Канон святым преподбным отцам Сергию и Никону Радонежским

Припев: Преподо́бнии отцы́ Сéргие и Ни́коне, моли́те Бо́га о на́с.

Для корректного отображения содержимого страницы необходимо включить JavaScript или воспользоваться браузером с поддержкой JavaScript.

Память: 18 июля (05 июля ст. ст.); 08 октября (25 сентября ст. ст.); 30 ноября (17 ноября ст. ст.)

Глас 8.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Колесницегони́теля фарао́ня погрузи́ чудотворя́й иногда́ Моисе́йский же́зл, крестообра́зно порази́в и раздели́в мо́ре, Изра́иля же беглеца́, пешехо́дца спасе́, пе́снь Бо́гови воспева́юща.

Безсме́ртия жи́знь прии́мше, ве́чныя я́ве и трисия́нныя зари́, отцы́, насыща́етеся просвеще́нием благода́ти, омраче́нную ду́шу мою́ озари́ти помоли́теся, я́ко да досто́йно пое́м ва́с.

И́же во чре́ве ма́терни трикра́ты проглаше́нием Тро́ице служи́тель показа́лся еси́ и, Трисо́лнечным све́том озаря́емь, бесо́вская ополче́ния, я́ко паучи́ну, разори́л еси́, преблаже́нне Се́ргие.

Все́ твое́ жела́ние к Бо́гу му́жески впери́в, в Вы́шних селе́ние сотвори́л еси́ пресла́вно. Те́мже тя́ пе́сньми, блаже́нне Ни́коне, почита́ем.

Трисо́лнечным жела́нием озаря́еми, прему́дрии, зло́е, блаже́ннии, бесо́в шата́ние и звере́й зия́ния ра́нами боле́зней, я́коже паучи́ну, разори́ли есте́, Боже́ственным разжига́еми жела́нием.

Богоро́дичен: Я́ко Бо́жия Ма́ти, дерзнове́ние иму́щи к Ро́ждшемуся из Тебе́ Единоро́дному Сло́ву и Отцу́ Собезнача́льному и Сра́сленному Ду́ху, моля́щи не преста́й от бе́д спаса́ти, Всенепоро́чная, и́же Тя́, Богоро́дицу, сла́вящия.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Утвержде́й в нача́ле Небеса́ ра́зумом и зе́млю на вода́х основа́вый, на ка́мени мя́, Христе́, за́поведей Твои́х утверди́, я́ко не́сть свя́т, па́че Тебе́, Еди́не Человеколю́бче.

Утвержде́нным по́мыслом и кре́пким терпе́нием страсте́й пла́мень увяди́сте и в безстра́стия све́тлую оде́жду, отцы́ блаже́ннии, облеко́стеся.

Я́ко добропло́дная ма́слина в дому́ Бо́жии, блаже́ннии, процвето́сте, ма́слом ду́ши просвеща́юще любо́вию ва́с пою́щих: не́сть свя́т, па́че Тебе́, Го́споди.

А́ще и дале́че, о́тче Ни́коне, житие́м пребыва́вый, но бли́з ве́рою и любо́вию духо́внаго твоего́ настоя́теля, и, с ни́м вку́пе же и Бо́гови предстоя́ще, о на́с моли́теся.

Стра́сти душетле́нныя успи́сте бо́дренным бде́нием, блаже́ннии, и сего́ ра́ди в черто́г Небе́сный всели́стеся и прия́сте благода́ть исцеле́ний.

Богоро́дичен: Умерщвле́нный мо́й у́м живо́тным Де́йством, е́же из Тебе́ я́вльшимся ми́рови, воздви́гни, Чи́стая, и к жи́зни наста́ви, Я́же сме́рти две́ри разо́ршая еди́на рождество́м Твои́м.

Седа́лен, гла́с 8.

Па́влово насажде́ние и Аполло́сово восприе́мый напое́ние и ва́ше ве́рою насажде́ние и уче́нием напое́ние, И́же возраща́яй, Бо́г прия́л е́сть и́ноких благоче́стия ве́рою, моли́твами ва́шими возрасти́в, и умно́жил е́сть, и от Того́, я́ко ве́рнии раби́ и де́латели разу́мнии, и трудо́м возме́здия досто́йно прия́ли есте́, Се́ргие Богому́дре и Ни́коне свяще́нне, Богоно́снии отцы́, па́стырие и учи́телие, Христа́ моли́те стране́ победи́тельная на ва́рвары дарова́ти и ста́до ва́ше в ми́ре сохрани́ти и спасти́ ду́ши на́ша.

Богоро́дичен: Боже́ственная ски́ния была́ еси́ Сло́ва, еди́на Пречи́стая Ма́ти Де́во, чистото́ю А́нгелы превозше́дшая, па́че все́х мене́, пе́рсть бы́вша, оскверне́на плотски́ми прегреше́ньми, очи́сти моли́тв Твои́х Боже́ственными вода́ми, подаю́щи, Чи́стая, ве́лию ми́лость.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Ты́ моя́ кре́пость, Го́споди, Ты́ моя́ и си́ла, Ты́ мо́й Бо́г, Ты́ мое́ ра́дование, не оста́вль не́дра О́тча и на́шу нищету́ посети́в. Те́м с проро́ком Авваку́мом зову́ Ти́: си́ле Твое́й сла́ва, Человеколю́бче.

Ве́сь Бо́гови освяти́ся, Се́ргие сла́вне, и еди́н Еди́ному совокупля́яся, прему́дре, доброде́телию приближа́яся и боговиде́нием. Та́ко и ты́, я́ко чи́ст, сподобля́емь, земли́ бо и земны́х отсту́пль, Ни́коне, досто́йно. Те́мже и Небе́сное обрето́сте наслажде́ние.

Ду́ха Пресвята́го хра́м, о́тче, бы́л еси́ и жи́зненных во́д река́ исполня́ема, основа́ние непоколеби́мо Це́ркве, мона́шествующих утвержде́ние, Се́ргие досточу́дне.

Страстьми́ разли́чными коле́блемыя и ве́рою притека́ющия к твоему́ гро́бу, блаже́нне Ни́коне, святы́м твои́м хода́тайством вся́ посети́ ми́лостивно к Человеколю́бцу.

И́же к Бо́гу ва́шим проше́нием помяни́те на́с, отцы́ Богоблаже́ннии Се́ргие и Ни́коне, от вся́каго изба́витися искуше́ния, мо́лимся, и́же ве́рою ва́с восхваля́ющих.

Богоро́дичен: Бо́га, И́же из Тебе́ воплоще́нна, е́же бе́, пребы́вша, И́же естество́м ра́вна Отцу́ и Тебе́, Ро́ждшей, бы́вша единосу́щна, моли́ непрело́жно проще́ние согреше́нием и душа́м спасе́ние пою́щим ве́рою дарова́ти.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Вску́ю мя́ отри́нул еси́ от лица́ Твоего́, Све́те Незаходи́мый, и покры́ла мя́ е́сть чужда́я тьма́, окая́ннаго, но обрати́ мя́ и к све́ту за́поведей Твои́х пути́ моя́ напра́ви, молю́ся.

