоѐ бг҃ꙋ поже́рлъ є҆сѝ.

И҆́же во чре́вѣ ма́терни трикра́ты проглаше́нїемъ, трⷪ҇цы слꙋжи́тель показа́лсѧ є҆сѝ, и҆ трисо́лнечнымъ свѣ́томъ ѡ҆зарѧ́емь, де́мѡнскаѧ ѡ҆полчє́нїѧ ꙗ҆́кѡ паꙋчи́нꙋ разори́лъ є҆сѝ, пребл҃же́нне се́ргїе.

Бг҃оро́диченъ: Зако́нѡвъ кромѣ̀ є҆сте́ственныхъ родила̀ є҆сѝ законода́вца бг҃а и҆ чл҃вѣ́ка бы́вша. того̀ ꙗ҆́кѡ бла́га молѝ, всенепоро́чнаѧ, на̑ша беззакѡ́нїѧ презрѣ́ти, вопїю́щихъ всегда̀: пои́мъ гдⷭ҇ꙋ, сла́внѡ бо просла́висѧ.

Пѣ́снь г҃.

І҆рмо́съ: Оу҆твержде́й въ нача́лѣ небеса̀ ра́зꙋмомъ, и҆ зе́млю на вода́хъ ѡ҆снова́вый, на ка́мени мѧ̀, хрⷭ҇тѐ, за́повѣдей твои́хъ ᲂу҆твердѝ, ꙗ҆́кѡ нѣ́сть свѧ́тъ па́че тебє̀, є҆ди́не чл҃вѣколю́бче.

Благи́хъ ѻ҆́бразъ тебѐ да́въ твои̑мъ ᲂу҆ченикѡ́мъ, и҆ привле́клъ є҆сѝ мнѡ́ги дꙋ́шы во спасе́нїе, ѿлꙋчи́вшихсѧ мїрска́гѡ пристра́стїѧ, и҆̀же ᲂу҆тѣшє́нїѧ ᲂу҆лꙋчи́ша ра́йскагѡ наслажде́нїѧ.

Ꙗ҆́кѡ добропло́днаѧ ма́слина въ домꙋ̀ бж҃їи, блаже́нне, процвѣ́лъ є҆сѝ, и҆ є҆ле́емъ ᲂу҆маща́ѧ дꙋ́шы, любо́вїю тѧ̀ пою́щихъ, пребл҃же́нне се́ргїе, и҆ вѣ́рою хрⷭ҇тꙋ̀ вопїю́щихъ: нѣ́сть свѧ́тъ па́че тебѐ, чл҃вѣколю́бче.

Стра̑сти дꙋшетлѣ̑нныѧ ᲂу҆спи́лъ є҆сѝ бо́дренными бдѣ̑нїи, блаже́нне: и҆ си́хъ ра́ди въ черто́гъ нбⷭ҇ный всели́лсѧ є҆сѝ, прїе́мъ бг҃омꙋ́дре се́ргїе, бл҃года́ть и҆сцѣле́нїй.

Бг҃оро́диченъ: Херꙋві́мѡвъ и҆ серафі́мѡвъ превы́шши ꙗ҆ви́ласѧ є҆сѝ, бцⷣе: ты́ бо є҆ди́на прїѧ́ла є҆сѝ невмѣсти́маго бг҃а во чре́вѣ твое́мъ, нескве́рнаѧ. тѣ́мже тѧ̀ всѝ вѣ́рнїи пѣ́сньми, чи́стаѧ, ᲂу҆блажа́емъ.

Сѣда́ленъ, гла́съ д҃.

Ꙗ҆́кѡ вои́стиннꙋ тлѣ́нныхъ ѡ҆ста́вивъ нестоѧ́нное, хрⷭ҇тꙋ̀ ѿ дꙋшѝ послѣ́довалъ є҆сѝ, и҆ болѣ́зньми и҆ трꙋды̑ и҆ ѕѣ́льнымъ воздержа́нїемъ, ꙗ҆́кѡ безпло́тенъ пожи́въ, пребл҃же́нне се́ргїе: молѝ хрⷭ҇та̀ бг҃а, спасти́сѧ дꙋша́мъ на́шымъ.

Сла́ва, и҆ ны́нѣ: Херꙋві́мѡвъ и҆ серафі́мѡвъ превы́шши є҆сѝ, бцⷣе, небесе́ же и҆ землѝ простра́ннѣйши, ви́димыѧ тва́ри и҆ неви́димыѧ ꙗ҆ви́ласѧ є҆сѝ преимꙋ́щи несосꙋ́днымъ сосꙋжде́нїемъ: є҆гѡ́же бо простра́нствїѧ нб҃са̀ не вмѣща́ютъ, въ твое́й ᲂу҆тро́бѣ вмѣсти́ла є҆сѝ, чⷭ҇таѧ: є҆го́же молѝ, спасти́сѧ рабѡ́мъ твои̑мъ.

Пѣ́снь д҃.

І҆рмо́съ: Ты̀ моѧ̀ крѣ́пость, гдⷭ҇и, ты̀ моѧ̀ и҆ си́ла, ты̀ мо́й бг҃ъ, ты̀ моѐ ра́дованїе, не ѡ҆ста́вль нѣ́дра ѻ҆́ч҃а, и҆ на́шꙋ нищетꙋ̀ посѣти́въ. тѣ́мъ съ прⷪ҇ро́комъ а҆ввакꙋ́момъ зовꙋ́ ти: си́лѣ твое́й сла́ва, чл҃вѣколю́бче.

Дх҃а прест҃а́гѡ хра́мъ, ѻ҆́ч҃е, бы́лъ є҆сѝ, и҆ жи́зненныхъ во́дъ рѣка̀ и҆сполнѧ́ема, ѡ҆снова́нїе непоколеби́мо цр҃кве, мона́шествꙋющихъ ᲂу҆твержде́нїе, се́ргїе досточꙋ́дне.

Прⷪ҇ро́чески сле́зными ка́плѧми на всѧ́къ де́нь посте́лю ѡ҆моча́ѧ, се́ргїе сла́вне, до́ндеже до конца̀ страсте́й пꙋчи́нꙋ и҆зсꙋши́лъ є҆сѝ: тѣ́мже па́мѧть твою̀ почита́емъ, присночестнꙋ́ю и҆ свѧще́ннꙋю.

Лицѐ хрⷭ҇то́во лице́мъ, прпⷣбне се́ргїе, зрѣ́ти сподо́билсѧ є҆сѝ, зерца́лѡмъ вои́стиннꙋ разрѣ́шшымсѧ: сїе́ бо и҆ ѿ мі́ра ѿлꙋчи́ тѧ къ возлю́бленномꙋ жела́нїю.

Бг҃оро́диченъ: Ѡ҆чище́нїе на́шихъ да́рꙋй невѣ́дѣнїй, ꙗ҆́кѡ безгрѣ́шенъ, и҆ ᲂу҆мирѝ мі́ръ тво́й, бж҃е, моли́твами ро́ждшїѧ тѧ̀.