Зако́ном Боже́ственным после́дующе, законополо́жницы я́вльшеся и́ноком, Богоприя́тнии, пра́вила изве́стнейшая, наста́вницы заблу́ждшим, свети́льницы всесве́тлии, оте́чество свое́ просвеща́ете, Се́ргие и Ни́коне, Богому́дрии.

О́стр у́м име́я к Бо́гу, стра́сти душетле́нныя успи́л еси́, о́тче, и снопы́ благопло́дия пожа́л еси́, пита́я благоче́стно восхваля́ющия тя́, преподо́бне Се́ргие.

У́зкий и приско́рбный пу́ть ше́ствовал еси́, преподо́бне Ни́коне, восхожде́ньми Боже́ственными се́рдца твоего́, а́може отца́ твоего́ наста́виша тя́ моли́твы.

На Небесе́х присносу́щную сла́ву ны́не зря́ще, неизглаго́ланныя и Боже́ственныя зари́ пресве́тлых наслажда́ющеся селе́ний, покры́йте на́с предста́тельством свои́м, преподо́бнии уго́дницы Христо́вы, всечестни́и.

Богоро́дичен: Тя́ сте́ну иму́ще и заступле́нием Твои́м соблюда́еми, Твое́ю Боже́ственною сла́вою хва́лящеся, Тя́ ублажа́ем, Ты́ бо, Пречи́стая, душа́м на́шим источа́еши весе́лие и ра́дование.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Бе́здна грехо́в и прегреше́ний бу́ря мя́ смуща́ет и во глубину́ ну́жднаго ре́ет мя́ отча́яния, но Твою́ кре́пкую ру́ку мне́ простри́, я́ко Петро́ви, о Упра́вителю! и спаси́.

Я́ко све́т, я́ко два́ ве́лия со́лнца разу́мную тве́рдь украша́ете, преподо́бнии, и зна́мении заре́й просвеща́ете все́х ве́рных сердца́, те́м зове́м ва́м, моля́щеся: разреши́те тьму́ страсте́й на́ших.

На́с свы́ше, ста́до свое́, озаря́еши ми́лостивно, о́тче, во́инству побе́ду правосла́вному подая́ моли́твами твои́ми, возвыша́я ро́г правосла́вных, от на́с же приими́, а́ще и ма́лое, приноси́мое тебе́ моле́ние.

Я́ко ве́сь Христу́ приближа́яся ясне́йши, помяни́ все́х, помина́ющих тя́, Ни́коне всече́стне, грехо́в проще́ния у Христа́ прося́ и Небе́снаго Ца́рствия восприя́тия.

Тро́ичен: Пренача́льное Естество́ и Трисоста́вное Еди́нство, О́тче и Сы́не и Ду́ше Пресвяты́й, Све́те и Животе́ Богонача́льный, приими́ моли́твенники о на́с, Твоя́ уго́дники, спаса́й Це́рковь Твою́ и Тя́ ве́рою призыва́ющия и сподо́би на́с в ми́ре сла́вити Твою́ держа́ву.

Богоро́дичен: Ви́дети жела́юще Твоего́ Сы́на и Бо́га Небе́снаго сла́ву Ца́рствия, Богоро́дице, Се́ргий и Ни́кон преподо́бнии ми́ра с жела́нием его́ оста́виша и, Сего́ кре́ст на ра́мо взе́мше, после́доваша живоно́сным Его́ и Боже́ственным стопа́м.

Конда́к, гла́с 8.

В по́стницех приобщи́вшеся Вели́кому Анто́нию и Евфи́мию Иерусали́мскому поревнова́вше в по́двизех, я́ко А́нгели, на земли́ яви́стеся, просвеща́юще, преподо́бнии, ве́рных сердца́ Боже́ственными зна́мении и чудесы́ повсегда́, сего́ ра́ди ра́достно ва́с почита́ем и любо́вию вопие́м ва́м: ра́дуйтеся, преподо́бнии отцы́ Се́ргие и Ни́коне, по́стником удобре́ние и всея́ Росси́йския земли́ вели́кое утвержде́ние.

И́кос:

Свяще́нная и Богому́драя дво́ица оте́ц пречу́дная, на земли́ до́бре подви́гшеся, целому́дренно и пра́ведно пожи́вше, по́стнически испыта́вшеся любо́вию и наде́ждею вооружи́вшеся, разори́ша хи́тростне вра́жия кова́рства и, с ли́ки святы́х все́х Пресвяты́я Тро́ицы престо́лу предстоя́ще, Ея́же све́том просвеща́еми, побе́дными венцы́ венча́шася; и, во все́м ми́ре чуде́с заря́ми блиста́юще, поле́зная на́м проси́те от Бо́га моли́твами ва́шими богоприя́тными, я́ко да ра́достно ва́с чти́м и любо́вию вопие́м ва́м: ра́дуйтеся, преподо́бнии отцы́ Се́ргие и Ни́коне, по́стником удобре́ние и всея́ Росси́йския земли́ вели́кое утвержде́ние.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: Бо́жия снизхожде́ния о́гнь устыде́ся в Вавило́не иногда́. Сего́ ра́ди о́троцы в пещи́, ра́дованною ного́ю, я́ко во цве́тнице, лику́юще, поя́ху: благослове́н еси́, Бо́же оте́ц на́ших.

Прекра́снии сосу́ди честни́и, Пресвята́го Ду́ха в себе́ нося́ще, отцы́ преподо́бнии, кре́ст сво́й на ра́мо взе́мше, после́довасте Христу́ невозвра́тным по́мыслом, Се́ргие Богому́дре и Ни́коне блаже́нне, и плотска́я мудрова́ния ду́хови повину́сте.

Ми́р преоби́девше, сла́внии Се́ргие и Ни́коне, на земли́ бо, я́ко безпло́тни, пожи́сте, а́нгельским ликостоя́нием подо́бящеся. Те́мже почита́ем ва́с ве́рно, досточу́днии.

Певце́в, и́же ве́рою пою́щих ва́с и честну́ю па́мять во хра́ме ва́шем торжеству́ющих, хра́мы соде́лайте Ду́ху Пресвято́му моли́твами ва́шими и от вра́г ви́димых и неви́димых изба́витися моли́теся, преподо́бнии.

В се́ла Вы́шняя все́льшеся, преподо́бнии, посреде́ на́с бы́сте неви́димо, милосе́рдуете, и́же посреде́ Боже́ственнаго хра́ма ва́шего пе́сни возсыла́ющих Вседержи́телю и блажа́щих приле́жно ва́с, всехва́льнии.