Пѣ́снь є҃.

І҆рмо́съ: Вскꙋ́ю мѧ̀ ѿри́нꙋлъ є҆сѝ ѿ лица̀ твоегѡ̀, свѣ́те незаходи́мый, и҆ покры́ла мѧ̀ є҆́сть чꙋжда́ѧ тма̀ ѻ҆каѧ́ннаго, но ѡ҆брати́ мѧ, и҆ къ свѣ́тꙋ за́повѣдей твои́хъ пꙋти̑ моѧ̑ напра́ви, молю́сѧ.

Въ поще́нїихъ непрекло́ненъ пребы́лъ є҆сѝ, мꙋ́дре, и҆ до ѿше́ствїѧ своегѡ̀ хранѧ̀ сїѐ ѡ҆па́снѡ, и҆́мже сподо́билсѧ є҆сѝ ꙗ҆́вѣ нетлѣ́ннагѡ блаже́нства.

Ѻ҆́стръ ᲂу҆́мъ и҆мѣ́ѧ къ бг҃ꙋ внима́ти, стра̑сти дꙋшетлѣ̑нныѧ ᲂу҆спи́лъ є҆сѝ, ѻ҆́ч҃е, и҆ снопы̀ благопло́дїѧ пожа́лъ є҆сѝ, пита́ѧ благоче́стнѡ восхвалѧ́ющыѧ тѧ̀, прпⷣбне ѻ҆́ч҃е се́ргїе.

Свѣ́тло житїѐ твоѐ, прпⷣбне се́ргїе, и҆ и҆звѣ́стно всѣ̑мъ концє́мъ ꙗ҆ви́сѧ, и҆ бжⷭ҇твенныѧ добро́ты и҆спо́лнено, моли́твами же и҆ поще́ньми, и҆ любо́вїю, ꙗ҆́же ко хрⷭ҇тꙋ̀ чл҃вѣколю́бцꙋ.

Бг҃оро́диченъ: Тѧ̀ стѣ́нꙋ и҆мꙋ́ще, и҆ застꙋпле́нїемъ твои́мъ соблюда́еми, твое́ю бжⷭ҇твенною сла́вою хва́лѧщесѧ, тѧ̀ ᲂу҆блажа́емъ: ты́ бо, пречⷭ҇таѧ, дꙋша́мъ на́шымъ и҆сточа́еши весе́лїе и҆ ра́дованїе.

Пѣ́снь ѕ҃.

І҆рмо́съ: Ѡ҆чи́сти мѧ̀, сп҃се, мнѡ́га бо беззакѡ́нїѧ моѧ̑, и҆ и҆зъ глꙋбины̀ ѕѡ́лъ возведѝ, молю́сѧ: къ тебѣ́ бо возопи́хъ, и҆ ᲂу҆слы́ши мѧ̀, бж҃е спасе́нїѧ моегѡ̀.

Па́мѧть твою̀ творѧ́щымъ свѧще́ннꙋю, ѻ҆́ч҃е, не преста́й молѧ̀ и҆зба́вителѧ, дарова́ти согрѣше́нїй ѡ҆ставле́нїе, и҆ нбⷭ҇ное црⷭ҇тво воспрїѧ́ти, и҆дѣ́же гла́съ пра́зднꙋющихъ весели́тъ всѧ̑.

Ѡ҆ хрⷭ҇тѣ̀ ᲂу҆крѣплѧ́емь, всѧ̑ кова̑рствїѧ лꙋка́вагѡ, тве́рдымъ ᲂу҆мо́мъ, се́ргїе, ꙗ҆́коже сѣ́ть расто́ргнꙋлъ є҆сѝ, и҆ пресвѣ́тло свѣти́ло мі́рꙋ, ѻ҆́ч҃е, показа́лсѧ є҆сѝ.

Свѣ́томъ бжⷭ҇твеннымъ ѡ҆сїѧ́емь, и҆ со а҆́гг҃лы ны́нѣ на нб҃сѣ́хъ водворѧ́ѧсѧ, помина́й вѣ́рою чтꙋ́щихъ па́мѧть твою̀, прпⷣбне се́ргїе приснопа́мѧтне.

Бг҃оро́диченъ: Возвы́сила є҆сѝ вои́стиннꙋ па́дшее человѣ́ческое сꙋщество̀, и҆́же ѻ҆́бразомъ бжⷭ҇твеннымъ, и҆ ѻ҆ц҃а̀ ра́венствомъ, ви́димымъ сн҃омъ неизмѣ́ннымъ, бг҃ома́ти, безъ сѣ́мене во чре́вѣ поноси́вши.

Конда́къ, гла́съ и҃.

Хрⷭ҇то́вою любо́вїю ᲂу҆ѧзви́всѧ, прпⷣбне, и҆ томꙋ̀ невозвра́тнымъ жела́нїемъ послѣ́довавъ, всѧ́кое наслажде́нїе плотско́е возненави́дѣлъ є҆сѝ, и҆ ꙗ҆́кѡ со́лнце ѻ҆те́чествꙋ твоемꙋ̀ возсїѧ́лъ є҆сѝ: тѣ́мъ и҆ хрⷭ҇то́съ да́ромъ чꙋде́съ ѡ҆богати́ тѧ, помина́й на́съ, чтꙋ́щихъ пресвѣ́тлꙋю па́мѧть твою̀, да зове́мъ тѝ: ра́дꙋйсѧ, се́ргїе бг҃омꙋ́дре.

І҆́косъ:

Є҆ѵⷢ҇льскїй гла́съ, ѻ҆́ч҃е, ᲂу҆слы́шавъ, всѧ̑ ѡ҆ста́вилъ є҆сѝ плотска̑ѧ мꙋдрова̑нїѧ, бога́тство же и҆ сла́вꙋ ꙗ҆́кѡ пра́хъ вмѣни́въ, и҆ на стра̑сти ꙗ҆́кѡ безпло́тенъ подвиза́всѧ, и҆ безпло́тныхъ ликостоѧ́нїємъ, че́сти сподо́билсѧ є҆сѝ. ра́зꙋма дарова́нїе прїѧ́лъ є҆сѝ, є҆́же и҆ пода́ждь въ пѣ́снехъ пою́щымъ тѝ си́це: ра́дꙋйсѧ, се́ргїе прпⷣбне и҆ бг҃оно́се, нбⷭ҇ный человѣ́че, земны́й а҆́гг҃ле. ра́дꙋйсѧ, дх҃а ст҃а́гѡ ѻ҆би́тель. ра́дꙋйсѧ, моли́твами бг҃ода́ренъ да́ръ прїе́мый. ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ пре́жде рожде́нїѧ проглаше́нїемъ просла́вивъ ст҃ꙋ́ю трⷪ҇цꙋ, ꙗ҆́же тѧ̀ просла́ви въ жи́зни се́й и҆ по сме́рти. ра́дꙋйсѧ, цѣломꙋ́дрїѧ сто́лпе, и҆́мже всѧ́ка стра́сть попра́сѧ. ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ ѿ млады́хъ ногте́й послѣ́дствовалъ є҆сѝ хрⷭ҇тꙋ̀. ра́дꙋйсѧ, притека́ющымъ къ тебѣ̀ спасе́нїѧ хода́тай. ра́дꙋйсѧ, свѣти́льниче многосвѣ́тлый, возведы́й ко хрⷭ҇тꙋ̀ мона́хѡвъ мно́жєства. ра́дꙋйсѧ, похвало̀ ѻ҆те́чествꙋ твоемꙋ̀. ра́дꙋйсѧ, прⷪ҇ро́чествомъ ᲂу҆кра́шенный, во є҆́же прорица́ти ꙗ҆́кѡ настоѧ̑щаѧ бꙋ̑дꙋщаѧ. ра́дꙋйсѧ, ꙗ҆́кѡ моли́твами твои́ми сопроти́внїи побѣжда́ютсѧ. ра́дꙋйсѧ, правосла́вномꙋ во́инствꙋ на́шемꙋ похвала̀ и҆ ᲂу҆твержде́нїе: є҆го́же соблюдѝ моли́твами твои́ми ѿ вра̑гъ ненавѣ́тнѡ, да зове́мъ тѝ: ра́дꙋйсѧ, се́ргїе бг҃омꙋ́дре.

Пѣ́снь з҃.

І҆рмо́съ: Бж҃їѧ снизхожде́нїѧ ѻ҆́гнь ᲂу҆стыдѣ́сѧ въ вавѷлѡ́нѣ и҆ногда̀, сегѡ̀ ра́ди ѻ҆́троцы въ пещѝ ра́дованною ного́ю, ꙗ҆́кѡ во цвѣ́тницѣ ликꙋ́юще, поѧ́хꙋ: бл҃гослове́нъ є҆сѝ, бж҃е ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Въ пещѝ и҆скꙋше́нїй разжже́нїѧ бжⷭ҇твеннаѧ бл҃года́ть ѡ҆роси́ тѧ, прпⷣбне, и҆ многосвѣ́тла трⷪ҇ческимъ жела́нїемъ показа̀, зовꙋ́ща: бл҃гослове́нъ бг҃ъ ѻ҆тє́цъ на́шихъ.

Мі́ръ преѡби́дѣвъ, сла́вне се́ргїе, на землѝ ꙗ҆́кѡ безпло́тенъ пожи́лъ є҆сѝ, и҆ а҆́гг҃льскимъ ликостоѧ́нїємъ сподо́билсѧ є҆сѝ. тѣ́мъ тѧ̀ вѣ́рою почита́емъ, досточꙋ́дне.

Въ приста́нище ти́хое вше́дъ, бг҃омꙋ́дре, жите́йскихъ пла́ванїй ѿбѣ́глъ є҆сѝ, и҆ волнꙋ́ющымсѧ жите́йскими спаси́тельное ѡ҆кормле́нїе бы́лъ є҆сѝ, воспѣва́ющымъ: бл҃гослове́нъ бг҃ъ ѻ҆тцє́въ на́шихъ.

Бг҃оро́диченъ: Же́злъ прорастѐ, дв҃о, и҆зъ ко́рене і҆ессе́ева всебл҃же́нный пло́дъ, цвѣ́тъ носѧ́щи спаси́тельный, вѣ́рою сн҃ꙋ твоемꙋ̀ вопїю́щымъ: ѻ҆тцє́въ на́шихъ бж҃е, бл҃гослове́нъ є҆сѝ.

Пѣ́снь и҃.

І҆рмо́съ: Седмери́цею пе́щь халде́йскїй мꙋчи́тель, бг҃очести̑вымъ неи́стовнѡ разжжѐ, си́лою же лꙋ́чшею, спасе́ны сїѧ̀ ви́дѣвъ, творцꙋ̀ и҆ и҆зба́вителю вопїѧ́ше: ѻ҆́троцы, благослови́те, свѧще́нницы, воспо́йте, лю́дїе, превозноси́те во всѧ̑ вѣ́ки.

Свѣтоно́сный тво́й пра́здникъ, пребл҃же́нне се́ргїе, и҆спо́лни ра́дости и҆ весе́лїѧ дꙋхо́внагѡ, благоꙋха́нїѧ же и҆ просвѣще́нїѧ, тѧ̀ и҆мꙋ́щымъ застꙋ́пника и҆ пра́вило мона́шествꙋющымъ.

Моли́твою непреста́нною къ бг҃ꙋ восте́клъ є҆сѝ, и҆ ѿтꙋ́дꙋ трисо́лнечными сїѧ̑нїи ѡ҆зари́лсѧ є҆сѝ, на врагѝ борє́нїѧ поста́вивъ, приводѧ̀ по́стникѡвъ собо́ры но́вымъ житїе́мъ, хрⷭ҇тꙋ̀ вопїю́щымъ: дѣ́ти, благослови́те, свѧщє́нницы, воспо́йте, лю́дїе, превозноси́те є҆го̀ во вѣ́ки.

Въ поще́нїихъ крѣ́пкое, въ моли́твахъ нелѣ́ностное, терпѣ́нїе въ и҆скꙋше́нїихъ, се́ргїе, на землѝ показа́лъ є҆сѝ, зовы́й: дѣ́ти, благослови́те, свѧщє́нницы, воспо́йте, лю́дїе, превозноси́те є҆го̀ во вѣ́ки.

Бг҃оро́диченъ: Бг҃ороди́тельнице чⷭ҇таѧ, дꙋшѝ моеѧ̀ ꙗ҆́звы грѣхѡ́вныѧ и҆ собла́зны ѡ҆чи́сти, ко и҆сто́чникѡмъ примѣша́ющи, ꙗ҆̀же и҆зъ ре́бръ рождества̀ твоегѡ̀, и҆̀же ѿ ни́хъ поте́кшымъ стрꙋѧ́мъ: къ тебѣ́ бо взыва́ю, и҆ къ тебѣ̀ прибѣга́ю, и҆ тѧ̀ призыва́ю бг҃обл҃года́тнꙋю.

Пѣ́снь ѳ҃.

І҆рмо́съ: Оу҆жасе́сѧ ѡ҆ се́мъ нб҃о, и҆ землѝ ᲂу҆диви́шасѧ концы̀, ꙗ҆́кѡ бг҃ъ ꙗ҆ви́сѧ человѣ́кѡмъ пло́тски, и҆ чре́во твоѐ бы́сть простра́ннѣйшее небе́съ. тѣ́мъ тѧ̀, бцⷣꙋ, а҆́гг҃лѡвъ и҆ человѣ̑къ, чинонача̑лїѧ велича́ютъ

Свѣтоѧвле́нїѧ дꙋхо́внагѡ и҆спо́лненъ бы́въ, прпⷣбне се́ргїе, свѣти́льникъ сїѧ́ѧ и҆здале́ча ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ, словє́сныѧ зари̑ на́мъ ѡ҆блиста́ѧ, и҆ пребжⷭ҇твенныѧ трⷪ҇цы жили́ще показа́лсѧ є҆сѝ.