Богоро́дичен: Мари́ю Пречи́стую и Всесвяту́ю восхва́лим, Тоя́ бо ра́ди благода́ть на́м источа́ет И́же па́че ума́ даро́в, я́ко от пото́ка Боже́ственныя благода́ти, Ю́же благочести́вым по́мыслом ублажа́ем.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Седмери́цею пе́щь халде́йский мучи́тель Богочести́вым неи́стовно разжже́, си́лою же лу́чшею спасе́ны, сия́ ви́дев, Творцу́ и Изба́вителю вопия́ше: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те во вся́ ве́ки.

Прекра́сное ло́зие виногра́да Христо́ва яви́стеся, отцы́ преблаже́ннии, источа́юще на́м вино́ исцеле́ний незави́стных, с ве́рою притека́ющим ко свято́му хра́му ва́шему и Христу́ вопию́щим: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во вся́ ве́ки.

Приле́жно пою́ще, мо́лим ва́с: моли́теся, преподо́бнии, побе́ды дарова́ти на враги́ стране́ на́шей, и це́рквам благоле́пие, и ми́р ми́рови, да ве́село пое́м Христу́: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во вся́ ве́ки.

Му́жествовав, победи́л еси́ страстна́я взыгра́ния вся́, у́м просвеще́н име́я, возмо́гл еси́, я́же ви́де отца́ творя́ща, сия́ де́тели испо́лнити: те́мже тя́ вси́ ублажа́ем, Ни́коне всеблаже́нне.

Хра́м ва́ш чудесы́ ва́шими всебоголе́пно, я́ко звезда́ми све́тлыми, украша́ется. Те́мже и мы́, согла́сно веселя́щеся, всегда́ блажи́м ва́с и честну́ю ва́шу па́мять пра́зднуем благоче́стно. Се́ргие и Ни́коне, отцы́ Богому́дрии, искуше́ний бу́рю утоли́те и уны́ния о́блаки разжени́те.

О́тче преподо́бне и Богоно́сне Се́ргие и чу́дный Ни́коне, вои́стинну не да́ли есте́ му́жем кро́ве и льсти́ в расхище́ние своея́ оби́тели, в не́йже поны́не мо́лим ва́с: ненави́дящих и оклевета́ющих на́с умири́те и грехо́вныя ско́рби и печа́ли отжени́те, да пое́м Христу́: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во вся́ ве́ки.

Богоро́дичен: Неве́сто Бо́жия, Пренепоро́чная, к Тебе́ прибега́ющия плене́ния страсте́й исхити́ и самовла́стную свобо́ду, Влады́чице, Правосла́вным Це́рквам пода́ждь, ве́рою пою́щим: свяще́нницы, по́йте, лю́дие, превозноси́те Го́спода во вся́ ве́ки.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Ужасе́ся о се́м Не́бо, и земли́ удиви́шася концы́, я́ко Бо́г яви́ся челове́ком пло́тски и чре́во Твое́ бы́сть простра́ннейшее Небе́с Те́м Тя́, Богоро́дицу, А́нгелов и челове́к чинонача́лия велича́ют.

Се́, отве́рзеся ва́м, отцы́, Ца́рство Небе́сное, сконча́вше до́бре тече́ние, ви́десте я́же ви́дят А́нгели, и воздая́ние трудо́м подае́т ва́м по́чести Бо́г, почита́я ва́с. Те́м, отцы́ святи́и, ублажа́ем ва́с.

Взя́тся к высоте́ Небе́сней доброде́тельми, о́тче Богому́дре Се́ргие, и в весе́лии се́рдца предстои́ши Престо́лу Святы́я Тро́ицы, не забу́ди ча́д твои́х, соверше́нно здра́вие и ди́вну побе́ду на враги́ да́руй, да вси́ тя́ пе́сньми непреста́нно велича́ем.

Уста́вите свяще́нными свои́ми моли́твами воздвиза́емое смуще́ние и челове́к все́х озлобле́ние, я́ко иму́ще дерзнове́ние ко Влады́це и Бо́гу на́шему, Се́ргие и Ни́коне досточу́днии.

Земля́ с Вы́шними весели́тся во све́тлый Боже́ственный пра́здник ва́ш, всеблаже́ннии, на́с же изба́вите тьмы́, и боле́зней, и вся́кия тесноты́, и е́же во а́де лю́таго, му́дрии, муче́ния.

Руко́ю мое́ю недосто́йною и любо́вию серде́чною приноси́мое к ва́м ма́лое сие́ моле́ние приими́те, Богому́дре Се́ргие и всеблаже́нне Ни́коне, душа́м на́шим спасе́ние и телесе́м здра́вие моли́твами ва́шими испроси́те и ми́р ми́рови дарова́ти, я́ко да мно́жае ва́с в пе́снех велича́ем.

Богоро́дичен: Спасе́ния бу́ди ми́ сто́лп, Чи́стая, бесо́вским возбраня́ющи полко́м, и напа́стей молву́ и бе́д отгоня́й, и страсте́й наше́ствие дале́че прогоня́й, и чи́сту пода́ждь свобо́ду, и Боже́ственным дарова́нием незави́стне да́руй.

Свети́лен:

Процве́л еси́, я́ко фи́никс, дави́дски, о́тче, и оби́тель яви́лся еси́ Ду́ха Всесвята́го, И́же сла́вна тя́ вселе́нней показа́, о на́с непреста́нно Христа́ моли́, почита́ющих ве́рою пречестну́ю па́мять твою́, преподо́бне Се́ргие.

Сла́ва: Святы́ни хра́м бы́л еси́, преподо́бне, по Боже́ственному прича́стию ра́йский граждани́н, в не́мже наслажда́ешися невозбра́нно дре́ва зна́ния и нетле́нныя сла́вы, па́мять твори́, Ни́коне преподо́бне, о и́же ве́рою хва́лящих тя́, о́тче Богому́дре.

Богоро́дичен: Ра́дуйся, ве́рных похвале́;/ ра́дуйся, преподо́бных утвержде́ние;/ ра́дуйся, правосла́вных сла́во;/ ра́дуйся, све́те су́щих во тьме́;/ ра́дуйся, хра́ме пресвяты́й; / ра́дуйся, Бо́жий раю́; / ра́дуйся, кля́твы разреше́ние, Благослове́нная Мари́е.

Се́ргий Радонежский

В первой половине XIV века возникла знаменитая Троице-Сергиева Лавра. Основатель ее, преподобный Сергий (в миру Варфоломей, 1314-1392), был сыном ростовских бояр Кирилла и Марии, переселившихся ближе к Москве в селение Радонеж. В семилетнем возрасте Варфоломея отдали учиться грамоте. Он всей душой жаждал учения, но грамота не давалась ему. Скорбя об этом, он днем и ночью молил Господа открыть ему дверь книжного разумения. Однажды, ища в поле пропавших лошадей, он увидел под дубом незнакомого старца-черноризца. Монах молился. Отрок подошел к нему и поведал свою скорбь. Сочувственно выслушав мальчика, старец начал молиться о его просвещении. Затем, достав ковчежец, вынул малую частицу просфоры и, благословив ею Варфоломея, сказал: «Возьми, чадо, и съешь: сие дается тебе в знамение благодати Божией и разумения Священного Писания». Благодать эта действительно сошла на отрока: Господь дал ему память и разумение, и отрок стал легко усваивать книжную мудрость. После этого чуда в юном Варфоломее еще более окрепло желание служить только Богу. Ему хотелось уединиться по примеру древних подвижников, но любовь к родителям удерживала его в родной семье.

Варфоломей был скромен, тих и молчалив, со всеми был кроток и ласков, никогда не раздражался и обнаруживал совершенное повиновение родителям. Обыкновенно он вкушал только хлеб и воду, а в постные дни совершенно воздерживался от пищи. После смерти родителей Варфоломей предоставил наследство своему младшему брату Петру и вместе со старшим братом Стефаном поселился в десяти верстах от Радонежа, в глубоком лесу около речки Кончюры. Братья рубили лес своими руками и построили келлию и малую церковь. Эту церковь священник, посланный митрополитом Феогностом, освятил в честь Святой Троицы. Так возникла знаменитая обитель преподобного Сергия.

Вскоре Стефан оставил своего брата и стал настоятелем Богоявленского монастыря в Москве и духовником великого князя. Варфоломей же, постриженный в монашестве с именем Сергий, около двух лет подвизался один в лесу. Нельзя и представить, сколько искушений перенес в это время юный монах, но терпение и молитва преодолели все трудности и диавольские напасти. Мимо келлии преподобного Сергия целыми стаями пробегали волки, приходили и медведи, но ни один из них не причинял ему вреда. Однажды святой пустынник дал хлеба пришедшему к его келлии медведю, и с тех пор зверь стал постоянно навещать преподобного Сергия, который делил с ним свой последний кусок хлеба.

Как ни старался святой Сергий скрывать свои подвиги, слава о них распространилась и привлекла к нему других иноков, желавших спасаться под его руководством. Они стали просить Сергия принять сан священника и игумена. Сергий долгое время не соглашался, но, видя в их неотступной просьбе призвание свыше, сказал: «Желал бы лучше повиноваться, чем начальствовать, но страшусь суда Божия и предаю себя в волю Господню». Это было в 1354 году, когда святитель Алексий вступил на кафедру московского митрополита.

Жизнь и труды преподобного Сергия в истории русского монашества имеют особое значение, потому что он положил начало жизни пустынников, устроив вне города обитель с общинножитием. Устроенная на новых началах обитель Святой Троицы сначала во всем терпела крайнюю скудость; ризы были из простой крашенины, священные сосуды были деревянные, в храме вместо свечей светила лучина, но подвижники горели усердием. Святой Сергий подавал братии пример строжайшего воздержания, глубочайшего смирения и непоколебимого упования на помощь Божию. В трудах и подвигах он шел первым, а братия следовала за ним.

Однажды в обители совсем истощился запас хлеба. Сам игумен, чтобы заработать несколько кусков хлеба, собственноручно построил сени в келлии одного брата. Но в час крайней нужды по молитвам братии неожиданно подавалась обители щедрая помощь. Через несколько лет после основания обители около нее стали селиться крестьяне. Невдалеке от нее шла большая дорога к Москве и на север, благодаря чему средства обители стали возрастать, и она по примеру Киево-Печерской Лавры стала щедро раздавать милостыню и принимать на свое попечение больных и странников.

Слух о святом Сергии достиг Константинополя, и патриарх Филофей прислал ему свое благословение и грамоту, которой утверждались новые порядки пустынного общиножития, заведенные основателем Свято-Троицкой обители. Митрополит Алексей любил преподобного Сергия как друга, поручил ему примирять враждовавших князей, возлагал на него важные полномочия и готовил себе в преемники. Но Сергий отказался от этого избрания.

Однажды митрополит Алексей хотел возложить на него золотой крест в награду за труды, но Сергий сказал: «От юности своей я не носил на себе золото, в старости же тем более хочу пребыть в нищете» – и решительно отклонил от себя эту почесть.

Великий князь Димитрий Иванович, прозванный Донским, чтил преподобного Сергия как отца и просил у него благословения на борьбу с татарским ханом Мамаем. «Иди, иди смело, князь, и надейся на помощь Божию», – сказал ему святой старец и дал ему в сподвижники двух своих иноков: Пересвета и Ослябю, которые пали героями в Куликовской битве.

Мир приходил к монастырю, пытливым взглядом смотрел на чин жизни, и то, что он видел, быт и обстановка пустынного братства, поучали его самым простым правилам, которыми крепко людское христианское общежитие. В монастыре все было бедно и скудно или, как выразился разочарованно один мужичок, пришедший в обитель преподобного Сергия повидать прославленного величественного игумена, «все худостно, все нищетно, все сиротинско». Случалось, все братия по целым дням сидели чуть не без куска хлеба. Но все были дружны между собой и приветливы к пришельцам, во всем следы порядка и размышления, каждый делал свое дело, каждый работал с молитвой, и все молились после работы. Во всех чуялся скрытый огонь, который без искр и вспышек обнаруживался живительной теплотой, обдававшей всякого, кто вступал в эту атмосферу труда, мысли и молитвы. Мир видел все это и уходил ободренный и освеженный. Пятьдесят лет делал свое тихое дело преподобный Сергий в Радонежской пустыни; целые полвека приходившие к нему люди вместе с водой из его источника черпали в его пустыни утешение и ободрение и, воротясь в свой круг, по каплям делились им с другими. И эти капли нравственного влияния, подобно закваске, вызывающей живительное брожение, западая в массы, незаметно изменяли направление умов, перестраивали весь нравственный строй души русского человека XIV века.

Еще при жизни преподобный Сергий совершал чудеса и удостаивался великих откровений. Один раз явилась ему в дивном величии Матерь Божия с апостолами Петром и Иоанном и обещала покровительство его обители. В другой раз он видел необыкновенный свет и множество птиц, оглашавших воздух благозвучным пением, и получил откровение, что множество иноков соберется в его обители.