Вои́стиннꙋ тѧ̀ вели́ка ᲂу҆чи́телѧ, мꙋ́дре се́ргїе, рѡссі́йскимъ страна́мъ хрⷭ҇то́съ дарова̀, нело́жнымъ правле́нїемъ пра́вѧща ѻ҆те́чество своѐ, и҆ ᲂу҆чє́нїѧ сладча́йша ме́да и҆злива́юща: и҆̀хже ꙗ҆́кѡ ѿ ѻ҆крі́на и҆ мы̀ вѣ́рнїи почерпа́емъ незави́стнѡ.

Дꙋшетлѣ̑нныѧ стра̑сти побѣди́въ, ꙗ҆́кѡ па́стырь и҆́стинный ᲂу҆па́слъ є҆сѝ слове́сное хрⷭ҇то́во ста́до, є҆́же вы́нꙋ бл҃года́тїю дх҃а ꙗ҆́кѡ цвѣ́ты ра́йскїѧ пита́ѧ, прпⷣбне.

Бг҃оро́диченъ: Ѱалмы̑ тѧ̀ воспѣва́емъ ѡ҆бра́дованнаѧ, и҆ немо́лчнѡ тѝ, є҆́же ра́дꙋйсѧ, вопїе́мъ: ты́ бо и҆сточи́ла є҆сѝ всѣ̑мъ ра́дованїе.

Свѣти́ленъ:

Процвѣ́лъ є҆сѝ ꙗ҆́кѡ фі́нїѯъ, дв҃дски, ѻ҆́ч҃е и҆ ѻ҆би́тель ꙗ҆ви́лсѧ є҆сѝ дх҃а всест҃а́гѡ, и҆́же сла́вна тѧ̀ вселе́ннѣй показа̀, ѡ҆ на́съ непреста́ннѡ хрⷭ҇та̀ молѝ, почита́ющихъ вѣ́рою пречестнꙋ́ю па́мѧть твою̀, прпⷣбне се́ргїе.

Бг҃оро́диченъ: Тѧ̀ пѣ́сньми немо́лчными ᲂу҆блажа́емъ, дв҃о, ꙗ҆́кѡ ѿ трⷪ҇цы є҆ди́наго родила̀ є҆сѝ, бцⷣе, и҆ но́сиши на бжⷭ҇твенныхъ ѡ҆б̾ѧ́тїихъ пребога́тое сло́во, невра́щное и҆ неизмѣ́нное.

В первой половине XIV века возникла знаменитая Троице-Сергиева Лавра. Основатель ее, преподобный Сергий (в миру Варфоломей, 1314-1392), был сыном ростовских бояр Кирилла и Марии, переселившихся ближе к Москве в селение Радонеж. В семилетнем возрасте Варфоломея отдали учиться грамоте. Он всей душой жаждал учения, но грамота не давалась ему. Скорбя об этом, он днем и ночью молил Господа открыть ему дверь книжного разумения. Однажды, ища в поле пропавших лошадей, он увидел под дубом незнакомого старца-черноризца. Монах молился. Отрок подошел к нему и поведал свою скорбь. Сочувственно выслушав мальчика, старец начал молиться о его просвещении. Затем, достав ковчежец, вынул малую частицу просфоры и, благословив ею Варфоломея, сказал: «Возьми, чадо, и съешь: сие дается тебе в знамение благодати Божией и разумения Священного Писания». Благодать эта действительно сошла на отрока: Господь дал ему память и разумение, и отрок стал легко усваивать книжную мудрость. После этого чуда в юном Варфоломее еще более окрепло желание служить только Богу. Ему хотелось уединиться по примеру древних подвижников, но любовь к родителям удерживала его в родной семье.

Варфоломей был скромен, тих и молчалив, со всеми был кроток и ласков, никогда не раздражался и обнаруживал совершенное повиновение родителям. Обыкновенно он вкушал только хлеб и воду, а в постные дни совершенно воздерживался от пищи. После смерти родителей Варфоломей предоставил наследство своему младшему брату Петру и вместе со старшим братом Стефаном поселился в десяти верстах от Радонежа, в глубоком лесу около речки Кончюры. Братья рубили лес своими руками и построили келлию и малую церковь. Эту церковь священник, посланный митрополитом Феогностом, освятил в честь Святой Троицы. Так возникла знаменитая обитель преподобного Сергия.

Вскоре Стефан оставил своего брата и стал настоятелем Богоявленского монастыря в Москве и духовником великого князя. Варфоломей же, постриженный в монашестве с именем Сергий, около двух лет подвизался один в лесу. Нельзя и представить, сколько искушений перенес в это время юный монах, но терпение и молитва преодолели все трудности и диавольские напасти. Мимо келлии преподобного Сергия целыми стаями пробегали волки, приходили и медведи, но ни один из них не причинял ему вреда. Однажды святой пустынник дал хлеба пришедшему к его келлии медведю, и с тех пор зверь стал постоянно навещать преподобного Сергия, который делил с ним свой последний кусок хлеба.

Как ни старался святой Сергий скрывать свои подвиги, слава о них распространилась и привлекла к нему других иноков, желавших спасаться под его руководством. Они стали просить Сергия принять сан священника и игумена. Сергий долгое время не соглашался, но, видя в их неотступной просьбе призвание свыше, сказал: «Желал бы лучше повиноваться, чем начальствовать, но страшусь суда Божия и предаю себя в волю Господню». Это было в 1354 году, когда святитель Алексий вступил на кафедру московского митрополита.

Жизнь и труды преподобного Сергия в истории русского монашества имеют особое значение, потому что он положил начало жизни пустынников, устроив вне города обитель с общинножитием. Устроенная на новых началах обитель Святой Троицы сначала во всем терпела крайнюю скудость; ризы были из простой крашенины, священные сосуды были деревянные, в храме вместо свечей светила лучина, но подвижники горели усердием. Святой Сергий подавал братии пример строжайшего воздержания, глубочайшего смирения и непоколебимого упования на помощь Божию. В трудах и подвигах он шел первым, а братия следовала за ним.

Однажды в обители совсем истощился запас хлеба. Сам игумен, чтобы заработать несколько кусков хлеба, собственноручно построил сени в келлии одного брата. Но в час крайней нужды по молитвам братии неожиданно подавалась обители щедрая помощь. Через несколько лет после основания обители около нее стали селиться крестьяне. Невдалеке от нее шла большая дорога к Москве и на север, благодаря чему средства обители стали возрастать, и она по примеру Киево-Печерской Лавры стала щедро раздавать милостыню и принимать на свое попечение больных и странников.