Однажды, глубокой ночью, преподобный читал акафист Божией Матери. Совершив обычное правило, он сел немного отдохнуть, но вдруг сказал своему келейнику, преподобному Михею: «Бодрствуй, чадо, мы будем иметь чудное посещение». Едва он произнес эти слова, как был услышан голос: «Пречистая грядет». Преподобный Сергий поспешил из келлии в сени, и внезапно его осиял яркий свет, сильнее солнечного. Он увидел блистающую в неизреченной славе Божию Матерь, сопровождаемую апостолами Петром и Иоанном. Не в силах вынести чудного света, преподобный Сергий благоговейно склонился перед Божией Матерью, и Она сказала ему: «Не бойся, избранниче Мой! Я пришла посетить тебя. Не скорби более об учениках своих и об этом месте. Молитва твоя услышана. Отныне всем будет изобиловать твое жительство, и не только в дни твоей жизни, но и после твоего отшествия к Богу неотступно буду от твоей обители, подавая ей неоскудно все потребное и покрывая ее во всех нуждах». Сказав это, Божия Матерь стала невидима. Долго преподобный Сергий был в неизреченном восхищении, а, придя в себя, поднял преподобного Михея. «Скажи мне, отче, – спросил келейник, – что это было за чудесное видение? от ужаса душа моя едва не разлучилась от тела!» Но преподобный Сергий молчал; только его светившееся лицо говорило о той духовной радости, которую переживал святой. «Погоди немного, – наконец промолвил он ученику, – пока успокоится дух мой от чудного видения». Через некоторое время преподобный Сергий призвал двух своих учеников, преподобных Исаакия и Симона, и сообщил им общую радость и надежду. Все вместе они совершили молебное пение Божией Матери. Остальную часть ночи преподобный Сергий провел без сна, внимая умом Божественному видению. Явление Божией Матери в келлии преподобного Сергия, на месте нынешней Серапионовой палаты, было в одну из пятниц Рождественского поста 1385 года. Память о посещении Божией Матерью Троицкой обители и Ее обетовании свято хранилась учениками преподобного Сергия. А по обретении его святых мощей на гробе его была поставлена икона явления Божией Матери.

Отдельно скажем об этой великой святыне и ее списках. В 1446 году великий князь Василий Васильевич (1425-1462) был захвачен в Троицком монастыре войсками князей Димитрия Шемяки и Иоанна Можайского, князь заперся в Троицком соборе, а когда услышал, что его ищут, взял икону явления Божией Матери и с ней встретил князя Иоанна в южных церковных дверях, говоря: «Брат, мы целовали Животворящий Крест и эту икону в этой церкви Живоначальной Троицы у этого же гроба чудотворца Сергия, чтобы нам не мыслить и не желать никому от братии между собой никакого зла; а вот сейчас не знаю, что сбудется надо мной».

В середине XV века троицкий инок Амвросий воспроизвел икону явления Божией Матери преподобному Сергию в резьбе по дереву.

Царь Иоанн Грозный брал икону явления Божией Матери в казанский поход в 1552 году. Наиболее известна икона, написанная в 1588 году келарем Троице-Сергиевой Лавры Евстафием Головкиным (1571-1581; 1583-1593) на доске от деревянной раки преподобного Сергия, которая была разобрана в 1585 году в связи с переложением мощей преподобного Сергия в серебряную раку. Неоднократно Матерь Божия через эту чудотворную икону охраняла русские войска. Царь Алексей Михайлович (1645-1676) брал ее в польский поход в 1657 году. В 1703 году икона участвовала во всех походах войны со шведским королем Карлом ХII, а в 1812 году митрополит Платон послал ее московскому ополчению. Икона участвовала в русско-японской войне 1905 года и во время Первой мировой войны была в Ставке верховного главнокомандующего в 1914 году.

Событию явления Пресвятой Богородицы со святыми апостолами преподобному отцу Сергию Радонежскому был посвящен и храм, построенный в 1734 году над гробом преподобного Михея. В 1841 году храм был возобновлен и освящен Московским митрополитом Филаретом, который сказал «Благодатию всесвятаго и всеосвящающаго Духа совершилось ныне священное обновление сего храма, созданнаго прежде нас в честь и память явления Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы Преподобному и Богоносному Отцу нашему Сергию, чему очевидным свидетелем был и Преподобный Михей, во благоухании святыни здесь почивающий. Праведно было память сего благодатнаго события почтить освященным храмом, хотя, впрочем, и вся обитель сия есть памятник сего чуднаго посещения; потому что вся судьба ея в продолжении веков есть исполнение обетования небесной Посетительницы: «неотступна буду от места сего»». В память посещения Божией Матери в Троицком соборе Троице-Сергиевой Лавры по пятницам читается акафист Пресвятой Богородице, а особая служба в честь явления Божией Матери совершается в обители на второй день отдания праздника Успения Пресвятой Богородицы…

Но вернемся к рассказу о преподобном отце нашем Сергии. За полгода до кончины великий подвижник удостоился откровения о времени своего отшествия к Богу. Он созвал к себе братию и в присутствии всех передал управление обителью присному ученику своему преподобному Никону (память 17/30 ноября), а сам начал безмолвствовать. Наступил сентябрь 1392 года, и преподобный старец тяжко заболел... Еще раз собрал он вокруг себя всех учеников своих и еще раз простер к ним свое последнее поучение.

Сколько простоты и силы в этом предсмертном поучении умирающего отца иноков! Сколько любви к тем, которых оставляет! Он желал и заповедал, чтобы его духовные дети шли тем же путем к Царству Небесному, каким шествовал он сам в продолжение всей своей жизни. Прежде всего он учил их пребывать в православии: «основанием всякого доброго дела, всякого доброго намерения, по учению слова Божия, должна быть вера; без веры угодить Богу невозможно. Но вера православная, основанная на учении апостолов и отцов, чуждая высокомудрствования, которое часто ведет к маловерию и неверию и сбивает с пути спасения». Далее преподобный завещал братии хранить единомыслие, блюсти чистоту душевную и телесную и любовь нелицемерную, советовал удаляться от злых похотей, предписывал умеренность в пище и питии, смирение, страннолюбие и всецелое искание горнего, небесного, с презрением суеты житейской. Он многое напомнил им из того, что говорил прежде, и наконец заповедал не погребать его в церкви, а положить на общем кладбище, вместе с прочими усопшими отцами и братиями.

Безмолвно стояли с поникшими главами скорбящие чада Сергиевы и с болью сердечной внимали последним наставлениям любимого старца. Особенно грустно им было слышать последнюю волю своего смиренного игумена относительно места его последнего покоя. Один вид могилы его в храме Божием среди собора молящихся братий мог бы служить для них некоторым утешением. Но старец не желал этого, а ученики не хотели огорчать его смирение своим противоречием, и всякое слово невольно замирало на их устах. «Не скорбите, чада мои, – с любовью утешал их старец, – я отхожу к Богу, меня призывающему, и вас поручаю Всемогущему Господу и Пречистой Его Матери: Она будет вам прибежищем и стеной от стрел вражиих!».