Слух о святом Сергии достиг Константинополя, и патриарх Филофей прислал ему свое благословение и грамоту, которой утверждались новые порядки пустынного общиножития, заведенные основателем Свято-Троицкой обители. Митрополит Алексей любил преподобного Сергия как друга, поручил ему примирять враждовавших князей, возлагал на него важные полномочия и готовил себе в преемники. Но Сергий отказался от этого избрания.

Однажды митрополит Алексей хотел возложить на него золотой крест в награду за труды, но Сергий сказал: «От юности своей я не носил на себе золото, в старости же тем более хочу пребыть в нищете» – и решительно отклонил от себя эту почесть.

Великий князь Димитрий Иванович, прозванный Донским, чтил преподобного Сергия как отца и просил у него благословения на борьбу с татарским ханом Мамаем. «Иди, иди смело, князь, и надейся на помощь Божию», – сказал ему святой старец и дал ему в сподвижники двух своих иноков: Пересвета и Ослябю, которые пали героями в Куликовской битве.

Мир приходил к монастырю, пытливым взглядом смотрел на чин жизни, и то, что он видел, быт и обстановка пустынного братства, поучали его самым простым правилам, которыми крепко людское христианское общежитие. В монастыре все было бедно и скудно или, как выразился разочарованно один мужичок, пришедший в обитель преподобного Сергия повидать прославленного величественного игумена, «все худостно, все нищетно, все сиротинско». Случалось, все братия по целым дням сидели чуть не без куска хлеба. Но все были дружны между собой и приветливы к пришельцам, во всем следы порядка и размышления, каждый делал свое дело, каждый работал с молитвой, и все молились после работы. Во всех чуялся скрытый огонь, который без искр и вспышек обнаруживался живительной теплотой, обдававшей всякого, кто вступал в эту атмосферу труда, мысли и молитвы. Мир видел все это и уходил ободренный и освеженный. Пятьдесят лет делал свое тихое дело преподобный Сергий в Радонежской пустыни; целые полвека приходившие к нему люди вместе с водой из его источника черпали в его пустыни утешение и ободрение и, воротясь в свой круг, по каплям делились им с другими. И эти капли нравственного влияния, подобно закваске, вызывающей живительное брожение, западая в массы, незаметно изменяли направление умов, перестраивали весь нравственный строй души русского человека XIV века.

Еще при жизни преподобный Сергий совершал чудеса и удостаивался великих откровений. Один раз явилась ему в дивном величии Матерь Божия с апостолами Петром и Иоанном и обещала покровительство его обители. В другой раз он видел необыкновенный свет и множество птиц, оглашавших воздух благозвучным пением, и получил откровение, что множество иноков соберется в его обители.

Однажды, глубокой ночью, преподобный читал акафист Божией Матери. Совершив обычное правило, он сел немного отдохнуть, но вдруг сказал своему келейнику, преподобному Михею: «Бодрствуй, чадо, мы будем иметь чудное посещение». Едва он произнес эти слова, как был услышан голос: «Пречистая грядет». Преподобный Сергий поспешил из келлии в сени, и внезапно его осиял яркий свет, сильнее солнечного. Он увидел блистающую в неизреченной славе Божию Матерь, сопровождаемую апостолами Петром и Иоанном. Не в силах вынести чудного света, преподобный Сергий благоговейно склонился перед Божией Матерью, и Она сказала ему: «Не бойся, избранниче Мой! Я пришла посетить тебя. Не скорби более об учениках своих и об этом месте. Молитва твоя услышана. Отныне всем будет изобиловать твое жительство, и не только в дни твоей жизни, но и после твоего отшествия к Богу неотступно буду от твоей обители, подавая ей неоскудно все потребное и покрывая ее во всех нуждах». Сказав это, Божия Матерь стала невидима. Долго преподобный Сергий был в неизреченном восхищении, а, придя в себя, поднял преподобного Михея. «Скажи мне, отче, – спросил келейник, – что это было за чудесное видение? от ужаса душа моя едва не разлучилась от тела!» Но преподобный Сергий молчал; только его светившееся лицо говорило о той духовной радости, которую переживал святой. «Погоди немного, – наконец промолвил он ученику, – пока успокоится дух мой от чудного видения». Через некоторое время преподобный Сергий призвал двух своих учеников, преподобных Исаакия и Симона, и сообщил им общую радость и надежду. Все вместе они совершили молебное пение Божией Матери. Остальную часть ночи преподобный Сергий провел без сна, внимая умом Божественному видению. Явление Божией Матери в келлии преподобного Сергия, на месте нынешней Серапионовой палаты, было в одну из пятниц Рождественского поста 1385 года. Память о посещении Божией Матерью Троицкой обители и Ее обетовании свято хранилась учениками преподобного Сергия. А по обретении его святых мощей на гробе его была поставлена икона явления Божией Матери.

Отдельно скажем об этой великой святыне и ее списках. В 1446 году великий князь Василий Васильевич (1425-1462) был захвачен в Троицком монастыре войсками князей Димитрия Шемяки и Иоанна Можайского, князь заперся в Троицком соборе, а когда услышал, что его ищут, взял икону явления Божией Матери и с ней встретил князя Иоанна в южных церковных дверях, говоря: «Брат, мы целовали Животворящий Крест и эту икону в этой церкви Живоначальной Троицы у этого же гроба чудотворца Сергия, чтобы нам не мыслить и не желать никому от братии между собой никакого зла; а вот сейчас не знаю, что сбудется надо мной».

В середине XV века троицкий инок Амвросий воспроизвел икону явления Божией Матери преподобному Сергию в резьбе по дереву.

Царь Иоанн Грозный брал икону явления Божией Матери в казанский поход в 1552 году. Наиболее известна икона, написанная в 1588 году келарем Троице-Сергиевой Лавры Евстафием Головкиным (1571-1581; 1583-1593) на доске от деревянной раки преподобного Сергия, которая была разобрана в 1585 году в связи с переложением мощей преподобного Сергия в серебряную раку. Неоднократно Матерь Божия через эту чудотворную икону охраняла русские войска. Царь Алексей Михайлович (1645-1676) брал ее в польский поход в 1657 году. В 1703 году икона участвовала во всех походах войны со шведским королем Карлом ХII, а в 1812 году митрополит Платон послал ее московскому ополчению. Икона участвовала в русско-японской войне 1905 года и во время Первой мировой войны была в Ставке верховного главнокомандующего в 1914 году.

Событию явления Пресвятой Богородицы со святыми апостолами преподобному отцу Сергию Радонежскому был посвящен и храм, построенный в 1734 году над гробом преподобного Михея. В 1841 году храм был возобновлен и освящен Московским митрополитом Филаретом, который сказал «Благодатию всесвятаго и всеосвящающаго Духа совершилось ныне священное обновление сего храма, созданнаго прежде нас в честь и память явления Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы Преподобному и Богоносному Отцу нашему Сергию, чему очевидным свидетелем был и Преподобный Михей, во благоухании святыни здесь почивающий. Праведно было память сего благодатнаго события почтить освященным храмом, хотя, впрочем, и вся обитель сия есть памятник сего чуднаго посещения; потому что вся судьба ея в продолжении веков есть исполнение обетования небесной Посетительницы: «неотступна буду от места сего»». В память посещения Божией Матери в Троицком соборе Троице-Сергиевой Лавры по пятницам читается акафист Пресвятой Богородице, а особая служба в честь явления Божией Матери совершается в обители на второй день отдания праздника Успения Пресвятой Богородицы…

Но вернемся к рассказу о преподобном отце нашем Сергии. За полгода до кончины великий подвижник удостоился откровения о времени своего отшествия к Богу. Он созвал к себе братию и в присутствии всех передал управление обителью присному ученику своему преподобному Никону (память 17/30 ноября), а сам начал безмолвствовать. Наступил сентябрь 1392 года, и преподобный старец тяжко заболел... Еще раз собрал он вокруг себя всех учеников своих и еще раз простер к ним свое последнее поучение.

Сколько простоты и силы в этом предсмертном поучении умирающего отца иноков! Сколько любви к тем, которых оставляет! Он желал и заповедал, чтобы его духовные дети шли тем же путем к Царству Небесному, каким шествовал он сам в продолжение всей своей жизни. Прежде всего он учил их пребывать в православии: «основанием всякого доброго дела, всякого доброго намерения, по учению слова Божия, должна быть вера; без веры угодить Богу невозможно. Но вера православная, основанная на учении апостолов и отцов, чуждая высокомудрствования, которое часто ведет к маловерию и неверию и сбивает с пути спасения». Далее преподобный завещал братии хранить единомыслие, блюсти чистоту душевную и телесную и любовь нелицемерную, советовал удаляться от злых похотей, предписывал умеренность в пище и питии, смирение, страннолюбие и всецелое искание горнего, небесного, с презрением суеты житейской. Он многое напомнил им из того, что говорил прежде, и наконец заповедал не погребать его в церкви, а положить на общем кладбище, вместе с прочими усопшими отцами и братиями.

Безмолвно стояли с поникшими главами скорбящие чада Сергиевы и с болью сердечной внимали последним наставлениям любимого старца. Особенно грустно им было слышать последнюю волю своего смиренного игумена относительно места его последнего покоя. Один вид могилы его в храме Божием среди собора молящихся братий мог бы служить для них некоторым утешением. Но старец не желал этого, а ученики не хотели огорчать его смирение своим противоречием, и всякое слово невольно замирало на их устах. «Не скорбите, чада мои, – с любовью утешал их старец, – я отхожу к Богу, меня призывающему, и вас поручаю Всемогущему Господу и Пречистой Его Матери: Она будет вам прибежищем и стеной от стрел вражиих!».

Перед самым исходом души своей старец пожелал в последний раз приобщиться Пречистого Тела и Крови Христовых. Весь исполненный благодатного утешения, он возвел горе свои слезящиеся от радости очи и еще раз, при помощи учеников, простер к Богу свои преподобные руки... «В руце Твои предаю дух мой, Господи!» – тихо произнес святой старец и в дыхании сей молитвы отошел чистой своей душой ко Господу, Которого от юности возлюбил.

Это было 25 сентября 1392 года. Лишь только преподобный Сергий испустил последний вздох, несказанное благоухание разлилось по его келлии. Лицо усопшего праведника сияло небесным блаженством, и смерть не посмела наложить свою мрачную печать на светолепный лик новопреставленного старца Божия.

Немедленно старейшие из братии отправились в Москву со скорбной вестью к митрополиту Киприану. Они сообщили ему как завещание старца о месте погребения, так и усердное желание всей братии положить его в церкви Пресвятой Троицы, им самим созданной, и просили его архипастырского о том распоряжения. И святитель не затруднился благословить их на погребение смиренного игумена в церкви, хотя сам он не желал того. Весть о его преставлении привлекла в обитель множество народа не только из окрестных селений, но и из ближайших городов. Каждому хотелось приблизиться и прикоснуться если не к самому телу богоносного старца, то, по крайней мере, ко гробу его. Тут были и князья, и бояре, почтенные старцы-игумены, и честные иереи столицы, и множество иноков, кто со свечами, кто с кадилами и святыми иконами, провожая святые останки блаженного старца к месту последнего их упокоения. И похоронили его у правого клироса в церкви Пресвятой Троицы.

Трогательными чертами изображает скорбь осиротевших учеников Сергиевых блаженный описатель жития его, сам свидетель и участник этой скорби. «Все сетовали, – говорил он, – все плакали, воздыхали, ходили с поникшей головой». И в горести души своей часто приходили они на могилу старца, и здесь в слезной молитве припадали к его мощам святым, и беседовали с ним, как бы с живым, поверяя ему скорбь свою. «О, святче Божий, угодниче Спасов, избранниче Христов! – говорили они. – О, священная главо, преблаженный авва Сергие Великий! Не забуди нас, убогих рабов твоих, не забуди нас, сирот своих; поминай нас всегда во святых своих и благоприятных молитвах ко Господу, поминай стадо, тобою собранное. Молись за нас, отче священный, за детей твоих: ты имеешь дерзновение у Царя Небесного, – не промолчи же, вопия за нас ко Господу! Тебе дана благодать за нас молитися... Мы не считаем тебя умершим, нет! Хотя телом ты и преставился от нас, но дух твой с нами; не отступи же от нас, пастырь наш добрый».

Так оплакивали святые ученики святого старца, так крепко веровали они в его благодатное сопребывание духом с ними. И по вере их угодник Божий не оставлял их без утешения. Так, однажды благочестивый инок Игнатий видел наяву во время всенощного бдения, что преподобный Сергий стоит на своем месте игуменском и поет вместе с братией. Это видение было как бы ответом любвеобильного старца своим присным ученикам из загробного мира, ответом на их сердечный молитвенный плач над гробом его.

Мощи преподобного Сергия были обретены 18 июля 1422 года при преподобном игумене Никоне. В 1408 году, когда Москва и ее окрестности подверглись нашествию татарских орд Едигея, Троицкая обитель была опустошена и сожжена, иноки во главе с игуменом Никоном укрылись в лесах, сохранив иконы, священные сосуды, книги и другие святыни, связанные с памятью преподобного Сергия. В ночном видении накануне татарского набега преподобный Сергий известил своего ученика и преемника о грядущих испытаниях и предрек в утешение, что искушение будет непродолжительно и святая обитель, восстав из пепла, процветет и еще более возрастет. Митрополит Филарет писал об этом в «Житии преподобного Сергия»: «По подобию того, как подобало пострадать Христу, и чрез крест и смерть войти в славу Воскресения, так и всему, что Христом благословляется на долготу дней и славу, надобно испытать свой крест и свою смерть». Пройдя через огненное очищение, воскресла в долготу дней обитель Живоначальной Троицы, восстал и сам преподобный Сергий, чтобы уже навеки своими святыми мощами пребывать в ней.