Перед самым исходом души своей старец пожелал в последний раз приобщиться Пречистого Тела и Крови Христовых. Весь исполненный благодатного утешения, он возвел горе свои слезящиеся от радости очи и еще раз, при помощи учеников, простер к Богу свои преподобные руки... «В руце Твои предаю дух мой, Господи!» – тихо произнес святой старец и в дыхании сей молитвы отошел чистой своей душой ко Господу, Которого от юности возлюбил.

Это было 25 сентября 1392 года. Лишь только преподобный Сергий испустил последний вздох, несказанное благоухание разлилось по его келлии. Лицо усопшего праведника сияло небесным блаженством, и смерть не посмела наложить свою мрачную печать на светолепный лик новопреставленного старца Божия.

Немедленно старейшие из братии отправились в Москву со скорбной вестью к митрополиту Киприану. Они сообщили ему как завещание старца о месте погребения, так и усердное желание всей братии положить его в церкви Пресвятой Троицы, им самим созданной, и просили его архипастырского о том распоряжения. И святитель не затруднился благословить их на погребение смиренного игумена в церкви, хотя сам он не желал того. Весть о его преставлении привлекла в обитель множество народа не только из окрестных селений, но и из ближайших городов. Каждому хотелось приблизиться и прикоснуться если не к самому телу богоносного старца, то, по крайней мере, ко гробу его. Тут были и князья, и бояре, почтенные старцы-игумены, и честные иереи столицы, и множество иноков, кто со свечами, кто с кадилами и святыми иконами, провожая святые останки блаженного старца к месту последнего их упокоения. И похоронили его у правого клироса в церкви Пресвятой Троицы.

Трогательными чертами изображает скорбь осиротевших учеников Сергиевых блаженный описатель жития его, сам свидетель и участник этой скорби. «Все сетовали, – говорил он, – все плакали, воздыхали, ходили с поникшей головой». И в горести души своей часто приходили они на могилу старца, и здесь в слезной молитве припадали к его мощам святым, и беседовали с ним, как бы с живым, поверяя ему скорбь свою. «О, святче Божий, угодниче Спасов, избранниче Христов! – говорили они. – О, священная главо, преблаженный авва Сергие Великий! Не забуди нас, убогих рабов твоих, не забуди нас, сирот своих; поминай нас всегда во святых своих и благоприятных молитвах ко Господу, поминай стадо, тобою собранное. Молись за нас, отче священный, за детей твоих: ты имеешь дерзновение у Царя Небесного, – не промолчи же, вопия за нас ко Господу! Тебе дана благодать за нас молитися... Мы не считаем тебя умершим, нет! Хотя телом ты и преставился от нас, но дух твой с нами; не отступи же от нас, пастырь наш добрый».

Так оплакивали святые ученики святого старца, так крепко веровали они в его благодатное сопребывание духом с ними. И по вере их угодник Божий не оставлял их без утешения. Так, однажды благочестивый инок Игнатий видел наяву во время всенощного бдения, что преподобный Сергий стоит на своем месте игуменском и поет вместе с братией. Это видение было как бы ответом любвеобильного старца своим присным ученикам из загробного мира, ответом на их сердечный молитвенный плач над гробом его.

Мощи преподобного Сергия были обретены 18 июля 1422 года при преподобном игумене Никоне. В 1408 году, когда Москва и ее окрестности подверглись нашествию татарских орд Едигея, Троицкая обитель была опустошена и сожжена, иноки во главе с игуменом Никоном укрылись в лесах, сохранив иконы, священные сосуды, книги и другие святыни, связанные с памятью преподобного Сергия. В ночном видении накануне татарского набега преподобный Сергий известил своего ученика и преемника о грядущих испытаниях и предрек в утешение, что искушение будет непродолжительно и святая обитель, восстав из пепла, процветет и еще более возрастет. Митрополит Филарет писал об этом в «Житии преподобного Сергия»: «По подобию того, как подобало пострадать Христу, и чрез крест и смерть войти в славу Воскресения, так и всему, что Христом благословляется на долготу дней и славу, надобно испытать свой крест и свою смерть». Пройдя через огненное очищение, воскресла в долготу дней обитель Живоначальной Троицы, восстал и сам преподобный Сергий, чтобы уже навеки своими святыми мощами пребывать в ней.

Пред началом строительства нового храма во имя Живоначальной Троицы на месте деревянного, освященного в 1412 году, преподобный явился одному благочестивому мирянину и велел известить игумену и братии: «Зачем оставляете меня столько времени во гробе, землей покровенного, в воде, утесняющей тело мое?». И вот при строительстве собора, когда рыли рвы для фундамента, открыты и изнесены были нетленные мощи преподобного, и все увидели, что не только тело, но и одежды на нем были невредимы, хотя кругом гроба действительно стояла вода. При большом стечении богомольцев и духовенства, в присутствии сына Димитрия Донского, князя Звенигородского Юрия Димитриевича († 1425), святые мощи были изнесены из земли и временно поставлены в деревянной Троицкой церкви (на том месте находится теперь церковь Сошествия Святого Духа). При освящении в 1426 году каменного Троицкого собора они были перенесены в него, где и пребывают доныне. 18 июля, день обретения мощей святого преподобного Сергия, игумена Русской земли – самое многолюдное и торжественное церковное празднество в обители.  

Все нити духовной жизни Русской Церкви сходятся к великому Радонежскому угоднику и чудотворцу, по всей Православной России благодатные животворящие токи распространяются от основанной им Троицкой обители. Особенно велик духовный вклад преподобного Сергия в богословское учение о Святой Троице, ибо он глубоко прозирал сокровенные тайны «умными очами» подвижника – в молитвенном восхождении к Триипостасному Богу, в опытном богообщении и богоуподоблении.

«Сонаследниками совершенного света и созерцания Пресвятой и Владычной Троицы, – изъяснял святой Григорий Богослов, – будут те, которые совершенно соединятся с совершенным Духом». Преподобный Сергий опытно познал тайну Живоначальной Троицы, потому что жизнью своей соединился с Богом, приобщился к самой жизни Божественной Троицы, т. е. достиг возможной на земле меры обожения, став «причастником Божеского естества» (2Пет.1:4). «Кто любит Меня, – сказал Господь, – тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Сергий Радонежский, во всем соблюдший заповеди Христовы, относится к числу святых угодников, в душе которых «сотворила обитель» Святая Троица; он сам сделался «обителью Святой Троицы», и всех, с кем общался преподобный, он возводил и приобщал к Ней.

Радонежский подвижник, его ученики и собеседники обогатили Русскую и Вселенскую Церковь новым богословским и литургическим ведением и видением Живоначальной Троицы, Начала и Источника жизни, являющей Себя миру и человеку в соборности Церкви, братском единении и жертвенной искупительной любви ее пастырей и чад. Духовным же символом собирания Руси в единстве и любви, исторического подвига народа стал храм Живоначальной Троицы, воздвигнутый преподобным Сергием, «чтобы постоянным взиранием на Нее побеждался страх ненавистной розни мира сего».