Пред началом строительства нового храма во имя Живоначальной Троицы на месте деревянного, освященного в 1412 году, преподобный явился одному благочестивому мирянину и велел известить игумену и братии: «Зачем оставляете меня столько времени во гробе, землей покровенного, в воде, утесняющей тело мое?». И вот при строительстве собора, когда рыли рвы для фундамента, открыты и изнесены были нетленные мощи преподобного, и все увидели, что не только тело, но и одежды на нем были невредимы, хотя кругом гроба действительно стояла вода. При большом стечении богомольцев и духовенства, в присутствии сына Димитрия Донского, князя Звенигородского Юрия Димитриевича († 1425), святые мощи были изнесены из земли и временно поставлены в деревянной Троицкой церкви (на том месте находится теперь церковь Сошествия Святого Духа). При освящении в 1426 году каменного Троицкого собора они были перенесены в него, где и пребывают доныне. 18 июля, день обретения мощей святого преподобного Сергия, игумена Русской земли – самое многолюдное и торжественное церковное празднество в обители.  

Все нити духовной жизни Русской Церкви сходятся к великому Радонежскому угоднику и чудотворцу, по всей Православной России благодатные животворящие токи распространяются от основанной им Троицкой обители. Особенно велик духовный вклад преподобного Сергия в богословское учение о Святой Троице, ибо он глубоко прозирал сокровенные тайны «умными очами» подвижника – в молитвенном восхождении к Триипостасному Богу, в опытном богообщении и богоуподоблении.

«Сонаследниками совершенного света и созерцания Пресвятой и Владычной Троицы, – изъяснял святой Григорий Богослов, – будут те, которые совершенно соединятся с совершенным Духом». Преподобный Сергий опытно познал тайну Живоначальной Троицы, потому что жизнью своей соединился с Богом, приобщился к самой жизни Божественной Троицы, т. е. достиг возможной на земле меры обожения, став «причастником Божеского естества» (2Пет.1:4). «Кто любит Меня, – сказал Господь, – тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Сергий Радонежский, во всем соблюдший заповеди Христовы, относится к числу святых угодников, в душе которых «сотворила обитель» Святая Троица; он сам сделался «обителью Святой Троицы», и всех, с кем общался преподобный, он возводил и приобщал к Ней.

Радонежский подвижник, его ученики и собеседники обогатили Русскую и Вселенскую Церковь новым богословским и литургическим ведением и видением Живоначальной Троицы, Начала и Источника жизни, являющей Себя миру и человеку в соборности Церкви, братском единении и жертвенной искупительной любви ее пастырей и чад. Духовным же символом собирания Руси в единстве и любви, исторического подвига народа стал храм Живоначальной Троицы, воздвигнутый преподобным Сергием, «чтобы постоянным взиранием на Нее побеждался страх ненавистной розни мира сего».

Почитание Святой Троицы в формах, созданных и завещанных святым игуменом Радонежским, стало одной из наиболее глубоких и самобытных черт русской церковности. В Троице Живоначальной преподобным Сергием было указано не только святое совершенство вечной жизни, но и образец для жизни человеческой, духовный идеал, к которому должно стремиться человечество, потому что в Троице как Нераздельной осуждаются усобицы и благословляется соборность, а в Троице как Неслиянной осуждается иго и благословляется свобода. В учении преподобного Сергия о Пресвятой Троице русский народ глубоко чувствовал свое кафолическое, вселенское призвание, и, постигнув всемирное значение праздника, народ украсил его всем многообразием и богатством древнего национального обычая и народной поэзии. Весь духовный опыт и духовное устремление Русской Церкви воплотились в литургическом творчестве праздника Святой Троицы, троицких церковных обрядов, икон Святой Троицы, храмов и обителей Ее имени.

Претворением богословского ведения преподобного Сергия стала чудотворная икона Живоначальной Троицы преподобного Андрея Радонежского, прозванием Рублева († 1430), инока-иконописца, постриженика Троицкой Сергиевой обители, написанная по благословению преподобного Никона в похвалу святому авве Сергию. На Стоглавом соборе 1551 года эта икона была утверждена в качестве образца для всей последующей церковной иконографии Пресвятой Троицы…

По преставлении своем преподобный Сергий не раз помогал русским людям, а среди них правителям и военачальникам. Так, согласно преданию, он указал Иоанну Грозному место для сооружения крепости Свияжска и помогал в победе над Казанью. К периоду Смутного времени и польского нашествия относится героическое «Троицкое сидение», когда многие иноки по благословению преподобного игумена Дионисия повторили священный ратный подвиг Сергиевых учеников Пересвета и Осляби. Полтора года – с 3 октября 1608 по 22 января 1610 года – осаждали поляки обитель Живоначальной Троицы, желая разграбить и разрушить этот священный оплот православия. Но заступлением Пречистой Богородицы и молитвами преподобного Сергия, «со многим стыдом» бежали наконец от стен монастыря, гонимые Божиим гневом. Во время польского нашествия преподобный Сергий явился во сне нижегородскому гражданину Козме Минину, повелевая собирать казну и вооружать войско для освобождения Москвы и Русского государства. И когда в 1612 году ополчение Минина и Пожарского после молебна у Святой Троицы двинулось к Москве, благодатный ветр развевал православные стяги, «яко от гроба самого чудотворца Сергия». В 1618 году приходил к стенам Святой Троицы сам польский королевич Владислав, но, бессильный против охраняющей обитель благодати Господней, вынужден был подписать перемирие с Россией в принадлежавшем монастырю селе Деулине. Позже здесь был воздвигнут храм во имя преподобного Сергия.

В 1619 году посетил Лавру приехавший в Россию Иерусалимский патриарх Феофан. Он в особенности пожелал видеть тех иноков, которые в годину военной опасности дерзнули возложить на себя поверх иноческих одеяний боевые кольчуги и с оружием в руках встали на стенах святой обители, отражая неприятеля. Преподобный Дионисий, игумен, возглавлявший оборону († 1633), представил патриарху более двадцати иноков.

Первым из них был Афанасий (Ощерин), самых преклонных лет, до желтизны седой старец. Патриарх спросил его: «Ты ли ходил на войну и начальствовал над воинами?» Старец ответил: «Да, Владыко святый, понужден был кровавыми слезами» – «Что же свойственнее иноку – молитвенное уединение или воинские подвиги пред людьми?». Блаженный Афанасий, поклонясь, отвечал: «Всякая вещь и всякое дело познается в свое время. Вот подпись латинян на голове моей, от оружия. Еще шесть памятей свинцовых в моем теле. В келлии сидя, в молитвах, разве смог бы я обрести таких побудителей к воздыханию и стенанию? А было все это не нашим изволением, но по благословению пославших нас на Божию службу». Тронутый мудрым ответом смиренного инока, Патриарх благословил и поцеловал его. Он благословил и остальных монахов-воинов и выразил одобрение всему братству Лавры преподобного Сергия.