Почитание Святой Троицы в формах, созданных и завещанных святым игуменом Радонежским, стало одной из наиболее глубоких и самобытных черт русской церковности. В Троице Живоначальной преподобным Сергием было указано не только святое совершенство вечной жизни, но и образец для жизни человеческой, духовный идеал, к которому должно стремиться человечество, потому что в Троице как Нераздельной осуждаются усобицы и благословляется соборность, а в Троице как Неслиянной осуждается иго и благословляется свобода. В учении преподобного Сергия о Пресвятой Троице русский народ глубоко чувствовал свое кафолическое, вселенское призвание, и, постигнув всемирное значение праздника, народ украсил его всем многообразием и богатством древнего национального обычая и народной поэзии. Весь духовный опыт и духовное устремление Русской Церкви воплотились в литургическом творчестве праздника Святой Троицы, троицких церковных обрядов, икон Святой Троицы, храмов и обителей Ее имени.

Претворением богословского ведения преподобного Сергия стала чудотворная икона Живоначальной Троицы преподобного Андрея Радонежского, прозванием Рублева († 1430), инока-иконописца, постриженика Троицкой Сергиевой обители, написанная по благословению преподобного Никона в похвалу святому авве Сергию. На Стоглавом соборе 1551 года эта икона была утверждена в качестве образца для всей последующей церковной иконографии Пресвятой Троицы…

По преставлении своем преподобный Сергий не раз помогал русским людям, а среди них правителям и военачальникам. Так, согласно преданию, он указал Иоанну Грозному место для сооружения крепости Свияжска и помогал в победе над Казанью. К периоду Смутного времени и польского нашествия относится героическое «Троицкое сидение», когда многие иноки по благословению преподобного игумена Дионисия повторили священный ратный подвиг Сергиевых учеников Пересвета и Осляби. Полтора года – с 3 октября 1608 по 22 января 1610 года – осаждали поляки обитель Живоначальной Троицы, желая разграбить и разрушить этот священный оплот православия. Но заступлением Пречистой Богородицы и молитвами преподобного Сергия, «со многим стыдом» бежали наконец от стен монастыря, гонимые Божиим гневом. Во время польского нашествия преподобный Сергий явился во сне нижегородскому гражданину Козме Минину, повелевая собирать казну и вооружать войско для освобождения Москвы и Русского государства. И когда в 1612 году ополчение Минина и Пожарского после молебна у Святой Троицы двинулось к Москве, благодатный ветр развевал православные стяги, «яко от гроба самого чудотворца Сергия». В 1618 году приходил к стенам Святой Троицы сам польский королевич Владислав, но, бессильный против охраняющей обитель благодати Господней, вынужден был подписать перемирие с Россией в принадлежавшем монастырю селе Деулине. Позже здесь был воздвигнут храм во имя преподобного Сергия.

В 1619 году посетил Лавру приехавший в Россию Иерусалимский патриарх Феофан. Он в особенности пожелал видеть тех иноков, которые в годину военной опасности дерзнули возложить на себя поверх иноческих одеяний боевые кольчуги и с оружием в руках встали на стенах святой обители, отражая неприятеля. Преподобный Дионисий, игумен, возглавлявший оборону († 1633), представил патриарху более двадцати иноков.

Первым из них был Афанасий (Ощерин), самых преклонных лет, до желтизны седой старец. Патриарх спросил его: «Ты ли ходил на войну и начальствовал над воинами?» Старец ответил: «Да, Владыко святый, понужден был кровавыми слезами» – «Что же свойственнее иноку – молитвенное уединение или воинские подвиги пред людьми?». Блаженный Афанасий, поклонясь, отвечал: «Всякая вещь и всякое дело познается в свое время. Вот подпись латинян на голове моей, от оружия. Еще шесть памятей свинцовых в моем теле. В келлии сидя, в молитвах, разве смог бы я обрести таких побудителей к воздыханию и стенанию? А было все это не нашим изволением, но по благословению пославших нас на Божию службу». Тронутый мудрым ответом смиренного инока, Патриарх благословил и поцеловал его. Он благословил и остальных монахов-воинов и выразил одобрение всему братству Лавры преподобного Сергия.

Подвиг обители в тяжелое для всего народа Смутное время описан келарем Авраамием (Палицыным) в «Сказании о событиях Смутного времени» и келарем Симоном Азарьиным в двух агиографических сочинениях: «Книге о чудесах преподобного Сергия» и «Житии преподобного Дионисия Радонежского». В 1650 году Симеоном Шаховским был составлен акафист преподобному Сергию, как «взбранному воеводе» Русской земли, в память об избавлении Троицкой обители от вражеского обстояния. Другой существующий акафист преподобному был составлен в ХVIII веке, автором его считают митрополита Московского Платона (Левшина; † 1812).

Чувство нравственной бодрости, духовной крепости, которое преподобный Сергий вдохнул в русское общество, еще живее и полнее воспринималось русским монашеством. В жизни русских монастырей со времени Сергия начался замечательный перелом: заметно оживилось стремление к иночеству. Древнерусское монашество было точным показателем всего мирского общества: стремление покинуть мир усиливалось не от того, что в миру скоплялись бедствия, а по мере того, как в нем возвышались нравственные силы. Преподобный Сергий со своей обителью и своими учениками был образцом и начинателем в этом оживлении монастырской жизни, «начальником и учителем всем монастырям, иже в Руси», как называет его летописец. Он уподобил и продолжает уподоблять своей духовной природе и всех близко соприкасающихся с ним людей. Он напитал своим крепким духом целые сонмы, целые поколения монашествующих. До 70-ти монастырей было основано его учениками и учениками его учеников; его духовное потомство было одной из главных духовных сил, содействовавших духовному претворению разных полуязыческих племен, раскинутых по пространству Северной и Средней России, в одно целое великорусское племя, объединенное, одушевленное, скрепленное духом Православия. И наши летописцы имели полное основание именовать преподобного Сергия игуменом всея Руси, и Святая Церковь достойно и праведно величает его возбранным воеводою Русской земли!

Во всех своих трудах и деяниях преподобный Сергий и его ученики воцерковляли жизнь, не отрекаясь от земного, но преображая его, они звали восходить и сами восходили к Небесному. Школа преподобного Сергия через обители, основанные им, его учениками и учениками его учеников, охватывает все пространство Русской земли и проходит чрез всю дальнейшую историю Русской Церкви. Четвертая часть всех русских монастырей, твердынь веры, благочестия и просвещения, основана преподобным Сергием и его учениками. «Игуменом Русской земли» назвал народ основателя Дома Живоначальной Троицы. Преподобные Никон и Михей Радонежские, Сильвестр Обнорский, Стефан Махрищский и Авраамий Чухломский, Афанасий Серпуховской и Никита Боровский, Феодор Симоновский и Ферапонт Можайский, Андроник Московский и Савва Сторожевский, Димитрий Прилуцкий и Кирилл Белозерский – все они были ученики и собеседники «чудного старца» Сергия. Святители Алексий и Киприан, митрополиты Московские, Дионисий, архиепископ Суздальский, и Стефан, епископ Пермский, состояли с ним в духовном общении. Патриархи Константинопольские Каллист и Филофей писали к нему послания и посылали свое благословение. Чрез преподобных Никиту и Пафнутия Боровских идет духовная преемственность к преподобному Иосифу Волоцкому и дружине его учеников, чрез Кирилла Белозерского – к Нилу Сорскому, к Герману, Савватию и Зосиме Соловецким.

Церковь чтит и тех из учеников и сподвижников преподобного Сергия, память которых не отмечена в месяцеслове специально, под отдельным днем. Мы помним, что первым пришел к преподобному на Маковец старец Василий Сухой, названный так за его несравненное постничество. Вторым был инок Якута, т. е. Иаков, из простых крестьян, он безропотно долгие годы нес в обители хлопотное и трудное послушание рассыльного. Пришли, среди прочих учеников, к преподобному его земляки из Радонежа диакон Онисим с сыном Елисеем. Когда собралось 12 иноков и построенные келлии обнесены были высокой оградой, диакона Онисима авва назначил привратником, потому что келлия его была крайняя от входа в обитель. Под сенью святой Троицкой обители провел свои последние годы игумен Митрофан, тот самый, кто постриг когда-то преподобного Сергия в Ангельский образ и наставил в иноческих подвигах. Могила умершего вскоре блаженного старца Митрофана стала первой на монастырском кладбище. В 1357 году пришел в обитель из Смоленска архимандрит Симон, оставив почетную должность настоятеля в одном из смоленских монастырей ради того, чтобы стать простым послушником у богоносного Радонежского игумена. В награду за великое смирение Господь сподобил его быть участником дивного видения преподобного Сергий о будущем умножении его иноческого стада. По благословению святого аввы принял на себя подвиг молитвенного безмолвия блаженный старец Исаакий Молчальник, чье молчание для иноков и внешних было поучительнее всяких слов. Лишь один раз за годы безмолвия отверз уста преподобный Исаакий – чтобы свидетельствовать, как виденный им Ангел Божий сослужил в алтаре преподобному Сергию, совершившему Божественную литургию. Очевидцем благодати Святого Духа, содействовавшей преподобному, был также екклисиарх Симон, который видел однажды, как Небесный огонь сошел на Святые Тайны и угодник Божий «причастился огня неопально». Старца Епифания († ок. 1420), бывшего позже, при игумене Никоне, духовником Сергиева стада, Церковь называет Премудрым за высокую ученость и великие духовные дарования. Он известен как составитель житий преподобного Сергия и его собеседника святителя Стефана Пермского, похвальных слов им, а также «Слова о жизни и преставлении великого князя Димитрия Донского». Житие преподобного Сергия, составленное Епифанием через 26 лет по кончине преподобного, т. е. в 1418 году, было затем переработано прибывшим с Афона иноком агиографом Пахомием Сербом, прозванным Логофетом.

Со времени своего основания Свято-Троицкая обитель была неоскудевающим светочем духовной жизни и церковного просвещения. Из ее братии избирались на чреду служения многие прославленные иерархи Русской Церкви. В 1744 году обитель за заслуги перед Родиной и верой стала именоваться Лаврой. В 1742 году в ее ограде учреждена духовная семинария, в 1814 году сюда была переведена Московская духовная академия. И ныне Дом Живоначальной Троицы служит одним из главных благодатных центров Русской Православной Церкви. Здесь изволением Святого Духа совершаются деяния Поместных Соборов Русской Церкви. В обители имеет местопребывание святейший патриарх Московский и всея Руси, который носит на себе особенное благословение преподобного Сергия, являясь, по установившемуся правилу, «Свято-Троицкой Сергиевой Лавры священноархимандритом».

См. также:

Ни́кон Радонежский

Уче­ник пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го. Ро­дил­ся в Юрье­ве-Поль­ском. В юном воз­расте, услы­шав об Ан­гель­ской жиз­ни пре­по­доб­но­го Сер­гия и же­лая по­сле­до­вать ему, свя­той при­шел к пре­по­доб­но­му Сер­гию и про­сил при­об­ще­ния к ли­ку мо­на­ше­ству­ю­щих. Пре­по­доб­ный Сер­гий, про­ви­дя в нем бу­ду­ще­го ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка и ис­пы­ты­вая его сми­ре­ние и тер­пе­ние, ото­слал св. Ни­ко­на к сво­е­му уче­ни­ку пре­по­доб­но­му Афа­на­сию Вы­соц­ко­му. Здесь пре­по­доб­ный Ни­кон учил­ся ум­но­му де­ла­нию, изу­чал Свя­щен­ное Пи­са­ние и пре­успе­вал в доб­ро­де­те­ли и чи­сто­те.

Воз­ве­ден­ный в сан иеро­мо­на­ха, пре­по­доб­ный Ни­кон вер­нул­ся в Тро­и­це-Сер­ги­е­ву Лав­ру и стал лю­би­мым и близ­ким уче­ни­ком пре­по­доб­но­го Сер­гия. Ви­дя ду­хов­ную зре­лость и опыт­ность пре­по­доб­но­го Ни­ко­на, пре­по­доб­ный Сер­гий пе­ред смер­тью на­зна­чил его сво­им пре­ем­ни­ком.

Став игу­ме­ном, пре­по­доб­ный Ни­кон под­дер­жи­вал все, что бы­ло уста­нов­ле­но учи­те­лем: лю­бил мо­лит­ву и пост, тру­дил­ся на­равне с бра­ти­ей, о ко­то­рой по­сто­ян­но с лю­бо­вью за­бо­тил­ся.

При пре­по­доб­ном Ни­коне 5 июля 1422 г., во вре­мя стро­и­тель­ства но­во­го хра­ма во имя Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы, бы­ли об­ре­те­ны нетлен­ные мо­щи пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го.

По­сле мно­гих тру­дов и по­дви­гов пре­по­доб­ный Ни­кон скон­чал­ся 17 но­яб­ря 1426 г. и был по­гре­бен близ ра­ки сво­е­го учи­те­ля. В 1560 г. над мо­ги­лой пре­по­доб­но­го был по­стро­ен храм во имя его. Мо­щи пре­по­доб­но­го Ни­ко­на, по­чи­ва­ю­щие здесь под гроб­ни­цей, от­де­ля­ют­ся от ра­ки ве­ли­ко­го Сер­гия од­ной ка­мен­ной сте­ной.


См. так­же: "Жи­тие пре­по­доб­но­го от­ца на­ше­го Ни­ко­на, игу­ме­на Ра­до­неж­ско­го" в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.