Подвиг обители в тяжелое для всего народа Смутное время описан келарем Авраамием (Палицыным) в «Сказании о событиях Смутного времени» и келарем Симоном Азарьиным в двух агиографических сочинениях: «Книге о чудесах преподобного Сергия» и «Житии преподобного Дионисия Радонежского». В 1650 году Симеоном Шаховским был составлен акафист преподобному Сергию, как «взбранному воеводе» Русской земли, в память об избавлении Троицкой обители от вражеского обстояния. Другой существующий акафист преподобному был составлен в ХVIII веке, автором его считают митрополита Московского Платона (Левшина; † 1812).

Чувство нравственной бодрости, духовной крепости, которое преподобный Сергий вдохнул в русское общество, еще живее и полнее воспринималось русским монашеством. В жизни русских монастырей со времени Сергия начался замечательный перелом: заметно оживилось стремление к иночеству. Древнерусское монашество было точным показателем всего мирского общества: стремление покинуть мир усиливалось не от того, что в миру скоплялись бедствия, а по мере того, как в нем возвышались нравственные силы. Преподобный Сергий со своей обителью и своими учениками был образцом и начинателем в этом оживлении монастырской жизни, «начальником и учителем всем монастырям, иже в Руси», как называет его летописец. Он уподобил и продолжает уподоблять своей духовной природе и всех близко соприкасающихся с ним людей. Он напитал своим крепким духом целые сонмы, целые поколения монашествующих. До 70-ти монастырей было основано его учениками и учениками его учеников; его духовное потомство было одной из главных духовных сил, содействовавших духовному претворению разных полуязыческих племен, раскинутых по пространству Северной и Средней России, в одно целое великорусское племя, объединенное, одушевленное, скрепленное духом Православия. И наши летописцы имели полное основание именовать преподобного Сергия игуменом всея Руси, и Святая Церковь достойно и праведно величает его возбранным воеводою Русской земли!

Во всех своих трудах и деяниях преподобный Сергий и его ученики воцерковляли жизнь, не отрекаясь от земного, но преображая его, они звали восходить и сами восходили к Небесному. Школа преподобного Сергия через обители, основанные им, его учениками и учениками его учеников, охватывает все пространство Русской земли и проходит чрез всю дальнейшую историю Русской Церкви. Четвертая часть всех русских монастырей, твердынь веры, благочестия и просвещения, основана преподобным Сергием и его учениками. «Игуменом Русской земли» назвал народ основателя Дома Живоначальной Троицы. Преподобные Никон и Михей Радонежские, Сильвестр Обнорский, Стефан Махрищский и Авраамий Чухломский, Афанасий Серпуховской и Никита Боровский, Феодор Симоновский и Ферапонт Можайский, Андроник Московский и Савва Сторожевский, Димитрий Прилуцкий и Кирилл Белозерский – все они были ученики и собеседники «чудного старца» Сергия. Святители Алексий и Киприан, митрополиты Московские, Дионисий, архиепископ Суздальский, и Стефан, епископ Пермский, состояли с ним в духовном общении. Патриархи Константинопольские Каллист и Филофей писали к нему послания и посылали свое благословение. Чрез преподобных Никиту и Пафнутия Боровских идет духовная преемственность к преподобному Иосифу Волоцкому и дружине его учеников, чрез Кирилла Белозерского – к Нилу Сорскому, к Герману, Савватию и Зосиме Соловецким.

Церковь чтит и тех из учеников и сподвижников преподобного Сергия, память которых не отмечена в месяцеслове специально, под отдельным днем. Мы помним, что первым пришел к преподобному на Маковец старец Василий Сухой, названный так за его несравненное постничество. Вторым был инок Якута, т. е. Иаков, из простых крестьян, он безропотно долгие годы нес в обители хлопотное и трудное послушание рассыльного. Пришли, среди прочих учеников, к преподобному его земляки из Радонежа диакон Онисим с сыном Елисеем. Когда собралось 12 иноков и построенные келлии обнесены были высокой оградой, диакона Онисима авва назначил привратником, потому что келлия его была крайняя от входа в обитель. Под сенью святой Троицкой обители провел свои последние годы игумен Митрофан, тот самый, кто постриг когда-то преподобного Сергия в Ангельский образ и наставил в иноческих подвигах. Могила умершего вскоре блаженного старца Митрофана стала первой на монастырском кладбище. В 1357 году пришел в обитель из Смоленска архимандрит Симон, оставив почетную должность настоятеля в одном из смоленских монастырей ради того, чтобы стать простым послушником у богоносного Радонежского игумена. В награду за великое смирение Господь сподобил его быть участником дивного видения преподобного Сергий о будущем умножении его иноческого стада. По благословению святого аввы принял на себя подвиг молитвенного безмолвия блаженный старец Исаакий Молчальник, чье молчание для иноков и внешних было поучительнее всяких слов. Лишь один раз за годы безмолвия отверз уста преподобный Исаакий – чтобы свидетельствовать, как виденный им Ангел Божий сослужил в алтаре преподобному Сергию, совершившему Божественную литургию. Очевидцем благодати Святого Духа, содействовавшей преподобному, был также екклисиарх Симон, который видел однажды, как Небесный огонь сошел на Святые Тайны и угодник Божий «причастился огня неопально». Старца Епифания († ок. 1420), бывшего позже, при игумене Никоне, духовником Сергиева стада, Церковь называет Премудрым за высокую ученость и великие духовные дарования. Он известен как составитель житий преподобного Сергия и его собеседника святителя Стефана Пермского, похвальных слов им, а также «Слова о жизни и преставлении великого князя Димитрия Донского». Житие преподобного Сергия, составленное Епифанием через 26 лет по кончине преподобного, т. е. в 1418 году, было затем переработано прибывшим с Афона иноком агиографом Пахомием Сербом, прозванным Логофетом.

Со времени своего основания Свято-Троицкая обитель была неоскудевающим светочем духовной жизни и церковного просвещения. Из ее братии избирались на чреду служения многие прославленные иерархи Русской Церкви. В 1744 году обитель за заслуги перед Родиной и верой стала именоваться Лаврой. В 1742 году в ее ограде учреждена духовная семинария, в 1814 году сюда была переведена Московская духовная академия. И ныне Дом Живоначальной Троицы служит одним из главных благодатных центров Русской Православной Церкви. Здесь изволением Святого Духа совершаются деяния Поместных Соборов Русской Церкви. В обители имеет местопребывание святейший патриарх Московский и всея Руси, который носит на себе особенное благословение преподобного Сергия, являясь, по установившемуся правилу, «Свято-Троицкой Сергиевой Лавры священноархимандритом».

См. также: